авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

«Выпуск № 12, 2011 МЕЖДУНАРОДНЫЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ АЛЬМАНАХ ИЗДАЁТСЯ ПРИ УЧАСТИИ БЕЛОРУССКОГО ФОНДА МИРА Чувства без границ под общей редакцией ...»

-- [ Страница 2 ] --

Всё происходит от жадности!

Кто-то зарежет из ревности, Некто застрелит из важности.

Альманах «Чувства без границ» №12, Кто-то войну затеет, Если почует: обидели, Много людей рассеет.

Всё проходили, видели.

Так почему политики За спины народа прячутся?

Хватит уже, аналитики, В сторону дуть и корячиться.

Ежели ты засранный, Значит, за всё в ответе.

Не прикрывайся охраной, Ведь и у них есть дети.

Юность! Kуда глядишь ты?

Зрелость! А ты куда смотришь?

Это твои мальчишки!

Ты их войнами морщишь!

Так бы они подрались, Выпили б мировые И разошлись. Пусть в ранах, Только совсем живые.

Начальник! К тебе обращаюсь!

Чиновник! Тебе говорю я!

Больше бы вы общались, Меньше при том воруя!

Если завёл охрану, (Hе нужно иметь во лбу пядь) Зад у тебя засранный, Это ж легко понять.

Eсли не мучает совесть, Eсли кому нагрубил, И не подумав, кто ты есть, Значит, совсем – дебил.

Значит, пора завязывать И, распустив охрану, K шее суму подвязывать, Eсли уже не рано.

Гамаюн-Исетский, Россия, Екатеринбург Но, может, уже не поздно Просто разоблачиться, Выпустить в небо звёзды.

Стоит ли ими кичиться!

Стоит ли то, что делаешь, Даже долю того, Чего никогда не сделал бы С места, отнюдь, своего.

Лезете по ступенькам, Головы вверх задрав.

Не по уму! За деньги Всё под себя подмяв.

Пишете после трактаты, Ё поменяв на Е, И вас засыплют когда-то Не землЁй, а уже землЕй Ё – родниковая буква!

Чем дорожим? – KремлЁм!

Так что сиди и не пукай, Скажу я в стихе своЁм.

И пусть затрубят фанфары, Пусть полыхать кострам.

Я, инквизитор старый, Поганить язык не дам!

Ежели вы инородцы, Будьте в РУСИ гостями, Вам не отравят колодцы, Не забросают костями.

Нет! Национализму!

Чуждо мне слово месть, Но не надо с свои уставом В стойло чужое лезть.

Альманах «Чувства без границ» №12, БЕССМЕРТЬЮ СМЕРТНЫХ Что лучшая защита – нападенье, Кричали древние, когда настал их час.

И смерть с косой застыла в изумленье, А чёрт огонь тушил, ругая нас.

И рушились Помпеи, Римы, Трои, Всё превращая в прах в созвучье слов.

Но всемогущих оставалось трое:

Тех, предсказавших это мудрецов… «Kак правда, справедливость и любовь».

Машина времени нещадно возвращала Всё прошлое из-под земной коры.

Земля от адской боли затрещала, Плеская в нас истории дары.

Вот минул век, истерзанный диктатом, Поверху лягут новые пласты, И археолог электронною лопатой Вновь не добудет нужной теплоты.

Пока ты жив – живи, чтоб сердце билось.

Раз сердце бьётся, значит, ты гори.

Чтоб после нас историкам на милость В земной коре горели фонари!

Чтоб твой скелет не изнывал от смрада, Чтоб был он свеж, как по весне цветок.

То для потомка – лучшая награда, Что он из праха данного росток.

Все смертны! – только есть бессмертье.

Несмертен тот, кто посвятил всю жизнь Бессмертью позабытых нами смертных, Они бессмертьем в нашу жизнь влились!

Гамаюн-Исетский, Россия, Екатеринбург РОССИЯ, ВАТНАЯ Природа на протяжении миллионов лет проделывала эксперименты на живых существах, и никогда не было существа, позорнее человека.

Говорится: человек – венец природы. Но, как определилось, в конечном итоге, не самый удачный из всех живших ранее и ныне живущих.

Страна моя – мягка, как вата, Но от своих отдалена.

Сама страна – не виновата, Что иноземцам отдана.

Избыток недр твоих глубоких Ты для народа берегла, Простор полей и гор высоких Святыней Русской нарекла.

Тебя насиловали Ханы, Топча монгольскою ордой, Но поломали басурманов На Куликовом! – и в отстой!..

А шведы, подлые лакеи, Британских судорог льстецы, Завоеватели «Антея», В Чудском отдавшие концы.

Топивши в Чёрном море турок, В Балканах стяг оставив наш, Разбившая фашистских Урок, Кому ж подвергнута сейчас?

Так что с тобой теперь случилось?

Как навалилась тьма с небес?

Пошто себе ты изменила, Поставивши на прошлом крест?

Альманах «Чувства без границ» №12, С времён Петра твои пенаты Заполонила кабала.

Засилье мест, язык разврата Ты иноверцам отдала.

Историю твою писали Не русско-святские дьячки, Да и народом помыкали Немецкие помещики.

А Ломоносова – расстригу Склоняло сборище невежд, И европейские интриги Бросали блики в свет надежд.

Их били в Куликовом поле, Топили в озере Чудском.

Иным сейчас неймётся боле – Добавить надо б кулаком.

Мы либеральны! Привечаем… Но грани стёрты! Тёмный лес!

И, якобы, не замечаем, Что гость к жене в постель залез.

Теперь в стране твоей фамилий Небось поболе, чем в Руси.

А перекрестье вер и стилей?!

– Попробуй русского вкуси!..

Так как смогли тебя миндосы В барыжью сеть запеленать?

Что? США?.. – Молокососы Перед тобой! Едрёна мать!..

Страна воров и негодяев, Страна несбывшихся надежд, Я об иной Руси мечтаю, Несу, хоть тяжко, но свой крест.

Гамаюн-Исетский, Россия, Екатеринбург ЧИСТИЛЬЩИК Калигула, от жадности немея, Делил «Аристократов» и «Плебеев».

А «Древний Рим» закончил очень просто:

Отпал с лица земли засохшею коростой.

Что нужно? «Зрелища и хлеба!» – Kричали Римляне перед концом.

(Угодно, видно, было небу).

Kончина Рима налицо!

Cегодня снова ждут планету Нибира, курс взяла на нас, B неведеньe мерцает где-то, Hо прилетит! – придёт тот час.

Испепелила Космос гадость, Kоторой тянет от земли, Перуну доставляет радость:

«Что захотели! – обрели!»

И судят Боги Землю нашу, Что не смогли мы оберечь, Tакую заварили кашу.

(Природе лучше не перечь!) C лица земли ушла в былое, Oставив память, «Атлантида», Hашла средь ХАОСА покой и Удалилась от Фемиды.

И Рим, и Троя, впав в немилость, Cрубили правду, не ответив.

C тех пор немало шло столетий, Hо происходит то, что было.

Нет на Земле Опять Святого, И «сход» Богов послал планету, Не видя выхода иного, Как правда «Ветхого завета».

Вот «Немезида» на подходе, Нам не уйти от кары этой!

(Чистильщик истины – в природе)…………..

…………………………..Про нас, быть может, вспомнят где-то ?..

Альманах «Чувства без границ» №12, ИЗБАВЬТЕ МЕНЯ ОТ ЛЕНИ Дайте лекарство от лени, Чтобы лежать надоело, Чтобы в открытые сени Солнышко поглядело, Чтобы не хмурилось небо, Чтоб отворился «сезам», Чтобы опять за хлебом Мог побежать я сам.

Дайте глоток водицы, Душу сушит апатия.

Видели тех? Из столицы?

Те, вообще, – без понятия.

Мало, что без понятия, К тому же ещё манерные.

Вроде, русские! Братья!

Только высокомерные.

Это идёт сквозь нервы, Это идёт сквозь поры.

Где набрались манеры Ставить во всём всем шпоры?

Вот изменить пословицу, Что по уму провожают, Всё сразу на место становится, Это меня поражает.

Многие нынче научены За роспись не ставить крестик.

Но те, кто ленью измучены, Думают, что всё на месте.

Гамаюн-Исетский, Россия, Екатеринбург Если к тебе придираются, Лучше к верхам приладиться!

Тогда и пролёт забудется, Тогда и просчёт загладится.

Поэтому ум нынче дёшев, Место за зелень в цене.

Может, и мне за гроши Совесть продать одне*.

Нынче дела не в моде, Так уж досталось нам.

Надо бы тех, кто входит, Не нарядно встречать! – По делам!

Избавьте меня от лени, Она прижилась, забавится.

Многие поколенья Хотят от неё избавиться.

ПРАВИТЕЛЯМ А вы не засиделись, господа?

Пора бы честь знать, столько уже съели.

И выпили немерено, да-да.

Не рассвело, а вы уже сидели.

В прихожей стаей скучился народ И ожидает своего обеда.

А вам, наверно, совесть не даёт Уйти и что-то где-то не отведать.

Желудок полн. Ну, а глаза горят.

В меню найдя ненюханное блюдо, Скажи на милость, кто ты и откуда, Но слюни за тебя всё говорят.

И будут они жрать, пока сидят, Пока не лопнут! Что так? Не наелись?

Слова, слова! – места освободят… Но кто зайдёт, когда уже всё съели?

Альманах «Чувства без границ» №12, ПРИДУТ ОНИ ПО ВАШИ ДУШИ Давно закончилась война, Травою заросли траншеи, Остались в память ордена, Да старый шрам болит у шеи.

Осколки, пули, сталь клинка Достались тем, кто не дожили.

Те свою жизнь опередили, Оставшись в списках на века.

Почтив забвеньем, кто тебя хранили, Встречая грудью пули, или-или, Меняешь ты на водку ордена.

За что?! Зачем, любимая страна?!

Кто за тебя в последний раз С гранат чеку срывал зубами?!

Пусть он сейчас не рядом с нами, Но думал он, как мы сейчас.

Осталось мало нынче тех, Кого слеза прошибла в мае, И тех, кого ты нынче маешь.

Ведётся за тобою грех.

Тот инвалид – как пережиток, Слезя глазами молодых, Да… не в почёте он у них, Войны забытой недобиток.

А надо чаще вспоминать, За что боролись старожилы, Да не тянуть из них все жилы, Вниманьем надо наделять.

Тех, кто сгорел, земля потушит, Но не потухнет жизни жар, Придут они по ваши души, Восколыхнув искрой пожар.

Гамаюн-Исетский, Россия, Екатеринбург ДИВЕРСАНТАМ Удел актёров – к публике лицом, Не где-то из-под пола, из-под сцены.

Актёр, он лишь играет подлецов И никогда не лезет в супермены.

Удел суфлёра до извращенья прост, Чтоб диктовать другим чужие мысли, Пусть даже и в грязи они зависли, Неважно! – он не логик, а прохвост!

Так «ЧЁ» ты там орёшь с «камчатки»?

Сперва сбежал! – теперь орёшь, Надевши белые перчатки.

Не лезь! – Моё не отберёшь!

