авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||

«ГОУ ВПО САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ Н.В. ТИЩЕНКО ГЕНДЕРНЫЕ АСПЕКТЫ ТЮРЕМНОЙ СУБКУЛЬТУРЫ ...»

-- [ Страница 6 ] --

Р. Не знаю… Мужики — они просто работают и ждут освобождения.

Они просто терпят все. А так, не знаю. За себя знаю, за остальных нет259.

Как видно из этого примера, респондент с самого начала отрицает важность и необходимость той информации, которой он владеет. Фраза «не понимаю, зачем это Вам» не демонстрирует расхождения в когнитивных рядах спрашивающего и отвечающего. Этим замечанием осужденный по казывает, что его рассказ заключает в себе знаки и смыслы, не имеющие значения для слушателя, которые, более того, не могут быть адекватно восприняты и воспроизведены. Респондент уверен в наличии абсолютного семантического и когнитивного разрыва между ним и интервьюером. Этим и объясняется отсутствие четкого когнитивного перехода в построении от Интервью № 4.

ТЮРЕМНЫЙ ОПЫТ: ЧТО ТАКОЕ БЫТЬ ОСУЖДЕННЫМ ветов, постоянно прерывающихся самим респондентом. Предел понимания или предел ответа — это своеобразный барьер, проникнуть за который можно, лишь обладая знанием специфических семантических кодов.

Другой осужденный в своем интервью прямо указывает на наличие таких кодов и сложность их вербализации:

И. Ты попал в колонию впервые. Каким образом ты узнал элементарные правила поведения здесь, что можно делать, а что нет?

Р. Да,… (хм)… знаешь просто все это, вот и все… Ну, конечно, объяс няют. Но я просто знаю правила,.. еще на свободе знал. Ты просто зна ешь, как и что нужно делать. Ну ведь мы же просто знаем некоторые вещи и не удивляемся этому. Да, так.

И. И все, что ты знал о зоне на свободе совпало с тем, что ты увидел здесь?

Р. (Смеется) Упорная ты… Тут есть свои, как бы их назвать,.. объясня лы, их уважают, но и они не всем все покажут, да и к ним не каждый по дойдет. А потом, все может в любой момент измениться, все правила поменяются, этого никто не подскажет, как на воле. Точно говорю. Есть тут у меня человечек, он меня встретил, поговорил, я знаю, куда совать ся не следует, знаю где красные бараки — это как знаки СТОП, а ос тальное сам понимаю, об этом не расскажешь.

И. Почему?

Р. Потому, что нельзя говорить обо всем, сам потом пожалеешь, осо бенно на зоне (предел ответа)260.

В данном отрывке респондент так же старается с самого начала раз говора положить предел расспросам, прямо заявляя, что он является носи телем некоего знания, получение которого связано с принадлежностью к определенной субкультуре, причем освоить это знание можно и вне стен тюрьмы. Более того, успешная адаптация в тюрьме возможна, когда инди вид заранее «подготовлен» и «ознакомлен» с нормами тюремной субкуль туры. Эта короткая реплика наводит на мысль о том, что тюремная суб культура давно преодолела границы и застенки реальных тюрем и коло ний. Более того, ее установки являются частью повседневного с трудом вербализуемого опыта достаточно большой группы населения. Многим людям так же тяжело объяснить откуда они знают правила тюремной жиз ни, как другим объяснить происхождение их знания правил приличия.

Еще одной знаменательной фразой является заявление «нельзя гово рить обо всем, сам потом пожалеешь, особенно на зоне». Она возвращает нас к проблеме дефицита доверия в тюремном сообществе. Разговорив шись, респонденты красочно описывали свои отношения в кентовке, в от ряде, вспоминали о прошлом, но при этом в их репликах постоянно звуча ла нотка настороженности, какой-то опасности. В ситуации абсолютной подозрительности и недоверия склонность к разговорчивости может ока заться губительной, а молчание способно укрепить статусные позиции в тюремной иерархии. В течение первого получаса интервью могло сло Интервью № 13.

«… А душу можно ль рассказать?»

житься впечатление, что респондент воспринимает интервьюера как чело века, ведущего допрос, стремящегося получить информацию, способную навредить рассказчику. Казалось, что любой диалог респонденты воспри нимают как следственные действия. Постепенно первое впечатление сгла живалось, однако, устойчивая неприязнь к вопросам, касающимся образа жизни в тюрьме, наблюдалась у подавляющего большинства респонден тов.

Для сотрудников исправительных учреждений изначальное нежела ние осужденных поддерживать разговор, напротив, было абсолютно есте ственным явлением, которому они могли дать вполне определенное объяс нение. Вот какой совет мы получили от сотрудницы колонии перед прове дением интервью: «Люди здесь годами находятся в изоляции, это сильно на них влияет, они не все могут понять. Вы, поэтому, вопросы попроще, что ли, задавайте. А то они Вас не поймут»261. И еще одна реплика от со трудника администрации: «Много от них (осужденных) не ждите. Они со всем тут отстали от жизни»262. Поразительный когнитивный диссонанс!

Осужденные уверены, что они являются носителями специфического зна ния, помогающего им приспосабливаться к экстремальным условиям, в то время как администрация лишает их способности здраво рассуждать!

2.4.3. Нарушение временной последовательности В нарративах осужденных прослеживается отсутствие четкой после довательности событий во времени. Просьба рассказать о своем обычном распорядке дня оказывается достаточно обременительной. Г. Сайкс, в сво ем исследовании тюремных сообществ, обратил внимание на кардиналь ную трансформацию представлений о времени в условиях лишения свобо ды. Рутинность режимных правил, их монотонное повторение изо дня в день приводит к размыванию границ индивидуального времени263. Про шлое на свободе, с его яркой сменой событий замещает представления о настоящем и будущем. Нарративы наших респондентов отрицают хроно логическую последовательность повествования, что подтверждает вывод Сайкса о нарушении индивидуального времени в условиях изоляции. Кро ме того, временная разорванность повествования заставляет исследователя более внимательно и скрупулезно относиться к самой структуре нарратива.

Если отсутствует или слабо выражена хронологическая секвенция, то ос новное внимание исследователя должно быть направлено на то, в каком порядке сам респондент располагает событийные ряды. В расположении Интервью № 25.

Интервью № 23.

Sykes G. The Society of Captives. A Study of a Maximum Security Prison. Princeton, 1958. Р. 65.

ТЮРЕМНЫЙ ОПЫТ: ЧТО ТАКОЕ БЫТЬ ОСУЖДЕННЫМ событий по аналогии или ассоциации в интервью с осужденными можно проследить личное отношение респондента, которое в столь минимальном количестве представлено в повествовании.

Достаточно распространенным для рассказчиков является стремле ние начать повествование с какого-то яркого, запоминающегося момента, с того, что в большей степени затронуло их воображение, чувства, мысли.

