авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 10 |

«МИНИСТЕРСТВ ОБРАЗОВАН М ВО НИЯ И НАУКИ У УКРАИНЫ ДОНЕЦКИЙ НАЦИОНАЛЬ Й ЬНЫЙ УНИВЕРС ...»

-- [ Страница 6 ] --

С марта 1931 г. было предпринято несколько попыток осущест вления государственного переворота и установления военно фашистской диктатуры. Военные приступили к детальной проработке плана захвата Маньчжурии. После серии вооруженных провокаций Квантунская армия в ночь на 19 сентября 1931 г. напала на китайские войска в Мукдене. Вскоре вся Маньчжурия была оккупирована япон цами. В 1932 г. на ее территории было образовано марионеточное го сударство Маньчжоу-го. Лига Наций потребовала от Японии прекра тить военные действия в Китае и вывести оттуда войска. В марте 1933 г. Япония заявила о своем выходе из Лиги Наций и продолжила захватнические действия на континенте. Квантунская армия заняла весь Северный Китай.

Поворотным пунктом аграрной политики японского правитель ства послужила мировая депрессия 1929-1933 гг., в борьбе с которой оно, взяв за образец опыт соседа-противника (СССР), провело в жизнь «План возрождения деревни» и «Пятилетку распространения производительных кооперативов». Коллективистское направление в решении продовольственного вопроса укрепилось во время упомяну той войны с Китаем.

К началу японо-американской войны (1941 г.) сложилась про довольственно-контрольная система, которая покоилась на трех принципах: 1) Государственная монополия на торговлю рисом 2) Единый канал распределения риса, состоящий исключительно из го сударственных предприятий и общественных организаций. 3) Цено вая система с «обратными ножницами»: правительственные заготови тельные цены были выше продажных. [14] “Новый курс” Ф. Рузвельта и его экономическая сущность.

Потрясенные произошедшей экономической катастрофой, экономи сты лихорадочно пыталась выяснить причины кризиса, найти пути выхода из пего и средства для предотвращения его повторения.

Положениям классической теории занятости упорно противо речил один существенный факт – повторяющиеся периоды длитель ной безработицы и инфляции. Если можно было объяснить незначи тельный спад, такой, как кратковременное падение производства в 1924-27 гг., войнами и аналогичными внешними обстоятельствами, то глубокие и продолжительные спады, каковой была “Великая Депрес сия”, не поддавались разумному объяснению. Существует порази тельное несоответствие между теорией и фактической десятилетней “осадой” экономики весьма значительной безработицей.

Разрабатывались различные теории “оздоровления” экономики.

Одной из наиболее распространенных среди них явилась идея огра ничить стихию свободной конкуренции путем государственного ре гулирования экономики. Подобные экономические взгляды формиро вались в значительной степени под воздействием теоретических идеи Дж. Кейнса, видевшего пути укрепления экономики государства в активном вмешательстве государства в хозяйственную жизнь при со хранении частной собственности на средства производства. Основан ные на этой теории попытки государственного вмешательства в хо зяйственную жизнь США связаны с именем президента Ф. Рузвельта.

На президентских выборах в ноябре 1932 г. Ф. Рузвельт одер жал победу благодаря своим обещаниям вывести страну из кризиса и провести в целях оздоровления экономики “новый курс”. Рузвельт ни в коей мере не собирался преобразовать экономический строй США и изменить систему экономических отношений. Наоборот, вся его дея тельность была направлена на восстановление и укрепление этой сис темы. В то же время, будучи гибким и трезвым политиком, Ф. Руз вельт был вынужден пойти на некоторые уступки, проводил социаль но-экономические реформы в надежде избавиться от угрозы нового кризиса, осуществил важные мероприятия в области внешней поли тики. Поэтому “новый курс” Ф. Рузвельта, по словам У. Фостера, поддерживала основная масса рабочих, фермеров и мелких компаний, и это свидетельствовало о его известной прогрессивности. Однако нельзя не учитывать, что власть монополий в стране нисколько не была ущемлена, они еще более расширили свое господство в эконо мической и политической жизни и увеличили получаемые прибыли.

Вся беда современного капитализма, по мнению Ф.Рузвельта, состояла в перепроизводстве товарной продукции. Однако причину перепроизводства он видел в расстройстве сферы обращения. В связи с этим Ф. Рузвельт при осуществлении политики “нового курса” об ращал особое внимание на область кредита и торговли.

“Проблему реализации”, как считал Ф. Рузвельт, можно было разрешить путем сокращения избыточного производства и повыше ния цен, а также путем достижения “полной занятости”, т.е. ликвиди ровав безработицу, благодаря чему увеличился бы покупательский спрос. Однако “полную занятость” возможно было обеспечить, лишь полностью загрузив имеющиеся производственные мощности, что зависело, в свою очередь, от наличия у предприятий необходимых финансовых средств и достаточно емкого внутреннего рынка.

Поэтому в системе “нового курса” главными мероприятиями яв лялись: оказание поддержки пошатнувшейся финансово-банковской системе и гибнущим промышленным и торговым предприятиям при помощи крупных займов и субсидий, стимулирование частных капита ловложений, а также попытки поднять резко упавшие цены путем де вальвации доллара и усиления инфляционных тенденций.

Для регулирования экономики были приняты “Закон о восста новлении национальной промышленности” (НИРА) и “Закон о регу лировании сельского хозяйства” (ААА). В соответствии с этими зако нами было осуществлено принудительное картелирование промыш ленных предприятий и государственное регулирование уровня про мышленного производства в целях его сокращения. Вся промышлен ность США была разделена на 17 групп, в каждой из которых были введены так называемые “кодексы честной конкуренции”, которые определяли единую политику цен, фиксировали размеры производст ва для каждого предприятия, распределяли рынки сбыта между уча стниками и устанавливали уровень заработной платы рабочих.

В области сельского хозяйства “новый курс” состоял в попыт ках остановить процесс разорения фермеров, и поднять цены на сель скохозяйственную продукцию путем сокращения производства и уменьшения посевных площадей, за что фермерам выплачивались премии. Аграрная политика Ф. Рузвельта была на руку крупным фер мам, которые могли сравнительно безболезненно сократить часть своих посевных площадей. Эти фермы, пользуясь правительствен ными субсидиями, в большом количестве приобретали сельскохозяй ственные машины и химические удобрения, что повышало произво дительность труда и урожайность, и позволяло сохранить размеры производства на прежнем уровне. Благодаря этому процесс концен трации земельной собственности усилился, о чем свидетельствовало сосредоточение к 1940 г. в руках 1,6 % общего числа ферм 34 % сель скохозяйственных площадей. В то же время 38 % ферм использовало менее 5 % этих площадей, и эту группу ферм правительственная по мощь, как правило, обходила.

“Новый курс” предусматривал также ряд социальных мероприя тий, направленных, прежде всего на сокращение безработицы. Была принята программа общественных работ (строительство автострад, аэ родромов, мостов и т.д.) с привлечением безработных. Была введена система выдачи минимальных пособий бедствующим безработным.

В июне 1935 г. был принят закон Вагнера “О трудовых отно шениях”, который запрещал преследование рабочих за создание профсоюзов и участие в стачках и подтверждал право рабочих за ключать с предпринимателями коллективные договора. Для урегули рования споров между рабочими и предпринимателями вводился при нудительный арбитраж.

Экономическая политика Ф.Рузвельта оценивается весьма про тиворечиво. Сторонники свободной конкуренции ее безудержно ру гают за нарушение старых принципов свободного предприниматель ства. Защитники идеи регулируемого капитализма столь же безогово рочно ее хвалят и критикуют лишь недостаточно решительные дейст вия в этом направлении. В годы президентства Ф. Рузвельта феде ральное правительство впервые в условиях мирного времени стало играть в экономике значительную роль. Ограниченность проведенных в соответствии с “новым курсом” мероприятий не позволила до биться сколько-нибудь ощутимого хозяйственного подъема США.

Что же касается введения планового хозяйства, о чем нередко гово рил Ф. Рузвельт, то реально речь могла идти лишь о некоторых огра ниченных регулирующих мероприятиях. Мероприятия “нового кур са” были в дальнейшем постепенно отменены.

Экономическая политика Ф. Рузвельта не смогла спасти страну от очередного экономического кризиса, наступившего в 1937 г. и вновь поразившего экономику США сильнее других стран. За два года уровень промышленного производства в США упал на 21 %. Кризис 1937-1938 гг. вновь отбросил американскую экономику на полтора десятка лет назад.

В чем сходство и в чем разница сегодняшнего финансового кризиса с тем, что случился три четверти века назад? Некоторые го ворят, что одной из проблем явился "лёгкий" кредит. Этот фактор был усугублен новомодными "переменчивыми" финансовыми мето дами – особенно, покупкой активов при помощи заёмных средств и использованием "волшебных" финансовых "рычагов". И всё это на фоне легкомысленного, бездумного оптимизма – будто бы цены мо гут только повышаться. Это было прекрасным рецептом для безу держного бума – и для разрушительной Великой депрессии.

Причудливые финансовые идеи 2000-ых включали секьюрити зацию, дефолтно-кредитные свопы, облигации, обеспеченные долго выми обязательствами и всех их фантастических "родственников", самой модной новинкой накануне краха 1929г. был инвестиционным трестом – компания, цель которой состояла в том, чтобы спекулиро вать на акциях других компаний, используя чудеса рычагов с целью приумножить доходы (а, в конечном счете – убытки).