И как бы ты кого ни хаял, Изгоем будешь ты везде, В своей стране не признаваем… В чужой – как пакость на гвозде!

Поджавши хвост, как «сявка», лаешь.

Что смелый, хочешь показать?

Зачем ты сам себя пугаешь?

Боясь всего… Едрёна мать!..

Не обольщайтесь! Не премину С великой честью вам сказать:

Свой град «Святой Екатерины»

Люблю я с детства наблюдать.

Пруды, бульваров в липах своды И площадей, сменивших лик, Исети древней злые воды Я не покину ни на миг.

Не поменяю на Канары, Не поменяю на Париж, Чужие не прельщают чары.

Лишь ты исподтишка чудишь!

Сегодня пусть не супермен я, Не прозаический король, Я вовсе не уйду со сцены И доиграю свою роль!

Альманах «Чувства без границ» №12, КТО РУЛИТ Правленья руль к рукам прирос.

Сменялись дали, как приюты, В колёсах – жар дорог! Пророс В карманах шелест от валюты.

Не улетела от невежд Звезда сомнений и мечтаний, Но от природы дарований Пропала в сумраке надежд.

Не залежались облака На океане небосвода, И вновь бездушная природа От воли сгинула. Пока.

Привыкла наша Русь к терпенью, К призывам фальши между строк, И, как сказал поэт-пророк:

«Я помню чудное мгновенье!..» – Явилось нам не чудо сказок, Мгновенье ВЕРЫ не нашло.

Hелепо лоб зелёнкой мазать, Kогда грядущее прошло.

Когда пришедшие ушедшим Псалмы поют и руки жмут, Эк, невидаль! – что конь дошедший Упал, не сняв с себя хомут.

Верблюд как был – так им остался, Из одногорбого стал двух, А грех сознанья поменялся, Плевав на всё! Наживы дух Рос, по планете расползаясь, Съедал шатавшуюся власть, Где совесть, не сопротивляясь, Цинизму, хамству отдалась.

Гамаюн-Исетский, Россия, Екатеринбург Не «примут радостно у входа, И братья…» – в этом и беда, Pастленье фазы у народа Подвинуло. И господа Oпять народным миром правят, Cсвобода «во языцех» есть… Но ВОЛЯ? – Нет её! И травит Неволя – Волю… В её честь!

ТТ Я стрелял! И я стрелял не хуже, Чем Beretta или АКМ.

Вот всегда был людям очень нужен, Время шло, и я забыт совсем.

Я стрелял, но я стрелял иначе – Лучше тех, что вдруг, из-за угла.

После этих выстрелов не плачут, Боль утрат в сознанье затая.

Я стрелял, и я стрелял с колена, Cидя, стоя, лёжа на боку.

Я стрелял в руках у супермена, У солдата. Hа своём веку:

Bздох, щелчок и гильзы гулкий выброс, Загоняли в дуло мне заряд… Bновь щелчок, и я, как будто вырос, Oтгоняя прошлое назад.

Hо зачем? Зачем всё это надо?

Убивать, прицелясь, не спеша, A потом, прикрывшись гадким задом, Затаиться тихо, не дыша?

Tолько дух прошедших поколений Tянет нас по-прежнему назад, Эгоизм и алчность, без сомнений, Oтвергают честный добрый взгляд.

Альманах «Чувства без границ» №12, НОСТАЛЬГИЯ Были парты, портфели, пенальчики, Были девочки, были мальчики, Было солнце в окошке мороженом, Было детство непотревоженным, Были радости бесконечные, Всё казались самыми вечными.

Если шло бы всё нескончаемо, Жизнь была бы не опечалена.

Разрослись дворы тополиные, Из коротких все стали длинные, Стало тесно в душе от любви.

Ночь! На улицу нас позови… Как сирень зацветёт за заборами, Из любимых становимся ворами.

Без оглядки назад мы живём, А вперёд! Рано думать о том!

Унеслись года золочёные, Раздались девчонки точеные.

Как ни жаль, но юность утрачена, Всё дальнейшей жизнью охвачено.

Но закрались в душу сомнения:

(Знают все мужчин самомнение) Hу, а так ли я поступил?

Замуж взял не ту, что любил.

Разошлись дороги-дороженьки, Родились тревоги-тревоженьки, По инерции жизнь наша катится, Но какой всё монетой оплатится.

Говорят, что стерпится-слюбится.

Любовь первая – не забудется.

Это всё ясней неба ясного, Величавого и прекрасного.

Гамаюн-Исетский, Россия, Екатеринбург СТАРИННЫЕ ЧАСЫ Старинный дом. Старинное строенье.

Возможно, помнит средние века.

Но всё ещё живёт дух мифов, наважденье, Но с прошлым связь утеряна пока.

Старинный циферблат хранит веков молчанье, Но маятника ход даст фору молодым.

Пружины иногда пусть издают ворчанье, Но никогда не быть их ходу холостым.

Старинные часы, забытые веками, Но всё же муть времён хранил их циферблат.

Однако старина всё властвует над нами, И время не изменит ни бог, ни царь, ни брат.

Не забегать вперёд – их точно рассчитали, Но и не отставать ваяли их в века.

Уж триста лет прошло, когда их создавали, У мастера, и впрямь, – волшебная рука.

Но смутною порой, когда гроза сгущалась, Их сердце издавало колокольный вой.

А, нагремевшись, вновь испуганно сжималось, Пружины приводя в естественный покой.

A маятник-трудяга всё так же безнадёжно Cрывал опять листы с календаря.

Hо окрылён был искренней надеждой, Что делал дело и прожил жизнь не зря.

ГАВНОТЕЧКА 1. В краю на Западе Востока Текла янтарная Исеть.

Манила синь людское око И соблазняла песни петь.

2. Но что мы делаем по веку:

Из носа – кровь, из глаз – слеза.

Нет! Не пристало человеку Ронять себя в своих глазах.

Альманах «Чувства без границ» №12, 3. ТЕКУТ ПАХУЧИЕ «ФЕКАЛЫ», Уктус – из пятен нефтяных, И даже рыба пахнуть стала, Не говоря о водяных.

4. Они на воздух нос не кажут, Для них теперь не пища в нём, Переживут нас и расскажут Живущим после – обо всём.

5. Потомки наши будут вправе Воздать нам горечью утрат.

Не будем в чести мы и славе И за разбой, и за разврат.

6. Цените ж вещую природу И для других, и для себя, Не отнимайте у народа Всё то, что создано, любя.

ВЕРА В ВЕРУ Всё как-то не по мне:

Ни деньги, ни законы.

Сижу я в тишине, Жую закон Ньютона.

Из собственных светил Мне нравится Венера.

Её я полюбил, Превознося, как «Веру».

Вошла она в меня, Отдавшись без остатка, Теперь день ото дня Мне без неё несладко.

В былые времена Всё тяготило что-то, Сегодня же она Подвинула «измоту».

Не верить ни во что Увы!.. совсем не просто.

Гамаюн-Исетский, Россия, Екатеринбург Прошедшее давно Отпало, как короста.

Теперь не устрашат Ньютоновы заряды.

Я «Вере» очень рад, И Вы, я верю, pады.

Я верю и дышу, Душе полёт открылся, К Вселенной не спешу, Я с «Верой» изменился.

Тогда как тот иной, Кто ни во что не верит, Пусть стынет под луной, Проникнется – поверит.

Во что же верю я?

В пришедшую глумливость?

Пристрастием горя, Я верю – в Справедливость!

Я верю «Вере» той, Что всё преодолеет, И в этот век чудной Наш мир не поглупеет!

ТОТ ЗНАЕТ Простите! Но на вас уселась муха.

Всего лишь муха! Чего стыдиться?

Но вы, как все, хотите отличиться?

А муха ж знает, куда садиться!

Раз не в поту вы, знать – не крали (Сидели снова на рояле?) И, опустивши ножки ниже, K народу сдвинулись поближе?

Не умоляйте! Я без жали Не суесловлю оппонентам, Тем более интеллигентам, Тем, что всю жизнь на нас пахали.

Давал зарок приспешник власти:

Альманах «Чувства без границ» №12, Мол, дайте срок, и будет мило.

Поныне женственные сласти Спасенья ищут от дебилов.

И вновь по их соизволенью От рэкета спасенья нету, Оплёл он до изнеможенья, Проклятый богом, всю планету.

Где многовластье – там и больно, Где пахнет властью – нет законов.

И вольно это, иль невольно – Многозачатие Бурбонов.

Зачем напрасно суетиться, Зачем искать у бога милость.

Пора избавиться от мухи Чтобы она не разродилась!..

ВЕРОНИКА дочери В тот год и бабье лето запоздало.

Всё это было, словно наважденье.

А без тебя вселенная скучала.

И вот оно! Свершилось! Нарожденье!

И небо плакало от радости и счастья.

B народе есть пословица такая, Что в добрый путь – на улице ненастье:

Tы в мир вошла, невзгоды попирая.

Пусть Кремль шумит палатой депутатов, Пусть морды бьют за кресло президента, Но в жизни обусловленный есть статус, Tвой статус не имеет претендента.

Ника! – Благословил тебя Господь.

Ника! – Всё долгожданное придёт.

Ника! – Тернист и сложен будет путь.

НО………………пусть.

09.10.1995.

Юрий ГРЕКОВ ЛЫТКАРИНСКИЙ Россия, Лыткарино, Моск. обл.

НЕ В БОГАТСТВЕ СКРЫТО МОЁ СЧАСТЬЕ...

Не совпали даты и прогнозы Нашей встречи… Через много лет Встретились в январские морозы, За спиной услышал я: «Привет».

Нет, не может быть, не мог поверить, Что буквально в метре от меня, В этой многолетней круговерти, В зимний вечер встретил я тебя.

Знаешь, ты совсем не изменилась… Та же чёлка и лукавый взгляд.

Прямо, в даму, в леди превратилась, Дорогущий на тебе наряд.

Видно, в жизни всё твоей прекрасно, И чему безмерно, честно, рад!

А как я? Жизнь прожил не напрасно, Дом, семья, лишь только не богат.

Не в богатстве скрыто моё счастье.

Я любим, люблю, пусть без прикрас.

Берегу мирок свой от напастей, Чтоб очаг домашний не угас.

Вот и всё… готов сюжет для прозы… Прошлое не стоит забывать.

Ну, а то, что не сошлись прогнозы, Всё же есть о чём нам вспоминать… 27.11.2010.

Альманах «Чувства без границ» №12, ВОСПОМИНАНИЕ ПУСТЬ СХЛЫНЕТ...

Нахлынули воспоминанья О тех далёких, знойных днях, Когда солдату испытанья Пришлось постичь в чужих краях… Что вспоминается? Мечтанье В солдатской жизни кочевой О доме отчем и желанье – Испить водички ключевой… Что вспоминается? Барханы… И двое суток без воды, Когда, рассудком словно пьяный, Ты видишь только миражи… Что вспоминается? Прохлада Ночная на часок-другой.

И Млечный Путь… до звездопада, Как жаль, мне не достать рукой.

Воспоминание пусть схлынет, Не стоит душу им терзать.

