авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 14 |

«Дисциплинарная практика аДвокатской палаты Ульяновской области сборник Материалов Москва • 2009 УДК 347.965(470) (083) ББК 67.75 ...»

-- [ Страница 7 ] --

Допрошенная в качестве свидетеля заведующая филиалом № 1 по Железнодорожному району Ульяновской областной коллегии адвока­ тов Остапенко Т.И. пояснила суду, что работает адвокатом 30 лет, в каче­ стве заведующей филиалом с 1987 года. Все годы составляют по своему филиалу графики дежурств адвокатов, и каждый адвокат согласно гра­ фику участвует в делах по назначению. Если дежурного не оказывается на месте, то задача заведующего найти замену. В районе четыре адвокат­ ских образования. Кабинет адвоката Н­ва находится рядом с РОВД, и был период, когда он стал участвовать по назначению чаще других адво­ катов, поскольку следователи РОВД стали обращаться в филиал Н­ва. В связи с этим во избежание споров и недоразумений был составлен об­ щий график дежурств адвокатов по всему району. В настоящее время все адвокаты участвуют в делах по назначению равномерно. Если про­ слеживается тенденция, что один адвокат постоянно приглашается сле­ дователями, то можно утверждать, что данный адвокат им (следовате­ лям) удобен, он не будет писать жалобы и не создаст никаких проблем следователям. Также пояснила, что как заведующая она всегда знако­ мит адвокатов со всеми принимаемыми Советом адвокатов документа­ ми. Каждый адвокат знает о постановлении Совета Адвокатской палаты Ульяновской области от 30 декабря 2002 года.

Заведующий филиалом № 1 по Заволжскому району Ульяновской областной коллегии адвокатов Подобрий Н.Н. пояснил, что работает адвокатом 5 лет, в качестве заведующего — 4 года. Ранее он работал в прокуратуре и всегда, когда следователям нужен был адвокат, работни­ ки прокуратуры обращались в консультацию. А уже в консультации сами определяли, кому идти по назначению. Когда в районе появились другие адвокатские формирования (всего 3), то график дежурств стали составлять общий и никаких споров относительно участия в делах по назначению в районе не существует. На первом заседании Адвокатской палаты возник вопрос о порядке участия адвокатов в делах по назначе­ нию. Было принято решение оставить старый сложившийся порядок участия. Вынесено постановление, которое было разослано по всем филиалам. В их филиале постановление было вывешено на доску объ­ явлении.

Аналогичные пояснения дала свидетель Ланкова В. А., заведующая Ишеевского филиала Ульяновской областной коллегии адвокатов.

Свидетель Чукалов А. Н. пояснил суду, что работает адвокатом с 1979 года. Сложились традиции составлять графики дежурств адвока­ тов, чтобы все адвокаты имели возможность принимать участие в делах по назначению. Для некоторых адвокатов это единственная возмож­ ность получить денежные средства. Работать как К.О.Ю. нельзя в адво­ катском сообществе. Истец нарушил этические нормы в отношении других адвокатов. Работать качественно, участвуя в таком количестве дел, как К.О.Ю., также невозможно. Адвокат получает деньги не за то, что ордер в дело отдал, а за работу. По каждому делу адвокат ведет досье, которое могут затребовать на проверку. Не было случаев, чтобы адвокат отказался представить на проверку досье.

Свидетель Арсентьев М.Н. пояснил суду, что работает адвокатом в филиале № 1 по г. Барышу два года. В филиале ведется график дежурств адвокатов. В 2003 году у него не было ни одного участия в делах по на­ значению. В 2004 году в связи с тем, что К.О.Ю. прекратили статус ад­ воката, адвокаты филиала вновь стали принимать участие в делах по назначению. Сам он уже получил за участие в таких делах 6000 руб. Ад­ вокаты даже не успевают принимать участие в таких делах, поскольку работа включает в себя не просто отдать ордер в дело и поприсутство­ вать, однако по вине адвокатов не было сорвано ни одно дело. По каж­ дому делу адвокат ведет надзорное производство (досье), которое могут затребовать для проверки. Из надзорного дела можно увидеть, что кон­ кретно сделал адвокат по делу.

Свидетель Москов Н. С. пояснил суду, что является адвокатом с 1993 года. Ранее более 7 лет работал следователем в Засвияжском рай­ оне. Считает, что любому следователю выгодно пригласить для под­ следственного такого адвоката, который ему не будет создавать лишние хлопоты, такие, например, как заявлять ходатайства, долго знакомится с материалами дела. Следователь не будет приглашать адвоката, кото­ рый заявляет ходатайства. У адвокатов существует сложившийся поря­ док участия в делах по назначению с целью равномерного распределе­ ния нагрузки. В зависимости от распределения дел, зависит заработок адвоката, У каждого адвоката ведется досье, производство, в котором отмечается все действия адвоката. Совет адвокатской палаты имеют право затребовать досье на любого адвоката, адвокат сам может защи­ тить себя по досье.

Свидетель Аширова Н. И. пояснила суду, что работает заведующей филиалом по г. Барышу Ульяновской областной коллегии адвокатов с 2000 года, адвокатом — с 1995 года. Сложился порядок, по которому ад­ вокаты дежурят по графику, и дежурный принимает участие в делах по назначению. Графики дежурств передаются и в прокуратуру и в РОВД.

До случая с К.О.Ю. не было никаких споров и недоразумений по уча­ стию в делах по назначению. Вдруг в 2003 году адвокатов филиала сле­ дователи перестали приглашать для участия в делах по назначению. Для некоторых адвокатов участие в делах по назначению является единст­ венной возможностью заработать деньги. Когда выяснилось, что следо­ ватели целенаправленно приглашают К.О.Ю., она поговорила с К.О.Ю.

и попросила изменить свое поведение и стиль работы. Истец же просто проигнорировал просьбу и продолжил принимать участие в делах по на­ значению, не считаясь с другими адвокатами. Пояснила, что она еже­ месячно отправляет графики дежурств адвокатов в прокуратуру и в РОВД. Представила суду график дежурств, который она взяла у следо­ вателя в РОВД и просила обратить внимание на то, что кто­то без ее ведома допечатал в конце графика фамилии истца и его представителя (К.Ю.И.) с указанием вызывать круглосуточно. Также пояснила, что ей неоднократно приходилось принимать участие в делах после К.О.Ю. и ей жаловались клиенты, что его им просто навязали. Следователи ей го­ ворили, что К.О.Ю. не хлопотный адвокат.

Из показаний вышеперечисленных свидетелей следует, что в ад­ вокатуре сложились обычаи и традиции, которые обязан соблюдать каждый адвокат. Данный вывод подтверждается и результатами про­ веденного анкетирования, которое исследовалось в судебном засе­ дании.

В вину К.О.Ю. также вменено, что адвокат не вправе навязывать свою помощь лицам, нуждающимся в юридической помощи, и привле­ кать их путем использования личных связей с работниками судов и пра­ воохранительных органов.

Свидетель Чуракова Н.В. пояснила, что после того как К.О.Ю. мо­ нополизировал всю работу по назначениям, резко упал авторитет адво­ катуры в г. Барыше. По нему стали судить и о других адвокатах. Без лич­ ных связей просто невозможно, чтобы молодого и неопытного адвоката стали приглашать в 50 раз чаще других. Считает, что поскольку отец ист­ ца ранее работал в прокуратуре г. Барыша, мать в следователем в РОВД зять — ранее в дознании, а теперь в ГИБДД, то только поэтому такой спрос на К.О.Ю. Ей приходилось слышать от клиентов, что К.О.Ю. им просто навязали. Сама неоднократно наблюдала, как К.О.Ю. по утрам обходит кабинеты следователей и спрашивает, не нужен ли он. Сущест­ вует график дежурств адвокатов, который есть и у следователей. Однако в 2003 году следователи перестали приглашать адвокатов филиала. При­ глашали крайне редко и только тогда, когда по делу необходимо при­ гласить несколько адвокатов. По каждому делу адвокаты ведут досье, которое всегда можно проверить и увидеть, какую работу провел адво­ кат по конкретному делу. Считает, что своей «работой» истец нарушил адвокатскую этику.

Также свидетель Арсентьев М. Н. пояснял суду, что лично его во­ обще старались следователи не приглашать для участия в делах по на­ значению, поскольку их не устраивала его принципиальность. Неодно­ кратно было такое, что он находился в здании РОВД после того, как освободился по делу, в котором принимал участие по соглашению, и ви­ дел, как следователи по новому делу искали адвоката К.О.Ю. Когда он (свидетель) говорил им, что он свободен и имеет возможность принять участие в деле, следователи ему в этом отказывали.

Свидетель Москвичев А. Г. пояснил суду, что он привлекался к уго­ ловной ответственности в 2003 году. Когда его задержали, то следова­ тель пришел на допрос вместе с К.О.Ю. и сказал, что его интересы будет защищать именно этот адвокат. К.О.Ю с ним даже не поговорил, а мол­ ча сидел рядом. Когда составили протокол, то К.О.Ю. сказал, чтобы он (свидетель) его подписал и все. Считает, что К.О.Ю. выступил в роли статиста, просто присутствовал, совершенно не оказывая ему никакой юридической помощи. В камере, когда он рассказал про адвоката, ему сказали, что это «ментовский» адвокат и что если он не хочет сидеть, то пусть меняет адвоката. Он пригласил Аширову и только тут уже получил квалифицированную помощь. В результате обвинение было снято, и вскоре его освободили.

Свидетель Исаков А. А. пояснил суду, что работает адвокатом с 1987 года. Был случай, что он (свидетель) принимал участие по соглаше­ нию в деле по обвинению Баланова и заявил отвод следователю Крю­ ченкову, который возглавлял оперативно­следственную группу по делу.

