авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«ПРОБЛЕМЫ СОЦИО- И ПСИХОЛИНГВИСТИКИ Выпуск 16 Лингвокультурная ситуация и билингвизм в Пермском крае Материалы Регионального ...»

-- [ Страница 2 ] --

Таким образом, у немцев Урала в первой трети ХХ в. отме чаются различные формы и интенсивность межэтнического вза имодействия: от добрососедских контактов до восприятия ино этнических традиций. Наиболее активными эти процессы были в условиях адаптации к новой природно-климатической среде в северной части Урала в условиях дисперсного и хуторского рас селения;

в меньшей степени они сказались на этнокультурных традициях немцев степной части, расселенных компактно в мо нонациональных поселениях. При любых условиях межэтниче ское взаимодействие и заимствования явились одним из факто ров формирования специфических черт традиционной культуры немецкого населения, свойственных только ей этнокультурных особенностей.

Литература:

Вайман Д.И., Черных А.В. Немецкие хутора в Прикамье: история и традиционная культура в конце ХIХ – начале ХХI в. СПб.: Мама тов, 2008, 224 с.

Григорьев Д.В. Немцы Башкортостана. Уфа, 2002. 190 с.

Из истории Оренбургских немцев: сборник документов (1817–1974).

Оренбург;

М: Готика, 2000. 288 с.

Всесоюзная перепись населения 1926 года. М.: Издание ЦСУ Союза ССР, 1928–1929. Т. 9. Т. 10. Т. 11. Т. 14. Т. 15. Т. 16. Т. 17.

Т.И. Ерофеева Пермский государственный национальный исследовательский университет ХРЕСТОМАТИИ СПОНТАННОЙ РЕЧИ БИЛИНГВОВ ПЕРМСКОГО КРАЯ:

МЕТОДИЧЕСКИЙ АСПЕКТ В настоящее время на территории Пермского края прожи вает около 3 млн человек 142 национальностей. Согласно Все российской переписи населения 2002 г. наиболее крупными эт ническими общностями являются русские (около 2,5 млн чел.), коми-пермяки (более 180 тыс. чел.), татары (более 135 тыс.

чел.), башкиры (более 40 тыс. чел.), удмурты (около 26,5 тыс.

чел.) (Всероссийская перепись населения 2002 [электр. ресурс]).

Из приведенного списка видно, что на территории края представлены языки, принадлежащие разным языковым семьям:

индоевропейской, финно-угорской, тюркской. Сосуществование нескольких этнических общностей на одной территории позво ляет отнести Пермский край к полиэтническим регионам совре менной России. Безусловно, наибольший вклад в формирование ситуации Пермского края вносят русский язык как государ ственный язык России, а также коми-пермяцкий и татарский языки. Поэтому вполне закономерен интерес пермских лингви стов к такому явлению, как билингвизм.

Билингвизм (или двуязычие) – это одновременное употреб ление двух языков определенной социальной общностью (или индивидом);

каждый из языков выбирается в соответствии с определенной коммуникативной ситуацией (Словарь со циолингвистических терминов, 2006: 31).

Исследователи билингвизма отмечают разные его особен ности. Одной из важных черт билингвизма является уровень владения каждым конкретным языком. Степень владения тем © Ерофеева Т.И., 2012.

Работа выполнена про поддержке гранта РГНФ № 11-14-59008а/У и Государ ственного задания на 2012 г. на проведения научно-исследовательских работ (проект № 8.5295.2011).

или иным языком не только не одинакова у разных двуязычных индивидов, но даже не может считаться стабильной у одного носителя языка на различных стадиях усвоения им второго язы ка. Она варьирует в зависимости от множества конкурирующих между собой факторов: социальных, психологических, лингви стических и дидактических (Вайнрайх, 1972;

Национально языковые проблемы…, 1990;

Солнцев, Михальченко, 2000;

Язык в контексте общественного развития, 1994 и др.).

Для изучения такого сложного, но интересного феномена, как билингвизм, на кафедре общего и славянского языкознания были созданы две звучащих хрестоматии спонтанной русской речи билингвов (науч. ред. Т.И. Ерофеева): «Русская спонтанная речь коми-пермяков» (2007) и «Русская спонтанная речь татаро язычных билингвов Пермского края» (2010) (в последней пред ставлена речь татар и башкир Бардымского района – специфи ческой татароязычной этнической группы).

Структура хрестоматий однотипна. В каждой их них пред ставлены общие сведения о родном языке билингвов;

характеристика билингвизма;

цели и задачи хрестоматии;

общая характеристика текстов хрестоматии;

анализ особенностей русской речи билингвов на разных язы ковых уровнях;

условные обозначения;

собственно тексты (в звуковом и графическом форматах).

Авторы хрестоматий ставили перед собой задачу предста вить спонтанные русские тексты коми-пермяков и татар в таком виде, который позволил бы исследовать различные аспекты ин терференции. Поэтому в качестве материала выбрана спонтан ная речь, наиболее полно отражающая языковые процессы, ха рактерные для современного этапа развития языка.

Информантами и в первом, и во втором случаях выступили представители разных возрастных групп, разной степени обра зования. Они работают в различных сферах, учатся в разных вузах. Тексты – это рассказы о себе, полученные в ходе направ ленного интервью.

Определим теоретическую и методическую значимость со зданных хрестоматий.

1. Материалы хрестоматий позволяют описывать интерфе ренцию в русской речи коми-пермяков и татар, исследовать фо нетические особенности русской спонтанной речи билингвов, анализировать лексикон и грамматику представленных текстов.

2. Сопоставительный анализ текстов двух хрестоматий вы являет разные типы билингвизма у коми-пермяков и татар. В русской спонтанной речи коми-пермяков наиболее ярко прояв ляется смешанный тип билингвизма, при котором происходит одновременное освоение обоих языков в раннем детстве. При чины смешанного билингвизма коми-пермяков заключаются не только в длительных экономических, политических и культур ных связях коми-пермяцкого и русского народов, но и в том, что сами коми-пермяки заинтересованы в общем с русскими язы ком.

Тип билингвизма у татароязычных билингвов можно назвать естественным билингвизмом ассиметричного типа: та тарский язык усваивается в семье и используется в сферах бы тового общения;

русский язык применяется в официальных сферах коммуникации;

при этом русский язык начинает изу чаться в основном в школе.

3. Русский язык билингвов (и коми-пермяков, и татар) ха рактеризуется как фонетическим акцентом, так и лексическими, грамматическими и деривационными особенностями, возника ющими под влиянием интерференции с родным языком. В этих текстах проявляется основа русской речи информантов, пред ставляющая своеобразный вариант региолекта (Боронникова и др., 2011). Так, в русской речи коми-пермяков региолектная ос нова проявляется в использовании диалектных и просторечных единиц (лексических и словообразовательных), а также разго ворных синтаксических особенностей (специфических кон струкций, устойчивого использования определения после опре деляемого слова и др.).

То что я была одна девочкой / вот наверное из-за этого / навер ное / м- мама меня и / учила // Учила м-м с // Ну-у // С самого дет ства // Мама / э-э / начала / меня готовить / к будущему / замужеству // К будущему замужеству // Она / например / если утром рано / начинала стряпать / она меня будила // Даже / может быть / м-м не для того чтобы я работала или стряпала / а для того чтоб я / видела / как это делается // Как это / как нужно / готовить / как нужно… // Да-а / как нужно готовить / все / блюда // Особенно вот / пирожки // С э-э… // Не пирожки а ш-ш- / картофельные шаньги / так еще их называют // М-м м // Потом / э-э / рыбный пирог / черинянь // Пиво / э / коми-пермяцкое пиво / сур // Э-э / которое / очень долго / а (в)едь / оно вытекает очень долго // Это / с- / с- // По двое суток / нужно было / ждать / до (неразборчиво) // Н- / н- // Ну да // Э-э // Что ещё стряпали? // Вот в основном… // А // В зависимости от времени года // Если весна / это / пистики1 идут // Э-э / нас / отправляли допу стим уже если близко / близко где-то нас отправляли / за пистика ми // Делали / заготовки / на зиму // Грибы // Это вообще по-моему грибы / солили / не знаю там / целые бочонки / да ведь / целые эти // Под гнет // (женщина, 39 лет, высшее образование, коми-пермяцкий язык – с детства, русский язык – с 7 лет).

Ещё ходили на реку Юсьва ловить рыбку // М-м / ходили по яго ды / большой ватагой ребят // М / собирали землянику / в то время было много / ф / м-м / жимолости // Ходили по малину // Э-э / по грибы / осенью // Было очень интересно // В школу мы ходили / за семь километров // Пешком / и-и / также вместе с ребятами / с маленьки ми и большими // По дороге рассказывали всякие (смех) истории / и страшные / и веселые // (женщина, 43 года, среднее специальное обра зование, коми-пермяцкий язык – с детства, русский язык – с детства).

Как и у коми-пермяков, основой речи билингвов-татар слу жит не литературный язык, а разговорно-просторечная форма русского языка. Распространенные черты разговорной речи раз ных языковых уровней подробно описаны в хрестоматии «Рус ская спонтанная речь татароязычных билингвов Пермского края» (2010: 16–29).

4. Тексты размещены в хрестоматии в зависимости от воз раста информантов: первым расположен текст самого старшего информанта и далее по убыванию. Таким образом, тексты хре стоматии дают возможность в какой-то мере проследить изме нения, которые происходят в русском языке коми-пермяков и татар в зависимости от поколения. Например, в татароязычной среде наблюдается возрастное различие в порядке усвоения Пистики – диал. ‘молодые побеги хвоща’ (Акчимский словарь, 1999: 46).

языков: молодые люди (преимущественно до 30 лет) одновре менно осваивают татарский и русский языки, в то время как представители старшего поколения родным языком считают татарский, а русский язык начали изучать только в школе.

5. Наконец, тексты демонстрируют этнические особенности изучаемых социальных групп. Тексты информантов коми пермяков построены таким образом, что в рассказах о себе про являются такие национальные черты, как любовь к своей куль туре, языку, тяга к знаниям, и обязательно – связь с природой.