Уж лучше пусть меня обнимет Здесь, наяву родная мать!

13.12.2010.

КОГДА НА МАНЕЖНОЙ...

Пусть вечно мой друг прикрывает мне спину.

Неправильно мыслю: не вечно, а час, Когда на Манежной попал я в пучину Безумства и бедствия тысячных масс.

Что это? На сердце – натужно, тревожно...

А, может быть, это нам «первый звонок»?

Историю помнить и зреть очень сложно, Но годы восстаний – наглядный урок!

Далёкий семнадцатый век, Москворечье...

Реакция низших и средних слоёв На чуждую власть, но сейчас нам не легче Про бунт соляной вспоминать средь стихов.

Юрий Греков-Лыткаринский, Россия, Лыткарино Хотя, почему же? Я дальше продолжу, Ещё есть пример – воскресение, кровь...

Сто лет, как прошло... ожидающих гложут Сомненья, вопрос: «Революция вновь?»

И если кто знает конечность финала, Как бунты, восстания те вознесли – Они безобидными были сначала, Потом хаотичность стране принесли!

Конечно, не хочется смерти и горя, Чтоб тяжким балластом на плечи легли.

Поэтому нужен товарищ, чтоб стоя, Друг друга прикрыть от беды со спины!

18.12.2010.

ПОМОЧЬ МОГУ ЛИШЬ ДОБРЫМ СЛОВОМ Я...

Не стоит обижаться на судьбу И жаловаться каждому при встрече.

Твои стенания похожи на мольбу:

«Жаль, что не Боже я, всего лишь – человече...»

Помочь могу лишь добрым словом я, Советом – для тебя не будет лишним...

И, если выслушать готова ты меня, То собери в кулак сейчас свои все мысли!

Во-первых, не кичись тем, что права В суждениях своих о смысле жизни.

Ты не оракул, экстрасенс, чтобы могла Вникать во всё и быть понятной своим ближним!

Вторым советом поделюсь с тобой...

Когда встаёшь с кровати утром ранним, Окно раскрой и выпусти кошмар ночной, Пусть улетучится за горизонтом дальним!

А третий мой совет – уж прост совсем...

Ты в зеркало взгляни и, улыбаясь, Пошли ко всем чертям весь перечень дилемм, И будь сама собой, в ошибках признаваясь...

16.01.2011, 22: Альманах «Чувства без границ» №12, А ВРЕМЯ ПОКАЖЕТ...

Ты знаешь, увлечь меня можно Не только своей красотой.

Но также, чтоб было несложно Мир внутренний чувствовать твой.

Конечно, изящество – важно, Чтоб стройность, эффектность была!

Но чтобы не мучился жаждой От сухости фраз и ума!

Чтоб счастливы были в тандеме Не только во снах и мечтах!

А время покажет: в Эдеме Жить в радости или в слезах...

26.11.2010.

ОДНОЙ ТЕБЕ, ДУША МОЯ!

Мы много знаем друг о друге Не понаслышке от людей, Кишащих сплетнями в том круге Помпезном завистью своей.

Им не понять, что в этом мире Любви не свойственен изъян.

И отдаю честь свято лире, Где не скрывается обман!

Где нет ни лжи, ни лицемерья, А есть невиданная страсть!

Где есть слова для вдохновенья, Чтоб в грязь при этом не упасть!

Я посвящаю эти строки Одной тебе, Душа моя...

А те никчёмно-злые склоки – Проделки из небытия!

8.07.2010.

Юрий Греков-Лыткаринский, Россия, Лыткарино С НАДЕЖДОЙ НА ЛУЧШЕЕ...

В её окне всегда светло, Не закрывает ставни.

И, в дом входя, найдёт тепло, Ночлег уставший странник.

На перекрёстке двух дорог Стоит изба с сараем.

Старушка выйдет на порог, Предложит сушки с чаем...

На стук всегда откроет дверь – И так уж лет пятнадцать.

Она к себе не ждёт гостей, Не до веселья, значит.

Уж много вёсен, зим и лет Не справится с тоскою, С надеждой всё сыночка ждёт...

Погиб он под Москвою.

Нет, не был он на той войне, Где все кошмары ада.

Он сгинул в мирной суете Среди барыг – вандалов!

Хотел для матери, семьи Он заработать денег...

В те девяностые, в те дни «Сгорел» из-за копеек...

Эх, Русь, Россия, Боже мой, Когда ж наступит время, Чтоб не тащиться нам с сумой, Чтоб не давило бремя?

Чтобы работoю всегда Был край родной насыщен!

Чтоб матери через года Не написали: «Ищем...»

Чтоб в каждом доме и всегда Теплом светились лица!

И чтоб встречала не вдова, Что даст воды напиться...

23.01.2011.

Альманах «Чувства без границ» №12, СВЕТЛЫЙ АНГЕЛ Я не верил, что так может быть хорошо В этой жизни, годами уставший От работы, от дрязг, от вина, казино И от женщин, по-своему падших...

Лучик света возник в тёмном царстве моём Светлым ангелом с чистой душою!

В первый раз полюбил и с весенним дождём Встретил счастье! Зовётся любовью!

Каждый день я ускорить минуты хочу, Нашу встречу с тобой представляя!

Каждый час, каждый миг я тобою живу, Милый взгляд твоих глаз созерцая!

Даже дни и недели, что буду с тобой, Для влюблённого сердца так мало...

Пусть кольнёт мой Амур, жаль, отпустит потом Тетиву, что на счастье дрожала!

Дорогая, сумбур в этих строках прости, Не поэт – я и, рифмы не зная, Ведь пишу от души о любви, и пойми, Не заменит ТЕБЯ мне другая!

2009.

ПУСТЬ И НЕ ВСЕ ВЫСОТЫ ВЗЯТЫ...

В чёрно-синем звёздном небе Полумесяцем луна!

Я сижу в качалке-кресле Пред камином у окна… В одиночестве скучаю И под чарочку вина Год прошедший вспоминаю… Треск углей... и тишина...

Юрий Греков-Лыткаринский, Россия, Лыткарино Декабрь – месяц ожиданья...

Ещё чуть-чуть и Новый Год!

Под бой Курантов, вновь желанья Мы загадаем… что нас ждёт?..

Кто загадает перспективу На улучшение жилья!

А кто-то пустится по миру, Спасаясь от афер жулья!

Рублей кому-то нужно двести, Чтоб расцвела его душа, И счастлив он, что может песни Горланить под стакан вина!

Другому – мало миллиона, И беден он своей душой!

Мне жаль его, ведь от закона, Братвы трясётся день-деньской!

А кто-то загадал жениться!

Есть повод оливье поесть!

Кому-то суждено родиться – Мечту родителей учесть!

Конечно, хочется всем счастья, И ради этого живём!

Но не всегда мечты, желанья Сбываются, как дивный сон.

Прощай две тысячи десятый!

Итоги подведём потом...

Пусть и не все высоты взяты В прошедшем годе, но в другом, Надеюсь я, что «баррикады»

Преодолеть сумеем мы, И в Новый Год направим взгляды На милых дам, даря цветы!!!

01.01.2011.

Альманах «Чувства без границ» №12, ЭТОЙ НОЧЬЮ ПРИСНИЛАСЬ ЗИМА Этой ночью приснилась зима.

Нет, не та, что предвидится скоро.

А приснилась мне детства пора, Где гурьбою катались мы с горок.

Солнце, белый, искрящийся снег, Караванчик из санок, салазок.

Вожаком среди нас был Олег, Он постарше всех нас, первоклашек.

Нам по семь и по восемь годков, А Олегу, наверно, двенадцать.

Заводилой он был всех дворов, А дворов в той деревне штук двадцать.

Мы, ребята, девчонки тогда Дружно жили, хоть бедными были.

Помогали друг другу всегда, Кто чем мог, чтоб смеялись – не ныли.

И тогда, в тот январский денёк, Вереницей сползая с оврага, Мы смеялись, когда Игорёк Лихо с санок слетел… бедолага!

Он не двигался, слёзы в глазах, Неудачно на камень упавший.

Смех мгновенно сменился на страх.

Хорошо, что Олег всё же – старший.

И взвалил он тогда малыша На свои неокрепшие плечи, Утопая в снегу и спеша, До деревни – не так уж далече.

Всё удачно сложилось… отцы Лишь чуть-чуть нас в тот день пожурили.

Как хотелось, чтоб внуки мои В счастье, верности, дружно все жили!

01.11.2010, 02: Константин ЕЛАНЦЕВ Р О С С И Я, Улан-Удэ Никому, наверно, не поверю я, Что всегда сбываются мечты.

…Розовая чайка, птица Севера, Над каким заливом кружишь ты?

Под каким торосом гнёзда вьёшь?

По какому бегаешь ты льду?

…Столько лет меня к себе зовёшь Иль на счастье, или на беду!

Как живёшь в арктической обители, Где так редко ходят корабли?

Столько раз тебя матросы видели, Словно призрак, от земли вдали!

…Чем-то грустным, пасмурным навеяна И мечта далёкая моя… Розовая чайка, птица Севера, Так же одинока, как и я… Вспоминать о прошедшем порой недосуг, Забываются в спешке пути понемногу.

Только Плато Надежды пригрезится вдруг, И заноет душа, приглашая в дорогу.

Я опять собираю свой старый рюкзак, Верный компас в карман, и вибрамы* на ноги.

…Вы простите меня, если что-то не так.

Не могу устоять перед чувством дороги.

…До сих пор не могу я понять одного:

То ли в жизни чудак, то ль иначе устроен?

…Я свободой болею, но, больше того – Журавлиной болезнью хронически болен.

Вибрамы* – горные ботинки.

Альманах «Чувства без границ» №12, Много лет не бывал я на родине, И не знаю, когда попаду.

Я скучаю по нашей смородине И по яблоням нашим в саду.

Редкий день чем-то радостным скрашен.

И, ловя тишину в небесах, Я скучаю по ландышам нашим, И по нашим тропинкам в лесах.

Жизнь сродни календарному бегу, И печаль не приходит извне.

Я скучаю по нашему снегу И позёмке в родной стороне...

Дали снятся лазурными странами, Растворяются в томном бреду.

…Я полжизни брожу за туманами И покоя никак не найду.

Далеко до костра до прощального, Дали снова уводят, маня.

Вижу гавани берега дальнего, Только нет корабля у меня… Их очень мало – этих дней, Когда душа не терпит фальши.

…А родина моя всё дальше, Но чаще думаю о ней.

Ведь я там жил, имел друзей, Девчат любил, меня любили, И в путь далёкий проводили Оттуда – с родины моей.

И столько лет я всё в пути, Нет ни покоя, ни уюта.

…Всё кажется: иду к кому-то, Но не могу никак дойти.

Еланцев Константин, Россия, Улан-Удэ Я по снежному полю куда-то бреду наугад… Улыбается солнце, за сопками прячась, играя.

Я свободен, как воздух, и даже безумно богат – Все богатства мои в этом сказочном северном крае!

В своих письмах порой ты вернуться зовёшь поскорее, Пишешь: вишня цветёт, и черёмухой пахнет ночами, И что наша скамейка у тополя тихо стареет, и усталый вопрос:

«Ну, куда тебя кони умчали?»

