авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

«ПРОБЛЕМЫ СОЦИО- И ПСИХОЛИНГВИСТИКИ Выпуск 16 Лингвокультурная ситуация и билингвизм в Пермском крае Материалы Регионального ...»

-- [ Страница 4 ] --

Ключевые понятия межкультурной коммуникации – «куль тура» и «коммуникация» – тесно связаны с понятиями «язык», «языковое сознание», «языковая личность». Эти понятия явля ются основополагающими для когнитивной лингвистики, кото рая занимается проблемами мышления, познания, хранения и переработки информации (Кубрякова, 1996: 58);

лингвокульту рологии, которая анализирует способы языкового выражения этнического менталитета (Телия, 1999;

Красных, 2002: 12 и др.);

© ДоценкоТ.И., Исследование выполнено при поддержке гранта РГНФ № 11-14-59008 а/У.

социолингвистики, в которой исследуется культурноязыковая дифференциация общества в зависимости от различных соци альных факторов: «возраст», «гендер», «образование», «профес сия», «место проживания» и т.д. (Ерофеева Е.В., 2005, Ерофее ва Т.И., 2009);

психолингвистики, моделирующей процессы восприятия и порождения речи на родном и чужом языке (Леон тьев, 1969) и выявляющей специфику языкового сознания (Уфимцева, 2004, 2005). Общность методологической базы этих дисциплин обусловлена их междисциплинарным характером.

Только с привлечением результатов исследований, принадле жащих разным направлениям современной лингвистики, но объединенных антропоцентрической парадигмой, можно со здать целостную картину социокультурной и языковой действи тельности.

Объективной реальностью сегодняшнего дня становится стремительный рост уровня этнического самосознания у многих народов. Поэтому для нас особый интерес представляют разли чия в языковом сознании представителей разных этнических культур, проживающих на одной территории. В центре нашего внимания оказались старшие школьники, татары и русские, проживающие в Пермском крае.

Татары живут почти во всех районах Пермского края.

Большинство из них живет в сельской местности на юге Прика мья. По переписи населения 2002 г. компактное расселение та тар наблюдается в Бардымском (32,3%), Октябрьском (34,8%), Уинском (33,4%) районах. Соответственно, языковую ситуацию данных районов можно охарактеризовать как двуязычную (та тарско-русскую). Татары с детства овладевают одновременно двумя языками, татарским (точнее, говором пермских татар) и русским. Русские – самый многочисленный народ Пермского края, который проживает почти на всей его территории, в город ской и сельской местности.

В своем исследовании мы опираемся на понятие «языковое сознание». Языковое сознание определяется как «совокупность образов сознания, формируемых и овнешняемых при помощи языковых средств – слов, свободных и устойчивых словосочета ний, предложений, текстов и ассоциативных полей» (Тарасов, 2000: 26).

Используемая в исследовании методика основывалась на следующих положениях. В этнопсихолингвистике и лингво культурологии фокус исследовательского интереса часто направлен только на выявление национально-специфического компонента в образах языкового сознания. Это обычно приво дит к тому, что из сферы научного изучения исключается все то общее, универсальное, что, с одной стороны, в целом характери зует сознание человека, а с другой – является результатом дли тельных контактов разных культур. Мы полагаем, что только комплексное исследование как специфических, так и общих, универсальных, образов языкового сознания может наиболее полно выявить особенности языкового сознания представителей разных этносов. Поэтому необходимо анализировать и универ сальные, и специфические образы, а также вариативность обра зов.

С целью выявления образов языкового сознания русских и татар-билингвов, проживающих на территории Пермского края, был проведен ассоциативный эксперимент. Эксперимент прово дился в устно-письменной форме на татарском (для татар) и русском (для русских) языках.

Участниками эксперимента стали 53 ученика 9–10 классов:

23 чел. – татары, учащихся гимназии, проживающие в поселке Барда;

31 чел. русских – учащихся школы 105, проживающих в городе Перми. Татарские школьники – это естественные би лингвы, которые являются носителями культуры татарского народа и в то же время – сельской молодежной субкультуры.

Русские дети являются носителями культуры русского этноса и городской молодежной субкультуры.

Нами изучались образы природы в сознании представите лей разных культур. Информантам в качестве слов-стимулов был предложен список номинаций объектов живой и неживой природы: бабочка/кблк, воробей/чыпчык, дорога/ул, дрозд/милш, зверобой/сары мтрушк, камень/таш, клюк ва/мк илге, минерал, небо/кк, овод/кигвен, пшеница/бодай, рыба/балык, яблоня/алма мшэ.

В результате эксперимента было получено 580 словесных реакций, языковой код которых специально не оговаривался.

