авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |

«УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ИНСТИТУТ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА РАН А.Ф. КЛИМЕНКО Стратегия развития Шанхайской организации ...»

-- [ Страница 5 ] --

Пока весьма трудно спрогнозировать возможные последствия для региона таких решений Вашингтона. Вызывает сомнение, что уход США в текущих условиях из Ирака будет способствовать стабилизации обстановки в этой стране и на всем Ближнем Востоке, а расширение операции в Афганистане улучшит ситуацию в этом государстве, в Центральной Азии и на пространстве ШОС.

Рассматривая ситуацию в Ираке и вокруг него, ряд экспертов и офици альных лиц этого государства считают, что в стране еще не созданы необходи мые условия для обеспечения безопасности населения, поддержания мира и стабильности на всей е территории.146 Так, министр обороны Ирака назвал це лый ряд негативных факторов, которые непременно проявятся вслед за уходом вооруженных сил США и их союзников из страны:

во-первых, появится угроза для экспорта нефти, так как иракские ВМС не готовы взять на себя охрану морских терминалов, а ослабление контроля терри ториальных вод приведет к всплеску пиратства;

во-вторых, некоторые соседние страны получат возможность посягать на иракскую территорию, что сдерживается только присутствием многонацио нальных сил, в том числе, удерживает Турцию, желающую разгромить курдских сепаратистов, укрывающихся на севере Ирака;

в-третьих, национальной армии без эффективной поддержки многонаци ональных сил будет трудно справиться с многочисленными вооруженными группировками, сохраняющимися в стране;

в-четвертых, возрастет угроза дезинтеграции страны по этно конфессиональному признаку. Последнее выглядит наиболее существенным в свете непрекращающегося, нередко вооруженного, противостояния суннитской и шиитской общин Ирака, а также трений багдадских властей с иракскими кур дами. Так, Багдад обвиняет руководство курдской автономии в намерении уста новить контроль над рядом спорных территорий на богатом нефтью севере страны, из-за чего, порой, трудно избегать столкновений между правитель ственными войсками и отрядами курдской милиции. Появилась информация о том, что курды приобрели в обход центральных властей несколько крупных партий стрелкового оружия и боеприпасов в Болгарии.147 Курды утверждают, что конституция страны не запрещает правительству автономии закупать ору жие, которое необходимо для борьбы с террористами. Багдад же убежден, что цель этого – усиление отрядов милиции, которые используются властями авто номии для расширения зоны своего влияния.

Таким образом, Ирак в обозримой перспективе останется одним из источ ников нестабильности на Ближнем Востоке, что будет иметь негативные по следствия и для этого региона, и для его соседей на пространстве ШОС.

Другим потенциально опасным очагом напряженности в Восточной Евразии остается Афганистан, где отсутствие прогресса в деле стабилизации обстановки и восстановления страны чревато возвращением к власти радикальных исламистов.

По мнению наблюдателей в Кабуле, ситуация здесь сложнее, чем в Ираке. Прави тельство страны подвергается критике за безнаказанность действий коалиционных сил. Этому способствуют участившиеся инциденты, когда в ходе ударов натовских самолетов по предполагаемым объектам террористов жертвами становится граж данское население. Негативное отношение у афганцев вызывает статус иностран ных военных баз на их территории. Это показали студенческие выступления в Ка буле, участники которых требовали от властей запретить постоянное военное при сутствие в стране, заявляя, что это создат угрозу суверенитету государства. И все же, главным для большинства населения является то, что не оправдались его надеж ды, связанные с приходом коалиционных войск в Афганистан и заявленным Запа дом намерением оказать помощь в восстановлении страны. Уровень жизни там остается крайне низким. Более 2/3 населения живет в нищете, промышленность находится в упадке. Сохраняется высокий уровень безработицы, растут цены на ос новные товары потребления. Процветает лишь производство опия.

В последнее время в Афганистане стали появляться новые тревожные для Америки обстоятельства. Все чаще воинские подразделения коалиционных сил подвергаются атакам не только со стороны воинских формирований талибов, но и чеченских, и узбекских боевиков. Как сообщило ближневосточное издание га зеты «Старз энд страйпс», издаваемой Пентагоном, влившиеся в ряды талибов иностранные «добровольцы» отличаются от местных моджахедов лучшей эки пировкой. К тому же они лучше обучены ведению боевых действий. Такая «интернационализация» войны в Афганистане (наряду с прочими факторами) заставляет союзников США по НАТО пессимистично оценивать перспективы ее исхода. Так, в ежегодном докладе разведывательной службы Дании, выдержки из которого были опубликованы в газете «Копенгаген пост», говорится, что, несмотря на несколько успешных военных операций в Афгани стане, многонациональным силам НАТО не удалось нанести талибам оконча тельного поражения. Военная кампания НАТО в районе г. Муса-Кала в южной провинции Гильменд, ставшем укрепрайоном афганских боевиков, продемон стрировала способность талибов быстро восстанавливать силы, в том числе и за счет притока экстремистов, прибывающих из соседнего Пакистана.

Судя по всем признакам, считают эксперты датской разведки, талибы не испытывают недостатка ни в кадрах, ни в поставках вооружений и продоволь ствия. Поэтому, отмечают они, военные победы НАТО в Афганистане носят символический, а не стратегический характер. По их прогнозам, афганские та либы в обозримом будущем сохранят волю к длительной и упорной борьбе, что является следствием полной неспособности кабульского режима контролиро вать обстановку в южных и восточных районах страны.

Таким образом, ни афганское правительство, ни американо-НАТОвский контингент до сих пор не добились перелома ситуации. Это доказывает, что им не удатся наладить реальный контроль в Афганистане и эффективно препят ствовать наращиванию сил террористов. А идти на предложенный администра цией Б. Обамы диалог руководство талибов не соглашается. В связи с этим представляется, что атаки талибов и поддерживающих их группировок на силы коалиции не ослабнут. Более того, попытки США нейтрализовать такую воз можность путем усиления группировки своих вооруженных сил в этой стране может вызвать обратный эффект.

Практика военных конфликтов свидетельствует, что количественный рост военных группировок влечет за собой увеличение потерь. В свою очередь, воз растание потерь усилит протестные движения американцев против участия США в этой войне и может привести, подобно Вьетнаму, к ускоренному выво ду американских войск и войск их союзников из Афганистана. Здесь следует учитывать и то, что перебазирование американских войск из Ирака в Афгани стан непременно повлечт за собой перемещение действующих там исламских боевиков, утративших способность к существованию в мирной обстановке. Вс это отрицательно скажется на тех положительных тенденциях, которые наметились в ряде стран Центральной Азии в деле ослабления сепаратизма, экстремизма и терроризма.

Кроме того, афганский конфликт уже на текущем этапе способствует "тали банизации" Пакистана и дестабилизации обстановки в этой стране. Известно, что штаб-квартира "Аль-Каиды" находится на севере Пакистана, в Вазиристане, который еще в начале 2006 г. талибы провозгласили "свободной исламской территорией" и объявили о создании там исламского государства. По американ ским данным, на этой территории растет численность боевиков Талибана и дру гих группировок, подконтрольных «Аль-Каиде». Возникновению такой ситуа ции способствуют три фактора. Во-первых, слабый контроль центрального пра вительства пуштунских районов. Во-вторых, сохранение и наращивание сил местными исламистами, которые активно поддерживают талибов. В-третьих, наличие сторонников талибов в подчиненной министерству обороны Межве домственной разведке (ISI), которая в свое время стимулировала возникновение движения Талибан. Ситуацию усугубило решение Вашингтона, санкциониро вавшего проведение военных операций на пакистанской территории без пред варительного согласования с Исламабадом, что повлекло спонтанные боестолк новения между подразделениями армий двух стран.

В связи с этим ряд экспертов высказал предположение, что военные дей ствия США на пакистанских территориях могут быть началом реализации их долгосрочной стратегии по превращению Пакистана в «мощный водоворот», куда бы постепенно «засасывало» и соседние страны – Индию и Китай. По их мнению, нынешняя политика США в Пакистане повышает угрозу дезинтегра ции государства, что может привести переход этой страны с ее ядерным арсена лом под контроль радикальных исламистов. Учитывая же неприемлемость по добного для всех государств Евразии, включая страны ЕС, НАТО, ШОС и ОДКБ, американцы предполагают, что они не станут возражать против наличия здесь достаточного военного потенциала США как стабилизирующей силы. Та ким образом, будет достигнута конечная цель стратегии Вашингтона – обеспе чение постоянного военного присутствия в Центральной и Южной Азии, до влеющего, в том числе, и над Ираном.

Противостояние Вашингтона и Тегерана, начавшееся со времен Ислам ской революции, похоже, вступает в кульминационную фазу. После нейтрали зации Ирака главным соперником США на «Большом Ближнем Востоке» стал Иран, который развернул асимметричную сетевую борьбу против американ цев.149 Важно подчеркнуть, что Иран остается одним из немногих государств, открыто противостоящих американскому гегемонизму, а потому является пре пятствием в достижении США их стратегических целей в Восточной Евразии. В связи с этим Вашингтон настойчиво инкриминирует ему тайное ведение работ по созданию своего ядерного оружия.