Это объясняется все той же рутинностью обыденной жизни на зоне, где даже незначительное нарушение повседневности воспринимается как экс траординарное событие, перекрывающее остальные практики и факты.

Дальнейший рассказ уже строится по аналогии с этим самым ярким впе чатлением, которое обусловливает появление различных персонажей, суж дений и оценок. Так, разговор с одним из осужденных мужчин начался с его рассказа, как они в отряде инсценировали игру «Поле Чудес». Именно из рассказа о реакции администрации, осужденных других отрядов на это представление становится очевидным характер взаимодействия между различными группами в данной колонии. Другой нарратив о жизни в коло нии был построен вокруг рассказа о трагическом случае: гибели осужден ного на производстве. Рассказчик оказался одним из свидетелей трагедии и именно участие в расследовании инцидента определило его положение в колонии.

Еще одно повествование женщины осужденной, несмотря на кон кретно заданный вопрос, тоже постепенно сводится к самому яркому впе чатлению — пребыванию в карцере, которое разделило ее жизнь, ее вос приятие себя и окружающих на до и после. Карцер стал своеобразной де маркационной линией, определяющей ее настоящее и, возможно, будущее.

Поэтому рассказ постоянно возвращался к этому событию:

I. Р. Я другой стала, когда выпустили… точно другой... У меня как буд то что-то оборвалось внутри…Я даже помню, когда. Нет, дня я не пом ню, только помню, что стоять совсем уже не могла, и глаза так слези лись, что у меня платье спереди было мокрым. Вот тогда от боли, уста лости, всего это и оборвалось… внутри. Мне ведь раньше и больнее бы ло, муж бил, ну и я не отставала, но я, как сказать… не сдавалась. А тут все. Я поняла, что пропала. Я ведь раньше бы, чтобы вот так, вижу в первый раз и рассказываю обо всем этом… Да быть этого не могло. Я никогда бы не рассказала. А сейчас говорю. Знаешь, почему? … Потому что изменилось во мне что-то264.

Это, пожалуй, самый откровенный и эмоционально насыщенный от рывок разговора. Он одновременно содержит в себе несколько важных концептов. Во-первых, здесь четко выражена индивидуальность героини, хотя предыдущий текст рассказа бал максимально абстрактным, пока раз говор не коснулся пережитого наказания. Поражает даже та рефлексивная точность, с которой респондентка характеризует пережитое событие. Во вторых, процесс самоопределения начинается с момента потери себя — Интервью № 9.

«… А душу можно ль рассказать?»

«Вот тогда от боли, усталости, всего это и оборвалось… внутри» и да лее — «А тут все. Я поняла, что пропала». Достаточно характерным для нарративов людей, прошедших тюремное заключение, является воспри ятие тюрьмы, зоны как точки отсчета для самоопределения. Если до изо ляции человек был лишь частью какого-то событийного ряда, то, оказав шись в тюрьме, он начинает переосмысливать все, с ним произошедшее.

Необходимо заметить, что внутренняя убежденность наших респондентов, что они сделали важные для себя выводы, никоим образом не поддержива ется сотрудниками колоний, считающими, что «они совсем тут отстали от жизни». Здесь на когнитивном уровне, на уровне смыслополагания очевидно, насколько противоположны субкультуры двух групп, вынуж денных сосуществовать в одном пространстве, — субкультура админист рации и субкультура осужденных.

В-третьих, женщина в конце указанного фрагмента воспринимает себя в качестве обладательницы уникального опыта, получить который возможно, лишь пережив события ее жизни. Подобная установка четко выражена в другом отрывке из ее интервью: «А я ей и говорю — ты еще ничего не знаешь здесь, ты бы, как я, хотя бы раз в карцер, тогда бы мне было о чем с тобой …поговорить. Вот так»265. Полученный опыт, несо мненно трагически отразившийся на ее эмоциональном состоянии, дает ей определенные статусные преимущества перед другими осужденными женщинами. И, самое интересное, что эти преимущества никем из ее ок ружения не оспариваются.

Анализируя нарративы, мы обнаружили важный компонент любого из полученных повествований. Несмотря на первоначальную замкнутость и настороженность, на очевидный дефицит доверия и к интервьюеру, и к присутствовавшим сотрудникам колонии, у рассказчика прослеживалось устойчивое убеждение, что он обладает особенным знанием, какой-то спе цифической «жизненной философией», не понятной и не передаваемой ок ружающим. Словно существует два здравых смысла: один — для жизни на свободе, другой — в изоляции. Более того, в зависимости от положения респондента в тюремной иерархии, он мог демонстрировать некоторое снисходительное отношение к собеседнику: «Вам ведь всего и не расска жешь. — Почему? Не доверяете? — …Да не… Вы же просто не отсюда, не с зоны...»266. Причем, это замечание скорее относится к интервью с мужчинами, с женщинами-респондентками в ходе нескольких бесед уста навливались достаточно доверительные отношения.

Сотрудники колоний, напротив, стараются пресечь проявление «жизненной философии» осужденных. Более того в самих ритуалах обра щения к осужденными представители администрации подчеркивают свое Интервью № 9.

Интервью № 2.

ТЮРЕМНЫЙ ОПЫТ: ЧТО ТАКОЕ БЫТЬ ОСУЖДЕННЫМ главенствующее положение, называя их между собой «парнишками», не зависимо от возраста и статуса осужденного.

2.4.4. Стратегии формирования маскулинной идентичности В процессе проведения интервью мы обратили внимание на сле дующий факт — в нарративах осужденных, как мужчин, так и женщин, неизменно присутствуют объекты рассказа, которые окружены семантиче скими и когнитивными барьерами. Из полученных интервью следует, что респонденты крайне неохотно поддерживают разговор об отношения в ко лониях, где содержатся осужденные противоположного пола:

I. И. Что Вы знаете о порядке, царящем в женских зонах?

Р. Да ничего… Не слышал, как там… Вроде у них закон больше уважа ют…сейчас…по понятиям они живут…Я не знаю… Не слышал267.

II. И. Вам что-то известно о том, как все устроено в мужских колониях?

Р. Там у них?… Не знаю…Они говорят, что нам лучше, легче сидится… Но я не знаю…Нам всегда сложнее, везде…Я думаю, наверное. У них все понятно. Там по-другому, но я не знаю268.

III. И. Слышал что-нибудь о женских зонах?

Р. …Ничего… нет, даже не знаю, что сказать269.

IV. И. Вы говорите, что Ваш отец и первый муж были осуждены. Они Вам что-нибудь рассказывали о своем пребывании на зоне?

Р. Рассказывали?… Да нет, кто об этом вспоминать захочет? Да и мне какая разница, как там. Это их дело. Меня это не касается. Я и знать не хотела270.