На следующий день он пришел к этому следователю и тот пояснил, что не планирует в этот день проводить следственные действия, а только на следующий день собирается решать вопрос об избрании меры пресе­ чения. Однако на следующий день ему позвонила секретарь суда и ска­ зала, что рассматривается вопрос по аресту Баланова. На вопрос как можно рассматривать этот вопрос без предъявления обвинения ему от­ ветили, что обвинение уже предъявлено при адвокате К.О.Ю. То есть фактически следователь Крюченков его обманул и при «удобном» адво­ кате предъявил обвинение Баланову. Налицо нарушение норм адвокат­ ской этики со стороны истца. Адвокаты, видя в деле ордер другого адво­ ката, без согласования друг с другом не вступают в дело. Баланов ему говорил, что следователь привел К.О.Ю. и сказал, что предъявление об­ винения это просто формальность и никакого значения для его дела не имеет. В деле постановлений о замене адвоката нет. Баланов от его услуг не отказывался. Он (свидетель) встретился с К.О.Ю. и стал говорить, что так нельзя поступать, однако К.О.Ю. его просто проигнорировал.

Деятельность адвокатуры регулируется не только законом, но и норма­ ми морали. Авторитет адвокатуры не прибавляется от того, что про ад­ вокатов говорят, что они «ментовские».

В материалах дела имеется жалоба Убиной В. А. (л. д. 113 том 1), в которой она указывает, что ее адвоката (К.О.Ю.) привлекли к участию в деле без ее ведома.

Мнение заслушанных адвокатов и Москвичева А. Г. о навязывании юридической «помощи» адвоката К.О.Ю. путем использования личных связей с работниками правоохранительных органов согласуется и с по­ казаниями свидетелей со стороны истца. А именно, свидетель Крючен­ ков Н. Н. пояснил суду, что работает следователем РОВД г. Барыша два года. Графики дежурств адвокатов филиал им предоставляет, но фами­ лии К.О.Ю. в нем нет. Свой график К.О.Ю. ему не давал. К.О.Ю. при­ ходил к ним в РОВД и оставил свой домашний телефон и сказал, что в случае необходимости вызывать его. По делу Баланова произошла за­ мена адвоката на одно следственное действие потому, что он (свидетель) не смог найти Исакова, а К.О.Ю. всегда доступен.

Свидетель Желтов А. А. пояснил суду, что он работает начальником отдела дознания ОВД Барышского района. У них есть график дежурств адвокатов, однако часто так случается, что дежурный адвокат отсутст­ вует и ему приходилось обращаться к К.О.Ю. Участие К.О.Ю. в делах чаще других адвокатов чисто случайное. К.О.Ю. в графике дежурств ад­ вокатов не указан, но его домашний телефон он нашел в справочнике.

Суд считает, что показания начальника отдела дознания, что он мог узнать о молодом, начинающем, неопытном адвокате К.О.Ю. из теле­ фонного справочника, неубедительны. Тем более свидетель подтверж­ дает, что К.О.Ю. никаких графиков либо другой официальной инфор­ мации о себе не оставлял.

Заслушанные в качестве свидетелей Князькин С. В. (муж родной сестры истца) и мать истца К.О.Ю. подтвердили факт того, что работали в дознании и знают всех его работников. В суде лишь отрицали то об­ стоятельство, что это как­то могло поспособствовать обеспечению ист­ ца работой.

Из протокола № 1 заседания Совета Адвокатской палаты Ульянов­ ской области от 9 февраля 2004 года усматривается, что К.О.Ю. под­ тверждал факт того, что Аширова беседовала с ним, говорила, что так работать, как он работает по назначению, «не дело» (л. д. 83 т. 1). В этом же протоколе отец истца К.Ю.И. (отец истца) говорил, что ему следова­ тели звонят домой, и он посылает к ним своего сына (л. д. 84 т. 1).

Из финансового отчета филиала № 1 по г. Барышу Ульяновской об­ ластной коллегии адвокатов усматривается, что адвокаты филиала не участвовали в 2003 году по назначению в дознании РОВД.

Имеется платежное поручение (л. д. 64 т. II), в котором указано, что на имя К.Ю.И. зачислена сумма 29 799 руб. 85 коп. В суде не оспаривается, что указанную сумму получил истец за участие по делам по назначению.

В Заключении Квалификационной комиссии при Адвокатской па­ лате Ульяновской области от 26 января 2004 года указано, что адвокат К.О.Ю. фактически монополизировал работу защитника в стадии до­ знания и предварительного следствия в Барышском районе и заблоки­ ровал тем самым работу своих коллег, лишив их возможности работать и иметь за это вознаграждение. Что доводы К.О.Ю. в той части, что все дела он проводит официально и при этом последовательно отстаивает интересы своих подзащитных не используя для подыскания работы по назначению знакомства с дознавателями и следователями неубедитель­ ны. Как свидетельствует адвокатская практика, принципиальность ад­ воката в защите подозреваемых и обвиняемых неизбежно влечет обо­ стрение отношений с работниками правоохранительных органов, что менее всего способствует к систематическому приглашению такого ад­ воката для участия в делах по назначению.

По заключению Квалификационной комиссии и решению Совета АПУО принятие участия в делах по назначению в 5 раз чаще, чем другие все вместе взятые адвокаты г. Барыша, свидетельствует о нарушении истцом корпоративной дисциплины и профессиональной этики.

Из письма Совета Федеральной палаты РФ от 4 июня 2004 года вид­ но, что в связи с лишением статуса адвоката К.О.Ю., позиция высшего органа адвокатского образования страны полностью совпадает с при­ нятым решением Совета АПУО.

При решении вопроса о прекращении статуса адвоката К.О.Ю. на­ рушений нормативных актов не установлено. Процедура принятия ре­ шения о прекращении статуса адвоката, сроки наложения дисципли­ нарного взыскания ответчиком соблюдены.

Суд соглашается с выводами ответчика относительно того, что ис­ тец допустил проступок, порочащий честь и достоинство адвоката или умаляющий авторитет адвокатуры и считает, что иск не подлежит удо­ влетворению в полном объеме.

Согласно ст. 19 КПЭА осуществление и деятельность адвокатского сообщества невозможно без соблюдения корпоративной дисциплины и профессиональной этики.

Суд считает, что назначенная К.О.Ю. дисциплинарное наказание в виде прекращения статуса адвоката полностью соответствует тяжести со­ вершенных их проступков, так как в течении длительного времени он систематически нарушал требования норм КПЭА, фактически оставив 10 адвокатов г. Барыша без работы по назначению по уголовным делам и, соответственно, без вознаграждения за эту работу. Предложение адво­ катов работать по сложившимся традициям и правилам проигнорировал.

Доводы представителя истца относительно того, что адвокат К.О.Ю.

приглашается для работы по назначению без каких­либо нарушений за­ кона, суд отклоняет, так как вышеприведенные доказательства свиде­ тельствуют о нарушении адвокатом Кодекса профессиональной этики адвоката. Представитель истца даже на требование суда представить ад­ вокатские производства (досье) ответил категорическим отказом, со­ славшись на тайну адвоката, что позволяет суду расценить эти действия как нарушение корпоративной дисциплины и свидетельство отсутствия у адвоката этих документов.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194– ГПК РФ, суд РЕШИЛ:

В иске К.О.Ю. к Адвокатской палате Ульяновской области о вос­ становлении статуса адвоката, взыскании заработной платы, признании незаконными и подлежащими отмене заключение члена Совета от 19 января 2004 года, заключение квалификационной комиссии от 26 января 2004 года, решения Совета Адвокатской палаты Ульяновской области от 9 февраля 2004 года, обязании дать опровержение сведени­ ям, порочащим честь и достоинство истца, компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд че­ рез Ленинский районный суд в течение 10 дней.

Федеральный судья М.

Материал № 19. Дисциплинарное производство в отношении адвоката е.в.Г.

Повторное, после получения дисциплинарного наказания за аналогичные действия, нарушение адвокатом установленных Адвокатской палатой правил получения работы по уголовным делам по назначению, повлекло пре­ кращение статуса адвоката за нарушение им пп. 6 п. 1 ст. 9, п. 6 ст. Кодекса профессиональной этики адвоката.

РЕШЕНИЕ Совета Адвокатской палаты Ульяновской области 13 марта 2006 года г. Ульяновск Совет Адвокатской палаты Ульяновской области, рассмотрев в закры­ том заседании материалы объединенного дисциплинарного производ­ ства в отношении адвоката Е.В.Г., УСТАНОВИЛ:

1 февраля 2006 года президент АПУО возбудил дисциплинарное производство в отношении адвоката Е.В.Г. по жалобе его доверителя С.

8 февраля 2006 года президент АПУО возбудил дисциплинарное про­ изводство в отношении адвоката Е.В.Г. по заявлению его доверителя К.

27 февраля 2006 года материалы обоих дисциплинарных произ­ водств были рассмотрены Квалификационной комиссией Адвокатской палаты Ульяновской области, и по ним были даны соответствующие за­ ключения.

1 марта 2006 года президент АПУО своим постановлением объеди­ нил материалы этих дисциплинарных производств в одно, учитывая однотипный характер нарушений, совершенных адвокатом Е.В.Г.

Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Ульяновской области дала следующие заключения по материалам дисциплинарных производств:

I. По жалобе гр. С.:

Квалификационная комиссия признала установленным факт нару­ шения адвокатом Е.В.Г. п. 4 ч. 1 ст. 7 Закона «Об адвокатской деятельно­ сти и адвокатуре в Российской Федерации», ч. 2 ст. 5, п. 6 ч. 1 ст. 9, ч. ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката и решения Совета Ад­ вокатской палаты Ульяновской области от 7 февраля 2005 года «По уча­ стию адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, предварительного следствия, проку­ рора или суда в порядке ст. 50 УПК РФ и по назначению суда в порядке ст. 50 ГПК РФ», которые требуют от адвокатов соблюдать Кодекс про­ фессиональной этики адвоката и исполнять решения органов Адвокат­ ской палаты Ульяновской области, принятые в пределах их компетен­ ции;

работать по уголовным делам по назначению только по графикам дежурств адвокатов;

не навязывать свою помощь лицам и не привлекать их в качестве доверителей путем использования личных связей с работ­ никами судебных и правоохранительных органов и избегать действий, направленных к подрыву доверия.

