авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |

«ГБОУ ВПО «Красноярский государственный медицинский университет им. проф. В. Ф. Войно-Ясенецкого Министерства здравоохранения и социального развития РФ» ...»

-- [ Страница 6 ] --

Наибольшую эпидемическую опасность представляют боль ные ранним скрытым сифилисом, которые, не имея клинических симптомов, в течение 3-5 лет могут быть источниками инфекции. В Алтайском крае в 2009 году у 61,5% больных сифилисом была диа гностирована ранняя скрытая форма. Рост общей заболеваемости сифилисом в 2007-2009 гг. может быть связан с улучшением выяв ляемости данной формы заболевания. Согласно данным за 2009 год только 22,7% больных сифилисом обратились с целью обследования самостоятельно. Соответственно, 77,3% больных были выявлены активно: 24,5% – в поликлинике кожно-венерологического диспан сера, 17,7% – в других поликлинических учреждениях, 13,0% – в стационарах и 22,1% – при медицинских осмотрах.

Основной метод профилактики распространения сифилитиче ской инфекции – санация очагов инфекции, полное выявление ис точников заражения, контактных лиц и их лечение. Всего подлежало обследованию в 2009 году 3524 членов семей и контактов заболев ших, реально обследовано 3023, таким образом, охват осмотрами составил лишь 85,8%. Выявляемость сифилиса среди членов семей и контактов больных – 134,3 на 1000 осмотренных, выявляемость среди бывших в половом контакте с больными сифилисом еще выше – 273,1 на 1000 осмотренных, что подтверждает чрезвычайную эф фективность обследования данного контингента населения.

Выводы.

1. Ухудшение в Алтайском крае эпидситуации по сифилису в 2007-2009 гг. обуславливает высокую необходимость разработки региональной социально эффективной программы, направленной на снижение заболеваемости.

2. Профилактические мероприятия должны быть направлены на лица из группы риска – сексуально-активные женщины добрачно го периода 15-29 лет и мужчины 20-39 лет.

3. Учитывая низкую обращаемость, высокую долю скрытого сифилиса, основные усилия следует прилагать к активному выявле нию больных, а также к повышению настороженности населения в отношении ИППП с целью увеличения приверженности к индиви дуальной профилактике и привлечения к самостоятельному обраще нию для профилактического осмотра.

4. Наиболее эффективный способ профилактики распростра нения сифилитической инфекции – выявление сифилиса среди чле нов семей и контактов больных и привлечение данных лиц к лече нию, но охват контактных лиц обследованиями недостаточный.

5. Особое внимание следует уделять повышению эффектив ности оперативной санации очагов инфекции, увеличению полноты охвата контактных лиц.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Адаскевич В.П. Инфекции, передаваемые половым путем. Рук-во для врачей / В. П. Адаскевич.- М.,- 2001.- 416 с.

2. Аковбян В. А., Прохоренков В. И., Новиков А. И. и др. Сифилис. Иллю стрированное руководство. Под ред. проф. В. И. Прохоренкова. М., Медицинская книга, 2002.- 300 с.

3. Мавров Г. И. Современные особенности сифилиса: лабораторная диа гностика в новых условиях / Г. И. Мавров, Г. М. Бондаренко, М. М.

УДК 614. СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКИХ РАСЧЕТОВ В ЗДРАВООХРАНЕНИИ КАК ПУТЬ РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ ФИНАНСИРОВАНИЯ ОТРАСЛИ Сорокина С.Э.

УЗ «10 городская клиническая больница» г. Минска Здравоохранение в Беларуси финансируется из государствен ного бюджета. Считается, что эта отрасль не производит никакой продукции, поэтому она дотируется из государственного бюджета и существует на деньги налогоплательщиков. Стало традиционным отношение к здравоохранению как к затратной отрасли народного хозяйства, направленной на реализацию прав граждан на охрану здоровья, но представляющей нагрузку на бюджет и в целом эко номически убыточную для страны. Соответственно и подходы к ее финансированию базируются прежде всего на позициях исполнения государством «морального долга» перед населением, а не на расче тах экономической эффективности работы системы здравоохране ния. Отношение как к затратной отрасли бюджета во многом опре деляет финансирование здравоохранения и, соответственно, низкий уровень заработной платы медицинских работников, несопостави мый с высоким уровнем подготовки и существенными морально психологическими нагрузками. Сложившаяся ситуация способству ет оттоку обученных квалифицированных кадров из специальности, причем в первую очередь – уходу молодежи. На это обстоятельство следует обратить особое внимание, так как подготовка и возобнов ление кадров в здравоохранении – процесс длительный, требующий преемственности. Ведь это не только обучение в вузе. После окон чания медицинского университета требуются годы для приобрете ния опыта, особенно в хирургических специальностях. Форсировать формирование специалиста невозможно, снижение роли опыта при водит к ошибкам. А ошибки во врачебной практике, как правило, стоят человеческих жизней и утраченного здоровья.

Для улучшения финансового состояния отрасли внедряются внебюджетные (платные) услуги населению, которые, к сожалению, не оказывают ощутимого влияния ни на финансирование отрасли, ни на зарплату медиков.

В то же время здравоохранение является отраслью, восстанав ливающей трудовые ресурсы страны, обеспечивающей возможность полноценного выполнения гражданами трудовых обязанностей, а также способствующей реализации репродуктивной функции как источника возобновления кадрового потенциала. Таким образом, система здравоохранения вносит существенный вклад в функцио нирование всего народнохозяйственного комплекса и может быть оценена с экономических позиций. Сложность оценки экономиче ской эффективности медицинской помощи и медицинских услуг об условлена трудностью вычисления стоимости человеческой жизни и ущерба здоровью, так как при гибели человека, кроме доступной финансовым расчетам его экономической отдачи обществу, затраги ваются моральные аспекты жизни человека и его близких, их соци альной адаптации.

Безусловно, жизнь человека бесценна. Но бесценна – это не значит «ничего не стоит». Несмотря на бесценность человеческой жизни с морально-этических позиций, в оценке экономической эф фективности здравоохранения как системы, восстанавливающей и возобновляющей трудовые ресурсы, должны быть разработаны экономические критерии стоимости спасенной человеческой жизни, стоимости восстановления утраты здоровья.

В настоящее время такие расчеты уже проводятся в системе страхования, в судебной практике, а также при разработке мероприя тий по обеспечению безопасности населения и отдельных его контин гентов при работе в опасных условиях. А так как понятие страховой стоимости (фактической, объективной стоимости) по отношению к жизни человека не имеет смысла, существуют различные методики определения эквивалента человеческой жизни в денежном выражении.

Стоимость жизни – интегральный показатель качества жизни в стране, и определяется она теми затратами, которые готово понести государство для обеспечения безопасности его граждан. Стоимость жизни человека определяют политическая система и уровень эконо мического развития государства, совершенство его законодательной системы, обеспечивающей социальную защищенность человека.

В богатых странах жизнь стоит дороже. Так, в Великобрита нии, выплаты за вред, причиненный жизни человека, составляют 1, миллиона фунтов стерлингов. Министерство транспорта США при оценке экономической эффективности мер безопасности на транс порте оценивает стоимость одной человеческой жизни 3 миллиона долларов. Страховая сумма по Воздушному кодексу Российской Фе дерации составляет не менее 1000 минимальных размеров оплаты труда (2 миллиона рублей на 2009 г.). Семьям погибших при теракте 11 апреля 2011 г. в минском метро назначили к выплате сумму в бе лорусских рублях, эквивалентную лишь 10 тысячам долларов США.

Стоимость жизни может вычисляться как отношение средне годового валового дохода на человека к средней вероятности смерти за год [1], что в Беларуси составляло в 2003 г. 84 тысячи долларов США, в 2008 г. – 453 тысячи, в 2009 г. - 367 тысяч долларов США.

Кроме того, на ее уровень оказывает влияние методика оценки, возраст и социальный статус человека, его профессия. Ряд методик, используемых законодательством Российской Федерации, оценивает недополученный (утерянный) доход, при этом эквивалент стоимости жизни человека составляет заработок его за 5-10-15 лет или 60- размеров минимальной оплаты труда [3-11]. В 50-60-е годы прошло го века суды в США и Великобритании обязывали работодателей и перевозчиков пассажиров выплачивать за гибель человека, произо шедшую в результате несчастного случая, аварии или катастрофы сумму, в среднем превышающую в 6 раз заработную плату, которую мог заработать человек за всю жизнь [14].

Для определения экономического эффекта здравоохранения наиболее целесообразна методика определения предотвращенно го ущерба народного хозяйства от травматизма (гибели) людей, т.е.

экономического эффекта от сохранения здоровья и жизни. В соот ветствии с этим подходом стоимость жизни принимается равной экономическому ущербу от травмы или гибели людей, а экономи ческий эффект здравоохранения равен предотвращенным потерям в случае гибели людей. В основу многочисленных методик определе ния ущерба народного хозяйства от гибели или травматизма людей заложена оценка вклада человека в общественные фонды с учетом затрат общества на него. В России ущерб народному хозяйству от гибели человека составляет от 12 до 391 тысяч долларов США [13].

Методики из данной группы по способу определения составляющих ущерба можно условно подразделить на обобщенные (ущерб опре деляется на основе усредненных данных по стране, отрасли) [2] и методики на основе расчета отдельных составляющих ущерба [10].

Существуют и другие методики, оценивающие стоимость жизни человека по компенсационным выплатам родственникам по решениям судов, по суммам личного страхования, по стоимости мероприятий, направленных на сохранение жизни и здоровья [13].

В неонатологии возможно использование методики, оценивающей экономические затраты государства на рождение ребенка, вклю чающие сумму пособий и недополученного государством дохода за период временной нетрудоспособности (в Беларуси на 2003 г.

2.100 долларов). Данная методика учитывает только затраты госу дарства при неосложненном течении беременности, родов и при рождении здорового младенца, но не включает порой необходимые высокотехнологичные и дорогостоящие виды помощи новорожден ному при осложненном течении гестационного периода, а также сто имость вспомогательных технологий репродукции (ЭКО и др.). [12] Кроме того, большинство методик не учитывают моральный ущерб, способы оценки которого еще сложнее [16].