На- надеюсь / что когда-то выйду / на пенсию тоже скоро уже // Буду в деревне жить / и буду по-коми говорить // Бо-ольше опять буду по-коми говорить / потому что в деревнях по-коми разговариваем // Уеду // И-и / э / х-х / буду хозяйство держать наверно // Хотя бы ка кую-то скотинку // Надо будет поддержку // Ребятам чем-то ведь помочь надо будет / как мне мама щас помогает же // Мама живет в деревне // (вздох) // Ну вот ездим // Только правда у нас в деревне щас мало уже домов стало // Но надеюсь что еще / мы будем еще жи- / жить в деревне // Мне очень нравится в деревне // Я даже песни очень люблю деревенские еще // (поёт на коми-пермяцком языке) (женщина, 50 лет, среднее специальное образование, коми-пермяцкий язык – с детства, русский язык – с 7 лет).

Я учусь в Пермском педагогическом университете / на четвер том курсе / на коми-пермяцко-русском отделении / филологического факультета // Родилась / э в Кочёвском районе / села Большая Коча / в восемь(де)сят пятом году // После окончания эа / школы / поступила в Пермский… // Ой! // В Кудымкарское / педагогическое училище // А-а / закончила его красным дипломом // И посл(е) / решила продолжить свое образование // Получить / высшее образование // Э-э // По родно му языку // Увлечения… // Люблю читать // Вязать крючком // Нра вится / э-э / очень изучать / родной язык // Нас в семье / пятеро де тей // А-а // Папа пенсионер // Мама работает начальником / отделе ния связи // Все старшие-е / э-э / сёстры и братья / уже работают // Осталась одна младшая сестра / которая (смех) меньше меня / она / э-э / обучается / заочно / здесь тоже в Перми // (смех) // Дома у меня есть / э-э / домашние животные // Я их очень люблю / и особенно / кошку и собаку // (смех) // Летом часто бываю на природе // Когда / э / мне грустно / я стараюсь идти в лес // И природа / э-э / как бы услу шивает меня / все мои переживания / мои страхи // Помогает мне // (женщина, 22 года, неоконченное высшее образование, коми пермяцкий язык – с детства, русский язык – с 6 лет).

Рядом с моим домом находится лес // Он н-не очень большой / но и не очень маленький // Особенно-о / осенью / он преобладает / э-э / красивым цветом // Ы как / не то что / берёзы красивые / или-и / оси ны красные / даже ёлочки становятся какими-то особенными и / в этот лес очень тянет // А-а / плохо то что-о / осенью мне приходится уезжать в город / и-и / часто из-за этого / я выезжаю за город / люб лю бывать на природе м-м / почти целый день // Также / очень люблю речку // Речка меня-а / э / привлекает / своим спокойствием // Когда / вода особенно тихо течёт / и / очень приятно н-на неё смотреть // Э э / дома у меня также есть / рядом / речка / которая течёт / она называется Иньва // Чуть / дальше от моего дома / ну где-то может километр надо идти / там / есть / пляж // Который / можно сказать даже никто не знает // Редко кто там бывает / просто он очень да леко // А / а я вот / когда-а / есть свободное время летом / я там ча сто бываю // Э-э // Там / очень / тёплый песок / бывает // И много раз / я там / видела цапель // Они просто гуляют на берегу // Прыгают ры бы / даже вот так / как русалки / прямо их видно / что они прыгают // Перепрыгивают вот / ы / чуть ли не с берега до берега // Очень боль шие притом // Также / э-э / осенью-у / я видела много раз / когда / жу равли улетают // Они-и / стоят / стаями // Э-э / сначала они / как бы вот / как люди / они стоят совещаются // А потом они / главный / первый взлетает / и / тихонечко взлетают все // Еще очень красиво за- / наблюдать з(а) ними / когда они прилетают весной // (женщина, 20 лет, неоконченное высшее образование, коми-пермяцкий язык – с детства, русский язык – с детства).

В текстах татароязычных информантов дается подробное описание семьи, работы, жизни детей, образования детей, т.е.

можно сказать, что данные тексты ориентированы на описание социального статуса говорящего и членов его семьи. В отличие от текстов коми-пермяков, тексты татар имеют более жесткую структуру, например, в них почти всегда присутствует «концов ка».

Мин1 / э-э // Я / на сегодняшний день / моя фамилия Мустафина Зайтуна Мулловна // Родилась я / в село Сараши // Бардымского райо на Пермской области // День рождения у меня первого августа пять Мин – тат. ‘я’.

десят четвёртого года // (вздох) // Росла я большой семье // Нас семе ро / детей было // На сегодняшний день у нас / пока живы / пятеро // Мы очень дружно / живём // Ну / (вздох) / так сказать / на сегодняш ний день у нас / (вздох) / родители уж / не живы / но зато мы / очень / хорошо общаемся / любим друг друга // В первый класс я пошла (вздох) / в шестьдесят первом году // Закончила в семьдесят п-первом году // После / окончания школы / я поступила / в Пермский коопера тивный техникум // На бухгалтерский / учёт // (вздох) // Эта профес сия конечно мне нравится // Она действительно она // У каждого че ловека должны быть учёт и отчётность // Во-первых // Во-вторых / (вздох) / потом / отчётность это одно сабо- / само собой // М / м // Как сказать // После учёбы / я выш- / работала / в Печменском рай по // Потом я вышла замуж // Уехала я / в Татарию // У меня двое / детей // Сыновья // Хорошие // Один внук // И снохи у меня // Дети // Дочки хорошие // На сегодняш- / -ный день / я нисколько не жалуюсь // Любуюсь и радуюсь // И работаю я / как говорится / хм / м // Обще ство / ограниченной ответственностью «Ижтяжтранс» / главным бухгалтером // С девяносто шестого года / по сегодняшний день // И работаю / (вздох) / главным бухгалтером // Вот // Всем я / конечно желаю / счастья / добра / улыбки / и здоровья // (женщина, 54 года, среднее специальное образование, татарский язык – с детства, русский язык – со школы).

Как и у коми-пермяков, в текстах татар проявляется любовь к родному языку, культуре:

У-у / жена у меня русская была-а // В-вот // Как / сказать // Не стыковки такие / были что-о… // Языковой барьер очень сильный // Здес-сь / пока жили мы / приезжали сюда на ж- / на-а / эт(о) само(е) / жить сюда приезжали / я её привозил // Нестыковки такие были что даже / вот также / с роднёй сидишь / уже-е / всё равно / в гостях си диш-шь / общаешься в основном всё равно на татарском // Сначала вроде-е / стараешься / и-и / на русском / но / у-у нас же свои обычаи / свои традиции / песни свои // Ей это уже непонятно / так как она языка не понимает / это очень большой барьер // В конце концов не ужились / можно сказать так // Ну-у / и это / и другое // А-а я-а / э-э / воспитан на национальных традициях-х // Люблю свои п-песни / свой фольклор // Всё своё / как г- / как говорится // Во мне это очень сильно сидит // Я-а / свободно владею можно сказать русским-м / среди рус ских хорошо уживаюсь / но-о / моё место не там // Поэтому в конце концов я развёлся / уехал // И-и / в принципе не жалею // Я-а / второй раз женился // На татарочке // Доволен // Щас работаю на телевиде нии // Опять же национальное телевидение / меня это очень устраи вает // Мне п- / не знаю / для меня это / даже не как работа это / это / я удовольствие получаю от своей работы // Потому что я на этих пес-снях / на э-э / с этим-м / именно / с нашим татарским язы ком / с нашим фольклором / с нашими песнями я / вырос // И-и / ну-у / для меня-а / не знаю // Это наверно даже счастье для меня // Работа на / на-а / национальном телевидении / на радио // Э / каждый день слушать родную речь / родную музыку / песни // Конечно сортируем их / которые вот // Потому что щас уже-е / э / э / именно-а / в нацио нальных традициях / таких песен мало выходит // В основном-м / со временная татарская попса / она э-э / можно сказать ничем не отли чается от русской / и-и так далее / и тому подобно(е) // Ну / пожалуй всё // (мужчина, 36 лет, среднее специальное образование, татарский язык – с детства, русский язык – со школы).

Итак, для получения полной картины языковой ситуации края необходимо создавать источники и материалы, позволяю щие отражать лингвистические особенности интерферирован ной речи. Как показал наш опыт, озвученные фонды представ ляются ценными для рассмотрения разных аспектов интерфе ренции, особенно – для фонетического уровня языка.

Тексты созданных на кафедре хрестоматий являются ча стью общей лингвистической базы данных, которая послужит основой для других исследований в области культуры и истории края.

Литература:

Акчимский словарь – Словарь говора деревни Акчим Красновишер ского района Пермской области / гл. ред. Ф.Л.Скитова;

Перм. гос.

ун-т. Пермь, 1999. Вып. 4. 215 с.

Боронникова Н.В. и др. Проблемы изучения русской речи билингвов единого региона / Боронникова Н.В., Доценко Т.И., Ерофее ва Е.В., Ерофеева Т.И. // Социальные варианты языка – VII: ма тер. Междунар. науч. конф. / Нижегор. гос. лингв. ун-т им.

Н.А. Добролюбова. Н. Новгород, 2011. С. 33–35.

Всероссийская перепись населения 2002 года. [Электронный ресурс].

URL: www.perepis2002.ru (дата доступа 02.10.2012).

Национально-языковые проблемы: СССР и зарубежные страны / отв.

ред. В.М. Солнцев, В.Ю. Михальченко. М., 1990. 203 с.

Вайнрайх У. Одноязычие и многоязычие // Новое в лингвистике М.:

Прогресс, 1972. Вып. VI: Языковые контакты / отв. ред.

В.Ю. Розенцвейг. C. 25–60.

Русская спонтанная речь коми-пермяков: звучащая хрестоматия / кол. авт.;

науч. ред. Т.И. Ерофеева;

Департамент внутренней по литики Администрации губернатора Пермского края;

Перм. ун-т.

Пермь, 2007. 72 с.

Русская спонтанная речь татароязычных билингвов Пермского края:

звучащая хрестоматия / кол. авт.;

науч. ред. Т.И. Ерофеева;

Перм.

ун-т. Пермь, 2010. 100 с.