На неизвестной территории почти любая карта сгодится, неза висимо от того насколько она неполная или устаревшая. В попытке выбрать путь через сегодняшний финансовый кризис, есть много над чем основательно задуматься. Среди прочего – один пример из Швеции начала 1990-ых, другой из Японии то же десятилетия, а третий из американской практики за несколько лет до этого. Одна ко, безусловно, самый страшный – тот, что наметился еще в 1929г. И на него часто ссылаются.

Однако карта Великой депрессии предоставляет лишь непол ные данные для того, чтобы понять, как американская экономика за бралась туда, где она теперь находится. Параллели между спекуля тивной манией, которая закончилась в октябре 1929, и нынешним пузырём на рынке жилья, соблазнительны, но уводят в сторону. Се годняшний банковский и кредитный кризис, и весь вред, который он рискует нанести реальной экономике, явно имеет своим происхожде нием бум недвижимости и крах субстандартной ипотеки. Фактиче ски, хотя кабинетные ученые все еще спорят о причинах Великой де прессии, немногие думают, что биржевой крах 1929 года ей сильно поспособствовал. Экономическое замедление шло уже полным ходом до того, как рухнула фондовая биржа. И хотя монетарная политика помогала накачать недавний пузырь недвижимости, есть намного больше сомнений о подобном "вкладе" в бум 1920-ых.

В чем, однако, изучение опыта Великой депрессии более полез но, так это в отношении способов избежать углубления кризиса. В начале 1930-ых финансовый дефицит был откровенной ересью. Мо нетарная политика также была слишком жесткой и 45 лет назад – в толстой книге Милтона Фридмэна и Анны Шварц – называется главной причиной того, что спад перерос в Великую депрессию.

И совсем неплохо, что еще в качестве университетского про фессора Бен Бернанке всерьез исследовал Великую депрессию – в частности, задаваясь вопросом, как уже разбалансированная банков ская система сделала спад более долгим и глубоким. В 2002г. на кон ференции в честь 90-летия Фридмэна, нынешний глава Федеральной Резервной системы (тогда один из управляющих), обращаясь к нему и его соавтору г-н Бернанке сказал: "Относительно Великой депрессии.

Вы правы. Ее сделали мы. Весьма сожалеем. Но благодаря Вам, мы не сделаем этого снова".

Менее очевидный урок – то, что в начале Великой депрессии было неясно, насколько плохи будут дела – или, учитывая недоста ток экономических данных, даже – просто насколько они уже были плохи. Спустя год после биржевого краха, многие американцы дума ли, что они переживают обычный, немного болезненней, спада – не такой ужасный, конечно, как 1921, когда экономика, снизилась на 25 % за один год. Действительно, сельские районы, где в 1930 жило 44 % населения, долго находились в бедственном положении – сель ское хозяйство было в резком спаде с начала 1920-ых.

Но худшее было ещё впереди. В конце 1930 разразилась вол на банкротств среди банков. В 1931 другая последовала ещё одна:

крах австрийского банка Creditanstalt спровоцировал цепь собы тий, которые заставили Великобританию отказаться от золото го стандарта и посеяли опасения, что за ней может последовать Америка. И иностранцы, и внутренние вкладчики потребовали на зад свое золото от американских банков. И это не было последней ступенькой в пропасть. Сравните тогда и теперь: спустя год после того, как кризис кредита начался в прошлом августе, экономика Америки, казалось бы, хорошо восстанавливается. Однако сегодня положение выглядит намного менее безопасным. Политические особенности карты также следует пристально изучить. Особенно опасны промежуточные периоды между двумя "президентствами".

Между первой победой на выборах Франклина Рузвельта в ноябре 1932 и его инаугурацией в марте 1933 экономика Америки еще бо лее снизилась. В феврале – новая россыпь банкротств банков. Кри зис закончился и спад достиг дна только, когда Рузвельта через несколько дней после вступления в должность распустил феде ральный банк "на каникулы".

Для того, чтобы подытожить и провести сравнение Великой Депрессии с сегодняшним кризисом выделим 5 основных причин, ко торые по мнению известного экономиста 20-го века Джона Кеннета вызвали такое развитие событий.

1) В 20м веке, неравенство доходов в США достигло своего максимума в 1928 году, из-за финансового бума, который позволил небольшому количеству людей создать за короткое время огромные состояния, благодаря игре на бирже. Эта ситуация практически по вторилась в 2006 году. Приведем цифры. В 1928 году 5 % наиболее обеспеченных граждан США располагали более чем третью общих доходов населения. Эта пропорция снизилась до четверти и ниже по сле Второй Мировой войны, но начиная с 1980х годов, имуществен ное неравенство вновь резко выросло. За последние два-три года, 5 % самых обеспеченных граждан США имели в своем распоряжении 38 % от общего дохода американских семей. Согласно Гэлбрейту, экономика, которая опирается на доходы сравнительно небольшой группы людей, является менее стабильной, чем та, которая опира ется на солидный и многочисленный средний класс.

2) Второй причиной Гэлбрейт объявил явление, которое он сам назвал «разрушительным эффектом обратного рычага». Он описыва ет пирамиду больших холдингов, которые контролируют комму нальные службы, железные дороги, индустрию туризма и развлече ний. Эти холдинги использовали дивиденды, выплачиваемые их фи лиалами, чтобы в свою очередь оплачивать задолженности по ко лоссальным кредитам. Любая приостановка поступлений дивидендов могла привести к их банкротству. Именно поэтому все инвестиции были заморожены, а экономическая депрессия усугубилась. Сегодня дело обстоит немного лучше, так как многие крупные предприятия, которые котируются на бирже, имеют солидный запас ликвидов. Од нако, если финансовый кризис усилится и эти запасы будут исчерпа ны, а кредиты недоступны, то и предприятия «реальной экономики», вне финансового сектора, окажутся в опасности.

3) В качестве третьей причины Гэлбрейт назвал неадекватную банковскую структуру. На деле, массовые банкротства банков были порождены скорее не реальными причинами, а паникой. Как описы вает Гэлбрейт, банкротство любого банка немедленно вызывало па ническое желание вкладчиков других банков изъять свои сбережения.

Таким образом, за шесть первых месяцев 1929 года 345 американских банка закрылись, и это было только началом гигантской серии бан кротств. Именно поэтому в 1933 году была создана федеральная сис тема гарантий банковских вкладов. Но эта система не уберегла бан ки от другого типа злоупотреблений. Почти мгновенный спад цен на недвижимость в США и растущее число неуплат по ипотечным кре дитам произвели снежный ком в финансовой системе, своего рода «черную дыру», куда ухнули тысячи миллиардов долларов в виде обли гаций и других банковских продуктов, которые подпитывались вы платами по кредитам. Теперь банки прекратили кредитование, что неизбежно вызовет их собственные гигантские потери.

4) Четвертой причиной Гэлбрейт считает несбалансирован ность торгового баланса США. После Первой Мировой войны, тор говый баланс США был позитивным, и излишки своих золотовалют ных запасов страна вкладывала в предоставление займов иностран ным правительствам. Некоторые из этих правительств обанкроти лись, что усилило бюджетный кризис в США. Теперь ситуация со вершенно обратная. США стали сгибаться под тяжестью выплат своих задолженностей азиатским странам, которые достигли 175 000 долларов на каждого среднестатистического жителя. И вскоре к этой задолженности прибавится сумма размером в 700 мил лиардов долларов, которые правительство США обещало выделить на поддержку своей банковской системы...

5) Наконец, пятая причина, о которой пишет Гэлбрейт, это – недостаточность экономических знаний в среде американских эконо мистов и советников 1920х и начал 30х годов прошлого века. Обе ос новные партии США, республиканцы и демократы, разделяли тогда теорию, по которой следовало любой ценой добиться равновесия бюджета. Правительство увеличило тогда налоги и уменьшило обще ственные затраты, вызвав сокращение экономической деятельности, в то время как, по мнению Гэлбрейта, следовало поступить с точностью до наоборот. Сейчас, например, Б. Обама намерен увеличить налоги, создавая одновременно новые инфраструктуры, чтобы поддержать занятость. [142] Извлекли уроки из «Великой депрессии» и американские фи нансовые инстанции. Гэлбрейт укорял Федеральный резервный банк США в том, что он поддерживал высокие процентные ставки в 1929-1930 годах, чтобы избежать инфляции. Сегодня американская администрация делает финансовые вливания в банки и снижает про центные ставки Федерального резервного банка. 8 октября этому примеру последовал Европейский Центробанк и целый ряд европей ских национальных Центробанков.

Одним словом, кое-какие уроки из кризиса 1929 года были из влечены, но уроки эти явно оказались недостаточными.

Действительно ли 2008 повторяет 1929 или 1930? Экономика Америки только ещё рискует войти в рецессию;

а с 1929 по 1933 она "сжалась" более чем на четверть. Некоторые экономисты боятся, что безработица, слегка превышающая теперь 6 %, может достигнуть 10 %;

в 1933 она составляла около 25 %, а многие из тех, у кого была работа, работали с укороченным рабочим днем или по сниженным ставкам. Американцы не осаждают банки, требуя вернуть их деньги, не стоят в очереди за бесплатным супом и хлебом. И нельзя допус тить, чтобы подобное повторилось.

2.4.3. Энергетический кризис 1973-1974 гг.

Еще в середине 1960-х годов появились аналитические и про гностические работы, в которых очень основательно подвергались сомнению возможность и целесообразность продолжения безудерж ного расширения ресурсопользования. Опасения вызывала зависи мость даже не от импорта сырья, а от ставшего чрезмерно значимым природного фактора. Футурологи и специалисты по экономической динамике установили, что сохранение сложившихся тенденций ре сурсопотребления угрожает человечеству двумя кризисами: сырье вым и экологическим.