Ассоциативно-вербальные пары (стимул – реакция) послужили основой для реконструкции ассоциативных полей. А те, в свою очередь, явились базой для моделирования двух фрагментов русскоязычной и татароязычной ассоциативно-вербальной сети.

Универсальные образы языкового сознания – это такие образы, которые соотносятся с одним и тем же фрагментом дей ствительности и являются общими для разных этнических и со циальных групп. Являясь стабильными, универсальные образы обеспечивают легкость перевода с одного языка на другой Проживая в одной географической зоне, старшие школьни ки разных этнических групп репрезентируют в своем сознании образы природы Урала: леса, реки, поляны, поля, деревья:

дрозд/ милш – леc/урман, дерево/агач;

камень/таш – река/елга;

пшеница/бодай – поле/кыр.

Различие в ландшафте северных и южных районов Перм ского края проявляется в степени «яркости» образов языкового сознания. Так, русские школьники предпочитают обращаться к образу леса в два раза чаще, чем татары.

Представители разных этносов через систему универсаль ных образов фиксируют в языковом сознании различные свой ства природных объектов:

размер: воробей/чыпчык – маленький/кечкн;

цвет: клюква/мк илге – красный/кызыл;

воро бей/чыпчык – серый/кл тст;

вкус: рыба/балык – соленая/тозлы, клюква/мк илге – кислая/ер.

Приписывание природным объектам признаков происходит за счет включения в процесс познания сенсорных систем: зрения, обоняния, осязания, слуха, поэтому такие признаки могут харак теризоваться как «перцептивные» (Брунер, 1977).

Универсальные образы формируются и закрепляются в языковом сознании не только через непосредственный опыт взаимодействия с природой. Они могут усваиваться и в резуль тате школьного образования. Например: бабочка/кблк – ку колка/курчак.

К системе универсальных образов двух культурно языковых групп относятся и общекультурные символы, которые являются результатом длительных контактов разных этносов.

Так, в сознании и русских, и татарских школьников образ ба бочки символизирует свободу и свет: бабочка/кблк – свобо да/тынычлык, свет/яктылык.

В организации системы универсальных образов старших школьников особое место занимают логические связи. Логиче ские связи являются результатом процесса категоризации, вы полняют функцию систематизации знаний о мире и организуют сложную иерархическую систему образов, определяя место каждого из них в пространстве языкового сознания. К логиче ским связям относятся гипонимия, т.е. родо-видовые отношения: дрозд/милш – птица/кш, зверобой/ сары мтрушк – трава/улн, ба бочка/кблк – капустница/кбста кблк;

партонимия, т.е. отношение части и целого: яблоня/алма мшэ – сад/агач бакчасы.

Итак, наличие системы универсальных образов природы в языковом сознании старших школьников татар и русских объяс няется длительной историей совместного проживания в одной природно-географической зоне, единой системой образования, тесными языковыми и культурными контактами. Универсаль ные образы в языковом сознании старших школьников органи зованы системно за счет логических связей. Подсистема универ сальных образов, стабильная по своей природе, является осно вой для возникновения новых образов, которые дают возмож ность этносу адаптироваться к новым условиям, в том числе – выстраивать успешную межкультурную коммуникацию.

Вариативные образы языкового сознания – это такие об разы, которые характеризуются социально-культурными или этнокультурными коннотациями, но совпадают по глубинной семантике (когнитивной структуре). Подсистема вариативных образов природы обусловлена особенностями мировидения со циальных групп и этносов. Характеризуясь своей пластично стью, вариативная подсистема образов обеспечивает полное взаимопонимание и легкость общения в пределах одного этноса или в пределах одной социальной группы разных этносов, но может провоцировать недопонимание при межкультурной ком муникации.

Вариативность мировосприятия природы школьниками за висит прежде всего от места их проживания, т.е. от того, прожи вают они в городе или деревне. Татарские школьники, живущие в селе, в окружении природы, воспринимают ее как неотъемле мую часть своего жизненного пространства (не ландшафта!):

пшеница/бодай, зверобой/сары мтрушк – улн ‘трава’;

бабочка/кблк – басу ‘болото’;

зверобой/ сары мтрушк – сазлык ‘поле’, авыл ‘деревня’;

рыба/балык – кл ‘озеро’, авыл ‘деревня’;

яблоня/алма мшэ – яшелч бакчасы ‘огород’.

Процесс познания детьми природы начинается с наблюде ния за жизнью насекомых и мелких животных, ловли бабочек, рыб и птиц. Через село Барда протекают две реки – Казьмакты (Казьмашка) и Барда, поэтому, начиная с апреля и по октябрь, татарские дети могут бегать на речку и удить рыбу. Яркие эмо циональные впечатления, связанные с познанием природы, пе реплетаются с ощущением своей сопричастности ее жизни:

бабочка/кблк, воробей/чыпчык – кош котуе ‘сачок’;

рыба/балык – тышкы ‘внутренности’, браконьер.