Словарь социолингвистических терминов / отв. ред.

В.Ю. Михальченко;

Институт языкознания РАН. М., 2006. 312 с.

Солнцев В.М., Михальченко В.Ю. Русский язык: Проблема языкового пространства // Языки Российской Федерации и нового зарубе жья: Статус и функции / отв. ред. В.Ю. Михальченко;

Ин-т язы козн. РАН. М.: Эдиториал УРСС, 2000. С. 5–17.

Язык в контексте общественного развития / под ред. В.М. Солнцева, В.Ю. Михальченко;

Ин-т языкозн. РАН. М., 1994. 345 с.

Е.В. Ерофеева Пермский государственный национальный исследовательский университет ФОНЕТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ РУССКОЙ РЕЧИ БИЛИНГВОВ ПЕРМСКОГО КРАЯ Население Пермского края является многонациональным.

По данным переписи населения 2002 г. (к сожалению, при пере писи 2010 г. национальный состав и владение языками не учи тывались), на территории края проживает 17 национальностей, численность которых представлена не менее чем двумя тысяча ми человек, среди них русские, коми-пермяки, татары, башкиры, украинцы, удмурты, белорусы, немцы, чуваши, азербайджанцы, марийцы, армяне, евреи, мордва, молдаване, узбеки. Наиболее © Ерофеева Е.В., 2012.

Работа выполнена про поддержке гранта РГНФ № 11-14-59008 а/У и Госу дарственного задания на 2012 г. на проведения научно-исследовательских работ (проект № 8.5295.2011).

крупными национальными группами являются русские – около 2,5 млн человек (более 85% населения края), коми-пермяки – более 180 тыс. человек (более 5% населения), татары – около 140 тыс. человек (около 5% населения) и башкиры – более тыс. человек (около 2%) (Всероссийская перепись населения 2002 [электр. ресурс]). Соответственно и языки этих народов являются наиболее распространенными в Пермском крае.

Русским языком в Пермском крае владеет более 99% насе ления (там же);

русская речь представлена и речью билингвов, для которых он является вторым языком. Русская речь билинг вов, особенно наиболее крупных групп, каковыми являются в Пермском крае коми-пермяки, татары и башкиры, оказывает значительное влияние на функционирование и развитие русско го языка в крае, поэтому ее особенности необходимо изучать. В данной статье рассматриваются фонетические особенности рус ской речи коми-пермяков и башкир, говорящих на татарском языке (проживающих в Бардинском районе Пермского края), и производится их сопоставление.

Прежде чем перейти к анализу фонетических особенностей в речи билингвов, дадим краткую характеристику фонетики их родных языков: коми-пермяцкого и татарского. Отметим, что оба языка относятся к уральской макросемье, поэтому имеют типологические сходства. Так, например, оба языка являются агглютинативными.

Коми-пермяцкий язык относится к пермской группе фин но-угорских языков уральской макросемьи. При этом пермские языки – одна из древнейших групп этой семьи. От фонетической системы русского языка фонетика коми-пермяцкого отличается в первую очередь наличием гласного среднего ряда и среднего подъема, аффрикат тш, дз, дж и «шепелявых» з, с. При этом из 26 согласных коми-пермяцкого языка 6: ф, х, ц, щ, м’, р’ – встречаются лишь в русских заимствованиях (Коми пермяцкий язык, 1962: 220).

Татарский язык относится к западной (кыпчакской) груп пе тюркских языков уральской макросемьи. Отличительными чертами в сравнении с русским языком в области вокализма для татарского являются наличие передних огубленных гласных, менее открытый и более задний характер гласного a, который, к тому же в некоторых позициях может произноситься с легкой степенью лабиализации (Закиев, 1997;

Харисов, 2000), а также отсутствие качественной редукции (Сабиров [электр. ресурс]).

Отличиями от русского языка в области консонантизма являют ся наличие круглощелевого губно-губного сонанта w, а также наличие увулярных, фарингального и гортанного согласных. В исконных татарских словах не встречаются веляризованные пе реднеязычные согласные;

аффрикаты также появляются только в заимствованных словах, а в исконных словах татарского языка не используются (Бадиков, 1993;

Харисов, 2000). Из фонетиче ских процессов, противоречащих русской фонетике, следует отметить также прогрессивную ассимиляцию по глухо сти/звонкости и по участию носового резонатора (Закиев, 1997).

Анализ фонетических особенностей русской речи коми пермяков и татароязычных башкир производился на основе тек стов русской спонтанной речи, представленных в двух звучащих хрестоматиях, опубликованных на кафедре общего и славянско го языкознания Пермского государственного национального исследовательского университета: «Русская спонтанная речь коми-пермяков» (2007) и «Русская спонтанная речь татароязыч ных билингвов Пермского края» (2010). Фонетические особен ности выявлялись путем слухового анализа.

Представим фонетические черты русской речи коми пермяков и башкир, встречающиеся регулярно у разных инфор мантов и не являющиеся индивидуальными, в виде таблицы, в которой соотнесены идентичные или сходные особенности.

Таблица. Соотнесение фонетических особенностей русской речи коми-пермяков и башкир ФОНЕТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ РЕЧИ КОМИ-ПЕРМЯКОВ БАШКИР Ударный вокализм Реализация ударных гласных как более закрытых по подъему, чем это требуется литературной нор мой русского языка: каз[]нский, сказ[]ла.

Утрата огубленности у ударного гласного и продвижение его при этом вперед по ряду: ск[]т (скот), м[е]д – (мёд).

Безударный вокализм Отсутствие редукции гласных в Недостаточная качественная и безударных слогах;

в некоторых количественная редукция гласных случаях наблюдается не полное в безударных слогах, при которой отсутствие редукции, а недоста- происходят определенные изме точная качественная и количе- нения гласных по подъему и по ственная редукция. длительности, однако не достига ющие степени этих изменений в русском литературном языке. Эта особенность характерна в основ ном для реализации заударных слогов и сопряжена с четким про изнесением грамматических мор фем (окончаний): сказал[а], глу бок[оjэ].

Оканье, т.е. произнесение гласно- Оканье, т.е. произнесение гласно го [o] в безударной позиции: го [o] в безударной позиции;

ока [о]сoбeнн[о], [о]с[о]знание, нье может быть как полным (без к[о]рову, р[о]дилась. редукции), так и редуцированным, когда при сохранении огубленно сти происходит качественная ре дукция гласного по подъему:

п[о]том, ок[о]ло, [о]кончил, сл[°]ёв, д[о]зн[ъ°]вателем, с[ъ°]бачку, г[ъ°]ду.

Еканье, т.е. произнесение гласно- Еканье, т.е. произнесения гласно го [э] в безударной позиции: го [э] в безударной позиции;

[э] [д’эр’э]вень, ин[т’э]ресно. произносится и на месте безудар ного Е и на месте безударных А– Я: [п’эй]сят [д’э]вятого (пятьде сят девятого), ию[л’э], [с’э]стёр, [д’э]тьми, дозновате[л’э]м.

Произнесение [a]-образных зву- Реализация безударного [a] после ков после мягких согласных: мягких согласных: [ja]зык, ты[с’ач’а], [ja]йцо, семь- де[в’a]носто.

де[с’a]т, [в’a]зала.

Чрезмерная качественная и коли- Чрезмерная качественная и коли чественная редукция гласных, т.е. чественная редукция гласных, т.е.

произнесение более кратких и произнесение более кратких и закрытых гласных, чем требуется закрытых гласных, чем требуется нормой русского литературного нормой русского литературного языка;

касается прежде всего ре- языка;

характерно для реализации ализации [а] в первом предудар- гласных /а/ и /o/, при этом отмеча ном слоге ется во всех безударных позициях:

расск[ъ]жу, п[ъ]ка, связ[ъы]нный, з[ъы]х[ъ°]жу, Л[ъы]б[ъ]чевского, н[ъ]учная.

Консонантизм Мягкие согласные [ш’] и [ж’] Смягчение шипящих [ш’] и [ж’]:

вместо нормативных русских Сара[ш’]и, [ж’]ивём, [ш’]ить, твердых шипящих: вы- [ж’]изни, дер[ж’]им.

ве[ш’]ивать, [ш’]естнадцать, му[ж’]ем, [ж’]ить.

Недостаточное смягчение со- Недостаточное смягчение соглас гласных (чаще всего – задне- ных перед гласными переднего язычных) перед гласными перед- ряда;

отмечается для всех групп него ряда: язы[к]е, малень[к]их, согласных: отды[х]е, дедуш[к]и, стра[х]и, де[р]евню, райо[н]е. си[д]еть, п[р]екрасно, к[р]изис, дерев[н]е, не посмот[р]ели Утрата смычки у аффрикаты [ч], Утрата смычки у аффрикаты [ч], которая в некоторых случаях мо- которая произносится в таких жет произноситься как [ш’]: на случаях как [ш’]: на по[ш’]те, по[ш’]те (на почте). у[ш’]ился, у[ш’]илище, на[ш’]али, [ш’]етверо, хо[ш’]ет, до[ш’] (дочь);

в редких случаях на месте [ч] может произноситься мягкий щелевой [с’]: [с’]етвёртого (чет вертого).

Утрата смычки у аффрикаты [ц], Утрата смычки у аффрикаты [ц], которая в редких случаях реали- которая может быть реализована зуется как твердый [с]: на как твердый [с] или, редко, как ули[с]е. мягкий [с’]: лек[с]ии, на ули[с]е, с де[с]тва, оте[с], ак[с]ент, спе[c’]иальность.

Отсутствие оглушения в конце Отсутствие оглушения звонкого слова: заму[ж], Поса[д], хле[б]. согласного в конце слова перед следующим словом, начинаю щимся с гласной: му[ж] у меня.

Смягчение последнего согласного слова перед начальным передним гласным последующего слова: [к’ и]х, [в’ э]той.

Произнесение твердых губных согласных на конце слова: се[м], восе[м], любо[ф].

Упрощение групп согласных, со держащих [т] или [т’], в основ ном – утрата конечного взрывного согласного: есь (есть), шесь (шесть) – или реализация сочета ния глагольного окончания -ет с постфиксом -ся как долгого [с’:]:

живё[с’:]я (живётся), труди[с’:]я (трудится).