Первые пророчества о том, что могут исчерпаться запасы угля и железной руды, появились еще полтора века тому назад. Пророче ства не сбывались, и, пожалуй, постепенно определилось индиффе рентное отношение к ним. Но на рубеже 1960-1970-х годов положе ние существенно изменилось: к прогнозам такого рода стали при сматриваться с настороженным вниманием, один из них – первый доклад Римскому клубу "Пределы роста" (1972), подготовленный коллективом под руководством Донеллы и Дениза Медоузов, имел сенсационный успех. Чем же эта работа отличается от предшествую щих, что определило всеобщий интерес к ней?

Во-первых, несомненно более высоким научным уровнем: в ис следовании были ясно оговорены важнейшие предпосылки, сами они отличались гораздо большей реалистичностью и правдоподобием, чем когда-либо раньше, а основу методологии составляло математи ческое моделирование.

Во-вторых, в "Пределах роста" синтезированы экологический и ресурсный аспекты, а проблематика охраны окружающей среды в те го ды уже перестала быть только теоретической, угнетение ряда природ ных систем, вредное воздействие загрязнения среды на человека стали не просто ожидаемыми, не только регистрируемыми, но и ощущаемыми.

В-третьих, если предшествующие исследования были движимы лишь научным интересом, то "Пределы роста" в части выводов вполне соответствовали настроениям весьма влиятельных политиков и биз несменов, поэтому второй доклад Римскому клубу получил мощную поддержку – и при его подготовке, и в пропаганде результатов. [85] Сами сложившиеся тенденции ресурсопотребления были спо собны вызвать тревогу даже без особенно углубленного анализа. Так, в период 1934-1974 годов валовое энергопотребление в капиталисти ческом мире росло с темпом четыре процента в год. Ни один другой макроэкономический показатель не демонстрировал подобной ста бильности, да еще при столь высоком уровне. Между тем ограничен ность углеводородных энергетических ресурсов – нефти, природного газа и угля – никаких сомнений не оставляет, а другие источники энергии в то время сильно уступали органическим по экономической эффективности. Закончившийся XX век был веком нефти. На протя жении трех четвертей столетия господствовала положительная (то есть усилительная) обратная связь между, с одной стороны, затратами на разведку, добычу, транспортировку и переработку нефти, а с дру гой – возможностями наращивания этих затрат. А именно, каждая израсходованная калория энергии в конечном счете способствовала снижению затрат на производство следующих калорий.

Итак, с одной стороны, становилось все более ясным, что не обходимо уменьшить ставшую чрезмерной зависимость хозяйства от природного фактора и тем самым обеспечить экономике адап тивность, способствовать развитию прогрессивных производств, содействовать сохранению и защите окружающей среды, сокра тить число рабочих мест с неблагоприятными условиями труда и увеличить спрос на квалифицированный труд. С другой стороны, не смотря на наличие важных предпосылок такой перестройки, оста вался вопрос о том, каким образом ее инициировать.

Казалось бы, проще всего было поднять цены на энергоресур сы, за ними быстро последовали бы цены на все энергоемкие продук ты, прежде всего минеральное сырье. Ничего сверхъестественного в такой мере для рыночной экономики нет, ибо там регулярно исполь зуется жесткий централизованный контроль за ценами на отдельные виды товаров и услуг. Приведем один из многих примеров вмеша тельства государства в процесс ценообразования.

Более двадцати послевоенных лет в США цены на электроэнер гию искусственно поддерживались сильно заниженными – так сти мулировался рост энерговооруженности труда, процесс, с которым в те годы связывали главное направление научно-технического про гресса. При этом в США не было и нет государственных производст венных предприятий, в том числе и электроэнергетических. Понадо билась целая система мер, которые обеспечивали бы заинтересован ность частных электростанций производить электроэнергию при та ких ценах и тарифах. Эта система получила название – особые от ношения федерального правительства и электроэнергетических компаний. Однако повышение цен на энергоресурсы было бы крайне непопулярной мерой. Можно иметь особые отношения с какой-либо одной отраслью промышленности, но нельзя иметь особых отноше ний со всем бизнесом и всем населением. Куда удобнее таскать каш таны из огня чужими руками, но чьи руки для этого приспособить?

Проблему удалось решить благодаря нефтяному кризису 1973 1974 годов. По поводу этого кризиса, то есть повышения цен на нефть и введения ограничений на ее экспорт нефтедобывающими странами, в западной печати раздавалось столько проклятий, адресованных ОПЕК, что очень многие, в том числе и наши журналисты, поверили, что эта мера больно ударила по экономике США и их партнеров.

Кризис объясняли возросшей политической и экономической ролью развивающихся стран, их стремлением добиться более справедливого мирового экономического порядка, борьбой против неоколониализма.

Конечно, все это – важные факторы и обстоятельства, но страны – члены ОПЕК никогда не дотянулись бы до пусковой кнопки нефтяно го кризиса, если бы не то снисходительное равнодушие, которое на деле отличало поведение руководящих кругов США во время собы тий 1973-1974 годов. [11] Cтратегически США, а на самом деле и остальные развитые страны были заинтересованы в таком развитии событий, хотя, вполне возможно, не все достаточно ясно осознавали свои подлинные страте гические интересы, как это нередко бывает. Однако у США имелись и тактические причины благосклонно относиться к намерениям стран – членов ОПЕК поднять цены. Дело в том, что кроме США среди разви тых капиталистических стран ни одна не имела собственной нефти (в Англии и Норвегии морская добыча началась уже после кризиса, фак тически как одна из ответных мер, в целесообразности которой со вре менем стало возникать все больше сомнений), все использовали только импорт, а США на 60 процентов обеспечивали себя сами. Более высо кий научно-технический уровень и промышленный потенциал также давали США все основания надеяться на то, что они быстрее справятся с трудностями, чем их европейские и японские конкуренты.

Волей-неволей возникает некоторое беспокойство: «А хватит ли нефти на все нужды?». Беспокойство это усиливают воспоминания о нефтяном кризисе 70-х годов, когда миру вдруг перестало хватать нефти и газа. Взвинтились цены на бензин, дизельные топлива и дру гие нефтепродукты. В Японии, во многих странах Западной Европы и даже в США были введены различные энергетические ограничения.

Некоторые эксперты объяснили создавшееся положение так.

«Чего же вы хотите? – говорили они. – Стремительное увеличение потребностей в энергетическом сырье привело к столь же быстрому росту добычи нефти и газа. Если, например в 1920 году на планете добывалось 95 млн. тонн нефти, то к началу второй мировой войны – уже около 300 миллионов тонн, а в 1950 году – 523 миллиона тонн.

И так возрастание темпов немалое, а с начала 60-х годов так и вообще произошел «взрыв» нефтедобычи. В 1960 году во всем мире было до быто уже 1052 миллиона тонн нефти, а в 1970 году – 2336 миллио нов тонн! Кладовые же Земли не беспредельны…»

По капризу природы наибольшее количество «черного золота»

сконцентрировано в недрах Аравийского полуострова. Здесь обнару жено более 50 миллиардов тонн нефти, причем лежит она на неболь шой глубине, отличного качества, и большинство пробуренных сква жин сразу же начинают фонтанировать. Словом, рай для нефтедо бытчиков, да и только. Наиболее богата нефтью Саудовская Аравия, на ее долю приходится чуть меньше половины всех запасов Аравий ского полуострова. За ней идут Кувейт, Иран, Ирак, ОАЭ. Все это сравнительно небольшие страны, которые долгое время находились под контролем англо-американского капитала. Если где-то и объяв лялся вдруг непослушный эмир, то в стране тут же организовывался государственный переворот или со строптивцем вдруг происходил «несчастный случай». [11] Но вот в 1960 году правительства Ближнего и Среднего Вос тока сумели объединиться, образовав организацию стран – экспор теров нефти – ОПЕК. В нее впоследствии вошли также и некото рые другие нефтедобывающие страны (Нигерия, Венесуэла, Эква дор). До 70-х годов это объединение никто всерьез не восприни мал. Один из западных нефтяных магнатов даже счел возможным пошутить: «Эти парни годятся только для гонок на верблюдах…».

А в 1970 году вдруг выяснилось, что «парни» способны и на гораз до более серьезные дела. Ливия выступила с требованием резко увеличить отчисления в свою пользу. А когда западные компании, добывающие нефть в стране, заупрямились, правительство Ливии заявило, что на 25 % снизит добычу нефти и полностью прекратит отгрузку за рубеж сжиженного газа.

Требования ливийцев поддержали правительства других стран – членов ОПЕК. Полгода длилась борьба американских нефтяных ком паний с правительством Ливии, и в конце концов нефтепромышленни ки были вынуждены уступить. Страны ОПЕК почувствовали свою си лу, и в 1971 году в Тегеране состоялись переговоры между ОПЕК и «семью сестрами» – крупнейшими нефтекомпаниями, которые вели разработки недр Аравийского полуострова. ОПЕК потребовала увели чить налог в пользу стран-экспортеров, предъявила еще некоторые экономические требования. А когда компании хотели было припугнуть ближневосточников военной силой, те, в свою очередь приняли ответ ные меры. Американцам было заявлено, что в случае военного вторже ния все нефтепромыслы будут взорваны. Восток – дело тонкое! Такая тактика оказалась вполне успешной. Через 33 дня после начала перего воров американские нефтяные магнаты все-таки сдались.

