авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 22 | 23 || 25 | 26 |   ...   | 34 |

«Центр проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ РЕФОРМЫ ПУТИ РАЗВИТИЯ ...»

-- [ Страница 24 ] --

Под идеологией (национальной идеей) понимается базовая общественная идея, принимаемая всеми слоями социума, проявляющаяся в открытой или латентной форме во всех сферах социального функционирования (в экономике, политике, со циальной изменчивости). «Базовая идея как идеологический институт отражает и постоянно воспроизводит осознание членами общества его внутренней природы и определяет поведение людей в экономической и политической сферах. В эконо мической сфере базовая идея и основанная на ней идеология служат естествен ным критерием принятия решений о направлениях использования общественного продукта, создаваемого населением страны. В политической сфере доминирующая общественная идея является критерием справедливости того или иного государ ственного порядка и складывающейся системы властных отношений»3. Базовая со циальная идея выражает укоренившиеся в конкретном обществе представления о том, какие формы и цели действий должны быть доминирующими для обеспечения выживания и развития общества. Поддержание единого смыслового (идеологичес кого) пространства – задача не менее сложная и важная, чем достижение правовой гомогенности или сохранение сувереном монополии на право чеканить монету.

История Российского государства и права началась задолго до 1993 г. – вре мени принятия действующей версии Конституции. В более ранних законодатель Bell D. The end of ideology. Glencoe, 1988;

The end of ideology debate. N.Y., 1968;

Lipset S.M. Ideology and no end // Encouter. 1972. V. 39. № 6;

Shils E. The end of ideology? // Shils E. The intellectuals and the powers and other essays. Chi. L., 1974.

Lemberg E. Ideologie of und Gesellschaft. Stuttg., 1974: Feuer L.S. Ideologie and the ideologists. Oxf., 1975;

Lodge G.C. The new American Ideology. N.Y., 1975.

Конституция (Основной закон) Союза Советских Социалистических Республик. М., 1977. С. 1.

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) ных текстах неизменно присутствовали идеологические компоненты. Преамбула последней советской Конституции 1977 г. начиналась со слов о всемирно-исто рической миссии Великой Октябрьской социалистической революции, обозна чившей переход человечества от социализма к капитализму1. При всем утопизме и доктринерстве выдвигаемой задачи необходимо отметить сам факт идеологи ческого целеполагания, напрочь отсутствующего в современной российской госу дарственно-управленческой практике.

Тезисы мировоззренческого порядка обнаруживаются и в российском доре волюционном законодательстве. В Основных законах Российской империи оп ределялся вероисповедальный принцип русских монархов. Сорок вторая статья гласила: «Император, яко Христианский Государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры и блюститель Правоверия и всякого в Церкви Святой благочестия». Неправославный император был бы попросту неза конен2. Несмотря на присутствие данного положения в Основном законе, это не приводило к какой бы то ни было дискриминации инородцев. Вероисповедальное определение монаршей власти присутствует и в законодательстве современных европейских королевств. Важно, что наличие такого рода идеологических компо нентов не дает никаких оснований для отрицания принципа прав человека.

Высшие ценности Российского государства Принятие положения о деидеологизации государства объясняется контекс том борьбы с коммунистической идеологией. В действительности же неидеоло гических государств не существует. Парадоксально, но ряд компилированных идеологем присутствует и в современной Конституции РФ. Они, как выясня ется, Российскому государству не противопоказаны, несмотря на ст. 13. К тако вым, например, относится провозглашение человека высшей государственной ценностью (ст. 2). И это совершенно справедливо. Но в контексте отсутствуют иные ценности, например, самой России как государственности. А такое по строение конституционной нормы порождает снятие ценностного содержания принудительно укороченного ценностного ряда. Или определение Российской Федерации в качестве только социального и светского государства (ст. 7). Здесь также укорачивающая ряд идеологизация, парадоксально тождественная в силу этого деидеологизации государства, приводит на практике к утрате им и обще ством духовных (и в светском, и в религиозно-мировоззренческом смысле) цен ностных ориентиров, консолидирующей национальной идеи.

В Конституции Российской Федерации – кроме заключенных в ней основ конс титуционного строя, провозглашения формы правления, системы государственной Свод законов Российской империи. Т. 1. Ч. 1. СПб., 1906.

Комментарий к Конституции Российской Федерации. М., 2005. С. 9.

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) власти и системы местного самоуправления – немаловажное место занимает инс титут, нормы которого закрепляют основы правового статуса личности. По Кон ституции РФ: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. При знание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства» (ст. 2)1. Данная формулировка есть не что иное как идеологема. Тео рия прав человека тесно связана с вполне определенной идеологической позицией.

Но свобода без нравственности, без ее социализированной одухотворенности вряд ли может рассматриваться как абсолютная, конституционного масштаба, тем более как высшая ценность. Свободу на растление, порнографию, мордобой и убийство, в том числе зарождающейся в материнском чреве человеческой личности, трудно признать за высшую ценность.

Наблюдается, таким образом, противоречие между запретом на наличие го сударственной идеологии (национальной идеи) в одной статье Конституции и ее фактическим предложением в других статьях. Очевидно, что при использовании этого приема табуизация идеологий осуществляется избирательно. На одни из ценностных конструктов распространяются идеологическая квалификация и за прет, на другие – нет.

Система двойных стандартов – во всяком случае, на уровне Конституции РФ – должна быть переосмыслена. Речь, естественно, не идет об отрицании принципа прав человека в качестве высшей ценности. Но данная идеологема, являющаяся универсальной для большинства стран мирового сообщества, должна быть до полнена и другими, связанными с национальной, – например, исторически сфор мировавшейся спецификой России.

Статья 2 Конституции предлагает неолиберальную трактовку высших госу дарственных ценностей. В предлагаемом ценностном ряду «человек, его права и свободы», как отмечено выше, не нашлось места для самой России. Безусловным является то, что ее независимость должна быть также отнесена к базовым консти туционным ценностям, причем приоритетным по отношению к прочим. В перио ды великих войн, угроз физическому существованию страны государство и народ шли на сознательное ограничение прав и свобод человека, признавая тем самым более высокий статус ценности независимости России.

Не нашли отражения в высшем аксиологическом ряду и ценности традицион ных религий России. В принятой формулировке более чем очевидно обнаружива ется атеистический парадигмальный подход. Отсюда можно видеть иное звуча ние данной конституционной конструкции: «Высшими ценностями Российского государства являются государственная суверенность России, накопленные ею в веках и поколениях ценности культуры, религий, традиций, духовное достоин ство, права и свободы человека. Запрещается реализация одних высших ценнос тей Российского государства в ущерб другим. Признание, соблюдение и защита высших ценностей Российского государства – обязанность государства».

Комментарий к Конституции Российской Федерации. С. 3.

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) Нуждается в некоторой корректировке как политически конъюнктурное поло жение Преамбулы о возрождении суверенной государственности России1. Данное положение противоречит идее политического преемства Российской Федерации от Советского Союза и непрерывности потока национальной истории. С изгна нием в 1612 г. поляков из Москвы Россия более не утрачивала государственного суверенитета. Менялись лишь ее официальные названия. Суверенность России сохранялась и в советский период ее истории. С этой точки зрения корректнее говорить не о возрождении суверенной государственности России, а об установ лении нового формата российской государственности – Российской Федерации.

Идеология и проблема национальной идентичности Несмотря на декларируемую деидеологизацию, в Конституции РФ содержатся также некоторые идеологические компоненты прежней советской конституцион ной традиции. Так, взятая за основу субъектоопределения суверена власти дефи ниция «многонациональный народ» представляет собой своеобразный парадокс, смысловую мешанину. Народ не может быть многонациональным. Нация – да, так как она есть более широкая по отношению к народу категория и соотносится с го сударством в целом. Если народ культурологичен и этничен, то нация может быть многонародной, многонациональной. Категория же многонационального наро да является доморощенным изобретением. Ни в одной конституции стран мира нет такого понятия. Данная понятийная конструкция происходит из советского идеологического лексикона. Она представляет собой не более чем воспроизвод ство идеологемы «новая историческая общность – советский многонациональ ный народ». Вне определяемого коммунистической идеологией специфического советского контекста это понятие не имеет смысла. Коммунистические идеологи говорили о советском народе как о новой исторической общности, т.е. феноме не, принципиально отличном в этнополитическом плане от прежнего понимания природы наций. Однако спустя период времени, меньше даже одного поколения, с советским народом, по социологическим данным2, отождествляют себя всего 3% населения, и понятно, что это пожилые люди, еще подверженные воздействию коммунистической идеологии. Объективно же существующие как явление «исто рические общности» или институты так быстро не исчезают.

Следует также напомнить, что советский многонациональный народ рассмат ривался как переходная фаза к безнациональному коммунистическому обществу3.

Кроме того, само положение о полиэтничности государства есть не более чем экстраполяции советской этнополитической модели. Действительно, в СССР ВЦИОМ, опрос от 18–19 ноября 2006 г., www. regnum.ru/746355.html.