Среди вариантов «воздействия» на Иран периодически предлагается осу ществить его «разоружение» путем проведения специальной воздушной опера ции. Кроме разрушения определенных объектов в стране ожидается, что бом бардировки вызовут народное восстание, в результате которого произойдт за мена нынешнего режима более сговорчивым. Для этого Вашингтон осуществля ет поддержку сепаратистских группировок в этой стране, с чем, вероятно, свя заны активизация вооруженных антиправительственных формирований в по граничных с Турцией, Пакистаном и Афганистаном районах, а также беспоряд ки в Иранском Курдистане. Поскольку национальные меньшинства составляют 40% населения Ирана, сепаратизм чреват возможностью затяжной межэтниче ской войны, которая крайне ослабит любую государственную власть и надолго лишит е свободы действий как внутри страны, так и на международной арене.

Однако такая операция американцев, скорее всего, вызовет ответные дей ствия со стороны Тегерана. В их числе – перекрытие Ормузского пролива, через который экспортируется большая часть добываемой в зоне Персидского залива нефти, нанесение ракетных ударов по базам США в третьих странах, а также осуществление террористических и диверсионных актов против других при надлежащих им объектов и американских граждан. Можно также ожидать наращивания антиамериканских операций иракскими шиитами. Такая ситуация, усугубленная почти неизбежным ростом нестабильности в сопредельных Ира ну Ираке и Афганистане, а возможно и в Пакистане, взорвет всю обстановку на Ближнем и Среднем Востоке, что очень неблагоприятно скажется на военно политической ситуации на прилегающем пространстве ШОС.

Правда, учитывая неудачи США в Ираке и Афганистане, рост антивоен ных настроений среди американских граждан и все более осторожную политику Европы в этом вопросе, прямая вооруженная агрессия против Ирана становится маловероятной. Однако применение против этой страны так называемой «стра тегии непрямых действий», характерной для англо-саксонской политики, не исключено. Ведь главная причина стремления Вашингтона включить Иран в сферу своего влияния, по нашему мнению, – экономическое и геостратегиче ское значение его территории. Обладая большими запасами энергоресурсов, это государство, к тому же, расположено в центре Среднего Востока и имеет общие границы со странами Ближнего Востока, Закавказья и Центральной Азии, а также выходит к Каспию. Поэтому контроль над Ираном со стороны Вашинг тона, чьи войска уже находятся в Ираке и Афганистане, обеспечит США гос подствующее положение в этом богатейшем нефтеносном районе мира и со здаст возможность для стратегического вклинения между Китаем, Россией и их партнерами по ШОС. А военное присутствие в Пакистане позволит им затруд нить или даже воспретить Пекину использование пакистанского порта Гвадар (в строительстве которого Китай активно участвует) для контроля стратегиче ских маршрутов транспортировки нефти из стран Персидского залива.

Нельзя не видеть взаимосвязи обстановки на Среднем Востоке и в Цен тральной Азии и с событиями на Кавказе. Прослеживается их определенная подчиненность стратегии США по окружению Ирана. В этих целях, в частно сти, создается своеобразный «кавказский коридор», через который можно осу ществлять нанесение ударов по его стратегическим объектам. Кроме того, этот коридор, включающий недружественные России страны, может служить своего рода барьером на ее южных рубежах.

В перспективе вс это позволит США попытаться выстроить целостную систему контроля значительной части Центральной и Южной Евразии, включая побережье Персидского залива и Прикаспийский район, а также распространить его в глубину континента, вплоть до западных районов Китая.

Существует мнение, что от такой заманчивой перспективы, сулящей за крепление господствующего положения в мире на долгие годы, хотя ее реали зация сопряжена с большими трудностями и даже рисками, а также колоссаль ными финансовыми и материальными затратами, США отказаться очень слож но. А потому Вашингтон будет настойчиво вести поиск всевозможных способов достижения указанной цели и просчитывать самые разные варианты претворе ния е в жизнь.150 В связи с этим некоторые заявления представителей новой администрации США содержат осторожный прогноз, в котором не исключена возможность изменения американской политики в отношении Ирана. Осознание неоднозначности исхода открытого силового противоборства с этой страной может подтолкнуть Вашингтон к сближению с Тегераном. Это не выглядит не реальным, если США изменят свою тональность в общении с руководством этой страны и прекратят нападки на существующие в ней порядки, а также по обещают экономическую помощь и некоторые политические преференции. Да и сам Тегеран уже неоднократно выражал готовность к обсуждению двусторон них отношений между странами, но только на равноправной основе.

Конечно, нельзя отрицать и позитивных сторон антитеррористической операции США и их союзников в Афганистане для России и стран Центральной Азии, которые особенно важны были для этих государств в период их относи тельной слабости на рубеже нового века. Этот фактор действует и в настоящее время, хотя силовые возможности России и ее союзников значительно возрос ли за счет усиления дееспособности ОДКБ и укрепления ШОС.

Таким образом, возможная эволюция стратегии Вашингтона в отношении рассмотренных нами стран может иметь для участников ШОС как положитель ные, так и отрицательные последствия. С одной стороны, обеспечивается рас ширение сотрудничества в борьбе с международным терроризмом не только между Америкой и Россией, но и более широкое участие в ней Китая, а так же стран Центральной Азии. С другой – преждевременный уход США и их со юзников из Ирака, кроме обострения внутренних конфликтов в этой стране и на Ближнем Востоке, неизбежно повлечет передислокацию потерявших «работу»

профессиональных террористов «Аль-Каиды» в Афганистан, Пакистан, Иран и страны Центральной Азии, что обострит военно-политическую ситуацию и в этом районе мира.

Не должен проходить мимо внимания ШОС еще один потенциальный во енный конфликт, крайне опасный для стран-участниц и для будущего этой Ор ганизации. Имеются в виду давние и время от времени обостряющиеся индо пакистанские противоречия. После нападения террористов, подготовленных в лагерях на территории Пакистана на индийский город Мумбаи, результаты стремления двух соседних государств разрядить обстановку на границе прохо дят проверку. Оба государства хотят избежать е обострения, однако Индия не исключает использования силы. В частности, индийский министр иностранных дел Пранаб Мукерджи заявил о том, что Дели рассматривает возможность про Индо-пакистанский военный конфликт вспыхивал уже трижды. Проблема Кашмира возникла в году, когда Британская Индия получила независимость, и британский вице-король лорд Маунтбэттен принял решение разделить страну на два государства - Индию с индуистским большинством и Паки стан - с мусульманским. Махараджа Кашмира индус Х. Сингх сначала пытался добиться полной неза висимости, но когда в Кашмире вспыхнуло восстание против его авторитарного правления, попросил включить Кашмир в состав Индии. Это вызвало недовольство исламского большинства. Затем в спор вступили индийская армия и вооруженные отряды пакистанских пуштунов. Между Индией и Паки станом вспыхнула первая война. ООН приняла решение провести на спорной территории референдум - к какой из стран кашмирцы хотят присоединиться. Но от референдума Дели отказался, заявив, что вопрос о принадлежности княжества уже решен махараджей Сингхом. С тех пор две соседние страны воевали еще дважды, а Линия разделения в Кашмире, которую 60 лет назад считали временной, об росла дотами, минными полями и колючей проволокой. Лишь в последние годы между Дели и Исла мабадом начал развиваться диалог о нормализации двусторонних отношений, но в настоящее время он вновь оказался под угрозой нового осложнения.

ведения военной операции против террористов в Пакистане, если Исламабад сам не покончит с террористической деятельностью в стране. По данным ин дийских спецслужб, подготовка боевиков осуществляется в пакистанской части Кашмира, а потому на границе с ней боевая готовность индийских вооружен ных сил там повышена. Исламабад незамедлительно пообещал «ответить на любое нападение», и перебросил к границам c Индией до двух дивизий из-за опасений, что та начнет спецоперацию против террористов, ответственных за атаку на Мумбаи.151 В повышенную боевую готовность приводились военно воздушные силы сторон.

Таким образом, вокруг Центральной Азии сохраняется несколько потен циально опасных зон, конфликт в каждой из которых способен перерасти в пол номасштабную войну, способную негативно отразиться на ситуации в регионе, а с ней и на военно-политической обстановке на всем пространстве ШОС.

4.2. Терроризм и его влияние на региональную безопасность Центральная Азия в этом плане также не самый благополучный регион.

К имевшей место в 1990-х годах гражданской войне в Таджикистане добавилась киргизская революция 2005 г., к осуществлению которой, по утверждению экс пертов, причастны силы, напрямую или опосредованно связанные с междуна родными наркогруппировками.152 По данным правоохранительных органов Киргизии, в республике в 2006 г. было проведено около 730-ти несанкциониро ванных митингов, пикетов и шествий. Практически по два митинга в день, что показывает, как нестабильна эта страна-участница ШОС. Данная тенденция, хо тя и в меньших масштабах, прослеживается и сегодня, чему способствуют нега тивные социально-политические явления в республике, обострившиеся на фоне глобального финансово-экономического кризиса.

Не без участия криминально-террористических структур, активизирован ных США, в мае 2005 г. произошли и андижанские события в Узбекистане.