В 1972 году был сделан следующий шаг по освобождению стран ОПЕК из-под власти иностранного капитала. В Ираке начала работать национальная нефтедобывающая компания, а несколько ме сяцев спустя было объявлено о национализации британской, амери канской и голландских компаний, ведущих разработки в стране. Во главе данных действий стоял Садам Хусейн, и американцы так и не простили ему такой дерзкой выходки. Вслед за Ираком подобные пе ремены были произведены в Алжире и некоторых других странах производителях нефти.

В результате таких событий перед капиталистическими страна ми и встала проблема топливного дефицита. Цены на нефть резко подскочили. В США, например, они повысились в 6-7 раз! Из-за не хватки горючего, как в США, так и в Западной Европе пришлось сни зить число авиарейсов, резко сократились заказы на строительство танкеров, уменьшилось число выпускаемых автомобилей. Тогда и возникли разговоры о «нефтяном голоде».

Но имели ли они под собой реальную почву? Как оказалось, нет. Прежде всего виновниками недостачи топлива в США оказались те же «семь сестер» – ведущие нефтекомпании страны. Потеряв неко торую долю барышей при добыче нефти, они тут же постарались вер нуть потерянное на продаже. Взвинчивая цены на топливо, искусст венно придерживая танкеры в море, замораживая запасы в нефтехра нилищах бизнесмены от нефти в конце концов добились своего: в пе риод с 1972 по 1974 годы, то есть в самый разгар нефтяного кризиса, их доходы возросли втрое.

Сразу скажем, что такое увеличение цен на нефть оказалось лишь началом последующих событий. Скачки продолжались после некоторого затишья, и в 1978-1979 годах справочные цены на нефть достигли потолка. Если в благополучном предкризисном 1972 году нефть в районе Персидского залива предлагалась по 25-30 долларов за тонну, то в 1979 году страны ОПЕК подняли цены до 250-300 дол ларов. Индекс роста цен довольно долго оставался на уровне 10.

Эти события были порождены политическими и экономиче скими причинами, имеющими достаточно давние и глубокие корни.

Совершенно очевидно, что в течение долгих лет хозяйничания неф тяных монополий на Ближнем Востоке и в других нефтедобывающих районах имел место самый классический грабеж. С месторождений «снимались сливки», не соблюдались ни технологические, ни эколо гические нормы. Цель была одна – добыть как можно больше и как можно дешевле. В результате такой деятельности многие запасы, ко торые можно было освоить в начале разработки месторождений пе реходили в запасы, добыча которых становилась экономически неоп равданной. Таким образом, достигались низкие цены на нефть. В са мом деле, 25 долларов за тонну нефти, то есть 2,2 цента за литр – это в десять раз дешевле прохладительных напитков.

Однако и безудержная гонка цен ничего хорошего не дала ни странам потребителям, ни производителям нефти. Началась галопи рующая инфляция, подскочили цены на все. Началась настоящая война цен. Джеймс Картер, бывший в конце 1970-х годов президентом США, провозгласил воинственный лозунг: «Бушель зерна за баррель нефти».

(Бушель – 25,34 литра, баррель – 159 литров). В результате нефтедо бывающие страны, традиционно ввозящие продукты питания, вынуж дены были тратить больше на приобретение продовольствия.

Еще круче были взвинчены цены на нефтепромысловое оборудо вание, которое производится в основном в США и в нескольких разви тых странах Западной Европы. Был во время этой войны цен период, когда доход США от поставок за рубеж нефтяного оборудования до ходил до половины затрат на импорт нефти. Были и другие примеры экономического хаоса – различного рода торговые эмбарго, квоты на добычу и поставку нефти странами-членами ОПЕК, согласование уровня цен, а потом односторонние нарушения всех договоренностей и запретов. Доходило дело и до угроз, политического шантажа. Конечно, так не могло продолжаться долго. Мир един, хозяйственные связи су ществуют объективно, их нарушение не проходит безнаказанным. И если человечество сегодня не в состоянии прожить без нефти, то следует искать и находить взаимовыгодные или по крайней мере взаимоприемлемые решения спорных вопросов. [36] Рис. 2.11 Доля стран – членов ОПЕК в торговле нефтью, % 1970–1985 гг.

К благоприятным последствиям нефтяного кризиса 1970-х годов нужно отнести резкое ускорение работ по поиску и добыче нефти в Северном море. Норвегия и особенно Великобритания очень быстро перешли из разряда импортеров в экспортеры. Тем самым они существенно изменили ситуацию на мировом рынке, лишив монополии стран ОПЕК. Но самым главным результатом следует считать прогресс в мировом энергетическом хозяйстве.

Началось быстрое совершенствование всех потребителей топлива и энергии – от крупных электростанций до транспортных двига телей. Экономия энергии превратилась в новый и очень мощный источник энергии. За десять лет примерно на 30 % снизилась энергоемкость самой нефтеперерабатывающей промышленности, хотя глубина переработки возросла. В целом энергоемкость еди ницы валового продукта в США снизилась за 1973-1983 годы на 24 %. За это же время среднегодовое потребление бензина в стране, входящей в Международное агентство по энергетике и производящей почти все количество автомобилей в западном ми ре, увеличилось всего на 5,9 %, а численность автомобильного парка возросла на 34,7 %. В чем же дело? И автомобилей стало больше, и ездят не меньше (те же 18 000 км годового пробега на легковой автомобиль в США), а потребность в топливе практиче ски не увеличилась. А это результат реализации тех резервов эко номии, которые раньше в следствии дешевизны нефти оставались невостребованными. Ну кому придет в голову удорожать двига тель, чтобы сэкономить дешевый бензин? Иные резоны выдвигает разумное удорожание топлива. [140] Таблица 2.3. Добыча нефти в Великобритании, Норвегии, Мексике, 1970–1985 годы, тыс. баррелей в день Год Великобритания Норвегия Мексика 1973 2 32 1974 2 35 1975 12 189 1976 245 279 1977 768 280 1978 1082 356 1979 1568 403 1980 1622 528 1981 1811 501 1982 2065 520 1983 2291 614 1984 2480 697 1985 2530 788 Короче говоря, польза нефтяного шока в том, что все осознали уникальность и экономическое значение нефти как невозобновимого природного ресурса, осознали необходимость ее всемирной эконо мии. Второй урок – в понимании необходимости решать все между народные нефтяные проблемы спокойно и конструктивно, в режиме не конфронтации, а диалога. И третье – стало меньше спекуляций в части ресурсов, запасов нефти, их распределения по регионам. Уста новлено, что при разумном хозяйствовании и даже при существую щих темпах прироста разведанных запасов нет основания для паники.

Нужно отметить, что все нефтяные кризисы относительно сто роной прошли мимо СССР. В стране Советов все было подконтроль но партии и ни о каких спекуляциях внутри страны речи быть не мог ло. Бум открытия новых месторождений в Западной Сибири пришел ся на середину 60-х годов и к началу 70-х СССР не нуждался в закуп ках нефти из-за рубежа. Однако, как мы увидели: у кризиса были не только отрицательные стороны. СССР, в свою очередь не получил от мирового кризиса ничего – ни плохого, ни хорошего.

6 октября 1973г. египетские и сирийские вооруженные силы нанесли авиаудары по Израилю и осуществили его артиллерийские обстрелы. Так, в начале еврейского праздника Йом-Кипур началась пятая, самая большая, арабо-израильская война. [11] Как раз в это время Саудовская Аравия вышла на позиции ос новного производителя нефти в мире: ее доля достигла почти 22 % и постепенно увеличивалась, общая добыча составляла свыше 1,1 млн.

т нефти ежедневно. На фоне первых операций арабских террористов внутри страны у короля Фейсала укреплялась вера в арабское "нефтя ное оружие" и возможность изменения позиции США относительно Израиля под угрозой применения такого оружия. Эту веру разделял и египетский президент Анвар Садат.

17 октября арабские страны ввели "ограниченное" эмбарго (не поддавшись на тотальное) против США и других стран, поддержи вающих Израиль. Как результат, по сравнению с уровнем сентябрь ской добыча нефти сокращалась на 5 % ежемесячно. США не отреа гировали – поставки американского оружия в Израиль увеличились.

Уже через несколько дней Ливия и Саудовская Аравия прибегли к полному эмбарго против США, а некоторые арабские страны были намерены сделать это в ближайшее время – "нефтяное оружие" после многих лет его разработки было применено на 100 %. Теоретические сценарии стратегии и тактики ограничения поставок нефти в одни страны и стимулирования поставок в другие страны корректирова лись на практике. Необходимо отметить, что эмбарго вводилось пу тем выдачи лидерами арабских стран жестких указаний руководите лям иностранных нефтяных компаний (часто американских), прово дивших добычу ближневосточной нефти. Иными словами, подавле ние американской экономики осуществлялось компаниями на Ближ нем Востоке, честно сокращавшими поставки нефти как на собствен ные, так и на НПЗ покупателей.

После непродолжительной, но жесткой конфронтации между главными поставщиками оружия в район конфликта – США и СССР – боевые действия на Ближнем Востоке прекратились. Египет и Израиль сели за стол переговоров. Тем не менее, "нефтяное оружие" продолжа ло действовать на все большей территории: кроме США, эмбарго было применено к Нидерландам (традиционно поддерживали Израиль), Португалии (ее авиабазы использовали американские самолеты для дозаправки), Южной Африке и Родезии. Эти страны вместе недополу чали каждый день почти 700 тыс. т нефти (общая добыча ближнево сточной нефти с 3 млн. т упала на 1/4), не существовало резерва закон сервированных скважин, их мощности были почти исчерпаны. При этом достигнутый высокий уровень цен на нефть (по отдельным со глашениям, она повысилась более чем в 3 раза – с $5 до $17 за баррель) позволял нефтедобывающим странам Ближнего Востока, по меньшей мере, не терять доходы, снижая и дальше добычу нефти.

