авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

«В.А. Сергиенко СтАробельчАне В локАльных ВойнАх Луганск издательско-полиграфический центр ООО “Элтон – 2” ...»

-- [ Страница 3 ] --

В 2 часа ночи 21 августа 1968 года части дивизии пересекли венгеро-чехословацкую границу. Автомобильный мост, по мнению специалистов, мог не выдержать нагрузки при пропуске танков, и танковую колонну пустили по железнодорожному мосту. На одном из танков слетела гусеница, и его сбросили с моста в реку Дунай.

Танковая колонна продолжила движение, рассредотачиваясь при выезде с моста.

Александр вместе с рембатом пересек Дунай по наведенному инженерным батальоном понтонному мосту. “При движении мост качался, – вспоминает Александр Михайлович, – и ощущение было не из приятных. Но все автомобили через него прошли без каких либо происшествий. Потом мы узнали от саперов, что стационар ный мост через Дунай был заминирован”.

 Танковый полк остановился в лесопосадке у города Брно, грани чащим с ФРГ. Во избежание кровопролития предстояло разоружить Чехословацкую армию, которая была под полным влиянием мятеж ников. “Мы подъезжали к Чехословацким военным городкам, окру жали их и предлагали сдать оружие. – Вспоминает Александр Ми хайлович. – Иногда это удавалось, а чаще встречали вооруженное сопротивление. Тогда из танков делали несколько орудийных вы стрелов в воздух, снимали часовых и врывались в казарму. Оружие там, как правило, не применяли. Я со своего автомата не выстрелил ни разую Достаточно было обмотанного вокруг руки солдатского кожаного ремня, чтобы вразумить непонятливых. Обезоруженных чехословацких военнослужащих отправляли по домам”.

После того, как танковый полк выполнил поставленную зада чу на территории прилегающей к городу Брно, через две недели его перебросили в другой район к городу Джебич. Смешанная танковая и автомобильная колонна в пути следования встретилась с прово кационными действиями местного населения. Они обстреливали машины. Гибли водители и перевозимые под брезентовым тентом солдаты. Подбегали к танкам, кирками пробивали бочки с соляр кой и поджигали. При возгорании двигателя срабатывала автома тическая система тушения, а горящий корпус приходилось тушить вручную. Редко поблизости была вода. Сбивали пламя солдатски ми бушлатами, приходившими потом в негодность. “С колокольни работал снайпер, – вспоминает Александр Михайлович, – он успел уложить с десяток наших ребят. Ничего не стоило выстрелом из танкового орудия снести эту колокольню вместе со снайпером, но это была православная церковь. Разрушение культового сооружения могло вызвать ненависть к нам со стороны единоверцев. Мы ведь тоже православные, хотя и атеисты. На уничтожение снайпера бро сили отделение разведчиков, и через 10 минут огневая точка была уничтожена”.

У города Джебич танкисты остановились в лесу. Обустроили палаточный городок, развернули полевую армейскую кухню, хле бопекарню. Автоклуб ежедневно демонстрировал кинофильмы.

Постепенно налаживались отношения с населением прилегающих населенных пунктов.

 Однажды, Александр вместе с другом Виктором Ткачевым ре шили прогуляться по лесу, полюбоваться природой. “Мы были с автоматами, - вспоминает Александр Михайлович, - на поляне мы увидели двух женщин, пытавшихся накосить травы. У них это не получалось. Мы подошли, поздоровались, наносили клевера и уло жили в лантух. Узел был тяжелым, и мы помогли вынести его на опушку леса. По дороге познакомились. Это были мать и дочь по фа милии Вовковы. Дочь звали Маришка. Она была хороша собой. Идти в населенный пункт нам было запрещено, и мы попрощались”.

Не все население было враждебно настроено к Советской Ар мии. Многие одобряли действия Советского Союза в борьбе с Че хословацкой контрреволюцией. В палаточный городок пришла делегация чешских коммунистов, и в ее составе были мама и отец Маришки. Через два дня в расположение рембата пришла Маришка с 10-летним братом. Они искали Александра Чепеля и нашли. “Мы посидели на лавочке, поговорили, обменялись адресами. – Вспоми нает Александр Михайлович. – Я подарил Маришке фотографию, где был снят с младшим братом Михаилом. В армейском магазине я купил две шоколадки и угостил Маришку и ее брата. Вечером мы вместе смотрели кино. Проводить домой я девушку не мог. Запре  щалось. Через три дня Маришка с братом пришли снова. В руках у них были большая коробка с тортом. Торта хватило на десятерых моих сослуживцев. Он был с орехами и очень вкусный. Маришка приготовила его сама. Больше мы с ней не виделись. Танковый полк готовился к передислокации обратно в Венгрию”.

Были и курьезные случаи в жизни палаточного городка. В ра цион питания военнослужащих входило мясо. Холодильников в по левых условиях не было, вот и решили тыловики организовать на окраине городка небольшую свиноферму. Выкопали яму, обгороди ли ее хворостом и запустили туда привезенных с Венгрии свиней.

Отходов от столовых для их кормления хватало. Но свиньи есть сви ньи. Примитивного ограждения для них недостаточно. На вторую ночь небольшой кабан прорыл под изгородью отверстие и вышел на волю. Часовой услышал шуршание в кустах. На окрик “Стой, кто идет?”, шуршание не прекратилось. Не затих перемещающийся шо рох и на предупреждение “Стой, стрелять буду!”. После предупре дительного выстрела часовой сделал несколько очередей по кустам.

Утром обнаружили возле кустов раненого кабана. Александр Чепель дорезал его, так как уже имел опыт резника. К обеду в офицерской и солдатской столовых была свежая свинина.

В конце ноября танковый полк передислоцировался обратно в Венгрию. У Александра остались воспоминания об участии в подав лении мятежа в ЧССР. Командир полка наградил ефрейтора Чепе ляА.М. почетной грамотой, а министр обороны Маршал Советского Союза Гречко всему личному составу дивизии объявил благодар ность “За выполнение интернационального долга по защите социа листических завоеваний в Чехословакии”.

Александр с тоской вспоминал о Маришке. “Почему она больше не пришла?”Думал он. Потом выяснил, что в связи с очередными провокациями со стороны контрреволюционеров, командование за претило пропускать в городок местное население. Александр тос ковал, и мечтая о том, что после службы по туристической путев ке поедет в Чехословакию и найдем Маришку. Не смогла развеять тоску и молодая, красивая венгерская цыганка, пытавшаяся завлечь Александра, когда тот, заливал воду в радиатор машины на окраине Веспрена.

Наверное, тосковала об Александре и Маришка. По данному Александром адресу она прислала несколько писем на Родину Алек сандра, в село Титаровка. Младшая сестра Люба отвечала на эти письма, но Александру о весточках Маришки не сообщила. Родите ли решили тогда, что не стоит бередить душу сыну, заканчивавше му службу в Венгрии. О письмах Маришки Александр узнал спустя много лет.

Александр с отцом Михаилом Андреевичем Чепель - участником боевых действий в Великой Отечественной войне В феврале 1969 года ефрейтор Чепель А.М. уволился в запас.

Работая сварщиком в различных организациях района. В 1985 году был на заработках в старательской артели Магаданской области.

Люди мыли золото, а Александр Михайлович ремонтировал техни ку. Работал на строительстве газопровода в селе Марковка. Закончил свою трудовую деятельность в Титаровской колхозной мастерской.

Работал под руководством своего одноклассника по учебе в школе Анатолия Королева. Перенес инсульт. Пришлось преждевременно прекратить трудовую деятельность.

Сейчас книголюб, рыбак и грибник Александр Михайлович с женой Татьяной Семеновной живут в селе Половинкино в собствен ном доме. Живут вдвоем, ожидая приездов детей и внуков.

радовал украинским борщом Младший сержант ЧереДНиК Василий Дмитриевич с 21 августа по 25 октября 1968 года был командиром хозяйственного взвода в 77-м отдельном ремонтно-восстановитель ном батальоне, базировавшемся у города Брно и города Джебич Начинал свою службу Василий в городе Кривой Рог. Там он про шел курс молодого бойца и принял Военную Присягу. 6 сентября 1966 года рядовой Чередник прибыл для прохождения дальнейшей службы в городе Веспрем, Венгерской Народной республики. В учеб ном подразделении танкового полка он прошел подготовку на меха ника-водителя тяжелых танков. Долго управлять грозной ма шиной не пришлось. Старшина Булгаков, родом из Луганска предложил Василию перейти служить в хозяйственный взвод.

В службе тылового обеспечения в течении месяца Василий рабо тал сапожником. Строевую подготовку с танкистами на плацу про водили часто, сапоги не выдерживали, и работы у сапожника было много. Пришлось ремонтировать сапоги и своему земляку из села Титаровки Александру Чепелю. Василий и Александр часто обща лись, помогая друг другу преодолевать тяготы армейской службы.

Василий работал добросовестно, выполняя любые поручения начальников. Вскоре ему предложили работать поваром в солдатс кой столовой. В громадных котлах трудно приготовить пищу с вы сокими вкусовыми качествами, но когда в столовой работала смена Василия, жалоб не качество пищи не поступало. Повара Чередника перевели в офицерскую столовую, где должно быть другое качест во приготовленной пищи и где была выше ответственность. Семь месяцев Василий кормил офицерский состав. Не имел замечаний ни от начальника продовольственной службы, ни от заведующего столовой.

Василия назначили командиром хозяйственного взвода. В его подчинении были повара, сапожник, свинарь, кочегары. Приказом командира рембата присвоено рядовому Череднику В.Д. воинское звание младший сержант.

21 августа в 2 часа ночи рембат вместе с танковой дивизией пе ресек венгеро-чехословацкую границу.