…Что тебе рассказать?

Что тебе написать, дорогая?

Каждый год собираюсь, с тревогою жду пароход.

Он приходит, а я не плыву, от себя убегаю… И опять собираюсь уехать на будущий год… Ты наверху… Окончен трудный бой.

Спускаться вниз не хочется до боли.

Ведь лишь тогда вершина что-то стоит, Когда она покорена тобой.

Когда ты шёл, вбивал за крюком крюк, Шальная мысль мелькала о страховке, Когда ты мёрз на стенке, на ночёвке, Не чувствуя своих озябших рук.

…Всё позади. Смотри, как облака От ног твоих спускаются в долину… Ты покорил ещё одну вершину, И о других не думаешь пока… Альманах «Чувства без границ» №12, Кружился снег, дурачась иногда, И в вальсе был неповторим, ей-богу!

Вот только он ещё не знал тогда, Что март уже отправился в дорогу.

Что дни его теперь наперечёт, Что до последних слёз осталось мало.

...Но шёл февраль. Ещё был зимний счёт.

И улицы позёмка заметала.

Я – вечный странник в жизни этой, С пустой котомкой за плечами.

Зачем брожу по белу свету?

Зачем опять не сплю ночами?

Что нужно мне? Чего ищу я Среди дождливого ненастья?

Быть может, по земле кочуя, Ищу ненайденное счастье?

…В моей дороге ветры свищут, И, под дыханье тех ветров, Ловлю тепло на пепелищах Давно погашенных костров…...Не радуют кедры, что вслед нам машут.

Ни троп тебе, ни дороги.

В солёном поту штормовки наши, В кровавых мозолях ноги.

Которые сутки в тайге плутаем...

Четыре спички в кармане, Две банки консервов, патрон в запасе, И выйдем когда – не знаем.

А дождь проклятый всё льёт и хлещет, И холодно, как зимою.

...То кажется – где-то речка блещет, То будто бы волки воют...

Сергей ИВАНОВ-МЕХНИН Р О С С И Я, Борисоглебск В снегу мой город утонул, Он, как и я, в ветрах простуженный И тем же ветром отутюженный, Как от усталости, вздохнул.

А юный день – теплом согретый… Печаль на время отойдёт.

Но снова нас к себе зовёт Вокзал сиреневого цвета.

И мы уходим, чтоб вернуться Из лета в осень… вновь зима… Со светлым днём лишь спорит тьма, И нити тоненькие рвутся.

01.12.2010 Бессловесный, одинокий – На холсте или бумаге.

Из души идут потоки Над лесами, где овраги;

И над городом, ручьями, Где есть красные мосты.

И, задев опять руками За тетрадные листы, Бродят где-то меж домами Эти тёплые потоки.

Но с холста следят за нами Взгляды, так же одиноких.

2010.

Альманах «Чувства без границ» №12, Пляшет дождь по тротуарам, Бьёт по спинам и зонтам.

Но ему и это мало – Бьёт ещё по головам.

Под ногами снова лужи, А на лужах пузыри.

Мало, но кому-то нужен… Капли – словно звонари.

Словно дробь от барабана, Затяжной и очень мелкий, Он проснулся нынче рано – Шесть показывали стрелки.

2004-2010.

Самое важное в жизни – процесс, Самый быстрый по жизни – прогресс.

А красивое – это она, По судьбе пробегает волна.

Высота и низина – как даль, Закаляясь, бываем – как сталь.

Но, теряясь в дорожной пыли, Как по небу плывут корабли.

Как тревожна, натянута нить, И возможность – опять говорить О тебе и о том, что один, Вдалеке – рассекающий клин.

Плач проплывших опять журавлей, На душе – почему-то больней.

Он уносит, и нам не вернуть… Кто-то пролил нечаянно ртуть.

И закат догорает вдали… Почему-то – туда журавли.

Нам осталось на них посмотреть… Тишина – воздух начал звенеть.

Сергей Иванов-Мехнин, Россия, Борисоглебск Заглушая, что есть на душе, Ну, а мы изменились уже.

Это лёгкая, светлая грусть, Я лишь взглядом к тебе прикоснусь.

Набежавшая шепчет волна Всё о том, что она не одна.

16.08.2010. «»

ОСЕННЯЯ ИЗМЕНЧИВОСТЬ (В ритме вальса) 1. Жёлтой каймой Очертили прозрачное небо.

Лес потерял привычный свой цвет.

Но пока далеко До пушистого снега.

Мы в ожидании, Но слышим, привычное «нет».

Припев: А по земле ветер гуляет, По небу летают мои облака.

Кто-то друг друга По жизни не знает.

Дорога порою Не так уж легка.

2. За горизонт Уходят дороги.

И там остаются Наши дела.

Другие приходят – Добры и нестроги.

Изменчивы так же Наши слова.

11.11.2010. - () Альманах «Чувства без границ» №12, Пафосность, скрупулёзность – Это моё громкое Я.

Зачем же нам эта сложность Творческого бытия?..

К прошлому без претензий.

Нам ли его менять?

Настоящее – словно лезвие – Полезно и промолчать.

Но как же тогда без имени?

И где же тогда права?

Мы, не заметив, сгинули, А всё остальное – слова.

24.01.2011. -.

Она всегда со мною рядом, Она всегда в моей душе.

Мне это очень, очень надо, Как рай влюблённых в шалаше.

Как вздох весеннего рассвета, Как мелкий дождик моросит.

Красивое пьянит нас лето И нам о чём-то говорит.

А чистый воздух звонкий-звонкий!

А взгляд – из солнечных лучей!

Скажи, чтоб было очень громко, И поцелуи – горячей.

29.01.2011. -.

Оксана ИВАНОВА ЗАХАРОВА Р О С С И Я, Московский Тишина… Слышно, как летит птица.

Красота… Надо ею насладиться.

Так всегда… Быстро солнце садится.

Темнота… Можно в ней раствориться.

А вдали… Полыхают зарницы.

Отчего мне ночами не спится?..

Пустота… От неё не укрыться.

В небеса… Там смогу я забыться, А потом… Камнем вниз, и… Я – темпераментный романтик.

Ты – равнодушный эгоист.

Я – фантазёр и страстный практик, А ты – неопытный садист.

Я, зная, что не мой, страдаю.

Ты пользуешься мной, зовёшь.

Я от любви своей сгораю, А ты – полюбишь… и уйдёшь.

Случайный взгляд – случайный жест, Не более того.

Немой вопрос – немой ответ, И больше ничего.

Ведь можно сесть – поговорить, Но не нужны слова.

В глазах вопрос – в глазах ответ:

«Ты всё поймешь сама».

Альманах «Чувства без границ» №12, У любви глаза весны – Чуть наивны, чуть грустны, То теплы и так покорны, То внезапно холодны.

У печали взгляд зимы – Лёд снаружи, лёд внутри.

И не выбраться из плена – Ни дороги, ни тропы.

Страсть – как лето: жаркий взгляд.

Бьёт как молнии разряд – Так безжалостно и больно, Безрассудно, наугад.

Счастье – осенью глядит.

Бабье лето ворожит, Золотом колец венчает – Свадьбе в колокол звонит.

Не каждому дано познать любовь, Которую не излечить годами:

Когда из сердца вытекает кровь, Отравленная сладкими плодами.

Когда с небес несёшься прямо в ад Объятий страсти, алчной и коварной;

Грехами отравляешь райский сад И жертвуешь душою окаянной.

Садов цветение, ветра дуновение, И лепестков-снежинок – нежное кружение.

Полёты бабочек, стрекоз парение, И соловьёв заливистых ночное пение.

Луны свечение, звезды падение И тайного желания исполнение.

Души волнение, и чувств смятение, И робкий поцелуй, и долгое забвение.

Оксана Иванова-Захарова, Россия, Московский Ты поставил цель перед собой И решил: во что бы то ни стало, Покорить меня любой ценой – Штурмом, словно крепость, взять сначала.

Я же не из тех, кто сразу в плен – За меня придётся побороться.

Я не жду от жизни перемен, Мне без них спокойнее живётся.

И себя сломать тебе не дам, Не поддамся злому искушению.

Не разделишь чувства пополам По хотению и твоему велению.

Знаю: пред тобой не устою Лишь однажды, и, себя терзая, Поцелуй с желанных губ сорву На ступеньках собственного рая.

Одной лишь страстью чувства не измерить, Когда не подключается душа.

Слова пусты – не вспомнить, не поверить… Страсть без любви не стоит и гроша.

Одной лишь местью ненависть не вылить, Когда от боли тяжело дышать.

И зла в глазах добру не пересилить.

И силам тьмы, увы, не помешать.

Гореть звездой на небе незаметной.

Вступить на Млечный Путь – не убежать.

Иль стать безумной, огненной кометой, И в страхе всю Вселенную держать.

Альманах «Чувства без границ» №12, Губы красила помадой, И ресницы – тушью.

Из причёски выбивался Локон непослушный.

Наряжалась, волновалась, А потом взяла – Разревелась, растрепалась, Ну, и… спать легла.

Густой туман.

Луны экран, А на экране наш роман.

Потух экран.

Пропал туман, Оставив мне хмельной дурман.

Чтоб не скучать, Теперь опять Придётся новый начинать.

И вновь туман.

Вверху – экран.

А у меня другой роман.

Мысли пусты. Тело – в тиски.

Я от своей избавляюсь тоски.

Сердце стучит, сердце кричит, Видно, нескоро оно замолчит.

Желаний поток. Мечты – на замок, И нет ответа на поздний звонок.

Надо стерпеть – боль запереть.

Память свою попытаться стереть.

Назад нет пути. Меня не зови.

Я от твоей избавляюсь любви.

Олег ИГРИМ Р О С С И Я, Москва БЛАГОДАРЯ ТЕБЕ Я – звон струны и ветра стон – Штрихом небрежности офортов.

Неразличимый обертон.

Я – рваный абрис льдистых фьордов.

Я – плод сердечности твоей, Неистощимости признаний.

Денницы* страсти апогей.

Я – прорицатель из мечтаний.

Я – суть и блажь, я – плач и крик, Не ставший ночи отголоском.

Неисправимый ученик.

Я – сталь, что тает мягким воском.

Я – маг и чародей судьбе, Неукротимостью фантазий.

И всё – благодаря тебе.

Я – плен из вечности инвазий*.

Твоим дыханьем я воскрес, Расколдовал тебя ответом.

И поднимался до небес Бокал из грёз, облитых светом.

03. Фьорд* – узкий, извилистый залив со скалистыми берегами.

Денница* (в данном случае) – в слав. миф. Богиня полудня, дочь Солнца, возлюбленная Месяца.

Инвазия* – вторжение. В психологии – состояние, при котором в психике человека господствует бессознательное (по К.Г.Юнгу).

Альманах «Чувства без границ» №12, КОРОЛЕВА ПЛАКАЛА Закружила белым, зимним королева, Замела и песню вьюжную запела.

Просинью белёной в изморозь покрыла Всё, что было красным, всё, что было мило.

Всё, что было мило, всё, что было красно – Покрывалось белым и цвело топазно.