Вдовин А.И. Русские в XX веке. М., 2004. С. 241–249.

Национальные парламенты мира: Энциклопедический справочник. М., 2005. С. 92.

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) численно преобладающий русский народ составлял лишь около 50% населения.

В Российской Федерации картина этнического представительства принципиаль но иная. Доля русских в населении РФ – более 80%, что соответствует показате лям представленности титульных народов в национальных европейских государ ствах, и этот мировой канон позволяет классифицировать современную Россию в качестве моноэтнического государства, вводя тем самым правовой институт национальности, национального меньшинства и принципиальной функции наци онального права и государственной власти по защите от дискриминации по на циональному признаку. Если нет правового понятия национальности (например, не упоминается в паспорте), то принципиально невозможно построить правовую систему защиты человека от дискриминации по национальному или расовому признаку. Ключевая норма Конституции превращается в ничтожную, и совре менная, зачастую трагическая практика России об этом свидетельствует. Преодо ление этого стало бы возможным при другой законодательной схеме. В связи с этим заслуживает внимания и анализа предложение вместо слов «Мы, многона циональный народ Российской Федерации» использовать другое субъектообоз начающее определение – «Мы, русский народ и все народы России, составляю щие в совокупности российскую гражданскую нацию…». Аналог такой формулы содержится, например, в Конституции Испании: «Мы, испанский народ и другие народы Испании». Характерно, что доля испанцев в населении Испании – 70%, что ниже процентного представительства этнических русских в РФ1.

Проблема кажущейся этнической несимметрии снимается введением правово го понятия гражданской нации как категории, выравнивающей все права и свобо ды гражданина, независимо от его этничности, веры и т.д. Кроме этого, как пока зано выше, принципиально решается проблема защиты прав человека независимо от его этничности (национальности).

Следствием отсутствия государственной идеологии является и отсутствие за крепленной на конституционном уровне коллективной самоидентификации рос сийского населения. Беспрецедентным фактом для конституций мира является полное игнорирование проблемы национальной идентичности преобладающей общности. Русский народ, составляющий 81,3% населения РФ, вообще не упо минается ни в одной из статей Основного закона. Слово «русский» фигурирует лишь однажды, в связи с определением в ст. 68 п. 1 государственного языка Рос сийской Федерации2. Вопрос цивилизационной идентичности российской госу дарственности в настоящее время является предметом достаточно оживленной общественной дискуссии, носящей, однако, в лучшем случае, публицистический, а по большей части – радикально скандализированный характер. Очевидно одно:

проблема цивилизационной российской идентичности должна быть отражена на уровне Основного закона РФ, будучи раскрытой в контексте осмысления много Комментарий к Конституции Российской Федерации. С. 50.

Основные итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. М., 2002.

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) вековых и многопоколенческих ценностных накоплений, аккумулированных на шим обществом, русским народом.

Здесь также полезен еще один лингвистический экскурс. В мире не разли чают категорий «русский» и «российский». И это понятно, так как «русский» в этом контексте является больше цивилизационным маркером, чем этническим.

RUSSIA и russian в мире означают «Россия» и «россиянин», но одновременно, не различая, и «русский» тоже. Это только в родном русскоязычном отечес тве кому-то все время хочется вбивать различие между русским человеком и неведомым представителем неведомой возрождающейся мифологемы «новая историческая общность – советский многонациональный народ». Угроза вос произведения исторического исчезновения «советского многонационального»

народа для «российского многонационального» народа, да и самой российской государственности – вслед за советской – слишком очевидна. Упомянутые выше «мины замедленного действия», как и любые мины, закладываются именно для того, чтобы рано или поздно взорваться.

В III тысячелетии проблема ведущей в государстве «национальности» продол жает существовать, хотя и приобретает новые аспекты. Как национальные пози ционируют себя, к примеру, крупнейшие европейские демократии. Более того, термин «американская нация» встречается и в отношении такого полиэтничного государства, как США. Вместе с тем сложился стереотип классификации Россий ской Федерации в качестве многонационального государства. На его многона циональный характер указывает ст. 3 Конституции РФ. Но может ли считаться полиструктурой система, в которой один из компонентов занимает свыше 80%, а следующий по размеру элемент составляет менее 4%1?

Здесь очевидно применение двойных методологических конституционно-право вых стандартов для характеристики российской и западной моделей государствен ности. Строго говоря, в современном мире ни одного моноэтнического государства не существует. Если, например, считать моноэтническими государства, в которых представители титульного этноса составляют более 95%, то количество таковых (да и то не считая не получивших гражданский статус иммигрантов) в мире не так уж много: Япония, Исландия, Норвегия, Португалия, Албания, Мальта, Ямайка, Йемен, Венгрия. Но почему следует брать 95%, а, к примеру, не 80%, – никаким образом не обосновывается2.

Национальными классифицируются многие европейские государства, в кото рых численное представительство титульного народа к общей структуре граж данского населения меньше, чем русских в России. Это Бельгия, Испания, Ита лия, Нидерланды, Франция. Даже прибалтийские республики числятся в ряду национальных государств. Различая «российскую многонациональность» и «ев ропейскую многонациональность», зачастую спекулятивно подменяют понятие Основные итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. М., 2002.

Шабаев Ю.П., Садохин А.П. Этнополитология. М., 2005. С. 54.

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) «гражданская нация», относя его исключительно к европейцам, и понятие «эт ничность», применяя его к России.

К сожалению, сегодня не реализуются даже те возможности осуществления гражданином своего права на проявление общественной сопричастности, кото рые закреплены в действующей Конституции.

Пункт 1 ст. 26 Конституции РФ декларирует, что «каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность»1. Современные российские паспорта такую графу не содержат. Государство должно защищать право человека на национальную идентичность, предоставляя, в частности, такую самоиденти фикационную возможность при паспортизации. Вместе с тем та же статья Кон ституции запрещает принуждение к определению и указанию своей националь ной принадлежности. Поэтому заполнение восстанавливаемой в паспорте графы «национальность» должно осуществляться на добровольной основе. Человек, за трудняющийся или не желающий по каким-то причинам декларировать о своем национальном происхождении, должен иметь право оставить соответствующую графу в паспорте незаполненной.

В дореволюционной России вместо национальной принадлежности фикси ровалась конфессиональная идентичность2. Обращение к этому историческому опыту могло бы носить похожий смысловой характер, как и в случае с нацио нальностью, поскольку вероисповедание также относится к коренным факторам идентичности личности, а в совокупности – идентичности общества. Очевидно, что запись о религиозной принадлежности не может и не должна носить обяза тельный характер. Также очевидно, что конституционная российская норма в этой области в ст. 14 никоим образом не входит в противоречие с подобным доб ровольным волеизъявлением гражданина.

Такая модификация паспорта не только послужила бы усилению национального самосознания, но и обеспечила бы реальное право российского человека, как ука зано выше, правовым образом защитить свои гражданские права и достоинство.

Идеология и проблема религиозной идентичности Идеология государств зачастую раскрывается через их религиозную иденти фикацию. Конституционное право зарубежных стран знает многообразные фор мы взаимоотношений государства и религиозных объединений. Анализ пробле мы религии и церкви в 68 конституциях стран Европы, Азии, Северной и Южной Америки позволил обнаружить следующую картину.

Полное умолчание – три случая (Босния и Герцеговина, Венгрия, Венесуэла).

Комментарий к Конституции Российской Федерации. С. 28.

Исупов В.А. Демографические катастрофы и кризисы в России в первой половине XX века:

Историкодемографические очерки. Новосибирск, 2000. С. 18.

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) Отделение от государства – 13 (Азербайджан, Болгария, Гондурас, Латвия, Ма кедония, Молдавия, Португалия, Словения, Туркменистан, Узбекистан, Украина, Хорватия, Югославия). При этом в 10 странах употребляется формула: «Церковь (религиозные организации, учреждения или общины) отделена от государства»

(Болгария, Гондурас, Латвия, Македония, Португалия, Туркменистан, Узбекистан, Украина, Хорватия, Югославия), в двух конституциях: «Религия (или религиозные культы) отделена от государства» (Азербайджан, Молдавия) и в одной: «Государс тво и церковь отделены друг от друга» (Словения).

Господствующая религия – 1 (Греция).

Официальная (государственная) религия – 7 (Великобритания, Дания, Коста Рика, Лихтенштейн, Мальта, Монако, Норвегия).

Традиционная религия – 5 (Андорра, Болгария, Грузия, Индия, Литва).

Особая поддержка одной церкви – 9 (Аргентина, Боливия, Гаити, Испания, Италия, Кипр, Колумбия, Македония, Польша).

Запрет на официальность или доминирование какой-либо религии – 13 (Ал бания, Белоруссия, Гватемала, Ирландия, Испания, Литва, Никарагуа, Словакия, США, Таджикистан, Украина, Эстония, Япония).

Декларирование светского характера государства – 2 (Турция, Франция).