Танковый полк с рембатом остановились в лесопосадке неда леко от города Брно. Василий организовал приготовление пищи в полевой армейской кухне (ПАК), запустил хлебопекарню. “Снабже ние продуктами, – вспоминает Василий Дмитриевич, – было очень хорошим. С самолетов нам сбрасывали ящики с копченой колбасой, тушенкой, сыром, макаронами и другими продуктами. Когда гото вились к убытию в Чехословакию, мы с ребятами из хозвзвода на грузили целую машину торфяного брикета. ЗиЛ–157-й тащивший на прицепе ПАК ехал не пустой, а с топливом. Это упростило при готовление пищи. Не надо было искать дрова. Мы готовили борщ, суп гороховый, макароны по-флотски и другие блюда. Пищи всем хватало. Кормить приходилось и чешских подростков, которые при ходили к нам в гости в палаточный городок. У нас ежедневно, по ве черам демонстрировались кинофильмы. Мои сослуживцы заводили дружбу с чешскими девушками”.

Василий всех радовал украинским борщом. Он был не только хорошим хозяйственником и поваром, но и активным участником художественной самодеятельности. Прекрасно играет на баяне и поет. В составе концертной группы выступал в Праге перед местны ми жителями. Его неоднократно награждали грамотами и медалями за высокие вокальные данные при участии в концертах. Не расстал ся с песней Василий Дмитриевич и после увольнения в запас. Он солировал в хоре шульгинского Дома культуры, а в 1971 году учас твовал в итоговом концерте в г. Киеве, после победы на районном и областном смотрах художественной самодеятельности. Руководил тогда шульгинским хором метр старобельской эстрады Дегтярь Па вел Григорьевич.

10 лет Василий Дмитриевич проработал трактористом в колхо зе имени В.И.Ленина, а затем техником искусственного осеменения 10 крупного рогатого скота. Вместе с женой Марусей он воспитал тро их детей Сергея, Ивана и Любу. Не всегда у Василия Дмитриевича были светлые дни. Были и темные, и трагические. В 39 лет от рака легких умер сын Сергей. Шесть лет назад от инфаркта умерла жена – Маруся. Удар по своему здоровью получил и Василий Дмитриевич.

Последние годы он является солистом хора ветеранов в Старобель ске. 14 октября 2006 года, при исполнении песни “Пшеница золотая” ему стало плохо. Василий Дмитриевич допел песню, вышел из зала и… Очнулся в кардиологии под капельницей. Произошел обширный инфаркт. Шесть дней Василий Дмитриевич был прикован к посте ли.

Василий Дмитриевич не забыл о солдатской поварской профес сии. Часто дома готовит украинский борщ, плов и другие блюда, радуя вкусными яствами жену Надежду Егоровну.

Уходил с почетом рядовой шУЛиКА Александр Степанович с 21 августа по 21 октября 1968 года был пулеметчиком в 479 отдельном инженерно-саперном батальоне, базировавшемся на окраине деревни Кутавице, недалеко от Праги Начинал службу Александр в группе советских войск в Гер мании. 479 отдельный инженерно-саперный батальон дислоци ровался в городе Эберсвальде. Александра направили служить в 3-ю инженерно-дорожную роту, где он проходил водительскую доподготовку, изучая новую технику и особенности правил до рожного движения по Германской Демократической Республике.

В августе месяце 4-я гвардейская танковая армия, в составе ко торой был батальон, была на учениях в Саксонии. За Александром, как и за другими молодыми водителями, машина еще закреплена не 10 была. На учениях он выполнял роль пулеметчика. 19 августа объ явили боевую тревогу, и инженерно-саперный батальон, вслед за танковой армией пересек границу Чехословакии.

Танковая колонна двигалась ночью по незнакомым горным до рогам. Не обошлось без дорожных происшествий. Четыре танка вы летели за пределы дорожного полотна. Танкисты были натрениро ваны продвижению по равнинной грунтовой местности, а тут была узкая, извилистая асфальтовая или брусчатая дорога. На одном из поворотов стояли люди, и механик-водитель танка не смог их объ ехать, двигаясь на большой скорости. Танк вылетел из дорожной по лосы и лежал на 15 метровой глубине гусеницами вверх.

На одном из узких участков горной дороги чехи набросали ав томобильных скатов и подожгли их. Дорогу колонне преградила ог ненная стена с громадным облаком черного дыма. Танк с бульдозер ным приспособлением сгорнул горящие скаты с дороги, и колонна продолжила движение.

“При вводе в Чехословакию танковой армии, – вспоминает Александр Степанович, – сыграл большое значение фактор внезап ности. Горные дороги проходили над 100–150 метровыми обрывами.

Могли бы завалить дорогу, и продвижение колонны было бы забло кировано.

Старшее поколение с пониманием отнеслось к вводу в Чехос ловакию советских войск. Оно не чинило никаких препятствий. На одной из стоянок бабушка принесла нам воды и яблок. Молодежь же плевала в нашу сторону, бросали по танкам и машинам камни. На одном из танков пробили кайлом бочку с горючим и подожгли его.

Танк горел.

Я ехал в кузове машины ЗиЛ–157. У каждого из нас был АКМ и по четыре магазина патронов, но стрелять по толпе нам запрещали.

Продвижение колонны с воздуха прикрывали реактивные самолеты МиГ–17.

Мы проехали 13 населенных пунктов и в 15.30 остановились у деревни Куновице недалеко от Праги. Нам выдали сухие пайки, но никто не ел, все попадали спать”.

После короткого сна Александр вместе с сослуживцами при 10 ступил к рытью окопов. Рыть приходилось в глине, перемешанной с желтым камнем, а проливной дождь усложнял работу. В состав батальона входила рота минеров с тремя машинами, нагруженными минами. Подступы к месту размещения батальона заминировали, чтобы предотвратить диверсионные вылазки. Ночью была интен сивная стрельба вблизи расположения батальона. Утром прочесали село и леса. Сосны были изранены пулями.

На вторые сутки доставили продукты питания. Солдатам выда ли тушенку, копченую колбасу, сигареты. В дальнейшем было орга низовано приготовление горячей пищи.

Командование батальона ездило на встречу с населением дерев ни Куновице. Там стали постоянно брать воду. Руководство местно го колхоза стало обращаться за помощью в ремонте автотракторной техники. Советские солдаты на танках с бульдозерными приспо соблениями выровняли для сельхозработ большую территорию на опушке леса.

“Ежедневно с нами проводили политинформации, – вспоминает Александр Степанович, – но часто ничего не было слышно. Рядом с нами был военный аэродром, и рев моторов заглушал речь офи цера. Посредством автоклуба нам каждый вечер демонстрировали кинофильмы. В расположении нашего палаточного городка стали приходить подростки. Они смотрели с нами кино, просили значки.

Мы их кормили”.

Командованием танковой армии была организована встреча во инов различных родов войск с воинами стран Варшавского догово ра, принимавших участие в операции “Дунай”. Общение было ин тересным. Казалось, нет такой силы, которая могла бы разрушить военно-политический союз.

Александр принимал участие в охране дороги от аэропорта до Праги. Дубчек прилетел из Москвы, где подписал с Брежневым до говор о мероприятиях по стабилизации обстановки в Чехословакии.

Принимались меры к недопущению провокаций по отношению к руководителю государства.

“Мы побывали на Ольшанском кладбище, – вспоминает Алек сандр Степанович, – там похоронено 144 советских воинов, погиб 10 ших при освобождении Чехословакии от немецко-фашистских за хватчиков. Центральный памятник был осквернен – облит краской.

Это сделала молодежь, одурманенная буржуазной пропагандой”.

В октябре Александр вместе с группой молодых бойцов на ав томобиле ЗиЛ–157 убыли обратно в Эберсвальде, для заготовки ово щей на зиму. В сельскохозяйственных кооперативах они убирали овощи: картошку, капусту и перевозили на свои продовольственные склады. В ноябре за Александром закрепили экскаватор на базе ав томобиля КРАЗ–255. В его подчинении был экскаваторщик, с кото рым они служили до июня 1970 года.

Уволившись в запас, Александр Степанович поступил в Луган ский сельхозинститут по специальности инженер-механик. После окончания вуза 2 года работал заведующим мастерских в селе Бай довка. С марта 1977 в течении трех лет был бригадиром тракторной бригады. В течении четырех лет – главный инженер колхоза “Заря”, а затем в течении 10 лет работал председателем этого колхоза. Рабо тал добросовестно, не считаясь с личным временем и вкладывая всю энергию для процветания колхоза. Но руководство района решило переместить Александра Степановича на более сложное соседнее хозяйство – в с. Шульгинку, в колхоз им. В.И.Ленина. Состоялось отчетно-выборное собрание колхозников в колхозе “Заря”. Колхоз ники не хотели отпускать энергичного кряжистого председателя.

Но Александр Степанович был 10 дней назад избран председателем колхоза им. В.И.Ленина и руководить двумя хозяйствами не мог.

Тогда колхозники единогласно решили подарить своему уже быв шему председателю автомобиль “Таврия”. Так люди отнеслись к самоотверженному труду своего руководителя. Александр Степано вич уходил с почетом, и до сих пор ему не стыдно смотреть в глаза своим односельчанам.

5 лет работал Александр Степанович в селе Шульгинка. Меня лись экономическая и политическая структура государства. Прези дент Кучма своими указами сначала разпаевал землю и колхозное имущество, а затем упразднил коллективные хозяйства. В 2000 году Александра Степановича назначают заместителем директора элева тора, а с 2004 года председателем Правления ООО “Старобельскэле ватор”.

10 Невзгоды и трудности сельского руководителя с 1973 года раз деляет его жена Анастасия Тимофеевна. Они вырастили двух сыно вей Александра, Павла и дочь Ирину. Подрастает внук Дмитрий.

Александр Степанович с семьей проживает в селе Шульгинка в собственном доме. Приусадебный участок состоит из 38 соток зем ли. На подворье есть куры, гуси и утки.

В окопах под Мельниками Гвардии рядовой ЛАДыК Анатолий Григорьевич с 21 августа по 7 декабря 1968 года был водителем грузового автомобиля ЗиЛ–150 во взводе подвоза, в 113-м гвардейс ком пушечно-артиллерийском полку, дислоцировавшемся у поселка Мельники Свою службу Анатолий начал в городе Бернау, Германской Де мократической Республики, в 113-м гвардейском орденов М.Кутузова, Б.Хмельницкого, А.Невского пушечно-артиллерийском полку. Полк был овеян славой в период Великой Отечественной войны, и на его героических традициях воспитывался личный состав. На вооружении стояли 152 мм и 130 мм пушки. У гаубицы длина ствола составляла 8 метров.