И, смешливо морщась в снежных одеялах, Искры голубые солнцем высекала.

Развлекалась стужно и мела метели.

Заносила ставни, укрывала ели.

Погрозив берёзам, приласкалась к дубу, Подарила лесу в бриллиантах шубу.

В бриллиантах шубу подарила лесу, Белым одеялом – снежную завесу.

Вольно на широком веселясь просторе, Искрами сверкала в просветлённом взоре.

Мне в окно взглянула – замерла, застыла, Позабыв про зиму, позабыв, что было.

Задрожали губы на лице пунцовом – Клятвенно-морозно на стекле оконном.

На стекле оконном клятвенно-морозно Мне узоры страсти рисовала грозно Про свои желанья, и, сама поверив, Мне в окно стучалась, заметала двери.

Я же, обнимая тёплую, родную, Лишь закрыл теснее дверь свою резную.

Заунывно песню затянула вьюга, Снег, бросая в окна с севера и юга.

С севера и юга в окна снег бросая, Королева стужи прочь брела босая.

Зазвенели в сердце у неё капели, Зазвенели льдисто в ледяной купели.

Олег Игрим, Россия, Москва Ночь прошла, и солнце озарило светом, Окна согревая пламенным приветом.

А за ним, пылая, всё искрилось снегом, Синевя узоры изморозным млеком.

Заблистав, сосулькой стыли с крыш морозы – Снежной королевы пролитые слёзы.

05. ЗА ОКОШКОМ ОСЕНЬ За окошком осень, за окошком ветер.

Лист, любивший солнце, золотисто-светел.

Ветер то притихнет, то взовьётся снова, И листва взлетает, подчиняясь зову.

Снегом неупавшим, густо разноцветным Носится былое запоздавшим летом.

Кружится со смехом, смех похож на кашель.

Сиротливо жито смотрит вслед из пашен.

Воздух чуть простужен, вниз туман роняет – Подморозит утром, зиму поджидая.

Но ещё так рано холодам-морозам, Разукрасив окна, целовать берёзы.

Друг ты мой сердечный, друг ты мой лохматый – Задышал счастливо, мой медведь косматый.

Привалился, смотрит сквозь листву шальную, Может, ты надежду увидал какую?

Может, к нам вернётся, может, к нам приедет Та, что так красива, та, кем сердце бредит?

Друг мой молчаливый, друг ты мой патлатый – Вдруг вздохнул и морду положил на лапы.

09. Альманах «Чувства без границ» №12, ЦВЕТОК ЦВЕТЁТ Лаская лилии, лилеет линия Фонемных форм.

Грозея грёзами, грозит глициния, Шалеет шторм.

Весной вскипающе, весталкой ветреной, Омыл огонь.

Денницей дивною, добром доверенной – Ты только тронь.

Поёт поэзменно, полночит песненно Набата новь.

Бравурит бронзово, бренчит болезненно, Колдует кровь.

И избавлением игры искрящейся Разверзнет рот.

Закатным золотом, звездой змеящейся Цветок цветёт.

05. БЕЛАЯ ТИШИНА Белые берёзы, сказочный дурман.

Тихий, нежный шёпот, кружева, обман.

Вы о чём шумите, головы клоня?

К вам пришёл, примите грешного меня.

Буду очень тихо я стоять, молчать, Слушать ваши сказки, головой кивать.

Позабуду страхи, растворится мир, Голоса чужие запоют псалтырь.

Олег Игрим, Россия, Москва И от этих звуков станет мне легко, Будто я на небе, будто высоко.

Вдалеке услышу колокольный звон, Словно поднимаюсь я на ваш амвон.

Вы стоите рядом столько долгих лет, Свято охраняя тишины секрет.

Светлые послушницы скромной простотой Освятили небо – белой берестой.

Я всем сердцем верю, что настанет час:

Сын придёт послушать и коснуться вас.

Будет сказки слушать, будет воздух пить, Будет удивлённо голову клонить.

07. СВЕТ МОЙ Свет проникающий – боль моя нежная – Лунно-таинственен, море безбрежное.

Солнечно-пряный, ты ищешь взаимности, Цвет моих тёмных ночей, ты – единственный.

Мне не измерить глубин твоей вечности, Тайну улыбки твоей бесконечности.

Взглядов, украдкой любовью напоенных, Хрупкость оттенков тобою заполненных.

Ты всё такая же – яркая, юная, Горе разлуки и встреча безумная.

Ты не меняешься, морем омытая, Солнцем рождённая, ветру открытая.

01. Альманах «Чувства без границ» №12, ЭТО НАШ ФЛАГ Снег, и снег, и снег, и снег – Белый, белый, белый, белый.

С века в век, из века в век – Если пели – злели стрелы.

Синь, и синь, и синь, и синь – Слепо хлебы сеем небом.

Стынь задвинь, богинь, аминь – Зреем блефом, тлеем чревом.

Кровь, и кровь, и кровь, и кровь – Красным, красным, красным, красным.

Молвь злословь, отбрось любовь, Гласным дразним, ясным гаснем.

Снег и синь, и кровь, и кровь – Всюду, всюду, всюду, всюду.

Ноль помножь, стреножь, но вновь – Буду, буду, буду, буду.

12. И МЫ Ты – праздник в виде соответствия Всем ярким краскам бытия.

Ты – воссияние и бедствие.

И я в плену твоём, и я.

Я узаконен непреложностью Торжеств рассвета темноты.

И вечным веком – невозможностью.

И ты, печаль моя, и ты.

И полной чашею страдание – Сполохом луноликой тьмы.

Все пьют, сокрыв своё дыхание.

И мы, любовь моя, и мы.

03. Елена ЛЕБЕДЬ У К Р А И Н А, Белая Церковь А было когда-нибудь в жизни с тобою, что счастье своё ты лишила покоя?

Не кто-то, а ты, в ожидании чуда, сказала ему:

«Убирайся отсюда!

Ты мне не нужно.

Ты мало и убого.

Я знаю: есть больше и лучше намного».

И счастье ушло, чтоб скитаться по свету в надежде разведать пристанище где-то.

И стало тебе очень скоро понятно, что счастье ушло, не вернётся обратно.

Что вот оно было, теперь вдруг – не стало.

Что очень любила, да поздно сказала.

И, если его возвратить попытаться, возможно, зайдёт.

А захочет остаться?

Альманах «Чувства без границ» №12, СТРАННЫЕ ЛЮДИ Странные люди живут на свете.

Их чёрный имидж и чист, и светел.

Их взгляд – пугающий и желанный.

И горек вкус их любви долгожданной.

Их кремень-воля податливей воска.

Душа ребёнка в обличье взрослом.

Кивок равнодушный зовёт и манит, слова признанья смертельно ранят.

У странных людей судьба – недотрога.

Влюблённых в уют, их ждёт дорога.

Их мозг утомлённый не знает покоя, и сердце от счастья и боли ноет.

Их сильные плечи – для слабой надежды.

Глотками – радость, страданий – безбрежье.

Для сытой жизни они – изгои.

Весь мир без них ничего не стоит!

Елена Лебедь, Украина, Белая Церковь ЭГОИСТИЧНЫЕ СТРОКИ Я хочу приласкать тебя, когда, сев на кровать устало, оглушённый заботами дня, ты откинешь своё покрывало.

Я хочу быть нужной тебе, чтоб, сгорая в бреду от разлуки, ты опять ощутил на себе мои вечно прохладные руки.

Я хочу, чтоб в плену суеты, заслонившей рассветы и звёзды, задыхаясь, почувствовал ты моих губ спасительный воздух.

Я хочу… ЛЕГКО ЛЬ?

Легко ли жить, не веря людям?

Легко ль не знать чужую боль?

Порвав страницы чьих-то судеб, их смять и выбросить – легко ль?

Легко ли сбросить, отмахнувшись, чужих забот весомый ком?

Легко ль не чувствовать колючек, идя по жизни босиком?

Легко ль быть равнодушным к детям, топтать подснежники весной?

Легко ль брезгливо не заметить бомжа с протянутой рукой?

Мне, видно, не понять, легко ли глухонемому сердцем быть, лечить других, не зная боли, давясь сей жизнью, всё же жить.

Альманах «Чувства без границ» №12, Я так хочу тебя поцеловать!

Но поцелуй, споткнувшись, замирает:

твой взгляд его тревожно отвергает и не даёт моим устам повелевать.

Я так хочу опять тебя обнять!

Но нет:

мои протянутые руки танталовы испытывают муки, когда не в силах твои пальцы удержать.

В любовный омут — с головой хочу!

Но время развело мосты меж нами, позволив быть хорошими друзьями.

И я, моля о всепрощении, молчу… Акула-туча пронзила небо, и солнца лучик – что был, что не был.

Смахнула брызги с небес бездонья, смешала мысли зеваки-полдня.

Пошла в безвестье из ниоткуда, обдав Полесье дыханьем чуда… Елена Лебедь, Украина, Белая Церковь Ещё ты здесь. Ещё рука хранит тепло твоей постели.

И век тяжёлых берега ещё сомкнуться не успели.

Ещё томит мои уста прикосновенье спелых вишен… А дверь тоскливо заперта.

И вздох шагов почти не слышен.

Я люблю тебя, дождь!

Снова ближе и ближе Ты с разбега шагнёшь по расплавленной крыше.

Смело щупая жесть, как стеклянные камни, тяжело упадут одинокие капли.

И прорвётся стена водяного потока, перепрыгнув прогнозную метку до срока, и, сметая всю пыль перепачканных улиц, раздробится на струи, шипя и беснуясь.

«Я люблю тебя, дождь!» – ошалев и промокнув, я с восторгом кричу перепуганным окнам и бегу напрямик по клокочущим лужам… Мне не нужно ничто!

И никто мне не нужен!

Ты несёшь чистоту, покаянье, спасенье.

Я люблю тебя, дождь!

Ты – моё очищенье!

Альманах «Чувства без границ» №12, Пучеглазая ночь, фонарями мигая, провожает меня к остановке трамвая.

Провожает она, а не ты, в этот вечер снежно-белую шаль повязав мне на плечи.

Равнодушный трамвай простучит полусонно свой привычный маршрут, мне до боли знакомый.

Оглушит тишина притаившихся улиц.

Сердобольно луна посочувствует, щурясь.

Ты один. Я одна. Почему же не вместе?

Неужели финал утомившейся песни?

Неужели совсем, даже самую малость, вариаций на тему любви не осталось?

Ты устал. Я устала. Мы оба устали.

Может, всё же дадим отступную печали?

И опять, мягким взглядом своим укрывая, ты, как прежде, меня проведёшь до трамвая… …Но кто-то должен сделать первый шаг по льду обид, подброшенных судьбою, впотьмах увидеть:

всё идёт не так, как быть должно меж мною и тобою.

И кто-то должен отпустить струну, дав отдых оголённым битым нервам… Кто прав, не зная, – руку протяну.

И шаг ступлю.

И пусть он будет первым.

Елена Лебедь, Украина, Белая Церковь НА ПОРОГЕ ОСЕНИ Чёрный бархат неба расшит золотистым бисером звёзд.