Подобные высказывания поддерживаются социальными установка ми, противопоставляющими мужское и женское, наделяющими эти два понятия принципиально различными кодами. И осужденные, и админист рация разделяют подобное отношение, которое позволяет направленно контролировать процесс формирования и функционирования мужских и женских практик в колониях. Разобщение, нежелание обсуждать состояние дел внутри разных половых групп укрепляет эссенсуалистскую позицию в отношении гендера, в которой пол оказывается некой биологической то тальностью, определяющей собой все социальные аттитюды. С другой стороны, исключение из нарратива ссылок на противоположные гендерные практики свидетельствует, что гендерная идентичность в условиях лише ния свободы имеет автономный характер и в своем конструировании и ут верждении незначительно зависит от иных гендерных практик. Причем эта тенденция прослеживается как у мужчин, так и у женщин. Для того чтобы подтвердить данное предположение, необходимо проанализировать те от Интервью № 7.

Интервью № 1.

Интервью № 11.

Интервью № 14.

«… А душу можно ль рассказать?»

рывки из интервью, в которых информанты пытаются создать собственный гендерный образ. Попытки создания гендерной Я-концепции осужденны ми показательны в процессе выяснения специфики формирования гендер ной идентичности в условиях лишения свободы. Для сравнения мы приве дем фрагменты из двух интервью. Первый фрагмент принадлежит мужчи не 38 лет, дважды судимому, на момент интервью разведен, перед осужде нием состоял в гражданском браке, детей нет.

Фрагмент 1.

И. Что значит для Вас быть мужчиной?

Р. 1) Мужиком?… Главное — это за себя отвечать, за все свои поступ ки… 2) то, что мы сейчас здесь, а не где-то там, это тоже означает, что мы от вечаем…за себя, за других, …иногда.

3) Еще важно, что ты знаешь где свои, а где чужие и своих не забыва ешь.

4) Для мужика свой человек — дороже любой б…, дороже бабла, 5) потому что, если ты знаешь, кто свой, ты не пропадешь в мире, нигде, ни на воле, ни на зоне.

6) Некоторые здесь этого не понимают, им объясняют … по-мужски… Как? Ну сначала предупредят, потом, если не понял, то и бьют.

7) Вот еще важно: мужик не боится драки, его и избить можно до смер ти, но для него это выдержать то же, как проверка, как мужика.

8) А все остальное — это уже неважно.

9) Можно и с бабами, можно и так, не особо на них, это все уже второе.

10) Я вот смотрю на малолеток и удивляюсь, они как не мужики, чего-то друг перед другом, у кого накол круче или сколько баб было. А причем здесь все это. Ведь как их прижмет, так сразу в красную хату бегут друг на друга … и все наколы забывают. Что у них от мужиков? Ничего.

Вот271.

Рассмотрим, как респондент формирует свою идентичность в этом фрагменте. С очевидностью он относит себя к гетеросексуалам, и одной из главных характеристик гетеросексуальности он считает не столько интим ные отношения с другим полом (это не важно, с. 8), сколько умение кон тролировать свои сексуальные желания и телесные потребности (мужик есть мужик, он не зависит от этого, с. 11). Здесь респондент подтвер ждает позицию минимизации телесных практик, на что направлен и весь тюремный режим, стремящийся дисциплинировать тела осужденных через свод режимных правил и предписаний. Респондент конструирует «норму»

мужественности через соотнесение с неким абстрактным понятием «свои»

(с. 3). Из контекста интервью понятно, что к категории «свои» могут отно ситься участники одного криминального сообщества, представители одной тюремной касты. Именно четкое определение своих позволяет индивиду выжить в любых условиях и этот способ выживания определяется как «мужской». Все иные способы, опыты выжить, такие как обвинение друг Интервью № 6.

ТЮРЕМНЫЙ ОПЫТ: ЧТО ТАКОЕ БЫТЬ ОСУЖДЕННЫМ друга, или доказательство первенства друг перед другом (у кого накол кру че или сколько баб было;

как их прижмет, так сразу в красную хату бегут друг на друга… с. 10) респондент отрицает, как не соответствующие муж скому типу поведения. А вот отрывок из другого интервью, где мужест венность так же трактуется, как характеристика человека, принадлежащего к категории «свои». Здесь речь шла об отношении с администрацией:

«Они, отрядники, ведут себя не по-мужски, не по-человечески, — А что означает по-мужски? — Ну, не надо показывать, что ты администрация, а он зек. Можно же просто без различий. Лучше бы так всем было…»272.

На основании анализа данного отрывка можно сделать несколько предположений о формировании гендерной идентичности в условиях ли шения свободы. Особенности криминальной среды, ее традиционность, даже патриархатность, насильственное гомосоциальное объединение ин дивидов предполагает некоторые особенности в восприятии пола осуж денными. Респондент демонстрирует абсолютную уверенность в своем оп ределении мужественности, последовательно доказывая, какие категории относятся к первостепенным, а какие нет. Мужественность — это умение нести ответственность за собственные поступки и соотнесение себя с кон кретной социальной группой, что предусматривает отстаивание ее интере сов и полное подчинение законам этой группы. Представители иных групп, даже гомосексуальных, если они наделены ответственностью и так же привержены своей группе, наделяются признаками мужественности.

Женщины выводятся из нарратива почти полностью. Через отношения с женщинами конструировать свою идентичность могут только те, кто ли шен признаков мужественности в принципе. Мужская идентичность не ос новывается на противопоставление мужских и женских практик, она рас полагается за пределами подобных оппозиций. Мужской опыт приобрета ется вне женских сообществ и укрепляется через определенное избежание и изоляцию от женщин.

Мы полагаем, что подобная интерпретация мужественности является продуктом воздействия пенитенциарной системы, чьи режимные предпи сания направлены на десексуализацию индивида. Однако «полной» десек суализации пенитенциарная система достигнуть не сумела, вызвав лишь рост в условиях лишения свободы гомосексуальных отношений. В резуль тате, произошло укрепление позиций традиционных маскулинных прак тик, связанных с традиционной сексуальной ориентацией. Мужествен ность в колониях приобретает гипер-автономность, гипер иерархизированность, которые в условиях современного гендерного по рядка, характеризующегося усилением позиций фемосоциальности, ростом квазиидентичностей, оказываются невостребованными.

Интервью № 8.

«… А душу можно ль рассказать?»

2.4.5. Стратегии формирования феминной идентичности Теперь обратимся к фрагменту 2. Респондентом является осужденная женщина, 41 год, несколько раз была замужем, двое детей, младший ребе нок находится под опекой бабушки.

Фрагмент 2.

И. Как бы вы в нескольких словах охарактеризовали свою женскую судьбу?

Р. 1) Да такая же, как у большинства. Ничего особенного.

2) Много чего терпела, терпела, пока не сломалась.

3) Не то, чтобы я слишком много хотела, нет, как и все женщины — спо койствия, достатка.

4) Но разве с ними (мужчинами) может быть спокойно, а уж как деньги пропивать да прогуливать они вообще первые, всегда.