В Казахстане правоохранительные органы в последнее время также фик сируют активизацию деятельности эмиссаров международных террористиче ских организаций, осуществляющих вербовку и подготовку боевиков. В связи с этим узбекскими органами правопорядка отмечена причастность к терактам на их территории граждан Казахстана.153 И вообще казахстанская территория рас сматривается ими как своеобразная база для конспиративной работы по подго товке подрывных действий в отношении граничащих с республикой государств.

Поэтому терроризм остатся для стран Центральной Азии серьезным дестаби лизирующим фактором, способствующим сохранению социально-политической напряженности и представляющим реальную угрозу их безопасности. Существует общее определение терроризма – это насильственные дей ствия, направленные на устрашение и подавление политических противников, конкурентов и навязывание им определенной линии поведения. Сегодня тер роризм эволюционировал от практики убийства представителей властных структур к средству достижения политических целей путем воздействия на эти структуры посредством организованного масштабного вооруженного насилия, направленного против мирного населения. Он приобрел также признаки воен ной организации, способной по своим возможностям, формам и методам осу ществлять военные действия, сопоставимые по последствиям с действиями ре гулярных вооруженных сил. Все это роднит современный терроризм с такой формой достижения политических целей, как война.

Особенно опасным является возможность перерастания террористическо го насилия во внутренние вооруженные конфликты и гражданские войны, кото рые всегда сопровождаются массовой гибелью мирного населения, распадом общественных связей, разрушением государственной инфраструктуры, пре ступлениями против человечности. Кроме того происходит дестабилизация об становки в соседних государствах, сталкивающихся, как минимум, с массовой миграцией и нарушением межгосударственных связей в целых регионах.

В связи с этим расширение масштабов терроризма вокруг Центральной Азии и в самом регионе требует теоретического осмысления этого явления в Шанхайской организации сотрудничества для принятия профилактически мер и организации эффективной борьбы с ним.

Иногда терроризм ставится в один ряд с сепаратизмом, национализмом, религиозным и политическим экстремизмом. Представляется, что в научном плане это не совсем корректно. Экстремизм, это приверженность крайним взглядам на ту или иную проблему, а также способы е решения. Терроризм же является одной из наиболее жестких разновидностей действий экстремистов.

Поэтому террористические средства, способы и формы борьбы могут использо вать и сепаратисты, и националисты, и иные политические силы и движения, которые стоят на позициях экстремизма и не желают или не могут использо вать легальные парламентские методы достижения своих целей. Среди основ ных условий, подталкивающих их к подобному выбору, является, прежде всего, отсутствие поддержки их целей среди достаточной части населения и, как след ствие, неспособность противостоять силовым институтам государства.

Итак, террор – это наиболее экстремальное средство достижения полити ческих целей. А террористические акты, акции и операции – это отличаю щиеся по временным и пространственным масштабам, количеству при влекаемых сил и средств и др. показателям формы борьбы. Например, к терактам можно отнести взрывы домов в Москве, к теракциям – рейды Басаева и Радуева в Буденновск и Кизляр, или события в индийском Мумбаи, к терро ристической операции – вторжение международных террористов в Дагестан.

И, коль скоро речь зашла о понятиях, хотелось бы обозначить разницу между терминами контртеррористические и антитеррористические операции (действия). Представляется, что под антитеррористической операцией нами понимается комплекс превентивных мер, проводимых в случае, когда достовер но выявлены намерения определенных кругов провести масштабную террори стическую акцию или операцию, и направленных на их срыв. В отличие от это го контртеррористическая операция – это комплекс мер, предпринятых в от вет на крупномасштабные террористические акции или операции.

Военная терминология названные операции по привлекаемым силам и средствам, организации их применения, управления ими и способам действий, относит к совместным специальным операциям. В соответствии с приняты ми в военном искусстве принципами сущность совместных специальных опе раций можно представить как совокупность согласованных по цели, задачам, месту и времени действий соединений, частей и подразделений разноведом ственных силовых структур, проводимых по единому замыслу и плану и направленных на предотвращение террористических действий экстремистов, или разгром их формирований, баз, центров подготовки и других объектов с од новременной изоляцией зоны боевых действий от притока боевиков, оружия, финансовых и материальных средств.

Любая международная организация, ставящая своей задачей борьбу с се паратизмом, экстремизмом и терроризмом (а к таковым относит себя и ШОС), должна отчетливо представлять возможные масштабы предстоящей борьбы с этими, выражаясь китайской терминологией, «тремя злами», а также силы и средства, которые ей могут для этого потребоваться, и меры по их подготовке.

После операций, проведенных террористами на Кавказе, терактов в Токио, Москве, Нью-Йорке и других местах, вряд ли у кого появятся сомнения в том, что терроризм и зачастую сопряженные с ним контрабанда оружия, рабо- и наркотор говля, экстремизм и незаконная миграция превратились в факторы, подрывающие безопасность не только отдельных стран, но и стабильность в мире.

Не случайно в итоговой Декларации «Саммита тысячелетия» ООН, при нятой в сентябре 2000 г., отмечается необходимость руководителям государств «предпринимать согласованные действия по борьбе против международного терроризма». Вопросы обеспечения стабильности и поддержания мира для большинства государств международного сообщества становятся важным направлением внутренней и внешней политики. В связи с этим предлагается отнести проводимые вооруженными силами антитеррористические и кон тртеррористические операции к разряду миротворческих, таких, например, как операции по принуждению к миру. Это позволило бы официально пере дать их под эгиду ООН, что обеспечило бы им соответствующую правовую, ор ганизационную, финансовую и иную поддержку.

Говоря о терроризме, нельзя также не отметить, что в настоящее время это явление рассматривается как общее мировое зло и глобальная угроза, про тивостоять которой цивилизованные страны могут, только объединившись.

Причем в докладе Комиссии США по расследованию событий 11 сентября г. отмечается, что терроризм – это метод, а не политика. Американцы связыва ют его исключительно с радикальной, фундаменталистской, воинствующей вет вью ислама, которая ставит своей целью свержение светских и умеренно ислам ских правительств в мусульманских странах, а также цивилизационных образо ваний, которые, по ее мнению, мешают ей воссоздать исламский халифат. К оценке экстремизма и терроризма, как явлений, в России подходят бо лее широко, стремясь понять его экономические, социально-политические и эт но-религиозные корни, а также определить, кто стоит за политическими силами, использующими экстремизм и терроризм как метод достижения собственных целей, явных или тайных.

В эпоху глобализации резко возросло влияние на политику транснацио нальных сил, диктующих свою волю даже таким государствам, как США, кото рые фактически становятся исполнителями и проводниками их устремлений.

Появившиеся в печати материалы о причастности к организации «цветных» ре волюций на постсоветском пространстве неправительственных организаций, финансирующихся транснациональными корпорациями, свидетельствуют в пользу такого вывода. Причем официальные власти западных стран не только не дистанцируются, но и поощряют эту деятельность.

Так, недавно сложивший полномочия президент США Дж. Буш в сво время высоко оценил вклад одной из таких организаций, Международного рес публиканского института в Вашингтоне, отметив его заслуги в подготовке зару бежных демократических лидеров, укреплении политических партий и монито ринге выборов за рубежом. При этом он сообщил, что для поддержки этой дея тельности в 2006 г. в бюджете США выделялось 124 млн. долл. По его словам, этими средствами распоряжается созданное в структуре госдепартамента управление по реконструкции и стабилизации, главной задачей которого явля ется помощь молодым демократиям мира в переходе к свободе и строительству рыночной экономики. Одним из первых проектов этого управления стало со здание Корпуса активного реагирования, состоящего из работников дипломати ческой и гражданской служб, которые могут быстро направляться в кризисные районы в качестве «гражданских спасателей». «За последние 18 месяцев мы стали свидетелями революций – "роз", "оранжевой", "пурпура", "тюльпана" и "кедра" – и это только начало, заявил тогдашний президент США. По всему Кавказу и Средней Азии растут ожидания в связи с перспективами перемен, и перемены наступят».156 Одну из попыток осуществить такие «перемены», при чем весьма специфичным способом, мы наблюдали на Кавказе в августе 2008 г.

Следует понимать, что сегодня угрозы, а также политика, которая их по рождает, не исчезли. Но по сравнению с ХХ в. сменились главные субъекты ми ровой политики: вместо коммунистического интернационала во главе с СССР образован «капиталистический интернационал», возглавляемый США, офор мился и «исламистский интернационал», одним из ведущих центров которого стала созданная при содействии американских спецслужб «Аль-Каида». Пара доксальность сложившейся ситуации состоит в том, что, находясь после сентяб ря 2001 г. в состоянии непримиримой вражды с «исламистским интернациона лом», США и поддерживающие их страны в определенных ситуациях готовы воспользоваться плодами его побед, в том числе для смены неугодных режимов.

Подобное видно на примере Косово, действий в Узбекистане и ряде других гос ударств. Таким образом, изменилось не содержание, а формы и способы реали зации проводимой существующими «интернационалами» политики, к которым следует отнести, с одной стороны, «цветные революции», а с другой, – терро ризм.

В связи с этим в научном плане теперь уже нельзя ограничиваться изуче нием политики отдельных стран и коалиций государств. Надо выявлять замыс лы неправительственных организаций и спонсирующих их транснациональных компаний. Если за скрытым расплывчатым понятием, таким как международ ный терроризм, не разглядеть и четко не обозначить подлинную суть угроз, а также не понять, кто им руководит и направляет, то борьба против данных угроз, и вся деятельность по их нейтрализации становятся недостаточно пред метными и целеустремленными.