Из приведенного перечня под дефиницию идеологии подходят такие иден тификационные категории, как господствующая религия, официальная (госу дарственная) религия, традиционная религия, отчасти также особая поддержка одной церкви.

Юридическое положение церковных организаций в конституциях стран мира отражено восемью «форматами». При этом только в Конституции Колум бии есть специальный раздел «Религия и отношения между церковью и госу дарством».

1) Церковь является юридическим лицом или обладает правами юридического лица – 6 случаев (Албания, Андорра, Бразилия, Гватемала, Италия, Литва).

2) Церковь подчинена общим законам государства (или общему порядку) – 6 (Австрия, Андорра, Бразилия, Индия, Молдавия, Хорватия).

3) Отношения между государством и церковью регулируются специальным законодательством – 6 (Албания, Белоруссия, Италия, Колумбия, Люксембург, Польша).

4) Государство не вмешивается в деятельность религиозных объединений (или независимость церковных организаций от государства) – 3 (Словакия, Чехия, Уз бекистан).

5) Церковные организации в своей деятельности пользуются защитой и по мощью государства – 1 (Хорватия).

6) Служители всех религий находятся под надзором государства и несут перед ним обязательства – 1 (Греция).

7) Закреплено только право церкви на движимую и недвижимую собствен ность – 7 (Австрия, Боливия, Индия, Ирландия, Кипр, Лихтенштейн, Польша).

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) 8) Указание на то, что собственность церкви принадлежит государству, – (Мексика).

Свобода совести декларирована в 61 конституции. Ограничения свободы совес ти и другие конфессиональные ограничения содержатся в конституциях 42 стран.

Современное Российское государство, создав для Церкви законодательные ос новы функционирования в системе формирующегося демократического правового государства в виде законов «О свободе совести и о религиозных организациях» и «О некоммерческих организациях», посчитало свою миссию в данной сфере закон ченной. Между тем, православная церковь, равно как и (см. выше) русский народ, вообще на конституционном уровне ни разу не упомянуты. Вопрос о религии — один из наиболее слабо представленных компонентов Конституции РФ. Термины «церковь», «конфессия», «религиозный культ» и т.п. не упоминаются в Основном законе. Показательно, что при акцентировании внимания на многонациональнос ти России игнорируется ее конфессиональная неоднородность. Закрепленное в ст. 14 понятие светского государства не поясняется ни в одном из действующих за конодательных положений1. На практике под ним зачастую подразумевается атеис тическая государственность. Очевидны также некорректность и недостаточность формулировки отделения религиозных объединений от государства. Это выглядит как своеобразное отлучение Церкви;

но, например, светская миссия Церкви более чем важна для общества и государства. Более корректно было бы говорить об отде лении религиозных объединений от институтов государственной власти. Недоста точна норма о равенстве религиозных объединений перед законом. Как интерпре тировать эту норму применительно к человеконенавистническим, тоталитарным, сатанинским религиозным группам и сектам? Эта тема существенно сложна, требу ет специального анализа и детального законодательного регулирования, на сегодня отсутствующего в действующем российском законодательстве.

Мировоззренческие аспекты основных законов Выбор государственных целей, как известно, осуществляется на уровне идео логической самоидентификации. Инициирование в России в 90-е гг. процесса деидеологизации привело к выхолащиванию – заодно с базовыми советскими идеологемами – и ценностно-целевых установок самой государственности как таковой. Конституция Российской Федерации, декларируя запрет какой-либо го сударственной идеологии, провозглашает тем самым и отказ от целеполагания.

Между тем вполне осознанную цель имела в свое время православная Россия, обнаруживая ее в представленном в рамках концепта о Третьем Риме некоем мес сианском царствии. Целевая установка советского государства соотносилась с эс хатологией коммунизма. Ту или иную систему высшего целеполагания имеет зна Комментарий к Конституции Российской Федерации. С. 11.

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) чительная часть государств современного мира. Для США выбор цели осуществля ется в контексте некоего мирового либерального проекта и идеи «Pax Americana», в Израиле – этнополитического, в Турции – пантюркистского, в Иране – экспорта ценностей ислама. Многие государства западного культурного ареала, не претен дуя на выдвижение собственного ценностно-целевого ряда, идентифицируют свой выбор с американской моделью целеполагания. Иные ставят себе цели геополити ческой гегемонии на определенной пространственной протяженности. Только для России целевой идеологический выбор есть эклектическая неопределенность1.

Культурная вариативность уникальной национальной законности у стран мира весьма высока и, естественно, выходит за рамки только западной цивилизации.

Вне неолиберальной парадигмы существует весьма эффективная шариатская за конность, распространявшаяся в том числе и на светских властителей (эмиров).

Еще в IV в. до н.э. в рамках конфуцианской традиции философии права Китая Мэн цзы написал трактат, инструктивно описывавший все случаи легитимного низ вержения народом монарха. Власть императора оказывалась ниже власти Закона.

Характерно, что под наименованием «законников» («легистов») в древнем Китае выступали адепты жесткого репрессивного режима. Законность понималась ими, естественно, совершенно отлично от ее версии в либеральном праве2. Приоритет закона обнаруживается и в правовой традиции народов номадной центрально азиатской цивилизации. «Все может великий хан, но он не может отменить «Ясы»

Чингисхана», – так звучала основная формула правосознания монголов3. Закон в правовом контексте иудейской культуры идентифицировался с Торой. По сей день в Израиле отсутствует Конституция, ибо, согласно представлениям орто доксальных иудеев, Основной закон уже был дан евреям в виде заповедей Божь их Моисею4. Под законниками в библейском лексиконе фигурировали саддукеи.

Данные примеры различных исторических форм выражения Закона показывают величину амплитуды вариаций их идеологической парадигмы.

Мировоззренческо-ценностные аспекты существования государства устой чиво обнаруживаются в большинстве конституций или в других высших законо дательных актах стран современного мира. Совершим обосновывающий данный тезис экскурс по странам.

Конституция Албании (принята 22 ноября 1998 г.). В преамбуле: «С верой в Бога и (или) другие всеобъемлющие ценности…» обращает на себя внимание по нятие «всеобъемлющие ценности», которые различаются с ценностями «общече ловеческими».

Конституция Андорры (принята 14 марта 1993 г.). В ст. 26 при рассмотрении вопроса о взаимоотношениях Католической Церкви и государства указывается на действие особой андоррской традиции.

Полосин В.С. Миф. Религия. Государство. М., 1999.

Переломов Л.С. Конфуцианство и легизм в политической истории Китая. М., 1981.

Бестужев-Рюмин Н.К. Русская история. СПб., 1872. Т. 1. С. 280.

Национальные парламенты мира: Энциклопедический справочник. С. 264.

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) Конституция Аргентины (пересмотрена в августе 1994 г.). Преамбула: «Упо вая на милость Господа, источника всеобщего разума и справедливости…». Ста тья 2: «Федерация исповедует римско-католическую религию». Статья 19: «Лю бая частная деятельность, не представляющая собой оскорбление воли Божьей и общественной морали и не наносящая вреда третьим лицам, подлежит лишь суду Божьему и не рассматривается судебными властями». «Суд Божий» и «воля Божья» фигурируют как данность.

Конституция Бразилии (принята 5 октября 1988 г.). Преамбула: «В качестве вы сших ценностей объективно братского, плюралистического общества, основанного на социальной гармонии и уважении внутреннего и международного правопорядка с разрешением разногласий мирными средствами, промульгируем под покрови тельством Бога настоящую Конституцию Федеративной Республики Бразилия».

Великобритания (Акт о соединении с Шотландией 1707 г.). Статья 25.2: «Все и каждый… навсегда свободны от какой-либо клятвы, присяги или подписки в пре делах этого королевства, противоречащих или не соответствующих… истинной протестантской религии и пресвитерианскому церковному управлению, религии и благочинию;

...и что перечисленное выше никогда не может быть возложено или потребовано в пределах границ этих церквей или государства от подданных в ка ком-либо виде;

и, наконец, что после смерти царствующей в настоящее время Ее Величества (да сохранит ее Бог на долгое время) государь, наследующий ей на королевском престоле Великобритании, должен на все последующее время при его или ее восшествии на престол дать клятву и письменное обязательство, что он будет нерушимо поддерживать и охранять изложенное выше установление истин ной протестантской религии и порядок управления, богослужения, благочиния правами и привилегиями этой Церкви…».

Конституция Германии (принята 23 мая 1949 г.). Преамбула: «Сознавая свою ответственность перед Богом и людьми…».

Конституция Греции (исправлена в апреле 2001 г.). Преамбула: «Во имя Свя той, Единосущной и Нераздельной Троицы». Статья 3.1: «Господствующей в Гре ции религией является религия восточно-православной Церкви Христовой». Ста тья 3.2: Текст Священного Писания сохраняется неизменным. Официальный его перевод на какой-либо другой язык без разрешения Автокефальной Церкви Гре ции и Великой Константинопольской Церкви Христовой запрещается.