5) Мне все тут говорят — ты молодец, боевая. А я такой стала по необ ходимости, вот и весь сказ.

6) Я даже больше хочу не того, чтобы зоны в моей жизни не было, а чтобы злости во мне не было столько. Я иногда сама себя боюсь, свой злобы. И такой я стала не здесь, а на воле. Здесь у меня нет желания злобу сдерживать. И у остальных нет. Мы тут часто слышим — злые вы, бабы — а нам просто нет сил все это в себе держать, вот и взрываешь ся… 7) Что озлобило? Да сама не знаю… Как-то всегда получалось не так, как хотелось, как думала.

8) Смотришь на него, думаешь, ну все будет путем, а он смотрит, как бы тебя обобрать да с животом оставить. И окружающие еще пальцем пока зывают. У меня так было, когда Алешку ждала. Он с отцом водился, его сам отец в дом привел. Думала, все будет, как надо. А когда я беремен ной была, он пропал, появился через полгода, мы вроде и поженились, но чего я за эти полгода натерпелась. Все, как сговорились, как будто никто до меня с животом не ходил, только и шушукались и пальцем ты кали. Сейчас проще, нагуляла и никого не волнует. А меня все достава ли. Я и ребенка не хотела забирать, отец забрал — первый муж сказал ему, что от ребенка не откажется. Так что никому я особенно не была нужна.

9) Здесь мы вроде и понимаем друг друга, но из-за того, что дерганые все, переломанные этими правилами, да распорядками, вот мы и орем друг на друга. Но после этого становится легче273.

В этом фрагменте перед нами раскрывается совсем иная стратегия конструирования идентичности. Респондент располагает свой образ на когнитивном перекрестке, с одной стороны, она — как большинство (с. 4), с другой — она всегда сама по себе и противостоит как миру мужчин, ко торой носит явно агрессивный и враждебный характер — как бы тебя обобрать да с животом оставить — (с. 8), так и миру женщин. Изна чальная изолированность порождает чувство абсолютного одиночества — так что никому я особенно не была нужна, — которое не является частью Интервью № 16.

ТЮРЕМНЫЙ ОПЫТ: ЧТО ТАКОЕ БЫТЬ ОСУЖДЕННЫМ осознанно выбранной стратегии, а скорее, есть результат несамостоятель ности респондентки, отсутствия у нее чувства самодостаточности. Она, не смотря на наличие детей, многократные замужества, высокий социальный статус в колонии, не приобрела опыта автономного конструирования своей идентичности. Она не противостоит тем интерпретациям своей идентично сти, которые получает от окружающих, принимая их априори как подлин ные, и не пытается утвердить собственную позицию, объясняя все перипе тии жизни столкновением интересов мужчин — отца, мужей, следователей и т.д.

В своем рассказе респондентка позиционирует себя как активного агента социального пространства, однако, эта активность транслируется в качестве навязанной обстоятельствами и не свойственной, по мнению рес пондентки, ей изначально черты. Те качества, которые ей приписывают окружающие, позиционируемые в качестве положительных — ты, моло дец, боевая, — рассматриваются женщиной как нежелательные, искажаю щие ее «женскую сущность». В своем повествовании информантка совер шает циклические движения от того, какие качества женственности в ней заложены, к тому, какие качества «неженские» ей приходится проявлять.

Ее активная позиция — это результат сбоя «естественного хода вещей», который ведет к внутреннему конфликту (всегда получалось не так, как хотелось, как думала), нарушению коммуникации со средой, проблемати зации собственной идентичности. В результате мы можем предположить, что воспроизводство женских практик в условиях лишения свободы осно вывается на утверждении несамостоятельности, несамодостаточности женщины как социального субъекта. Подобная стратегия не позволяет осужденной женщине провести независимый анализ событий собственной жизни, внушает ей ощущение ущербности и изолированности.

Принципиально важными и интересными, с нашей точки зрения, яв ляются слова респондентки, посвященные злости и распространенности этой черты среди осужденных женщин. Злость — это то, что объединяет осужденных женщин и отличает их от остальных (с. 6). Если маскулин ность в первом фрагменте представляется некой символической силой именно благодаря наличию абстрактных объединяющих коррелят (респон дент-мужчина не объясняет, что именно позволяет проводить разграниче ние на своих и чужих), то феминность в качестве «объединяющего» звена выдвигает конкретное состояние, вызываемое изначальной отторженно стью и разобщенностью женщин. Эта солидарность женщин в местах ли шения свободы воспринимается в качестве угрозы, поэтому респондентка и воспроизводит расхожую фразу в адрес женщин-осужденных: мы тут часто слышим — злые вы, бабы. Показательно, что в интервью с сотруд никами колоний мы столкнулись с мнением, которое точно повторяет вы «… А душу можно ль рассказать?»

шеприведенную фразу: «С женщинами сложнее, никогда не знаешь, что они сделают в следующий момент. Злости в них больше, ненависти»274.

На основании этого совпадения мы можем сделать некоторые пред положения о существующей стратегии репрезентации женских практик в условиях лишения свободы, которую воспроизводят и женщины, и внеш ние наблюдатели — персонал колоний. Эту стратегию условно можно на звать денатурализацией женских ролей. Состояние каждой отдельной женщины и всего женского коллектива в колонии описывается в терминах неестественности, несвойственности, недоразумения. Женщина в колонии — это некий нонсенс, который вреден самому исправительному учрежде нию, он нарушает внутреннюю структуру пенитенциария, искажая систему контроля, лишая наказание его сути.

Резюмируя анализ гендерных практик тюремной субкультуры, мы констатируем, что в тюремном сообществе под воздействием механизмов контроля и наказания, направленных на десексуализацию индивида, фор мируется две стратегии конструирования гендерной идентичности. Первая, характерная для мужских пенитенциариев, стремится к максимальной сек суальной автономности, что ведет к формированию строго иерархичного сообщества, другая, принятая в женских исправительных учреждениях, исходит из постулата несамодостаточности женских практик, неспособно сти их сформировать собственную культурную среду и неприспособленно сти эффективно функционировать в закрытом социальном пространстве колонии. Из вышесказанного мы делаем вывод, что смысловое содержание гендерных стратегий, характер их протекания в различных социальных структурах зависит не от моделей маскулинности и феминности, легализо ванных в данном обществе, а от взаимоотношения определенного соци ального действия в конкретном социальном пространстве.

Интервью № 22.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ Подводя итоги нашего исследования, можно констатировать, что изучение социальной организации и гендерных практик субкультур испра вительных учреждений помогает понять природу трансформации и иска жения стратегий маскулинности и феминности в современной культуре в целом. Речь не идет о том, что тюрьма является продуктом общества, но точно так же мы не поддерживаем и взгляд на места лишения свободы как на зеркальное отражение свободного общества и процессов, происходящих в нем. Мы предпочитаем трактовать и пенитенциарную систему, и совре менный культурный порядок в качестве опредмеченных структур, сформу лированных в однотипном эпистемологическом пространстве: ни тюрьма, ни общество не являются следствиями друг друга, они — участники одной и той же дискурсивной стратегии. Однако в изначальных, априорных ус ловиях этой дискурсивной практики заложены серьезные эпистемологиче ские противоречия, ведущие к конфронтации на практике, в том числе и к разрушению привычных гендерных ролей. Анализ сложных путей искаже ния гендерных ролей в условиях лишения свободы и стал приоритетным для нашего исследования.