Диапазон изменения стоимости жизни, полученной различны ми методами, в России составляет от 130 долларов до 397,1 тысяч долларов. За рубежом – от 800 долларов до 9 миллионов долларов.

За рубежом, как правило, используют оценку стоимости жизни, рав ную 250 тысяч или 300 тысяч долларов [13, 15] Учитывая международный опыт и оценки сделанные в России, И.Л. Трунов рекомендует для проведения технико-экономических расчетов в различных отраслях хозяйства целесообразно в качестве базовой использовать значение оценки стоимости жизни, равной тысяч долларов США [13].

Таким образом, для совершенствования экономических под ходов государства к развитию и финансированию здравоохранения, увеличению его положительного влияния на демографические и тру довые ресурсы страны необходимо дальнейшее совершенствование расчетов экономической эффективности здравоохранения. Необхо димо просчитать экономическую эффективность здравоохранения в целом как отрасли, сохраняющей и восстанавливающей трудовые ресурсы страны. Как вариант, возможно использование для эконо мических расчетов в качестве базового эквивалента стоимости жиз ни величину 250-300 тыс. долларов США [13]. При таком подходе возможно применение понятий экономического эффекта и эконо мической эффективности и к отдельным технологиям, и к оценке деятельности системы здравоохранения в целом. Так, разница эко номического эффекта от сохранения жизни и здоровья людей с себе стоимостью затрат на лечение будет составлять экономический эф фект работы службы здравоохранения, а отношение экономического эффекта лечения к себестоимости затрат здравоохранения - эконо мическую эффективность отрасли.

Только использование экономических расчетов, основанных на оценке стоимости сохраненной жизни и восстановленного здоро вья, позволит здравоохранению занять достойное место доходной, экономически эффективной, а не затратной отрасли народного хо зяйства. Только исходя из этих расчетов можно будет доказать вы сокую экономическую эффективность деятельности медицинских работников и обеспечить им соответствующий социальный статус и уровень заработной платы.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Бояринцев Б.И., Гладышев А.А. Экономика здоровья населения.- М.:

ТЕИС, 2001.

2. Временные методические указания по определению экономической эффективности технических средств и систем управления дорожным движени ем.- ВНИИБД МВД СССР.-1982.

3. Закон РФ «Об аварийных службах» от 22.08.95 г.

4. Закон РФ «О борьбе с терроризмом» 25.07.98 г.

5. Закон РФ «О государственном регулировании в области добычи и ис пользовании угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» от 25 июня 1996.

6. Закон РФ «О государственной защите судей, должностных лиц правоо хранительных и контролирующих органов» от 22.03. 1995.

7. Закон РФ «О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослу жащим» от 03.02. 8. Закон РФ «О пожарной безопасности» от 21.12.94 г.

9. Закон РФ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от 20.07.97.

10. Методика определения экономического ущерба от несчастных случа ев и экономической эффективности мероприятий по предотвращению производ ственного травматизма в целлюлозно-бумажной промышленности.- М.: «Лесная промышленность». -1978.

11. Постановление Верховного Совета РФ от 24 декабря 1992 г. №4214 1 «Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам уве чьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, свя занными с исполнением ими трудовых обязанностей».

12. Сорокина С.Э. Определение экономической эффективности здраво охранения как путь оптимизации финансирования отрасли. Критерии эффектив ности в перинатологии // Вопросы организации и информатизации здравоохра нения.- 2005.-N 1.

13. Трунов И.Л., Трунова Л.К., Востросаблин А.А.. Экономический экви валент человеческой жизни/ Вестник РАЕН.-2004.- №4.

14. Харисов Г.Х. Основы обеспечения безопасности жизнедеятельности человека. - М.: МИПБ МВД России, 1998.

15. Хенли Э.Дж., Кумамото X. Надежность технических систем и оценка риска.- М.: Машиностроение. -1984.

16. Эрделевский A.M. Моральный вред и компенсация за страдания.-. М.:

БЭК, 1998.

УДК 614. СТРУКТУРА ПЕРИНАТАЛЬНОЙ СМЕРТНОСТИ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ Сорокина С.Э.

УЗ «10 городская клиническая больница», г. Минск Перинатальная смертность является одним из основных по казателей, характеризующих развитие здравоохранения в стране. В зависимости от времени гибели плода (младенца) в перинатальный период выделяют антенатальную (со 154 дней гестации до начала родовой деятельности), интранатальную (от начала родовой дея тельности до рождения ребенка, т.е. включающие первый и второй периоды родов) и раннюю неонатальную (первые 7 суток жизни, т.е.

167 часов 59 минут) смертность [3]. Гибель в антенатальный период непосредственно связана с патологическим течением беременности, в интранатальный – или с осложненным течением родов, или с де компенсацией имевшихся во время беременности нарушений, или с неготовностью недоношенного плода к родовому стрессу. Смерт ность младенцев в ранний неонатальный период является следстви ем комплексного воздействия факторов антенатального, интрана тального и раннего неонатального периодов.

Первое десятилетие XXI века в Республике Беларусь ознаме новалось значительным снижением перинатальной смертности.

За период с 2000 г. по 2010 г. антенатальная смертность сни зилась в 1,6 раза, интранатальная – в 4,6 раза, ранняя неонатальная смертность – в 4,2 раза. Мертворождаемость при этом уменьшилась в 2,1 раза, а перинатальная смертность – в 2,6 раза.

Таким образом, в 2010 году в Республике Беларусь мертво рождаемость составила 2,74‰, в т.ч. антенатальная смертность – 2,35‰, интранатальная – 0,39‰. Ранняя неонатальная смертность снизилась до 0,98‰, перинатальная – до 3,72‰.

При этом значительно изменилась структура перинатальной смертности. Доля ранней неонатальной смертности снизилась с 41,3% в 2000 г. до 35,4% в 2003 г., 30,6% в 2007 г. и 26,3% в 2010 г.

За счет этого увеличился удельный вес мертворождений в структуре перинатальной смертности с 58,7% в 2000 г. до 64,6% в 2003 г., 69,4% в 2007 г. и 73,7% в 2010 г. Удельный вес мертворожде ний в структуре перинатальных потерь рос за счет доли антенаталь ной смертности, составлявшей в 2000 г. 40,3%, в 2003 г. – 48,3%, в 2007 г. – 55,0% и в 2010 г. – 63,3%.

Доля интранатальной смертности в общей структуре пери натальных потерь за этот период сократилась с 18,4% в 2000 г. до 16,3% в 2003 г., 14,4% в 2007 г. и 10,4% в 2010 г.

В то же время в большинстве экономически развитых стран при низком уровне перинатальной смертности доля мертворожде ний в ее структуре составляет 25-35%. Превалирование мертворож дений (73,7%), выраженное преобладание антенатальной смертно сти в структуре перинатальных потерь (63,3%) свидетельствует о недостаточности проводимой работы по антенатальной охране пло да [1, 2]. Более того, высокая доля мертворождений в структуре пе ринатальной смертности приводит к росту первичной инвалидно сти детей младшей возрастной группы [4]. Увеличение количества детей, нуждающихся в серьезной реабилитации и паллиативной помощи, рост первичной инвалидности детей первых лет жизни подтвержден 27.10.2011 в докладе главного педиатра Министерства здравоохранения Республики Беларусь Е.Г. Неверо в Минске на 5-й международной конференции «Детская паллиативная помощь в Восточной Европе».

Таким образом, высокая доля мертворождений и выраженное преобладание антенатальной составляющей в структуре перина тальных потерь свидетельствует, что на данном этапе важнейшим резервом снижения перинатальной смертности и инвалидности де тей младшей возрастной группы в Республике Беларусь является со вершенствование технологий ведения пренатального периода.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Качество акушерской помощи и критерии его оценки/ О.Г. Фролова, З.З. Токова, Е.И. Николаева и др.// Материалы V Российского Форума “Мать и дитя”.-М.: Ин-т акушерства, гинекологии и перинатологии РАМН, 2003.-С.605.

2. Курцер М.А. Перинатальная смертность и пути ее снижения: Автореф.

дис. …д-ра мед.наук: 14.00.01/ М.А.Курцер.- М., 2001 - 49 с.

3. Петров-Маслаков М.А., Климец И.И. Перинатальная смертность. - М.:

Медицина, 1965.- 191 с.

4. Сорокина С.Э. Детская инвалидность как проблема воспроизводства производительных сил/ С.Э. Сорокина // Материалы VII Российского Форума “Мать и дитя”.- М: МЕДИ Экспо, 2005.- С. 593.

УДК 614.715- РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМ ЭКОЛОГИИ ДВОРОВ КАК ПУТЬ ОЗДОРОВЛЕНИЯ НАСЕЛЕНИЯ ГОРОДА Сорокина С.Э.

УЗ «10-я городская клиническая больница» г. Минска Статья 45. Гражданам Республики Бе ларусь гарантируется право на охрану здоро вья…Право граждан Республики Беларусь на охрану здоровья обеспечивается также…ме рами по оздоровлению окружающей среды….

Статья 46. Каждый имеет право на благоприятную окружающую среду… Конституция Республики Беларусь Здравоохранение, как правило, рассматривают как отрасль деятельности государства, целью которой является организация и обеспечение медицинского обслуживания населения. Однако систе ма охраны здоровья включает совокупность не только медицинских, но и политических, экономических, социальных, правовых, науч ных и санитарно-гигиенических мер, направленных на сохранение и укрепление здоровья каждого человека.

Важнейшим принципом государственной системы здравоох ранения является его профилактическая направленность, подразу мевающая не только раннее выявление и предупреждение заболе ваний, но и включающая организацию социально-экономических и санитарно-гигиенических мероприятий по предупреждению заболе ваемости. Озабоченность по поводу недостаточной профилактиче ской направленности медицины высказывалось ведущими учеными России [1].