Конституция Индии (принята 26 января 1950 г.). Статья 26. Пояснение 2: «На звание «индусы» должно толковаться как включающее и лиц (помимо индуистов), исповедующих сикхскую, джайнистскую и буддийскую религию…». Общность «индусы» ограничивается, таким образом, традиционными религиями Индии, не распространяясь на представителей иных религиозно-культурных традиций, – например, на широкую группу индийских мусульман.

Конституция Ирландии (последние изменения внесены в 1999 г.). Преамбу ла: «Во имя Пресвятой Троицы, от которой исходят все власти и к которой как к нашей последней надежде должны быть направлены все действия человека и ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) Государства, мы, народ Эйре, смиренно признавая все наши обязанности перед нашим Священным Господином Иисусом Христом, который поддерживал наших отцов в столетиях испытаний…»

Конституция Мальты (изменена в 1987 г.). Статья 2: «1) Религией Мальты является римская католическая апостольская религия. 2) Органы Римской Като лической Апостольской Церкви обязаны и имеют право учить, какие принципы справедливы и какие ошибочны. 3) Религиозное учение Римской Католической Апостольской Церкви должно преподаваться во всех государственных школах как часть обязательного образования».

Конституция Норвегии (поправки внесены в 1884 г.). Статья 2: «Евангеличес ко-лютеранская религия является официальной государственной религией. Ис поведующие ее жители обязаны воспитывать в ней своих детей».

Конституция Польши (принята 23 мая 1997 г.). Преамбула: «Как верующие в Бога – источник правды, справедливости, добра и красоты, так и не разделяющие этой веры, а выводящие эти универсальные ценности из других источников…».

Конституция Словакии (последние поправки внесены в феврале 2001 г.). Пре амбула: «В смысле духовного наследия Кирилла и Мефодия и исторического заве та Великой Моравии…».

Конституция Турции (принята 7 ноября 1982 г.). Преамбула: «В соответствии с концепцией национализма, а также формами и принципами, провозглашенными ос нователем Республики Турции, бессмертным лидером и непревзойденным героем Ататюрком, настоящая Конституция, которая утверждает вечное существование Ту рецкой нации и Родины, а также неделимое единство Турецкого государства, вопло щает: …признание того, что никакие взгляды и убеждения не должны противопостав ляться национальным интересам Турции, принципу неразрывного единства турец ких граждан со свой страной и территорией, историческим и духовным ценностям Турции или национализма, принципам, реформам и преобразованиям Ататюрка…».

Конституция Швейцарии (принята 18 апреля 1999 г.). Преамбула: «Во имя Всемогущего Бога! Швейцарский народ и кантоны, чувствуя ответственность пе ред Творением…».

Столь пространный перечень примеров отражает принципиальную значимость опыта государств мира, подтверждающего связь высших ценностей, к которым относится и религия, в том числе для атеиста, как минимум, выполняющая куль турологическую, традиционалистскую и цивилизационную роль государственной скрепы, а также устойчивости, жизненной силы общества и государственности.

Для вымирающей России этот опыт сверхзначим. Можно констатировать, что те зисы мировоззренческого свойства довольно широко представлены в конститу циях мира. Причем наличие идеологических компонентов не есть свидетельство законодательной архаики – многие из вышеперечисленных документов приняты на современном историческом этапе. Запрет на конституционную идеологию не соотносится таким образом с мировой конституционной практикой. Установка на запрет идеологии характеризует главным образом конституции государств бывше го советского блока и не прослеживается применительно к «старым демократиям».

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) Конституционный опыт мира подчеркивает, что в России проблемы государ ственной идеологии и национальной идеи покрывают и пространство консти туционного правового строительства, и сферу реальной практики, которая для обновленной России пока не слишком устойчива и ценностно обустроена. Как показано в настоящей работе, эти проблемы вполне познаваемы и разрешимы.

ГЕНЕЗИС СЕКУЛЯРНОГО ПОЗНАНИЯ:

ЦЕННОСТНОМИРОВОЗЗРЕНЧЕСКАЯ ПАРАДИГМА СЕКУЛЯРИЗМА* В.Э. Багдасарян, доктор исторических наук «Я богословьем овладел, Над философией корпел, Юриспруденцию долбил И медицину изучил.

Однако я при этом всем Был и остался дураком».

И.В. Гете «Фауст»

«Как ты, который не знает, что такое альфа, можешь учить других, что такое бета.

Лицемер!

Сначала, если знаешь, научи, что такое альфа, и тогда мы поверим тебе о бете».

Евангелие от Никодима (апокриф) Бог умер?

Рефлекторную парадигму модернизационной эпохи в истории человечества составила прокламация тезиса – «Бог умер». Выстраиваемая система нового ми ропорядка не была, таким образом, религиозно индифферентной. Провозглаше ние смерти божьей противопоставлялось религиозному догмату о божественном бессмертии. На этой основе конструировалась вся система секулярной культуры.

Она несла в себе заряд не столько богоотрицания, сколько богоубийства. Сме на знака с плюса на минус предполагало выстраивание контросистемы, переори * сентябрь 2007 г.

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) ентацию в религиозном смысле от Бога к его противостоятелю. Новую идейную парадигму секуляризованного мира представляла наука, в своем генезисе она вы ступала в качестве мировоззренческой антитезы религии, неся, соответственно, в высших ценностных установках императив богоборчества.

Основная проблема футурологической перспективы преломляется через вопрос о замене миростроительской исторической парадигмы смерти божьей парадигмой божьего воскресенья. Операционная задача дискурса о гуманитарном знании ви дится в данной связи в раскрытии возможностей и целесообразности синтеза рели гиозного и научного подходов. Такого рода синергийная система, аккумулирующая потенциал религии и науки, составила методологическую основу представленного в рамках доклада анализа. Речь идет в данном случае не о рациональном доказа тельстве веры в рамках идущей от аристотелизма и схоластики Фомы Аквинского западной традиции, а как раз об обратном. Религия («метафизический выбор»), с одной стороны, задает для науки базовую систему ценностного выбора (априорных предпочтений). С другой, она выступает интегративным по отношению к уровню эмпирики механизмом, модельным принципом глобальных, как в пространствен ном, так и временном континууме обобщений. Не наука, как это следовало из то мизма, выступает, таким образом, платформой для религии, а религия – для науки.

Религиозными и даже воцерковленными в рамках традиционного правосла вия людьми выступали многие выдающиеся ученые прошлого – К.Циолковский, Н.Пирогов, Д. Менделеев, доказывая, по меньшей мере, саму возможность ука занного синтеза. Ниже приводится подборка высказываний видных исследовате лей, представляющих различные направления научных знаний, подтверждающих неоправданность расщепления сфер науки и религии.

Таблица Ученые о вере в Бога Фамилия Отрасль Основной вклад Цитата ученого наук в науку Г. Галилей Механика и Один из основопо «Священное Писание никогда не может ни астрономия ложников точноголгать, ни ошибаться;

изречения Его абсо естествознания лютны и непреложны».

И. Ньютон Физика, ма- Создатель класси «Библия содержит в себе больше признаков тематика ческой механики достоверности, чем вся светская история»;

«Мы имеем Моисея, пророков и апостолов, даже самого Иисуса Христа. Если мы не хо тим соглашаться с ними, то мы имеем столь же мало извинения, как и иудей».

И. Кеплер Астрономия Первооткрыватель Заканчивал свой трактат о строении законов движения мира апелляцией к божьему провидению:

планет «Благодарю Тебя, Творец и Владыка, что ты сподобил меня радости восхищаться дела ми рук Твоих …».

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) Продолжение таблицы Фамилия Отрасль Основной вклад Цитата ученого наук в науку Р. Бойль Химия и Один из осново- «Сопоставленные с Библией все человечес физика положников хими- кие книги, даже самые лучшие, являются ческого анализа только планетами, заимствующими весь свой свет и сияние от Солнца».

К. де Геер Ботаника и Видный последо- «Кто поверхностно рассматривает при энтомоло- ватель теории роду, тот легко теряется в безграничном гия К. Линнея. «Все», но кто глубже внимает ее чудесам, тот постоянно приводится к Богу, Владыке мира».

В. Гершель Астрономия Основоположник «Все человеческие открытия служат для бо звездной астро- лее сильнейшего доказательства истин, на номии ходящихся в священных Писаниях».

Т. Карлейль История и Автор концепции «Библия есть вернейшим выражением, философия о роли «героев» в когда-либо высказанным буквами нашего истории алфавита, вышедшими из души человека, через которое, как бы через Богом открытое окно, все люди могут посмотреть на тишину вечности и распознать в дали проблеск дав но забытого дома».

М. Фарадей Физика Основоположник В речи на тему о «химическом анализе сле теории об электро- зы» уподобил слезу, исходящую от сердца и магнитном поле направленную к сердцу с Библией, исходя щей от Бога, и те, кто сам от Бога, слушается ее голоса.

Н.И. Пирогов Хирургия и Основоположник «Мне нужен был отвлеченный, недостижи анатомия военно-полевой мо высокий идеал веры. И принявшись за хирургии Евангелие, которого я никогда еще не читы вал, а мне уже было 38 лет от роду, – я нашел для себя этот идеал».