Все это происходило на фоне роста мировой экономики, а соот ветственно, и потребления энергоносителей. Раздел арабскими стра нами государств мира на "друзей" (прежде всего, Франция и Велико британия) и "врагов" (кроме США и некоторых европейских стран, эмбарго фактически было применено и к Японии) не дал возможно сти, в частности, ввести режим чрезвычайной ситуации в ЕЭС вопре ки наличию специального соглашения о распределении нефти. Огра ничение на нефтепродукты в развитых странах напомнило им време на войны и вызвало массовые протесты. Это был очередной энерге тический кризис. Арабские страны перед новым 1974-м годом уста новили цену на 1 баррель нефти в размере $11,7, что превысило ее предшествующую цену (май 1973 г.) в 4 раза.

Несмотря на блокирование поставок нефти в одну из стран членов ЕЭС – Нидерланды, в ноябре 1973г. объединение приняло ре золюцию о поддержке арабских стран, позже к ней присоединилась и Япония. Союзники бросили США на произвол судьбы.

Состоявшееся в феврале 1974г. энергетическое совещание в Вашингтоне содействовало частичному взаимопониманию между ве дущими странами мира и положило начало созданию МЭА, которое должно было координировать совместные усилия по противостоянию нефтяным кризисам. Штаб-квартира МЭА расположилась в Париже, хотя Франция отказалась от участия в его работе.

18 марта 1974г. эмбарго было упразднено, однако не все араб ские страны этот шаг поддержали.Применение "нефтяного оружия" в условиях неготовности развитых стран продемонстрировало его вы сокую эффективность – вплоть до противостояния союзников с США;

вместе с тем резервирование нефтяных скважин обнаружило свою неадекватность и исчерпаемость в случае, если нефтяные кризисы возникают на протяжении короткого периода времени и в больших масштабах. [128] Несмотря на то, что в 1974 году большинство арабских госу дарств приняли решение отменить эмбарго, в 1974 -1975 годы страны Северной Америки и Западной Европы, а также Япония и Тайвань вошли в период тяжелого экономического кризиса. Это оказало зна чительное влияние на идеологию международных отношений и биз неса (большинство ныне имеющихся энергосберегающих технологий и технологий по производству альтернативного топлива были созда ны "на волне" этого кризиса). Европейские государства и США нача ли масштабные научные изыскания, призванные найти замену нефти.

В 1975 году Конгресс США\US Congress принял решение создать стратегический нефтяной запас в стране для того, чтобы снизить за висимость экономики от экспортной нефти в будущем. Кроме того, Конгресс принимает решение ввести жесткие правила экономии энер гии. Аналогичные шаги предприняли все индустриально развитые страны мира. В 1977 году Президент США Джимми Картер принял решение создать Национальный Энергетический План. Его цель – снизить зависимость от импортируемой нефти. План, в частности, предусматривал введение норм экономичности для автомобилей.

Кризис повлиял на многие иные аспекты международной поли тики. К примеру, Франция, чья экономика переживала не лучшие времена, отказалась от политики привлечения гастарбайтеров. Стра ны-экспортеры нефти, тогда считавшиеся частью "третьего мира" впервые продемонстрировали, что они способны играть важнейшую роль в мировой политике. Впервые была полностью осознана страте гическая важность Персидского залива. Важнейшие перемены про изошли в Латинской Америке, где был образован политический блок, который начал проводить более независимую от США и Европы по литику – эта деятельность в значительной степени финансировалась Венесуэлой, чьи доходы от продажи нефти за несколько лет выросли в четыре раза. В результате кризиса страны Западной Европы и Япо ния стали проводить менее произраильскую и более проарабскую по литику. Дело в том, что они были намного более зависимы от араб ских экспортеров: тогда США получали 12 % используемой нефти от государств Ближнего Востока, Европа зависела от арабской нефти на 80 %, Япония – на 90 %.

В свою очередь, СССР получил колоссальные доходы от про дажи нефти (на его долю приходилось 15 % мировой добычи), что позволило не только стабилизировать ситуацию в экономике, но и начать масштабные программы военного строительства и поддержки дружественных режимов и движений в Африке, Азии и на Ближнем Востоке. Кризис показал, что нефть стала так же важна для мировой экономики, как и доллар.

В январе 2004 года компания BBC опубликовала архивные до кументы британского правительства, в которых указывалось, что США и Великобритания обсуждали возможность вторжения в Саудовскую Аравию и Кувейт для установления контроля за их нефтяными про мыслами, а также разрабатывали планы свержения тогдашних лидеров ряда арабских государств с целью замены их "более приемлемыми" фигурами. Однако "дипломатия канонерок" применена не была. В се редине 1980-х годов, когда цены на нефть снизились, государства, по лучавшие баснословные прибыли от продажи нефти – Мексика, Ниге рия и Венесуэла – оказались в жесточайшем экономическом кризисе. С большими проблемами в экономике столкнулась даже Саудовская Аравия. Ряд исследователей считают, что перестройка в СССР нача лась также как следствие этих процессов – Советский Союз пере стал получать значительные доходы от продажи энергоносителей и пытался найти выход из сложившейся ситуации. [36] Кризис 1973–1975 годов стал серьезнейшим уроком для всех участников рынка и полностью изменил систему ценообразования нефти и нефтепродуктов, немало поспособствовав появлению, разви тию и расцвету форвардных и фьючерсных энергетических бирж, включая Нью-Йоркскую, Лондонскую и Сингапурскую, а также це лый ряд других важнейших регуляторов мирового рынка. Кроме то го, США и ряд других стран Западной Европы начали создание стратегического запаса углеводородов.

Последствия нефтяного кризиса затронули также техническую сферу деятельности человека, предопределив появление и широкое распространение экономичных транспортных средств, отличающихся качественно новыми характеристиками (электромобили, автомобили на газовом топливе и т.д.).

2.4.4. Мировой кризис и дефолт в России 1997-1998 гг.

Кризис в России стал составной частью мирового финансового кризиса 1997-1998 гг. Экономический кризис 1998 года (также называе мый Дефолт по названию одной из причин кризиса) был одним из самых тяжёлых экономических кризисов в истории России. У дефолта 1998 г.

были как внешние, так и внутренние предпосылки. В значительной сте пени он стал итогом следования указаниям МВФ, которые не отвечали интересам России (нежелание международного ВБ плавающего соот ношения рубля и доллара США). Экономика России в 1998 г. функцио нировала в сложных финансово – экономических условиях.

Внешний фактор – резкая смена поведения инвесторов в разгар азиатского кризиса – стал пусковым механизмом для российского кризиса. Но поскольку экономика в это время находилась в неустой чивом равновесии, то впоследствии кризис развивался вполне авто номно и достиг пика к тому времени, когда ситуация в странах Юго Восточной Азии начала улучшаться. [16] Внешние причины экономического и финансового кризиса в России:

Крайне негативное воздействие на экономику страны с конца 1997 года международного финансового кризиса – мощное потрясение на финансовых рынках, первоначально зародившееся в Азии, а затем распространившееся по всему миру, докатясь и до российских просто ров. Для экономики России прямые потери в то время составили око ло 7 млрд. долл. Столько ЦБ затратил на то, чтобы удержать курс руб ля. Негативное влияние мирового финансового кризиса сказалось на подрыве финансового рынка страны. В это время произошло стреми тельное (на 40-50 %) падение фондового индекса корпоративных цен ных бумаг и наблюдались другие неблагоприятные явления. Стало яс но, что созданного валютного запаса, а он был ключевым пунктом в поддержании финансовой стабильности и удержании курса рубля, не хватит. Для этих целей экономике России требовалось не менее млрд. долл. валютных накоплений. Для сравнения, за годы реформ в КНР правительство этой страны смогло накопить в своих руках свыше 120 млрд. долл., не считая около 90 млрд. долл. в Гонконге (ва лютные активы стран ЕС оцениваются в 286 млрд. долл. на 1998 г.).

Максимальное достижение российского правительства в данной облас ти характеризовалось накоплением 25 млрд. долл. золотовалютных за пасов, которые к концу 1997 г. сократились до 18 млрд. долл.

Начало мирового финансового кризиса совпало с тяжелым внутриполитическим кризисом в России. Результаты приватизации крупнейшей телекоммуникационной компании «Связьинвест» в июле 1997 г. вызвали волну критики правительства младореформаторов в средствах массовой информации, контролируемых Б. Березовским и В. Гусинским. В ноябре А. Чубайс потерял должность министра фи нансов (но сохранил позицию вице-премьера), а в декабре В. Черно мырдин потребовал у Б. Ельцина отставки А. Чубайса. В условиях разворачивавшегося финансового кризиса значительная часть внима ния и усилий российской элиты была направлена на разрешение по литических, а не экономических проблем. [34] Снижение мировых цен на основные статьи российского экс порта, что привело к ухудшению показателей платежного баланса страны. Если бы либеральные правительства в свое время бездумно не отказались от госмонополии на экспорт российских главных экс портных товаров (нефти, газа, металлов) или во всяком случае смогли бы приостановить утечку капитала, которая в значительной части бы ла связана с этой сферой внешнеэкономической деятельностью, то вариант экспортно-ориентированного развития имел бы теоретиче ские и некоторые практические шансы более успешно послужить за даче преодоления кризиса в производстве. В этой связи можно при вести пример страны с образцовым проведением либеральных ре форм – Чили, в которой, несмотря на всю либеральную риторику, тем не менее, экспорт главного товара (меди) оставался в руках государ ства, и это стало одним из существенных ресурсов для экономическо го подъема. Только происшедшее в первой половине 1998 г. сниже ние мировых цен на нефть на 1/3 обернулось потерями в 7-8 млрд.