Как указано в заключении Квалификационной комиссии, 26 дека­ бря 2005 года адвокат Е.В.Г., не будучи дежурным по графику дежурств адвокатов Железнодорожного района г. Ульяновска для работы по уго­ ловным делам по назначению, прибыл в прокуратуру Железнодорожно­ го района г. Ульяновска по приглашению знакомого ему следователя Ч.

и навязал свои услуги по защите подозреваемому С., представившись ему дежурным адвокатом.

Без заключения письменного соглашения с С. адвокат Е.В.Г. с 19 ч. 30 мин. до 20 ч. 50 мин. 26 декабря 2005 года принимал участие в допросе С. в качестве подозреваемого, а с 21 ч. 25 мин. до 21 ч. 55 мин.

того же дня участвовал при допросе С. в качестве обвиняемого, заверив последнего, что труд защитника будет оплачен государством.

Получив от С. 4830 руб., обручальное кольцо и ключи от квартиры для передачи их жене обвиняемого, адвокат Е.В.Г. на следующий день, 27 декабря 2005 года, прибыл на квартиру жены С., где, введя ее в за­ блуждение относительно намерений С. о заключении соглашения с ним на его защиту, убедил ее в необходимости подписания такого соглаше­ ния от 27 декабря 2005 года с размером гонорара в 20 000 руб., предста­ вив при этом ей для подписания регистрационную карточку ликвиди­ рованной в 2003 году Ульяновской областной коллегии адвокатов № 2, тогда как адвокат Е.В.Г. работает с 2003 года индивидуально, в Адвокат­ ском кабинете.

Кроме того, адвокат Е.В.Г., действуя вопреки воле своего доверите­ ля С., передал его жене не 4830 руб., а лишь 830 руб., оставив себе, в качестве гонорара за работу, 4000 руб., которые оприходовал по квитан­ ции неустановленной формы 27 декабря 2005 года, написав в ней, что деньги оплатила С., но не дав последней расписаться в квитанции.

Квалификационная комиссия в своем заключении дала мотивиро­ ванную оценку всем доказательствам, собранным по дисциплинарному делу, в том числе и объяснениям адвоката Е.В.Г., и указала, почему она их отвергает.

При этом она отметила, что сам факт участия адвоката Е.В.Г. в след­ ственных действиях в отношении С. 26 декабря 2005 года без заклю­ чения с ним письменного соглашения на защиту и без официальной регистрации принятого поручения на защиту свидетельствует о том, что адвокат Е.В.Г. действительно представился С. дежурным адвокатом, работающим за счет государства, а факт введения в заблуждение С. от­ носительно намерений ее мужа заключить соглашение на защиту с ад­ вокатом Е.В.Г. подтверждается самими фактом незаключения такого соглашения непосредственно с подзащитным С.;

объяснениями его жены С. о том, что она не желала заключать это соглашение с адвокатом Е.В.Г.;

составлением этого соглашения на бланке несуществующей кол­ легии адвокатов, тогда как адвокат Е.В.Г. работает индивидуально, в ад­ вокатском кабинете;

и оприходованием денег, якобы уплаченных С., без ее подписи в квитанции.

Все вышеперечисленное, а также оставление адвокатом Е.В.Г. себе в качестве гонорара 4000 руб., которые он должен был по поручению С.

передать его жене свидетельствует о совершении адвокатом действий, подрывающих доверие к адвокатуре.

Факт же нарушения адвокатом Е.В.Г. решения Совета АПУО от 7 февраля 2005 года и составленного в соответствии с его требованиями графика дежурств адвокатов для работы по уголовным делам по назна­ чению подтверждается объяснениями адвоката Е.В.Г. о том, что он знал день своего дежурства — 23 декабря 2005 года;

подлинником этого гра­ фика дежурства и объяснениями ответственного за составление графи­ ка — заведующей филиалом № 1 УОКА по Железнодорожному району г. Ульяновска Рязановой Л. Ф.

Вместе с тем Квалификационная комиссия дала заключение о том, что жалоба С. о неисполнении адвокатом Е.В.Г. своих профессиональ­ ных обязанностей защитника и о склонении им С. к признанию вины в получении взятки, а также заявление жены С. о том, что она передала адвокату Е.В.Г. 1000 руб. в качестве гонорара за защиту ее мужа, ничем не подтвердились, поэтому дисциплинарное производство в этой части подлежит прекращению.

II. По материалам дисциплинарной проверки, проведенной по за­ явлению гр. К., Квалификационная комиссия дала заключение о нарушении ад­ вокатом Е.В.Г. п. 4 ч. 1 ст. 7 Закона «Об адвокатской деятельности и ад­ вокатуре в Российской Федерации», ч. 2 ст. 5, п. 6 ч. 1 ст. 9, ч. 6 ст. Кодекса профессиональной этики адвоката и решения Совета Адвокат­ ской палаты Ульяновской области от 7 февраля 2005 года «По участию адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по на­ значению органов дознания, предварительного следствия, прокурора или суда в порядке ст. 50 УПК РФ и по назначению суда в порядке ст. ГПК РФ».

Эти нарушения выразились в том, что адвокат Е.В.Г. проигнориро­ вал принятое в соответствии с законодательством об адвокатуре и нор­ мами адвокатской этики решение Совета АПУО от 7 февраля 2005 года и, зная, что в сентябре 2005 года он был дежурным для работы по уго­ ловным делам по назначению 18 сентября, тем не менее 20 сентября 2005 года, не будучи дежурным по графику, прибыл в прокуратуру Же­ лезнодорожного района г. Ульяновска по приглашению следователя Ч. и навязал свои услуги по защите подозреваемой К. в качестве дежурного адвоката, приняв участие в ее допросах в качестве подозреваемой с 16 ч. 5 мин. до 17 ч. 10 мин., и в качестве обвиняемой — с 19 ч. 35 мин.

до 20 ч. 5 мин. 20 сентября 2005 года.

Тем самым адвокат Е.В.Г. привлек К. в качестве доверителя, ис­ пользовав при этом личные связи со следователем Ч., что подтвержда­ ется как объяснениями самого адвоката Е.В.Г., так и заявлением К., со­ общившей, что адвокат Е.В.Г. появился в прокуратуре после звонка ему на мобильный телефон следователя Ч.

Этими действиями адвокат Е.В.Г. также грубо нарушил решение Совета АПУО от 7 февраля 2005 года, в котором прямо говорится, что оказание юридической помощи по уголовным делам по назначению осуществляется адвокатами на основании графика их дежурств, а оказа­ ние этой помощи вне графика влечет дисциплинарную ответственность адвокатов.

Вместе с тем Квалификационная комиссия дала заключение о не­ обходимости прекращения дисциплинарного производства в части не­ оказания адвокатом Е.В.Г. должной юридической помощи доверителю К., так как ее заявление об этом не подтверждено никакими доказатель­ ствами и опровергается материалами дисциплинарной проверки.

Рассмотрев и оценив все материалы дисциплинарного производст­ ва, в том числе и объяснения адвоката Е.В.Г., а также заключения Ква­ лификационной комиссии АПУО от 27 февраля 2006 года, Совет АПУО находит оба заключения в отношении адвоката Е.В.Г. законными и обо­ снованными и прекращает дисциплинарное производство по заяв­ лениям К. и С. о неоказании им адвокатом Е.В.Г. должной юридической помощи и о получении этим же адвокатом 1000 руб. от С. в качестве гонорара за защиту ее мужа по п. 2 ч. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, то есть вследствие надлежащего исполнения адвокатом своих профессиональных обязанностей по защите доверителей.

За совершение же адвокатом Е.В.Г. дисциплинарных проступков, установленных заключениями Квалификационной комиссии АПУО от 27 февраля 2006 года, он должен понести дисциплинарную ответст­ венность.

При избрании меры этой ответственности Совет АПУО учитывает как частичное признание адвокатом Е.В.Г. своей вины в совершении им дисциплинарных проступков, так и то, что этими проступками он, на­ ряду с другими вышеописанными последствиями, подорвал авторитет адвокатуры, так как вводил в заблуждение своих доверителей относи­ тельно правового основания своего появления в качестве их защитни­ ков, представляясь им дежурным адвокатом, хотя таковым не являлся.

Не может Совет АПУО не учитывать и того факта, что 5 декабря 2005 года адвокат Е.В.Г. уже был наказан в дисциплинарном порядке — ему было объявлено предупреждение за то, что в течение апреля — авгу­ ста 2005 года он провел вне графика своих дежурств 17 уголовных дел по назначению в прокуратуре Железнодорожного района г. Ульяновска, отказавшись затем от защиты своих доверителей в суде.

Несмотря на это наказание, адвокат Е.В.Г. 26 декабря 2005 года, то есть менее чем через месяц со дня получения предупреждения за нару­ шение графика дежурств адвокатов для работы по уголовным делам по назначению, вновь умышленно нарушил установленные для адвокатов правила принятия такой работы и с использованием личных связей со следователем навязал свои услуги по защите подозреваемому С., пред­ ставившись ему дежурным адвокатом.