В то же время основное влияние на состояние здоровья ока зывают не наследственность и организация медицинской помощи, а уровень жизни и состояние экологии [9]. По мнению экспертов ВОЗ, здоровье населения лишь на 10% зависит от уровня медицинского об служивания и на 20% – от наследственных факторов. В то же время на 70% здоровье определяют экономическая обеспеченность, образ жиз ни людей и состояние окружающей среды. При этом влиянию каче ства окружающей среды на здоровье населения отводится до 40-50%.

Именно поэтому экологическая безопасность должна стать одним из приоритетных направлений медицины, а на государствен ном уровне должно уделяться большое внимание качеству окружаю щей среды и природоохранным мероприятиям, а также санитарному просвещению и формированию здорового образа жизни.

В отличие от острых отравлений техногенная патология разви вается в результате хронического воздействия малых доз поллютан тов, проникающих во внутреннюю среду организма и аккумулирую щихся в органах и тканях [2, 5, 7, 8]. Это в основном политропные яды, которые при определенных уровнях накопления дают широкий спектр патологических симптомов, поражая иммунную, кроветвор ную, эндокринную, нервную, сердечно-сосудистую, дыхательную, репродуктивную системы, печень и почки, стимулируют развитие аллергических и аутоиммунных реакций, онкологических заболева ний, психических расстройств, генетических нарушений и врожден ных пороков развития [1, 5, 7, 8]. В последние годы регистрируется существенное увеличение частоты и распространенности экологи чески детерминированных синдромов и заболеваний (синдрома эко логической дезадаптации, синдромов химической и радиационной гиперчувствительности, проявлений экогенной интоксикации [1].

Особенно чувствительны к повреждающему действию эколо гического загрязнения дети, имеющие высокую активность проли феративных процессов [1].

Из всех составных частей биосферы для нормальной жизне деятельности человека, прежде всего, нужен воздух. В больших го родах основным источником загрязнения воздушного бассейна яв ляется автотранспорт. По данным испанского исследовательского центра «Риск», продукты переработки автомобильного топлива становятся причиной смерти европейцев в пять раз чаще, чем дорожно-транспортные происшествия. По их данным, ежегод но от заболеваний, связанных с выхлопными газами, в Европе умирают 225 тыс. человек [6]. На территории стран СНГ подоб ной статистики не ведется, но с учетом более низких требований (стандартов) двигателей и низкой экологической ответственно сти, можно смело утверждать, что у нас жертв выхлопных газов на порядок больше.

Минск ежегодно получает 735,4 тонн выбросов на 1 км2 в год [3]. По данным ГУ РЦРКМ, представленным на сайте http://rad.org.

by/article/vozduh/faq.air.html, вклад автотранспорта в общий объ ем выбросов по городу Минску в 2008 г., составил 85%. Учитывая ежегодное увеличение количества транспортных средств, их роль в ухудшении состояния атмосферного воздуха будет только увели чиваться.

Основная причина загрязнения воздуха заключается в непол ном сгорании топлива. Всего 15% его расходуется на движение ав томобиля, а 85% «летит на ветер». Отработавшие газы автомобилей содержат до 3% угарного газа (а при работе «на малом ходу» – до 6,9%), 0,06% оксидов азота, 0,5% углеводородов, в т.ч. бензапирен, бензантрацен, 0,06% оксидов серы, соединения свинца, мышьяка, кадмия и другие. В выхлопных газах содержатся альдегиды, облада ющие резким запахом и раздражающим действием, в т.ч. акролеины и формальдегид, а также неразложившиеся углеводороды топлива, среди которых особое место занимают непредельные углеводоро ды этиленового ряда, в частности, гексен и пентен. Оксиды азота и серы вызывают кислотные дожди, доля автопроизводных оксидов в атмосфере – 99% [4]. Средний годовой выхлоп одного автомобиля – это 800 кг окиси углерода, 40 кг окислов азота и более 200 кг раз личных углеводородов. Из-за неполного сгорания топлива в двигате ле автомашины часть углеводородов превращается в сажу, содержа щую смолистые вещества. Многие из этих веществ канцерогенны и мутагены [4, 6, 7].

Особую опасность выхлопные газы автомобилей представля ют потому, что они выбрасываются в нижний слой атмосферы. Боль шинство содержащихся в них вредных веществ тяжелее воздуха и скапливаются у земли [2, 6, 7]. Рассеяние их в условиях города край не затруднено, и значительная часть аэрополлютантов длительно на ходится непосредственно в зоне дыхания человека. Кроме того, не гативное воздействие выбросов автотранспорта привязано к жилой застройке и наиболее выражено на придомовых территориях. Самой незащищенной от воздействия автомобильных выхлопных газов категорией населения являются дети [1]. Постоянное пребывание детей вблизи работающих двигателей транспортных средств стало печальной реальностью современного города. Машины работают непосредственно вблизи заборов детских садов, вплотную примы кают к детским площадкам, нередко располагаясь прямо на газоне.

Даже неработающий автомобиль выделяет в окружающую среду пары топлива и другие вещества, наиболее ощущаемые в жаркую погоду в местах стоянок транспортных средств. Проводимые забо ры проб воздуха в различных районах города не отражают реальное загрязнение воздуха автотранспортом во дворах, так как машины работают в непосредственной близости к человеку, а содержание вредных выбросов вблизи работающего автомобиля многократно возрастает.

К дополнительным факторам загрязнения атмосферного воз духа на дворовых территориях, приводящим к 7-10-кратному уве личению в выбросах концентрации не полностью сгоревших ком понентов топлива, полициклических углеводородов, оксидов азота, сажи и смол, относятся как длительная работа автомобилей на хо лостом ходу (ожидание пассажиров, разогрев двигателя, его регу лировка), так и низкая скорость движения транспорта с частыми торможениями и разгонами (вследствие загроможденности дворов транспортом, когда движение в обоих направлениях осуществляется по одной полосе, а также вследствие неровного дорожного покрытия и использования «лежачих полицейских»).

Таким образом, автомобильный транспорт является наиболее опасным источником загрязнения атмосферного воздуха.

Для снижения нагрузки автотранспорта на окружающую сре ду проводится ряд мероприятий. Это и законодательно установлен ные и контролируемые параметры содержания вредных соединений в выхлопных газах, и создание окружных дорог для транзитного транспорта, и проведение рекламных акций «день без автомобиля».

Основным и наиболее эффективным принципом экологиче ской политики в развитых странах является принцип «загрязнитель платит». В соответствии с данной в 1972 году рекомендацией Ор ганизации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), этот принцип означает, что загрязнитель по решению властей должен не сти расходы по проведению мер экологического оздоровления. От несение расходов по борьбе с загрязнениями и другими неблагопри ятными воздействиями на окружающую среду на непосредственных виновников воспитывает экологическую культуру поведения и за ставляет их искать пути снижения загрязнения.

Увеличение количества транспортных средств во дворах свя зано не только с увеличением количества автомобилей, но и с изме нением взглядов на комфорт. Так, если героиня Ноны Мордюковой в известном советском фильме утверждала: «Наши люди в булоч ную на такси не ездят!», то сейчас поездки в магазин и объекты шаговой доступности, к сожалению, стала нормой и даже предме том чванства определенной части населения. Большинство автолю бителей отказались от использования стоянок как из-за платности пребывания транспортного средства на стоянке (во дворе дешевле), так и из-за большего удобства пользования автомобилем, стоящим около подъезда. Поэтому и остаются незаполненными многие стоян ки, не пользуются спросом паркинги.

Одним из путей снижения экогенной нагрузки на организм современного человека и особенно ребенка является рациональная организация движения автотранспорта в городах, прежде всего ре гулирование движения транспорта на дворовых территориях. Его основная цель – улучшение состояния воздушного бассейна во дво рах и снижение экологической нагрузки на организм жителей ме гаполиса, и в первую очередь – детей. Как и всякое регулирование, оно имеет две стороны. С одной стороны, ограничение использова ния транспорта способствует снижению экологической нагрузки.

С другой стороны, любое регулирование подразумевает и какое-то ограничение свобод прямых пользователей автомобилей. Но оно полностью укладывается в принцип экологической политики «за грязнитель платит».

Для укрепления экологической безопасности дворовых терри торий, по нашему мнению, необходимо как использование законо дательных и воспитательных мер, так и обустройство новых стоя нок автотранспорта и устройство защитных барьеров для снижения концентрации аэрополлютантов. Мы считаем, что решению данной проблемы будут способствовать следующие мероприятия:

1. Экологическое воспитание населения на всех уровнях (на чиная с дошкольного возраста). Формирование моды, престижа «экологического» поведения (как в последние годы довольно успеш но формируется престиж занятий спортом).

2. Организация оборудованных стоянок транспортных средств вне дворовых территорий – на пустырях, вблизи улиц и дорог.

3. Введение оплаты за ночную парковку во дворах, суще ственно превышающей стоимость пребывания транспортного сред ства на оборудованной стоянке, с последующим полным запретом ночной парковки во дворах, что соответствует принципу «загрязни тель платит».

4. Запрет на ночную парковку грузового транспорта во дворах.

5. Запрет на парковку во дворе более одного транспортного средства, зарегистрированного на одного человека (жителя), а также транспортных средств, не прошедших своевременно техосмотр.

6. Предъявление документов о месте планируемого хранения/ пребывания автомобиля при регистрации транспортного средства, а также при прохождении технического осмотра автомобилей.

7. Организация зеленого «барьера» вокруг детских садов на расстоянии 2-2,5 метров от забора, а при интенсивном движении транспорта – установка сплошных высоких заборов, которые до раз могут снизить загрязнение воздуха.

8. Изоляция детских площадок во дворах от стоянок машин барьером зеленых насаждений.

9. Выделение полос «беспрепятственного» движения для маршрутных транспортных средств в местах частых дорожных за торов («пробок»).

10. Для стимуляции «экологического» поведения возможно обсуждение целесообразности введения бесплатного проезда в го родском транспорте.