Старшина автороты Вицес Лацес, литовец по национальности, с двухметровым ростом тепло встретил прибывших молодых солдат, разместил в казарме, накормил в столовой.

“Это был душа человек. – Вспоминает Анатолий Григорьевич.

– Он не только заботился о нашем быте, но и делился своим жизнен ным опытом, был образцом в выполнении воинского долга. Он был подтянут и красив. Отношения с солдатами строил так, что никому и в голову не приходило нарушать дисциплину. После увольнения в запас я долгое время с ним переписывался. Командиром взвода был 10 старшина Россада - подготовленный в военном и техническом отно шении сверхсрочник, но сравнить его со старшиной Лацесом было просто невозможно”.

За Анатолием закрепили за автомобиль ЗиЛ–150 и предстояло служить ему во взводе подвоза. Через два дня гвардии рядовой Ла дык А.Г. узнал о том, что ему предстоит в составе пушечно-артилле рийского полка совершить марш в другое государство - Чехословац кую Советскую Социалистическую Республику. На политических занятиях офицеры рассказывали о происходящих там тревожных процессах. Водители готовили технику к длительному маршу. Стар шина Россада обеспечивал необходимыми запчастями и предъявлял высокую требовательность к водителям во время проведения регла ментных работ.

Артиллеристов подняли по тревоге. Был совершен марш к го роду Дрезден. 20 августа 1968 года полк получил приказ команду ющего 20 гвардейской общевойсковой армии: в ночь на 21 августа перейти государственную границу ЧССР, совершить марш протя женностью 165 километров и к 10 часам сосредоточиться севернее Праги.

“Марш проходил в быстром темпе. – Вспоминает Анатолий Григорьевич. – Колонна двигалась со скоростью 70-80 километров в час. Водители бронетехники были плохо подготовлены для такого марша. Были случаи, когда танки и бронемашины переворачивались на поворотах. На понтонном мосту танк свалился в воду.

На границе с Чехословакией пограничные постройки были раз рушены. Чешских пограничников не было. В пути следования мы постоянно сталкивались с провокациями. Машины наши постоянно обстреливались. При попадании пули в бензобак, он взрывался, а машина загоралась. В пути следования двух моих однополчан за стрелили. Приказ командующего мы выполнили. К 10 часам утра мы остановились севернее Праги.

Ночь провели в машинах и почти не спали. Со всех сторон зву чала стрельба. Через сутки нас перебросили к поселку Мельники.

Там мы и стояли до возвращения на зимние квартиры”.

Артиллеристы стали обустраиваться. Рыли окопы, устанавли 10 вали палатки. Местное население относилось к советским воинам враждебно, называли солдат оккупантами и переодетыми комисса рами. К военному городку стали приходить цыгане – выходцы из Украины и Молдавии. Они владели украинским, русским языком и просили есть. Солдаты кормили их. Спали военнослужащие в око пах. Были случаи, в других частях, когда вырезали ночью целыми палатками, по 10 и более человек. Отношения с местным населением постепенно налаживались. Руководство местного кооператива обра тилось к артиллеристам с просьбой помочь убрать свеклу. Помогли.

Анатолий возил на своем ЗиСу с прицепом сахарную и кормовую свеклу. Когда свеклу убрали, он сел на трактор ДТ–54 и пахал поля.

Чехи стали привозить в городок пиво и другие угощенья. Разре шило командование и солдатам выдавать по одной бутылке. Вскоре руководство кооператива подарило воинам несколько телевизоров и радиоприемников. Каждый день демонстрировались кинофильмы из походного автоклуба, приезжали концертные бригады из Совет ского Союза. Кормили солдат хорошо. Хватало продуктов и на то, чтобы угощать приходящих голодных местных жителей.

В артполк приезжал первый секретарь ЦК КПЧ Александр Дуб чек. Он рассказывал о причинах чехословацкого кризиса и прини маемых мерах по его преодолению. Благодарил советских воинов за оказание интернациональной помощи народу Чехословакии.

Обстановка постепенно стабилизировалась, и артполк готовил ся к убытию обратно в ГДР, к месту постоянной дислокации. Прово жать воинов прибыло руководство местного кооператива и жители поселка Мельники. На митинге чехи благодарили советских воинов за оказанную помощь в уборке урожая и интернациональную по мощь в борьбе с внутренней контрреволюцией.

Тепло встречали артиллеристов на территории ГДР. В городе Бернау прошло торжественное собрание. На нем выступил бурго мистр города и Министр обороны СССР. Маршал Советского Союза Гречко вручал почетные грамоты и объявил всему личному составу благодарностью “За отличное выполнение задачи, умелое владение техникой, высокие морально-политические качества, стойкость, мужество и выдержку, проявленные при выполнении своего ин тернационального долга по защите социалистических завоеваний в Чехословакии”. Командир части Булатов и его заместитель по поли тчасти Крапивин 27 октября 1968 года наградили гвардии рядового Ладык А.Г. грамотой “За образцовое выполнение задания командо вания и интернационального долга по оказанию братской помощи трудящимся в Чехословакии в борьбе с контрреволюционными эле ментами и проявленные при этом мужество и отвагу”.

Анатолий получил новый автомобиль ЗиЛ–164, на котором и продолжил службу. “Обстановка в воинском коллективе, – вспоми нает Анатолий Григорьевич, – была хорошая. Царил дух взаимопо мощи. Никакой дедовщины не было, хотя вместе со мной служили солдаты на 3-4года старше. В армию раньше призывали с 19 лет и служили по 3 года. Но и эта разница в возрасте никогда не была по водом для проявления казарменного хулиганства”.

В июне 1970 года Анатолий вместе с несколькими тысячами во еннослужащих 20-й армии в грузовых вагонах с нарами убывали поездом на Родину. В пути кормили горячей пищей. В Калининг раде, получив сухой паек, увольняемые в запас пересели в пасса жирские поезда. Анатолий доехал до Минска, а затем до Рубежного.

Автобусом добрался в Старобельск.

С 1970 по 1975 год Анатолий Григорьевич жил в селе Веселом и работал в совхозе-техникуме водителем ЗиЛа и автобуса. Возил стройматериалы для строящегося техникума и студентов. В году женился на девушке Оле. С 1975 года семья переезжает в село Песчаное, строит дом. Анатолий Григорьевич работает в АТП–ОПС водителем-дальнобойщиком на КАМАЗе. На одной машине прора ботал 17 лет. В 1977 году родилась дочь Наташа, а в 1981-м – сын Сергей.

Вот уже 30 лет Анатолий Григорьевич и Ольга Николаевна жи вут в селе Песчаном. Пенсионеры. Скучать им не дают внуки: Артем и Катя.

командир регулировщиков Младший сержант ЖУБиЛь Леонид иванович с 21 августа по 8 ноября 1968 года был командиром отделения в 20-й танковой Звенигородской дивизии, дислоцировавшейся у чешского города Будайовица Дивизия месяц стояла у Чехословацкой границы. “Перейдем – не перейдем”, – гадали танкисты. 21 августа в 24 часа границу пе решли. Военная операция “Дунай” вступила в начальную фазу. “Мы тогда опередили страны НАТО, – вспоминает Леонид Иванович. – Они также планировали ввести свои войска в Чехословакию. В ФРГ проводились военные учения “Черный лев” и их войска должны были пересечь границу в 4 часа утра.

Немцы зациклились на этом времени и проиграли. Великую Отечественную они ведь также начинали в 4 утра”.

Леонид командовал отделением регулировщиков. Выставлял их на перекрестках по распоряжению начальника колонны. На одной из остановок чехи стали забрасывать камнями находившихся в ко лонне военнослужащих. Ударом камня убили начальника колонны.

Командир дивизии генерал-майор Жебрунов, двигавшийся в танке, назначил начальником колонны другого офицера.

Местное население настроено было враждебно. Подрывали машины и постоянно забрасывали камнями советских воинов. По дорвалась на мине машина с регулировщиками. “Мы выскочили из машины. После осколочного ранения в голову я был в крови, – вспо минает Леонид Иванович. – Нас подобрал экипаж танка. Рану мою забинтовали и я получил замечание от командира роты за то, что был без каски. Хорошо, что не наказали. В армии тогда была дис циплина. Могли наказать солдата за то, что натрет на ноге водянку.

Значит, неправильно намотал портянку. По дороге висели плакаты “Оккупанты, уходите домой!”, “Ванька! Тебя ждет Манька!” и дру гие. Рана на голове вроде бы зажила, и я приступил к выполнению обязанностей командира отделения”.

Танковая дивизия разместилась в лесу вблизи чешского города Будайовица. Вырыли землянки, обустроили полевой быт. Работали полевые кухни, а по вечерам смотрели фильмы на открытой пло щадке. На просмотр кинофильмов стали приходить чехи. С мест ным населением постепенно стали налаживаться доверительные отношения. Но диверсии против танкистов продолжались. Чехи забрасывали колодцы камнями, чтобы советские воины не могли брать оттуда воду. Угощали солдат отравленным вином, отравлен ными продуктами и многие умирали.

Обстановка в Чехии постепенно нормализовалась. За отличное выполнение заданий, умелое владение техникой всему личному со ставу дивизии Министр обороны Маршал Советского Союза Гречко объявил благодарность.

Военная операция “Дунай” была завершена, и танковая диви зия в период с 3 по 8 декабря 1968 года совершила комбинирован ный марш к местам постоянной дислокации на территории Польши.

Младший сержант Жубиль Л.И. продолжил службу в городе Свен тошев.

11 Демобилизовавшись, Леонид Иванович работал монтажником в ПМК–87, обзавелся семьей. Вместе с женой Ниной Николаевной вырастили и воспитали двоих детей Вячеслава и Елену.

После осколочного ранения постоянно болела голова. В году получил 2-ю группу инвалидности. Инвалидом 3-й группы яв ляется его жена Нина Николаевна. Живут пенсионеры-инвалиды в Старобельске, в собственном доме, постоянно сталкиваясь с житей скими проблемами. Принимают участие в воспитании внуков Алек сандра и Никиты.