Такое пренебрежительное отношение адвоката Е.В.Г. к решению Совета АПУО от 7 февраля 2005 года, принятому в соответствии с нор­ мами Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и требованиями Кодекса профессиональной этики адво­ ката, свидетельствует о нежелании адвоката подчиняться правилам, установленным руководящим органом адвокатского сообщества Улья­ новской области, что делает невозможным дельнейшее пребывание ад­ воката Е.В.Г. в этом сообществе.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, Совет Адвокатской палаты Улья­ новской области РЕШИЛ:

За умышленное нарушение п. 4 ч. 1 ст. 7 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», ч. 2 ст. 5, п. 6 ч. ст. 9, ч. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката и решения Совета Адвокатской палаты Ульяновской области от 7 февраля 2005 года «По участию адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроиз­ водстве по назначению органов дознания, предварительного следствия, прокурора или суда в порядке ст. 50 УПК РФ и по назначению суда в порядке ст. 50 ГПК РФ» прекратить статус адвоката Е.В.Г. по п. 2, 3 ч. ст. 17 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» с 13 марта 2006 года.

Президент Адвокатской палаты Ульяновской области, В. И. Чернышов РЕШЕНИЕ ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 11 мая 2006 года Дело № 2­1370/2006 г. Ульяновск Ленинский районный суд г. Ульяновска в составе судьи Р. при секретаре Э., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Е.В.Г. к негосударственной некоммерческой организации Адво­ катской палате Ульяновской области о признании незаконными реше­ ний квалификационной комиссии и решения Совета адвокатской па­ латы Ульяновской области, восстановлении в статусе адвоката, УСТАНОВИЛ:

Е.В.Г. обратился в суд с вышеназванным исковым заявлением, ука­ зывая, что 13 марта 2006 года решением Совета АПУО был прекращен его статус адвоката. Решение считает незаконным по следующим осно­ ваниям. Квалификационная комиссия и совет АПУО действуют неза­ конно, поскольку при их формировании были нарушены требования Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ». В соответ­ ствии со ст. 2 ч. 1 указанного закона адвокат не вправе заниматься другой оплачиваемой деятельностью за исключением научной, преподаватель­ ской и иной творческой деятельностью. Полагает, что Чернышов В. И.

и Чагинский В. В. находятся на должностях президента и вице­пре­ зидента незаконно, поскольку в законе нигде не сказано, что президент и вице­президент имеют право совмещать свои должности с руководя­ щими должностями в других адвокатских образованиях. Полагает, что незаконны и акты, принятые с участием этих лиц. Также считает ре­ шение незаконным на том основании, что до него не было доведено ре­ шение Совета адвокатской палаты от 7 февраля 2005 года «По участию адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по на­ значению органов дознания, предварительного следствия, прокурора или суда в порядке ст. 50 УПК РФ и по назначению суда в порядке ст. ГПК РФ». Графики дежурств до него также не доводились. В ходе дис­ циплинарного производства он столкнулся с дискриминацией по при­ знаку принадлежности к адвокатскому образованию. Это выразилось в том, что Чернышов В. И. отказал ему в проверке дел, поступивших из Железнодорожного РОВД на предмет дежурства вне графика адвокатов.

Отказался возбудить дисциплинарное производство в отношении адво­ ката К., несмотря на поступившее из прокуратуры представление. По­ лагает, что отсутствует объективность в работе, как Квалификационной комиссии, так и Совета АПУО. Также указывает, что в заключении Ква­ лификационной комиссии указаны факты в реальности не существо­ вавшие, а именно «навязал свои услуги по защите подозреваемой К. в качестве дежурного адвоката» и «факт участия адвоката Е.В.Г. в защите К. по приглашению следователя Ч., то есть с использованием личных связей подтверждается объяснениями самого адвоката Е.В.Г., а также заявлением К., сообщившей, что адвокат Е.В.Г. появился в прокуратуре после звонка ему на мобильный телефон следователя Ч. ». Настаивает на том, что не навязывал себя в качестве адвоката как по делу К., так и по делу С., личных связей со следователем не имеет. Просит решение совета АПУО от 13 марта 2006 года отменить, восстановить в статусе ад­ воката в адвокатском образовании адвокатский кабинет.

В судебном заседании истец Е.В.Г. на иске настаивает. Дополнил требования. Просит отменить заключения Квалификационной комис­ сии АПУО от 27 февраля 2006 года, указывая, что не навязывал своих услуг подозреваемым С. и К., не имеет личных связей со следователем Ч. Квитанция для оприходования денежных средств не предусматри­ вает наличие подписи клиента, а денежные отношения между адвока­ том и клиентом регулируются нормами ГК РФ. К тому же никаких за­ явлений о возврате денежных сумм от С. не поступало. Пояснения дал аналогичные доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика президент Адвокатской палаты Ульянов­ ской области Чернышов В. И. иск не признал, пояснял, что дисцип­ линарные производства в отношении Е.В.Г были возбуждены и рас­ смотрены в соответствии с Законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» и Кодекса профессиональной этики адвоката.

Поводом к возбуждению дисциплинарных производств послужили жалобы С. и К. 7 февраля 2005 года Совет принял решение «По участию адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по на­ значению органов дознания, предварительного следствия, прокурора и суда в порядке ст. 50 УПК РФ и по назначению в порядке ст. 50 ГПК РФ». Совет должен проконтролировать исполнение своих решений все­ ми адвокатскими палатами. Начали изучать опыт других регионов, пришли к выводу, что за работу по назначению адвокаты Ульяновской области стали получать серьезные деньги. У одних адвокатов возникли претензии к своим коллегам, что одни получают работу по назначению, другим эта работа не доступна. После этого Совет принял решение о введении графика дежурств. Для надлежащего его исполнения все ад­ вокаты были под роспись с ним ознакомлены. Е.В.Г. 14 февраля 2005 го­ да получил на руки это решение и расписался в соответствующей ве­ домости.

В Железнодорожном районе г. Ульяновска с апреля по сентябрь 2005 года больше вcex нарушил график дежурств Е.В.Г. — 17 раз. 5 дека­ бря 2005 года ему объявили предупреждение, думали, что он поймет свое нарушение. Но через 21 день он навязал свои услуги подозреваемо­ му С. по звонку следователя Ч. Когда Е. был приглашен к следователю Ч., то он представился С. дежурным адвокатом. В заключении Квали­ фикационной комиссии имелась оценка доказательств, из которых видно, что в тот день Е. сначала принимал участие в допросе С. в каче­ стве подозреваемого, потом в допросе С. в качестве обвиняемого, но со­ глашение при этом заключено не было. После Е. получил от С. 4830 руб., ключи от квартиры, так как С. попросил его передать жене деньги и ключи. После он пошел к С., и передал ей лишь 830 руб., ключи. Остав­ шуюся сумму он оставил у себя. Ввел С. в заблуждение относительно того, что ее муж хочет видеть его своим адвокатом, что он является адвокатом Ульяновской областной коллегии адвокатов № 2, которая в настоящее время не действует. По самодельной квитанции истец опри­ ходовал деньги. Таким образом, истец навязал С. свою юридическую помощь, работал вне графика дежурств, ввел его в заблуждение, что яв­ ляется дежурным адвокатом, не заключил письменного соглашения.

По доводам в отношении адвоката К. пояснил, что действительно, от гр. Г. поступило несколько жалоб в отношении истца и в отношении К. Затем он жалобы отозвал. Дисциплинарное производство в отноше­ нии Е.В.Г. и К. прекратили. На заседании Квалификационной комис­ сии и Совета истец не соглашался только с некоторыми выводами, но не отрицал, что оказывал услуги вне графика дежурств. Никаких про­ цессуальных нарушений не было, истец всегда вовремя получал копии документов, участвовал в их заседании. Наказание в виде прекращения статуса адвоката было принято совершенно обоснованно, при этом было принято во внимание аналогичное ранее совершенное наруше­ ние. Довод истца о незаконности деятельности Квалификационной ко­ миссии и Совета АПУО, поскольку президент и вице­президент не име­ ют право совмещать свои должности с руководящими должностями в других адвокатских образованиях противоречит ч. 2 ст. 9 Кодекса про­ фессиональной этики адвоката. Считает, что исковые требования истца не подлежат удовлетворению.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, материалы дисциплинарных производств, суд при­ ходит к следующему:

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоя­ тельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно п. 2 ч. 2 ст. 17 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адво­ катуре в Российской Федерации» № 63­ФЗ от 31 мая 2002 года с после­ дующими изменениями и дополнениями статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта Россий­ ской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об адвокате, на основании заключения квалификационной комиссии при нарушении адвокатом норм кодекса профессиональной этики ад­ воката.

В соответствии с п. 1, п. 5, п. 6 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката от 31 января 2003 года нарушение адвокатом требований КПЭА, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, вле­ чет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотрен­ ных ФЗ РФ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и КПЭА.

Мерами дисциплинарной ответственности могут являться: замеча­ ние, предупреждение, прекращение статуса адвоката, иные меры, уста­ новленные собранием (конференцией) соответствующей адвокатской палаты. Меры дисциплинарной ответственности могут быть примене­ ны к адвокату не позднее шести месяцев со дня обнаружения проступка адвоката, не считая времени болезни адвоката, нахождения в отпуске.

Меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к ад­ вокату, если с момента совершения им нарушения прошло не более одного года.

Установлено, что Е.В.Г. являлся адвокатом, был зарегистрирован в реестре адвокатов Ульяновской области за № 73/nnn.

16 марта 2006 года распоряжением УФРС России по Ульяновской области № 242­р сведения об адвокате Е.В.Г. были исключены из рее­ стра адвокатов Ульяновской области на основании уведомления АПУО от 15 марта 2006 года.

1 февраля 2006 года и 8 февраля 2006 года постановлениями пре­ зидента Адвокатской палаты Ульяновской области возбуждены дисци­ плинарные производства в отношении адвоката Е.В.Г. Основаниями возбуждения дисциплинарных производств послужили заявления С. за навязывание адвокатом Е. своих услуг по защите заявителя вне графика дежурств адвокатов для работы по уголовным делам по назначению сле­ дователей и за неисполнение адвокатом своих профессиональных обя­ занностей и заявление К. о появлении адвоката в качестве защитника по телефонному звонку следователя.