Условия жизни в селе формируют у детей и отношение к природе. Природа для сельчан – это прежде всего источник жизни, источник пищи:

пшеница/бодай – ашамлык ‘еда’;

рыба/балык – киптерелгн ‘сушеная’.

Русские школьники, проживая в городе, со стимулом ры ба/балык ассоциируют не только водное пространство реки, но и море, и аквариум. Для них, как и для татар, рыба – это плава ющее животное, живущее в воде. Но в то же время в своей по вседневной жизни городские дети чаще видят замороженную рыбу, лежащую на прилавках магазинов, или уже приготовлен ную – на обеденном столе. Именно поэтому у русских школьни ков ассоциативное поле слова рыба представлено номинациями магазин, камбала, килька, сельдь, щука, икра.

Ситуацией «магазин» опосредован и другой образ: пшени ца – хлеб. Известно, что во многих городских семьях за детьми закрепляется ежедневная обязанность покупать в магазине хлеб.

В культуре любого этноса принято использовать растения как лекарственное средство. О целебных свойствах зверобоя знают не только татарские, но и русские школьники: зве робой/сары мтрушк – сушеный/киптеру. Городские дети бо леют чаще, чем деревенские, и воспринимают клюкву как ле карственное растение: клюква – болезнь, лечебная, полезная.

Они приписывают целебные свойства не только ягодам, траве, но и минералам: минерал – лечебный, лечение, полезный.

В формировании образа мира любого этноса активно участ вует метафора, «структурирующая наше восприятие, наше мышление и наши действия» (Лакофф, Джонсон, 1990: 388).

Неотъемлемой частью сознания русских школьников становится олицетворение образов природы: воробей – умный, глупый, весе лье, а в образах сознания татарских школьников обнаруживается явное сходство между бабочкой и цветком: бабочка/кблк – цветок/ччк.

Образ бабочки, являясь общекультурным символом, приоб ретает образную интерпретацию в ассоциациях обеих групп школьников. У русских бабочка символизирует день и свет, легкость и беззаботность, а также невинность и свободу. У татарских школьников символика бабочки амбивалентна: с од ной стороны – это яктылык ‘свет’, бию ‘танец’, ыр ‘песня’, тынычлык ‘свобода’, а с другой – это тн ‘ночь’, мрак, кара ‘черная’, зиян китеруче ‘вредитель’.

Как уже отмечалось, школьники обеих групп соотносят об раз бабочки с одним из этапов ее развития. Но только в ассоци ациях татарских школьников можно проследить ее полный жиз ненный цикл (жизнь – смерть – воскресение): бабочка/кблк – корт ‘гусеница’, курчак ‘куколка’, черки ‘мотылек’, – что явля ется превосходным примером преходящего характера жизни и способности к превращениям. Именно поэтому у татарских школьников бабочка может символизировать преобразования и перемены как к лучшему, так и к худшему.

Итак, система вариативных образов характеризуется высо ким адаптивными потенциалом, который определяется социаль ным параметрами «место жительства» (житель города/житель села) и «принадлежность к этносу» (русский/татарин). Эти со циальные факторы определяют возможность формировать но вые образы сознания и успешно строить коммуникацию как внутри одной социальной группы, так и внутри одного этноса.

Культурно-специфические образы языкового сознания функционируют в одном лингвокультурном сообществе и по тем или другим причинам отсутствуют в другом1. Чем больше таких образов актуализируется в межкультурной коммуникации, тем выше становится напряженность между коммуникантами.

Рассмотрим ассоциативное поле стимула дорога/ул в языковом сознании русских и татарских школьников:

дорога – машина (10), Сочи (3), горы 3), каникулы (2), дача (2), самолет (1), море (1), слякоть (1);

ул – омах ‘рай’ (9), бетмслек ‘бесконечность’ (7), мнгелек ‘вечность’ (5), болытларга ‘в облаках’ (5), озын ‘длинная’ (5).

У русских школьников образ дороги связывается с путеше ствием, средствами передвижения (машина, самолет), канику лами и местом отдыха (Сочи, море, дача). В сознании татарских школьников дорога/ул несет в себе мифологическую и рели гиозную символику: ул – омах ‘рай’ и связана с представле ниями о вечном и бесконечном: ул – бетмслек ‘бесконеч ность’, мнгелек ‘вечность’.