Внедрение данных мероприятий, на наш взгляд, позволит уменьшить количество автомобилей во дворах, снизит число по ездок на расстояния шаговой доступности, уменьшит количество работающих во дворах двигателей автомобилей, особенно в часы «пик», улучшит режим движения транспорта (со снижением тормо жений). Все это в целом позволит улучшить состояние воздушного бассейна во дворах и снизить экологическую нагрузку на организм жителей мегаполиса, особенно детей, способствуя формированию здорового поколения. Кроме того, снижение числа автомобилей во дворах снизит дорожный травматизм и аварийность, облегчит рабо ту экстренных служб, коммунальных служб, а также улучшит эсте тичность наших дворов.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Вельтищев Ю.Е. Проблемы охраны здоровья детей России/ Ю.Е. Вель тищев// Российский вестник перинатологии и педиатрии, N1-2000, с.5-9.

2. Данилов-Данильян В.И. Экология, охрана природы и экологическая безопасность.- М.: МНЭПУ, 1997 г.

3. Иванов Е.П. Радионуклиды Чернобыля и вредные выбросы в окружаю щую среду – это смерть. Остается шанс.../ Е.П. Иванов//Семь дней, 16.01.93.

4. Кудрявцев И.А. Чистый воздух – это не роскошь, а средство жизнеобн спечения/ И.А. Кудрявцев//Автомикс, №37. - 2001.

5. Петров С.С., Петров С.В. Экологическая проблема в свете биологиче ской концепции общей патологии И.В. Давыдовского/С.С. Петров, С.В. Петров// Архив патологии, 1993, т.55, N 1.- c.3-6.

6. Поздняков А.А. Россияне страдают от автомобильных выхлопов боль ше, чем от ДТП/ А.А. Поздняков//НИ, 14.11. 7. Протасов В.Ф. Экология, здоровье и охрана окружающей среды в Рос сии.- М.: Финансы и статистика, 1999 г.

8. Пташекас Р.С., Пташекас Ю.Р. Проблема соотношения вероятностной и реальной экологической патологии/ Р.С. Пташекас, Ю.Р. Пташекас// Архив па тологии, 1992, т.54, N 11.- c.5-9.

9. Унтура Г.А. Проблемы организации здравоохранения в условиях повы шенных социальных и экологических рисков // Управление в здравоохранении России и США. Опыт и проблемы : сб. науч. тр. - Новосибирск, 1997. - С. 38-50.

УДК 614.2 : ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ ПЕРИНАТАЛЬНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ Сорокина С.Э.

10 клиническая больница, г. Минск Для оценки качества оказания перинатальной помощи в насто ящее время чаще всего используются интенсивные показатели пе ринатальной, неонатальной смертности и мертворождаемости [1, 2].

С развитием перинатальных технологий врачам акушерам гинекологам и неонатологам все чаще приходится решать вопрос о целесообразности родоразрешения при недоношенной беременно сти. При этом оцениваются как опасность пролонгирования бере менности для матери и для плода, так и уровни оказания акушерской помощи в родах и развития перинатальных технологий Для определения тактики ведения беременных женщин груп пы высокого риска и характеристики эффективности применяемых перинатальных технологий может применяться расчет вероятности гибели плодов с различной массой тела в родах и в раннем неона тальном периоде. Показатель может быть рассчитан как отношение суммы погибших в интранатальном и раннем неонатальном периоде к количеству плодов, живых перед началом родовой деятельности (разности родившихся живыми и мертвыми и антенатально погиб ших);

для удобства восприятия умножается на 1000 и выражается в промилле (‰).

Вероятность гибели плода в интранатальном и раннем неона тальном периодах (‰):

Количество погибших в интранатальном и раннем неонатальном перио дах х Количество родившихся живыми и мертвыми – количество погибших антенатально Вероятность гибели в родах и в раннем неонатальном периоде в Беларуси за последние 10 лет (с 2000 г. по 2010 г.) снизилась для недоношенных плодов с 76 ‰ до 17,4‰, в т.ч. для плодов с массой тела 500-999 г – с 655‰ до 152‰, с массой 1000-1499 г – с 151‰ до 26,5‰, при массе тела плода 1500-1999 г – с 60‰ до 14,4‰, для пло дов с массой 2000-2499 г – с 17‰ до 2,4‰. Для доношенных плодов показатель уменьшился с 2,3‰ до 0,66‰.

Значительное снижение показателя вероятности гибели пло да в родах и в раннем неонатальном периоде за прошедшие 10 лет демонстрируют высокую эффективность внедренных в Республике Беларусь за этот период перинатальных технологий. Кроме того, значения этого показателя свидетельствуют о достаточно высокой вероятности сохранения жизни плодов с различной, в т.ч. с низкой массой тела при рождении на протяжении раннего неонатального периода.

Для определения более долгосрочной перспективы выжи вания плодов, особенно с экстремально низкой массой тела, мож но использовать аналогичный показатель, учитывающий умерших не только в ранний неонатальный период, но и в неонатальный ( дней). Так, вероятность гибели недоношенных плодов в родах и в первые 28 суток жизни в 2010 г. составила 26‰, в т.ч. для плодов с массой тела 500-999 г – 223‰.

Данный показатель может использоваться для оценки эффек тивности протоколов ведения различных групп плодов, а также для оценки развития перинатальных технологий в разных учреждениях.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Бурдули Г.М., Фролова О.Г. Репродуктивные потери. - М.: Триада-Х, 1997. - 188 с.

2. Социальная медицина и организация здравоохранения: В 2 т./ В.А. Ми няев, Н.И. Вишняков, В.К. Юрьев, В.С. Лучкевич.- СПб.: Водолей, 1998.

УДК 618. ПРОГНОСТИЧЕСКАЯ ЗНАЧИМОСТЬ ВЫЯВЛЕНИЯ ЗАДЕРЖКИ ВНУТРИУТРОБНОГО РОСТА ПЛОДА Сорокина С.Э.

УЗ «10 городская клиническая больница», г. Минск, Беларусь Введение. Ультразвуковая фетометрия является объективным, доступным и достаточно точным методом определения размеров плода, а при нормотрофическом развитии плода – и срока беремен ности. Выявление отставания роста плода от нормативных значений свидетельствует о нарушении развития плода и о повышенном риске неблагополучного исхода беременности.

Цель исследования. Оценка информативности выявления за держки внутриутробного роста плода для прогнозирования течения беременности.

Материалы и методы. При скрининге измеряли бипарие тальный размер головы, средний диаметр животика и длину бедра плода. Для определения срока гестации по данным УЗ-фетометрии пользовались таблицами [1]. Соответствие массы тела и роста пло дов сроку гестации оценивалось по перцентильным кривым в преде лах 10-90 перцентилей [2]. Диагноз задержки внутриутробного ро ста плода устанавливался при выявлении отставания размеров плода от гестационного возраста на 2 недели и более.

Произведена оценка исхода беременности у женщин с вы явленным при ультразвуковом сканировании синдромом задержки внутриутробного роста плода. Кроме того, проанализирована ча стота выявления задержки внутриутробного роста плода по данным эхоскопического исследования при благополучном исходе беремен ности, при мертворождениях и при гибели ребенка в ранний неона тальный период (данные о количестве наблюдений в каждой группе приведены при описании результатов исследования).

Результаты и обсуждение. При рождении здоровых доношен ных детей с оценкой по шкале Апгар 7/8 баллов и выше и благопо лучным течением неонатального периода, ни в одном из наших на блюдений (n=373) не выявлено разницы более 2 недель беременности в сроках гестации, определяемых по данным женской консультации, результатам УЗИ накануне родов и зрелости плода при рождении.

При рождении недоношенных детей, масса тела и рост кото рых соответствовали сроку гестации, отмечалось полное совпадение сроков гестации по данным ЖК и УЗИ перед родами (n=76), т.е. ни в одном из наблюдений не было разницы в определении сроков более 1 недели.

При отставании размеров плода по данным УЗИ на 2 и бо лее недели (n=21;

средний срок отставания размеров от гестацион ного возраста 3,7±0,3 недели) частота мертворождений достигала 14±7,8%, родились в асфиксии (0-6 баллов по шкале Апгар) 81±8,8% детей, при этом лечения в ОИТР требовали 33±11% из числа рож денных живыми младенцев. Перинатальная смертность в этой груп пе составила 19±8,8%. У 2 мертворожденных плодов имелись ранее не диагностированные врожденные пороки развития: гипоплазия вилочковой железы и надпочечников и синдром Эдвардса. Здоровых детей в исследуемой группе не было. Масса тела родившихся плодов и детей была менее 10 перцентили в 67±10,5% случаях. Средняя мас са родившихся детей соответствовала 3-й перцентили, а рост – 10-й перцентили (в соответствии с данными [2]).

При анализе морфологического состояния плацентарно амниотических комплексов плодов с отставанием параметров фи зического развития по данным УЗИ (n=20, 1 послед не исследовал ся), частота выявления ФПН составила 95±5%: в 80±9,2% имелось нарушение процессов созревания плаценты, в т.ч. в 35±11% - пре ждевременное созревание;

в 20±9,2% – фиброз и склероз, в 20±9,2% – ангиоматоз, в 15±8,2% – фиброплазия стромы, в 10±7,1% – инфар кты плаценты. Инфекционное поражение последа имело место в 40±11,2% случаев.

В случаях гибели детей в ранний неонатальный период сопо ставление сроков гестации по данным ЖК, результатам УЗИ нака нуне родов и массе тела при рождении дало следующий результат:

средние сроки гестации по данным всех источников совпадали, а средняя масса тела плода соответствовала 50 перцентили (n=23).

Частота выявления СЗРП при УЗС женщин, беременность ко торых закончилась мертворождением (n=21), составила 23,8±9,3%, при этом у 9,5±6,6% имелась задержка роста плода на 4-5 недель и у такого же количества женщин – на 6-8 недель. Частота нормальных показателей фетометрии среди мертворожденных составила 66,7± 10,5% (9,5 ±6,6% - пограничные значения, разница 1-1,5 недели, что также должно расцениваться как фактор риска), при гибели плода в перинатальный период - 68,2±10,2%.

Выводы. Таким образом, использование фетометрии при УЗИ во время беременности для прогнозирования асфиксии плода и фетоплацентарной недостаточности характеризуется невысокой чувствительностью, но высокой положительной прогностической значимостью. Данный метод не может быть использован для ран ней диагностики нарушения состояния плода. Однако выявление задержки внутриутробного роста плода свидетельствует об очень высоком риске неблагополучного исхода беременности.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Стрижаков А.Н., Бунин А.Т., Медведев М.В.. Ультразвуковая диагно стика в акушерской клинике.- М.: Медицина, 1990. -236 с.