Гаубицы молчали ефрейтор СтАтиВКА Владимир Николаевич с 20 августа по 11 ноября 1968 года был старшим водителем ЗиЛ–157 в батарее 122 мм гаубиц, базировавшейся вблизи города Праги Служил рядовой Стативка В.Н. в артиллерийском полку, дис лоцировавшемся в городе Франкфурте-на-Одере. В мае месяце арт полк был поднят по тревоге и переброшен в район города Илауэн, находившегося на границе трех государств: ГДР, ФРГ и Чехослова кии. 20 августа артиллеристов передислоцировали в пригород горо да Праги.

Основной задачей полка была охрана водозабора и водонапор ных башен, снабжавших водой столицу республики.

“Местное население относилось к нам недружелюбно, а то и враждебно. – Вспоминает Владимир Николаевич. – Поджигали наши машины, расстреливали советских военнослужащих при пе редвижении по дорогам. Часто ночами делали диверсии в наш во енный городок с попытками отравить воду в водонапорных башнях.

Несколько раз ночью мятежники вырезали целые палатки с лич 11 ным составом. Я часто ходил в дозор по охране нашего палаточного городка. Необходимо было проявлять постоянную бдительность.

Круглые сутки не утихала стрельба. Трассирующие пули постоянно рассекали ночное небо. Мы часто сталкивались с провокациями со стороны мятежников. И надо было применять оружие, но команди ры нам запрещали. Местность была очень красивой, но любоваться ею, в условиях опасности было некогда”.

Жители ГДР встречают советских воинов, возвращающихся из Чехословакии Снабжение артиллеристов продуктами питания было хорошим.

С территории Союза прилетали вертолеты с продовольствием, до ставляя им все необходимое, в том числе свежие говяжьи и сви ные туши. Офицерам выдавали сигареты “Столичные”, а солдатам “Охотничьи” или “Северные”. Сигарет было вдоволь. Гаубицы мол чали. Артиллерию полковую не применили ни разу.

11 ноября рядовой Стативка В.Н. вместе с артполком вернулся обратно в ГДР, где и продолжил службу. В 1970 году был направлен на уборку урожая. Работал в Кировоградской, Полтавской областях и в Казахстане.

За отличную службу ефрейтор Стативка В.Н. был награжден знаком “Отличник Советской армии” и медалью “За воинскую доб лесть”.

11 После увольнения в запас, в ноябре 1970 года, Владимир Нико лаевич работал 25 лет в ПМС–222. Сейчас на пенсии. Живет в селе Чмыровка.

У города крнова ефрейтор ориДороГА Анатолий Антонович с 13 декабря 1968 по 29 ноября 1970 года был секретарем комсомольской организа ции артиллерийского дивизиона, а затем наводчиком 76 мм орудия Дивизион, входивший в состав артиллерийского полка, вошел на территорию Чехословакии из территории СССР. На первом же комсомольском собрании секретарем был избран рядовой Оридоро га. Выбор был не случайным, Анатолий уже имел двухгодичный опыт комсомольской работы в Попаснянском железнодорожном училище.

11 Кроме повседневной работы по обеспечению примерности ком сомольцев в воинской дисциплине, боевой и политической подготов ке, Анатолий руководил редколлегиями стенной печати, организо вывал художественную самодеятельность. На Анатолия возлагалось и укрепление дружбы с местной молодежью. Он возглавлял выезды коллективов художественной самодеятельности на предприятия и в местные молодежные организации.

“Работа эта была сложной, – вспоминает Анатолий Антонович.

– Встретили нас в Чехословакии, как врагов и захватчиков, хотя на ших отцов называли освободителями от фашизма. Но и в этой об становке мы устанавливали контакты с молодежью, вели разъясни тельную работу о целях и задачах войск Варшавского договора на территории этой страны”.

В подавлении мятежа артдивизион не участвовал. Но, однажды, Анатолий с сослуживцами поехал за хлебом, и возле города Крнов автомобиль подорвался на мине. Взрыв был большой силы. ЗиЛ– разворотило, а военнослужащих разбросало в стороны. Контужен ный, с двумя осколочными ранениями Анатолий вместе с сослу живцами попал в госпиталь. “Осколочное ранение в голову, – вспо минает Анатолий Антонович, – зажило быстро, а ранение в плечо долго не заживало, гноилось: прикладываемая к ране мазь никаких результатов не давала. Ребята в автопарке посоветовали обработать рану бензином. Протерли мне ее тряпкой, смоченной в бензине, и рана стала затягиваться”.

Шум в голове долго не проходил. В душе у Анатолия затаилась обида. Встречаться с местной молодежью и укреплять с ней дружбу, желание отпало. На очередном комсомольском собрании он обра тился к комсомольцам дивизиона с просьбой выбрать нового секре таря. Комсомольцы с пониманием отнеслись к просьбе Анатолия и удовлетворили ее.

Ефрейтор Оридорога А.А. был назначен наводчиком в орудий ный расчет 76 миллиметровой пушки. За добросовестную службу Анатолий неоднократно поощрялся командирами, награждался по четными грамотами.

Уволившись в запас в 1970 году, Анатолий окончил курсы и ра 11 ботал монтером пути на железной дороге. В 1971 году молодого, но ответственного специалиста назначают бригадиром, а затем масте ром. Оридорога А.А. активно включился в общественную работу.

Более 10 лет являлся секретарем комсомольской организации Ста робельского железнодорожного узла. Комсомольская организация тогда гремела. При клубе железнодорожников была постоянно дейс твующая художественная самодеятельность, дававшая концерты в организациях и селах района. Сейчас здание клуба передано церкви и звучат там другие отнюдь не веселые песни.

В 1980 году Анатолий Антонович заочно окончил Харьковский институт железнодорожного транспорта по специальности: инженер путей сообщения. В 1988 его назначают заместителем начальника, а в 1990-м начальником путевой машинной станции. Всего Анато лий Антонович проработал на железной дороге 36 лет. Награжден тремя медалями, многочисленными грамотами и ценными подар ками: именными часами от министра путей сообщения, именными часами от генерального директора Укрзалізниці. Возглавляемая им ПМС–222 в 2002-м году награжден руководством Донецкой желез ной дороги почетным знаком “За добросовестный труд и высокий профессионализм”.

В конце трудовой деятельности были у Анатолия Антоновича и неприятности по работе, но у кого их не бывает? И разве они могут бросить тень на яркую трудовую биографию? С 1990 года Анатолий Антонович бессменный депутат Старобельского городского Совета, а с 2005 года почетный гражданин города Старобельска.

В настоящее время Анатолий Антонович живет в Старобельске, он на заслуженном отдыхе. Вместе с женой вырастил и воспитал двух сыновей – Юрия и Константина. У них уже свои трудовые био графии.

Знову сон. Знову кричу, балакаю.

Чужа земля і мова не моя.

Непривітна і страшна Чехословакія.

Чуже небо, сніг, а кров своя.

Той же грім і полум’я гаряче, Крутить тіло і вмираєш потихеньку, 11 Образ неньки, що стоїть і плаче, Не знав, що в ці хвилини зовуть неньку.

Скільки ж можна крутити оцю плівку Пам’ять – позабудь все це, благаю Нехай сняться сни вже про домівку, Як співають солов’ї у гаї.

Пташки весело співали, зрозуміло, Дівчата рідні, щоб привітно усміхались, Життю раділи і душа і тіло.

Бійці щоб снів більш не боялись.

А.А. Оридорога на помощь пришли танкисты Сержант КоциНА Григорий иванович с 20 августа по 11 ноября 1968 года был командиром отделения в 83-м гвардейс ком Нежинском орденов Суворова и Кутузова мотострелковом полку, дислоцировавшемся в городе Литомержицы и Праге В мае 1968 года Григорий закончил учебное подразделение в городе Котбус (ГДР). Получив военную профессию командира мо тострелкового отделения и воинское звание младшего сержанта, он прибыл в мотострелковый полк, дислоцировавшийся вдоль Гам бургского шоссе. Казармы находились в 4-х километрах от Берлин ской стены.

25 июня 35 мотострелковая дивизия, в состав которой вхо дил мотострелковый полк, совершила марш в сторону Чехос ловакии и остановилась в лесу в 20 километрах от ее границ.

11 Ночью личному составу выдали боеприпасы. 20 августа с наступ лением темноты дивизия двинулась к границам Чехословакии. За ней шли колонны армии ГДР. Дорога была очень сложной. Техника шла вдоль скалы над обрывом. Несколько боевых машин сорвались в обрыв. Без боевых действий были погибшие и раненые.

“На территории Чехословакии, – вспоминает Григорий Ивано вич, – мы остановились в населенном пункте минут на десять. К нам стали подходить женщины 45–60 лет. Многие плакали и спра шивали: “Зачем вы сюда приехали? Мы живем хорошо”. Некоторые приносили молоко, домашнюю выпечку, но командиры запрещали нам что-то брать из рук местных жителей, опасаясь отравления. Но никто никого травить не собирался”.

Батальону мотострелков и танковой роте была поставлена за дача разоружить саперный батальон Чешского войска в городе Ли томержицы. Командир мотострелкового взвода старший лейтенант Заблоцкий был направлен к чешским саперам на переговоры о сдаче оружия. Чешский комбат не принял его и не стал разговаривать с меньшим чином.

“Во второй раз на переговоры с чехами поехал бывший фрон товик, начальник штаба батальона майор Ушаков. – Вспоминает Григорий Иванович. – Когда мы подъехали к чешским саперам, на территории части было много солдат. Наши офицеры ушли на пере говоры, длившиеся около двух часов, а мы тем временем общались с чешскими солдатами, немного знавшими русский язык.

После окончания переговоров все чешские солдаты разошлись по казармам. Подошедшие подразделения ГДР взяли под охрану чешскую боевую технику и оружейные склады. Проезжая через цен тральную площадь Литомержиц, мы увидели стихийный митинг.

Командир взвода старший лейтенант Заблоцкий остановил машину, скомандовал: “Отделению младшего сержанта Коцины спешиться.