Не способствует искоренению террористической угрозы и тот факт, что силовые центры современного мира под прикрытием борьбы с терроризмом по прежнему настроены на решительную реализацию собственных геополитиче ских установок, что вполне очевидно продемонстрировала агрессия США про тив Ирака, действия антитеррористической коалиции в Афганистане и теперь – события в Индии и Пакистане.

Если говорить конкретно о Центральной Азии, то деятельность террори стических, сепаратистских и экстремистских организаций в каждой стране ре гиона имеет свои особенности. Так, Казахстан включен в сферу деятельности К наиболее крупным из действующих в регионе террористических организаций, представля ющих потенциальную угрозу безопасности для центрально-азиатских республик, можно отнести сле дующие.

Исламское движение Узбекистана (ИДУ), лидерами которого планируется отделение Ферган ской долины от Узбекистана, где они намерены создать независимое исламское государство узбеков.

В Ферганской долине, где самая высокая в республике плотность населения, которое почти поголовно не имеет ни работы, ни средств к существованию, наиболее сильная оппозиция президенту Исламу Каримову. Именно здесь после развала СССР зародилось исламское движение.

«Хизб ут-Тахрир» или «Партия исламского освобождения», действующая практически, на всей территории Центральной Азии, целью которого является образование на территориях центрально азиатских государств исламского халифата. Численность сторонников организации имеет тенденцию роста, в основном за счет малоимущих и социально незащищенных слоев населения и лиц, постра давших от репрессивных действий силовых органов.

Исламское движение Восточного Туркестана (ИДВТ), целями которого является создание на территории Синьцзян-Уйгурского автономного округа Китая, а также прилегающим к нему районам Казахстана и Киргизии независимого государства Уйгуристан или Восточный Туркестан.

Кроме того, в регионе действуют и более мелкие сепаратистские и экстремистские организа ции, такие как «Центр исламского развития» (Киргизия, г. Ош);

«Акромиды» – религиозное ислам ское течение Узбекистана (действует в Ферганской долине). По некоторым данным лидеры именно этой организации сыграли роль детонатора в антиправительственных выступлениях в мае 2005 г.;

«Адолат уюшмаси» – нелегальная религиозно-экстремистская организация (Узбекистан, г. Наманган);

«Ислом лашкарлари» – агрессивная религиозная группа, придерживающаяся идеологии «ваххабизма»

международных террористических организаций в основном исламского толка.

При этом он рассматривается ими не столько как зона для совершения возмож ных терактов, а скорее как своего рода база для осуществления конспиративной работы по подготовке подрывных действий в отношении соседних с республи кой государств, в первую очередь Узбекистана.

Наибольшую активность в Казахстане проявляет радикальная организа ция исламского направления «Хизб ут-Тахрир». Она действует, главным обра зом, в южных регионах, где преимущественно проживают представители ко ренного населения, и высок уровень распространения ислама. По оценкам Ко митета национальной безопасности Республики Казахстан, если прежде в ряды «Хизб ут-Тахрира» привлекались в основном лица с низким достатком, то в по следнее время эмиссары этой организации пытаются внедрить своих людей практически во все сферы общества, в том числе во властные структуры. Кроме указанных организаций на территории республики отмечалась де ятельность «Жамаат моджахеды Центральной Азии» (структурно входящей в состав «Аль-Каиды»), Исламского движения Узбекистана (ИДУ), представите лей уйгурских сепаратистских организаций, а также Курдской рабочей партии, которая ведет борьбу на территории Турции и отнесена к террористическим ор ганизациям. В Киргизии также отмечена деятельность сторонников «Хизб ут-Тах рир». Она находит поддержку среди этнических узбеков, компактно прожива ющих в южных регионах страны. При этом экстремисты играют не только на религиозных, но и на национальных чувствах. Кроме «Хизб ут-Тахрир», по данным Службы национальной безопасности Киргизии, на территории респуб лики действуют сторонники таких организаций, как «Исламское движение Уз бекистана», «Исламское движение Восточного Туркестана», «Исламская партия Туркестана». На юге этой республики активную деятельность развернули вах (Узбекистан);

«Товба» – экстремистское религиозное движение, имеющее сторонников в Узбекистане и Киргизии и другие.

хабитские проповедники из Саудовской Аравии, Ирана и других мусульман ских государств. Они пропагандируют необходимость создания в Центральной Азии исламского государства. Их активность обеспечивается хорошим финан сированием. В частности, из 2000 мечетей, действующих только на юге страны, большая часть построена за счет зарубежных спонсоров.

В целом, на юге Киргизии среди уйгуров и узбеков сильны фундамента листские мусульманские настроения, и любая провокация может взорвать здесь обстановку. Эта часть страны может стать неуправляемой зоной, в которой кон центрируются различного рода сепаратисты, что в свою очередь может деста билизировать ситуацию в Ферганской долине159.

В последнее время заметную активность члены организации «Хизб ут Тахрир» стали проявлять и в Таджикистане. Некоторые активисты этой органи зации воевали на стороне движения «Талибан» в Афганистане. Таджикские спецслужбы не исключают их связь с ИДУ.

По степени активности террористических организаций на первое место среди других стран Центральной Азии вышел Узбекистан. Наиболее активны в проведении терактов «Исламское движение Узбекистана» и «Исламский джи хад». «Исламский джихад» – известная воинствующая суннитская террористи ческая группировка, распространенная в Египте и на Западном Берегу реки Иордан, а также в секторе Газа, которую породило движение «Мусульманское братство». Эта организация, которая ранее была в Узбекистане неизвестна, за явила, что ее акции обусловлены поддержкой Узбекистаном войны Соединен ных Штатов в Афганистане, а также светской природой его правящего режи ма. То, что угрозы безопасности Узбекистана от радикальных исламистских организаций усиливаются, в полной мере подтвердили события в Андижане в мае 2005 г. По мнению аналитиков Института стран СНГ, это была попытка во оруженного мятежа с перспективой распространить нестабильность на близле жащие города и на всю Ферганскую долину. Причем в случае успеха первой фа зы выступления – захвата власти в долине – в дальнейшем планировалось либо свергнуть существующий режим в стране, либо попытаться провозгласить неза висимое государство на территории Ферганской долины161. Однако президент И. Каримов проявил твердость, хотя и не смог избежать людских жертв. После этого противостояние Ташкента и Запада стало нарастать. Американский кон гресс рассматривал даже целесообразность привлечения Каримова к суду меж дународного трибунала за «неадекватную» реакцию властей на события в стране. Следствием всего этого стала ликвидация американской базы ВВС в Ханабаде.

Отдельно необходимо остановиться на уйгурской проблеме, поскольку деятельность уйгурских сепаратистских организаций может стать источником дестабилизации обстановки в регионе и возникновения вооруженного конфлик та с вовлечением в него Китая. По официальной статистике, численность насе ления Синьцзян-Уйгурского района КНР (СУАР) превышает 15 млн. человек, из них относящихся к тюрко-язычным народам, исповедующим ислам, около млн., (60%). В том числе уйгуров – более 7 млн., казахов – 900 тыс., киргизов – 130 тыс. Самая активная организация, объединяющая уйгурских сепаратистов, – Исламское движение Восточного Туркестана. В ее структуру входят органы управления, разведки, контрразведки, пропаганды и материально-технического обеспечения. Организация располагает мобильными бандформированиями, прошедшими в сво время подготовку в лагерях исламистов в Афганистане, Та джикистане, Пакистане и Чечне,.

Лидеры ИДВТ делают ставку на многочисленные диаспоры уйгур в Ка захстане (217 тыс. человек.),163 Киргизии (около 50 тыс.),164 Узбекистане ( тыс.),165 а также в некоторых других местах региона. Они оказывают финансо вую поддержку китайским уйгурским сепаратистам и создают там самостоя тельные организации, например, «Уйгар озатшик ташлахты», которые имеют тесные связи с ИДВТ.

Некоторые аналитики считают, что рост терроризма и экстремизма в Центральной Азии есть проявление мировой тенденции столкновения глоба лизма и антиглобализма, а также ответ на политику, проводимую США в реги оне.166 Особенно заметно это стало после вооруженной агрессии США против Ирака и контртеррористической операции в Афганистане.

К основным факторам, способствующим сохранению угрозы терроризма, в государствах Центральной Азии, относятся:

связь местных террористических организаций с крупными международ ными, такими как «Аль-Каида», «Братья мусульмане», «Хамаз», которые осу ществляют финансовую подпитку их деятельности, а также помощь в вербовке и подготовке боевиков;

нестабильность в Афганистане и Пакистане, где продолжают существо вать основные опорные базы и лагеря подготовки международных террористов;

наличие существенных этно-территориальных трений в межгосударст венных отношениях и затягивание решения связанных с этим проблем;

широкое распространение в Центральной Азии и прилегающих районах наркобизнеса, который вместе с другими видами трансграничной преступности является основным источником финансирования терроризма.

Таким образом, угрозы региональной безопасности и стабильности со стороны терроризма вызваны как внутренними, так и внешними причинами.