Замена [x] на [к], причем в раз ных позициях в слове: [к]леб (хлеб);

на разны[к] работа[к] (на разных работах), [к]озяйка (хо зяйка) Реализация шепелявых [с”] и [з”] вместо русских переднеязычных щелевых согласных: [с”]юда, [з”]имой, Ча[з”]ёво.

Произнесение губно-губного круглощелевого [w] вместо губ но-зубного щелевого согласного [в] (обычно перед ударным [ы]):

[w]ыросли (вырости), [w]ыйти (выйти).

Регрессивная ассимиляция пе реднеязычных согласных по мяг кости перед мягкими заднеязыч ными: лу[н’к’]и, дереве[н’с’к’]ие.

Утрата [j] из сочетания «мягкий согласный + j + гласный»;

при этом согласный может произно ситься и как долгий, и как крат кий: се[м’:]а (семья);

до [п’а]на (до пьяна).

Как видно из приведенной таблицы, в русской речи коми пермяков и башкир встречаются и общие, и специфические осо бенности.

Прежде всего необходимо отметить, что особенности удар ного вокализма отмечены только у башкир. Эти особенности касаются, во-первых, нарушений в подъеме гласных, а, во вторых, нереализации огубленности ударного гласного (см.

табл.).

В области безударного вокализма было отмечено пять фо нетических особенностей, которые встречаются как у коми пермяков, так и у башкир. Все эти особенности связаны в первую очередь с неправильной редукцией, вследствие которой гласные реализуются в ином качестве, чем это приписано лите ратурной нормой русского языка. Следует отметить, что, не смотря на соотнесение данных черт произношения у коми пермяков и башкир, они в значительной степени отличаются: у коми-пермяков сильнее выражена тенденция к недостаточной редукции гласных, вследствие чего гласные безударных слогов часто произносятся как близкие по качеству ударным;

у башкир же, наоборот, преобладает чрезмерная редукция, которая может сопровождаться сохранением огубленности при реализации оканья.

В области консонантизма отличия в произношении коми пермяков и башкир наиболее очевидны. Общих черт произно шения отмечается пять: в основном они связаны с реализацией шипящих веляризованных согласных, аффрикат и мягких со гласных, которые отсутствуют среди исконных фонем в обоих языках, и только одна черта (отсутствие оглушения звонкого согласного в конце слова) – с нарушением фонотактических правил русского языка.

Специфическими консонантными особенностями произно шения для башкир оказались три черты, связанные с реализаци ей согласных в определенных позициях в слове и в сочетаниях с другими фонемами.

У коми-пермяков обнаруживается пять специфических кон сонантных произносительных черт, три из которых связаны с реализацией звуков родного языка вместо русских, а две – с применением фонотактических правил коми-пермяцкого языка.

Таким образом, анализ произносительных особенностей русской спонтанной речи коми-пермяков и башкир показывает, что имеется ряд общих фонетических особенностей, которые характеризуют русскую речь обеих рассмотренных этнических групп. В связи с этим представляется интересным проследить влияние данных особенностей на русскую речь Пермского реги она в целом, т.е. на формирование и функционирование Перм ского региолекта.

Набор и характер специфических особенностей речи би лингвов также позволяет сделать некоторые выводы. Тот факт, что в речи коми-пермяков не наблюдается специфических вока лических особенностей, говорит о том, что в целом система гласных русского языка и реализация гласных в русской речи оказывается для них более простой, чем для башкир.

Специфика консонантных особенностей русской речи ко ми-пермяков и башкир свидетельствует о том, что систему со гласных фонем коми-пермяки, напротив, освоили хуже, чем башкиры. Фонотактика же русской речи вызывает сложности и у тех, и у других, и черты интерференции с родным языком про слеживаются в этой области в речи обеих этнических групп.

Сопоставительное изучение фонетических особенностей разных этнических групп одного региона позволяет ставить тео ретические вопросы относительно формирования русской речи в данном регионе, что является предметом дальнейшего изуче ния.

Литература:

Бадиков К.Г. Уроки татарского языка: самоучитель. Казань: Татарское кн. изд-во, 1993. 256 с.

Всероссийская перепись населения 2002 года. [Электронный ресурс].

URL: www.perepis2002.ru (дата доступа 02.10.2012).

Закиев М.З. Татарский язык // Языки мира: тюркские языки. М.: Ин дрик, 1997. 231 с.

Коми-пермяцкий язык: учебник для вузов / под ред. В.И. Лыткина.

Кудымкар: Коми-перм. кн. изд-во, 1962. 340 с.

Рамазанова Д.Б. К истории формирования говора пермских татар. Ка зань, 1996. 240 с.

Русская речь коми-пермяков: звучащая хрестоматия / коллект. авторов;

науч. ред. Т.И. Ерофеева;

Перм. гос. ун-т. Пермь, 2007. 72 с.

Русская спонтанная речь татароязычных билингвов Пермского края:

звучащая хрестоматия / коллект. авторов;

науч. ред. Т.И. Ерофее ва. Пермь, 2010. 100 с.

Сабиров Р.А. Самоучитель татарского языка. [Электронный ресурс].

URL: http://www.tatar.com.ru/self.php (дата доступа 02.10.2012).

Харисов Ф.Ф. Научные основы начального обучения татарскому языку как неродному. Казань: ТаРИХ, 2000. 480 с.

Н.В. Боронникова Пермский государственный национальный исследовательский университет ПРЕДЛОЖНО-ПАДЕЖНЫЕ КОНСТРУКЦИИ В РУССКОЙ РЕЧИ ТАТАР-БИЛИНГВОВ В работе рассматривается использование предложно падежных конструкций в спонтанной русской речи татар. В ка честве материала исследования были использованы тексты двух звучащих хрестоматий, подготовленные кафедрой общего и славянского языкознания Пермского государственного нацио нального исследовательского университета в ходе выполнения проекта «Русский язык билингвов-татар Прикамья», поддер жанного грантом РГНФ. В первом издании собраны спонтанные тексты татароязычных билингвов (татар и башкир), проживаю щих в Бардымском районе Пермского края, на тему «О себе» ( спонтанных монологов). Второе издание готовится к печати.

© Боронникова Н.В., 2012.

Исследование выполнено при поддержке гранта РГНФ № 11-14-59008 а/У и Государственного задания на 2012 г. на проведения научно-исследовательских работ (проект № 8.5295.2011).

Оно будет включать монологи билингвов-татар Ординского района на русском языке на темы «О себе» и «Национальные традиции» (около 50 текстов).

В целом проект «Русский язык билингвов-татар Прикамья»

посвящен исследованию русской языковой компетенции би лингвов-татар, проживающих на территории Пермского края.

Цель проекта – изучить языковое сознание билингвов, а также переключение кодов и взаимодействие языков, которые прояв ляются в их спонтанной речи на русском языке. Часть материала исследования, представленная в виде звучащих хрестоматий, позволяет описывать интерференцию на различных уровнях языковой системы. В данной статье мы остановимся на одном из грамматических явлений – отклонениях в предложно-падежных конструкциях, вызванных татарско-русской интерференцией.

Интерференцией в лингвистике называют те случаи откло нения от норм в речи лиц, владеющих несколькими языками, которые являются следствием языковых контактов, языкового смешения (Вайнрайх, 1979: 22;

см. также: Щерба, 1974).

Э. Хауген определяет интерференцию как частичное совпаде ние, при котором языковая единица оказывается элементом двух систем одновременно, или как наложение двух языковых систем (Хауген, 1972: 69–70). Как отмечал У. Вайнрайх, «понятие ин терференции подразумевает переустройство моделей, являющееся результатом введения иноязычных элементов в те области языка, которые отличаются более высокой структурной организацией, например, ядро системы фонем, большая часть морфологии и син таксиса, некоторые области словаря (обозначения родства, цвета, погоды и др.). Говорить о таких явлениях, как о заимствовании, т.е. как о простом дополнении к языковому инвентарю, было бы чрезмерным упрощением» (Вайнрайх, 1979: 22). Интерференцию следует отличать от переключения кодов, при котором происходит смена языков, а не изменение одного языка под влиянием другого.

По мнению У. Вайнрайха, чем больше различие между систе мами контактирующих языков, т.е. «чем больше в каждой из них свойственных только ей форм и моделей, тем больше проблема изучения и потенциальная область интерференции» (там же: 23).

Татарский и русский языки относятся к разным языковым семьям (западная, или кыпчакская, группа тюркских языков и восточно славянская группа индоевропейской семьи) и обладают значитель ными типологическими отличиями (фузией и агглютинацией). Та тарские говоры Пермского края относятся к средней группе го воров татарского языка (Рамазанова, 1996), они испытали на се бе влияние как более раннего тюркского субстрата, так и рус ских говоров (Полякова, 2009)1.

Одна из частотных ошибок, встречающихся в спонтанной русской речи татароязычных билингвов, связана с употреблени ем предложно-падежных конструкций. Как известно, морфоло гическая категория падежа обусловлена синтаксическим поня тием управления. Управление находится в зависимости от лек сических и семантических свойств управляющей лексемы.

Граммемы падежа оформляют управляемое существительное и являются показателями его синтаксически зависимого статуса (Плунгян, 2011: 154–156).

С позиций ролевой грамматики падеж определяют как «грамматическую категорию, выражающую различные синтак сические (и/или семантические) роли имени» (там же: 160). Ко личество и состав семантических ролей («глубинных падежей»

по Ч. Филлмору) определяется конкретными целями исследова ния. В большинстве случаев это набор из двух-трех десятков ролей: агенса, пациенса, экспериенцера, адресата, рецепиента, бенефактива, инструмента и др. (подробнее см.: Плунгян 2011:

161–165).

Универсальные семантические роли выражаются в языках мира с различной степенью дробности, кодируются в морфоло гических падежах и предложно/послеложно-падежных кон струкциях. В татарском языке, так же как и в русском, шесть падежей, однако значения падежей не совпадают (в татарском представлены основной, притяжательный, направительный, ви нительный, исходный, местно-временной падежи). Притяжа тельному падежу татарского языка соответствует одно из значе ний родительного в русском (родительный определительный), основанное на понятии принадлежности (китабым ‘моя книга’).