К бою”. Взвод уехал, а мое отделение в составе 8 человек осталось на площади. Демонстранты стали к нам приближаться. Была слышна ломанная русская речь и отборный русский мат. У нас было около тысячи патронов, но применять оружие запрещалось. Они это пони мали и с каждой минутой наглели, окружая нас. В это время на пло щадь въехал танк советского производства. Танкисты ГДР быстро оценили обстановку, на медленной скорости переехали огромную клумбу и заехали в тыл демонстрантов, которые сразу поняли, кто хозяин на площади. Танк простоял 5–7 минут. За это время демонс транты разбежались.

Подъехала машина с нашим взводом, и мы уехали в расположе ние своего батальона. До сих пор не могу понять, почему старший лейтенант Заблоцкий оставил нас на площади в таком количестве перед демонстрантами”.

Выполнив поставленную задачу в Литомержицах, батальон мотострелков ушел на Прагу. В пригороде столицы был развернут артиллерийский полк со 120 миллиметровыми орудиями. Дороги были расписаны антисоветскими лозунгами и нецензурщиной. Мо тострелки увидели на одной из улиц два обгоревших советских тан ка и десятки сгоревших автобусов и машин.

“Мы остановились в центре Праги, – вспоминает Григорий Ива нович, – недалеко от высотной гостиницы “Интернациональ”. В го роде был установлен комендантский час.

Совместно с работниками особого отдела мы устраивали об лавы и производили обыски госучреждений, где находили оружие, боеприпасы и множительную технику для печатания листовок. Нам была дана команда, при необходимости применять оружие”.

В дневное время Григорий с боевыми товарищами патрулиро вал на улицах Праги. Обстановка в городе постепенно стабилизиро валась. В расположение части стала приходить чешская молодежь, в основном студенты. Они знали русский язык и заводили дискуссии с солдатами на различные темы. Часто приносили в расположение части спиртные напитки. Между военнослужащими и чешской мо лодежью укреплялась дружба, а дисциплина в подразделениях стала падать В связи с этим 83-й полк вывели за пределы Праги и размес тили жить в палатках. Григорий в составе роты охранял советскую комендатуру в Праге.

11 ноября 1968 года 83-й мотострелковый полк покидал Чехос ловакию. Провожать пришла пражская молодежь, с которой солда ты подружились. В 12 час. 00 минут мотострелки пересекли чеш ско-германскую границу. На территории ГДР советских воинов встречали сотни немецких граждан с цветами. Духовой оркестр иг рал “Славянку”. Был проведен митинг. Мотострелковый полк при был на свое постоянное место дислокации в поселок Олимпишен сдорф. В полковом клубе было проведено торжественное собрание.

Бургомистр вручил солдатам небольшие подарки.

По окончанию срочной службы сержант Коцина прослужил два года сверхсрочно-служащим в должности командира комендантско го взвода.

Вернувшись на Старобельщину, Григорий Иванови в 1973 году построил дом в селе Чмыровка, где жил с мамой. С 1973 по 1977 год трудился в Сибири. В городе Якутске принимал участие в строи тельстве газопровода. Возвратившись из Сибири, работал тракто ристом в Сельхозтехнике и Быткомбинате. В 1982-м году женился, а в 1983 году родился сын Игорь.

В 1984 году Григорий Иванович заочно закончил Луганский сельхозинститут по специальности инженер-строитель и работал прорабом в ПМК–23. В 1987-м году родился второй сын – Андрей.

Григорий Иванович уделяет много внимания воспитанию сыновей и их жизненному обустройству. В 2005 году ушел на заслуженный отдых. Проживает с семьей в селе Чмыровка.

Патрулируя в Праге Сержант БУряК Николай Афанасьевич с 21 августа по 30 ноября 1968 года был командиром отделения комендантского взвода в городе Праге До Чехословакии Николай прослужил полтора года в артилле рийском полку и проявил себя как дисциплинированный и иници ативный воин. Командиром отделения был назначен за примерную воинскую дисциплину, отличные показатели в боевой и политичес кой подготовке.

“21 августа мы пересекли чехословацкую границу. – Вспоми нает Николай Афанасьевич. – Я с отделением автоматчиков ехал в грузовике, покрытом тентом уже зная, что будем служить в комен дантском взводе.

Несмотря на то, что нам были выданы боеприпасы, стрелять запрещалось. Население смотрело на нас враждебно, бросало по нам камни. Одному из моих подопечных пробили голову. Большой гру зовик “подрезал” ЗиЛ, в котором мы ехали, и он, съехав на обочину, перевернулся в кювет. Отделались ссадинами. Командир взвода не выдержал и дал автоматную очередь поверх голов приближающейся толпы. Чешский грузовик столкнул на обочину, шофера арестовали, а мы продолжили движение на другой машине. Во флягах кончи лась вода, но нам было запрещено пополнять ее запасы в колодцах.

Вода могла быть отравленной”.

Когда Чехословакия была занята войсками Варшавского дого вора, необходимо было стабилизировать обстановку, поддерживать порядок и спокойствие в городах и населенных пунктах этого госу дарства. Отделение сержанта Буряк патрулировало на территории города Праги на небольшом открытом газоне.

“В период мятежа активизировались воры и мародеры, – вспо минает Николай Афанасьевич. – Проезжая по окраине Праги, я увидел, как трое мужчин разбили витрину магазина и проникли во внутрь. Было около 22-х часов. Мы остановили машину, арестовали грабителей и доставили в комендатуру. Через день владелец мага зина пришел в советскую комендатуру с подарками. Искренне бла годарил нас за предотвращение грабежа. Постепенно отношения с местным населением стали улучшаться”.

За проявленные смелость, мужество и воинскую дисциплину при участии в военно-политической операции “Дунай” сержанту Буряк Н.А. и его сослуживцам министром обороны СССР Марша лом Советского Союза Гречко была объявлена благодарность.

В настоящее время Николай Афанасьевич на заслуженном от 12 дыхе. Вместе с женой Марией Ивановной живут в собственном доме в селе Сеньково. Их взрослый сын Юрий живет и работает в Киеве.

Мечтает Николай Афанасьевич побывать в Праге в качестве туриста, но небольшая пенсия не позволяет пока осуществить эту мечту.

12 египет. операция “кавказ”.

битва на “линии барлева” 12 Еще не смолкли выстрелы в Венгрии, как начались события в Египте. Там победила националистическая революция под предво дительством Гамаля Абдель Насера. Она сбросила продажный про западный режим короля Фарука. Насер искал средства для развития страны. И потому отобрал у западных владельцев Суэцкий канал.

Запад стал врагом Египта. Мы его другом. Открывался великий шанс для СССР: закрепиться в стране пирамид, в Восточном Среди земноморье. Что это значило для Запада? В 1960-м французский ад мирал Р.Бело выпустил книгу “Роль моря в будущей войне”. Он до казывал, что по Средиземному морю будет идти снабжение Греции, Турции и Италии, оно становится перевалочной базой для ближне восточной нефти, идущей на Запад, средством сообщения между Атлантикой и Индийским океаном. А еще – плацдармом для агрес сии Запада в Черное море, откуда можно бить по важнейшим цент рам нашей страны. Еще Бело считал Средиземное море плацдармом для захода во фланг русским армиям, которые могут оккупировать Европу. Поскольку Англия в возможной войне НАТО и СССр уже не могла служить базой для высадки десанта на континент, теперь эта роль отводилась Северной Африке. Оттуда западные части могли высаживаться в Италии и на Балканах.

И вот Насер начал союзничать с СССР. Тогда Запад просто со дрогнулся от перспективы появления в той стране советского при сутствия. Мы заходили Европе в тыл, и наше острое железо грозило ее мягкому подбрюшью! СССР начал поставлять Насеру реактив ные боевые самолеты.

И Запад нанес удар. 29 октября его верный союзник, Израиль, вторгся на Синайский полуостров, продвигаясь к Суэцкому каналу.

Египетские Ил-28 наносят удары по еврейским позициям. 30 октяб ря “возмущенные войной” Англия и Франция предъявляют ульти матум евреям и египтянам: отвести войска от канала, зону которого должны занять франко-британские части. Это означало, что канал отбирается у Египта, что Израиль был вплетен в довольно нехитрую интригу. 5 ноября агрессоры заняли Порт-Саид и Порт-Фуад, нанеся тяжелые воздушные удары по авиабазам египтян.

И все-таки Запад струхнул. Англичане не решились топить или 12 принудительно заставлять сменить курс советские суда, шедшие в Египет. Да и Москва предупредила, что не остановится перед ре шительными мерами и посулила отправить Насеру добровольцев пилотов и современные истребители. А советских летчиков после войны 1950–1953 годов в Корее на Западе боялись! Да и США, где шли президентские выборы, колебались, и напор англо-французов осудили.

То была славная операция, где СССР достиг успеха!

Таков был 1956-й, опасный и тревожный год, в который и начи нается нашествие “неопознанных летающих объектов” в нашу стра тосферу. Начнется та самая “виртуальная” война, которая грозила перерасти в настоящую, атомную.

Один августовский день 1969 года стал последним для шести из десяти израильских самолетов, которые привычно шли на бреющем через Суэцкий канал – на дежурную бомбежку. Египетские солдаты тогда сделали дружный залп из ручных зенитных комплексов, де тищ выдающегося советского конструктора Сергей Непобедимого.

Отныне это означало – у СССР есть миниракеты, которыми можно бить с плеча. И боец-одиночка с ПЗРК может уничтожить низколе тящий самолет стоимостью в десятки миллионов долларов.

“Стрела” была создана в конце 60-х выходцем из семьи рязан ского рабочего, выпускником Московского высшего технического училища 1945 года – Непобедимым.

Египет в год 1970-й.

Карьера капитана Николая Кутынцева в Египте началась не удачно. В тот мартовский день 1970 года он проводил учебные стрельбы ракетами С-125. И надо ж было такому случиться! Букси ровщик мишеней – старый бомбардировщик Ил-28 египетских ВВС вылетел без предупреждения ракетчиков. Оказалась поломанной и система опознавания “свой-чужой” на его борту. А тут еще четверка еврейских “фантомов”, перелетев через Суэцкий канал, пристрои лась к бомбардировщику. Приняв Ил-28 за ведущего израильской авиагруппы, дивизион Кутынцева сбил его… (“Авиация и время”, №1, 1997 г.) В 1969-м, Египет начал войну против Израиля на истощение.