Проблема аберрации гендерных и полосоциальных ролей в условиях лишения свободы детерминирована комплексом эпистемологических и культурных противоречий, возникших между легализованными государст вом видами наказания, характером современной преступности и традици онными типами маскулинности и феминности, поддерживаемыми и репре зентируемыми не только индивидуумами, но и группами, и общественны ми институтами. На сегодняшний день в России наблюдается принципи альное несоответствие используемых видов надзора за осужденными и до минирующими стратегиями конструирования гендерных ролей. Это рас хождение имеет глубокие культурно-исторические корни, так как внедре ние пенитенциарной модели наказания в России в XIX веке не было под держано ни юридической, ни экономической, ни политической базой, и, самое важное, либеральная система наказания находилась вне режимов идентификаций, принятых в российском обществе.

В современном обществе четко прослеживается тенденция к регене рации гендерных стратегий, расширению и усложнению привычных поло социальных ролей, последовательной денатурализации и мобилизации ка тегорий гендера, всему тому, что, вслед за Бодрийаром, следует назвать гиперсексуальностью. Вопреки подобным явлениям, пенитенциарная сис тема продолжает настаивать на наказании посредством тотального контро ля над сексуальностью индивида и максимальном ограничении его поло ЗАКЛЮЧЕНИЕ социальной роли. В результате внутри пенитенциарной системы выкри сталлизовались две формы давления на исполнение индивидом полосоци альных ролей: в отношении мужского гендера проводится политика ниве лирования сексуальности и в риторике режимных документов, и согласно нормам субкультур исправительных учреждений;

женский гендер, за кото рым традиционная пенитенциарная система не признает сексуальности, редуцируется к одной сфере и за ним закрепляется единственная легализо ванная и одобряемая роль — материнство. Следовательно, в условиях кор розии бинарной оппозиции мужского/женского в современной культуре, когда под вопрос поставлена регулярность и повторяемость практик ген дерной идентичности, пенитенциарная система продолжает воспроизво дить фантомную структуру, в которой посредством принуждения утвер ждается универсальная форма гендерной идентичности. Ответом на это принуждение являются стратегии деструктурирования полосоциальных ролей, принятые внутри субкультур исправительных учреждений, которые воспринимаются в обществе как депривированные формы поведения.

В официальном дискурсе проблемы пенитенциарной системы не свя зываются с вопросами переформулирования традиционных маскулинных и феминных практик, режимами гетеросексизма и фаллогоцентризма. Как правило, риторика отчетов и деклараций вращается вокруг тем финансиро вания исправительных учреждений и соблюдения прав осужденных. Вне рамок официального дискурса остается статус осужденных и их полосоци альные роли. Гендерный подход к проблеме позволяет выявить ускольз нувшие от юридического или правового анализа проблемные блоки, ла тентные корреляции и причины депривации и криминализации. Гендерный анализ проблемы указывает на то, что депривации в условиях тюремного заключения подвергается не абстрактный индивид — участник общест венных отношений, — а женщины и мужчины, осуществляющие много численные полосоциальные практики, на которых воздействие виктимиза ции может привести только к полному распаду их идентификационных стратегий, опирающихся на корреляты сексуальности. Для того чтобы дей ственно противостоять депривации и криминализации, моральных и ду ховных сил каждого конкретного индивида явно не достаточно. Большин ство осужденных женщин и мужчин не в силах сопротивляться губитель ным условиям.

Проблема интеграции осужденных женщин и мужчин в современные стратегии деконструирования традиционных половых различий может по лучить многовекторное решение. Во-первых, необходимо провести серию культурно-исторических и социально-антропологических экспертиз, на правленных на разрушение изоляционного режима существования совре менных отечественных исправительных учреждений. В рамках полномас штабного исследования тюремной субкультуры необходимо осуществить:

медико-психологическую, антропо-географическую, гендерную, ювеналь ЗАКЛЮЧЕНИЕ ную, социально-адаптационную экспертизы. Учреждения пенитенциарной системы являются на сегодняшний день все еще закрытыми пространства ми. Находящиеся внутри не могут ни выйти наружу, ни сообщить о себе устно или письменно. Но закрыты исправительные учреждения и для тех, кто находится снаружи. Посетители тщательно фильтруются, и тех, кто способен оставить записи, могут не допустить в тюрьму вообще. Тюрьмы, находящиеся в отдаленных местах, хорошо защищены от взгляда «обык новенного гражданина». Тюрьмы, где содержатся особо опасные преступ ники, недоступны для посторонних из соображений безопасности осталь ных граждан.

Однако чем более замкнутым становится пространство тюрьмы, тем большую опасность представляет она для своих обитателей и для всего общества. Тюрьмы по определению — это социальное пространство, где действуют правила двойной структурации, подрывающие легализованную власть и депривирующие стихийно сформированную власть «авторите тов». Потому особую важность приобретает открытость тюрем для ин спекций, проводить которые должны не только представители правоза щитных организаций, но и многопрофильные специалисты, научные со трудники социологических и гендерных лабораторий. Для того, чтобы ог раничение и нивелирование полосоциальных ролей было сведено к мини муму в условиях лишения свободы, тюрьмы должны стать прозрачными для исследовательского, научного взгляда.

Во-вторых, важным процессом на пути интеграции осужденных в современные стратегии формирования полосоциальных ролей является доступность образовательных программ для лиц, находящихся в местах лишения своды. Полноценное образование сегодня относится к одному из главных факторов успешного освоения многообразных маскулинных и феминных практик современного общества. Однако традиционно воспро изводимые образовательные программы не способны снизить уровень со циального неравенства или смягчить влияние депривирующих факторов в местах лишения свободы.

Для того чтобы радикально изменить ситуацию, необходимоотка заться от непродуктивной идеи о ресоциализующем характере пенитенци арной системы и всех программ, которые в ней проводятся, в том числе и образовательных. Образование само по себе, вырванное из контекста всех общественных отношений, неспособно справиться с подобной задачей.

Следует осуществить ревизию системы уголовного наказания и отказаться от практики лишения свободы как превалирующей, разработать иные стра тегии наказания, не изолирующие преступника от общества, а, напротив, интегрирующие его в общество, но на принципиально новых условиях. И уже в этом контексте роль образования может быть чрезвычайно важной и многогранной. Новые образовательные программы, одновременно, могут включать и компоненты, способствующие смягчению отношения общества ЗАКЛЮЧЕНИЕ к преступнику, воспитанию здоровой толерантности, и формирующие у правонарушителя чувство ответственности и уважения к легализованным стигмам и правилам.