2. Prediction of preterm delivery by combined use of simple clinical tests/ A.Yoshinari, H.Isao, T.Koichi, T.Kenichi// J.Maternal-Fetal Med. 1999. Vol.8, N2.

C.70-73.

УДК 616-001.4-006-089:616-27:089-089. СРАВНЕНИЕ ТРАНСМЕМБРАННОЙ ДИАЛИЗИРУЮЩЕЙ АКТИВНОСТИ СОРБЦИОННЫХ СМЕСЕЙ Тюрюмин В.С.

Красноярский государственный медицинский университет им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого Кафедра общей хирургии Научный руководитель: д.м.н., проф. Винник Ю.С.

Лечение гнойных ран является одной из наиболее актуальных направлений современной гнойно-септической хирургии. В связи с этим важнейшим элементом местного лечения гнойных ран в после операционном периоде является дренирование. Центральное место в решении данной задачи занимает проблема дренирования послео перационных ран. Широкое распространение в настоящее время по лучили различные полупроницаемые дренажи, обладающие сорби рующим действием [3, 7, 8, 11, 14].

Сорбционные повязки впитывают раневой экссудат, который наряду с токсическими компонентами содержит факторы местной защиты и репарации, в том числе и клетки. Они разрушаются и гиб нут в условиях нефизиологического микроокружения. Сорбционные повязки вызывают дополнительную травму при повторных перевяз ках и не способны решать вопросы профилактики тканевого отека [2, 6, 9, 10].

Основной задачей, стоящей перед любой дренажной систе мой, является удаление с поверхности гнойной раны микроорга низмов и их токсинов, раневого отделяемого и продуктов тканевого распада [5, 12]. Применение диффузно-разделительных мембранных процессов в лечении гнойно-воспалительных заболеваний кожи и мягких тканей позволяет осуществлять коррекцию метаболического дисбаланса в пораженных тканях, удалять низко и среднемолекуляр ные токсические соединения и, в то же время, сохранять факторы регенерации и защиты организма от инфекции на раневой поверх ности [1, 4, 13].

Целью нашего исследования является определение наиболее оптимальной диализирующее сорбционной смеси, предназначенной для сорбционного трансмембранного диализа гнойных ран.

Задачей данного исследования являлось проведение сравни тельного анализ диализирующей активности различных сорбцион ных смесей при использовании полупроницаемой мембраны из син тетически модифицированной целлюлозы.

Материалы и методы. С целью определения удельной про изводительности полупроницаемой мембраны мы проводили транс мембранный диализ двух диализирующих смесей. В качестве контрольного диализирующего раствора мы использовали смесь, состоящую из 6 грамм энтеросорбента Полифепан и 60 мл 3% рас твора низкомолекулярного медицинского Поливинилпирролидо на (№1), а в качестве опытного диализирующего раствора смесь грамм энтеросорбента Полисорб МП, 40 мл раневого антисепти ка Октенисепта и 20 мл раствора Рингера-Локка (№2). В качестве мембранно-контролируемой диализирующей повязки мы исполь зовали мембранную повязку, состоящую из двух герметичных по лупроницаемых трубчатых мембран, герметично закрепленных на полихлорвиниловой трубке, диаметром 4 мм. В части трубки, нахо дящейся в полости мембран, сделаны по 4 отверстия, через которые полости мембранных капсул заполняют диализирующим раствором.

Свободные концы полихлорвиниловой трубки соединены между со бой тройным переходником, на свободном конце которого закреплен отрезок полихлорвиниловой трубки с установленным на ней зажи мом. Через данную трубку осуществляется замена диализирующе го раствора, по средствам шприца. После стерилизации мембран ную повязку заполняют диализирующим раствором и укладывают на раневую поверхность, после чего поверх мембранной повязки накладывали марлевые салфетки и фиксируют к поверхности кожи при помощи лейкопластыря. В качестве полупроницаемой мем браны мы использовали SMC-мембрану, изготовленную из синте тически модифицированной целлюлозы, с диаметром пор 2,7–3, нм, пропускающих вещества молекулярной массой до 12000- дальтон. С помощью 20 мл шприца, с закрепленным на его конце по лихлорвиниловой трубкой, которую вводили в полость полипропи леновой капсулы через отверстие на ее поверхности, осуществляли замену диализирующего раствора.

Мембранную повязку помещали в стеклянную колбу с ис ходной концентрацией раствора мочевины, после чего определяли концентрацию мочевины в растворе колбы и диализате каждый час в течение первых 6 часов и с интервалом в 3 часа в оставшиеся сутки, а так же определяли объем раствора, элиминированного из колбы за все время диализа.

Статистическая обработка полученных результатов была про ведена методом вариационной статистики с определением средней арифметической величины (М) и средней ошибки (m) для каждой группы. Нормальность распределения признака в вариационных ря дах определяли с помощью хи-квадрат критерий Пирсона. Для оцен ки нескольких групп использовался дисперсионный анализ. Оценка статистической значимости показателей и достоверности различий выборок производилась с учетом критерия Стьюдента, при уровне значимости не ниже р0,05.

Результаты и обсуждение. На первом этапе стендового опыта определяли производительность полупроницаемой SMC-мембраны для мочевины при использовании в качестве диализата смесь (№1).

Для этого мембранную повязку заполняли 60 мл 3% раствора низ комолекулярного медицинского Поливинилпирролидона и 6 грамм энтеросорбента Полифепан, и погружали в стеклянную колбу с исхо дной концентрацией раствора мочевины, составлявшей 30 мМоль/л (1,8 г/л). Замену диализирующего раствора в полости мембранной капсулы производили два раза в сутки.

Удельная производительность SMC-мембраной для мочевины составила 0,465±0,54 мг/ч·см2 в течение первого часа. По истечению двух часов диализа происходило выравнивание концентраций рас творов колбы и мембранной капсулы, что приводило к существенно му замедлению скорости диффузии – удельная производительность мембраны составила 0,14±0,05 мг/ч·см2.

На втором этапе стендового опыта определялась производи тельность полупроницаемой мембраны для мочевины при исполь зовании в качестве диализата смеси Полисорба МП и Октенисепта (№2). Для этого мембранную повязку с SMC-мембраной, заполняли смесью 6 грамм энтеросорбента Полисорб МП, 40 мл раневого анти септика Октенисепта и 20 мл раствора Рингера-Локка, после чего, ее погружали в стеклянную колбу с раствором мочевины аналогичной концентрации.

Удельная производительность мембраны для мочевины со хранялась на уровне 0,54±0,03 мг/см2·час и 0,41±0,06 мг/см2·час в течение всего времени диализа. Это позволило элиминировать из раствора в колбе 78 % исходного количества мочевины к 12 часам исследования и не производить замену диализата в течение суток.

На третьем этапе стендового опыта определяли сорбцион ную характеристику мембранных повязок, содержащих смесь По ливинилпирролидона и Полифепана (№1) и смесь Полисорба МП и Октенисепта (№2). Для этого две мембранные повязки прежнего начального объема и концентрации погружали в стеклянную колбу, с известным объемом 0,9% раствора NaCl, при этом колбу помеша ли в термостат при 370С. Через сутки проводили измерение объема раствора NaCl в стеклянной колбе, после изъятия из нее мембран ной капсулы.

Благодаря высокой осмотической активности диализирующе го раствора (№2) в мембранной повязке, объем NaCl в колбе к часам уменьшился на 50,4±5,7%, в то время как при использовании диализирующего раствора (№1) объем раствора в колбе к 20 часам уменьшился только на 26,5±2,3%.

Выводы. Таким образом, полученные результаты свидетель ствуют, о том, что использование в качестве диализирующего рас твора смеси 6 грамм энтеросорбента Полисорб МП, 40 мл раневого антисептика Октенисепта и 20 мл раствора Рингера-Локка в мем бранной повязке с использованием полупроницаемой мембраны из синтетически модифицированной целлюлозы, привело к увеличе нию удельной производительности SMC-мембраны для мочевины в 3 раза, за счет увеличения продолжительности диализа, а так же уве личить в 2 раза сорбционную активность диализата, за счет высокой осмотичности раствора, по сравнению с применением поливинил пирролидона. Применение в клинической практике данной смеси позволит увеличить активную трансмембранную сорбцию токсинов низко- и средне молекулярных масс и жидкости, содержащейся в ра невом экссудате, тем самым ускорит процесс заживления ран, что выразится в снижении количества койко-дней и уменьшении затрат ЛПУ на пребывание больных в стационаре.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Абаев, Ю.К. Перевязочные материалы и средства в хирургии / Ю.К.

Абаев // Вестн. хирургии. – 2004. – №3. – С. 83-87.

2. Войно-Ясенецкий, В.Ф. Очерки гнойной хирургии / В.Ф. Войно Ясенецкий. – М.: Медгиз, 1946. – 544 с.

3. Глухов, А.А. Применение новых технологий при лечении раневого процесса / А.А. Глухов, В.П. Глянцев, И.П. Мошуров // Воронежская областная клиническая больница: специализированная медицинская помощь: сб. науч. ст. – Воронеж, 1996. – С. 360-364.

4. Граков, Б.С. Полупроницаемые мембраны в лечении и профилактике хирургической инфекции / Б.С. Граков, Е.А. Селезов, А.Г. Швецкий. – Красно ярск: Изд-во Краснояр. ун-та, 1988. – 160 с.

5. Грязнов, В.Н. Использование гелевых сорбентов в экспериментальной и клинической хирургии / В.Н. Грязнов, Е.Ф. Чередняков, А.В. Черных. – Во ронеж: Б.и., 1990. – 88 с.

6. Ефименко, Н.А. Антибиотикопрофилактика и антибиотикотерапия основных форм хирургических инфекций: метод. рекомендации / Н.А. Ефимен ко, В.И. Хрупкин, П.Ф. Хвещук. – М.: ГВМУ МО РФ, 2002. – 50 с.