М. Борн Физика Один из созда- «Многие ученые верят в Бога. Те, кто го телей квантовой ворит, что изучение наук делает человека механики атеистом, вероятно, какие-то смешные люди».

А. Эйнштейн Физика Создатель теории «Можно с уверенностью сказать, что док относительности трина личного Бога, управляющего событи ями природы, никогда не может быть опро вергнута наукой»;

«Чем больше наука дела ет открытий в физическом мире, тем более мы приходим к выводам, которые можно разрешить только верой»;

«Я не могу себе представить настоящего ученого, который не обладал бы глубокой верой. Это можно выразить и так: нельзя верить в безбожную науку».

В. Гейзенберг Физика Один из созда- «Первый глоток из сосуда естественных телей квантовой наук порождает атеизм, но на дне сосуда механики ожидает нас Бог».

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) Продолжение таблицы Фамилия Отрасль Основной вклад Цитата ученого наук в науку Д.Ю. Александер Генетика Создатель гибри- «Наука не может проникнуть через таин дов кукурузы с ственный покров пространственного бы высокой урожай- тия… Вера одна проникает туда и находит ностью и повы- за ним трон Божества, Которое творит… шенным содержа- бытие».

нием белка Э.А. Милн Астрономия Автор трудов по Начинал свою книгу о строении Вселенной теории звездных и в соответствии с библейской космогонией:

планетных атмос- «Вначале Бог сотворил небо и землю».

фер.

Дж. Рескин Искусство- Идеолог прерафа- «Если во всем том, что я написал, есть ка ведение элитов кая-нибудь ценность, то это потому, что в детстве мать моя ежедневно читала мне места Библии и ежедневно требовала заучи вать эти места на память».

Д. Даусон Геология и Исследования гео- «Когда бы кем ни была сделана попытка палеонтоло- логии и палеонто- изобразить историю мироздания, попытка гия логии палеозой- эта не может представить чего-нибудь бо ской эры лее высокого и достойного, чем Библейское повествование о творении».

Х.Н. Алайя Химия Один из выдаю- «Это чудесно, насколько активны члены на щихся современ- шего отдела химии в церковных делах. Это ных исследовате- большая неправда, что ученые в большин лей США в облас- стве – атеисты».

ти химии Ж.С. Дюшезн Физика Исследователь в «Связь науки с религией никогда не была области молеку- такой близкой и тесной, как в наше время.

лярной физики Ученые, изучающие космическое, открыли так много прекрасного и неожиданного, что теперь труднее сказать ученому, что Бог не существует. В этом вопросе не может быть двух мнений».

Сколько еще необходимо ссылок на научные авторитеты для того, чтобы отка заться, наконец, от изжившей себя теории разграничения истин религии и науки.

А если эти сферы могут быть синтезированы в когнитивном значении, то допус тимым может представляться и их синтез в онтологическом плане.

Расщепленное знание:

три стадии гносеологической инволюции Три стадии расщепления когда-то единого и цельного знания отражали процесс смены мировоззренческих парадигм. Древнейший мировоззренческий тип харак теризовался универсальной цельностью знания. Нельзя было быть медиком, не РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) будучи астроном, нельзя было быть астрономом, не являясь при этом теологом.

Вспомним мыслителей прошлого – все они фактически без исключения являлись универсалистами. Научная специализированность как противоречащая существо вавшему познавательному типу характеристика, была попросту лишена смысла.

Первое расщепление заключалось в деконструкции универсального знания по нишам религиозных учений. Генезис религий определялся адаптацией единых знаний к конкретным условиям этнического бытия: ментальным, расовым, гео графическим, хозяйственным. Вариативность такого приспособления выразилась в многообразии религиозных традиций. Вместе с тем, посвященные через эзоте рику осознавали единство высших знаний. Однако профанизация религий приве ла со временем к их противопоставлению друг другу.

Сущностью второй стадии в расщеплении системы знаний явилось разделение науки и религии. Концептуально оно было оформлено теорией двух истин. Ут рата универсальной целостности миропознания выражалась по ряду параметров.

Во-первых, за скобки познания оказался выведен весь трансцендентный пласт знаний. Картина мира ограничивалась его материальным измерением. Естествен но-научная парадигма в различных ее модификациях составила методологию ми ропознания.

Во-вторых, структура познания оказалась сведена исключительно к сфере на уки. Между тем, познавательный процесс может быть выражен помимо научного в художественном, интуитивном и даже мистическом ракурсах. Мистику следует, наконец, признать одним из видов познания. Однако для данной познавательной практики логика, да и вообще рациональная рефлексия противопоказаны. Клас сическим примером такого рода познания на Востоке может являть медитатив ный иррационализм дзэн. Мистическая познавательная традиция христианской культуры была представлена, в частности, исихазмом и апофатической теологи ей. Построенная на апелляции к логике научная система миропознания с мисти кой несовместима.

В-третьих, утверждение науки в качестве универсальной познавательной па радигмы не оставляло места для чуда. Последнее стало относиться исключитель но к ведению религий. Между тем, чудо не сводимо исключительно к феномену сверхъестественного. Весьма важен связанный с ним аксиологический пласт. Его проявлением в гуманитаристике являются, в частности, идеи уникальности, еди новременности, неповторимости. Неокантианская философия соотносила ука занные черты с идеографическим методом познания. В противоположность ему в основе естественно-научного дискурса лежат идеи типичности и повторяемости, определяемые через методику генерализации.

Вторая стадия расщепления знаний еще не привела к их окончательной ато мизации. Они по-прежнему сохраняли некую целостность. Роль синтезирующего каркаса выполняла в данном случае идеология. Она в этот период отнюдь не вос принималась в качестве антипода наук. Напротив, посредством ее разрозненные научные дисциплины складывались в концептуально единую, интегрирующую их ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) систему. По большому счету, идеология являлась высшей теоретической стадией исследовательского восхождения. Функциональное назначение наук оценивалось, прежде всего, их потенциальным вкладом в общие идеологические построения.

Третье расщепление знаний определялось парадигмой деидеологизации.

Следствием ее явился раскол науки и идеологии, обретших в общественном со знании положение антиподов. Ввиду того что построение идеологических конс труктов связывалось с гуманитаристикой, деидеологизация означала дисфунк цию и утрату смыслового назначения гуманитарных дисциплин.

Процесс деидеологизации знаний протекал по той же схеме, что и осущест вленная прежде их секуляризация. Вначале развели науку и религию, затем – на уку и идеологию.

В итоге исторически реализованного трехстадиального расщепления сложил ся современный парадокс. Уровень специализированных знаний населения мира, казалось бы, стремительно возрастает. Однако их цельность при этом неуклонно разрушается. А усеченное знание есть знание деформированное. В силу своей усе ченности оно трансформируется в незнание, приобретает характер заблуждения.

Почему в данном случае избрана регрессирующая, нисходящая линия разви тия? Это сообразуется с признанием феномена Откровения. Всякое удаление от порождающего некое явление или процесса Принципа объективно ведет к дегра дации форм его воплощения. Преломляясь в материальном мире, чистая духов ность объективизируется, уплотняется, утрачивает в итоге свои имманентные качества. Происходит процесс духовной энтропии1. Изначальный духовно-энер гетический потенциал Откровения по мере удаления от своей исходной точки все более растрачивается. Л.Н. Гумилев выразил идею растраты энергии, имея в виду, правда, ее биосоциальное содержание в концепции об импульсах пассионарнос ти2. Р. Генон писал о «прогрессирующей материализации» мира3. Свет божествен ного откровения для человека все более тускнеет.

Традиции как форма трансляции знаний Сложность в определении конвенциональной религиозной платформы знаний вызывает вариативность религий народов мира. Постижение природы их един ства позволяет феномен традиций. Именно благодаря появлению традиций стало возможным само формирование человеческого общества. Через них осуществил ся исторический переход от биологического к социальному состоянию. Традиции выполняли функцию аккумуляции и передачи из поколения в поколение накоп ленного опыта.

Генон Р. Царство количества и знамения времени. М., 1994.

Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. М., 1993. С. 258–298.

Генон Р. Кризис современного мира. М., 1991. С. 15.

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) Отсутствие развитой системы трансляторов знания (особенно в условиях до письменной культуры) обусловливало жесткость традиционного формата, ре гулируемого механизмами табу и ритуала. Консервация архаического общества выполняла, таким образом, охранительную роль зыбкого еще поля трансляции познавательного опыта. Интеграционная миссия и когнитивный универсализм генезиса традиций могут быть раскрыты как в рамках религиозного, так и мате риалистического дискурса.

Естественно-научная объяснительная модель связывает их формирование с распространением магической протонаучной практикой.