долл. валютной выручки за год (еще совсем недавно поставки энерго ресурсов на мировой рынок приносили России 20-22 млрд. долл., ко торые в основном и формировали «валютный якорь» в стране, позво ляя в течение двух с половиной лет удерживать инфляцию).

Растущее недоверие инвесторов к странам с развивающимися рынками, к числу которых относится и Россия.


Падение доверия к рублевым инструментам. Оно вызвано ус тойчивым недоверием инвесторов к отечественной валюте, обуслов ленным отсутствием продуманной экономической политики Прави тельства и слабостью банковской системы страны.

Отток валюты из страны. Некоторый отток был зафиксирован уже в начале сентября 1997 г., но в полной мере этот процесс проявил ся в период обострения азиатского кризиса в последних числах октяб ря. Поскольку одной из важнейших макроэкономических задач 1997 г.

являлось поддержание низкого уровня процентных ставок, в течение ноября Центральный банк проводил активные операции на рынке ГКО в попытках сохранить низкие процентные ставки, потеряв при этом значительную часть валютных резервов (6 млрд. долл. за месяц).

Резкое сокращение притока иностранного капитала.

Однако основными причинами углубления финансово – эконо мического кризиса были факторы внутреннего характера, связанные со сложившимся к тому времени дисбалансом в проведении экономи ческих реформ.

Популистская экономическая политика государства. События конца 1997 г. были последним штормовым предупреждением прави тельства России об опасности одного из несущих элементов выбран ной стратегии экономического развития – чрезмерной открытости.

Однако оно надлежащих выводов не сделало. В то время правитель ственные идеологи больше упивались тем, что наконец-то экономика России, так же как и все «цивилизованные» страны, адекватно реаги рует на мировые потрясения. Поэтому вместо того, чтобы провести решительную коррекцию курса, тешили себя необоснованными на деждами по поводу подтверждения становления в России рыночного типа хозяйства, грубо просчитавшись в оценках последствий влияния мирового финансового кризиса на ее экономику и финансы. Прави тельство вело неразумную политику заимствований, как внутренних, так и внешних, не задумываясь о том, как оно будет возвращать свои долги. Поэтому кризис в российской экономике равнозначен на ступлению кризиса самого курса реформирования, и в этом смысле в его происхождении доминируют «рукотворные» факторы. [34] Конкретными причинами усиления кризиса выступили:

- ошибочность ставки на опережающую финансовую стабили зацию, поддержание которой мыслилось как достаточная предпосыл ка для перехода экономики из фазы кризиса (депрессии) в фазу ус тойчивой стабилизации и последующего роста;

- потеря управляемости в экономике и неспособность к точно му предвидению последствий принимаемых решений;

- отрыв социальных целей реформаторов от преобладающей системы социальных ценностей и интересов, превращающий кризис в очередное столкновение предкапитализма с некапиталистическими корнями в обществе;

- стремительное социально-экономическое, культурное и идео логическое расслоение общества;

- несовместимость внедряемой модели капиталистической ры ночной экономики, ориентированной на форсированную приватиза цию, со сложившимися социальными и хозяйственными реалиями России, современными образцами эффективно работающих нацио нальных экономик;

- превалирование бюрократических и насильственно принудительных методов в трансформационных процессах, вызы вающих реакцию отторжения в обществе, и т.д.

Отсутствие взаимопонимания между правительством и парла ментом, что вылилось в отказ правительству в чрезвычайных полно мочиях в преодолении кризиса.

Строительство пирамиды ГКО (государственные краткосроч ные обязательства). В связи с августовским кризисом необходимо отметить и грубый просчет, который был допущен правительством Кириенко при попытке его разрешить. До последнего момента прави тельство недооценивало грозную опасность, которая была заложена в выстроенной еще его предшественником пирамиде ГКО. Чрезвычай но завышенная доходность финансовых инструментов (ГКО), которая в отдельные периоды превышала 100 и даже 200 % в год (в последний перед августовским кризисом год – в среднем 30-50 %). [101] Поэто му была упущена возможность проведения более ранней реструкту ризации краткосрочных долговых обязательств в долгосрочные, хотя уже в феврале 1998 г. Государственная Дума приняла закон, пору чающий правительству осуществить такие меры. Вместо этого прави тельство и ЦБ продолжали упорно делать главную ставку на привле чение дополнительных зарубежных займов в целях удержания пира миды ГКО, что только усугубляло ситуацию и делало выход из нее более болезненным. Выйти из рушащейся пирамиды ГКО было не легко, и в этом случае надо было, прежде всего, пойти на решитель ный отказ от ранее проводимого общего экономического курса. Вряд ли либеральное по духу правительство в принципе на это было спо собно. Поэтому оно упустило вариант наступления менее острого кризиса, сделав самое худшее в этой ситуации – соединив в один ко роткий временной интервал шоковую девальвацию рубля с замора живанием внутреннего долга и временным мораторием (на 3 месяца) выплат по внешним заимствованиям, тем самым посеяв панику, пол ный развал платежной системы и стремительное падение экономи ки по всем направлениям. [48] Слабость структурной и налоговой политики. Политика финан совой стабилизации обернулась закономерной дезорганизацией нор мального воспроизводственного процесса в виде сохраняющегося вала неплатежей. Ужесточение денежной политики привело к неоп равданному сокращению объективно необходимой величины денеж ного покрытия ВВП, или показателя его монетизации. В 1992-1998 гг.

данный показатель (М2 к ВВП без учета валютных счетов) колебался от 9 до 16 %. резкое сокращение коэффициента монетизации вырази лось в катастрофической нехватке оборотного капитала в производ стве. Порожденный финансовым голодом кризис производства обер нулся для государственных финансов нарастающими трудностями в сборе налогов в денежной форме. Ведь совокупный объем «суррогат ных» денег стал превышать 700 млрд. рублей, т.е. существенная часть хозяйственной деятельности выводилась из сферы формирования де нежных налогов для бюджета. Созданные ненормальные финансовые условия привели к возникновению двух типов параллельных денег, т.е. долларизации экономики и системе неплатежей, стихийно выпол няющей функцию взаимного кредитования предприятий. Только так производство могло выжить. За счет первых обслуживалось, по оцен кам, до 40 % ВВП, а вклад вторых – примерно 20 % (такова была в 1995-1997 гг. доля неоплаченной продукции в общем объеме отгру женной). Как долларизация экономики (кредитование чужих эконо мик), так и неплатежи (механизм дезорганизации и коррумпирования собственной экономики), будучи закономерными итогами политики, проводимой по рецептам монетаризма, оказали крайне негативное влияние на хозяйственные процессы в стране, В том числе спровоци ровали августовский инфляционный взрыв. Сказался и тяжелый на логовый пресс для экономических агентов, работающих в легальном секторе экономики и прежде всего в сфере производства. Хотя пре дельная ставка налога на прибыль для предприятий реального сектора экономики формально составляет 35 %, но фактически из прибыли в прямой форме (через другие налоги) и в скрытом виде (в частности, из-за невозможности все виды затрат включать в себестоимость) изымается 75-90 % ее величины.

Хронический дефицит государственного бюджета. Накопление огромного внешнего и внутреннего государственного долга и отсут ствие возможностей его погашения значительно обострили внутрен нюю ситуацию.

Нарастающие проблемы в сфере государственных финансов и усиление зависимости денежно – кредитной политики от ситуации в бюджетной сфере. Несмотря на умеренные темпы роста денежной базы в 1996-1997 гг. (около 25 %), ее структура ухудшалась. Доля чистых международных резервов в составе денежной базы упала с 34 % в конце 1995 г. до 13,5 % в конце 1997 г. и до 6 % в середине 1998 г. [16] Бюджетный кризис, проявившийся еще в первой половине года, сопровождался политикой поддержания завышенного реального курса рубля и резким ростом процентных ставок. К августу 1998 г.

бремя обслуживания внутреннего государственного долга и давление на рубль на валютном рынке достигли предельных масштабов, что привело к краху финансовых рынков.

Остроту кризисных явлений на финансовом рынке усиливали и внутренние для финансового рынка причины кризиса, порожденные незрелостью рынка. К ним можно отнести сравнительную узость кру га участников рынка, недостаточную по мировым меркам финансо вую стабильность кредитных организаций и других финансовых ин ститутов.

Именно связка монетаризма с открытостью экономики стала гре мучей смесью, предопределившей масштабы происшедшего взрыва.

Собственно датой дефолта является 17 августа 1998 года. В целях блокирования дальнейшего развития кризиса было принято беспрецедентно жесткое решение об одновременной девальвации рубля, замораживании обслуживания и принудительной реструктури зации внутреннего долга и моратории на обслуживание внешних ва лютных долгов частных заемщиков. Правительство и ЦБ надеялись, что путем умеренной девальвации и замораживания внутреннего дол га удастся стабилизировать валютную систему, а за счет моратория предотвратить системный банковский кризис и дать банкам время для реструктуризации внешних долгов. Эти надежды не оправдались. По сле отставки правительства 23 августа 1998 г. ЦБ прекратил интер венции, и рубль подешевел в несколько раз. Массовое изъятие вкла дов из банков ускорило банкротство большинства крупных банков России, несмотря на объявленный мораторий. В реальности имел ме сто девальвационный шок, который сопровождался коротким вспле ском инфляции (38 % в сентябре 1998 г.) и снижением ее уровня уже в октябре – ноябре до 5-6 % в месяц. При этом реальная денежная масса существенно сократилась, и правительство получило даже не которые возможности для проведения денежной эмиссии. Отсутствие инфляционной инерции – единственный позитивный результат реше ний 17 августа 1998 г. А цена этих решений – основательный подрыв доверия к правительству и к российским финансовым институтам в России и за рубежом.