Кисея облаков дрожит отголоском ушедших гроз.

Замер воздух, пронзённый насквозь лёгким жалом морозных мечей.


Холод – первый осенний гость – будоражит ласку ночей.

В АПРЕЛЕ Апрельские лужи – самые чистые.

Апрельское небо – самое синее.

В нём скачут дождинки весёлыми брызгами, и солнце вовсю колесит апельсином.

В апреле чириканье – самое звонкое.

В апреле подснежники – самые нежные, в нетронутый мир зазывают просёлками, даря ощущение счастья безбрежного.

И люди в апреле – добрые-добрые, ведь каждый как будто рождается заново.

И хочется, сбросив лохмотья убогие, апрельскому солнышку душу подставить.

Тянет и тянет с озябших каштанов осень скуластая клочьями листья.

Тонут в утробе осенних фонтанов бусинки слёз дождевого намыста*.

Луч долгожданный сквозь тучи безмолвно изредка свет леденящий доносит.

Дышит морозом в промёрзшие окна немилосердная поздняя осень… Намысто* (укр.) — бусы Альманах «Чувства без границ» №12, А за окном опять – плюс пять по Цельсию.

И дни друг друга обогнать стремятся весело.

И ошалевший тёплый дождь, слепой, непрошеный, дробит со звоном о стекло весны горошины.

Остатки зимних тяжких дум, сбегая, пенятся, дожить в горячечном бреду свой срок надеются.

Но, пробудившись ото сна, слегка помятая, гуляет в Киеве весна!..

Январь. Десятое.

Сухие губы чьё-то шепчут имя, печальный взгляд кого-то ищет – даром.

А солнце бьёт ладошками косыми, и след пощёчин метится загаром.

Идёт девчонка майским разнотравьем сквозь ликованье птиц и ласки ветра, глотает соль несбывшихся свиданий, вопросы шлёт – и не найдёт ответа.

Людмила ЛИМОНОВА (Романова) Р О С С И Я, Новосибирск Почему же молчит телефон – Мой единственный верный друг.

А ведь ночью приснился мне сон, Что с тобой мы встретились вдруг.

Был тот сон удивительно чистым, Без сомнений, обид и тревог.

Оставался мой взгляд лучистым В ожидании дальних дорог.

Мы с тобой позабыли невзгоды И бродили, обнявшись, вдвоём.

Словно юности прежние годы Отразились в сердце моём.

Всё исчезло, ушло куда-то, И остался один этот сон.

Я проснулась в тиши виновато, Переливом звонил телефон!..

Как хочется порой вернуться В тот мир, прекрасный и родной.

От ласки маминой проснуться, И ощутить в душе покой – Туда, где быль казалась сказкой, И жизнь корабликом плыла.

Там лишь мечта была подсказкой, К желанным берегам вела.

Как жаль, что не найти дорогу, И время вспять не повернуть.

К тому заветному порогу Нам навсегда заказан путь.

В душе опять стремлюсь туда я, В тот миг, далёкий и родной:

Там мама – вечно молодая, Отец – красивый и живой!..

Альманах «Чувства без границ» №12, Как в жизни всё непросто:

Разлуки и потери.

Не поддаются ГОСТу Все «верю» и «не верю».

Как сложно всё и зыбко:

По краешку шагаем.

Чуть в сторону – ошибка, Исправить как – не знаем.

Возможно ли иначе Построить отношения?

Для непростой задачи Отыскать решение, И вспомнить всё хорошее, Что было между нами.

Ведь часто наше прошлое Мы разрушаем сами.

Судьбу виним при этом И ропщем на погоду, Чтоб пренебречь советом – Ненастьям всем в угоду.

А, потерявши, болью Своею упиваемся.

На раны сыплем солью.

И в омуты бросаемся.

Проснувшись утром рано, Лишь только рассвело, Я убегу украдкой, Босая, за село.

Где песнь свою прощальную Курлычут журавли, А ивушки печальные Склонились до земли.

Здесь зачерпну в ладони Воды из озерка.

Людмила Лимонова (Романова), Россия, Новосибирск И прослежу я взглядом За лодкой рыбака.

Вмиг ночи уходящей Сомкнёт глаза рассвет.

Кукушка насчитает мне, Как прежде, двадцать лет.

И иволга со мною Тихонько погрустит:

Ах, время быстроногое, Куда ж оно спешит?

Умоюсь я росою, Восторга не тая, Здесь всё вокруг родное, Здесь родина моя!

Шепну я «С добрым утром»

И птицам, и цветам.

За эти вот мгновенья Я жизнь свою отдам.

Загорелся закат, и уснули цветы, Опустила ночь тьмы покрывало.

Дремлет зайка в лесу, Спи спокойно и ты – Всё в округе уже задремало.

Повернись на бочок, Прикрой глазки рукой, Видишь, звёздочка светит в окошко.

Ты усни, мой сверчок, Засыпай, мой родной.

Отдохни, мой внучонок, немножко.

Завтра солнышко встретит Тебя новым днём, Впереди их будет немало.

Догорел уж закат Ярко-красным огнём.

Спи, котёнок, бабуля устала.

Альманах «Чувства без границ» №12, Всё здесь как прежде: лес, речка, Тропинка средь гибких берёз.

Плывут паутины колечки, Жужжанье шмелей здесь и ос.

По чуть заметной тропинке Давно босоногой ли шла?

Росные травы-слезинки В ладони, как счастье, брала.

Помнишь, мечтала о встрече С призрачным принцем маленьким, Или найти там под вечер Цветик из сказки аленький.

Помнишь, у той вон берёзки Юный мальчишка соседский Дарил кукушкины слёзки И серьги с берёзовой ветки.

Ах! Как же давно это было, А детство то ветер унёс.

И только тропа сиротливо Всё вьётся средь гибких берёз.

Здесь так же напевно и звонко Соловушка песню поёт, Но только другая девчонка Знакомой тропинкой идёт.

Я думала: всё пройдёт, Моя грусть-тоска пропадёт.

За тобой закроется дверь, И сердце, как загнанный зверь, Смирится, поддавшись судьбе, И забудет вмиг о тебе.

Но всё получилось иначе – От боли душа моя плачет.

И рвётся в прошлое вновь – Туда, где осталась любовь.

Анна НУРЕЕВА Р О С С И Я, Рязань ЭХО ВОСПОМИНАНИЙ* Ты вернулся ко мне тёмным пологом ночи, Тихой поступью, думами прожитых лет.

Полустёршейся явью с небес мироточит Из неведомой дали прощальный привет.

Ты вернулся ко мне ароматом дурманным Спелой малины и перестуком колёс, Криком чайки с реки и рассветом туманным, Терпким запахом сена и россыпью звёзд.

Ты вернулся ко мне грустным шорохом листьев, Осенним ливнем и громким шёпотом трав, Трескучим морозом и сугробом ноздристым, И капелью, и зеленью волжских дубрав.

Ты вернулся ко мне белым облаком лета, Жарким вечером, пушинками тополей, И поляной лесной, цветами одетою, Тёплыми грозами, криками лебедей.

Ты вернулся ко мне из далёких скитаний, И ушел в майский день, чтоб уже не прийти.

И осталось со мной эхо воспоминаний, Как ни думай, Ни плачь, Ни зови, Ни грусти!

*Это стихотворение я посвятила первому мужу Варламову Николаю Михайловичу, погибшему в 1980 году в Афганистане. Он был офицер – вертолётчик.

Альманах «Чувства без границ» №12, СЕМЕЙНЫЙ АЛЬБОМ Старенькая карточка с довоенных лет, А на ней молоденький да весёлый дед.

Вот он рядом с бабушкой, на руках – малец, В рот засунул пальчик, это – мой отец.

А вот снова дедушка, в ряд все ордена… Только не пришёл он – забрала война.

Вот мой папа в форме – прибалтийский флот!

Армией гордился весь честной народ.

А вот мама с папой, торжественный наряд… А тут – девчонки с бантиками рядышком стоят:

Это я с сестричкой, видишь – отчий дом… Здесь я уж постарше, мы с бабушкой вдвоём.

Эх, цветное фото – радуется глаз:

Всё в кружок семейство собралось сейчас.

А вот здесь – застолье, свадебный венец.

Видишь – я невеста, рядом твой отец.

Вот это тоже папа – красавец-офицер!

А это он в Афгане, а это – БТР.

Это ты, малышка, в колясочке сидишь.

А это в первом классе – внимательно глядишь.

И вот уж ты большая, доченька моя… А рядом парень бравый. Уже своя семья.

У парня за плечами «и Крым, и рым» – Чечня… Скоро будут внуки – и что? Опять война?

Анна Нуреева, Россия, Рязань ЕСТЬ ПРЕЛЕСТЬ И В ЗОЛОТЕ ОСЕНИ...

Есть прелесть и в золоте осени, В привядших багряных листьях, В горчащих рябиновых кистях, И в небе затученном, с просинью.

В луче уходящего солнца, И в близком дыхании стужи, И в рябью подёрнутой луже, В дожде, моросящем в оконце.

Ты сумей разглядеть, поверить В очарование времени… Влиться, стать жизнью и семенем, На себя это платье примерить.

МЫ С ТОБОЮ В ЮНОСТИ ВСТРЕЧАЛИСЬ...

Мы с тобою в юности встречались За бокалом терпкого вина… У подъезда долго целовались, И хмельным шла кругом голова… Разбежались юности тропинки, Разные у памяти пути.

Закружились в вихре, как пылинки, Не сказав привычное «прости».

Часто в круговерти переходов Натыкалась на случайный взгляд.

Мне казалось: ты в толпе народа Всё взываешь к юности назад… И уже отзолотились косы, Стёрся образ в памяти давно… Всё прошло, как утренние росы.

Что осталось? Терпкое вино… Альманах «Чувства без границ» №12, ГОЛОПУЗОЕ ДЕТСТВО О, моё голопузое детство!

Убежало с весёлым шумом.

Где найти мне такое средство, Чтобы стать не такою умной?

Чтобы вновь, в пыли по колено, я Унеслась за зелёным туманом, Растворяясь в мареве раскалённом… Никогда я такой уж не стану!

И не будет сиреневый вечер Мне нашёптывать дачные сказки, Убаюкивая лунной речью И подмигивая звёздами-глазками.

И на илистой речке Щучке Не тягать нерёткою* раков.

И, конечно же, с папой за ручку Не идти на праздниках рядом.

И в далёкой деревне древней Не месить навозную грязь.

И не слушать степные напевы, И не видеть, где Русь родилась.

И не слизывать в тёмных сенцах Из крынки пенку от молока, И не ждать с замиранием сердца:

Вдруг – мамин голос издалека?..

Да, моё голопузое! Где ты?

Убежало. Умчалось. Скрылось.

Жёлтенькой звонкой монетой За бабушкин сундук закатилось.

Hерётка* – рыболовная снасть, плетёная из лозы или сети, в форме корзины, для ловли раков и рыбы.

Лидия ОГАНЕСЯН Р О С С И Я, Москва ГРУЗИНСКАЯ ПОЭМА Во славу женщины стихи сложил поэт.

И строки те сверкали, как алмазы.