12 На побережье Суэцкого канала арабы развернули против евреев не сколько сотен орудий, прикрыв с воздуха комплексами ПВО. (Пос ле разгрома арабов в 1967-м евреи заняли Синайский полуостров, и линия противостояния теперь проходила по каналу. Израиль тогда тоже укреплял позиции, назвав их “линией Барлева”.) Египет, этот ключ к Средиземноморью, был очень нужен СССР.

Да и арабы с надеждой смотрели на СССР как на помощь от изра ильской наглости. Во главе древней страны стоял ярый националист и русолюб Насер – великан душой и телом. Многие сотни наших советников тогда помогли египтянам восстановить разгромленную в 1967-м армию. Да не просто возродить – но и нанести по евреям чувствительные удары. В ночь с 9 на 10 ноября 1969-го года в набег на оккупированные синайские берега пошли два египетских эсмин ца – “Наср” и “Дамиетта”. Они же – эскадренные миноносцы со ветской постройки типа “30-Б”, которые взаимодействовали с ракет ными катерами и береговой артиллерией. Вел их, с одной стороны, египтянин Абдель Вагап. Но на мостике флагмана стоял истинный творец дерзкой операции – капитан первого ранга Виталий Зуб. Он сделал так, как наши черноморцы в Великую Отечественную: нанес огневой удар по сухопутным силам врага. В сорока километрах вос точнее Порт-Саида, на севере Синая, снаряды моряков обрушились на скопления войск врага в районах Румани и Эль-Балузы. Огнен ный смерч взрывал склады боеприпасов и горючего, опрокидывал и кромсал танки с шестиконечными звездами. Погибла целая меха низированная бригада Израиля. Взбешенные евреи бросили против отходящих кораблей сорок самолетов. Моряки выдержали двух часовой бой с ними, уничтожив три израильских машины (“Гриф “секретно” снят”. М. 1997. С. 77–78).

Испытав силу ударов пушек советского производства, евреи начали операцию “Хордос”: воздушную войну с рейдами вглубь Египта. Они били по городам и промышленным центрам, пытаясь парализовать страну. Тем паче, что осенью 1969-го у Израиля на воо ружении появляются “фантомы”. В ряды их ВВС вливаются пилоты, уже повоевавшие во Вьетнаме. Да и сам опыт войны в Юго-Восточ ной Азии евреи изучали очень тщательно, с помощью американских 12 покровителей. В те дни, когда наш зритель с восторгом принимал премьеру фильма “Белое солнце пустыни”, когда мальчишки по три раза бегали в кино посмотреть на приключения красноармейца Су хова и таможенника Верещагина, на Ближнем Востоке храбро дра лись советские люди.

С- В тот год над Египтом шли бои… Израильтяне презрительно именовали советские С-75 “летаю щими телеграфными столбами”. Что неудивительно – С-75 в 1970-м уже не были последним словом техники. К тому же, у арабов на во оружении стояли экспортные ракеты с ослабленными боевыми ка чествами. Египетские ракетчики не могли похвастать уровнем своей подготовки, их тактика оставалась шаблонной. Египет жил, как го ворится, в условиях рыночной экономики, и потому ему не хвата ло ни образования советского солдата 1970-х, ни его технических навыков. Египетские офицеры, происходя из богатых семей, были изнеженными и утруждать себя учениями не любили. Да и вообще египтяне – плохие вояки, которым не хватает холодного, упорного мужества северян-русских. Алексей Некрасов, который попал в Еги пет в марте 1970-го рядовым солдатом-зенитчиком, свидетельствует:

“египетский дивизион к нашему приезду был уже сформирован. До 12 этого они уже отучились в Одесском военном училище. Мы должны были развернуть и настроить технику, а через несколько месяцев, когда арабы освоят ее, передать им. Неделю пытались обучить своих подопечных простейшим действиям. Как об стенку горохом! В кон це концов, оставили эту затею…” (“День воина”, №5, 1998 г.) Арабы слишком спешили выпустить ракеты, едва только еврей ские самолеты входили в зону их досягаемости. Заметив запуски, израильтяне легко уходили из опасной зоны, затем обрушиваясь на оставшихся беззащитных египтян.

Удары израильтян были страшно тяжелы. Отставной полковник Иван Долгов в 1998-м вспоминал, как его в феврале 1970-го пере бросили советником в Египет. С воздушным террором евреев он столкнулся уже по дороге в страну пирамид, сидя в пассажирском авиалайнере: “Встретили нас еще над Кипром. Как привидение, поя вился “фантом”. Зашел сбоку, “похвастался” ракетами и был таков.

Система С- Бои шли с большими потерями для египтян. “Фантомы” носи лись днем прямо над городом. У многих жен наших советников – шоковое состояние. Не лучше оно было и у их мужей. Некоторые не выдерживали психологической нагрузки. Рассказывали, что после очередного налета, когда один из египетских дивизионов был почти полностью разбит, без вести пропал один наш советник. Перевод чик, не обнаружив его ни среди живых, ни среди убитых, забил тре вогу. Нашли советника только через несколько дней дома, в состо 1 янии – на грани помешательства… Не раз на себе чувствовал, что такое удар сверхзвукового истребителя-бомбардировщика. Рядом был дом, в котором отдыхали на соседних кроватях два советских офицера. От взрыва их поменяло местами на кроватях. Это притом, что боеприпасы со склада накануне вывезли…” (“День воина”, №5, 1998 г.) Но евреи торжествовали только до весны 1970 года, пока в Еги пет не прибыли полторы тысячи советских зенитчиков под командо ванием генерал-майора Алексея Смирнова.

Они привезли туда свое искусство, опыт хитроумных засад и комплексы С-125. А еще наши решили проверить в деле и другую технику: истребители МиГ-21, четырехствольные зенитки “Шилка” на гусеничном шасси и ручные ракетные комплексы “Стрела”. Пе реброска целой зенитной дивизии шла в рамках операции “Кавказ”.

Тогда в Египте сражались целых двадцать две тысячи советских во инов. И потому события 1970-го можно с полным правом назвать Первой Русско-израильской войной. И в то же время, та война была частью гигантской, чудовищно растянутой во времени, Третьей ми ровой, шедшей от Северного полюса до полюса Южного… Славные были все-таки годы! В 1971-м и в 1973-м по ночному светилу пройдут два восьмиколесных советских робота – “Лунохо ды”. В тот год на орбиту выйдет первая орбитальная станция “Са лют”, и по этой части мы на тридцать лет обойдем Североатлантиду.

Возвращаясь со станции, погибнет от разгерметизации спускаемой капсулы экипаж Волкова, Пацаева и Добровольского. Но снова и снова станут взлетать корабли, неся людей на обитаемые “эфирные острова”, эту воплощенную мечту основоположника русской космо навтики – Константина Циолковского, умершего за тридцать лет до старта Гагарина.

И снова тупая, лишенная пылкой фантазии власть пропускает момент Великого Шанса. И все же нам есть чем гордиться: битвой на Ближнем Востоке, битвой на “линии Барлева”! Мы сошлись в бою с Израилем, с этим форпостом Америки на Ближнем Востоке, стра ной, нашпигованной новейшим высоко-технологичным оружием.

Советские войска в 1970-м прикрыли Каир, Александрию, Асу 1 анский гидроузел на Ниле. Всего – двадцатью пятью позициями, каждую из которых защищали восемь ЗРК. С апреля израильтяне, прознав о русских позициях, прекращают налеты на внутренние районы страны, ограничиваясь ближними рейдами.

Советники из СССР появились на каждой батарее египетских С 75. Мы подвезли и новые ракеты – с тепловым наведением на конеч ном этапе полета. Наши офицеры взбодрили арабов и научили их применять нестандартные приемы боя. Например, ночные выдвиже ния в самые прифронтовые районы. Вдоль канала наши развернули сто три “укрепленных района” ПВО, внутри которых и укрылась от ударов с воздуха тяжелая артиллерия египтян. Каждый такой район занимал 45 верст по фронту и 80 километров – в глубину. (Михаил Никольский. Под знойным небом Ближнего Востока. – Техника и вооружение, № 5–6, 1997 г.) Но и враг был не слабее американцев во Вьетнаме. И даже посе рьезнее. Как вспоминает полковник Борис Жайворонок (тогда – за меститель командующего особого корпуса ПВО), “первые налеты израильской авиации показали, что мы имеем дело с отличной тех никой и хорошо подготовленным личным составом, в совершенстве этой техникой владеющим. И с умелым, знающим свое дело шта бом… Не было одинаково спланированных операций, шаблонов в тактике ведения боя. В действиях израильской авиации четко про сматривался один из вариантов тактического приема: основная груп па, наносящая бомбовый удар, – группа прикрытия, – отвлекающая группа, – группа постановщиков помех, спасательная группа В за висимости от поставленной задачи планируется и строится тактика действия сил, участвующих в налете. Так же отработана и тактика действия в каждой группе” (“Гриф “секретно” снят”. С. 51).

Военный инженер Алексей Жданов свидетельствует: израиль тяне били с воздуха по антенне станции наведения дивизионов, де зорганизуя их действия. Потом - переключались на атаки пусковых установок. Комплекс “Двина” не мог разить, низколетящие цели, и не простреливал довольно широкую “воронку” прямо над собой, ее образовывал предельный угол подъема ракеты на стрельбовых направляющих установки. Поэтому евреи выходили в атаку на пре 1 дельной скорости, прижимаясь к самой земле. Сделав “горку” и про мчавшись сквозь рабочую зону действия дивизиона, враг входил в “мертвую воронку”. Оттуда он пикировал на установку, прицельно меча бомбы. Потом израильтяне уходили прочь крутым разворо том.

С марта по август 1970 года израильтяне были вынуждены бро сить на борьбу с зенитчиками 40 процентов всех самолетовылетов!

Бороться с евреями было тем боле труднее, что не было в Египте густого покрова джунглей, в котором можно было спрятать пуско вые установки.

Наши сделали выводы из вьет намских боев. Каждому советс кому дивизиону в Египте для за щиты придавался взвод “Шилок” – четырехствольных зенитных машин на гусеничном ходу, при крытых легкой броней. “Шилки” занимали позиции в трехстах-пя тистах метрах от огневых позиций дивизионов, образуя треугольник.