Культурно-специфические образы в языковом сознании русских и татарских школьников выявились при сопоставлении ассоциативного поля стимула камень/таш. Урал богат полез ными ископаемыми и минералами. В недрах Уральских гор есть железные и медные руды, известняк и каменный уголь, драго ценные камни. Урал издревле относится к крупнейшим горно рудным районам России. У татарских школьников камень/таш ассоциируется прежде всего с горой, и полезными ископаемы ми: кумер (уголь), мрамор, кыйммтле (ценный). Отметим, что обозначение гор или одной горы словом камень является повсе местным и обычным для всех народов, проживающих на Урале.

Ср. с понятием «лакуна» в работах Ю.Н. Сорокина и его школы;

например (Сорокин, 2003).

Другая семантическая связь: камень/таш – цветок/ччк, выявленная только у татар обусловлена преданиями, сказками, легендами о каменном цветке, которые имеют широкое распро странение на всей территории Урала. В сознании же русских школьников камень – это символ холода, ночи, болезни и тьмы.

Такая эмоциональная доминанта образа поддерживается суще ствующими в русском языке устойчивыми выражениями камень на сердце лежит, камень с сердца упал, каменное сердце, под лежачий камень вода не течет и др.

Итак, система культурно-специфических образов природы формируется специфическими для каждой лингво-этнической общности ассоциациями. Она определяется региональным и эт ническими факторами и оказывается присущей как региональ ной культуре, так и культуре этноса.

*** В целом смысловая область «Природы» в языковом созна нии русских и татарских старших школьников характеризуется постепенным переходом от универсальных к вариативным и культурно-специфическим образам. Универсальные образы формируются в условиях длительного совместного проживания двух народов в одной природно-географической зоне при тес ном языковом и культурном взаимодействии и под влиянием системы школьных знаний о природных объектах. Универсаль ная область представляет собой ядро системы образов природы, которое организуется логическими связями. На его основе воз никают новые, пластичные по своей природе вариативные обра зы, дающие возможность разным социальным группировкам адаптироваться к изменяющими условиям среды. Культурно специфические образы, наоборот, ориентированы на идентич ность и сохранение своего этноса, проживающего в поликуль турном регионе Урала.

Относительная уравновешенность системы образов приро ды в языковом сознании русских и татарских школьников обу словлена целым комплексом социокультурых факторов: «воз растом», «местом жительства» (город или село), «регионом проживания», «этносом», которые и определяют систему цен ностных ориентаций каждой определенной языковой личности.

Литература:

Алиева Н.Н. Лингвокультурология, межкультурная коммуникация и кросс-культурная лингвистика. [Электронный ресурс]. URL:

http://www.rusnauka.com/8._NPE_2007/Philologia/19454.doc.htm (дата доступа 05.10.2012).

Брунер Д. Психология познания: За пределами непосредственной ин формации / ред. А.Р. Лурия. М., 1977. 412 с.

Ерофеева Е.В. Вероятностная структура идиомов: социолингвистиче ский аспект. Пермь: Изд-во Перм. ун-та, 2005. 320 с.

Ерофеева Т.И. Социолект: стратификационное исследование: моно графия / Перм. гос. ун-т. Пермь, 2009. 240с.

Красных В.В. Этнопсихолингвистика и лингвокультурология: лекци онный курс. М.: Гнозис, 2002. 284 с.

Кубрякова Е.С.Краткий словарь когнитивных терминов / под общ. ред.

Е.С. Кубряковой. М.: Филол. ф-т МГУ им. М.В. Ломоносова.

1996. 245 с.

Лакофф Дж., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живем // Теория метафоры: сборник / ред. Н.Д. Арутюнова и М.А. Журинский.

М.: Прогресс, 1990. С. 387–415.

Леонтьев А.А. Психолингвистические единицы и порождение речево го высказывания. М.: Наука, 1969. 307 с.

Сорокин Ю.А. Лакуны: еще один ракурс рассмотрения // Лакуны в языке и речи: сб. науч. трудов / под ред. Ю.А. Сорокина, Г.В. Быковой. Благовещенск: Изд-во Благовещ. гос. пед. ун-та, 2003. С. 3–10.

Тарасов Е.Ф. Актуальные проблемы анализа языкового сознания // Языковое сознание и образ мира: сб. статей / отв. ред.

Н.В. Уфимцева. М, 2000. С. 24–32.

Телия В.Н. Основные постулаты лингвокультурологии // Филология и культура: матер. III-й Междунар. конф. / отв. ред. Н.Н. Болдырев.

В 3 ч. Тамбов: Изд-во Тамбов. гос. ун-та им. Г.Р. Державина, 1999. Ч. III. С. 14–15.

Уфимцева Н.В. Ассоциативный тезаурус русского языка как модель языкового сознания русских // Языковое сознание: теоретические и прикладные аспекты / отв. ред. Н.В. Уфимцева;

Ин-т языкозн.

РАН. М., 2004. С. 177–188.