Причем, внутренние причины не менее значимы, чем внешние. И осложняю щим фактором в этом деле является то, что в государствах Центральной Азии такие угрозы рассматриваются, прежде всего, через призму обеспечения устой чивости существующего режима и лишь потом как задача защиты интересов личности и государства. Серьезной проблемой является, также, неадекватное восприятие степени исходящих угроз: либо она намеренно завышается, либо занижается. Вместе с тем, нельзя недооценивать и роли внешнеполитических и геополитических факторов.

Изучение общих аспектов деятельности сепаратистских и иных экстре мистских организаций в Центральной Азии показывает, что она носит трансгра ничный характер, охватывая территории практически всех центральноазиатских государств, и в ней активно участвуют международные террористические орга низации. Основными их целями являются: дестабилизация общей ситуации в регионе для облегчения своего прихода к власти в его государствах и введения в них шариатских форм правления с последующим возможным слиянием их в единый исламский Халифат.

С точки зрения военного искусства, можно также сделать несколько обобщений.

1. Терроризм, с которым сталкиваются страны региона, демонстрирует новый организационный уровень, для которого характерна сетевая организация, базирующаяся на новых принципах. Она включает гибкие структуры, выступа ющие самостоятельными динамичными субъектами, способными действовать довольно эффективно. Их сеть активно функционирует, основываясь на множе стве «горизонтальных» связей. Поэтому борьба с такой сетью должна вестись на двух основных «фронтах» – внешнем и внутреннем. На внешнем «фронте»

борьба государств региона с организованными сетевыми структурами террора затруднена отсутствием эффективного сотрудничества с внерегиональными ак торами, несмотря на предпринимаемые в последние годы усилия. На внутрен нем «фронте», подразумевая его охватом всего пространства ШОС, сотрудниче ство встречает затруднения вследствие противоречий между Пакистаном и Ин дией, и отсутствием должного доверия между отдельными странами-членами ШОС, включая и наблюдателей при ней.

2. США и их союзники по НАТО в определенных ситуациях будут спо собствовать действиям «нужных» им экстремистов и даже террористов, исполь зуя плоды их успехов в целях давления на неугодные режимы и даже для того, чтобы установить сво влияния в тех или иных странах, закрепляя его попытка ми обеспечить в более важных сво военное присутствие (пример – Косово).

3. Террористические организации для достижения стратегических целей используют многовариантную тактику. При этом прочность их сетей и ячеек, способность действовать автономно и техническая оснащенность повышаются, обеспечивая расширение географии и круга лиц, принимающих решения.

4. Вс отчетливее проявляется тенденция расширения масштабов опера ций подготовленных и проведенных крупными террористическими группиров ками как по количеству привлекаемых к их осуществлению сил, так и по про странственно-временным параметрам их проведения. Пример – захват целой страны (Афганистан) или е значительной части (Сербское Косово), в ходе ко торых ими применялись бронетехника, артиллерия и авиация. Особая опасность подобного – в высокой вероятности эскалации насилия при поддержке извне.

Поэтому они требуют проведения решительных антитеррористических опера ций с привлечением национальных, а лучше – многонациональных регулярных войск, которые, безусловно, должны владеть способами борьбы с терроризмом.

С учетом всего этого ШОС должна быть способна противостоять угрозам международного терроризма, как силами правопорядка, так и силами заблаго временно подготовленных воинских формирований. А это проблема не только политическая и военно-организационая, но и юридическая, что потребует нема лых усилий и времени для ее решения.

4.3. Проблема распространения ядерного оружия Проблема, связанная с распространением ядерного оружия в Центральной Азии и прилегающих к ней районах весьма актуальна. Это обусловлено появле нием там новых ядерных держав (Индии и Пакистана), обострение взаимоот ношений между которыми приобрели «ядерное измерение». Кроме того, здесь находится так называемое пороговое государство (Иран), которое, как считает ся, вплотную приблизилось к способности производства ядерного оружия.

Наконец, в ряде республик Центральной Азии имеются элементы технологиче ских цепей по производству такого оружия, доставшиеся им от советского ору жейного комплекса. Однако самая тревожная ситуация связана с внутриполити ческой обстановкой в Пакистане, неблагоприятное развитие которой создает угрозу попадания ядерного оружия в руки исламских радикалов, а от них, не исключено, и международных террористов. Понятно, что «высота» ядерного порога приобретет в этом случае критический уровень.

Имеет свои особенности и обеспечение со стороны стран региона режима Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Индия и Пакистан вообще не являются участниками этого Договора. Иран, в отличие от них под писал ДНЯО и официально заявляет о том, что не намерен выходить из него, будет и дальше соблюдать положения этого документа и сотрудничать в данном вопросе с МАГАТЭ. Тем не менее, США и ряд стран Евросоюза не снимают претензий по этому поводу именно к Ирану, хотя на сегодняшний день к при знанным в ДНЯО пяти обладателям ядерного оружия «самовольно» прибави лось четыре государства, и еще ряд стран создал достаточный научно технический потенциал, чтобы сделать подобный шаг.

Для нынешней международной обстановки ДНЯО имеет важное значе ние. Но нельзя не видеть его дискриминационного характера в отношении не ядерных государств, право которых на адекватную оборону ущемляется, а га рантии их защиты от этого вида оружия берут на себя далекие от беспристраст ности, согласия и единства «признанные» ядерные державы, которые тем самым закрепляют свою монополию на обладание им. Более того, на Западе время от времени звучат призывы к нанесению превентивных ударов, для предотвраще ния возможности использования оружия массового уничтожения государства ми, противниками стран западного блока. Особенно часто «грешит» этим Изра иль по отношению к Ирану. Такой призыв содержится и в докладе группы от ставных деятелей Североатлантического альянса, направленном руководству Пентагона и генсеку НАТО. Авторы этого доклада полагают, что «риск даль нейшего распространения ядерного оружия неминуем, и может возникнуть опасность ядерной войны, хотя и ограниченной по масштабам».167 По их мне нию, НАТО, Евросоюз и США должны объединить свои усилия и быть готовы ми к использованию даже ядерного оружия для предотвращения военных и тер рористических угроз западному миру и сохранения его ценностей и образа жиз ни. Они также утверждают, что распространение ядерных технологий свело на нет перспективы безъядерного мира. Иными словами странам НАТО, имеющим ядерное оружие, предлагается пересмотреть действующие военные доктрины в направлении снятия определенных ограничений в порядке его использования.

Не секрет, что сегодня усилия государств, стремящихся к обладанию ядерным оружием, направлены на сдерживание амбиций ведущего «борца» за его нераспространение и обладателя наиболее мощных его арсеналов – США.

Известно, что в Америке давно рассматривалась возможность превентивного применения ядерного оружия даже в ограниченных конфликтах, что нашло от ражение в е ядерной доктрине. Таким образом, избежав глобальной ядерной войны, американцы намерены применять маломощные атомные бомбы для уни чтожения лагерей боевиков.

Вообще-то первым государством, которое, находясь в явно враждебном окружении, начало создавать ядерное оружие, был Израиль. По мнению ряда экспертов, в данном деле Тель-Авив нашел понимание и даже тайную помощь со стороны Вашингтона, Лондона и Парижа. Правда, они выдвинули при этом определнные условия: ограничиться небольшим радиусом применения и мощ ностью ядерных зарядов, не вводя их в ранг стратегических, а также использо вать это оружие только в крайнем случае, когда все иные способы не смогут предотвратить военного разгрома государства. Сходные мотивы, скорее всего, определили решения Индии, Пакистана и КНДР относительно создания собственного ядерного оружия. В итоге на сего дня в мире сложилась довольно непростая обстановка. Характеризующие е структура и количественный состав ядерных вооружений приведены в табл. (курсивом выделены ядерные государства, расположенные в Центральноазиат ском регионе и в прилегающих к нему районах).

Таблица Наличие ядерного оружия в мире Государство Стратегические Нестратегическ. Общее количе боеголовки боеголовки ство боеголовок США 6 480 1 120 7 Россия 4 951 3 380 8 Великобритания – 185 Франция – 348 Китай 282 120 1) (~200)2) Израиль Н.д. Н.д.

(30 – 35)2) Индия Н.д. Н.д.

(24 – 48)2) Пакистан Н.д. Н.д.

КНДР Н.д. Н.д. Н.д.

Всего около 17 150 3) Таблица составлена по данным СИПРИ 2006 г.

1) данные отсутствуют;

2) предполагается, что из числа обозначенных здесь боеголовок развернута только часть;

3) кроме официально объявляемого количества боеголовок, еще столько же находится в так называемых «не засчитываемых категориях», которые могут использоваться либо сразу, либо через короткий промежуток времени;

общее же число всех ядерных боеголовок в мире, по мнению сотрудничающих с СИПРИ экспертов, достигает 36 800 ед.