Еще один пояс обороны создавали бойцы, вооруженные переносными Бьет “Стрела” миниракетами “Стрела-2” с тепло выми головками наведения. Всего – шесть расчетов по три человека, которые располагались в радиусе 3–7 километров от средоточия зенитных ракет.

В далеком уже 1970 году нашим ребятам в Северной Африке пришлось пережить кусок настоящей Третьей мировой войны. Ско ростной, беспощадной, электронной. Советский народ не знал об этих героях почти ничего. Наши женщины тогда носили высокие прически и миниюбки, страна слушала веселую песенку “Как хоро шо быть генералом”, которую пел лощеный Эдуард Хиль. А моло дежь жадно крутила ручки транзисторов, ловя музыкальные пере дачи западных радиостанций. Только-только вышел в свет хитовый альбом “Deep Purple In Rock”, и все тогда заслушавшись его рокбое 1 виками “В огне” и “Дитя во времени”.

И где-то там, в африканских песках, наши воины дрались и умирали, как герои. Еще раз развеяв миф о непобедимости западной авиации.

Первыми в бой вступили люди майора Георгия Комягина и ка питана Валерионаса Маляуки, входившие в состав приканальной группировки ПВО. 30 июня дивизион Маляуки сбил первый еврей ский “фантом”. Ему вручили орден Красной звезды, хотя Брежнев и обещал Звезду Героя… 30 июня советские воины разгромили группу израильских ма шин, шедших “обрабатывать” позиции приканальной группировки.

Они неожиданно нарвались на огонь засады, развернувшейся у са мой кромки Суэца. Погибли два “фантома” и “скайхок”. Спустя два дня в куски разлетелся еще один “фантом”. Оказалось, что устройс тва электронных помех на израильских самолетах не “забивают” ка налы наведения наших ЗРК. Евреи были деморализованы, несколько раз их пилоты отказывались идти на задание.

Советские воины разворачивали хищные острия ракет в раска лено-бледную синь небес, в дрожащее марево ветхозаветных песков.

И где-то там, под ними, лежали остатки древней армии, погибшей в песчаной буре. Но теперь русская речь зазвучала над развалина ми древних цивилизаций, и русские встречали залпами реактивные “небесные колесницы” евреев, шедших путем Моисея – но в обрат ном направлении.

Изнуряющий зной был не единственным врагом прибывших в Египет северян. Чудовищные перенапряжения боевых вахт дополня лись царством ядовитых насекомых, фаланг и скорпионов. И тогда наши ребята познакомились с ветром пустыни, подобным тяжелой болезни – хамсином. В переводе с арабского сие значит “пятьдесят”.

Полсотни дней дует хамсин, вздымая тучи мелкого песка, подни мая сухую пургу. И вместе с песком поднимаются в воздух мелкие, острые камешки. Пыль забивала фильтры дизельных движков, про никала в легкие людей и электронные схемы зенитных систем. Но люди и техника выдержали это!

За ходом боев на “линии Барлева” напряженно следили в Аме 1 рике. И стоило только Тель-Авиву потребовать, как из-за океана были переброшены новейшие контейнеры с аппаратурой радио электронного подавления, которые стали подвешивать под крылья “фантомов”. Теперь израильская авиация пыталась прорываться на бреющем полете, выбрасывая в сторону советских ЗРК невидимые конусы помех. Новая аппаратура РЭБ теперь перекрывала очень ши рокий диапазон частот и по идее должна была полностью ослепить наши комплексы.

И опять фиаско. Проскользнуть под верхней границей ракет ного огня не удалось: укрепрайоны ПВО ощетинились еще и ско рострельными пушками, плотный огонь которых заставлял евреев брать повыше и попадать под хлещущие ракетные молнии. В ответ на электромагнитные бури наши применили пуски ракет последо вательными залпами. Уклониться от них было трудно даже с помо щью электроники.

Один из советских советников, подписавшийся “Владимиром Алексеевичем”, спустя годы вспоминал на страницах питерского журнала “Командор”:

“… Последние несколько дней нас регулярно бомбили. Дело происходило у местечка Фаид, в центральном секторе Суэцкого ка нала. С маниакальным упорством израильские самолеты пытались стереть с лица земли радиолокационную станцию, примостившую ся на горе близ местечка Фаид на берегу Большого Горького озера.

Не знаю, как другие роты, при которых служили мои друзья-пере водчики, но наша, контролирующая своими радарами значительную часть Синайского полуострова и дающая целеуказания зенитно-ра кетным дивизионам, была как бельмо на глазу израильтян. Снизу, со стороны дороги, на гору смотреть страшно: весь склон, словно черными язвами, испещрен воронками от разорвавшихся НУРСов и 500-фунтовых бомб”.

Комплекс лейтенанта Сулина Сергея исчез в аду мощных взры вов, в огне и дыму. Сражаясь, погиб весь расчет. Алшат Мамедов, Евгений Деденко, Николай Добижа, Саша Забуга, Ваня Пак, близне цы Иван и Николай Довганюки, рядовой Величко. Снаряд “фантома” угодил прямо в пусковую установку, когда ее перезаряжал весь рас 1 чет. Братья Довганюки были в разных расчетах, но Ваня, покинув укрытие, бросился помогать перезарядке установки. И тоже исчез в огне напалмового взрыва.

Какими были их последние секунды? Надсадный вой “фанто мов”, холод подавленного страха, бегущий по хребту, ледяные игол ки в пальцах. Какая сила духа нужна была, чтобы не дрогнуть, не броситься в спасательные укрытия и до последнего ворочать тяже лое, оперенное железо ракеты, загоняя ее на направляющие! Двад цатилетние мальчишки, они выполняли свой долг до конца, кри ча и матерясь (а может, стискивая зубы), задыхаясь в раскаленном воздухе, в дыму и пыли, надсадно кашляя от кислотной пороховой гари. Когда в каждое мгновение свистящие осколки металла могли врезаться в их тела, разорвав пропотевшую, разгоряченную плоть.

Это высшее мужество: работать до конца, когда на тебя нацелены огненные строчки пушечных трасс и дымные векторы выпущенных ракет… “Никогда не изгладится в памяти картина, которую я видел, сопровождая в египетский морг сожженных напалмом советских ракетчиков. Их было восемь парней девятнадцати-двадцати лет, и среди них – два брата-близнеца. Обугленные, они все были близне цами. Только лейтенант, командир расчета, стоявший, видимо, поо даль, не попал под напалм, а был сражен осколками ракеты. С вытя нутой вверх, застывшей и омертвевшей рукой… – пишет Геннадий Горячкин, тогда – военный переводчик. (Гриф “секретно” снят. С.

174) – Сумин умер, как воин, указывая цель расчету”.

“Несмотря на одновременность и эшелонированность налета, наши успели завалить несколько самолетов. Один из “фантомов” упал недалеко от КП арабской дивизии, где находился я… Картина не для слабонервных. Дымящиеся обломки, довольный арабчонок, показывающий свой трофей: окровавленную верхнюю часть голо вы второго пилота. Первый катапультировался и был взят в плен…” – говорит Иван Долгов (“День воина”, №5, 1998 г.).

Потом наши узнают, что один из сбитых ими пилотов – это майор Эйни Менахем, американский гражданин, ас вьетнамской кампании.

1 Когда установка Сумина взлетела на воздух, ударная волна вы бросили из командного пункта дивизиона всех, кто там находился.

Все они, во главе с Василием Матвеевичем Толоконниковым, полу чили контузию. На позиции горела техника, рвались бомбы. Часть из них была замедленного действия. Зная это, зенитчики бросались гасить пламя, вытаскивая убитых и раненых. Толоконникова сме нил его “зам” – майор Червинский.

Позднесоветский режим забыл их подвиг. И среди череды при чин этого забвения, поди, не последнее место занимает то, что мно жество советников-референтов думало и чувствовало так же, как и пилоты “фантомов”. Множество референтов, манипулировавших мозгами и действиями престарелого руководства СССР, были “де мократической национальности”.

Тот бой в 1970-м наши все-таки выиграли. Еврейские ВВС пере стали летать над Суэцким каналом, выбирая теперь обходные мар шруты. Тогда наши выдвинулись в засады. Благо их тактику мы здо рово отработали во Вьетнаме. Маневренные группы составлялись из трех дивизионов.

3 августа 1970-го пробил звездный час Кутынцева и Попова.

Их дивизионы вместе с египетскими зенитчиками выдвинулись в засаду города Исмаилия. Они расположились близ сада, огородов и оросительных арыков местных крестьян, натянув на установки желто-зеленые маскировочные сети. Чтобы не выдать себя клубами выхлопных газов, на патрубки машин надели шланги и вывели их в заросли по берегам арыков. Все делалось глубокой ночью, при свете ручных фонариков.

“Автотехнику начштаба дивизиона майор Алексей Крылов вы вел на километр от огневых позиций и укрыл в кустарнике. Чуть вперед выдвинули ЗСУ-32-4 “Шилка” и переносные ЗРК “Стрела-2”.

Хорошо потрудились связисты, проложившие за ночь более тридца ти километров проводной связи… Противник выжидал. 1 и 2 августа его авиация много раз летала вдоль канала, однако в зону огня дивизионов не входила. Видимо, израильтяне кое-что узнали про наш маневр и стремились обнару жить нас. Мы же не подавали никаких признаков жизни. В эфир вы 1 ходили на несколько секунд. Кругом – тишина. Под конец второго дня позвонил полковнику Жайворонку, попросил: если противник на этом направлении будет бездействовать, разрешить через сутки передислоцироваться в другое место.

3 августа старший лейтенант Михаил Петренко, начальник станции разведки и целеуказания, ровно в полдень доложил: “Налет группы самолетов. Эшелонированы по высоте и в глубину”. Шли “фантомы”, истребители-бомбардировщики американского произ водства, и “миражи”, фронтовые истребители французского про изводства. Но до них было далеко. Стрельбу открыли египетские ракетчики. Один “мираж” загорелся и упал. Часа через два израиль тяне предприняли второй налет. Теперь они знали позицию египетс кого дивизиона, и 16 самолетов, пересекая Суэцкий канал, пошли на его уничтожение. Вот где мы ощутили грозную мощь “фантомов”!