Уфимцева Н.В. Археология языкового сознания: первые результаты // Язык. Сознание. Культура / отв. ред. Н.В. Уфимцева, Т.Н. Ушакова;

Ин-т языкозн. РАН. М., 2005. С. 205–215.

О.И. Васнева Пермский государственный педагогический университет ГЕНДЕРНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ В ЯЗЫКОВОМ СОЗНАНИИ РУССКИХ И ТАТАР Термин «социальный стереотип» введен У. Липпманом (2004 [электр. ресурс]) для обозначения образного эмпирическо го представления о социальном объекте («картинки в голове»).

В американской социальной психологии стал использоваться в более узком смысле – как образ, «картинка» члена той или иной (в основном этнической) группы.

«Социальный стереотип» стал синонимом этнического предрассудка с соответствующими коннотациями – иррацио нальностью, неадекватностью – и обычно приписывался мало информированному, предубежденному сознанию.

Однако в современной науке отношение к стереотипу изме нилось. Стереотип обладает свойствами фиксированной уста новки. Стереотип акцентирует, усиливает определенные свой ства объекта, т.е. закрепляет объект в картине мира индивида. В механизм формирования стереотипов вовлечены не только схе матизация, категоризация, но и другие конструктивные процес сы, прежде всего каузальная атрибуция, или объяснение челове ком причин своего и чужого поведения.

Стереотипы можно разделить на группы: 1) стереотипы по ведений – какое-то явление может протекать, иметь результаты или оцениваться определенным образом;

2) стереотипы ситуа ции – в определенной ситуации можно и нужно действовать только определенным способом;

3) стереотипы категории лю дей – определенной социальной группе приписываются опреде ленные черты.

Предметом нашего исследования стали стереотипы третьей группы, а именно – гендерные. Ценности и представления, ка сающиеся роли женщины и мужчины в обществе, и связанные с ними гендерные стереотипы и социальные установки регулиру © Васнева О.И., 2012.

ются на глубинном уровне общественного сознания. Эта часть сознания наиболее стабильна, уходит корнями в далекое про шлое, передается из поколения в поколение. Она формируется в ходе долгой истории развития общества и имеет самые различ ные аспекты: исторический, социальный, экономический, куль турный, религиозный, политический.

Первые исследования полоролевой стереотипизации были связаны с попытками вычленить типичные различия, относящи еся к представлениям женщин и мужчин друг о друге и о себе.

Подытоживая эти исследования, в 1957 г. Дж. МакКи и А. Шеррифс заключили, что типично мужской образ – это набор черт, связанный с социально неограничивающим стилем поведения, компетенцией и рациональными способностями, ак тивностью и эффективностью. Типично женский образ, напро тив, включает социальные и коммуникативные умения, теплоту и эмоциональную поддержку.

Особая область исследований, которая заслуживает самого пристального внимания, – это сравнительно-культурные иссле дования полоролевой стереотипизации. Накопленного фактиче ского материала, к сожалению, недостаточно для того, чтобы подготовить основу для научно обоснованных выводов. В этой области нужны теоретические и практические исследования.

Стереотип маскулинности/фемининности формируется в зависимости от культурного контекста. Рассматривая содержа ние стереотипов маскулинности/фемининности в контексте раз ных культур, исследователи пришли к выводу, что многие поло вые различия объясняются скорее социальными и культурными факторами, нежели биологическими или психологическими ха рактеристиками. Биологические различия между полами, бу дучи выраженными в социальном и культурном контексте, мо гут быть сглажены или, наоборот, усилены последним.

Возможны различные способы выявления специфики обра зов сознания носителей той или иной культуры. Среди экспери ментальных исследований особое место занимает ассоциатив ный эксперимент. Получаемое в результате проведения такого эксперимента ассоциативное поле слова-стимула – это не только фрагмент вербальной памяти индивида, но и фрагмент образа мира этноса, отраженного в сознании «среднего» носителя куль туры, его мотивов и оценок и, следовательно, его культурных стереотипов.

Сознание или осознание чего-то – это всегда ограничение, придание определенной формы тому или иному обобщению, которое стоит за словом. Как и какие формы культура наклады вает на восприятие окружающей действительности, помогают понять результаты массовых ассоциативных экспериментов. И именно результаты таких экспериментов подтверждают спра ведливость выбора слова в качестве объекта при изучении со знания.

В свободном ассоциативном эксперименте слова-реакции не ограничены ни формальными, ни семантическими особенно стями. Направленный ассоциативный эксперимент ограничивает выбор предполагаемой реакции, так как задаются дополнитель ные инструкции, например, отвечать только прилагательными (Овчинникова, 1994: 21).