В-третьих, необходимо обратить внимание на стихийно сложившие ся в тюрьме две противоположные сексуальные культуры, которые тесно связаны с процессами деструктурирования традиционной гендерной иден тичности. К сожалению, до недавнего времени на эти культуры было на ложено исследовательское табу. Тюрьма, как смертельная болезнь, как война, как любое состояние на грани жизни и смерти, а потому — как квинтэссенция жизни, дает исследователям огромный материал и уникаль ную возможность для познания самой этой жизни, ее проявлений и зако нов. Исследование субкультуры пенитенциариев в контексте сексуальных предпочтений и формирования полосоциальных ролей вскрывает сущ ность привычных и не замечаемых гендерных конструктов, а также демон стрирует дальнейшие возможные пути развития гендерных стратегий и ти пов гендерной идентичности.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК 1. Adamson W.L. Hegemony and Revolution: A Study of Antonio Gramsci's Political and Cultural Theory / L.W. Adamson. – Berkeley: Univ. of Cali fornia Press, 1980. – 247 p.

2. Adler F. Criminal Justice / F. Adler, G. Mueller, W. Laufer. – New York:

McGraw-Hill, 1994. – 600 р.

3. Adler F. Sisters in Crime: The Rise of the New Female Criminal / F. Adler.

– New York: McGraw-Hill, 1975. – 367 р.

4. Butler J. Imitation and Gender Subordination / J. Butler // Inside/Out: Les bian Theories, Gay Theories. Ed. Diana Fuss. New York: Routledge, 1991.

P. 3-31.

5. Clemmer D. Prisoner’s Untold Story / D. Clemmer. – New York: UE Press, 1972. – 324 p.

6. Clemmer D. The Prison Community / D. Clemmer. – New York: Holt Rinehart & Winston, 1961. – 280 p.

7. Cohen S. Psychological Survival: The Effects of Long-Term Imprisonment / S. Cohen, L. Taylor. – London: Allen Lane, 1972. – 564 p.

8. Cohen A. Delinqent Boys. The Culture of The Gang Glencoe / A. Cohen. – New York: Free Press, 1955. – 370 p.

9. Connell R. M. Gender and Power / R. Connell. – Cambridge: Cambr. Univ.

Press, 1987. – 340 p.

10. Connell R.M. Masculinities / R.M.Сonnell. – Berkley: University of Cali fornia press, 1995. – 390 p.

11. Devlin A. Invisible Women: What’s Wrong with Womens Prisons? / A. Devlin. M. Winchester: Waterside Press, 2002. – 420 p.

12. Dreyfus H.L. Michel Foucault: Beyond Structuralism and Hermeneutics / H.L. Dreyfus, Rabinow P. – New York: Harvester, 1982. – 380 р.

13. Eribon D. Michel Foucault / D. Eribon. – Cambridge: Cambr. Univ. Press, 1991. – 280 p.

14. Flowers R. B. Women and Criminality: The Woman as Victim, Offender, and Practitioner / R. B. Flowers. – Westport, CT: Greenwood Press, 1987. – 420 p.

15. Garfinkel H. Studies in Ethnomethodology / H. Garfinkel. – Oxford: Black well, 1984. P. 116–185 (сh. 5).

16. Giddens A. The Theory and Practice of the Pure Relashionship / A. Giddens // Modenity and Self-Identity. – Cambridge: Cambridge Univ.

Press, 1991. P. 88–98.

17. Gilligan J. Violence: Reflections on a National Epidemic / J. Gilligan. – New York: Random House, 1993. – 306 p.

18. Goffman E. Stigma: Notes on the Management of Spoiled Identity / E. Goffman. – New York: Prentice-Hall, 1963. – 450 p.

19. Gouldner A.W. Patterns of industrial bureaucracy / A.W. Gouldner. – Glencoe, Ill.: Free Press, 1954. – 282 p.

20. Gouldner A.W. Studies in Leadership: Leadership and Democratic Action / A.W. Gouldner. – New York: Russell&Russell, 1965. – 736 p.

21. I, Pierre Rivire, Having Slaughtered my Mother, my Sister, and my Brother / trans. Jellinek F. – New York: Russel&Russel, 1975. – 480 p.

22. Lefebre H. The Production of Space / H. Lefebre. – London: Blackwell, 1993. – 490 p.

23. Levi-Stross C. The Elementary Structures of Kinship / C. Levi-Stross. – Boston: Beacon Press, 1969. – 587 p.

24. Lorde A. Age, Race, Class, and Sex: Women Redefining Difference / A. Lorde // Racism and Sexism: An Integrated Study, ed. P.S. Rothenberg.

– New York: St. Martin's, 2001. P. 179-217.

25. Matthews R. Doing Time. An Introduction to the Sociology of Imprison ment / R. Matthews. – Basingstoke: Macmillan Press, 1999. – 288 p.

26. Miller J. The Passion of Michel Foucault / J. Miller. – New York:

Simon&Schuster Inc., 1991. – 492 p.

27. Morgan R. Custody in the Police Station: How do England and Wales Meas ure up in Europe? / R. Morgan // Policy Studies. 1996. 17(1). P. 55-72.

28. Morgan R. Preventing Torture and Protecting Prisoners / R. Morgan // In terrights Bulletin. 1997. Vol. 11. № 4. P. 234-257.

29. Morgan R. Preventing Torture: A Study of the European Convention for the Prevention of Torture and Inhuman or Degrading Treatment or Pun ishment / R. Morgan, E. Malcolm. – Oxford: Oxford University Press, 2000. – 345 p.

30. Newman G. Crime and the Human Condition / G. Newman // Essays on Crime and Development. – Rome: UNICRI, 1990. P. 128-154.

31. Parsons T. Age and Sex in the Social Structure / Parsons T. // Essays in Socio logical Theory Pure and Applied. – Glencoe, Ill: Free Press, 1949. P. 218-232.

32. Parsons T. The American Family: Its Relation to Personality and to the So cial Structure / T. Parsons // Parsons T., Bales R. Family, Socialization and Interaction Process. – New York: Free Press, 1955. P. 3–26.

33. Penal Reform International. Making Standards Work: an international handbook on good prison practice. – Hague: PRI, 2005. – 172 p.

34. Pollock-Byrne J. Women, Prison, and Crime. Pacific Grove / J. Pollock Byrne. – New York, CA: Brooks/Cole Publishing, 1990. – 280 p.

35. Rothman D.J. The Discovery of the Asylum / D.J. Rothman. – Boston: Lit tle, Brown, and Co., 1971. – 420 p.

36. Rothman D.J. The Oxford history of the prison: The Practice of Punish ment in Western Society / D.J. Rothman, M. Norval. – Oxford: Oxford University press, 1995. –512 p.