Направительный и исходный падежи имеют пространственное Подробнее о специфике татарского языка см. в (Бадиков, 1993;

Валиуллина, 1983;

Газизов, 1952;

Закиев, 1966;

Исхакова, 1988 и др.).

значение и противопоставлены друг другу. Направительный па деж в ряде случаев выполняет функции русского винительного (ср.: автобус Казанга (напр. п.) бара ‘автобус едет в Казань’).

Падежный аффикс присоединяется либо непосредственно к корню (урман-га ‘в лес’), либо к корню после аффикса принад лежности (урман-ым-га ‘в мой лес’), во множественном числе – после аффикса множественного числа и аффикса принадлежно сти: урман-нар-ыбыз-га ‘в наши леса’. Присоединение аффиксов демонстрирует агглютинативную тенденцию;

аффиксы, имею щие одно определенное значение, присоединяются к корню в строгой последовательности. Большинство корней татарского языка односложны и способны самостоятельно выражать лекси ческое значение (яшь ‘возраст’, мин ‘я’, аз ‘мало’ и др.), фор мальных показателей частеречной принадлежности они не име ют.

Среди падежей чаще всего употребляется основной, выпол няющий совместно с послелогами и послеложными словами синтаксические функции подлежащего, дополнения, определе ния, сказуемого, обстоятельства. Послелоги по своей граммати ческой функции соответствуют русским предлогам (Марат белн ‘с Маратом’;

дуслык чен ‘за дружбу, ради дружбы’).

Каждый послелог требует соответствующего падежа. Послелоги татарского языка делят на такие, которые требуют общего па дежа: белн ‘с’;

чен ‘для’;

турында ‘о’;

направительного паде жа: таба ‘к’;

каршы ‘против’;

исходного падежа: бирле ‘с’;

со ‘после’. Функцию послелогов способы выполнять падежные формы существительных с локативным значением.

Для татарского языка характерно сочетание имени с именем (тюркский изафет), которое может выражаться простым сопо ложением элементов (таш купер ‘каменный мост’) или же с ис пользованием аффиксов принадлежности (авыл клубы ‘сельский клуб’) и др.

Нарушения в области предложно-падежных отношений в спонтанной русской речи татар связаны с отсутствием словоиз менения имени, опущением предлогов, смешением управления и семантики предлогов.

1. Использование граммем именительного падежа в конструкциях с косвенными падежами Информанты используют граммемы им. п. в конструкциях, предусматривающих беспредложное и предложное управление вин. п., род. п., тв. п.

(1) Я Самиков Фарид // Первого сентября родился / тыща девятьсот шестидесятого года // Учился в школе // Школа (беспр., вин. п., значение объекта) окончил // (2) Потом десять (вин. п.) класс (род. п.) кончила // – конструкция десять класс напоминает «соположение имен» при тюркском изафете, здесь нарушено управление числительного в нумератив ной конструкции. Подобный случай мы наблюдаем в примере (3) в сочетании с собирательной формой числительного, предусмат ривающей управление род. п. мн. ч.

(3) Родители // Назыровы // Брат(ь)я четверо // Три брат(ь)я // Нарушение в конструкциях с род. п. и тв. п. наблюдается в примерах 4–6.

(4) Муж работает _ нефтеники (опущен предлог у) / ООО «Поли мер-1» / слесарем // (5) М-м / с девятый (род. п.) по одиннадцатый класс // (6) Работаю / _ социально-оздоровительный центр (опущен пред лог в) // Граммема им. п. используется в предложных сочетаниях с обстоятельственным значением места, требующих пр. п.

(7) Родилась в село Сараши // Первым / ребёнком // (8) Одна в ПГУ учится // Другая в финансовом колледже // Третья / в педколледж // Кроме того, в речи информантов встречается вполне «нор мативное» для русской разговорной речи использование «име нительного темы» (конструкции, на первом месте в которой стоит изолированное имя существительное в им. п., называющее тему последующей фразы;

тема в самой фразе при этом может эллиптироваться).

(9) Ну есть ы / четыре / ы-ы / три внучки / и-и / один внук // Одна внучка уже / четырнадцать лет // Внуку-у / четвертый класс по ступает // (10) Двое детей // Старший сын Денис / уже двадцать два будет ме? // Младшему / Данилке / будет пять // – последняя фраза яс но показывает, что способ обозначения возраста с помощью дат. п. говорящим усвоен, речь идет об именительном темы.

2. Нарушения при использовании граммем родительно го падежа Нарушения при использовании конструкций род. п. связаны с неверным употреблением предлога с пространственным зна чением (обозначение исходной точки движения).

(11) Нездешняя / она из Севера (вм. с севера) приехала // (ср. ниже смешение предлогов в и на).

Кроме того, форма род. п. используется в функции пр. п.

(примеры 12, 13), тв. п. (пример 14) и дат. п. (пример 15).

(12) Я / Ахатов Асхат Раисович / родился шестнадцатого марта / тыща девя(ть)сот семидесятого года // Ординс- / родился _ села Карьёво (опущен предлог в;

пр. п., место) Ординского района // (13) Имею / медаль за отличие в воинской службы (пр. п., сфера дея тельности) второй степени // (14) О-о / люблю увлекаться / катанием / с горки / и-и / ходьбы (тв. п., объектное значение) на лыжах // (15) И был награждён орденом за Службу Родины (дат. п., адресат) третьей степени // Особо выделяется использование граммемы род. п. вместо пр. п. при обозначении целостного периода действия. Инфор манты подменяют его значением «целостный период по отно шению к выделенной из него части» (ср. сын родился в январе прошлого года).

(16) Так // Я / Хасанова Гузалия / родилась / _ тыс- / тысяча девять сот шестьдесят девятого года // (17) _ Тыща девятьсот / девяносто пятого года / ув- / уволился в запас вооружённых сил // (18) Я / Ахатова / Тангима / родилас / кх-х / х-х / в тыща (девять)сот тритсать девятого года // 3. Нарушения при использовании граммем дательного падежа Граммемой дат. п. информанты подменяют формы пр. п.

(19) Ремонт сделали нынче дому (предлог в, пр. п., место) // – в дан ном случае локативная конструкция осмысляется как конструк ция с адресатом.

Кроме того, формы дат. п. используются вместо форм род. п. (предложных и беспредложных) при обозначении субъ екта действия и состояния в безличных и пассивных конструк циях (примеры 20 и 21).

(20) И кому-то (род. п.) угораздило / этой водой / вытереть доску! // (21) Мне (предлог у, род. п.) когда я их вижу / настроение поднима ется // 4. Нарушения в использовании граммем винительного падежа При использовании граммем вин. п. (со значениями состоя ния, места, цели движения, направления движения, временного периода) встречаются многочисленные случаи опущения пред лога.

(22) Э-э / после школы / поехала / _ Пермский край / _ город Кунгур // _ Техникум поступать // (23) После училища поступил / _ Чайковский институт физкульту ры / на менеджера // (24) Я /э-э / была / один год / о- / отис / вышл- / выш- / вышла _ фронт и не / не / вернулся // (25) После школы поступил / учиться _ Кунгурский сел(ь)хозтехникум // (26) Тыща девятьсот девяносто первом году / после окончания учи лища / поступил / _ колхоз / работать / трактористом // (27) Сейчас вот у нас / в администрации / Лену / _ отпуск отправи ли // (28) _ Свободное время / летом / ходим на рыбалки / на шашлыки (смех) // Встречаются ошибки при оформлении конструкций с рус скими предлогами в и на, маркирующими тип ориентации чело века в пространстве и целевое назначение предмета.

(29) Первое время устроилась / э / в этой / в ферму // (30) За это время / девяносто / да / девяносто пятом году / мы же переехали / на новый дом // (31) Семь классов кончил // Уже пос(т)упал / на / техникумы // Э-э разные училища // Все учились // (32) После увольнения / поступил учиться / на лесотехнический учи лище / по спесиальности водитель / лесовоза // (33) На-а / ездим в сенокос // В некоторых случая нарушается управление:

(34) И-и / тоже вот дочь / тоже / училась до девятого класса толь ко // После этого / тоже уехала в Пермь // Поступила / на учи теля информатику (вм. род. п.) // (35) А / люблю / ходить в гости в соседи (предлог к;

дат. п.) // Последний пример характерен и для разговорной речи рус ских.

5. Нарушения при использовании форм творительного падежа Случаи нарушений при использовании форм твор. п. также связаны с ошибками в управлении.

(36) И вот / уже три года ли / работаю это / от администрации / там / убираем вот по улицами (вм. по улицам, на улицах) мусор / да чё да там // В примере 36 мы опять же видим колебание информанта при оформлении пространственных понятий, замену простран ственного предлога на предлогом по, связанную с тем, что оба предлога маркируют поверхность предмета, где совершается действие.

(37) Служил / _ центральной группой войск (вм. в центральной груп пе войск) // Встречается использование предлога в конструкциях, пред полагающих беспредложное управление (обстоятельственное значение, инструмент).

(38) Забрали в армию / потом из армии приехал и уехал в Север // Там работает по вахтовым методом // (39) Сами дом построили / со своими силами // Наблюдается также колебания при оформлении комитатива (социально-сопроводительного предмета), которые затрагивают в том числе и фонетическую форму предлога (с /со).

(40) _ соседями живём хорошо // (41) Ходим в лес // Со всем классом и со учителем // 6. Нарушения при использовании граммем предложного падежа Нарушения при использовании граммем творительного па дежа наблюдается при оформлении конструкций со значением места и времени. При оформлении локативных конструкций встречается либо опущение предлогов (примеры 42–50), либо их смешение (примеры 51–53).