Разновидности направленного ассоциативного эксперимен та разнообразны. В проведенном нами направленном ассоциа тивном эксперименте были заданы два вопроса-стимула: «жен щина – это?» и «женщина – какая?». В первом случае слово реакция должно было быть только существительным, во вто ром – прилагательным. Результаты данного эксперимента поз воляют выделить наиболее характерные для языкового сознания признаки концепта «женщина», социально и культурно обу словленные.


Наш ассоциативный эксперимент проводился среди студен тов в возрасте от 22 до 25 лет. В психологии этот возраст назы вают поздней юностью (см. работы И.С. Кона) или ранней взрослостью (см. работы Дж. Биррена). В это время происходит осознание самого себя как взрослого человека со всеми правами и обязанностями. Это возраст реализации потребности в само определении. Происходит личностное самоопределение через установление дружеских связей и профессиональное самоопре деление – выбор специальности, профессиональная учеба или работа.

Данный возраст – это возраст активного общения: у моло дых людей большой круг знакомств, множество различных ин тересов, увлечений. В это время формируется и закрепляется стиль общения (Моргун, Ткачева, 1981: 15).

Кроме того, к указанному возрасту становление языковой личности в основном завершается и, значит, содержательное наполнение языковой способности и ее формально комбинаторные возможности у большинства людей остаются относительно стабильными на протяжении оставшейся жизни.

Следовательно, анализируя оценочные реакции испытуемых в эксперименте 1999 г., можно прогнозировать некоторые харак теристики состояния языкового сознания в российском обще стве на ближайшие 20 лет, т.е. на период, когда наши испытуе мые будут составлять активное ядро общества (Русский ассоци ативный словарь, 1994: 192).

В эксперименте участвовали студенты университетов горо да Перми в количестве 70 человек, в возрасте от 22 до 25 лет.

Эксперимент проводился в два этапа.

1 этап. Сбор материала в русской группе:

- среди девушек – студенток 5 курса филологического факуль тета Пермского государственного педагогического универси тета (35 чел.);

- среди юношей – студентов 5 курса юридического факультета Пермского государственного университета (35 чел.).

2 этап. Сбор материала в татарской группе:

- среди девушек, постоянно проживающих в селе Барда Перм ского района, говорящих на татарском языке и определяю щих себя как членов татарского этноса (31 чел.);

- среди юношей, постоянно проживающих в селе Барда Перм ского района, говорящих на татарском языке и определяю щих себя как членов татарского этноса (33 чел.).

Всем испытуемым предлагалось ответить на вопросы стимулы: «Женщина – это» и «Женщина – какая». В таблице представлены сводные результаты эксперимента.

Таблица 1. Параметры выборки, полученной в результате ассоциативного эксперимента Информанты Параметры выборки РУССКИЕ ТАТАРЫ М Ж М Ж Всего Всего Количество человек 35 35 33 70 Объем выборки 35 35 33 70 Объем словника 23 29 15 36 Плотность словника 3,04 2,41 4,26 3, 3,88 4, Объем корпуса 16 17 10 24 частотных слов Плотность словника 4,37 4,11 6,40 6, 2,91 8, частотных реакций Объем корпуса 7 12 5 15 единичных слов Плотность словника 10,00 5,83 12,80 7, 4,26 5, единичных реакций В данной таблице объем выборки – это количество реакций, полученных на вопрос-стимул «женщина – это»;

объем словни ка – количество лексем в общем объеме слов-реакций;

плот ность словника – соотношение объема выборки и объема слов ника (плотность – показатель стандартности, типичности реак ций, чем выше плотность словника, тем больше стандартность реакций);

объем корпуса частотных слов показывает количество слов, встреченных в реакциях больше одного раза;

объем корпу са единичных слов показывает количество реакций, встречен ных один раз.

Таблица показывает, что общее количество реакций, полу ченное в русской группе на вопрос-стимул «женщина – это» – 70 единиц, при этом разных лексем в данных реакциях оказа лось 36. Корпус частотных слов из этого словника составляет лексемы, а корпус единичных слов – 12 лексем. Плотность словника – 3,88. У мужчин объем словника составляют 23 лек семы (корпус частотных слов – 16 лексем, а корпус единичных слов – 7 лексем). Плотность словника мужчин – 3,04. Объем женского словника – 29 лексем (корпус частотных слов состав ляет 17 лексем, а корпус единичных слов – 12 лексем). Плот ность словника у женщин – 2,41.

Как видим, в данном эксперименте плотность словника мужчин выше, чем плотность словника женщин. Это говорит о том, что мужчины следуют стандарту, стереотипу, традицион ному пониманию концепта «женщина»;

т.е. они ориентируются на социальную реализацию, социальный стереотип. Женщины в ответах на вопрос-стимул приводили различные реакции, как традиционные, так и индивидуальные, свойственные только личностному представлению о женщине.