В соответствии со ст. 20 КПЭА поводами для начала дисциплинар­ ного производства являются: жалоба, поданная в Совет другим адвока­ том, доверителем адвоката или его законным представителем, а ровно жалоба лица, обратившегося за оказанием юридической помощи, при отказе адвоката принять поручение без достаточных оснований.

Таким образом, сообщение заявителей о нарушениях соответствует требованиям ст. 20 Кодекса профессиональной этики адвоката.

В соответствии со ст. 22 КПЭА дисциплинарное производство включает в себя следующие стадии: разбирательство в Квалификацион­ ной комиссии адвокатской палаты субъекта РФ, разбирательство в Со­ вете Адвокатской палаты субъекта РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 24 КПЭА Совет принимает решение на основании Квалификационной комиссии, при этом он не вправе пере­ сматривать выводы заключения комиссии в части установленных ею фактических обстоятельств.

В закрытом судебном заседании Квалификационная комиссия Ад­ вокатской палаты Ульяновской области рассмотрела материалы дисци­ плинарного производства в отношении адвоката Е.В.Г. и единогласно дала заключение о нарушении адвокатом п. 4 ч. 1 ст. 7 Закона «Об адво­ катской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», ч. 2 ст. 5, п. 6 ч. 1 ст. 9, ч. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката и ре­ шения совета Адвокатской палаты Ульяновской области от 7 февраля 2005 года «По участию адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, предварительного следствия, прокурора или суда в порядке ст. 50 УПК РФ и по назначе­ нию суда в порядке ст. 50 ГПК РФ».

Решением Совета АПУО от 13 марта 2006 года за умышленное на­ рушение п. 4 ч. 1 ст. 7 Федерального Закона «Об адвокатской деятельно­ сти и адвокатуре в Российской Федерации», ч. 2 ст. 5, п. 6 ч. 1, ст. 9 ч. 6, ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката и решения совета Ад­ вокатской палаты Ульяновской области от 7 февраля 2005 года «По уча­ стию адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, предварительного следствия, проку­ рора или суда в порядке ст. 50 УПК РФ и по назначению суда в порядке ст. 50 ГПК РФ» прекращен статус адвоката Е.В.Г. по п. 2, 3 ч. 2. ст. Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Фе­ дерации» с 13 марта 2006 года.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 7 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат обязан соблюдать Ко­ декс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, принятые в пре­ делах их компетенции.

Требования исполнять решения органов адвокатской палаты со­ держатся и в ч. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката.

В соответствии с п. 5 ч. 3 ст. 31 Закона «Об адвокатской деятельно­ сти и адвокатуре в Российской Федерации» Совет региональной палаты определяет порядок оказания юридической помощи адвокатами, уча­ ствующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда, доводит этот порядок до сведения указанных орга­ нов, адвокатов, контролирует его исполнение адвокатами.

На основании этой нормы Закона Совет Адвокатской палаты в Ульяновской области 7 февраля 2005 года принял решение «По участию адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по на­ значению органов дознания, предварительного следствия, прокурора или суда в порядке ст. 50 УПК РФ и по назначению суда в порядке ст. ГПК РФ».

В соответствии с ч. 2 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адво­ ката адвокат должен избегать действий, направленных к подрыву дове­ рия, в соответствии же с п. 6 ч. 1 ст. 9 этого кодекса адвокат не вправе навязывать свою помощь лицам и привлекать их в качестве доверителей путем использования личных связей с работниками судебных и правоо­ хранительных органов, обещанием благополучного разрешения дела и другими недостойными способами.

В судебном заседании установлено, что 14 февраля 2005 года истец получил лично под роспись решение Совета АПУО от 7 февраля 2005 года. Указанный факт подтверждается как ведомостью получения решения, так и показаниями свидетеля Коруховой Ю. Н.

Истец был включен в график дежурств адвокатов Железнодорож­ ного района г. Ульяновска для работы по уголовным делам по назначе­ нию. С ноября 2005 года дежурным днем для адвоката Е.В.Г. явилось 23 число каждого месяца.

Указанный график был доведен в устной форме до истца заведую­ щей юридической консультацией Железнодорожного района г. Улья­ новска Рязановой Л. Ф. Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля она показала, что в ходе устных бесед неоднократно напоми­ нала Е.В.Г., работающему в образовании адвокатский кабинет, о том, что он включен в график дежурств и сообщала ему его дежурный день.

Кроме того график вывешен в прокуратуре и РОВД Железнодорожного района.

Не отрицает и сам истец тот факт, что он знал о дежурном дне на декабрь 2005 года и в ходе рассмотрения его дисциплинарного произ­ водства в начале декабря 2005 года.

Тем не менее, 26 декабря 2005 года адвокат Е.В.Г. вне графика де­ журств прибыл в прокуратуру Железнодорожного района г. Ульяновска по приглашению следователя Ч. и представившись подозреваемому С.

дежурным адвокатом участвовал в его допросе. Письменное соглаше­ ние заключено не было. Получив от С. 4830 руб., обручальное кольцо и ключи от квартиры для передаче их жене, адвокат на следующий день 27 декабря 2005 года прибыл на квартиру С. и введя в заблуждение от­ носительно намерений о заключения с ним соглашения, убедил жену С.

в подписании такого соглашения с определением размера гонорара в 20 000 руб., представив при этом, для подписания регистрационную карточку ликвидированной в 2003 году Ульяновской областной колле­ гии адвокатов № 2. При этом передал С. не 4830 руб., а 830 руб., оставив себе в качестве гонорара 4000 руб.

Сам факт участия адвоката Е.В.Г. в следственных действиях в от­ ношении С. 26 декабря 2005 года без заключения с ним письменного соглашения на защиту и без официальной регистрации принятого по­ ручения на защиту свидетельствует о том, что истец действительно пред­ ставился С. дежурным адвокатом, работающим за счет государства.

Аналогичный случай произошел и ранее, что было выявлено в ходе дисциплинарного производства по заявлению К. Так, не будучи дежур­ ным по графику, 20 сентября 2005 года (дежурный день — 18 сентября 2005 года) адвокат Е. прибыл по приглашению следователя Ч. и пред­ ставившись дежурным адвокатом принимал участие в ее допросах.

Учитывая вышеприведенные обстоятельства, суд приходит к выво­ ду о нарушениях истцом п. 4 ч. 1 ст. 7 Закона «Об адвокатской деятель­ ности и адвокатуре в Российской Федерации», ч. 2 ст. 5, п. 6 ч. 1 ст. 9 ч. ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката и решения совета Ад­ вокатской палаты Ульяновской области от 7 февраля 2005 года «По участию адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизвод­ стве по назначению органов дознания, предварительного следствия, прокурора или суда в порядке ст. 50 УПК РФ и по назначению суда в порядке ст. 50 ГПК РФ».

По мнению суда, мера ответственности, определенная Советом АПУО истцу отвечает тяжести поступка, умышленному характеру дей­ ствий. Правомерно учтен и аналогичный поступок, который 05 декабря 2005 года так же был предметом рассмотрения на заседании Совета Ад­ вокатской палаты Ульяновской области и за который истцу было объ­ явлено предупреждение.

Таким образом, решение о прекращении статуса адвоката, было принято с соблюдением требованием действующего законодательства (ФЗ РФ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и КПЭА).

Процедура принятия решения о прекращении статуса адвоката, сроки наложения дисциплинарного взыскания ответчиком соблюдены.

Нельзя согласиться с доводом истца о том, что, что Чернышов В. И.

и Чагинский В. В. находятся на должностях президента и вице­пре­ зидента незаконно, поскольку в законе нигде не сказано, что президент и вице­президент имеют право совмещать свои должности с руководя­ щими должностями в других адвокатских образованиях, а так же о том, что незаконны и акты, принятые с участием этих лиц.

Более того, довод истца противоречит ч. 2 ст. 9 Кодекса профессио­ нальной этики адвоката, где указывается, что адвокат вправе совмещать адвокатскую деятельность с работой в качестве руководителя адвокат­ ского образования и с работой на выборных должностях в органах Адво­ катских палат.

Не представлено истцом суду и доказательств того обстоятельства, что Чагинский В. В., занимая должность заведующего кафедрой уголов­ ного процесса и криминалистики Института права и госслужбы УлГУ с 15 августа 2002 года по 12 августа 2004 года, осуществлял исполнительно­ распорядительные функции. Согласно должностной инструкции заве­ дующего кафедрой в обязанности заведующего кафедрой входит лишь организация учебного процесса и научных исследований.

Не состоятелен и довод истца о дискриминации в ходе дисципли­ нарного производства: утверждение о том, что президент Адвокатской палаты Ульяновской области В. И. Чернышов не возбудил дисципли­ нарное производство на основании представления следователя про­ куратуры в отношении адвоката К. и ограничился отпиской. В ходе су­ дебного разбирательства установлено, что представление следователя прокуратуры Ульяновской области о принятии мер к привлечению ад­ воката К. к ответственности было направлено руководителю Федераль­ ной регистрационной службы РФ по Ульяновской области. Представле­ ние было рассмотрено и направлен ответ об отсутствии оснований для прекращения статуса адвоката К. Президенту Адвокатской палаты Улья­ новской области представление следователя прокуратуры Ульяновской области в отношении адвоката К. не поступало.

Довод истца о том, что он ни С., ни К. не навязывал свои услуги с использованием личных связей со следователем, противоречит его же письменным объяснениям, данным в ходе дисциплинарного производ­ ства, где истец указывал, что представлялся дежурным адвокатом, при этом вступал в уголовное производство по личному звонку следователя прокуратуры Ч.

Таким образом, суд не находит законных оснований для удовлетво­ рения заявленных истцом требований о признании незаконным реше­ ний Квалификационной комиссии Адвокатской палаты от 27 февраля 2006 года по жалобе С. и К., решения Совета Адвокатской палаты от 13 марта 2006 года и о восстановлении на работе в статусе адвоката в адвокатском образовании адвокатский кабинет.