Побудительные мотивы к обладанию ядерным оружием известны. Во первых, достаточный военный потенциал всегда являлся гарантом безопасности государства, что справедливо и сегодня. Во-вторых, не все страны, считающие угрозы военного плана вероятными, обладают нужными для их нейтрализации ресурсами. Выходом становится или заключение военно-политического союза с сильной державой и создание коалиции дружественных стран, или вхождение в уже существующие альянсы. Однако бывает, что в силу тех или иных обстоя тельств условия вступления в некий союз оказываются неприемлемыми или объединиться не с кем. Тогда и возникает желание обзавестись таким средством сдерживания агрессоров, каким сегодня является ядерное оружие. Поэтому до тех пор, пока подобное оружие существует и даже совершенствуется в странах, уже обладающих им, а их военно-политическое руководство доктринально за крепляет условия и порядок его применения, угроза расползания ядерного ору жия в мире будет сохраняться. Возможность же его полного запрещения и лик видации выглядит довольно отдаленной перспективой.


Исходя из этого, наиболее действенным способом обеспечения нераспро странения всякого оружия массового уничтожения, включая ядерное, представ ляется не угроза насильственного разоружения страны, «подозреваемой» в его производстве, а создание атмосферы уважения ее интересов и национальных традиций, а также расширение гарантий безопасности в военной сфере со сто роны мирового сообщества.

Нынешний кризис режима ДНЯО носит комплексный характер. Его ос новное проявление – появление новых ядерных государств. Кроме того, толч ком этому процессу послужило и начало формирование однополярного мира, сопровождаемое политикой «двойных стандартов», которую Вашингтон и его союзники проводят в отношении нелояльных к ним стран геостратегически зна чимых регионов. А потому практика политико-дипломатического давления на них с помощью переговорных механизмов различных «шестерок», будь то в Иране или в КНДР, не приводит к решению проблемы.

Нынешнее обострение геополитической обстановки на Ближнем Востоке, в Северо-Восточной и в Центральной Азии привело к кризису глобальной си стемы стратегической стабильности и серьезной деформации существовавших ранее механизмов сдержек и противовесов. Именно это стало причиной появле ния конфликтов на почве ядерного распространения, центром которых стали Иран и Северная Корея. На наш взгляд, к конкретным политическим действиям США, которые отрицательно влияют на режим нераспространения ядерного оружия, можно отнести следующие.

Во-первых, использование данной проблемы в качестве предлога к поли тическому и военному вмешательству в региональные процессы, а также к ока занию давления на отдельные государства. Этот подход стал традиционным для Вашингтона. Достаточно вспомнить операцию в Ираке, которая начиналась якобы в целях предотвращения создания ОМУ режимом С. Хусейна, а также объективно оценить политику, проводимую Белым домом в отношении Ирана.

Во-вторых, стремление США к обретению глобального военно политического доминирования через разрушение традиционной системы стра тегической стабильности, базирующейся на ядерном сдерживании.169 В этой связи нельзя не отметить военные программы США по созданию новых типов ядерных боеприпасов малой мощности, развертыванию различных систем ПРО, активизации деятельности по милитаризации космоса, разработке и внед рению новых типов «конвенционального» оружия. При этом вся эта работа ве дется якобы в целях «контрраспространения» ядерного оружия, что и заклады вается в доктринальные документы США.

В-третьих, одностороннее толкование Вашингтоном норм режима нерас пространения, а также применение им «двойных стандартов» в отношении тре тьих стран, нередко вопреки задачам укрепления этого режима. Пример подоб ного – так называемая «индийская ядерная сделка» 2008 г. Тогда под давлением США на стран-участниц группы ядерных поставщиков (ГЯП) и Комитета Цан гера, существующего в рамках этой группы, было принято решение о снятии экспортно-контрольных ограничений с Индии – государства, не входящего в ДНЯО, но являющегося обладателем ядерного оружия (ЯОГ) фактически.

Сам по себе этот факт имеет двойственное толкование для интересов стран-поставщиков на мировом рынке ядерных услуг. Однако для режима не распространения как такового он, безусловно, негативен. Еще более непоследо вательной выглядит принятая формулировка ГЯП о том, что это решение носит исключительный характер и не может трактоваться в качестве международного прецедента.170 Между тем, неизбежным следствием этого решения будет зако номерное стремление таких стран, как Пакистан, а может быть и Израиль, до биться аналогичного положения, оставаясь при этом за рамками ДНЯО, что мо жет быть фатальным для режима ядерного нераспространения в целом.

Еще к одному примеру подобного можно отнести полное отсутствие со стороны США всякой реакции (не исключено и скрытое поощрение) односто роннего применения военной силы Израилем в отношении Сирии, не только без санкции но и без проведения каких-либо консультаций в СБ ООН. Как известно, в начале 2008 г. Израиль (государство, не подписавшее ДНЯО) нанес ракетный удар по сирийскому объекту (Сирия – участник ДНЯО, в отношении которой в тот момент не велось никаких расследований МАГАТЭ) под предлогом того, что этот объект является частью военной ядерной программы Дамаска. Более того, Вашингтон срочно инспирировал расследование МАГАТЭ в отношении данного объекта (результаты которого к однозначному выводу не привели).

Вместе с тем, реакцией международного сообщества на агрессивные действия Тель-Авива стало лишь несколько протестов.

В-четвертых, стремление США сместить акцент в общемировом понима нии проблемы «ядерного нераспространения» исключительно на ядерное разоружение и контрраспространение. В соответствии со ст.VI ДНЯО ядерное разоружение должно и может проводиться исключительно в контексте всеобъ емлющего и полного разоружения. Однако Вашингтон начал зондировать почву относительно одобрения идеи постепенного движения к состоянию так называ емого «ядерного нуля», то есть полного уничтожения ядерного оружия. Но вряд ли кто не понимает, что реальная цель этого – окончательное разрушение системы ядерного сдерживания. Тогда военно-техническое превосходство США, обеспеченное наличием «конвенционального» и других принципиально новых типов вооружений, не подпадающих ни под какие существующие меж дународные контрольные механизмы, а также внедрением новых средств веде ния войны (информационные, психологические), позволит США игнорировать Эта идея в настоящее время активно продвигается такими американскими экспертами в об ласти нераспространения и разоружения как Г.Шульц, С.Нанн и Г.Киссинджер. В начале 2007 г. Ими была опубликована «программная» статья: Shultz G.P., Perry W.J., Kissinger H.A., Nunn S. A World Free of Nuclear Weapons // The Wall Street Journal. 2007, 4 January.

любых оппонентов, опираясь на безраздельное глобальное военно стратегическое доминирование в мире.* Суть российского подхода к данной проблеме укладывается в краткую формулу – режим ядерного нераспространения подлежит дальнейшему укреп лению;

урегулирование вокруг ядерной проблемы Ирана должно осуществлять ся мирными, политико-дипломатическими средствами. Этот подход имеет уни версальный международный характер, разделяется многими партнерами России, в частности Китаем. Так, в упоминавшейся уже российско-китайской деклара ции, подписанной 21 марта 2006 г. в ходе визита Президента РФ в Пекин, было отмечено намерение России и Китая продолжать взаимодействие в целях мир ного разрешения этой проблемы. Индия – наблюдатель в ШОС, выражая го товность к дальнейшему углублению и расширению сотрудничества с Ираном, также твердо высказывается за необходимость мирного урегулирования проти востояния Ирана с Западом.

Российская дипломатия прилагает немалые усилия к недопущению сва ливания иранской ядерной темы в политический тупик. Хорошо известна ини циатива Москвы по совместному с Ираном обогащению урана, причем на нашей территории, с соблюдением всех международных норм. Россия также убедила Иран подписать дополнительный протокол, предусматривающий воз врат в нашу страну отработанного ядерного топлива с АЭС в Бушере, что явля ется дополнительной гарантией соблюдения режима нераспространения. Такое качество российско-иранского сотрудничества в ядерной области является су щественным ограничителем, который сдерживает выход Ирана за его рамки.

Принятая 31 июля 2006 г. резолюция 1696 СБ ООН по Ирану содержит предложение о возможности рассмотреть меры экономического воздействия на * Цель достижения глобального военно-стратегического превосходства США не ставится под сомнение, а воспринимается как константа в американском политическом истеблишменте. См.

например, выступление министра обороны республиканской администрации Р.Гейтса в Фонде Карне ги в октябре 2008 г., который, кстати, сохранил свой пост и в новой администрации: Gates R.: Nuclear Weapons and Deterrence in the 21 Century. Washington: Carnegie Endowment for International Peace, 28.10.2008.

Иран, как это предусмотрено ст. 41 Устава ООН, в случае отсутствия прогресса в усилиях по возобновлению переговоров с Тегераном относительно его ядер ной программы. В России исходят из того, что применение положений этой ста тьи требует особой деликатности и терпения, не говоря уже о ст. 42, преду сматривающей применение силы, на чм настаивали американские представи тели в ООН. Сходными с Россией в этом смысле являются китайские и ин дийские подходы. И хотя резкие, порой, высказывания иранских лидеров вы глядят контрпродуктивно, но столь же контрпродуктивен был бы разговор с Те гераном на языке ультиматумов. Поэтому введение обеими сторонами элемен тов конструктивизма в свой диалог представляется необходимым и вполне назревшим, ибо, несмотря на объективную сложность иранской ядерной про блемы, резервы мирного е решения не исчерпаны.

Еще большую опасность, чем виртуальный иранский ядерный потенциал, представляет реальное ядерное оружие Пакистана. Сегодня Пакистан двулик:

это не только союзник Запада в регионе, но и плацдарм исламских фундамен талистов, позволяющий им совершать рейды против войск американской коа лиции в Афганистане. Некоторые эксперты полагают, что разгром исламистов в Пакистане повлечет резкое сокращение атак ими интернациональных сил в Афганистане, победа же исламистов отдаст в их руки атомный арсенал страны – более 100 ядерных зарядов.