Меры по преодолению кризиса. Ключевым пунктом проводимой правительствами Гайдара-Черномырдина-Кириенко экономической политики была ставка на опережающую финансовую стабилизацию как достаточную предпосылку вывода экономики в подъемную фазу, которая дополнялась столь же стремительным переходом к внут ренней конвертируемости рубля. Приверженцы рыночно монетарного курса предполагали такую последовательность в прово димой политике: либерализация экономики финансовая стабили зация активизация частного инвестирования структурная пере стройка экономический рост. В этой логической цепочке исход ным пунктом выступает задача предваряющей финансовой стабили зации за счет подавления инфляции путем проведения максимально жесткой денежной политики. Хозяйственная практика России, как и международный опыт, свидетельствуют о том, что такого рода зави симости носят весьма приблизительный характер и не могут прямо переноситься на конкретные страны. [120] Развязка финансового кризиса в августе привела к отставке правительства С. Кириенко и всего руководства ЦБ во главе с С.Дубининым. Исполняющим обязанности премьера был снова на значен В. Черномырдин, однако Госдума его не утвердила, и доста точно неожиданно у власти оказалось правительство Е. Примакова, в котором ряд ведущих позиций заняли политики, близкие к левым фракциям Госдумы. Председателем ЦБ вновь стал В. Геращенко.

Правительством Российской Федерации и Советом директоров Цен трального банка Российской Федерации был разработан документ “О мерах Правительства Российской Федерации и Центрального банка Российской Федерации по стабилизации социально – экономического положения в стране”, а в декабре 1998 года Правительством Россий ской Федерации был утвержден План действий по реализации этого документа, предусматривающий комплекс мероприятий по дальней шему выходу из кризиса. Послекризисная политика нового прави тельства базировалась на следующих основных мерах:

• возобновлении кредитования правительства Центральным банком;

• предоставлении кредитов банковской системе для восстанов ления ее платежных функций;

• продолжении ограничительной политики в области расходов.

Одним из выводов для российской экономики можно считать следующий: недостаточно только политики дезинфляции (сокращения темпа роста цен), чтобы перевести хозяйство в подъемную фазу.

Более вероятно достижение промежуточной цели, связанной с пере водом экономики из режима стагфляции в режим умеренно инфляционного стимулирования экономического роста. Так можно остановить кризис, и что особенно важно – сохранить в работающем режиме ряд из рыночных механизмов в экономике с одновременным проведением структурного оздоровления народного хозяйства.

Положительный результат августовской вспышки кризиса за ключается в том, что он потряс до основания всю ту хозяйственную пирамиду, которая сооружалась в предкризисные годы, а главное пока зал, что экономика становится работающей, а финансовая система устойчивой лишь в том случае, когда нормально функционирует реаль ное производство. На одних финансах и экспорте сырья применительно к современной России экономического благополучия не достигнуть.

Уникальность кризиса 1998 года в мировой истории. Дефолт 1998 г. был неожиданным для западных инвесторов, руководство вавшихся принципом «Россия – большая, ей не дадут упасть». Однако история знает дефолты в более благополучных странах, например во Франции. Непосредственно перед кризисом, 13 июля, МВФ выделил России неотложный кредит на 22 млрд. долларов США. Однако сбо ры в бюджет не покрывали даже процентных платежей по государст венному долгу. Особенностью кризиса являлось то, что в истории мира еще не было случаев, когда государство объявляет дефолт по внутреннему долгу, номинированному в национальной валюте. В случае с Россией был объявлен дефолт по ГКО, доходность по кото рым непосредственно перед кризисом достигала 140 % годовых.

Обычной практикой в других странах являлось то, что государство начинало печатать деньги и путем обесценивания национальной ва люты производило погашение долга. Инвесторы, вложившие средства в рынок ГКО, ожидали именно такого сценария событий.

Из большого числа экономических и политических последствий кризиса августа 1998 г., можно выделить следующее:

- Утрачено доверие инвесторов к платежеспособности и конку рентоспособности экономической системы России, следствием чего стало резкое снижение кредитного рейтинга России и всех россий ских организаций. Также были снижены рейтинги российских ком мерческих банков, что привело к серьезным затруднениям в сфере привлечения иностранных инвестиций и предоставления зарубежных кредитов. Усилился отток капитала из России. Закрытие как внешних, так и внутренних источников финансирования дефицита государст венного бюджета означало переход к инфляционному характеру фи нансирования. Это, в свою очередь, повысило темпы роста денежной массы, и сказалось на росте потребительских цен и общем ослабле нии жесткости денежно-кредитной политики.

- Произошли серьезные нарушения в работе банковской систе мы, осуществлении платежно-расчетных отношений. Большинство крупных коммерческих банков, особенно московских, значительную часть своих ликвидных активов (20-25 %) держало в ГКО. (В ряде же банков доля ГКО была еще выше, к примеру, в Сбербанке – 56,8 %).

Вполне понятно, что замораживание долгов по ГКО внесло свою су щественную лепту в дезорганизацию системы платежей, нанеся мощ ный разрушительный удар по всем работающим экономическим аген там. Дефицит ликвидности для осуществления текущих операций в целом по банковской системе составил около 20 млрд. рублей. В бан ковской системе, по данным ЦБ, застряло около 40 млрд. рублей кли ентских платежей. Прямые потери коммерческих банков вследствие отказа Правительства Российской Федерации от обслуживания своих долговых обязательств оцениваются в сумме 45 млрд. рублей. К это му следует добавить косвенные потери, обусловленные неожиданной девальвацией рубля и исполнением форвардных контрактов на при обретение иностранной валюты, заключенных исходя из официаль ных обязательств ЦБ РФ по поддержанию обменного курса рубля в заданных пределах (от 5,25 рубля до 7,15 рубля за 1 доллар США на период с 1998 по 2000 год), эти потери могут быть оценены в не сколько десятков млрд. рублей. Общая величина потерь российской банковской системы из-за решений от 17 августа оценивается в 100 – 150 млрд. рублей. В результате многие, в том числе структурообра зующие, банки стали неплатежеспособными. Значительная часть (по некоторым оценкам, до половины) коммерческих банков разорилась.

По данным Департамента пруденциального надзора ЦБ Российской Федерации, для восстановления банковской системы страны потребо валось не менее 100 млрд. рублей. Вследствие отказа многих крупных банков под предлогом форс-мажорных обстоятельств от выполнения своих обязательств перед клиентами, банковская система страны ут ратила доверие населения, что имеет крайне негативные долгосроч ные последствия не только для отечественных банков, но и для эко номической системы страны в целом. [120] - Сократился объем ВВП и инвестиций. По сравнению с ожидав шимися итогами года, по состоянию на 1 августа 1998 г., согласно официальным прогнозам: объем ВВП снизился на 50 – 77 млрд. рублей в ценах на 1 января 1998 г. (или 85 – 130 млрд. руб-лей в ценах на декабря 1998 г.);

объем инвестиций сократился соответственно на 22,9, млрд. рублей или 38,9 млрд. рублей. Таким образом, общие потери ВВП, связанные с негативными последствиями решений от 17 августа, можно оценить в сумму свыше 300 млрд. рублей в текущих ценах.

- Усложнилась возможность решения проблемы государственного долга Российской Федерации. Утрата Российской Федерацией доверия инвесторов вследствие решений от 17 августа серьезно ухудшила воз можности и условия привлечения новых займов, необходимых для ре финансирования текущих обязательств по обслуживанию государст венного долга. В сочетании с практической невозможностью обслужи вания обязательств по внутреннему долгу, это создает угрозу возник новения неплатежеспособности России по внешнему долгу.

- Произошла глубокая дестабилизация состояния российской эко номики, резко повысились темпы инфляции. Вследствие решений от августа произошла неуправляемая трехкратная девальвация рубля. Из за искусственной привязки рубля к доллару и ориентации на динамику обменного курса рубля следствием девальвации последнего стал взрывной рост цен. За четыре месяца (ноябрь к июлю 1998 г.) по про довольственным товарам цены повысились на 63 %, по непродовольст венным товарам – 85 %. В первом полугодии 1998 г. рост потребитель ских цен был в 12 раз ниже – 4 %, в 1997 г. – всего 11 %. Неуправляе мая девальвация рубля повлекла за собой резкое сжатие денежной мас сы в реальном выражении, обострение кризиса ликвидности и рост не платежей. Для преодоления этих последствий, а также для стабилиза ции банковской системы в условиях массового оттока вкладов потре бовалась значительная необеспеченная денежная эмиссия. Возникла угроза раскручивания инфляционной спирали с длительными негатив ными последствиями макроэкономической дестабилизации.