На основании изложенного, руководствуясь ст. 194–198 ГПК РФ, суд РЕШИЛ:

В удовлетворении иска Е.В.Г. к Негосударственной некоммерче­ ской организации Адвокатской палате Ульяновской области о призна­ нии незаконными решений Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Ульяновской области от 27 февраля 2006 года, решения Совета Адвокатской палаты Ульяновской области от 13 марта 2006 года, о вос­ становлении в статусе адвоката отказать.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд в течение 10 дней через районный суд.

Федеральный судья Р.

См. также:

Материал № Статья 9 п. 1 пп. 7 («Адвокат не вправе:… допускать в процессе разбира­ тельства дела высказывания, умаляющие честь и достоинство других уча­ стников разбирательства, даже в случае их нетактичного поведения…») См.: Материалы № 8, № 20, № Статья 9 п. 2 абз. 1 («2. Адвокат вправе совмещать адвокатскую деятель­ ность с работой в качестве руководителя адвокатского образования и с работой на выборных должностях в адвокатской палате субъекта Россий­ ской Федерации или Федеральной палате адвокатов») См.: Материал № Статья 9 п. 3 абз. 2 и 3 («Адвокат также не вправе: … — заниматься иной оплачиваемой деятельностью в форме непосредственного (личного) участия в процессе реализации товаров, выполнения работ или оказания услуг;

— вне рамок адвокатской деятельности оказывать юридические услуги либо участвовать в организациях, оказывающих юридические услуги») См.: указания к пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об адво­ катской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»

Статья 10 п. 1 («Закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя. Никакие пожелания, просьбы или указания доверителя, на­ правленные к несоблюдению закона или нарушению правил, предусмотрен­ ных настоящим Кодексом, не могут быть исполнены адвокатом») Материал № 12. Дисциплинарное производство в отношении адвоката п.к.Г.

Адвокат лишен своего статуса за пронос в СИЗО и передачу там подза­ щитному 50 таблеток феназепама и 100 таблеток глицина (нарушение п. 1 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката).

РЕШЕНИЕ Совета Адвокатской палаты Ульяновской области 26 июля 2004 года г. Ульяновск Совет Адвокатской палаты Ульяновской области, рассмотрев в закры­ том заседании дисциплинарное производство в отношении адвоката П.К.Г., возбужденное президентом АПУО 5 июля 2004 года в связи с письмом начальника учреждения ИЗ­73/1 УИН МЮ РФ по Ульянов­ ской области от 30 июня 2004 года, в котором сообщается о том, что по­ сле посещения адвокатом П. К.Г. в СИЗО­1 г. Ульяновска подзащитного П. 30 июня 2004 года у последнего при обыске была обнаружена упаков­ ка таблеток психотропного действия «феназепама» и 2 упаковки табле­ ток «глицина», установил:

Заключением Квалификационной комиссии при Адвокатской па­ лате Ульяновской области от 19 июля 2004 года установлен факт нару­ шения адвокатом П. К.Г. 30 июня 2004 года ст. 25 Закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступле­ ний» от 15 июля 1995 года № 103­ФЗ, в соответствии с которой меди­ каменты для подозреваемых и обвиняемых, рекомендованные им по заключению врача, получает администрация места содержания под стражей, и ч. 1 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката, кото­ рая говорит, что закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя, и никакие пожелания и просьбы доверителя, направ­ ленные к несоблюдению закона, не могут быть исполнены адвокатом.

Это нарушение выразилось в том, что адвокат П.К.Г. 30 июня 2004 года по просьбе матери своего подзащитного П.А.П., осужденного по ч. 1 ст. 105 УК РФ на 10 лет лишения свободы и являющегося обви­ няемым в убийстве еще по одному уголовному делу, передал ему в СИЗО­1 г. Ульяновска без ведома администрации СИЗО одну упаковку (50 таблеток) феназепама, являющегося транквилизатором, и две упа­ ковки (100 таблеток) глицина.

Этот факт подтверждается объяснениями самого адвоката П.К.Г., пояснившего, что феназепам и глицин он передал П. по просьбе его ма­ тери;

объяснениями обвиняемого П., подтвердившего факт передачи ему адвокатом П.К.Г. 30 июня 2004 года в СИЗО свертка с лекарствами;

а также ксерокопиями документов, представленных администрацией СИЗО­1 г. Ульяновска: акта № 2435 от 30 июня 2004 года об изъятии ле­ карств у П., рапорта об этом и акта уничтожения изъятого лекарства.

Установленные ч. 5 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адво­ ката сроки для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственно­ сти не истекли.

При определении меры этой ответственности Совет Адвокатской палаты учитывает как то, что адвокат П. К.Г. признал свою вину в про­ ступке, так и тяжесть этого проступка, которая выражается в том, что адвокат нелегально передал лицу, содержащемуся в месте лишения сво­ боды, большое количество транквилизатора — феназепама, глицина, который усиливает действие феназепама, хотя эти препараты П. врачом не были рекомендованы.

Этот проступок адвоката П.К.Г. существенным образом умаля­ ет авторитет адвокатуры и несовместим с дальнейшим пребыванием в ней.

На основании изложенного Совет Адвокатской палаты Ульянов­ ской области решил: За грубое нарушение ст. 25 Закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступле­ ний» от 15 июля 1995 года № 103­ФЗ и ч. 1 ст. 10 Кодекса профессио­ нальной этики адвоката прекратить статус адвоката П.К.Г. по п. 5 ч. ст. 17 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» с 26 июля 2004 года.

Президент Адвокатской палаты Ульяновской области, В. И. Чернышов Материал № 26. Дисциплинарное производство в отношении адвоката Г.е.в.

Представление о наказании адвоката за якобы совершенный ими пронос в СИЗО запрещенного предмета (мобильного телефона), не подтвержденное достоверными доказательствами, не подлежит удовлетворению.

РЕШЕНИЕ Совета Адвокатской палаты Ульяновской области 4 июня 2007 года г. Ульяновск Совет Адвокатской палаты Ульяновской области, рассмотрев в закры­ том заседании материалы дисциплинарного производства в отношении адвоката Г.Е.В., возбужденного президентом АПУО Чернышовым В. И.

2 мая 2007 года по представлению вице­президента АПУО Малафее­ ва Е. А. в отношении указанного адвоката о незаконном пронесении ею средств мобильной связи — сотового телефона — через КПП ФГУ ИЗ­73/1 УФСИН России по Ульяновской области, УСТАНОВИЛ:

21 мая 2007 года Квалификационная комиссия Адвокатской пала­ ты Ульяновской области дала следующее заключение по материалам на­ стоящего дисциплинарного производства:

«В своем представлении вице­президент АПУО Малафеев Е. А. со­ общает, что в Адвокатскую палату Ульяновской области поступило об­ ращение из Управления Федеральной регистрационной службы по Ульяновской области.

В обращении указывается, что адвокат Ульяновской областной коллегии адвокатов «Н.» Г.Е.В. 5 марта 2007 года, прибыв на свидание со своим подзащитным, при входе через контрольно­пропускной пункт ФГУ ИЗ­73/1 УФСИН России по Ульяновской области не сдала сред­ ство мобильной связи — сотовый телефон. Впоследствии адвокат Г.Е.В.

была замечена с сотовым телефоном сотрудниками оперативного отдела.

Указанными действиями адвокат Г.Е.В. нарушила требование при­ каза Министра юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 года № 205 «Об утверждении правил внутреннего распорядка исправитель­ ного учреждения», поскольку пунктом 76 указанного приказа преду­ смотрено, что лица, прибывшие на свидание с осужденными, сдают за­ прещенные вещи на хранение до окончания свидания под расписку.

Пунктом 18 «Перечня вещей и предметов, продуктов питания, ко­ торые осужденным запрещено иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать» установлено, что осужденным запрещается иметь средства связи, к которым можно отнести и сотовый телефон. Исходя из этого, лицам, прибывающим на свидание с осуж­ денными, также запрещено иметь указанные предметы. Вопреки об­ щеустановленному правилу сдавать средство мобильной связи при проходе через КПП СИЗО, о котором адвокат Г.Е.В. не могла не знать, последняя этого не сделала.

Таким образом, адвокат Г.Е.В., не соблюдая п. 76 приказа Мини­ стра юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 года «Об утверж­ дении правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», нарушила п. 1 ч. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и ч. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвока­ туре в Российской Федерации» адвокат обязан честно, разумно и добро­ совестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами.

Согласно ч. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката при осуществлении профессиональной деятельности адвокат честно, разу­ мно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевре­ менно исполняет свои обязанности, активно защищает права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, За­ коном и настоящим Кодексом.

Адвокат Г.Е.В. в ходе дисциплинарного производства пояснила, что действительно 5 марта 2007 года она прошла в учреждение ИЗ­73/1 с со­ товым телефоном, поскольку забыла его оставить при входе в следствен­ ный изолятор.

Исследовав и оценив все материалы дисциплинарного производ­ ства, Квалификационная комиссия приходит к следующему выводу:

Доводы адвоката Г.Е.В. о том, что она, проходя через КПП учреж­ дения ИЗ­73/1, забыла сдать сотовый телефон, не убедительны, и ко­ миссия расценивает их как данные с целью своей защиты. Работая адво­ катом более 10 лет, с января 1996 года, Г.Е.В. просто не могла забыть сдать телефон при посещении следственного изолятора. Не могла не предупредить о необходимости сдать сотовый телефон и сотрудница учреждения, которая находилась на КПП.


Таким образом, в действиях адвоката Г.Е.В. Квалификационная ко­ миссия усматривает нарушение подзаконного акта, регулирующего пра­ вила посещений осужденных, содержащихся в учреждениях УФСИН, не усматривая при этом несоблюдение п. 1 ч. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и ч. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, как это указано в представлении вице­президента АПУО.