И вот уж восемь сотен долгих лет они потомкам будоражат разум.

История трагична и проста:

избранница, возлюбленная та была так недоступна, так любима, но годы шли, но проходили мимо...

Творил Поэт и воспевал любовь, и многие от песен тех рыдали, но та, чей взор пьянил, как цинандали, была милей и недоступней вновь.


И раб её, творец чудесных строф, не знавший избавленья от оков великой страсти, с каждым днём сгорая, был вынужден врата покинуть рая, и в путь пуститься долгий, чтоб однажды смерть встретить молчаливо и отважно.

Дорога та вела в священный град, что золотом блистал на возвышенье в тени олив и лавров. Утешеньем был тем, кто не искал уже наград.

Иерусалим, в величье и фаворе, на горизонте, голубом, как море, светился, затмевая солнца свет.

Взошло два солнца. Между – был Поэт.

Альманах «Чувства без границ» №12, И каждое звало и песнь рождало.

Тут понял он, что ни к чему борьба.

Отныне двум светилам поклоняться предначертала вещая судьба.

Он вновь шагнул протоптанной дорогой, сказав «шолом», переступил порог.

Его, любимца муз, приметил Бог и стал ему опорой и подмогой.

Так, пылкость страсти заключив в смиренье, молился, воздевая к небесам двух рук овал. И Богу восхваленья он расточал. И Всемогущий сам был благосклонен к отроку вселенной и принял в лоно Божие. И стал поэт Шота – монахом. И смиреньем во храме утешенье отыскал...

Но не забыл он тех пьянящих глаз.

И в сердце жар любови не угас.

А та, которую так пылко он любил, объятая мечтами, восседая на троне царственном, в любви сгорая, рассудком трезвым остужала пыл.

Хоть жгли её обида и тревога, но выше страсти был священный долг.

И по ночам – одна – молила Бога:

«Хоть в смерти дай свидания залог!

Пусть в этой жизни связана обетом вести народ и о себе забыть, коль здесь не суждено его любить, чтоб оградить священный трон. Заветам Лидия Оганесян, Россия, Москва древнейшим в жизни буду я верна.

Но неужели даже смерть сама прервать союз постылый не поможет?!

Когда-нибудь свидание, быть может, мне суждено? А если нет, тогда последним домом будет мне могила.

Но умоляю, чтобы навсегда меня похоронили рядом с милым…» – Так плакала. И плачу Бог внимал.

И вскоре дщерь возлюбленной назвал.

Тамара же судьбу не проклинала.

Деяниями укрепив страну и завершив тяжёлую войну, однажды завещанье написала:

в Иерусалиме поместить велела хоть после смерти собственное тело.

Там жил Поэт. Туда рвалась мечта той женщины, которой красота была воспета в сказочном творенье.

И помнила, как, вставши на колени, вручил Поэт, светящийся и юный, поэму в ослепленье и безумье.

О память, как жестока и верна!

В один момент припомнила она, как дрогнул голос вещего певца, как принимала дар и как сердца забились в унисон лишь на мгновенье.

Его изгнанье и её терпенье...

Теперь в разлуке годы проходили, но чудилось ей, будто тот Поэт всё так же светел, словно пощадили его чело невзгоды страшных лет.

Альманах «Чувства без границ» №12, И знала, что по-прежнему любима.

И смерть звала, приблизить не боясь всей жизни, будто бы прошедшей мимо, конец, что предначертан, отродясь.

И жизнь прошла. И завершился срок.

Трон опустел. Народ был безутешен.

Кто из царей был столько же безгрешен?

Кто ближе был?.. Печальнейший итог – любая смерть – желанна иль нежданна – она среди живых рождает страх лишь потому, что в смерти видят прах иль горстку пыли, что однажды канет.

Но смерть бывает разной. И она бывает так бела и так нежна, как лёгкое прикосновенье Бога.

А вслед за смертью – дальняя дорога.

Так, путь земной пройдя до половины, пустилась в новый путь, куда любимый ушёл однажды, подчинясь судьбе, желанный образ унося в себе.

И сохраняя в величайшей тайне, так, чтобы уберечь от надруганья, глубокой ночью выносили тело, вернейшим людям поручая дело.

Путь был тернист. Как некогда Поэт, превозмогая боль, увидел свет, так, возлежа теперь на новом ложе, царица свет приметила похожий на тот, что рисовался лишь в мечтах:

свет солнца отражался в куполах, сияние сулило ей спасенье, и в смерти увидала воскресенье.

Лидия Оганесян, Россия, Москва Но день прошёл. И в темноте безлунной внесли во храм, притихший и безлюдный.

Там – в глубине – сияли образа, и среди многих глаз одни глаза смотрели просветленно и печально, как будто бы угадывая тайну.

Тень отделилась, подошла ко гробу.

Затем в тиши звенящей голос дрогнул.

И свита расступилась. Поредела стена. И смерти приоткрылась дверь.

Монах взглянул. И через эту щель её увидел. Не было предела тоске и скорби. Даже смерть не смела лишить красы измученное тело.

Нахлынули, роясь, воспоминанья тех лет и дней, прошедших с расставанья.

И смерть пугала только потому, что неподвластна чувству и уму.

Ведь сей удел был предрешен заранее – так каждый обречён на умирание:

одни – от бед, другие – от тоски, от скуки третьи или от болезни, а избранные – от любви и песни – от боли сладостной, сжимающей виски.

Он знал, что умерла в один из дней от чувств высоких, что боролись в ней.

Потом в молчанье свита наблюдала, как на колени незнакомец встал и так немые губы целовал, и как душа скорбящая рыдала.

Альманах «Чувства без границ» №12, Вот встреча долгожданная промчалась, ему – мгновеньем – пронеслась, как дым, но показалась вечностию им, смутила души, в памяти осталась...

Затем во склеп богатый понесли и там оставили навеки тело.

Дверь затворили. Завершили дело, и тайну ту с собою унесли.

Никто из них не знал, что смерть стояла за спинами у них. Но грянул час.

Никто не спасся. Никого не спас обет молчанья данный. И немало погибло душ за то, чтоб не узнал никто про путь последний и привал.

Один лишь он – монах или поэт – неузнанным остался и секрет с собой унёс, и до скончанья дней, как верный друг и страж, был рядом с ней.

И ровно в полночь души их встречались у двери склепа, где стихи читал.

Он закрывал глаза и представлял её живой. Но солнце поднималось – виденье исчезало. Тщетно он продлить пытался сказочный свой сон.

И днём он ждал, слоняясь, словно тень, минуты той, когда угаснет день.

Потом и сам угас. Но, может быть, им суждена была иная встреча, и в жизни новой обвенчала Вечность двоих, сумевших верность сохранить.

В страданиях не только их тела пристанище нашли под общим кровом, но музыка любви звучит под сводом, собою наполняя купола.

Елена ОКЛАДНИКОВА Р О С С И Я, Благовещенск А ДОЖДЬ ОПЯТЬ СТУЧИТ В ОКНО А дождь опять стучит в окно, И ветер жизнь мою листает… Как нужно мне твоё тепло, Как рук твоих мне не хватает.

И рвётся тоненькая нить Слепой мечты, моей надежды.

А ты не сможешь оценить, Да и понять меня, как прежде.

Твой голос слышу, как в бреду, Во сне опять бегу к тебе я.

На радость или на беду, Люблю... сказать о том не смея.

И льётся музыка дождя, Остатки грусти обрывая, Я буду жить – ТЕБЯ любя, А ты – меня не забывая!

МНЕ ЗВЁЗДЫ НАШЕПТАЛИ Мне звёзды нашептали слова для новой песни, А тёплый летний ветер мелодию напел...

Я знаю: в этой песне с тобой мы будем вместе, Хоть ты моей судьбою стать так и не сумел.

С тех пор во мне играет та песенка печали, Её я днём и ночью сама себе пою...

Пусть в жизни мы с тобою любовь не повстречали, За эту песню очень ТЕБЯ благодарю!

Альманах «Чувства без границ» №12, Я ЛЮБЛЮ!!!

Судьба свела нас не случайно!

На землю тихо падал снег...

В глаза мои взглянул нечаянно И понял, что пропал навек.

Моей руки слегка коснулся, Смахнул слезинку со щеки, Поцеловал и улыбнулся, Всем ожиданьям вопреки.

А я, давно забыв о ласке, Растаяла в твоих руках… Теперь и день, и ночь, как в сказке, Витаю где-то в облаках… Пусть в жизни всё необъяснимо!..

Свою судьбу благодарю За то, что я тобой любима!

Ещё... За то, что Я ЛЮБЛЮ!

Я ГДЕ-ТО ЗДЕСЬ, ТЫ ГДЕ-ТО ТАМ...

Я где-то ЗДЕСЬ, ты где-то ТАМ… Тропинкам не соединиться, Назло желаньям и мечтам… И чуда больше не случится.

Душа во власти ста костров, Дождём нахлынут снова слёзы.

Мне не хватает нужных слов, На сердце – камень, как заноза… Я знаю, скоро боль пройдёт, Ведь говорят, что время лечит, Но снова, ночи напролёт, С надеждой жду с тобою встречи.

Мы словно две больших звезды, И неба целого нам мало, Ты где-то ТАМ, на полпути… Я где-то ЗДЕСЬ начну сначала.

Елена Окладникова, Россия, Благовещенск КАК В ПЕРВЫЙ РАЗ Пусть встреча будет бесконечной, Я, кажется, всю жизнь её ждала!

И сон мой явью станет вечной, Я слишком долго без тебя жила...

И вновь судьба мне улыбнулась, Впустила в душу яркий тёплый свет.

Однажды я с тобой проснулась!

Мечтала я об этом много лет...

И лишь для нас запели птицы, И солнце брызнуло лучами в нас!

Целую вновь твои ресницы И таю от твоих влюблённых глаз!

Остались в прошлом все разлуки, И будет бесконечным встречи час...

А ты мои целуешь руки, И всё у нас – как в самый первый раз!

КАК МАЛО МНЕ ДЛЯ СЧАСТЬЯ НАДО Как МАЛО мне для счастья надо – Твой мягкий голос, нежный взгляд...

Твоя любовь – мне как награда!

И я иду к ней наугад.

Ступаю очень осторожно, Боясь мгновение спугнуть.

Поверить в счастье невозможно, И сил нет в сторону шагнуть.

Как МНОГО надо мне для счастья – Хочу, чтоб был со мной всегда!

И пусть исчезнут все ненастья, И не на день, а на года!

Альманах «Чувства без границ» №12, ТЫ СЕГОДНЯ МНЕ ПРИСНИЛСЯ Ты сегодня мне приснился, Говорил вновь о любви.

За молчанье – извинился.

Как бальзам, слова твои.

И во сне, с тобою вместе, Я так счастлива была, А в душе звучали песни, За окошком ночь плыла… Утром я одна проснулась, Но в рассветной тишине Я счастливо улыбнулась, Вспоминая о тебе.

Жизнь летит неумолимо… И одно лишь нужно мне – Не пройди ты снова мимо, Приходи, хотя б во сне… ВОТ И ВСЁ… Вот и всё... Пустота...