7. Заривчацкий, М.Ф. Использование Полисорба в хирургической прак тике / М.Ф. Заривчацкий // Применение Полисорба в медицине: матер. науч. практ. конф. – Пермь, 1997. – С. 31-33.

8. Карпун, Н.А. Опыт ранней послеоперационной сорбции энтеросорбен том Полисорб МП у больных с острым разлитым перитонитом / Н.А. Карпун, П.А. Гаев / Новое о Полисорбе. ЗАО «Полисорб»: сб. науч. ст. – Челябинск, 2001.

– С. 48-49.

9. Наумов, Н.В. Полупроницаемая мембрана в колопроктологии / Н.В.

Наумов, А.Г. Швецкий, Н.В. Рункелов. – Красноярск: Сибмед, 1999.– 90 с.

10. Светухин, A.M. Гнойная хирургия: современное состояние проблемы.

– 50 лекций по хирургии / A.M. Светухин, Ю.А. Амирасланов. – М.: МедиаМе дика, 2003 – 428 с.

11. Явися, А.М. Использование диффузионно-разделительных процессов на полупроницаемой мембране в лечении перитонита: автореф. дис.... канд. мед.

наук / А.М. Явися. – Красноярск, 1993. – 28 с.

12. Amass, W. A review of biodegradale polymers: uses, current developments in the synthesis and characterization of biodegradable polyesters, blends of biodegradable polymers and recent advances in biodegradation studies / W. Amass, A.

Amass, B. Tighe // Polymer. Int. – 1998. – Vol.47. – P. 89-144.

13. Carter, K. Hydropolymer dressings in the management of wound exudate / K. Carter // Br. J. Com. Nurs. – 2003. – Vol. 8, № 9. (Suppl). – P.10-16.

14. Dawes, E. A. The role and regulation of energy reserve polymers in мicroorganisms / E. A. Dawes, P. J. Senior // Adv. Microbiol. Physiol. – 1973. – Vol.10. – P. 10135-10266.

УДК 314. ОЖИДАЕМАЯ ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ ПРЕДСТОЯЩЕЙ ЖИЗНИ – КАК ИНДИКАТОР ДЕМОГРАФИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ В ОБЩЕСТВЕ Фаттахова Ч.С., Алексеев С.Н., Борознов Р.С., Цигвинцева Н.Е.

Ижевская государственная медицинская академия Кафедра общественного здоровья и здравоохранения Научный руководитель: к.м.н., ст. преп. Виноградова Т.В.

Цель. Провести анализ показателя ожидаемой продолжитель ности жизни среди населения РФ за 2006 - 2010гг.

Общепринятым интегральным показателем демографиче ских процессов в обществе является ожидаемая продолжительность предстоящей жизни, определяемая математическим путем по табли цам смертности (1.) Ожидаемая продолжительность предстоящей жизни – это ги потетическое число лет, которое предстоит жить поколению родив шихся в изучаемом году или поколению сверстников при условии сохранения на протяжении всей жизни этого поколения повозраст ных показателей смертности данного года.

С 2006 г. ожидаемая продолжительность жизни в России на чала заметно расти и составила в 2010 г. 69,0 года (в 2006 г. она рав нялась 66,6 года, в 2005 г. – 65,3 года) (Рис. 1). Тем не менее она оста ется низкой – на 7 лет меньше, чем в «новых» странах Евросоюза (ЕС;

это 10 стран: европейские страны бывшего соцлагеря и страны Балтии, вошедшие в ЕС после мая 2004 г.), и на 13 лет меньше, чем в «старых» странах ЕС (15 стран: Германия, Великобритания, Фран ция, Италия, Швеция и другие, входившие в ЕС до мая 2004 г.). Этот показатель также на 2,5 года меньше, чем был в Советском Союзе в 1985-1986 гг.

Источник: ЕРБ ВОЗ, Европейская база данных ЗДВ.

Рис. 1. – Динамика ожидаемой продолжительности жизни при рождении в Российской Федерации и странах Европейского Союза за период 1970-2010 гг.

К началу XXI столетия Россия вернулась по ожидаемой про должительности жизни примерно на тот же уровень отставания от развитых стран, что был в царской России в начале XX в., а у муж чин в сравнении со многими развитыми странами отличие стало даже большим, чем в 1900 г.

При этом следует отметить, что в России сохраняется ката строфическая (самая высокая в мире) разница между ожидаемой продолжительностью жизни мужчин и женщин - 12,5 года. Ключе вую роль в снижении ожидаемой продолжительности жизни населе ния РФ играет увеличение смертности людей трудоспособного воз раста, главным образом мужчин, которая в 2010 по сравнению с г. возросла более чем на 40%.

Имеются существенные различия в ожидаемой продолжи тельности жизни между населением субъектов РФ. Например, в Чи тинской, Амурской и Сахалинской областях этот показатель на 5- лет ниже, чем средний по России. Коэффициент общей смертности в ряде областей (Новгородской, Владимирской, Рязанской, Брянской, Курской) в 1,5 раза выше, чем в среднем по России.

Ожидаемая продолжительность жизни сельского населения оказалась в 2010 г. ниже, чем городского, на 2,6 года, а смертность – выше почти на 20%. При этом разница в ожидаемой продолжитель ности жизни населения в городе и на селе возросла с 1986 г. к 2010 г.

на 1,5 года (в 1986 г. эта разница составляла чуть более одного года).

Связано это как с поведенческими факторами (употребление алкого ля), так и с меньшей доступностью медицинской помощи в сельской местности.

В России самый большой в мире разрыв в ожидаемой про должительности жизни мужчин и женщин (12,5 лет), что свидетель ствует о преимущественном влиянии специфических поведенческих факторов.

Так, по данным ВЦИОМ (2005), мужчины в России употре бляют алкоголь в 6 раз больше, чем женщины, а распространенность курения среди них выше в 4 раза, причем мужчины выкуривают в среднем 16 сигарет женщины – 11 (2.).

Хотя женщины в России и живут гораздо дольше мужчин (ожидаемая продолжительность жизни женщин в 2010 г. – 73,9 муж чин – 63,0), состояние их здоровья значительно хуже, чем у житель ниц стран ЕС, а ожидаемая продолжительность жизни в среднем соответственно на 9,2 и 4,5 лет меньше, чем у женщин, живущих в «старых» и «новых» странах ЕС.

В течение последующих лет состояние здоровья населения России, в частности, по важнейшим демографическим показателям и, в том числе, по ожидаемой продолжительности предстоящей жиз ни сложилось положение, в силу своей масштабности и безпрецен дентности не могущие не вызывать оправданной озабоченности не только органов управления отраслью, но и государственных инсти тутов и широкой общественности (3.).

Заключение. Если не будут приняты дальнейшие меры по увеличению продолжительности жизни, то по пессимистичным сце нариям Росстата численность населения страны сократится к году на 12% и составит 127,4 млн человек. Такая депопуляция на огромных территориях России представляет угрозу национальной безопасности (4.).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Айвазян А. Прикладная статистика и основы эконометрики / А. Айва зян, В.С. Мхитарян // ЮНИТИ, М, 1998. – 217с.

2. Комаров Ю.М. Что нас ожидает в следующем поколении: прогноз здо ровья населения России на 2040 год / Ю.М Комаров // Экономика здравоохране ния.- 1997. - №12/24. – С.19-24.

3. Стародубов В.И. прогноз развития системы здравоохранения Россий ской Федерации / В.И. Стародубов // Менеджер здравоохранения. – 2004. - №2. с.4-10.

4. Щепин О.П. Здоровье населения Российской Федераии: Проблемы и перспективы / О.П Щепин. // Вест. РАМН. – 1996.- №6.- с.11-15.

УДК 314.484(470) АНАЛИЗ И ПРОГНОЗ ДЕМОГРАФИЧЕСКИХ ТЕНДЕНЦИЙ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Фаттахова Ч.С., Алексеев С.Н., Борознов Р.С., Цигвинцева Н.Е.

Ижевская государственная медицинская академия Кафедра общественного здоровья и здравоохранения Научный руководитель: к.м.н., ст. преп. Виноградова Т.В.

Цель. Провести анализ основных демографических показате лей здоровья населения РФ с 1992 по 2010гг.

По данным Росстата населения России на 01.01.2009г. соста вило 141,9 млн. человек, на 01.01.2010г. – 141,8млн. человек;

из них трудоспособное население - 63%, дети от 0 до 15 лет – 16%, лица старше трудоспособного возраста (мужчины старше 60 лет и жен щины старше 55 лет) – 21%. Численность населения страны, начи ная с 1992 г., постоянно сокращается, особенно ускоренно – с 1998г.

по 2005г.: около 700 тыс. в год. Общий коэффициент смертности (число умерших от всех причин на 1000 человек) в 2010 г. составил 14,1, в 2008г составил – 14,7, что практически столько же, сколько и в 2007 г. (14,6), и меньше, чем в 2006 г. (15,2) и в 2005 г. (16,1) (Рис.

1.). Тем не менее общий коэффициент смертности остается в 1, раза выше, чем в «новых» странах ЕС (ЕС;

это 10 стран: европей ские страны бывшего соцлагеря и страны Балтии, вошедшие в ЕС после мая 2004 г.), и на 13 лет меньше, чем в «старых» странах ЕС (15 стран: Германия, Великобритания, Франция, Италия, Швеция и другие, входившие в ЕС до мая 2004 г.)., и в 1,6 раза выше, чем в «старых» странах ЕС. Следует отметить, что в 1986 г. смертность в России была ниже, чем в «новых» странах ЕС, и такой же, как в «старых» странах ЕС;

общий коэффициент смертности в те годы в РФ равнялся 10,5.


Источник: ЕРБ ВОЗ, Европейская база данных ЗДВ.

Рис. 1. – Динамика общего коэффициента смертности в Российской Федерации и странах Европейского Союза за период 1970-2010 гг.