Татарская группа информантов на вопрос-стимул «жен щина – это» дала 64 ответа-реакции, из них разных реакций – лексем. Корпус частотных слов из словника ассоциаций татар составил 8 лексемы, а корпус единичных слов – 11 лексем.

Плотность словника – 8,00. У мужчин объем словника – 15 еди ниц, из них корпус частотных слов – 10 лексем, а корпус еди ничных слов – 5 лексем;

плотность словника – 4,26. Объем жен ского словника – 19 лексем, из них корпус частотных слов – лексем, а корпуса единичных слов – 9 лексем;

плотность слов ника – 3,36.

Объем словника у татарской группы почти в два раза мень ше, чем у русской, так как эксперимент проводился на русском языке. Другая причина, как нам кажется, обусловлена типично стью реакций, что подтверждается другими данными. Так плот ность словника составляет 4,26, что выше, чем в русской группе.

Но наиболее ярко разница наблюдается в словнике частотных реакций, плотность которого в татарской группе составляет единиц, что по сравнению с русской (2,91) увеличена почти в два с половиной раза.

Таким образом, степень стереотипности у татарской группы выше, чем у русской.

Гендерные стереотипы в русском и татарском языковом сознании «Женщина – это»

Данные эксперимента на вопрос-стимул «женщина-это»

показали, что испытуемые отводят женщине традиционные ро ли, т.е. социально и исторически закрепленные. Здесь современ ное языковое сознание мало отличается от традиционного, в ко тором за женщиной закреплена роль матери и хозяйки. Резуль таты можно увидеть в таблице 2.

Таблица 2. Частота реакций на стимул «Женщина – это»

у разных групп информантов Мужчины Женщины Реакция русские татары русские татары мать 8 10 7 хозяйка 8 9 5 жена 4 10 6 спутница жизни 6 подруга 5 5 1 возлюбленная хранительница 2 домашнего очага человек 1 1 невеста ребенок кошка вампир змея друг человека 1 дочь 3 сестра 3 бабушка 5 девушка 2 красавица 4 актриса врач модель тётя 1 В эксперименте на первый план выходит реакция мать (15), причем мужчина придает этой роли большее значе ние (8), чем женщина (7). По-прежнему традиционной осталась роль женщины-хозяйки (13), причем опять же мужчины считают ее важнее (7), чем женщины (5). За женщинами сохраняется и роль жены (10), но в этом случае она важнее для женщины (6), чем для мужчины (4);

мужчины же отдают предпочтение жен щине-спутнице жизни (6). Роль подруги для женщин не играет большого значения (1), хотя, казалось бы, женщины часто об щаются друг с другом, делятся переживаниями. Для мужчины же роль подруги имеет не последнее значение (5), здесь, как нам кажется, женщина-подруга замещает роль жены и любовницы.

Возможно, в данном случае сказывается влияние большого ко личества гражданских браков, которые официально не зареги стрированы, следовательно, в этом случае нельзя говорить о женщине как о жене. Женщина-хранительница домашнего очага (4), и в мужских, и в женских ответах, имеет одинаковое коли чество реакций (2).

В реакциях информантов реализуется оппозиция женщи на – человек (3), где мужчины (1) менее женщин (2) склонны выделять эту роль, т.е. отводят женщине второстепенные роли.

Появилась новая характеристика статуса женщины друг челове ка (2), причем так склонны считать и мужчины (1) и женщины (1). Женщины, отвечая на вопрос-стимул, дали также реакции:

змея (2), невеста (1), ребенок (1), кошка (1), вампир (1).

У татарской группы информантов распределение реакций иное: лидируют реакции, которые направлены на традиционное восприятие женщины, такие как мать, жена, хозяйка. Кроме того, большой процент реакций этой группы информантов ука зывает на родственные отношения: бабушка, сестра, дочь. Так же были выявлены реакции, называющие профессии: врач, ак триса, модель. Последние две реакции можно отнести и к атри бутивной характеристике образа женщины, которая дополняется еще такой реакцией, как красавица.

При сопоставлении русского и татарского словников можно заметить существенные отличия. У татар нет существенных раз личий между мужскими и женскими реакциями, в то время как у русских такие отличия наблюдаются. У русских информантов наряду с реакциями, указывающими на традиционные роли женщины (мать, жена, хозяйка, подруга), присутствуют реак ции, направленные на отрицательную характеристику женщи ны – кошка, змея, вампир. У татарских информантов даже низ кочастотные реакции охватывают традиционные характеристи ки женщины (она – часть семьи). Из атрибутивных характери стик у татар присутствует только определение женщины как красавицы (а также через метафорические определения актри са, модель).