37. Rublack U. Pregnancy, Childbirth, and Female body in Germany Modern Time / U. Rublack // Past and Present. 1996. № 150. Р. 84-110.

38. Rusche G. Punishment and Social Structure / G. Rusche, O. Kirchheimer. – New York: Russel&Russel, 1968. – 401 p.

39. Shearing C.D. From the Panopticon to Disney World: The Development of Discipline / C.D. Shearing, P.C. Stenning // Perspectives in Criminal Law:

Essays in Honour of John LJ Edwards. – Aurora, Ontario: Canada Law Book Inc., 1984. Р. 334-349.

40. Silving H. Clues to Suicide / H. Silving. – New York: Russel&Russel, 1957. – 264 p.

41. Stern V. A Sin Against the Future: Imprisonment in the world / V. Stern. – Northeastern: Northeastern University Press, 1998. – 407 p.

42. Sykes G. Techniques of Neutralization: A Theory of Delinquency / G. Sykes, D. Matza // American Sociological Review. 1957. № 22. P. 664-670.

43. Sykes G.M. The Inmate Social System / G.M. Sykes, S. Messinger // Theo retical Studies in Social Organization of the Prison. – New York: Social Science Research Council, 1961. P. 245-278.

44. Sykes G.M. The Society of Captives. A Study of a Maximum Security Prison / G.M. Sykes. – Princeton: Princeton University Press, 1958. – 144 p.

45. Vasseleu C. Life itself / C. Vasseleu // Cartographies: Poststructuralism and the mapping of bodies and spaces. – Sydney: Allen&Unwin, 1991. P. 55-64.

46. Virilio P. The Vision Machine / P. Virilio. – London: British Film Institute, 1994. – 81 p.

47. Walklate S. Gender, Crime and Criminal Justice / S. Walklate. – Winches ter: Waterside Press, 2002. – 468 р.

48. Women and Punishment: The Struggle for Justice. – New York: Willan Publishing, 2002. – 472 p.

49. Women in the Criminal Justice System: International Examples & National Responses. Proceedings of the workshop held at the Tenth United Nations Congress on the Prevention of Crime and the Treatment of Offenders. Vi enna, Austria, 10-17 April 2000.

50. Адорно Т. Диалектика Просвещения. Философские Фрагменты / Т. Адорно, М. Хоркхаймер. – М.: Наука, 1998. – 110 с.

51. Алауханов Е.О. Криминологические проблемы предупреждения коры стно-насильственных преступлений / Е.О. Алауханов. – СПб.: Юри дический центр Пресс, 2005. – 282 с.

52. Альперн Л. Сон и явь женской тюрьмы / Л. Альперн. – СПб.: Алетейя, 2004. – 478 с.

53. Альперн Л. А. Рожали ли Вы в тюрьме? http//www/prison.org 54. Андреев В.Н. Содержание под стражей в СССР и России / В.Н. Андре ев. – М.: Спарк, 2000. – 198 с.

55. Антонов А.И. Демографические процессы в России XXI века / А.И. Антонов, В.М. Медков, В.И. Архангельский. М.: Грааль, 2002. – 168 с.

56. Антонов С. Социологический анализ ответов на вопросы «Анкеты для женщин, находящихся в заключении» http//www/prison.org 57. Антонян Ю.М. Преступность среди женщин / Ю.М. Антонян. – М.:

Рос. право, 1992. – 286 с.

58. Антонян Ю. Убийцы, отбывающие пожизненное лишение свободы / Ю. Антонян, В. Верещагин // Государство и право. 1999. № 11. С. 44-50.

59. Барановский С. Криминальная статистика Финляндии / С. Барановский // Экономист. 1862. Кн. 5 и 6. С. 113-142.

60. Баршев С. Взгляд на науку уголовного законоведения / С. Баршев // Журнал Министерства народного просвещения. 1858. Т. 98.С.153-172.

61. Баршев С. Чтения по предмету уголовного законодательства. Часть особенная. О преступлениях и наказаниях в особенности / С. Баршев.

– М.: Лит. изд., 1850. – 286 с.

62. Батлер Дж. Гендерное беспокойство / Дж. Батлер // Антология гендер ной теории: Сб. пер. / Сост. Е.И. Гапова, А.Р. Усманова. – Минск:

Пропилеи, 2000. С. 297-347.

63. Бауман З. Индивидуализированное общество / З. Бауман. – М.: Логос, 2005. – 390 с.

64. Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях / Ч. Беккариа. – М.: ИН ФРА-М, 2004. – 183 с.

65. Белавенец И. Устройство тюрем в Северных штатах Америки / И. Белавенец // Морской сборник. 1862. № 4. С. 100-105.

66. Бентам Дж. Введение в основании нравственности и законодательства / Дж. Бентам. – М.: Изд-во РОССПЭН, 1998. – 415 с.

67. Бентам Дж. Тактика законодательных собраний. Политические опыты / Дж. Бентам. – СПб.: Изд-во Л.А. Велихова, 1807. – 190 с.

68. Бердяев Н.Н. Смысл творчества / Н.Н. Бердяев // Сочинения: В 2 т. – М.: Искусство, 1994. Т. 1. С. 37-343.

69. Блок М. Короли-чудотворцы: Очерк представлений о сверхъестест венном характере королевской власти, распространенный преимуще ственно во Франции и Англии / М. Блок. – М.: Школа «Языки русской культуры», 1998. – 532 с 70. Бовуар С. Второй пол / С. Бовуар. – М.: Прогресс, 1997. – 832 с.

71. Бодрийар Ж. Прозрачность зла / Ж. Бодрийар. – М.: Добросвет, КДУ, 2006. – 258 с.

72. Борецкий А. Совершенствование федерального законодательства о прокуратуре / А. Борецкий // Законность. 1993. № 11. С. 3-26.

73. Булатов С. Я. Возрождение Ломброзо в советской криминологии / С.Я. Булатов // Революция права. 1929. № 1. С.21-28.

74. Булгаков С. Свет невечерний / С. Булгаков. – М.: Республика, 1994. – 408 с.

75. Бурдье П. Социология политики / П. Бурдье. – М.: Socio-Logos, 1993. – 216 c.

76. Бурдье П. Практический смысл / П. Бурдье. – СПб.: Алетейя;

М.: Ин ститут экспериментальной социологии, 2001. – 562 с.

77. Буянов М.И. Президиум, или кто управлял советской психиатрией / М.И. Буянов. – М.: Прометей, 1992. – 214 c.

78. Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма / М. Вебер. – М.:

Просвещение, 1993. – 320 с.

79. Волгин И.Л. Последний год Достоевского: исторические записки / И.Л. Волгин. – М.: Советский писатель, 1991. – 541 с.

80. Воскобойников Н. О приютах для несовершеннолетних преступников в связи с кратким историческим очерком мест лишения свободы вообще / Н. Воскобойников. – Саратов: Изд-во П.Р. Куприянова, 1873. – 115 c.