Показатель младенческой смертности имеет более благопри ятную тенденцию. На рисунке 2 представлена динамика коэффици ента младенческой смертности (число умерших в возрасте до 1 года на 1000 родившихся живыми). Этот показатель постоянно улучша ется и в 2007 г. составил 9,4, однако остается в 1,3 раза выше, чем в «новых» странах ЕС, и в 2,4 раза выше, чем в «старых» странах ЕС. Следует учесть, что показатель младенческой смертности в РФ учитывает смертность родившихся с массой тела 1 кг и выше, а в европейских странах – от 0,5 кг. Таким образом, при переходе в РФ на учет младенческой смертности по европейской методике этот по казатель окажется еще выше, чем сегодня.

Источник: ЕРБ ВОЗ, Европейская база данных ЗДВ.

Рис. 2. – Динамика коэффициента младенческой смертности в Российской Федерации и странах Европейского Союза за период 1970-2010 гг.

Сокращение младенческой смертности могло быть более зна чительным, однако оно сдерживается неблагоприятными тенденция ми в репродуктивном здоровье населения России. Из 4 млн. девушек в возрасте от 16 до 18 лет (будущие матери), по экспертным оценкам, абсолютно здоровыми являются 3-20%, остальные страдают теми или иными заболеваниями (в том числе злоупотребляют алкоголем и при нимают наркотики), которые влияют на репродуктивную функцию женского организма (1.) В структуре причин младенческой смертности более 2/3 случаев смерти приходится на перинатальный период и врож денные аномалии, т.е. на заболевания, связанные со здоровьем матери.

Демографическая ситуация в стране усугубляется сокращением рождаемости. На рисунке 3. продемонстрирована динамика коэффи циента рождаемости (число родившихся живыми на 1000 населения в год) в России и странах ЕС. В нашей стране в период с 1987 по 1999 г.

коэффициент рождаемости уменьшился более чем в 2 раза (с 17,2 до 8,3), однако в 2007-2008 гг. он заметно вырос и достиг соответственно 11,3 и 12,1 (в 2006 г. – 10,4, 2005 г. – 10,2), превысив данный показатель в странах ЕС. В 2010 г. он составил 12,6. Во многом эта положитель ная динамика связана с демографической политикой и мероприятиями, реализованными в национальном проекте «Здоровье» в 2006-2008 гг., а не только с увеличением числа женщин детородного возраста.

Источник: ЕРБ ВОЗ, Европейская база данных ЗДВ.

Рис. 3. – Динамика общего коэффициента рождаемости в Российской Федерации и странах Европейского Союза за период 1980-2010 гг.

Суммарный коэффициент рождаемости (число детей, рож денных в среднем одной женщиной за весь репродуктивный период с 15 до 49 лет) в 2006 г. составил 1,3. Чтобы обеспечить воспроизвод ство населения суммарный коэффициент рождаемости должен рав няться 2,14. В «старых» странах ЕС он составляет в среднем 1,56, в «новых» – 1,3. Во Франции за счет эффективной демографической политики он повысился до 1,92, а в США равен 2,1.

Динамика изменения возрастной структуры населения России характеризуется уменьшением числа лиц молодого возраста и ростом возрастной группы 60 лет и старше. Причины этого кроются в низ ком за последние 15 лет коэффициенте рождаемости и более высоких его показателях в 70-80-е годы прошлого столетия. 20 лет назад дети в возрасте до 15 лет составляли около 25% населения России, а на долю лиц 60 лет и старше приходилось 14%. Сейчас доля детей до лет снизилась до 16%, а доля лиц 60 лет и старше возросла до 21%.

В 1991 г. число умерших превысило число родившихся;

в пе риод до 2005 г. это превышение в среднем составляло 690-940 тыс.

человек, или 0,48-0,66% от всего населения страны, и только в и 2008 гг. эта величина снизилась до соответственно 470 и 363 тыс., или до 0,3 и 0,26%. (3.). В 2010 г. – 166 тыс.

Следует отметить, что в период 2000-2006 гг. миграционный прирост позволял компенсировать не более 10-20% естественной убыли населения страны. Ситуация улучшилась только в 2007 и гг., когда за счет ежегодного миграционного прироста на 240 тыс.

человек замедлилось сокращение численности населения страны.

В 1991-2005 гг. демографические показатели в стране посто янно ухудшались: росла смертность по всем классам причин, сни жалась ожидаемая продолжительность жизни, в то время как в стра нах ЕС эти показатели улучшались. Рождаемость в период с 1991 по 2000 г. неуклонно падала, а с 2000 г. начался ее рост. Но, поскольку коэффициент рождаемости в России в 1,3 раза меньше, чем общий коэффициент смертности, при относительно невысоком уровне ми грации идет существенное сокращение численности населения стра ны. Все это происходит на фоне неуклонного увеличения доли по жилого населения и сокращения доли детей.

Анализ причин смертности по возрастным группам и классам причин показал, что рост смертности населения произошел преиму щественно за счет роста смертности трудоспособного населения и от предотвратимых причин - болезней системы кровообращения и внешних причин смерти. Более половины этих смертей связано с из лишним употреблением алкоголя и одна пятая – с широким распро странением табакокурения.

Только в 2006-2007 гг. благодаря ПНП «Здоровье» наметилось определенное улучшение. Это демонстрирует важность проводимых мероприятий в здравоохранении и доказывает необходимость их су щественного расширения (2).

Заключение: если не будут предприняты дальнейшие меры по снижению смертности населения и увеличению рождаемости, то по пессимистичным сценариям Росстата численность населения страны сократится к 2020 г. на 5,3 млн человек и составит на начало 2021 г. 136,7 млн человек, а к началу 2031 г. число россиян сокра тится на 12% и составит 127,4 млн человек. Такая депопуляция на огромных территориях России представляет угрозу национальной безопасности и может привести к нестабильности и резкому ухуд шению управления страной. Экономический рост замедлится, так как он существенно зависит от роста числа здоровых и обученных лиц трудоспособного возраста и от числа здоровых лиц трудоспо собного возраста, способных к активному труду.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Горбунов В.А. Социально-гигиеничексий мониторинг на уровне пер вичного звена медицинской помощи и его значения для профилактических меро приятий/ В.А.Горбунов // Экономика здравоохранения.- 2000.- №11/49.- с.10-14.

2. Гасников В.К, Динамика здоровья и здравоохранения Удмурт ской Республики за годы реформ. / В.К Гасников и соавт. // Информационно аналитический сборник, выпуск 5 – Ижевск, 2005. С.105.

3. Щепин О.П. Здоровье населения Российской Федерации: Проблемы и перспективы / О.П. Щепин. // Вест. РАМН. – 1996.- №6.- с.11-15.

УДК 616.716.8+617.52-085:615. ПЛЮСЫ И МИНУСЫ СТАНДАРТНОГО ПОДХОДА ПРИ ЛЕЧЕНИИ ВОСПАЛИТЕЛЬНЫХ ЗАБОЛЕВАНИЙ ЧЕЛЮСТНО-ЛИЦЕВОЙ ОБЛАСТИ Федотов В.В., Загородних Е.С.

Красноярский государственный медицинский университет им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого Кафедра-клиника хирургической стоматологии Научный руководитель: к.м.н., доц. Маругина Т.Л.

Актуальность проблемы. В связи с существенным ростом частоты воспалительных заболеваний слизистой оболочки полости рта и челюстно-лицевой области, вызываемых антибиотико-резис тентными штаммами бактерий, рациональный выбор антибактери альных средств для системной терапии приобретает все большее значение в стоматологии и челюстно-лицевой хирургии[1,4].

Несмотря на успехи медицинской науки в разработке новых эффективных антибиотиков, методов местного и общего лечения флегмон, эта проблема не только не стала менее актуальной, но и приобрела особую значимость в современных условиях. Это связано с изменениями в этиологической структуре гнойно-воспалительных заболеваний, усилением вирулентных свойств микроорганизмов, по явлением штаммов с высокой полирезистентностью к большинству из имеющихся антибиотиков, модификацией биологических свойств патогенов. Известно, что воспалительные заболевания челюстно лицевой области имеют полимикробную этиологию[2,3].

Ограниченный перечень лекарственных препаратов не всегда способствует рациональному назначению антибактериальной терапии.

Цель. Оптимизация формулярного перечня антибактериальных препаратов в условиях отделения челюстно-лицевой хирургии Крае вой Клинической больницы г. Красноярска, на основании результатов мониторинга микрофлоры и уровня ее антибиотикорезистентности.

Задачи:

Провести анализ микрофлоры гнойных ран по результатам микробиологического исследования.

Проанализировать перечень антибактериальных средств, вхо дящих в реестр ФОМС.

Дать рекомендации для расширения перечня препаратов при лечении различных нозологических форм.

Материалы и методы. 60 историй болезни у которых в про цессе лечения проводился бактериологический контроль. В зависи мости от нозологии больные распределены на группы: флегмоны ЧЛО – 24, фурункулы – 22, абсцессы – 7, карбункулы – 1, травмати ческие остеомиелиты нижней челюсти – 6.

Результаты. Проанализировано 60 историй болезни больных воспалительными заболеваниями челюстно-лицевой области с под твержденной бактериальной природой инфекции. Основными диа гнозами явились флегмона – с частотой встречаемости 40%, фурун кул 38%, абсцесс 11%, травматический остеомиелит нижней челюсти 10%, карбункул – 1%. Основными возбудителями инфекций ЧЛО яви лись Грам(+) бактерии, обнаруженные более чем в 91% случаев, в 6% случаев обнаружены Грам(-) возбудители, в 4% случаях – C. Glabrata.

Среди Грам(+) флоры наибольший удельный вес составляют стафи лококки, обнаруженные в 65% случаев. На втором месте по частоте обнаружения стрептококки – 21% случаев, энтерококки обнаружены в 11% случаев. Обнаружены Грам(-) возбудители: A. Baumanni, K.