В целом, при сохранении тенденций в области ядерного нераспростране ния, которые имели место к началу 2009 г., можно ожидать, что в среднесроч ной перспективе на режим ДНЯО в Центральной Азии и прилегающих к ней районах будут влиять следующие факторы.

Во-первых, высокая вероятность того, что не появится новых предпосы лок, способных обострить ситуацию вокруг иранской ядерной программы. В то же время вполне возможным выглядит нарастание напряженности, связанной с вопросами ядерного нераспространения в отношении Сирии и Пакистана. При чем этот процесс будет связан со стремлением США усилить геополитическое влияние на Ближнем Востоке и на пространстве ШОС.

Во-вторых, ожидающимся нарастанием противоречий между Америкой, заинтересованной в управляемых международных механизмах однополярной модели мироустройства, и странами, проводящими политику многополярности (прежде всего – Россия и Китай), что будет проецироваться на существующие режимы международной безопасности, в том числе на поле ядерного нераспро странения. При этом разница в их подходах к проблеме и задачам режима ДНЯО будет вызывать вс большую эрозию и ослабление политической значи мости таких механизмов этого режима, как ГЯП, Комитет Цангера, Конферен ция по разоружению.

В-третьих, приход к власти в США демократической администрации, оче видно, даст новый толчок нераспространенческой риторике Вашингтона на международной арене. Заметим, что уже в предвыборной программе Б. Обамы была заложена идея «поэтапного продвижения к безъядерному миру»,171 цель продвижения которой рассматривалась выше. Тем не менее, разоруженческая риторика будет широко использоваться Вашингтоном.

В целом, вопросы распространения ядерного оружия будут тормозить ре гламентацию международных отношений и выработку механизмов контроля над вооружениями. Поэтому перспективы «разрядки» подобные тем, что мы наблюдали в эпоху советско-американской конфронтации, останутся невысоки ми и к этому следует готовиться, прежде всего, ШОС, в которую вместе с наблюдателями уже входят четыре ядерные державы.

4.4. Распространение наркотиков и другие трансграничные вызовы В качестве главных причин, повлекших в последние годы рост производ ства наркотиков в Афганистане, называют три. Первая, это низкая эффектив ность сельскохозяйственного производства, усугубленная развалом транспорт ного и перерабатывающего комплексов государства. Но это не относится к ма ку, так как сбор опия-сырца с 1 га достиг рекордной величины в 45 кг при обычной норме в пределах 30 кг.

Вторая причина заключается в том, что в стране отсутствует разработан ная для конкретных условий Афганистана целенаправленная система мер по борьбе с производством наркотиков, а также стремление и воля государственно го управления различных уровней вести такую борьбу. Вместо этого существу ют многочисленные и не очень-то скрываемые свидетельства поощрения со стороны как местной, так и центральной власти подобной деятельности.

В качестве третьей причины называют неожиданную пассивность в этом вопросе введенных в страну международных сил, прежде всего американцев.

Обладая большим опытом борьбы с наркобаронами в так называемом Андском треугольнике, в первую очередь в Колумбии, они могли бы применить нарабо танную там методику в Афганистане или, по крайней мере, научить этому со трудников местных силовых структур. Между тем, по данным, приведенным в докладе ООН, почти половина производства наркотиков приходится на 2 из афганских провинций – Нангархар и Гильменд, именно там, где расположены группировки американских и британских войск.

В итоге 7-летней оккупации Афганистана объем производства наркотиков по сравнению с 2002 г. вырос в 2,5 раза. Если же сравнивать его с данными ООН 2001 г., можно увидеть, что с начала операции "Несокрушимая свобода" наркооборот в регионе вырос в 44 раза.172 Причем эта удручающая динамика отмечается на фоне полного провала реализации "боннских решений" по урегу лированию афганской проблемы, принятых в декабре 2001 г.

Размышления над причинами такой пассивности американцев в этом деле приводят к выводу, что в ее основе лежат объективные условия, сложившиеся в Афганистане, а также ситуация, в которых оказались здесь США и их ближай шие союзники. Суть всего этого заключается в следующем.

Во-первых, ни НАТОвцы, ни режим Карзая реально не контролируют поло жения в стране. Им едва хватает сил на поддержание относительной стабильно сти и порядка лишь в Кабуле и районах, примыкающих к столице, а также в ме стах базирования и расквартирования введенных в Афганистан иностранных войск.

Во-вторых, в случае проявления рвения в борьбе с производством и рас пространением наркотиков, они неизбежно вызовут еще большее недовольство фактом своего пребывания в стране. Оно проявится как со стороны могуще ственных наркодельцов и должностных лиц, получающих свою долю дохода от процветания этого бизнеса, так и со стороны многих тысяч крестьян, для кото рых выращивание опийного мака является едва ли не единственным источником существования. Но что самое главное, в этом случае они рискуют потерять ло яльность и к себе, и к поставленной ими афганской администрации со стороны полевых командиров, которым не на что будет содержать свои отряды. А это уже чревато для них нарастанием «джихада».

В-третьих, – финансовая сторона проблемы. По существующим оценкам, наркобизнес остается самой прибыльной отраслью афганской экономики. Его чистый доход исчисляется в размере не менее 2,8 млрд. долл. в год, что эквива лентно 60 % ВВП Афганистана. В случае перекрытия этого канала поступления средств в страну, придется многократно увеличить ей финансовую помощь. Но такое бремя в основном ляжет на американцев, так как они взялись за пере устройство данного государства, а другие страны и даже союзники США про демонстрировали нежелание нести существенные затраты в этом деле, что наглядно показал фактический провал широко разрекламированной акции по сбору во всем мире средств на модернизацию Афганистана.

Такими представляются главные мотивы «сдержанности» США при реше нии проблемы афганских наркотиков.

С другой стороны, определенный вклад в наркопотоки со стороны Афга нистана вносит военная авиация. По словам З. Кабулова, чрезвычайного и пол номочного посла РФ в Афганистане, появляется информация об использовании военно-транспортной авиации США для переброски наркотиков внутри Афга нистана и за границу. "Я допускаю возможность этого, но доказать не могу", – сказал он.173 Как бы то ни было, американское военное присутствие в Афгани стане по странному стечению обстоятельств совпадает с началом роста объемов производства афганского опия-сырца, что становится заметной причиной деста билизации обстановки в Азии, Европе и России.

Не афишируя своих заслуг, Афганистану помогают непосредственные со седи-участники ШОС, – Россия, Индия, Китай, Узбекистан и Таджикистан, а также Иран. Их помощь, и немалая, ориентирована преимущественно на при граничные афганские провинции и касается в первую очередь восстановления транспортных коммуникаций и иной хозяйственной инфраструктуры. Однако западные СМИ упорно не освещают этого.

И все же представляется, что предпринимаемые в самом Афганистане меры по борьбе с наркобизнесом явно недостаточны. Предпосылка к этому вытекает из внутренних афганских условий. Там в интересах укрепления новой админи страции американцы стремятся удалить из политики полевых командиров, в первую очередь входящих в Северный альянс. Заметим, что северные провин ции Афганистана, являющиеся базой этого альянса, практически не контроли руются ни международными силами, ни правительством Карзая. При этом ли деры альянса не собираются сдавать свои позиции, прочность которых зависит от их военной мощи. Поэтому они будут ее увеличивать, а значит расширять наркоторговлю для получения нужных средств. Это подтверждают данные о большом приросте площадей посева опийного мака в Бадахшане.

Вторая предпосылка связана с обстановкой на афгано-таджикской границе.

До последнего времени использование северного маршрута было сопряжено с высокой вероятностью боестолкновений наркокурьеров с российскими погра ничниками, а потому даже предусматривало обеспечение прорыва на сопре дельную территорию. Это, скорее всего, сдерживало более широкое использо вание данного направления, несмотря на относительную легкость дальнейшей транспортировки наркотиков между странами СНГ.

В неформальных беседах представители соответствующих западных служб выражали мнение, что Таджикистан настоял на выводе российских погранични ков из страны под нажимом американцев, осуществленном через почти сплошь проамериканское руководство таджикского Комитета охраны госграницы. От себя добавим, что, очевидная нелогичность этих действий США, как и ряда дру гих, продиктована, вероятно, иными перспективными для них соображениями, о которых они не ставят в известность своих партнеров.

Следует отметить также расхождения нашего и западного подходов к стратегии борьбы с афганской наркоэкспансией. Запад считает, что эту борьбу нужно вести, прежде всего, в самом Афганистане путем усиления центральной власти, ее правоохранительных органов и восстановления нормального сельско го хозяйства. Его представители также призывают нас использовать отношения с Северным альянсом и направить в его зону подготовленных в нашей стране аф ганских наркополицейских для активизации такой работы на севере страны.

Россия более трезво оценивает положение дел в этом государстве. Наши специалисты предлагают создать вокруг него «пояса заслона», перекрывающие путь наркотрафику. При этом первый такой пояс должен быть сплошным и рас полагаться вдоль всех границ Афганистана, а второй – на российско-казахской границе и на Каспии, на индо-пакистанской и ирано-турецкой границах, а также в некоторых других местах.