Позади наш прощальный вечер...

Сколько ждать? Год иль два?

Да и будет ли снова встреча?

Вот и всё... Дождь стучит...

И опять разошлись дороги.

Всё прошло... Не болит...

И из сердца ушли тревоги...

Вот и всё... Лишь луна Для меня будет во спасенье...

Ведь в ночи я – одна, А вокруг – только звёзд паденье...

Елена Окладникова, Россия, Благовещенск ЛЮБОВЬ ПОКИНУЛА МЕНЯ Сегодня мне приснился странный сон, А, может быть, я просто не спала?

Поведал тайну страшную мне он:

Любовь... Она покинула меня… И стало холодно моей душе.

Зима пришла, и вьюга воет вновь.

Не тронет ничего меня уже – Меня покинула моя Любовь...

И что мне делать? Как мне дальше жить?

Нет слёз, не льётся музыка, звеня...

А может, тонкой нитью боль зашить?

Любовь моя покинула меня...

Мне не найти на мой вопрос ответ, Жить не умела раньше, не любя...

Вновь ночь пришла, погашен тусклый свет...

Покинула меня Любовь моя...

Я УХОЖУ Последний раз мы спим в одной кровати...

Я всё решила: завтра ухожу...

Из своей жизни, пусть совсем некстати, Тебя, как прошлый год, я провожу...

Пусть это очень больно и обидно, И вся в слезах, заплакана душа...

Ведь будущего вместе нам не видно.

Так надо расходиться, не спеша...

Без криков и упрёков, тихо, мирно, Взаимное согласье получив...

Решаем мы с тобой вопрос квартирный, Друг с другом вместе тридцать лет прожив...

Альманах «Чувства без границ» №12, ВСЁ БУДЕТ, ТОЛЬКО НЕ СО МНОЙ… Мой первый крик и смех… Улыбка мамы… Ребёнок белокурый и смешной...

Кроватка... «Колыбельная Светланы»… Всё это будет, только не со мной...

Вот первый класс… Косички... Белый бантик, Знак октябрятский, сердцу дорогой...

Под стёклышко запрятан новый фантик...

Всё это будет, только не со мной...

Друзья, подружки, классики, скакалка...

И светлый дворик, навсегда родной.

А утром снова – школа, «музыкалка»...

Всё это будет, только не со мной...

Линейка… Знамя… Галстук пионерский… И гордость мамы дочерью своей...

Победа в смотре комсомольской песни...

Всё это навсегда в душе моей!

Костёр... «Орлёнок»... Первое свиданье...

Крик белых чаек над морской волной...

Орлятский круг и слёзы на прощанье...

Всё это будет, только не со мной...

Любовь... Разлука... Детские обиды...

И плач гитары в тишине ночной.

Умчалось детство, и мечты разбиты...

Всё это будет, только не со мной...

Экзамены, походы, класс любимый...

Звонок последний… Вечер выпускной...

Я знаю: это не проходит мимо.

Я верю: это навсегда со мной!

Галия ПРОНИНА Р О С С И Я, Павловка, Ульяновская обл.

ВРЕМЯ, ВПЕРЁД!

Памяти Гвардии старшего лейтенанта командира батальона 22-й Гвардейской стрелковой дивизии моего отца Трегулова Ибрагима Хасановича посвящается… Ты был пехотинцем второй мировой, Об этом мы не говорили с тобой.

Не мог, не хотел о войне вспоминать, Ком в горле, и слёзы ручьём – не унять.

О чём же ты плакал, старый солдат?

О тех, что с тобой не вернулись назад И в вырытых наспех могилах лежат?

Лишь с фото глаза озорные глядят… Они пожелтели, военные фотки, Чуть набок надеты с звездою пилотки, Полвека стоят здесь друзья боевые, Вы в памяти живы, и все – молодые.

Но труден был путь пехотинца и краток, Война беспощадно косила ребяток, И годы спустя не могли вы собраться:

В живых – единицы, и не с кем списаться.

Всего лишь однажды в ночной тишине О страшной войне ты рассказывал мне.

Рассказывал много, подолгу молчал.

Я знаю: ты горькие слёзы глотал.

Альманах «Чувства без границ» №12, Когда в окруженье попал под Москвой, И был однозначно неравным тот бой, «Вперёд!» – всё приказ командир отдавал, На верную гибель солдат посылал, Ты смелость свою проявил в том бою И вывел солдат, их оставив в строю.

Пришлось командира того застрелить, Чтобы бойцов остальных не сгубить.

Ты ранен был в этом неравном бою, К награде представлен за смелость свою.

Награда! Тебя потеряла она… Но что же поделать? Война есть война.

Чуть-чуть подлечившись, пошёл в бой опять Под Старою Руссой с врагом воевать, По топким болотам, в воде ледяной… И тронула волос война сединой.

– Однажды отряд наш селение взял, – В ту ночь мой отец свой рассказ продолжал, – Коня напоить я поехал к реке, У края обрыва, смотрю: вдалеке, Девчушка стоит и на реку глядит.

Вот только стояла – и с кручи летит!

Я прыгнул в седло и пришпорил коня, – Я жить не хочу! Ты зачем спас меня?!

– Дурёха, – сказал я тогда ей в ответ, – Ведь жизни дороже сокровища нет.

С тех пор больше девушку ту не встречал, Войны боевые задачи решал.

Однажды, взяв горстку отважных солдат, В фашистский блиндаж ворвался лейтенант, Застав командиров немецких врасплох, Он громко им крикнул: «Сдавайсь! Хенде хох!»

Галия Пронина, Россия, Павловка, Ульяновская обл.

Направил наган он одною рукой, Другую, «с гранатой», поднял над собой.

Никто из врагов в полутьме не узнал, Что камень он вместо гранаты держал… Я снова листаю альбома страницы, Мелькают на фото знакомые лица, Вот девушки фото, и надпись: «Быть может, Ещё обо мне ты вспомнишь, Серёжа».

Хоть имя отца моего Ибрагим (В душе своей светлую память храним), Но звали на фронте Серёжей отца, Средь русских Сергеем он был до конца.

Да, мы о тебе всей семьёй вспоминали, Когда из рассказа отца мы узнали, Что кровь ты ему свою отдала И жизнь тем отцу дорогому спасла.

Уже двадцать лет, как отца нет в живых, Но фото твоё, как и фото родных, Я свято храню и у Бога молю, Чтоб встретились души ваши в раю.

Год сорок второй был лихой, роковой, Под Старою Руссой тяжёлый был бой, Ещё не зажил след в груди пулевой – Ты снова свалился от пули шальной.

И госпиталь снова: бинты, костыли… А за окошком метели мели.

Едва лейтенант не лишился ноги, Твердил он себе: «Умереть? Не моги!!!»

Альманах «Чувства без границ» №12, Ты кровь свою пролил, казалось, до дна, Тебе б умереть, но вмешалась Она, Та девушка с фото, что кровь отдала, С тобой поделилась она, как могла.

Ты с именем Сталина шёл в смертный бой, Родную страну заслонивши собой.

Да, сколько в войне той бойцов полегло, И сколько отцов, сыновей не пришло К родным очагам! Сколько комкать пришлось Листков-похоронок, промокших от слёз!

Ты всё же вернулся, живой! Да, живой!

Хотя и с больною, хромою ногой.

Победе в войне – многократный салют!

Но мысли о войнах мне спать не дают, Теперь у войны уж другое лицо, Название ей – терроризм подлецов.

Настали другие совсем времена, Всплывают героев иных имена, Чечня, Закавказье, Таджикистан – Союз нерушимый развалиной стал.

Но время стремительно мчится вперёд, В одну реку дважды никто не войдёт, Я верю: счастливое время придёт.

Его тороплю я: время, вперёд!

Я верю: настанет ещё светлый день, Когда под окном распушится сирень, Девятого мая Победа придёт, И счастья звезда над Россией взойдёт!

Светлана СЕРДЕЧНАЯ Б Е Л А Р У С Ь, Минск ЗЕРКАЛО Имя яркое люди мне дали – От рождения ЗЕРКАЛОМ звали!

Я в восторг привожу, Образ всем покажу, Предо мною который создали.

Из металла когда-то ковали, Серебро, бронзу, золото брали...

Но покрыли стеклом – Стало в Душу Окном, Для леченья меня применяли...

Вы не бойтесь меня, не браните, Но с улыбкой ко мне подходите:

Отражу Вашу суть, На себя дам взглянуть.

Чудо, магию эту примите!

Я умножу энергию Вашу, Как подарок верну её даже, Лишь бы Вы негатив Не подали в актив – Будет светлым общение наше...

Чтобы другом для Вас оставалось, Вам нужна только самая малость:

Честным быть и прямым, Быть душою таким, Чтоб Добро из неё излучалось!

Альманах «Чувства без границ» №12, ФАНТАЗИЯ Кому я недоступна – жизнь того бедна, Мечты Невероятной я для Вас Страна!

Со мною Солнце ярче и милей Весна, Все двери мои – настежь! Я – ФАНТАЗИЯ!

Запреты все снимаю!.. Можно!.. прочь «Нельзя»!

Шанс Вам предоставляю проверять себя!

Летать, любить посмейте! Сбросьте Вы года!

Все двери мои – настежь!.. жду я Вас всегда!

Ныряйте в океаны, будьте на плаву!

За хвост скорей ловите дерзкую Мечту!

Взбирайтесь на вершины, покоряйте их!

Хоть двери мои настежь, смелых жду одних!

Когда Ваше желанье не вместит Душа, Ко мне идите с ним – ведь тем и хороша!

Я – Суперархитектор самых смелых грёз!

И подарю Вам Радость вместо горьких слёз...

НЕТЛЕННАЯ ДОРОГА Между Ангелом и Бесом, Между небом и землёй Сквозь туман – души завесу – Путь являю я собой...

Распахнитесь, створки сердца!..

И бегите, тени, прочь!..

Отойди-ка, Бес, от дверцы И людей ты не морочь!

Я для них – как Мост Нетленный И веду через миры От Вселенной до Вселенной В вольных правилах игры...

Повороты, остановки, Направленье, весь маршрут – Всё зависит от сноровки Душ… Которые идут… Светлана Сердечная, Беларусь, Минск ВОЛШЕБНЫЙ МИР МЕЧТЫ И СНА Мы в разных измерениях живём:

В одном мы начинаем Путь, растём, В другом же – совершенствуем себя, Ещё в одном – блаженствуем, любя...

Общаемся, шедевры создаём...

Мы – в сфере множеств, каждое – в другом...

Но есть волшебный мир Мечты и Сна – Он все миры нанизал на себя!

Когда мы в нём – гуляем без преград, Подвластно всё, и каждый нам там рад!..

Проблемы все решаются шутя!..

В нём каждой ночью я ищу тебя...

МЕТАМОРФОЗЫ ЛЮБВИ Когда мечтаем вновь о лете Зимой при тусклом сером свете, Мы Солнцу двери открываем, Приход Весны тем ускоряем.

Мы – Дети Солнца!.. кто бы спорил...

Коль нет его – тоска и горе...

И души наши – это знаем – Всегда на солнце заряжаем...



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.