Pneumonia и P. Aeruginosa. В 32% случаев обнаружены микробные ассоциации. В 61% выделенные штаммы S. Aureus устойчивы к пе нициллинам, в 11% устойчивы к оксациллину. Штаммы S. Pyogenes в 23% случаев устойчивы к линкозамидам, эритромицину, в 13% устойчивы к левофлоксацину. В 22% случаев P. Aeruginosa устой чивы к гентамицину и амикацину. Основным антибиотиком при ле чении инфекций челюстно-лицевой области явился: линкомицин, назначенный в 81% случаев, несмотря на высокую резистентность микроорганизмов к данному препарату. Наиболее эффективны ока зались цефалоспорины I и III поколений, назначенные в 15% случаев (цефазолин в 9% и цефтриаксон в 8%).

Выводы: Основными возбудителями инфекций челюстно лицевой области в стационаре явились стафилококки с высоким уровнем резистентности к линкозамидам, пенициллинам, растет резистентность к новым классам «респираторных» фторхинолонов, в 10% – MRSA. Эмпирическая антимикробная химиотерапия за труднена, так как в возникновении и развитии большинства форм одонтогенной инфекции участвует не один возбудитель, а микроб ные ассоциации. Нередко стоматологи имеют недостаточно знаний об их структуре при той или иной патологии, в частности выбор линкомицина, не соответствует современным клиническим требова ниям. Инфекции, вызванные резистентными штаммами, отличаются длительным течением, чаще требуют госпитализации и увеличива ют продолжительность пребывания в стационаре, ухудшают прогноз для пациентов. При неэффективности препаратов выбора приходит ся использовать средства второго или третьего ряда, которые, зача стую, более дороги, менее безопасны и не всегда доступны. Все это увеличивает прямые и непрямые экономические затраты, а также по вышает риск распространения резистентных штаммов в обществе.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Робустова Т.Г. Современная клиника диагностика и лечение одонтоген ных воспалительных заболеваний / Т.Г. Робустова // Российский стоматологиче ский журнал. – 2003. - № 4. – С.11–16.;

2. Тимофеев А.А. Особенности клинического течения одонтогенных вос палительных заболеваний челюстей и мягких тканей / А.А. Тимофеев // Совре менная стоматология. – 2006. – №2. – С. 88-95.;

3. Фомичёв Е.В. Современные особенности этиопатогенеза и клиники гнойно-воспалительных заболеваний челюстно-лицевой области / Е.В. Фомичев, М.В.Кирпичников, Ефимова Е.В. // Вестник ВолГМУ. – 2007. – № 2 (22). – С. 17-20.;

Чернышев В.Н. Задачи валеологии в реализации стратегии ВОЗ «Здоро вье для всех в XXI столетии» / Чернышев В.Н., Тлепцеришев Р.А., Элланский Ю.Г., Харламов Е.В. // Валеология. – 2001. - № 3. - С. 6-12.

УДК 616.988.25-002.954.2 : 614.44 (571.150) МОНИТОРИНГ ЗАБОЛЕВАЕМОСТИ ОСТРЫМИ КИШЕЧНЫМ И ИНФЕКЦИЯМИ РОТАВИРУСНОЙ ЭТИОЛОГИИ НАСЕЛЕНИЯ АЛТАЙСКОГО КРАЯ Халяпин Е.Б.

Алтайский государственный медицинский университет Кафедра эпидемиологии Научный руководитель: проф. Лукьяненко Н.В.

Введение. В настоящее время в Алтайском крае является ак туальной проблема высокой заболеваемости острыми кишечными инфекциями ротавирусной этиологии.

Целью данной работы явилось выявление особенностей эпидситуации заболеваемости острыми кишечными инфекциями ротавирусной этиологии среди городского и сельского населения Алтайского края.

В соответствии с целью были сформулированы задачи:

1. Анализ многолетней динамики заболеваемости ОКИ город ского и сельского населения Алтайского края в 2007-2010 гг.

2. Ранжирование административных районов Алтайского края по уровням заболеваемости ОКИ в 2007-2010 гг.

3. Определение сезонности заболеваемости ОКИ населения Алтайского края в 2007-2010 гг.

4. Анализ возрастных контингентов заболеваемости ОКИ го родского и сельского населения Алтайского края в 2007-2010 гг.

Материалы и методы. Для решения поставленных задач был использован метод ретроспективного эпидемиологического анали за. Статистические данные предоставлены ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Алтайском крае». Интенсивные показатели заболе ваемости рассчитаны на 100000 населения.

Результаты. В промежуток времени с 2007 по 2010 год за болеваемость ОКИ ротавирусной этиологии в Алтайском крае имеет тенденцию к росту. В 2007 году показатель заболеваемости по краю составлял 10,56 на 100 тыс. населения. В 2010 году этот же показа тель составил 56,63 на 100 тыс. населения (увеличение в 5,35 раза).

При оценке картограмм выявлено, что заболеваемость остры ми кишечными инфекциями ротавирусной этиологии на территории Алтайского края распространена повсеместно. Для Алтайского края был рассчитан эпидпорог заболеваемости ОКИ ротавирусной этио логии, который составил 70,9 на 100000 населения. По имеющимся данным, эпидпорог превышает заболеваемость в городах Барнауле (74,7 на 100 тыс.) и Заринске (143,6 на 100 тыс.), а также в Бурлин ском (89,2 на 100 тыс.) и Косихинском (72,9 на 100 тыс.) районах.

Также в одиннадцати районах Алтайского края отмечена высокая за болеваемость (от 28,51 до 70,89 на 100 тыс.), не превышающая эпид порога. Самую большую группу (36 районов) составляют районы с низкой заболеваемостью ОКИ ротавирусной этиологии (от 0 до 9, на 100 тыс.). В остальных 14 районах, в том числе городах Бийске, Славгороде и Новоалтайске показатель заболеваемости находится в пределах от 9,12 до 28,50 на 100 тыс. населения, что определяется как средняя заболеваемость.

Для заболеваемости населения Алтайского края ОКИ рота вирусной этиологии характерна выраженная зимне-весенняя сезон ность. Пик заболеваемости приходится на апрель.

Согласно имеющимся данным, на территории Алтайского края ОКИ ротавирусной этиологии страдают преимущественно дети до 14 лет (показатель заболеваемости за последние 4 года – 233,75 на 100 тыс.). Подростки 15-17 лет болеют реже, показатель заболевае мости за тот же временной промежуток для них составил 3,1025 на 100 тыс. Показатель заболеваемости для взрослых за 4 года составил 2,6625 на 100 тыс.

Выводы. Таким образом, заболеваемость ОКИ ротавирусной этиологии на территории Алтайского края имеет тенденцию к росту.

В 11 административных районах Алтайского края отмечена высокая заболеваемость ОКИ ротавирусной этиологии. В 4 админи стративных районах Алтайского края, том числе и в городах Барнау ле и Заринске заболеваемость ОКИ ротавирусной этиологии превы шает рассчитанный эпидпорог.

ОКИ ротавирусной этиологии на территории Алтайского края имеет выраженную зимне-весеннюю сезонность.

Анализ возрастных контингентов заболеваемости ОКИ рота вирусной этиологии показал, что ОКИ ротавирусной этиологии на территории Алтайского края страдают преимущественно дети до лет.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Львов Д.К., Колобухина Л.В. Ротавирусные инфекции // Медицинская вирусология / под ред. акад. РАМН Д.К. Львова. М.: Медицинское информацион ное агентство, 2008. С. 372–375.

2. Черкасский Б.Л. Руководство по общей эпидемиологии.- М.: Медици на, 2001.- 559с.: ил. Шифр 616.9 (02) Ч- УДК 614.2:616. НОРМАТИВНОСТЬ ПОВЕДЕНИЯ КАК ФАКТОР РИСКА ЗАБОЛЕВАЕМОСТИ ОРГАНОВ МОЧЕПОЛОВОЙ СИСТЕМЫ Худоногов И.Ю., Олейник А.Ю.

Ростовский государственный медицинский университет Кафедра общественного здоровья и здравоохранения № с курсом истории медицины Научный руководитель: д.м.н., проф. Элланский Ю.Г.

В Российской Федерации за последние годы отмечается зна чительное упрощение культурного контекста нации [1]. Истори ческие особенности существования России заключаются в том, что более 70 лет тоталитарная государственная система, используя мощную идеологическую надстройку, принудительно сдерживала на нашей территории реализацию общемировых примитивистских тенденций, поражающих культурное пространство всех индустри альных держав. На Западе указанный процесс реализуется в течении столетий посредством разрушения некогда доминирующих религи озных убеждений, национальных обычаев, традиций и ритуалов и воспринимается населением как норма. В России соответствующие преобразования отмечаются на протяжении лишь последних 20 лет и носят обвальный характер. Достаточно вспомнить волну негодо вания широких слоев населения в связи с реформой образования, в результате которой будет утрачен значительный сегмент системы воспитания [2]. То, что происходит сегодня в сфере народного об разования свидетельствует не столько о стремительной деградации культурного пространства россиян, сколько о «синдроме обкрадыва ния» подрастающих поколений в информационно-воспитательном, интеллектуальном и морально-этическом отношении. Кроме того приходится констатировать ценностную дезориентацию населе ния, отсутствие продуманного социально направленного механизма формирования позитивных стереотипов поведения личности, в том числе и в отношении собственного здоровья. Безальтернативной до минантой жизненных ценностей и поведенческих приоритетов ста новится материальное благополучие. Утрачивается нормативность поведения населения, и этот сложный медико-социальный процесс достаточно отчетливо проецируется на общественное здоровье в целом и на заболеваемость органов мочеполовой системы (МПС) в частности. Необходимо признать, что в современной научной лите ратуре мало работ, посвящённых рассматриваемой проблеме. При этом данные официальной статистики свидетельствуют об увеличе нии частоты заболеваний МПС настолько, что она переместилась на 3-е ранговое место в структуре общей и первичной заболеваемости взрослого населения, пропустив вперед лишь заболевания органов дыхания и кровообращения [3].

Все вышесказанное определило цель нашей работы, которая состояла в установлении взаимосвязи между нормативностью пове дения и уровнем урологической заболеваемости.

Для достижения указанной цели мы изучили: частоту заболе ваний МПС в группах респондентов с различной степенью норматив ности поведения;

комплекс социально-экономических, социально психологических факторов, оказывающих влияние на состояние органов МПС;

репродуктивную активность участников опроса.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.