Представляется, что достичь эффекта в этом деле можно только согласо ванным и комплексным использованием всех доступных средств в такой борь бе. Следует активизировать проведение мероприятий, за которые выступает За пад, усилив их жестким контролем со стороны сил НАТО. В первую очередь нужно направить их на выявление внутренних афганских транспортных кори доров, по которым осуществляется перемещение наркотиков, устанавливать в их узлах блокпосты, оборудованные пунктами проверки и технического до смотра любых транспортных средств, а также регулярно проводить операции по уничтожению героиновых лабораторий и маковых полей.

Бесспорно, придется наращивать создаваемые Россией «пояса заслонов».

При этом усилия должны сосредотачиваться не только на препятствовании про никновению через них наркотиков из Афганистана, но и на пресечении поста вок туда прекурсоров, необходимых для производства наркотических средств.

Вполне понятно, что одно осуществление скрытного перехода наркокурье рами границы не означает еще решения всей задачи. Требуется дальнейшее движение «товара» по территории государств и его транзита далее. Но значи тельные расстояния не позволяют на всем их протяжении использовать тайные караваны и вынуждают с определенными ухищрениями пользоваться действую щей там транспортной системой. И здесь «союзником» правоохранительных ор ганов выступают очень сложный рельеф местности и связанная с этим ограни ченность путей в указанных странах.

К примеру, многие эксперты полагают, что создание пунктов контроля ав тотранспорта на двух трассах: Душанбе – Худжанд ( мост через реку Зерафшан) и из Горно-Бадахшанской области в Ош (в районе поселка Сары-Таш), на кото рых были бы размещены специальные рентгеновские установки и подразделения подготовленных собак, существенно затруднили бы скрытную перевозку нарко тиков. Других нормальных дорог из южного Таджикистана нет, а потому мино вать эти посты очень сложно. Аналогичные пункты досмотра нужны и в между народных аэропортах Душанбе и Куляба, а также на железной дороге.

Конечно, все это требует немалых затрат (по мнению специалистов, при близительно по 5 млн. евро на каждый пост). А потому в этом деле нужна ко операция всех заинтересованных государств, включая европейские, тем более что их сумма несравненно меньше тех миллиардных затрат, которые они без особого успеха вкладывают в развитие альтернативного сельского хозяйства Афганистана. При этом Россия могла бы взять на себя подготовку персонала та ких постов для всех центральноазиатских государств в своем специальном учебном центре в Домодедове, считающимся одним из лучших в мире и где уже проходят обучение специалисты из многих стран.

Конечно, выполнение аналогичных и иных мероприятий, учитывающих местные условия, следует распространить и на другие участки предлагаемых нашей страной «поясов заслона» афганской наркоэкспансии. В определенной мере они потребуют и привлечения воинских контингентов соответствующих стран, а также использования оперативных данных силовых структур стран ШОС, Ирана, Пакистана, Турции и других государств, обладающих информа цией о местах производства и складирования, маршрутах и методах перевозки, оптового распределения и розничной реализации афганских наркотиков.

Другим действенным методом борьбы с контрабандой афганских нарко тиков стало проведение по инициативе государств-членов ОДКБ регулярных международных оперативно-профилактических операций "Канал". В результате осуществления в 2006 г. двух этапов операции "Канал" выявлено почти 10 ты сяч наркопреступлений, в том числе 613 – совершенных организованными группами. Из незаконного оборота изъято около 24 т наркотических средств и психотропных веществ.

В ШОС принято решение по созданию в Центральной Азии региональной сети организаций для эффективной борьбы с террористической и наркотической угрозами, исходящими из Афганистана.

Североатлантический альянс тоже изучает возможность создания специ альной группировки для борьбы с производством и контрабандой наркотиков в Афганистане. Как сообщает афганский телеканал «Толо» со ссылкой на коман дование НАТО в Кабуле, окончательное решение об усилении деятельности блока, направленной на борьбу против наркоугрозы, было принято в ходе не формальной встречи министров обороны стран, его членов, прошедшей в Буда пеште. В НАТО считают, что, борясь с производством наркотиков, альянс нано сит удар по инфраструктуре талибов, которые, согласно обнародованным дан ным, ежегодно от торговли ими получают свыше 100 млн. долл.

Справедливости ради надо сказать, что афганские власти, в свою очередь, тоже не стоят в стороне от борьбы с посевами мака. В некоторых провинциях распылялись с самолета над плантациями ядохимикаты, способные уничтожить до 50% посевов. Однако подобные меры вызывают опасения за экологию и здо ровье людей.

В последнее время появляется обнадеживающая информация о некотором сокращении производства наркотиков в Афганистане. Толчок к этому дало по вышение цен на продукцию сельского хозяйства, прежде всего на продоволь ственные культуры. Повышение рентабельности сельскохозяйственного произ водства возвращает афганское крестьянство к традиционному выращиванию зерновых культур.

Этим обстоятельством можно воспользоваться для искоренения массово го выращивания опиумного мака, с одной стороны, поощряя производство зер новых, а с другой – более активно воздействуя силой закона на тех, кто продол жает свой преступный промысел.

Поскольку основные территории выращивания опиумного мака находятся в районах, которые игнорируют власть Кабула, и где нет гарнизонов иностран ных войск, единственной возможностью уменьшить объемы производства геро ина может стать проведение совместных специальных операций по уничтоже нию посевов мака, центров переработки и хранения наркотиков, выявление и уничтожение средств их доставки. Условия для этого созрели и желание всех заинтересованных сил, как видно, имеется. С учетом этого министерством обо роны РФ было предложено провести такие операции в Афганистане с использо ванием сил и средств России, США, ОДКБ, НАТО и их союзников по антита либской коалиции.

Для проведения операции необходимо создание единого командования, которому могли бы быть переданы данные национальных спецслужб. Единый центр планировал бы операцию, определял цели для опыления дефолиантами, ставил задачи на уничтожение лабораторий по производству наркотиков, коор динировал действия. Проводил бы обмен информацией, ее дозирование для пе редачи частям полиции и поддерживающим подразделениям. Но для этого нуж но политическое решение не только стран, входящих в ШОС и ОДКБ, но и США, ЕС и НАТО.

В завершение следует подчеркнуть, что реализация подобных планов должна осуществляться под единым, постоянным и действенным международ ным управлением и контролем, например, Департамента по наркотикам и борь бе с организованной преступностью ООН при тесном его взаимодействии с центральноазиатскими структурами безопасности. Следует усиливать и сотруд ничество соответствующих структур ШОС, ОДКБ и СНГ. Только так можно из бежать субъективизма некоторых государств в этом деле, или снизить его, а также воспрепятствовать коррупции в среде персонала соответствующих струк тур и в органах управления ими, относящихся к различным странам.

Другие трансграничные вызовы. Условия, которые способствуют ввозу через границы государств ШОС наркотиков, в той же степени обусловливают возможность осуществления и других трансграничных преступлений. Среди них наиболее опасными сегодня являются контрабанда оружия и боеприпасов, взрывчатых, отравляющих, ядовитых и радиоактивных веществ, а также неле гальная миграция людей.

Конечно, преступления этого рода не обладают теми масштабами, которые сегодня получила наркоторговля. Во-первых, существует огромная ценовая раз ница единицы запланированного к нелегальной переброске веса героина в срав нении с аналогичным показателем переброски средств вооружения, взрывотех нических и иных опасных веществ. Во-вторых, требуется выполнять жесткие меры предосторожности при транспортировке взрывчатых, радиоактивных, хи мических, бактериологических и иных опасных веществ в условиях обеспече ния ее скрытости и отсутствия специализированных средств для их перевозки.

В-третьих, более предпочтительными выглядят кружные маршруты, неожидан ные для стороны, препятствующей транспортировке таких веществ, и менее насыщенные силами и средствами поиска контрабанды, чем те, где систематиче ски ищут наркотики. В-четвертых, многие опасные вещества в современных условиях могут быть приобретены или изготовлены в районах, где запланирова но их использование, или вблизи них.

Характерна в этом плане тенденция, которая стала просматриваться в от ношении легкого вооружения и боеприпасов. Последние события, связанные с обеспечением стрелковым оружием крупных террористических вылазок и спро воцированных массовых беспорядков в государствах ШОС, показывают, что им предшествовали нападения боевиков на подразделения силовых ведомств соот ветствующих стран, прежде всего с целью добычи оружия и боеприпасов. До статочно вспомнить недавние вылазки террористов на Северном Кавказе, а так же развитие кризисных ситуаций в Киргизстане и Узбекистане, чтобы увидеть ее.

И все же угрозы, связанные с контрабандой подобных веществ, причем в обоих направлениях, нельзя считать малозначимыми, а потому борьба с ними тоже должна оставаться в числе задач обеспечения безопасности государств ШОС, тем более что факты такой деятельности время от времени выявляются.

Однако их решение сопряжено с теми же проблемами и требует проведения аналогичной системы мероприятий, которые требуются для пресечения нарко бизнеса. Поэтому представляется, что целесообразные направления работы со ответствующих структур государств ШОС, направленные на решение обозна ченной проблемы, не нуждаются в детальном рассмотрении.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.