Она представляла собой адаптационный механизм по отношению к природному ареалу обитания соответствующей общности. Тысячелетия такого рода адаптации позволили вы работать оптимум бытийных конструктов, проявляемых от специфики форм уп равления до локальных особенностей пищевого рациона. По многим параметрам современная наука далеко отстает от уровня магической практики. Достаточно в данном иллюстративном ряду указать на феномены ясновидения, целительства, психоэнергетического транслирования. «Колдун» по сей день может составить альтернативу «ученому». К нему обращаются зачастую в тех случаях, когда сред ства современной науки оказываются исчерпанными. Многочисленные примеры успехов такого обращения указывают на познавательную неполноту современно го научного дискурса.

Второй подход истолкования генезиса традиций соотносится с религиозным миропониманием. Содержательную основу традиционной культуры составля ет при данной интерпретации акт божественного откровения. Историософский дискурс задается фигурой «культурного героя», транслирующего человечеству «высшее знание». Задача сохранения полученного свыше откровения определяла специфику социального и политического структурирования традиционного об щества. Знания, таким образом, дифференцировались по источнику происхож дения на божественные и мирские. Соответственно, выделялись эзотерический – высший и профанный – низший познавательные пласты. В своей высшей транс цендентной ипостаси знания носили универсальный всечеловеческий характер.

Они включали в свой арсенал не только информационный, но и ценностный компоненты, выступавшие как синтезированное целое (синергия этического и феноменологического уровней). Добро и зло едва ли не в каждой мифологической традиции являлись первоуровнем познавательной деятельности человека. Доста точно хотя бы упомянуть мифологему библейского плода познания.

При всей вариативности локальных культов представления о базовых чело веческих ценностях в традиционных религиях удивительным образом совпада ли. Так, под содержанием десяти христианских заповедей могли бы расписать ся представители любой из конфессий. Универсализм высшего познавательного уровня традиционных религий не означал существования единого универсально го ученья («брахмавидьи»), о котором говорили теософы. Совпадая на высшем уровне, на среднем и низшем пути познания расходились.

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) Это согласуется с подходом Рене Генона, трактовавшего различия сакральных форм вариативностью качеств человеческой и исторической среды, на которую проецируются лучи Единой Высшей Истины. Ядро традиционных учений, в кото ром преодолевались конфессиональные расхождения, определялось им как «При мордиальная Традиция» или «Изначальное Предание»1.

В отличие от современной сетевой модели, структура знания традиционного общества преломлялась через символику пирамиды. Соответственно и тради ции пирамидально диверсифицировались по степени своей универсальности.

Традиции с большой буквы адресовались через откровения всему человечеству, выражая его традиционалистское всеединство. На среднем уровне актуализи ровалась парадигма вариативности божественной репрезентации. Среднеуров невая традиция закрепляла один из возможных путей постижения Бога. Все они были истинны в мировом человеческом масштабе. Но в локальном континууме истинность имела монистический характер. Уместно говорить в этом отношении о традиционалистском плюрализме миропознания. Современная плюрализация осуществляется в принципиально ином формате, будучи соотнесена с методо логическим индивидуализмом, при системной монистичности и даже унифика торстве. Напротив, домодернистский плюрализм был плюрализмом систем, но не плюрализмом индивидуумов. Среднеуровневые традиции выступали историчес кими конструктами интеграции цивилизационных общностей. Не случайно, что модернистская детрадиционализация обернется на практике энтропией цивили заций.

Наконец, традиции третьего типа связывались с микроуровневым масштабом измерения. Они закреплялись, главным образом, на уровне повседневного бытия, смыкаясь с обрядовой практикой и заповедными нормативами. Разрушение тра диций и энтропийная профанизация приводили повсеместно к трансформации локальных знаний в суеверия. Степень вариативности путей познания естествен но возрастала, соотносясь с природно-средовыми локалитетами. Веками выра батывались оптимальные семиотические пропорции, составляющие локально этническую символику. Архитектура, аранжировка помещений, одежда, пища закреплялись традицией по принципу их наибольшего благоприятствования специфике антропологической природы и географической среды. Если традиции первых двух уровней выражались главным образом через религиозный и мифо логический пласт познания, то для третьего была характерна ниша магического опыта. Противопоставлять религию и магию, как это часто делается в рамках тео логической критики народных суеверий, гносеологически некорректно. Различие между ними есть не различие учений, а уровней познания.

Идея потенциальной возможности синтеза науки и магии высказывается дале ко не впервые. Еще Н.А. Бердяев, выстраивая проекцию «нового средневековья», провозглашал: «Будет восстановлена космическая иерархия, и человек займет Генон Р. Избранные произведения. М., 2004.

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) свое царственное место в живой природе. Человек будет властвовать над иерар хией природных духов не путем корыстного разъединения, а путем любовного со единения. Магия тем и отличается от науки и техники, что для нее природа всегда одухотворена и что она вступает в общение не с механическими силами, а с при родными духами, будь то демоны или духи светлые. Когда вернется великий Пан и природа вновь оживет для христианского мира, тогда неизбежно возродится и магия. Наука и техника переродятся в магию, будут познавать живую природу и вступят в практическое общение с духами природы. Магия станет светлой»1.

Сакрализации в традиционном обществе подвергался не только процесс обу чения, но и фигура носителя знаний. Учитель являлся для учеников высшим духовным авторитетом. Не случайно педагогическая деятельность относилась к жреческой прерогативе. Зачастую учитель по факту духовного родства почи тался выше кровных родителей. Ему приносились клятвы верности. Дуальная связка учитель – ученик составляет основу большинства религиозных тради ций. В секулярном обществе она разрушается, будучи заменена отношениями клиентизма. Учащийся перестает быть учеником в прежнем сакральном смысле и становится клиентом.

Религиозная форма обучения предполагала эксклюзивную методику передачи знаний. Эксклюзивный характер носила, в частности, образовательная модель ок культной платоновской Академии, тогда как аристотелевский Лицей в большей степени соответствовал принципам обучения монтеневской школы нового вре мени. Знаниям не обучались, а в них посвящались. Система инициаций обуслов ливала восприятие образовательных учреждений в качестве храма. Профаниза ция знаний явилась оборотной стороной секуляризации школы2.

Впрочем, и современная секуляризационная образовательная модель имеет под собой религиозные основания. Она определяется протестантской мировоз зренческой парадигмой. Гражданской Церкви соответствует светское образова ние. Тезис о «всеобщем священстве» преломляется в секулярном статусе учителя.

Он уже не посредник с трансцендентным миром, а светский педагог – моралист.

Всеобщее священство предполагает всеобщую грамотность, ибо каждый верую щий должен уметь читать Библию. В результате эксклюзивно-эзотерическая сис тема образования упразднялась. Не случайно впервые модель тотального образо вания была апробирована в лютеранской Швеции.

На настоящее время система обучения наукам как суммарным знаниям по оп ределенным аспектам бытия себя исчерпала. Обучение не поспевает за динами кой научного приращения. Существуют пределы усвоения учащимися эмпиричес кого материала. Рано или поздно образовательная критическая масса будет пре взойдена (симптомы к чему уже обнаруживаются). По-видимому, эра сциентизма подходит к своему завершению.

Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. М., 1989. С. 517.

Холл М.П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и ро зенкрейцеровской символической философии. Новосибирск, 1993.

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) Химеры религиозных расколов Противники традиции немало сделали для внесения раскола в ряды ее адептов.

Традиционалистские силы искусственно противопоставляются друг другу, прово цируются к взаимной конфронтации. Многовековая история их борьбы исчисля ется многочисленными жертвами и разрушениями, исключая, казалось бы, почву для взаимного примирения. Примером такого противостояния может служить антагонизм монотеистических религий по отношению к язычеству. Языческая картина мира преднамеренно примитивизировалась, будучи сведена исключи тельно к многобожию. В действительности же политеизм не являлся универсаль ной чертой древнейших религиозных культов. Даже у восточных славян многобо жие сочеталось с мифологемой о Роде, выступавшем единым аккумулированным воплощением всего теологического измерения. Да и само понятие «язычество»

сродни дефициниям «варварство» или «дикость». Оно выступает как своеобраз ный маркер, используемый одной религиозной традицией (в данном случае авра аммическими религиями) для негативизации и сведения к одному знаменателю всего национально-племенного многообразия конфессиональных форм. Однако усилия воинствующих богословов по искоренению языческих пережитков не до стигли желаемого результата. В реальности под вывеской монотеистических кон фессий сложился религиозный синтез нового учения с языческой традицией. Сам факт их слияния доказывает общность традиционалистской мировоззренческой парадигмы. Характерно, что единение достигалось как на уровне повседневного ритуально-мифологического рационализма, так и высшего эзотерического миро понимания.


Другим примером гиперболизации антагонизмов явилось историческое про тивостояние христианской и исламской цивилизаций. Известно, что к войне за веру против мусульман дипломатически подталкивалась Западом Россия. Новая мировая война предсказывается в формате разлома христианского и исламского мира. В действительности точек соприкосновения между ними гораздо больше, нежели противоречий. Базируясь на единой платформе авраамизма их близость друг к другу с особой наглядностью выступает при сравнении с буддистским или даосским культурными типами. Несторианская версия христианства, базирую щаяся на представлении о Христе как величайшем пророке (но не богочеловеке), могла бы быть интерпретирована как протоислам. В сложившееся современное клише религиозного раскола мира не укладываются фиксируемые в традицион ном мире факты двухконфессиональной идентичности. Известны случаи самои дентификации верующих одновременно в качестве адептов учения Христа и Му хаммеда, Христа и Будды.