Таким образом, можно сделать вывод, что современные мужчины и женщины сохранили традиционное представление о женской роли, но женщины менее мужчин ориентированы на стереотип, оставляя за собой право на индивидуальное восприя тие образа женщины. Этот вывод подтверждается и во втором эксперименте, где требовалось дать характеристику женщине, дав реакцию на стимул «женщина – какая» (см. таблицу 3).

Анализируя реакции на вопрос-стимул «женщина – какая», мы пришли к выводу, что в русском языковом сознании на пер вый план выходит внешний образ – красота (16), причем для женщин этот фактор важнее (9), чем для мужчин (7). Традици онно реализуется представление женщины о верности (7).

Мужчины считают, что женщина должна быть нежной (4), ласковой (3), обаятельной (2). Для мужчины также важно, что бы женщина была заботливой (2), милой (2), любящей (2), т.е.

чтобы она обладала теми качествами, которые важны для роли жены.

Для женщин важным оказалось одинаковое соотношение сильной (2) и слабой (2) сторон женской сущности. Здесь появ ляется новые черты стереотипа – раньше сила была традицион ной мужской привилегией. По женским представлениям, важ ными чертами являются элегантность (2), изысканность (1), привлекательность (1), т.е. то, что направлено на внешний об лик, на акцентирование женской красоты.

И для мужчин, и для женщин значимым оказалось такое ка чество женского характера, как доброта (4), т.е. в обществе со хранилось представление о том, что женщина должна уметь прощать, сострадать, утешать.

Таблица 3. Частота реакций на стимул «Женщина – какая» у разных групп информантов Русские Татары Реакция Реакция М Ж М Ж красивая красивая 7 9 10 верная добрая 3 4 8 нежная умная 4 2 5 ласковая нежная 3 2 5 обаятельная любимая 3 2 5 добрая милая 2 2 5 умная ласковая 1 2 5 сексуальная понимающая 2 1 3 заботливая независимая 2 1 3 слабая мудрая - 2 2 сильная внимательная - 2 1 элегантная женственная - 2 1 милая заботливая 2 - 1 любящая сильная 2 - 1 хрупкая сексуальная - 1 1 привлекательная - изысканная - чуткая - хитрая 1 трудолюбивая 1 послушная 1 глупая 1 молодая 1 хорошо одетая 1 стройная 1 любимая 1 Таким образом, в современном русском языковом сознании решающую роль играют внешние качества, хотя по-прежнему актуально традиционные, с некоторым изменением акцентов, например, реакция сексуальная женщина (3).

Для татар красота также является важнейшей составляю щей фемининого стереотипа, но наряду с внешней красотой подчеркиваются и такие черты, как мудрость, понимание, забо та, внимательность. Мужчины-татары не отказывают женщине в независимости, самостоятельности, причем эти реакции в женской группе носят единичный характер. Показательно, что и здесь существенных различий в женском и мужском словнике не наблюдается.

Таким образом, традиционный образ Женщины с его силь ными ролевыми признаками (мать, хозяйка) сохраняется в со временном обществе, однако некоторые признаки утрачивают свою релевантность (так, например, в русском словнике реакция жена занимает среднюю позицию, тогда как в татарском про должает занимать главенствующую позицию). Для татарского сознания характерно восприятие женщины через родственные отношения (дочь, сестра, бабушка), которые также вписывают ся в традиционный образ. Общей для русского и татарского сте реотипа явилась атрибутивная характеристика красота. Однако если для русской группы эта характеристика дополняется внеш ними признаками – стройная, хорошая одетая, изысканная, элегантная, сексуальная, то для татарского сознания атрибутив ные характеристики указывают на внутренние качества женщи ны – чуткая, мудрая, заботливая, внимательная.

Итак, можно отметить трансформацию гендерных стерео типов в современных условиях, но в татарском сознании эти изменения малозаметны, современные гендерные стереотипы татар ближе к традиционным гендерным образам.

Литература:

Липман У. Общественное мнение. 2004. [Электронный ресурс]. URL:

http://sbiblio.com/biblio/archive/lippman_ob/00.aspx (дата доступа 11.09.2012).

Овчинникова И.Г. Ассоциации и высказывание: структура и семанти ка: учеб. пособие / Перм. гос. ун-т. Пермь, 1994. 124 с.

Моргун В.Ф., Ткачева Н.Ю. Проблема периодизации развития лично сти в онтогенезе: учеб. пособие. М. Изд-во Моск. ун-та, 1981.

82 с.

Русский ассоциативный словарь / Ю.Н. Караулов, Ю.А. Сорокин, Е.Ф. Тарасов, Н.В. Уфимцева, Г.А. Черкасова;

Ин-т рус языка РАН. М., 1994. Кн. 2: Обратный словарь: от реакции к стимулу.

Ассоциативный тезаурус современного русского языка. Ч. 1.

358 с.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.