- Сократились реальные доходы (падение которых составило в 1998-1999 гг. 45 %.) и сбережения широких слоев населения России, и увеличилась численность населения с денежными доходами ниже прожиточного минимума, возросла безработица. Это произошло вследствие спровоцированного девальвацией рубля всплеска внут ренних цен, вызвавшего обесценение доходов и рублевых сбереже ний, а также вследствие утраты сбережений в обанкротившихся бан ках или потери их части при переводе в Сберегательный банк Рос сийской Федерации по схеме, предложенной согласно решению Со вета директоров ЦБ Российской Федерации от 1 сентября 1998 г. “О мерах по защите вкладов населения в банках”. В результате решений от 17 августа реальные доходы населения уменьшились в сентябре 1998 г. по сравнению с августом этого же года на 31,1 %. Общая чис ленность безработных, определяемая по методологии МОТ, достигла 8,39 млн. человек (11,5 % от экономически активного населения).

- Усиление социального недовольства из-за инфляционного скачка. Причем, особенно сильно пострадали, как раз те слои и груп пы населения, которые являются сторонниками существующей соци ально-экономической и политической системы – новый средний класс (работники быстро растущей сферы услуг), мелкий бизнес и жители крупных городов.

- Резкое ослабление политических позиций Президента. Настаи вая на утверждении С.В.Кириенко на посту премьера, Б.Н.Ельцин фактически взял на себя ответственность за результаты деятельности нового кабинета. Девальвация и дефолт стали мощным ударом по президенту, а увольнение кабинета и переплетение политического кризиса с финансовым, привело к новому снижению уровня доверия к Б.Н.Ельцину и укреплению политических позиций тех, кто требовал смены конституционного строя и переизбрания президента.

- Потеря веры в обществе в экономическую помощь и благие на мерения западных стран – “Запад нам поможет”. Рост национального самосознания во всех слоях общества. Ориентация в первую очередь на собственные силы.

Среди последствий кризиса можно так же выделить и позитив ные его стороны, оказавшие оздоравливающее воздействие на эко номику, способствовавшие формированию дополнительных предпо сылок вывода экономики в фазу стабилизации и оживления.

- Несмотря на негативное воздействие, на благосостояние насе ления, в итоге кризис сыграл благоприятную роль в экономическом развитии страны по причине, в первую очередь, резкого усиления бюджетной дисциплины в последефолтные годы.

- Отсутствие спекулятивных источников дохода на рынке ГКО, сжатие рынка госбумаг заставило банки обратиться к реальной сфере, начать кредитовать промышленность. Для всех стала очевидна необ ходимость реструктуризации банковской системы.

- Торгово-коммерческий сектор был вынужден сократить свои расходы, что лишило его чрезмерного превосходства по доходам в сравнении с производственным.

- Девальвация рубля вызвала сокращение импорта товаров и тем самым открыла возможности для роста импортозамещающих отрас лей. Отрасли, способные производить конкурентоспособную продук цию для внутреннего рынка и на экспорт, не привлекавшие прежде западные кредитов и располагающие внутри страны базой сырья, ма териалов, компонентов, получили преимущества примерно на 2-3 го да, российские предприятия, несущие затраты в рублях и экспорти рующие товар, стали конкурентоспособными. Ведь их продукция почти в 2,5 раза стала доступнее по сравнению с импортом.

- Резкое удорожание импорта сделало более выгодным прямые иностранные инвестиции в российскую экономику. Это при создании других благоприятных условий повысило инвестиционную актив ность в производстве с последующим его выводом из кризиса.

- До августа 1998 г. аграрный сектор на рынке продовольствия на 25 % состоял из импорта. Для такой страны, как Россия, естественна доля импорта примерно 10 %. Разница – это рынок емкостью около 30 млрд.

долл. в год, который должны занять отечественные производители.

- Укрепление реального курса рубля происходило в течение 7 лет до 2005 года, когда курс достиг показателей 1996–1997 гг..

И, наконец, с точки зрения политической несомненным поло жительным результатом кризиса стало оттеснение либерально реформаторских сил от власти. Впервые за семь лет их лишили моно полии на выработку экономической политики, и стала возможной ре альная конкуренция альтернативных сценариев развития. [16] Паника, взлетевшие цены, мгновенное обнищание населения – этим запомнилось 17 августа 1998 года. Предсказывали, что России потребуется не одно десятилетие, чтобы заставить инвесторов снова в нее поверить. Однако за 10 лет нестабильная страна с долгом, пре вышавшим ее ВВП, сумела полностью изменить свой инвестицион ный имидж. А в момент нынешнего финансового кризиса ликвидно сти уже на зарубежных площадках стали так желанны деньги рос сийских нефтегазовых фондов.

Вынести же из урока 1998 г. Россия смогла такие простые ис тины как то, что нельзя иметь сильно дефицитный бюджет, что не обходима взвешенная политика заимствований, представление о том, каким образом государство будет рассчитываться по своим долгам, то, что в стране, где экономика зависит от мировой конъ юнктуры, необходимо иметь соответствующие резервы, а также переход к самостоятельной разработке и осуществлению назревших мер, который исключал бы слепое следование в фарватере требова ний МВФ, других мировых финансовых структур и иностранных держав. Чтобы вырваться из пут МВФ, следует, если и использо вать их кредиты, то, не принимая на себя обязательств, наносящих ущерб своему народному хозяйству.

От последствий кризиса страна стала оправляться быстрее, чем ожидали многие: цены на энергоносители пошли вверх, бюджет уже через год после дефолта стал профицитным. Девальвация рубля, сде лавшая дорогим импорт, помогла отечественным производителям.

Бюджет стали принимать во время: на 2000 год он впервые был при нят до начала отчетного года. Частые смены правительств при Ель цине сменились путинской стабильностью. Вопреки прогнозам скеп тиков уже в октябре 2003 года России удалось получить инвестици онный кредитный рейтинг от агентства Moody’s: из непривлекатель ной для инвесторов стран она стала для них динамично развиваю щимся рынком. Если для бюджета страны 2002 года главными были выплаты внешнего долга, то сегодняшний документ власти называют социально-ориентированным бюджетом развития. Изменилась и роль России на мировой арене: она вернула себе статус державы, с которой нельзя не считаться. [101] Кризис сыграл свою бесспорную положительную роль в оздо ровлении экономики России. «Не надо искать виноватых, – сказал ди ректор экспертного института Высшая школа экономики Е.Ясин. – Надо понять, что Россия реализовала программу стабилизации. Стра на находилась в глубоком трансформационном кризисе, и иного пути перехода от плановой к рыночной экономике у нас не было».

Россия является одним из главных объектов финансовой войны, учитывая ее геополитическое положение в мире и роль в обеспечении мировой экономики дефицитными природно-сырьевыми ресурсами. В этих условиях упреждающий прогноз финансово-валютных угроз должен стать главенствующим элементом оборонительного эконо мико-информационного оружия в руках российского руководства.

2.4.5. Мировой финансовый кризис 2008-2009 гг.

Мировой финансовый кризис 2008 года – экономический кри зис, проявившийся в 2008 году в форме ухудшения основных эконо мических показателей в большинстве стран. Его непосредственным предшественником был ипотечный кризис в США, первые признаки которого появились в 2006 году в форме снижения числа продаж до мов и в начале 2007 года переросли в кризис высокорисковых ипотеч ных кредитов. Довольно быстро проблемы с кредитованием ощутили и надежные заёмщики. Постепенно кризис из ипотечного стал трансформироваться в финансовый и стал затрагивать не только США. К началу 2008 года кризис приобрёл мировой характер и по степенно начал проявляться в повсеместном снижении объемов про изводства, снижении спроса и цен на сырьё, росте безработицы.

Существуют опасения того, что число безработных по всему миру из-за финансового кризиса к 2010 году может увеличиться на миллионов человек.

Возникновение кризиса, связывают со следующими факторами:

- общая цикличность экономического развития;

- высокие цены на сырьевые товары (в том числе, нефть);

- перегрев фондового рынка;

- перегрев кредитного рынка и явившийся их следствием ипо течный кризис;

- использование новых непроверенных финансовых методик и инструментов – кредитных дефолтных свопов и иных деривативов;

После 2000 года наблюдался бум потребления, сопровождав шийся неуклонным ростом цен на сырьё – после Большой депрессии товаров потребления в 1980-2000 годах. Но в 2008 году цены многих товаров, особенно нефти и продуктов питания, достигли такого уров ня, что стали наносить ощутимый экономический ущерб, угрожаю щий стагфляцией и аннулированием глобализации. В январе 2008 го да цены на нефть превысили $100 за баррель. 11 июля 2008 года цена нефти марки WTI достигла рекордных за всю историю $147,27 за баррель;

после чего началось снижение – до $61 24 октября того же года и до $51 в ноябре. Пищевые и топливные кризисы обсуждались в июле на 34-м саммите Большой восьмёрки. [11] Серная кислота (важный химикат, используемый в таких про цессах как обработка стали, производство меди и биоэтанола) шести кратно увеличилась в цене менее чем за год. Производители гидро ксида натрия объявили форс-мажор из-за наводнения и ускорили тем самым дальнейшее увеличение цен. Высокие цены на нефть и бензин привели к сокращению спроса на автомобили: в августе 2008 года продажи автомобилей в Европе сократились на 16 %, в США в сен тябре продажи автомобилей снизились на 26 %, в Японии – на 5,3 %.

Это привело к сокращению производства металла и сокращению ра бочих мест в автопроме и смежных отраслях.

Непосредственным предшественником общего финансового и банковского кризиса в США был кризис высокорисковых ипотечных кредитов в 2007 году, то есть ипотечного кредитования лиц с низ кими доходами и плохой кредитной историей. Вследствие 20 %-го падения цен на недвижимость американские владельцы жилья обед нели почти на $5 триллионов.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.