Постижение союза традиционных религий означало бы крах инфернальной проекции развития мира. Вместо противостояния друг другу они перешли бы в единую оппозицию к таящей угрозу для каждой из них секулярной модели миро РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) устройства. Осознание угрозы такого сценария привело к корректировке форма та глобализации. В последние годы версия единого унифицированного по либе ральным канонам глобализированного мира все настойчивее модифицируется в направлении принятия концепта в новом глобальном проекте роли своеобразно го третейского судьи конфликтующих друг с другом локальных цивилизаций. За ним закрепляется ниша геополитически изолированного пространства матери ального благоденствия.

Традиционализм представляет путь солидаризации традиционных конфессий.

Традиционалистский концепт основывается на постулате: «У каждого народа свой путь к Богу». Это не означает ни унии, ни какого бы то ни было религиозного компромисса. Ни один из народов не отрекается от своей веры, но и не попи рает как ложные другие традиционные верования. Конфессиональное единение достигается перед угрозой глобальной экспансии безрелигиозной (или квазире лигиозной, имея в виду неоспиритуалистические модернистские культы) системы мироустройства.

Еще в профетике В.С. Соловьева обыгрывался сюжет о примирении право славных, католиков и протестантов, богословские противоречия между кото рыми, казалось бы, неразрешимы, в борьбе против Антихриста.1 Такая же па радигма единения может быть выдвинута и в отношении иных традиционных конфессией. Соотнесение «нового мирового порядка» с «антихристовым цар ством» находит соответствующее преломление не только в христианской апо калиптике, но и, с определенными модификациями, в эсхатологизме едва ли ни всех цивилизационнообразующих религий. К примеру, в исламской традиции «малахим» изоморфный характер имеет цикл предсказаний о грядущем цар ствовании Даджжала2.

Традиционалистская универсализация знаний имеет принципиальные раз личия с теософской «тайной доктриной». По большему счету, теософы не яв лялись традиционалистами. Их умонастроениям в большей степени соответ ствовала идентификация в качестве революционеров. Сутью теософской ин версии являлась замена христианской традиции, к которой они имели в целом негативное отношение, на традицию эзотерического буддизма. Консервативные начала жизни категорически отвергались. Теософы призывали к упразднению институтов традиционного общества, к отмене сословий и даже к ликвидации народностей. Возможно даже говорить о фобиях, репродуцируемых в теософ ской среде в отношении традиционных сторон народной культуры. «Народы, – писала с ненавистью Е.И. Рерих, – неграмотны и покрыты вонью и мерзкими на секомыми. Какой из ветхих предрассудков оплакивать? Весь сундук насекомых надо сжечь»3.

Соловьев В.С. Три разговора о войне, прогрессе и конце всемирной истории. М., 2002.

Бурханийя Д. Махди и Антихрист // Конец Света (эсхатология и традиция). М., 1997.

Рерих Е.И. Агни Йога. СПб., 1993. Кн. 3. С. 46.

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) Бунт профанного уровня:

антиэзотерика модернизма Поддержание системы эзотерических знаний соотносилось с иерархической структурой организации общества. Демократия как сетевая модель соответству ет иному принципу – всеобщности знания. Энтропийная деградация традицион ных структур приводила к дезавуированию образа «держателей истины».

Десакрализация высшего знания являлась одним из ведущих мотивов фе номена «восстания масс». Его первые прецеденты обнаруживаются задолго до наступления эпохи Нового времени. Компонент охлократического бунта при сутствовал, в частности, при утверждении парадигмы мировых религий. Ис тинность эзотерического посвящения ставилась под сомнение. Вера впервые противопоставлялась знанию. «Нищие духом» оказывались ближе к Господу, нежели эзотерики. Это было первым симптомом расщепления единой познава тельной модели.

Происходившую гносеологическую трансформацию можно охарактеризовать как «бунт профанного уровня». Всеобщность божественного откровения воспри нималась через утверждение его одноуровневости. Путь нисхождения от эзоте рики к экзотерике, а от экзотерики к профанной сфере предполагал следующим шагом переход к системе секулярного мира. Именно такая историческая логика будет определять суть протестантской трансформации. Сначала через критику индульгенций дезавуируется католический иерократизм. Далее выдвигается им ператив «всеобщего священства» («каждый сам себе священник»). В протестант ских и постпротестантских сектах это выражается в утверждении индивидуализ ма религиозного опыта. А поскольку конфессиональное единство общества уже отсутствовало, утрачивалась и легитимность сакральной традиции. Секуляризм и лаическая модель построения общества становились итогом произошедшей ис торической инверсии.

Однако, возвращаясь от протестантизма к первохристианству, очевидным становится отсутствие секулярной предопределенности при актуализации мо дернизационных потенциалов. Новации нового, интернационального по своей сути учения, существенно поколебав устои традиционного общества, не привели к отрицанию его базовых основ. Традиция сакрального знания была сохранена.

Средние века представляли в этом отношении сложную синтетическую модель.

С одной стороны, благая весть христианской веры имела доступность для всех и каждого, вне зависимости от индивидуального опыта гнозиса. С другой, за шир мой общей доступности сформировался феномен эзотерического христианства.

Культ христианских святынь сочетался с почитанием Гермеса Трисамегиста.

Его изображения в композициях соборных фресок были распространены по всей средневековой Европе. Теоретик догмата Троицы св. Климент Александрийский писал о существовании наряду с письменной устной христианской традиции, пе РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) редаваемой ограниченному кругу верующих. И Климент, и Ориген разграничива ли общедоступный опыт веры и религиозную тайну посвященных1.

Однако эзотерическая и социальная иерархии уже не совпадали. Хранители традиций высшего посвящения далеко не всегда находились на вершинах ие рократической лестницы. Эзотерика вытесняется на периферию церковной жиз ни. Чаще она даже оказывается представлена в рамках различного рода религи озных движений, таких как, к примеру, исихазм. Отделение сакрального знания от официальных институтов истолкования и хранения традиций явилось в дол госрочной перспективе одним из факторов деконструкции традиционалистской познавательной модели.

Миф о Ренессансе Секулярное общество формирует собственную мифологию. Одним из его ба зовых мифов является миф о Ренессансе. Сложилось устойчивое клише об эпо хе Возрождения, как высшем проявлении освобожденного от средневековых пут свободного человеческого духа. Акцентировалось внимание на блестящих плея дах поэтов, художников, скульпторов при игнорировании общего контекста их де ятельности. Между тем, пропаганда возрожденческого гуманизма коррелировала с небывалым для христианской Европы уровнем духовного разложения общества.

Для реконструкции данного состояния достаточно обратиться к свидетельству Николо Макиавелли: «Ныне же никто не может искупить крайней нищеты, гнус ности и позора: в тиранах сих не почитается религия, не соблюдаются законы и отсутствует армия;

теперь они замараны всякого рода мерзостью. И пороки их тем более отвратительны, что больше всего они гнездятся в тех, кто восседает pro tribunali, кто командует другими и кто желает быть боготворимым»2.

Гиперболизировалась плотская сторона человеческой природы. Духовная па радигма средневековой культуры подменялась сензитивной парадигмой культу ры Возрождения3.

Возрожденческий гуманизм обернулся в повседневной жизни ренессансного человека тривиальным эгоизмом, близким к солипсической патологии. Э. Фромм реконструировал психологический тип людей эпохи Ренессанса следующим об разом: «Они пользовались своей властью и богатством, чтобы выжать из жиз ни все радости до последней капли;

но при этом им приходилось применять все средства, от психологических манипуляций до физических пыток… Все челове ческие отношения были отравлены смертельной борьбой за сохранение власти Фаликов Б.З. Европейский оккультизм и религии Индии // Дискурсы эзотерики (философский анализ). М., 2001. С. 172;

Генон Р. Христианство и инициация // Конец Света (эсхатология и тради ция). М., 1997;

Дугин А.Г. Метафизика Благой Вести (православный эзотеризм). М., 1996.

Макиавелли Н. Сочинения. СПб., 1998. С. 187.

Амбелен Р. Драмы и секреты истории. 1306–1643. М., 1992. С. 38, 69.

ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) и богатства. Солидарность с собратьями или, по крайней мере, с членами свое го класса сменилась циничным обособлением;

другие люди рассматривались как «объекты» использования и манипуляций, либо безжалостно уничтожались, если это способствовало достижению собственных целей. Индивид был охвачен страстным эгоцентризмом, ненасытной жаждой богатства и власти»1. Своеобраз ную роль Нового Вавилона, ныне адресуемую США, в ренессанскую эпоху брала на себя Венеция2.