И хотя ни в Законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», ни в Кодексе профессиональной этики адво­ ката прямо не записано, что адвокат обязан соблюдать законы и подза­ конные акты Российской Федерации, однако эта обязанность адвоката вытекает из сути его профессиональной деятельности.

В ч. 3 ст. 4 Кодекса профессиональной этики адвоката прямо ука­ зывается, что в тех случаях, когда вопросы профессиональной этики ад­ воката не урегулированы законодательством об адвокатской деятельно­ сти и адвокатуре и настоящим Кодексом, адвокат обязан соблюдать сложившиеся в адвокатуре обычаи и традиции, соответствующие об­ щим принципам нравственности в обществе.

На основании изложенного Квалификационная комиссия АПУО дает заключение о нарушении адвокатом Г.Е.В. ч. 3 ст. 4 Кодекса про­ фессиональной этики адвоката».

Рассмотрев и оценив все материалы дисциплинарного производ­ ства и вышеуказанное заключение Квалификационной комиссии Адво­ катской палаты Ульяновской области, Совет АПУО находит его закон­ ным и обоснованным и поэтому подлежащим исполнению, в связи с чем адвокат Г.Е.В. подлежит дисциплинарному наказанию, однако учи­ тывая, что в ходе дисциплинарного производства не установлен факт предоставления возможности воспользоваться средством связи подза­ щитным адвоката Г.Е.В., а также тот факт, что каких­либо серьезных последствий от дисциплинарного проступка, совершенного адвокатом Г.Е.В., на наступило, Совет АПУО приходит к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства в отношении адвоката Г.Е.В. за малозначительностью совершенного ею проступка.

На основании вышеизложенного, руководствуясь п. 7 ч. 1 ст. 25 Ко­ декса профессиональной этики адвоката, Совет Адвокатской палаты Ульяновской области РЕШИЛ:

Прекратить дисциплинарное производство в отношении адвоката Г.Е.В. ввиду малозначительности совершенного ею проступка.

Президент Адвокатской палаты Ульяновской области, В. И. Чернышов Материал № 27. Дисциплинарное производство в отношении адвоката Г.е.в.

Бездоказательные утверждения об уговорах адвокатом потерпевших, свидетелей и обвиняемых к даче ложных показаний, а также разговоры адвоката по сотовому телефону с находящимся в СИЗО подзащитным по инициативе последнего не являются основаниями для дисциплинарного на­ казания адвоката.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Ульяновской области 16 июля 2007 года г. Ульяновск Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Ульяновской обла­ сти в составе: председателя комиссии — Чернышова В. И., членов ко­ миссии, рассмотрев в закрытом заседании материалы дисциплинарного производства в отношении адвоката Г.Е.В., возбужденного президентом АПУО Чернышовым В. И. 15 июня 2007 года по представлению руково­ дителя Управления Федеральной регистрационной службы по Ульянов­ ской области С. от 13 июня 2007 года о прекращении статуса адвоката Г.Е.В. в связи с допущенными ею нарушениями норм адвокатской эти­ ки при защите обвиняемого П., УСТАНОВИЛА:

В своем представлении о прекращении статуса руководитель Уп­ равления, государственный советник юстиции 2 класса С. сообщает, что в Управление Федеральной регистрационной службы по Ульянов­ ской области поступило представление прокуратуры Ульяновской обла­ сти о нарушениях норм действующего законодательства в отношении адвоката Ульяновской областной коллегии адвокатов «Н.» Г.Е.В.

В представлении указывается следующее: прокуратурой Ульянов­ ской области закончено расследование уголовного дела, одним из об­ виняемых по которому является П. Защиту его интересов осуществля­ ла адвокат Г.Е.В. П. предъявлено обвинение в организации разбойного нападения на Ц., мошенничество в отношении М., вымогательстве 70 000 руб. у А. и организации покушения на уничтожение его имуще­ ства путем поджога. Осуществляя в ходе предварительного следствия защиту П., адвокат Г.Е.В. использовала незаконные методы, вырази­ вшиеся в склонении, уговорах потерпевших, свидетелей и обвиняемых по делу к даче ложных показаний, допускались иные грубейшие нару­ шения норм уголовно­процессуального законодательства и адвокат­ ской этики.

Так, установив контактные телефоны потерпевшего Ц., адвокат Г.Е.В. связалась с последним, ввела его в заблуждение относительно фактических обстоятельств дела. При этом адвокат Г.Е.В. подготовила текст телеграммы от имени Ц. и вынудила потерпевшего направить их в адрес следствия и суда. В телеграмме адвокат Г.Е.В. предлагала Ц. от­ разить то, что он не желает никого привлекать к уголовной ответствен­ ности за нападение на него, пояснив, что это необходимо для осво­ бождения ее подзащитного П. из­под стражи. Данные обстоятельства подтверждаются протоколами допроса Ц. от 2 октября 2006 года, Т. от 10 октября 2006 года (копии прилагаются).

В представлении прокуратуры указывается, что в ходе предвари­ тельного следствия оперативными службами УВД Ульяновской области в установленном законом порядке осуществлялись оперативно­техни­ ческие мероприятия — прослушивание телефонных разговоров П. Ре­ зультаты данных мероприятий были представлены следствию. Осмо­ тром и прослушиванием компакт­диска с телефонными переговорами П. установлено, что на протяжении всего предварительного следствия адвокат Г.Е.В., заведомо зная, что П., поскольку он содержится под стражей, в соответствии с требованиями приказа Министерства юсти­ ции Российской Федерации от 3 ноября 2005 года № 205 «Об утвержде­ нии Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», за­ прещено иметь средства связи, к которым можно отнести и сотовый телефон, постоянно связывалась с ним по мобильному телефону.

В своих пояснениях адвокат Г.Е.В. и ее подзащитный П. (его пояс­ нения представила адвокат) указывают на то, что они не связывались друг с другом..по сотовой связи. Однако протоколом осмотра предметов (документов) от 15 февраля 2007 года установлено следующее: телефон­ ные переговоры посредством сотовой связи между адвокатом Г.Е.В. и П. состоялись 23 ноября 2006 года в 13 ч. 28 мин., 23 ноября 2006 года — в 22 ч. 17 мин., 9 ноября 2006 года — в 16 ч. 15 мин., 23 ноября 2006 года — в 20 ч. 58 мин. (копии прилагаются). Незаконно используя средства связи, П. и адвокат Г.Е.В. обменивались информацией о том, какие по­ казания должны давать лица, участвующие в деле.

Согласно ч. 1 ст. 7 Федерального закона Российской Федерации № 63­ФЗ от 31 мая 2002 года «Об адвокатской деятельности и адвокату­ ре в Российской Федерации», адвокат обязан честно, разумно и добро­ совестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами.

Пунктом 1 статьи 10 Кодекса профессиональной этики адвоката преду­ смотрено, что закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя. Никакие пожелания, просьбы или указания доверителя, направленные к несоблюдению закона или нарушению правил, преду­ смотренных Кодексом, не могут быть исполнены адвокатом.

Тем самым адвокат Г.Е.В. нарушила п. 1 ст. 8, п. 1 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката и пп. 2 п. 2 ст. 17 Федерального за­ кона Российской Федерации от 31 мая 2002 года № 63­ФЗ «Об адвокат­ ской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

На основании изложенного и руководствуясь п. 6 ст. 17 Федераль­ ного закона РФ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Россий­ ской Федерации», а также тем, что в отношении адвоката Г.Е.В. уже воз­ буждалось дисциплинарное производство, руководитель УФРС РФ по Ульяновской области С. предлагает:

1. Прекратить статус адвоката Ульяновской областной коллегии ад­ вокатов «Норма­ адвокат» Г.Е.В.

2. О результатах рассмотрения представления сообщить в Управле­ ние ФРС по Ульяновской области в установленный законом срок.

В приложение к представлению в АПУО направлены ксерокопии дополнительного допроса свидетеля Т., допроса потерпевшего Ц., про­ токола осмотра предметов документов с текстовым содержанием теле­ фонных переговоров адвоката Г.Е.В.

Адвокат Г.Е.В. в ходе дисциплинарного производства пояснила, что представление Ульяновской областной прокуратуры, на основании ко­ торого написано представление Руководителя Управления Федераль­ ной регистрационной службы является местью Ульяновской областной прокуратуры за оправдательный вердикт суда присяжных от 14 сентя­ бря 2006 года и вынесенный на основании него оправдательный приго­ вор в отношении П. от 28 декабря 2006 года Неслучайно данное пред­ ставление было написано прокуратурой Ульяновской области после того, как оправдательный приговор в отношении П. вступил в закон­ ную силу и Ульяновской областной прокуратуре стало известно, что она, адвокат Г.Е.В., присутствовала на заседании Верховного Суда РФ 22 мая 2007 года, где активно опровергала доводы кассационного пред­ ставления (причем половина кассационного представления была по­ священа ей лично и якобы допущенным ею нарушениям УПК РФ).

Кроме того, написание данного представления вызвано сильным желанием Ульяновской областной прокуратуры без каких­либо закон­ ных оснований устранить ее, адвоката Г.Е.В., уже из нового уголовного дела по обвинению П., которое с конца апреля 2007 года и по настоящее время рассматривается Заволжским районным судом г. Ульяновска.

С марта по декабрь 2006 года адвокат Г.Е.В., наряду с адвокатами С.А.В., К.С.К. и К.В.А., по назначению суда принимала участие в рассмотрении уголовного дела по обвинению П., который обвинялся в совершении 3­х убийств. В данном судебном заседании адвокатом Г.Е.В. было сделано все возможное для того, чтобы защитить интересы П. Наряду с адвокатом Г.Е.В. интересы П. защищала также защитник С.Е.В.