(42) После окончания десятилетки / училась / _ Кунгурском / педаго гическом училище на воспитателя // (43) Служил я / _ Алтайском крае // (44) Ко(г)да учился _ Пермском военном училище / в молодости / был кандидатом в мастера спорта по лыжам // (45) Настоящее время работаю _ школе // Щас вот я работаю тринадцать лет школе // (46) После ш- / школы / _ Кунгуре учился // После училища / призвали _ армию // Служил / три года / _ морчасти ПМ войск // (47) Ну у нас ещё есть дочь // Две тыщи третьем году родилась // Алсу / Рустамовна // Щас учится четвёртом классе / у нас / _ де ревне // (48) Имею трех детей // Старшая дочка учится в Перми / в универ ситете // Вторая учится _ восьмом классе // (49) Это находится _ Чехословакии // _ Бывшей Чехословакии // (50) Другая сестра / живет там же / _ Сургуте // (51) Она лейтенант милиции // Работает / на-а / Мотофи- / Мото- вилихинском районе (вм.


в Мотовилихинском районе) / в УВД // (52) У-у / у себя в студклубе / я участвую в мюзиклах // На студвесне (вм. в студвесне) / на «Алло мы ищем талантах» // (53) Участвуем на смотрах (вм. в смотрах) / художест(вен)ной са моде(я)тельности // Нарушения в оформлении темпоральных конструкций по добны нарушениям в оформлении пространственных конструк ций (в нашем материале они связаны с опущением предлога).

(54) Родилась / _ тысяча девятьсот шестьдесят четвёртом году / двадцать девятого июля // (55) Я / Шархумуллина Айгуль Миниахметовна / родилась / в селе Ка рьёво Ординского района Пермского края // Закончила школу _ девяносто первом году-у // (56) _ Тысяча девятьсот восьмидесятом году поступила / первый класс // (57) _ Тысяча девятьсот девяносто первом / году / женился / на / Хананновой Гульнаре Назиповне // (58) _ Тысяча девятьсот девяносто восьмом году / уволился / из кол хоза // Таким образом, интерференция в области оформления предложных отношений связана с перераспределением функций русской и татарской падежных систем при морфологическом кодировании глубинных ролей. Наибольшую сложность, на наш взгляд, для русскоговорящих татар-билингвов представляет ко дирование пространственно-временных значений, подробно дифференцированных в русской падежной системе, при этом способы кодирования в русском не совпадают с кодировкой та тарского языка.

В ряде случаев, где падежная система русского языка пред полагает предложное оформление, в речи татар предлог опуска ется. Это связано с тем, что значение предлога в татарском язы ке можно передать с помощью аффиксации (ср. значение напра вительного, исходного и местно-временного падежа). Кроме того, возможно смешение значений русских предлогов. Так, в русской речи татар часто встречаются ошибки в использовании предлогов в/на и с/из, кодирующих не только направление дви жения, но и тип ориентира (объемный участок пространства, плоская поверхность). Заметной особенностью русской речи татар является расширение функций граммемы им. п.;

это связа но, на наш взгляд, с тем, что в татарском языке основной падеж используется не только в функции субъекта в активных кон струкциях и в составе предиката, а способен выполнять другие синтаксические функции в сочетании с послелогами.

Кроме того, в спонтанной русской речи татар встречаются особенности употребления предложно-падежных конструкций, характерные для русской разговорной речи.

Литература:

Бадиков К.Г. Уроки татарского языка: самоучитель. Казань: Татарское кн. изд-во, 1993. 256 с.

Вайнрайх У. Языковые контакты: состояние и проблемы исследова ния. Киев: Изд-во при Киев. гос. ун-те Издательского объедине ния «Вища школа», 1979. 266 с.

Валиуллина З.М. Сопоставительная грамматика русского и татарского языков. Казань: Тат. книжное изд-во, 1983. 152 с.

Газизов Р.С. Опыт сопоставительного освещения грамматических осо бенностей русского и татарского языков. Казань: Татгосиздат, 1952. 256 с.

Закиев М.З. Татарский язык // Языки народов СССР / отв. ред.

Н.А. Баскаков. М.: Наука, 1966. Т. 2: Тюркские языки. С. 139–154.

Исхакова Х.Ф. Татарский язык // Большой энциклопедический сло варь: Языкознание / гл. ред. В.Н. Ярцева. М.: Большая Рос. энцик лопедия, 1998. С. 506.

Плунгян В.А. Введение в грамматическую семантику: грамматические значения и грамматические системы языков мира: учеб. пособие. / Рос. гос. гум. ун-т. М.:, 2011. 672 с.

Полякова Е.Н. Лингвокультурное пространство Верхнего и Среднего Прикамья: матер. для самост. работы: учеб. пособ. / Перм. гос. ун т. Пермь, 2009. 260 с.

Рамазанова Д.Б. К истории формирования говора пермских татар / Ин т языкозн, литер. и ис-ва АН Респ. Татарстан. Казань:, 1996. 240 с.

Русская грамматика / ред. Н.Ю. Шведова. [Электронный ресурс]. URL:

http://rusgram.narod.ru (дата доступа 02.10.2012).

Русская спонтанная речь татароязычных билингвов Пермского края:

звучащая хрестоматия / кол. авт.;

науч. ред. Т.И. Ерофеева;

Перм.

ун-т. Пермь, 2010. 100 с.

Сабиров Р.А. Самоучитель татарского языка [Электронный ресурс].

URL: http://www.tatar.com.ru/self.php (дата доступа 02.10.2012).

Татарский язык: интенсивный курс / Сафиуллина Ф.С., Фатхулло ва К.С., Юсупова А.Ш., Ризванова Л.М. 1998. [Электронный ре сурс]. URL: http://www.mtss.ru/course (дата доступа 02.10.2012).

Харисов Ф.Ф. Научные основы начального обучения татарскому языку как неродному. Казань: ТаРИХ, 2000. 408 с.

Хауген Э. Языковой контакт // Новое в лингвистике. М.: Прогресс, 1972. Вып. 6. С. 61–80.

Щерба Л.В. О смешении языков // Языковая система и речевая дея тельность. Л.: Наука, 1974. С. 60–74.

Е.С. Худякова Пермский государственный национальный исследовательский университет РЕАЛИЗАЦИЯ ТЕМАТИЧЕСКОЙ ГРУППЫ «ЧЕЛОВЕК»

В СПОНТАННЫХ МОНОЛОГАХ БИЛИНГВОВ-ТАТАР Предметом рассмотрения в статье является реализация те матической группы (далее – ТГ) «Человек» в 25 спонтанных мо нологах билингвов-татар, опубликованных в хрестоматии «Рус ская спонтанная речь татароязычных билингвов Пермского края» (2010). Данные монологи по жанровой характеристике относятся к автобиографическим нарративам. Автобиографиче ский нарратив представляет собой, по словам Е.Е. Левкиевской, «осознанные попытки последовательного представления своей жизни в виде целостного мемората» (Левкиевская, 2010 [электр.

ресурс]) или, как мы считаем, жанр устной речи, являющийся повествованием о событиях собственной жизни. Следовательно, обычно он ретроспективен, событийно-ориентирован и имеет достаточно жесткую форму. Эта жесткая форма обусловлена двумя причинами: во-первых, тем, что данный жанр устной речи испытывает влияние жанра официальной автобиографии, а во вторых, тем, что событийная сторона жизни обычно складыва ется из повторяющихся этапов.

Исследование реализации ТГ «Человек» в автобиографиче ских нарративах связано с анализом лексического наполнения текста как жанрообразующего признака. Как считает М.Ю. Федосюк, лексика вообще не учитывается в числе призна ков речевого жанра, что кажется упущением, поскольку именно она выходит непосредственно на содержательно-тематическое оформление текста (Федосюк, 1997: 108). В связи с этим задачей исследования видится анализ реализации ТГ «Человек» в каче стве базовой для жанра автобиографии (осмысления человеком © Худякова Е.С., 2012.

Исследование выполнено при поддержке гранта РГНФ № 11-14-59008 а/У и Государственного задания на 2012 г. на проведения научно-исследовательских работ (проект № 8.5295.2011).

себя самого), описание связи структурных компонентов текста с актуализацией той или иной подгруппы лексики.

В качестве фонового материала мы использовали данные экспериментов по выявлению актуального лексикона билинг вов-татар, проведенных Е.В. Ерофеевой, в частности – данные о русскоязычном словнике татар (Ерофеева, 2011). Актуальный лексикон – это базовая часть ментального лексикона человека, которая представляет собой корпус наиболее частотной лексики внутреннего лексикона (Агибалов, 1995). Актуальный лексикон предоставляет нам своего рода «идеальную» картину представ лений о человеке в том или ином этносе. Тогда как в жанре ав тобиографии, напрямую зависящем от реальной ситуации, мы можем наблюдать актуализацию ТГ «Человек» в тексте.

Рассмотрим реализацию единиц ТГ «Человек» в автобио графических нарративах татар-билингвов (см. таблицу).

Таблица. Количество единиц ТГ «Человек»

в русских спонтанных монологах и актуальном лексиконе билингвов-татар Тексты Лексикон Подгруппы всего разных всего разных Социальные отношения 89 154 Профессиональная деятельность 54 41 Социальный статус 20 13 18 Социальная роль 36 20 10 Принадлежность группе 8 2 5 Родственные отношения 27 190 Характеристика 9 6 4 Половозрастные признаки 32 10 36 Межличностные отношения 18 5 26 Национальность 10 6 1 Личные имена 72 8 Местоимения 15 48 Части тела 5 7 Человек/люди/народ 20 2 9 ВСЕГО 1130 237 390 Мы используем классификацию ТГ «Человек», предложен ную Е.В. Ерофеевой (там же). Понимая некорректность сравне ния количественных данных, полученных на материале акту альных лексиконов и текстов, укажем, что наиболее крупные подгруппы в актуальном лексиконе и в текстах совпадают. Это подгруппы «Социальные отношения» и «Родственные отноше ния». Большой объем этих подгрупп объясняется предпочтени ями индивидов (самореализацией в социуме и семье).

Различия между актуальными лексиконами и нарративами (а именно – значительно большее число единиц в подгруппах «Местоимения» и «Личные имена» в автобиографиях, чем в ак туальном лексиконе) связаны с жанровой природой представ ленных текстов. Так, рассказ о себе предполагает использование местоимений 1 лица: местоимение я встретилось в текстах раза, местоимение мы было использовано 92 раза. На уровне гипотезы предположим, что «эгоцентризм» текста связан с воз растом: в текстах молодых информантов местоимение я очень частотно (от 22 до 63 употреблений). В целом употребление ча стотных местоимений подчеркивает привязку жанра автобио графии к ситуации (автор как индивид или член группы – я и мы, участники ситуации – он, она, они, все), а также его диало гичность (ты и вы как обращения к адресату).