Религиозный вызов возрожденческого гуманизма заключался в уподоблении человека Богу. От идеи богоподобности европейский человек перейдет затем к идее богоборчества. Обожествление человека в Ренессансе осуществлялось не в виде его одухотворения, а в превознесении на уровень Бога собственной челове ческой природы. Наиболее иллюстративно такой подход афористически раскры вается в творчестве представителя флорентийских платоников XV в. Марсилио Фичина. Слова проводимой им апологии человека вполне могли бы стать мани фестом богоборчества: «Человеческое могущество почти подобно божественной природе;

то, что Бог создает в мире своей мыслью, человеческий ум замышляет в себе посредством интеллектуального акта, выражает посредством языка, пишет в книгах, изображает посредством того, что он строит в материи мира… Челове ку нужно небесное могущество, чтобы подняться до неба и измерить его… Че ловек не только использует стихии для служения ему, но чего никогда не делает животное, он покоряет их для своих творческих целей. Если божественное про ведение есть условие существования космоса, то человек, который господствует над всеми существами, живыми и не живыми, конечно, является некоторого рода Богом»3. Характерно, что А.Ф. Лосев интерпретировал Ренессанс в качестве про екции идеи титанизма. Титанизм же в свою очередь соотносился с докосмологи ческим миром хаоса, первозданным бесформенным материальным субстратом. Секулярные врата Зла:

инфернальная парадигма секулярной инверсии Немецкий традиционалист К. Шмитт определял в свое время сферу политики (das Politische), как реальность, начинающуюся с определения образа врага5. То же самое можно сказать о генезисе цивилизаций. Без конкретизации понятия Зла не может быть постигнуто и Добро. Напротив, при деактуализации образных харак Фромм Э. Бегство от свободы. М., 1995. С. 49–50.

Бек К. История Венеции. М., 2002.

Лосев А.Ф. Эстетика Возрождения: Исторический смысл эстетики Возрождения. М., 1998. С. 333.

Буркхаррдт Я. Культура Италии эпохи Возрождения. М., 1996;

Лосев А.Ф. Эстетика Возрождения:

Исторический смысл эстетики Возрождения. М., 1998;

Андреев М.Л. Культура Возрождения // История мировой культуры: Наследие Запада. М., 1998.

Дугин А.Г. Философия политики. М., 2004. С. 369–370.

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) теристик антимира (антисистемы) происходит процесс цивилизационной энтро пии. Опыт становления и гибели мировых империй, включая СССР, в этом плане весьма иллюстративен.

Секулярная культура нивелирует проблему идентификации зла. Традицион ные добродетели, если и ставятся под сомнение, все-таки номинально входят в общий дидактической арсенал современного человека. Однако Добро невозмож но без выделения антагонистичной по отношению к ней категории Зла. Но что есть Зло для современного секулярного общества? Прелюбодеяние, содомия, мо шенничество, корыстолюбие, праздность, эгоизм – все эти пороки открыто и ак центировано популяризуются современными средствами массовой информации.

Вопрос об их греховности индивидуально относителен. А об инфернальной по доплеке вообще не идет речь. Что же до Мирового Зла, то сама проблема такого рода в сознании секулярного общества отсутствует. Сама ее поставка облекается в формы гротеска, эпатажа, психо-социальных девиаций, фобий и маний.

Тенденция нивелировки Зла обнаруживается уже в католической схоластике.

Учение о высшем предопределении идентифицировало Зло в качестве компонен та божественного замысла. При мегапроектном рассмотрении оно приобретало, таким образом, черты добродетели. Католическая теодицея дошла до поставки вопроса о субстанциональном отсутствии зла в природе. В протестантизме данная тенденция только усилилась. Для просветительского пантеизма сама постановка вопроса об инфернальном зле бессмысленна. Итогом трансформаций явилось формирование секулярного христианства. Его принципиальное отличие от тради ционного христианского учения заключалось в купировании сюжетной линии о приходе Антихриста. А христианство без апокалиптики – это уже антихристиан ство. Наибольшую рефлексию проблема Мирового Зла вызывала в православии.

Возможно, именно поэтому российская цивилизация гораздо в большей степени, нежели Запад, внутренне отторгала путь секуляризации, противопоставляя ему исторически различные формы идеократии. Итак, секулярная культура есть сис тема, впервые в мировой истории выстраиваемая вне координат добра и зла. По существу это означало то, что мир отдается на откуп Злу. Реализуется манихейс кая модель миростроительства.

Явно диссонировала с традиционным религиозным пониманием секулярная схема репрезентации исторического процесса. Вектор хода истории сменился на противоположный. Учение о прогрессе выступало в качестве отрицания истори ософии апостасии. Современной модификацией прогрессизма выступает теория модернизации. В модернизационной схеме не находится места ни для грехопаде ния, ни для апокалиптики, ни для второго пришествия. Человеческий план рас крытия истории оказывается, таким образом, принципиально отличным от тео логического плана (та же парадигма двух истин).

Но за секуляризованной «очеловеченной» моделью исторического процесса обнаруживается прообраз иного мира. Если бы Люцифер задумал написать соб ственную версию всемирной истории, она, очевидно, предстала как концепция ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА И ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (2007) прогресса. То, что ранее называлось отпадением от Бога, было теперь определено понятием прогресса. Генезис формирования нового концепта корреспондировал ся с эзотерикой учений, позиционирующихся на буферном пространстве между традицией и контринициацией. Так, в кабалистике утверждался новый по отноше нию к традиционному подходу императив преобразования мира. Данная установ ка, преломляясь через Каббалу, составила парадигму алхимической философии трансмутаций. Исследования алхимиков таили в себе социально-политические выводы: пролетарский металл – свинец (Сатурн) превращается в аристократи ческий – золото (Солнце), что достигается посредством привлечения ртути (Мер курия), обозначаемого красным пентаклем (пятиконечной звездой). Принцип со хранения впервые замещался на принцип модернизации1.

Не случайно, что распространение интереса к кабалистике в европейской эли те было связано, прежде всего, с именем Пика дела Мирандолы. Именно он, как известно, первым апробировал применительно к историческому процессу вместо схемы апостасийного регресса, модель стадиального восхождения.

Сообразно с учением Каббалы, Пика дела Мирандола переосмысливал тради ционный христианский взгляд на вопрос о человеке как образе и подобии Божь ем. Пропагандист гуманизма писал, что человек сам конструирует свой образ в соответствии с самим же им избранными формами. Идея человеческого само конструирования представляла вызов по отношению к традиции божественного сотворения. Человек, пояснял Мирандола, может «переродиться в низшие, нера зумные существа, но может переродиться по велению своей души и в высшие, божественные»2. Посредством «чистого разума» он способен стать ангелом и даже подняться еще выше… А выше ангелов находится только Бог. Патетика гу манистического антропоцентризма сводилась, таким образом, к предвечной те матике люциферового уподобления Демиургу. Люцифирический замысел реали зовывался опосредованно, через возвеличивание до уровня теургических сфер человеческого «Я»3.

Левополушарное сознание: одномерность рационализма Научное познание имеет в своей основе рациональную природу, религиозное – мистическую. Для каждого из них характерен определенный психофизиологичес кий тип человека. При сведении проблемы к антропологическому рассмотрению Рабинович В.Л. Образ в зеркале алхимии. М., 1981;

Рабинович В.Л. Алхимия как феномен средне вековой культуры. М., 1979;

Морозов Н.А. В поисках философского камня. СПб., 1909;

Жеребцов А.

Тайны алхимиков и секретных обществ. М., 1999;

Великое делание: теория и символы алхимии. Киев, 1995;

Теория и символы алхимиков. М., 1995;

Лу Куань Юй. Даосская йога: алхимия и бессмертие. СПб., 1993;

Алхимии золотые сны. М., 1995.

История эстетики. Памятники мировой эстетической мысли. М., 1962. Т. 1. С. 507–508.

Баткин Л.М. Итальянские гуманисты: стиль жизни, стиль мышления. М., 1978. С. 99.

РОССИЯ: ТРАНСФОРМАЦИИ, РЕФОРМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ (2000–2010) рационалистистами становятся, главным образом, люди левополушарной органи зации, мистиками – правополушарной. Правоориентированный тип мышления характеризуется образностью, холистичностью (целостностью), интуитивностью, левое – вербальностью, последовательностью, аналитичностью. В действительнос ти ассиметрия головного мозга крайне редко представлена в «чистом» антрополо гическом выражении. Мышление конкретного индивидуума конструируется как сложный синтез «право» и «левополушарных» свойств. Ментальное содержание исторических эпох формировалось во многом из факта долевого представитель ства «рационалистов» и «мистиков». Очевидно, что определяемый парадигмой ра ционализации переход к модели секулярного общества нового времени коррелиро вал с вектором доминации человека «левополушарного» типа1. Чем же задавалась данная антропологическая инверсия? П.Ю. Черносвитов оценивает резкое возрас тание численности «левополушарников» в XVII–XVIII вв. как каузально необъясни мую трансформацию2.



Pages:     | 1 |   ...   | 22 | 23 || 25 | 26 |   ...   | 34 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.