14 сентября 2006 года П. вердиктом присяжных заседателей был полностью оправдан и отпущен из­под стражи в зале суда. Смиряться с подобными фактами и признавать собственное поражение Ульяновская областная прокуратура не может и не умеет, в связи с чем 15 сентября 2006 года, когда П. явился на продолжение судебного заседания, он, по указанию Ульяновской областной прокуратуры, был вновь задержан и ему предъявлено новое обвинение по вымышленным эпизодам.

Характерной особенностью данного уголовного дела является то, что потерпевшие по данному делу категорически отказываются под­ тверждать надуманные версии прокуратуры по фактам якобы имевших место преступлений. Именно этим, а вовсе не оказанием какого­либо воздействия со стороны адвоката Г.Е.В. объясняется то, что доказатель­ ная база по данному делу крайне слабая.

Что касается оказанного воздействия, то оно оказывалось не со стороны адвоката Г.Е.В., а со стороны Ульяновской областной прокура­ туры и УБОП УВД, который осуществлял оперативное сопровождение по делу. В частности, адвокату Г.Е.В., известны следующие факты:

— по указанию Ульяновской областной прокуратуры защитник П. — С.Е.В. — была задержана сотрудниками УБОП УВД прямо в Ленинском районном суде, где рассматривалась очередная жалоба П., и была до­ ставлена на допрос к следователю Ульяновской областной прокуратуры Р. После того, как она отказалась давать показания, следователь отка­ зался возвращать ей ее паспорт. Около месяца адвокат Г.Е.В. вела пере­ говоры со следователем Р. о добровольном возвращении паспорта С.Е.В., однако все это не помогло и пришлось обращаться с жалобой в Ленинский районный суд г. Ульяновска. В ходе предварительной беседы по данному делу начальнику следственного управления областной про­ куратуры К. объяснили, что законных оснований для изъятия паспорта не было. Только после этого паспорт С.Е.В. был возвращен;

— подозреваемый по данному уголовному делу А. был избит со­ трудниками УБОП УВД, после чего с многочисленными телесными по­ вреждениями он находился на стационарном лечении в ЦГБ. От А. до­ бивались, чтобы он признался в совершении покушения на разбойное нападение в отношении Ц. и оговаривал П.;

— со стороны сотрудников УБОП УВД и следователя Р. оказыва­ лось воздействие на потерпевшего А. с целью получения от него необхо­ димых следствию показаний, в связи с чем он сам был вынужден обра­ титься с жалобой в Ульяновскую областную прокуратуру.

Никого из потерпевших и свидетелей по делу к даче ложных пока­ заний она, адвокат Г.Е.В., не склоняла, так как она их вообще не видела.

Контактные телефоны Ц. она, адвокат Г.Е.В., не устанавливала. Текст телеграммы от имени Ц. адвокат Г.Е.В. не готовила, в адрес следствия и суда отправлять не вынуждала, отразить несоответствующие действи­ тельности обстоятельства не просила. Адвокату Г.Е.В. известно, что по­ терпевшему Ц. звонила защитник П. — С.Е.В. С ее слов, адвокату Г.Е.В.

известно, что Ц. очень удивился, что он вообще является потерпевшим и что в отношении него происходило покушение на разбойное нападе­ ние. При этом какого­либо воздействия на потерпевшего Ц. защитник С.Е.В. не оказывала.

Как следует из протокола допроса Ц., текст телеграммы был состав­ лен им самим и, кроме суда и следствия, был направлен на домашний адрес защитника С.Е.В. Поскольку такое развитие событий Ульянов­ скую областную прокуратуру никак не устраивало, было организовано целое расследование по поводу того, как посмел потерпевший Ц. пере­ чить прокуратуре. В ходе данного расследования каких­либо данных, позволяющих сделать вывод об оказании воздействия на потерпевшего Ц., установлено не было. Адвокат Г.Е.В. считает, что Ульяновская об­ ластная прокуратура умышленно написала данное представление, что­ бы вывести ее, адвоката Г.Е.В., из дела по обвинению П.

В протоколе допроса Ц. имеются сведения о том, что он созвани­ вался с «адвокатом П. », вместе с тем в этом же протоколе указано, что телеграмму он давал «на имя адвоката», тогда как из текста телеграммы следует, что она была послана защитнику С.Е.В.

Адвокат Г.Е.В. полагает, что потерпевший Ц. просто не понимает разницы между адвокатом и защитником. Кроме того, в этом допросе Ц. вовсе не утверждает, что на него кто­либо оказывал воздействие, а также говорит, что текст телеграммы был составлен им лично.

Адвокат Г.Е.В. считает, что в ходе данного допроса Ц. вполне мог перепутать ее отчество с отчеством С., а следователь Р. умышленно не задал вопрос о том, в чей адрес потерпевший Ц. направлял телеграмму:

в адрес С.Е.В. или Г.Е.В.

Что касается свидетеля Т., то данного человека она, адвокат Г.Е.В., не знает, никогда его не видела и по телефону с ним не говорила. В ходе допроса потерпевший Ц. заявил, что информацию по делу П. он полу­ чил, сам же Т. данный факт не подтверждает. В любом случае адвокат Г.Е.В. вынуждена констатировать, что свидетель Т. сам себе противоре­ чит: с одной стороны, он утверждает, что со слов Ц. ему известно, что на Ц. якобы давит адвокат, с другой стороны, по его словам, потерпевший Ц. сам совершает действия, направленные на помощь П., и, в частно­ сти, просит адвоката предупредить свидетеля Т. о том, чтобы на допросе Т. подтвердил его слова. Сама адвокат Г.Е.В. ни с кем таких вопросов не обсуждала. К тому же показания свидетеля Т., в части якобы имевшего место давления на потерпевшего Ц., противоречат показаниям самого потерпевшего и материалам уголовного дела.

По поводу телефонных разговоров с П. адвокат Г.Е.В. считает не­ обходимым отметить, что сообщение данных сведений является разгла­ шением адвокатской тайны и ей бы очень не хотелось, чтобы эти сведе­ ния стали известны прокуратуре или суду, поскольку в ходе рассмотрения дела защита намерена ставить вопрос об исключении протокола про­ слушивания фонограмм из числа доказательств по делу. Данные теле­ фонные звонки были провокацией со стороны оперативников, которые под видом благодетелей передали П. сотовый телефон и настоятельно рекомендовали П. связываться по данному телефону с адвокатом в слу­ чае необходимости. В противном случае ей, адвокату Г.Е.В., совершен­ но непонятно, какая может быть оперативная разработка по прослуши­ ванию телефонных переговоров в отношении лица, которое сидит под стражей и у которого заведомо, в соответствии с инструкцией № 205 от 3 ноября 2005 года «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», нарушение которой ставится ей, адвока­ ту Г.Е.В., в вину, не может быть в пользовании сотового телефона.

Если вся эта ситуация, когда у заключенного имеется в пользова­ нии сотовый телефон, устраивает и прокуратуру, и УИН, то как можно обвинять в этом адвоката? Почему обязанность следить за исполнением требований вышеуказанной инструкции возлагается в данном случае на нее, адвоката Г.Е.В.? Если прокуратура знала, что у П. имеется сотовый телефон, то почему его не изъяли? Доказательством того, что все это делалось незаконно, могут служить и те обстоятельства, что, во­первых, в материалах дела отсутствует информация о том, кому именно принад­ лежат телефонные номера, с которых связывался П., а во­вторых, все это делалось без какого бы то ни было постановления суда.

Также в конце 2006 года адвокату Г.Е.В. стало известно, что в связи с данным делом по указанию Ульяновской областной прокуратуры прослушиваются полностью все ее разговоры, как с сотового, так и с домашнего телефона, что является не только нарушением ее прав и за­ конных интересов, но и грубейшим нарушением действующего законо­ дательства. И если за целый год прослушивания телефона адвоката Г.Е.В. все, что ей смогли предъявить, это то, что она давала совет о том, чтобы воспользоваться ст. 51 Конституции, то это значит, что каких­ либо нарушений закона ею никогда не допускалось.

Что касается обсуждения с ее, адвоката Г.Е.В., подзащитным, «ка­ кие показания должны давать лица, участвующие в деле», то если уж немного уточнить, то речь шла только о Г., который также является об­ виняемым по данному делу. Кроме того, позиция по делу у П. и Г. не имела каких­либо расхождений. Более того, в соответствии с требова­ ниями УПК РФ адвокат даже имеет право защищать несколько обви­ няемых по делу, если у них не расходится позиция защиты. В любом случае, адвокат Г.Е.В. полагает, что совет воспользоваться ст. 51 Консти­ туции не может свидетельствовать о нарушении чьих­либо прав и за­ конных интересов.

Также адвокат Г.Е.В. полагает, что ситуация с ней является, так ска­ зать, «первой ласточкой», после чего оперативные разработки по про­ слушиванию телефонных разговоров в отношении адвокатов будут осу­ ществляться на вполне легальном основании.

Желание прокуратуры лишить ее, адвоката Г.Е.В., статуса адвоката вполне понятно: мало того, что она добилась оправдания П. по необо­ снованному обвинению в совершении 3­х убийств, так теперь еще опять она им всячески мешает в новом деле по обвинению П.

За все годы адвокатской работы она, адвокат Г.Е.В., старалась чест­ но и добросовестно выполнять свой долг, невзирая на размер уплачен­ ного гонорара, а порою и делая это совершенно бесплатно. За 11 лет работы на нее, адвоката Г.Е.В., не пожаловался ни один клиент. И даже в случае неблагополучного исхода дела (хотя это бывало не часто) к ней никто не имел претензий, поскольку клиенты понимали, что было сде­ лано все возможное для защиты их интересов.

В подтверждение своих доводов адвокат Г.Е.В. приобщила к мате­ риалам дисциплинарного производства следующие документы:



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 14 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.