Активное использование личных имен в нарративах также объяснимо: автобиографические сведения включают указание на собственное имя, участников жизненных ситуаций. Кроме того, в текстах встречались личные имена в составе сложных наименований (ООО Карла Маркса, Пермская государственная сельскохозяйственная академия имени Прянишникова), а также в двух случаях имена писателей и медиаперсон (Вальтер Скотт, Шарлота Бронте;


Миша Галустян, Светлаков).

Перейдем к анализу качественного наполнения крупных подгрупп в актуальном лексиконе и текстах (жирным шрифтом в списках выделены единицы, представленные и в актуальном лексиконе, и в нарративах).

Подгруппа «Родственные отношения»

АКТУАЛЬНЫЙ ТЕКСТЫ ЛЕКСИКОН бабушка бабушка брат брат внук/внучка братик деда внук внучка дедушка дочь дедушка дядя дочь дочка жена жених доча зять жена кузина мама мать мама муж мать отец муж невеста папа отец племянница правнук папа правнучка племянник(-ца) родители родители сват родня родственник семья семья сестра сестра сын сестрёнка тётя сноха сын тётя Словник подгруппы «Родственные отношения» в русских текстах и актуальных лексиконах билингвов не слишком велик по объему (27 и 24 разных слова соответственно) и включает наименования ближайших родственников. При этом в текстах встречаются стилистически окрашенные единицы (разговорные доча и дочка, ласковые сестрёнка и братик), а также обобща ющие номинации родственник и родня. Самыми частотными в тексте, естественно, являются номинации ближайших родствен ников (лексема сын имеет абсолютную частоту встречаемости 27, муж – 19, семья и дочка – по 18, мама – 17, сестра – 14, брат, внук и родители – 10).

Подгруппа «Социальные отношения» активно реализуется и в лексиконе, и в тексте, но качественный состав ее разнится.

Данная подгруппа подразделяется на три более мелкие: «Про фессиональная принадлежность», «Социальный статус» и «Со циальная роль». Рассмотрим подробно единицы данных под групп.

Подгруппа «Профессиональная принадлежность»

АКТУАЛЬНЫЙ ТЕКСТЫ ЛЕКСИКОН автор агроном агент агрохимик адвокат администратор актриса аппаратчица бухгалтер бухгалтер водитель водитель водолаз военный врач воспитатель депутат врач композитор газовик кухарка главный бухгалтер лекарь грузчик летчик ди-джей машинист дознаватель менеджер завбиблиотекарь механик землеустроитель милиционер зоотехник инженер пекарь плотник кальщик камнедробильщик повар кассир-делопроизводитель преподаватель продавец комбайнер прокурор комендант служащий ландшафтный дизайнер студент механизатор танцовщица монтажер ученик монтажник мулла учитель художник нефтяник шофер оператор экскаваторщик операторша патронажная сестра пекарь писатель повар преподаватель радиомеханик сеяльщик слесарь социальный работник стропальщик телятница техник тракторист тракторист-машинист учитель учительница фельдшер физкультурник швея экономист электрик электромонтер энергетик Разница в словниках подгруппы «Профессиональная при надлежность» объясняется социальными различиями информан тов: эксперимент по выявлению актуального лексикона прово дился с группой информантов-горожан, а авторами текстов ста ли жители сельской местности. Отсюда появление в нарративах слов, отражающих реальную профессиональную принадлеж ность их героев, названий большого количества «сельских» за нятий: агроном, агрохимик, землеустроитель, зоотехник, кам недробильщик, комбайнер, оператор, сеяльщик, телятница, тракторист, тракторист-машинист.

Подгруппа «Социальный статус»

АКТУАЛЬНЫЙ ТЕКСТЫ ЛЕКСИКОН богатый бригадир директор директор завуч завуч капитан кандидат в мастера спорта князь классный руководитель коммунист начальник маршал новичок наркоман передовик помощник начальник подчиненный председатель солдаты рабочий управляющий специалист шеф староста Подгруппа «Социальный статус» в текстах и лексиконе представлена 13 единицами, причем самые частотные слова совпадают (директор, завуч, начальник). Тенденция татар к ак туализации в лексиконе лексем, обозначающих высокий соци альный статус, прослеживается также в тексте.

Подгруппа «Социальная роль» в лексиконе татар включает всего 8 слов: автомобилист, зритель, компилятор, конкурент, пассажир, помощник, публика, спутник. В то же время в текстах данная подгруппа представлена значительно шире. Это объяс нимо: даже если представления о ролевом поведении не акту альны для индивида, в жизни он все равно выступает в разных социальных ролях. В автобиографиях ролевые характеристики человека представлены весьма разнообразно и часто пересека ются со статусными характеристиками: пчеловод (4), сосед (4), гость (3), участник (3), студентка (3), скоморох (3), выпуск ник (2), организатор (2), пропагандист, член Ленсовета, депу тат, агитатор, хозяйка, воспитанник, домохозяйка, соседка, школьник, работник, политинформатор.

Если говорить о лексике, обозначающей групповую при надлежность индивида, то в текстах встретилось только одно слово одноклассник(ца), обозначающее принадлежность к груп пе. Это слово отмечено только в текстах студентов и школьни ков, для которых данная групповая идентичность актуальна.

Слово коллега, представленное в лексиконе, не актуализировано в текстах.

Характеристики человека в текстах описываются более по дробно, чем в актуальном лексиконе: автобиографический нар ратив предполагает оценку участников событий, тогда как пере числение актуальных слов при эксперименте «задействует», ве роятно, прежде всего номинативную функцию. Именно поэтому словник оценочных лексем в тексте имеет больший объем, чем в актуальном лексиконе. Ср.: патриот (2), чукча (2), Скорпи он (2), лентяйка, дальтоник, захватчик, влюбленный – в текстах;

дура, красавец, невежда, семьянин – в лексиконе.

Малую активность единиц подгруппы «Части тела» в нар ративах мы связываем с жанровой природой текстов: по К.А. Долинину, тексты можно расположить по шкале событий но или предметно ориентированных и, в терминах стилистики текста, по базовым функциональным семантико-стилистическим категориям (Долинин, 2007: 65). Автобиография – событийна и повествовательна, предметность и описательность встречаются в ней лишь как вкрапления. Поэтому из 5 слов, обозначающих части тела: голова (3), глаз (2), голос 2, башка, ножка – самое частотное встречается только в связанном словосочетании ве тер в голове гулял.

Подгруппа «Национальность и место проживания», пред ставленная в актуальном лексиконе одной единицей, в текстах более объемна и включает слова русский (4), татарин (2), та тарка, татарочка, уралец, француженка, что объясняется осмыслением собственной идентичности, естественным для ав тобиографии.

Межличностные отношения и в лексиконе, и в текстах ак туализированы небольшим количеством единиц, обозначающих ближайшее окружение человека: друг, знакомый, подруга, това рищ – в лексиконе;

подружка (9), друг (3), парень (3), подру га (2), соперник – в текстах.

Таким образом, различия в актуализации ТГ «Человек» в лексиконе и текстах объясняются жанровыми особенностями текстов. В первую очередь эти различия заметны для подгрупп «Местоимения», «Личные имена» и «Части тела»;

в остальных случаях лексические единицы подгрупп реализуются в лекси коне и тексте примерно одинаково.

Далее кратко очертим жанрообразующий потенциал данной ТГ.

Автобиографические нарративы татар-билингвов по харак теру актуализации слов из ТГ «Человек» можно разделить на два типа. Первый – это нарративы линейного типа, включающие последовательность базовых событий: детство, юность и учеба, зрелость.

При описании детства реализуется прежде всего подгруппа «Родственные отношения»:

Пока / учился / и в детстве / всё время / б-был / с родителями // Как бы / когда был / ма- ваще я маленький / со своими родителями вон / н-не то что работал / н-н / с ним / c ними / всё время был // С утра до вечера // Потому что / я в ясли не ходил // Меня негде было оставлять // Почти что // Ну / брат-то был у меня // Он дома / при сматривал // (мужчина, 41 год, высшее образование).

Описание этапа юности и учебы характеризуется актуали зацией подгрупп «Социальная роль» и «Профессиональная при надлежность»:

Я-а / поступил в колледж // Чайковский / промышленный / гума нитарный колледж // Это-о / в самом Чайковском вот // Так // Учился там / четыре года // Вот // Отучился / конечно вот / хы // Получил диплом // А-а / специальность / так // Техническое обслуживание / и ремонт / радиоэлектронной техники // Вот // И-и пот- /м-м // Квали фикация конечно вот / техник // Так // (мужчина, 20 лет, среднее спе циальное образование).

При рассказе о зрелости активизируется лексика подгрупп «Родственные отношения» и «Профессиональная принадлеж ность», а также – факультативно – «Социальный статус» и «Со циальная роль»:

М-м / я тебе скажу / честно / мне / весной исполнится тридцать восемь лет // У меня есть семья / муж / двое детей // Двое м- / двое пацанов у меня // Старшему четыре года / младшему / вот позавчера / исполнилось / два годика // Они ходят в садик // Э-э / в разные группы ходят / в разные садики // Я / довольна своей судьбой // Э-э / довольна / всем // Алла бирс // Вот у меня / и работа есть / и семья // Ну конечно нет / в живых родителей // Эта / м / м / такая утеря // (женщина, лет, высшее образование).

Как раз вот / главпочтамте оператором работала / мама у нас умерла // Нет / не мама / бабушка умерла // Вот я… // Сестра / и брат одни остались // Уволилась // Приехала в деревню / Сараши опять // (вздох) // Так // Ещё / куда я на работу устраивалась? // Первое время устроилась / э / в этой / в ферму // Негде было работать / пока рабо тала телятницей / на ферме // Потом… // Ну одиннадцать месяцев работала // Э-э // М-м // Ага (вздох) // И-и // Уехала в Пермь // Чуть чуть опять там / выучилась на воспитатель / на воспитателя // Устроилась / в садик // В Сараши // Воспитателем работала // Четы ре года // (женщина, 44 года, среднее специальное образование).