Израильтяне думали: перед ними один дивизион. И, сами того не ведая, вошли в зону огня дивизиона подполковника Николая Ку тынцева. Тут же последовала команда на уничтожение, но у соседей возникла задержка с пуском – я слышал радиопереговоры. Понял:

пришло наше время.

В ожидании боя замерли мои подчиненные… – начштаба майор А.Крылов, офицер наведения капитан А.Дятькин, операторы рядо вые В.Шиян, А.Заздравных. Они уже прочно держали цели. Доло жил: готов к открытию огня. Через секунды две ракеты сорвались с направляющих.

Обнаружив по своим приборам опознавания пуски ракет, само леты совершили противозенитный маневр – пикированием с разво ротом в сторону канала и включением форсажа. Однако один “фан том” все-таки не ушел, ракета настигла его.

Несколькими минутами позже четыре самолета зашли с тыла на малой высоте и нанесли удар неуправляемыми ракетами и бом бами. Но, к счастью, по ложной позиции. Пока мы вели огонь, там наши солдаты подрывали толовые шашки, имитируя пуски ракет. И противник на это клюнул. Чтобы не демаскировать позиции, мы по ливали водой землю вокруг пусковых установок – благо, арык был рядом. И потому наши ракеты, стартуя, не взметывали клубы пыли.

Сразу же после пусков водой же гасили пламя.

1 Через четверть часа группа самолетов пошла прямо на дивизи он. Наверное, летчики поняли, где наша основная позиция. Но мы были наготове. Первый “фантом” взорвался прямо на глазах. Второй был подбит. Пилоты капитулировались и долго висели над нами, раскачиваясь на стропах своих парашютов. Наши солдаты их пле нили и потом передали египтянам. Третий “фантом”, совершавший маневр для захода с тыла, был сбит ракетчиками Кутынцева. Атака захлебнулась. Остальные самолеты ушли за Суэцкий канал. За день израильская авиация потеряла пять машин, чего прежде никогда не было”, – вспоминает подробности побоища у Исмаилии Константин Попов (А.Докучаев. Русские в стране песка и пирамид. Техника и вооружение, №5–6, 1997 г.).

Но на этом сражение не закончилось. “Часа через два-три после отражения нами массированного налета на экранах локаторов по явились отметки от низколетящих целей. Мы их насчитали целых двадцать. И все движутся на нас. Вначале мы приняли их за верто леты. Решили: противник пошел на тактический прием – заставить нас любой ценой расстрелять последние ракеты.

Время не шло – летело. Цели надвигались, на КП – волнение.

Ракетчики подполковника Кутынцева сделали два пуска, но ракеты ушли на самоликвидацию, не достигнув целей. Значит, в воздухе не вертолеты. Но что? Загадку сразу не разгадали, но оставшиеся раке ты берегли. И противник больше не решился на попытки взломать нашу оборону. Потом выяснилось – израильтяне запустили на нас металлизированные воздушные шары.

Казалось бы, их легко определить. Движутся они медленно, по направлению ветра. На тренировке бы в считанные секунды иден тифицировали такие цели. Но ведь отметки на экранах появились после реального налета. Мыслили: не будет же противник после жестокой схватки, как говорится, в бирюльки играть! Подумать тог да пришлось крепко. И все ж мы разгадали ход израильтян…” Кутынцев и Попов стали Героями Советского Союза. Но геро ями неизвестными, о чьем подвиге только сказали (и то нешироко) лишь двадцать с лихом лет спустя. И поныне имена этих ракетчи ков знают, дай Бог, два человека из сотни наших сограждан. Попов 1 наскреб деньжат только на обычный “Москвич”. Ему пришлось вы кручиваться: либо устраивать банкет по случаю высокой награды, либо привезти семье подарки из Египта. Вот так дурацкий поздне советский режим обращался с героями.

В 1970-м советские воины снова выиграли соревнование с воз душной силой Запада. Удары советских ракет приводят к тому, что Израиль 5 августа подписывает перемирие, отказываясь от налетов на Египет. Наша техника показала себя прекрасно и в раскаленном климате Северной Африки, при порывах жаркого хамсина, несуще го тучи мельчайшего песка. Докучаев описывает то, как комплек сы работали по несколько тысяч часов без единого выхода из строя.

Был даже случай, когда при стрельбах по маловысотной цели на по лигоне ракета, чиркнув по земле, все-таки вышла на траекторию и сразила мишень.

И Запад затрепетал в страхе… С орденом “Воинского долга” Прапорщик МошоНСКий Анатолий Алексеевич с марта 1970 по май 1971 года был водителем автомобиля ГАЗ–69а в дивизионе ПВо дислоцировавшемся в городе Мерса-Матрух Дивизион организационно входил в бригаду ПВО, штаб ко торой находился в городе Александрии. Основным пассажиром у Анатолия был командир дивизиона подполковник Бабушкин. “Это был храбрый и хорошо подготовленный в военном отношении офицер. – Вспоминает Мошонский А.А. – При передвижении по фронтовым дорогам Египта мы с ним не раз попадали под ракет но-артиллерийские обстрелы израильской артиллерии и под бомбо штурмовые удары авиации.

1 Никогда я не видел в его глазах смятения или страха. Он всегда принимал такие решения, которые позволяли сберечь жизни людей и сохранить технику. Высокий интеллектуальный потенциал коман дира притягивал к нему окружающих”.

Ездить рядовому Мошонскому приходилось много. Неоднократ но бывал он в Александрии и Каире. Анатолий узнал, что арабы бережно хранят память о Второй мировой войне. Войска генерала Ромеля до г.Александрии тогда не дошли. Гитлер снял их и бросил под Москву. В Александрийском музее сохранились немецкие само ходные пушки, стрелковое оружие и обмундирование.

А. Мошонский (слева) “Директор музея отметил, – вспоминает Мошонский, – что Александрия не была разрушена фашистами, не только благодаря мужеству арабов. Решающую роль сыграл советско-германский фронт. В тот период египтяне дорожили дружбой с Советским Сою зом. Великая держава спасла их от гибели в сороковые годы, спасала и в грозные шестидесятые и семидесятые”.

Дивизион ПВО охранял воздушное пространство Египта, ведя борьбу с израильской авиацией. В одном из боевых эпизодов ракет чики сбили очередной израильский “фантом”. Летчик катапульти ровался. “С командиром и автоматчиком, – вспоминает Мошонский, 1 – я поехал к месту приземления парашютиста. Местность открытая, ни единого кустика. При приближении нашего автомобиля летчик открыл огонь из автомата и ранил в руку моего сослуживца. Мы выпрыгнули из машины и лежа стали вести ответный огонь. Коман дир запретил мне вести прицельный огонь, так как летчика нужно было взять живым. Мы лежали на песке и постреливали в его сто рону. У летчика кончились патроны. По команде командира я пошел к израильтянину, держа в готовности автомат. Увидев в правой руке нож, я ударил его прикладом. Вместе с подбежавшим командиром мы скрутили летчика, связали руки. Пленника доставили в располо жение дивизиона. Допрашивали его офицеры особого отдела КГБ”.

По внешнему периметру дивизион ПВО охраняли египтяне, а непосредственно у техники стояли наши часовые. В одну из ночей все арабы были вырезаны без единого выстрела. В следующую ночь по расположению дивизиона был нанесен ракетно-бомбовый удар израильской авиацией. В результате налета погибло восемь сослу живцев Мошонского А.А., выведена из строя боевая техника. Так израильтяне отомстили за сбитый “Фантом” и плененного летчика.

Кроме ужасов войны, остались у Анатолия Алексеевича и прият ные воспоминания:

– Я неоднократно купался на “золотом пляже”, где в свое время отдыхала Клеопатра. Там живопис нейшие места. Прекрасно сохра нилось вырубленное в скале крес ло царицы. Я сидел в нем, словно прикасаясь к историческим време нам древнейшего государства. Там круглый день солнце. Советских воинов гостеприимно встречали на “Золотом пляже”, а вот американ цам посещение было запрещено, Золотой пляж почему – не знаю.

Скромный человек Анатолий Алексеевич о своих сослужив цах рассказывает охотно, а вот о себе говорить не хочет. Наверное, 1 рассказывать есть что. Не на каждого советского солдата тогдаш ний президент Объединенной Арабской Республики Египет Гамаль Абдель Насер издавал указы о награждении орденом. А Мошон ский А.А. награжден орденом “Воинского долга” 2 степени. Анато лий Алексеевич дорожит этой наградой. Орден подвел как бы итог его военной биографии.

А послевоенная его жизнь обычна. 6 лет служил командиром автовзвода в войсках ПВО. Комиссовался по состоянию здоровья.

Работал шофером. Женился, родились два сына, живущих ныне в городе Мариуполе. Старший – Валерий работает токарем-фрезеров щиком, а младший, как и отец шофер.

Живет Анатолий Алексеевич на окраине Старобельска, в до ставшемся в наследство доме от дедушки. Состояние здоровья не позволяет ему заниматься активной трудовой деятельностью. В году перенес инфаркт. Сидеть, сложа руки, он также не может. На небольшом приусадебном участке возделывает картофель и овощи.

Увлекается птицеводством, ежегодно выращивая уток или гусят.

С орденом “Воинского долга” и другими наградами Анатолий Алексеевич приходит на праздники Дня Победы и Дня Защитника Отечества.

обучал арабских летчиков ефрейтор ЮшиН Владимир иванович с октября 1973 по апрель 1974 года был начальником тренажера на авиабазе вблизи города Константинополя С августа по ноябрь 1972 года Владимир учился в школе младших авиационных специалистов по специальности авиа вооружение и десантное оборудование. Школа находилась в го 1 роде Кирове, Уральского военного округа. В том году во мно гих областях России бушевали лесные пожары. Для оказания помощи пожарным были брошены курсанты Кировского ШМАСа.

“Была ужасная картина, – вспоминает Владимир Иванович. – Двигалась громадная лавина огня. Сосна высотой с десятиэтажный дом сгорала за 15 секунд. Нужно было остановить этот огненный поток, причиняющий громадный вред экологии и экономике госу дарства”.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.