Второй тип развертывания нарративов условно назовем ас социативным: припоминание какого-либо лица или события приводит к развитию новой линии в повествовании, обычно та ких линий в тексте большое количество, при этом в композици онный фрагмент включается сразу множество характеристик человека, реализуются слова из разных подгрупп, поскольку данный фрагмент строится как минимальная реализация модели линейного нарратива:

Старшая дочка / живёт / э-э // В Сибири // М-м / гм // М-м в Но вой Фёдоровке // Внук есть / Вадимка // Будет очень шустренький // Уже г(овори)т / бежит г(овори)т / колёсиками ножки // А / средняя дочка / в Перми // Альбина // Она лейтенант милиции // Работает / на а / Мотофи- / Мо- то- вилихинском районе / в УВД [увэдэ] / ы-ы / этим/ как его там /дознавателем // Младшая дочка / Алия / Хамитов на / заканчивает экономич(е)ский колледж // Будет работать Алла бирс в банке // (женщина, 47 лет, высшее образование).

Укажем, что данные типы нарративов практически не пред ставлены в чистом виде, однако особенности реализации ТГ «Человек», по нашему мнению, могут служить основанием для типизации стратегий построения текста автобиографического нарратива и связаны с жанровой природой представленных тек стов.

Литература:

Агибалов А.К. Вероятностная организация внутреннего лексикона человека: дис.... канд. филол. наук. СПб., 1995. 167 с.

Долинин К.А. Интерпретация текста: Французский язык. М.: Изд-во ЛКИ, 2007. 304 с.

Ерофеева Е.В. Фрейм «Человек» в ментальном лексиконе носителей коми-пермяцкого, татарского и русского языков // Вестник не коммерческого партнерства высшего профессионального образо вания «Прикамский социальный институт»: Гуманитарное обо зрение: матер. междунар. науч. конф. «Проблемы межкультурно го взаимодействия в XXI в.: глобализация, коммуникация, обра зование». Пермь, 2011. С. 136–145.

Левкиевская Е.Е. «Наивное» членение исторического времени в кре стьянских автобиографических текстах. [Электронный ресурс].

URL: http://www.srcc.msu.su/uni-persona/site/conf/marginalii 2010/thesis.htm (дата доступа 02.10.2012).

Русская спонтанная речь татароязычных билингвов Пермского края:

звучащая хрестоматия / кол. авт.;

науч. ред. Т.И. Ерофеева;

Перм.

ун-т. Пермь, 2010. 100 с.

Федосюк М.Ю. Нерешенные вопросы теории речевых жанров // Во просы языкознания. М.: Наука, 1997. № 5. С. 102–120.

М.В. Боброва Пермский государственный национальный исследовательский университет ОППОЗИЦИЯ «СВОЙ – ЧУЖОЙ»

В РЕЧИ БИЛИНГВА-ТАТАРИНА (на материале диалекта с. Кояново Пермского края) В настоящей статье мы обращаемся к этнолингвистическо му аспекту рассмотрения лексики в условиях билингвизма. Ис следователи длительное время изучают семантические оппози ции (см., в частности, работы Н.И. Толстого, С.М. Толстой, Б.А. Успенского, В.Н. Топорова, Вяч. Вс. Иванова и др.), под которыми вслед за С.М. Толстой понимаем «один из основных механизмов содержательного плана культурной традиции, орга низующий, упорядочивающий и структурирующий набор еди ниц символического языка культуры, определяющий основные параметры символизации и оценки реалий внешнего мира и са мого человека» (Толстая, 2004: 557). В настоящей работе мы исходим из положения, что семантические оппозиции «носят универсальный характер, но каждая культурная традиция рас ставляет свои акценты и устанавливает свою иерархию оппози ций» (там же: 557).

Обычно интересы исследователей связаны с материалами родственных языков, поскольку основной целью ставится опи сание типологических характеристик в семиотических системах соответствующих культур. Мы же обращаемся к сопоставитель ным данным русского и татарского языка, поскольку наши наблюдения (пока немногочисленные и, безусловно, предвари © Боброва М.В., 2012.

Исследование выполнено при финансовой поддержке гранта РГНФ № 11-34 00330а2, 12-34-01043.

тельного характера) говорят о возможности и, более того, необ ходимости сопоставления в этнолингвистическом ракурсе язы ков неродственных. Кроме того, сопоставительные работы тако го рода считаем насущными в силу недостаточного интереса к проблемам тюркологии в Пермском крае: центром татарской диалектологии является Казань, и изучаются там главным обра зом говоры Татарстана;

работы по изучению диалектов других регионов немногочисленны.

В качестве основы для сопоставления выбран этнолингви стический словарь «Славянские древности», в котором сконцен трированы наиболее значимые наблюдения многочисленных этнолингвистов, работавших со славянскими данными.

Материалом для размышлений послужили наблюдения за речью Р.Г. Шариповой (род. в 1935), уроженки и жительницы с. Кояново Пермского края, носительницы кояновского диалекта татарского языка1.

В соответствии с принятой теорией современный татарский язык входит в кыпчакско-булгарскую подгруппу кыпчакской группы тюркских языков. В татарском языке различают три диалекта: западный, средний и восточный. Представители сред него диалекта обычно называются казанскими татарами, запад ного диалекта – мишарями или мещеряками, представители во сточного диалекта – сибирскими татарами. Нередко казанских татар и мещеряков объединяют в литературе под общим назва нием поволжских татар. Средний диалект лег в основу татарско го литературного языка (Фасеев, 1966: 807).

Одной из первых работ, посвященных специальному иссле дованию говора пермских татар, является кандидатская диссер тация Д.М. Сарманаевой на тему «Диалектальные особенности говора среднеуральских татар» (1948). В ней рассмотрены осо бенности говора татар Бардымского, Уинского, Чернушинского, Щучье-Озерского (ныне Октябрьского), Верхнемуллинского (ныне Пермского) районов Пермской области (ныне Пермского края) и Красноуфимского, Манчажского районов Свердловской области. Автор, описав фонетические, морфологические и неко В статье использованы материалы выпускной квалификационной работы Э.А. Шаймухаметовой (2010).

торые лексические особенности, выделяет на исследованной им территории три говора: бардымский говор среднего, уинский говор западного диалектов и красноуфимско-манчажский меж диалектный говор.

Позднее на основании большого фактического материала, собранного для «Атласа татарских народных говоров Среднего Поволжья и Приуралья» (1989), Д.Б. Рамазанова доказала, что говор татар Пермской области является одним из говоров сред него диалекта татарского языка (Рамазанова, 1996). Причем «го вор в своей основе един, но имеет ряд особенностей, имеющих локальное распространение» (Мухаева, 2006: 18).

На основе обобщения изоглосс в составе говора пермских татар выделяются 6 подговоров: муллинский (включающий в себя населенные пункты Верхнемуллинского и Пермского рай онов), карьевский, шаквинский, сылвинский, верхнеиренский (кунгурская группа подговоров) и бардымский (Рамазанова, 1996: 195).

В селе Кояново, в котором функционирует муллинский подговор, проживает около тысячи жителей, большинство из них – татары. Но, поскольку населенный пункт находится в по лучасе езды от краевого центра, в последнее время здесь увели чилась численность русскоязычного населения, которое устре милось сюда в поисках недорогого жилья. Как следствие, хотя коренное население общается преимущественно по-татарски, причем как дома, так и в общественных местах, но татарская речь начала испытывать значительное влияние русской. Харак терно, что молодежь владеет татарским языком хуже людей зре лого и старшего возраста, однако и в речи последних прослежи вается влияние русского языка, в первую очередь – в лексике: в кояновском диалекте велико число русских заимствований, в той или иной степени адаптированных диалектом-реципиентом.

В частности, показательно параллельное употребление русских заимствований и их собственно татарских эквивалентов.

В условиях билингвизма разговорная речь обнаруживает более сильное проявление интерференции, нежели литературный язык. Конечно, последнему не удается избежать ее полностью, поскольку в связи с возникновением новых понятий литературный лексикон с необходимостью пополняется новыми единицами. Но замена устаревших слов или неудачных новообразований происходит в нем значительно медленнее, чем в разговорной речи. Так постепенно увеличивается разрыв между литературным языком и разговорной речью (Закиев, 1965: 26).

Употребление русских слов вместо общетатарских имеет нерегулярный характер. Использование русского языка татара ми в повседневности приводит к сознательно неурегулирован ному использованию русских слов. Как отмечает М.З. Закиев, «в условиях двуязычия говорящему значительно удобнее обозна чать одно и то же понятие одновременно на обоих языках одним и тем же словом, чем применять и запоминать различные экви валенты» (там же: 25).

По наблюдениям М.З. Закиева, русские слова закрепляются в родной речи в двух случаях: во-первых, когда в родном языке нет соответствующих лексем, и, во-вторых, когда соответству ющие слова, пришедшие из старотатарского языка, мало выра зительны, понятны не каждому. В первом случае происходит прямое пополнение словарного состава разговорной речи, во втором – замена устаревших слов новыми заимствованиями (там же: 25). Примерами второй группы заимствований в кояновских материалах служат такие лексемы, как мастерскуй ‘мастерская’ и птик ‘аптека’, которые в словарях татарского литературного языка зафиксированы как нрхн и дарухн соответственно.

Наши наблюдения позволяют расширить представления о причинах сосуществования исконной и заимствуемой лексики и включить в круг этих причин лингвокультурологические факто ры.

Перечислим выявленные методом непосредственного наблюдения факты. Оговоримся, что дополнительные сведения о причинах выбора лексемы в той или иной ситуации получены путем опроса информанта.

1. Примеры, демонстрирующие вариативность в употребле нии татарских и русских слов, обозначающих один и тот же предмет.

- Дверь – ишек ‘дверь’. Дверью информант называет главную дверь, ведущую из сеней («чулана», так как здесь хра нятся некоторые вещи) на улицу, остальные (те, которые ведут во двор, огород, баню, сарай) он называет татарским словом ишек.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.