81. Гарфинкель Г. О формальных структурах практических действий / Г. Гарфинкель, Х. Сакс // Социология. 2003. № 2. С. 94-136.

82. Гендерная экспертиза российского законодательства / отв. ред.

Л.Н Завадская. – М.: Изд-во БЕК, 2001. – 272 с.

83. Гернет М.Н. История царской тюрьмы: В 5 т. / М.Н. Гернет. – М.: Гос.

изд-во юрид. литературы, 1960-1963.

84. Гессен И.В. Судебная реформа. Великие реформы 60-х гг. в их про шлом и настоящем / И.В. Гессен. – СПб.: Изд-во П.П. Гершунин и Ко, 1905. – 271 c.

85. Гидденс Э. Судьба, риск и безопасность / Э. Гидденс // Thesis. Риск, неопределенность, случайность. 1994. № 5. С. 107-135.


86. Гидденс Э. Трансформация интимности. Сексуальность, любовь и эротизм в современных обществах / Э. Гидденс. – СПб.: Питер, 2004. – 208 с.

87. Гидденс Э. Ускользающий мир. Как глобализация меняет нашу жизнь / Э. Гидденс. – М.: Весь мир, 2004. – 120 с.

88. Гидденс Э. Устроение общества. Очерк теории структурации / Э. Гидденс. – М.: Академический проект, 2003. – 528 с.

89. Говард Дж. О тюрьмах и смирительных домах в Голландии / Дж. Говард // Санкт-Петербургский журнал. 1805. №1. С. 103-116.

90. Гофман И. Представления себя другим в повседневной жизни / И. Гофман. – М.: Кучково поле, 2000. – 303 с.

91. Грамши А. Тюремные тетради / А. Грамши. – М.: Политиздат, 1991. – 559 с.

92. Делез Ж. Капитализм и шизофрения. Т.1. Анти-Эдип / Ж. Делез, Ф. Гваттари. – М.: ИНИОН, 1989. – 520 c.

93. Делез Ж. Различие и повторение / Ж. Делез. – СПб.: ТОО ТК «Петро полис», 1998. – 384 c.

94. Делез Ж.. Что такое философия / Ж. Делез, Ф. Гваттари. – СПб.: Але тейя, 1998. С. 207-256.

95. Дракер П. Посткапиталистическое общество / П. Дракер // Новая по стиндустриальная волна на западе: Антология. – М.: Академия, 1999.

С. 328-346.

96. Дриль Д. Преступный человек / Д. Дриль // Юридический вестник.

СПб.: Изд-во Н. Калачева, 1882. Т. 11. С. 101-105.

97. Дриль Д. Ссылка во Франции и России. Из личных наблюдений во вре мя поездки в Новую Каледонию, на о. Сахалин, в Приамурский край и Сибирь / Д. Дриль. – СПб.: Изд-во Л.Ф. Пантелеева, 1899. – 179 с.

98. Дэвис А. Расизм и миф о черном насильнике / А. Дэвис // Антология гендерных исследований: Сб. пер. / Сост. Е.И. Гапова, А.Р. Усманова.

– Минск: Пропилеи, 2000. С. 190-218.

99. Дюркгейм Э. Норма и патология / Э. Дюркгейм // Социология пре ступности. – М.: Прогресс, 1966. С. 39-44.

100. Ефимова Е.С. Современная тюрьма / Е.С. Ефимова. – М.: О.Г.И., 2004.

– 398с.

101. Ефимова Е.Ю. Феминизация преступности: криминологические и пре ступно-правовые аспекты / Е.Ю. Ефимова // Тр. Моск. гос. юрид. акад.

1997. № 2. С. 150-156.

102. Ефимова Е.Ю. Криминологическая характеристика и предупреждение корыстных и корыстно-насильственных преступлений, совершаемых женщинами / Е.Ю. Ефимова. – М.: Российское право, 2001. С. 198.

103. Женщины в российской тюрьме: Проблемы, свидетельства, взгляд из нутри (Человек и тюрьма): Сб. материалов / Сост. Л. Альперн. – М.:

Общественный Центр содействия реформе уголовного правосудия, 2000. – 84 с.

104. Жеребкина И. Страсти / И. Жеребкина. – СПб.: Алетея, 2001. – 335 с.

105. Зарубин Н. Участие общественности в прокурорско-следственной ра боте / Н. Зарубин, А. Пахмутов // Социалистическая законность. 1962.

№ 9. С. 3-7.

106. Зарудный М. Парижские тюрьмы / М. Зарудный // Журнал Министер ства Юстиции. 1862. Т. 11. Кн. 1. Отд. 1. С. 67-80.

107. Здравомыслова Е. Анализ нарратива – возможности реконструкции соци альной идентичности / Е. Здравомыслова, А. Темкина // В поисках сексу альности: Сб. ст. – СПб.: Изд-во Д. Буланин, 2002. С. 549-558.

108. Зеланд Н. Женская преступность / Н. Зеланд. – СПб., 1899. – 472 с.

109. Иванова Г.М. Женщины в заключении (историко-правовой аспект) / Г.М. Иванова // Женщина. Гендер. Культура. – М.: МЦГИ, 1999. С.

270-284.

110. Клейменов М.П. Криминализация общества в России: культурологи ческий аспект / М.П. Клейменов // Преступность и культура. – М.:

Криминологическая ассоциация, 1999. С. 19-23.

111. Козлов Хр. Числовые данные для нравственной статистики народа / Хр. Козлов // Записки Императорского экономического общества.

1859. № 2. С. 27-89.

112. Колосовский П. Исторический очерк реформы тюремных заведений / П. Колосовский // Юридический журнал. СПб.: Изд-во П.А. Салмано ва. 1860-1861. № 2. С. 52-78.

113. Кон И.С. Сексуальная культура в России / И.С. Кон. – М.: О.Г.И., 1997. – 448 c.

114. Кони А.Ф. Воспоминания о деле Веры Засулич / А.Ф. Кони // Избран ное. – М.: Советская Россия, 1989. С. 104-216.

115. Коннелл Р. Маскулинности и глобализация / Р. Коннелл // Введение в гендерные исследования. Ч. II: Хрестоматия / Под ред. С. В. Жеребки на. – Харьков: ХЦГИ, 2001;

СПб.: Алетейя, 2001. С. 851-879.

116. Коршунов Ю. Совершенствовать прокурорский надзор по граждан ским делам / Ю. Коршунов // Социалистическая законность. 1962. № 9. С. 8-11.

117. Костыря Е.А. Внутрисемейное преступное поведение женщин в кон тексте проблем семейной криминологии: Дис… канд. юрид. наук:

12.00.08 / Е.А. Костыря. – СПб.: Изд-во СПб. ун-та, 1999. – 198 c.

118. Крахмальник Л.Г. Труд заключенных и его правовое регулирование в СССР / Л.Г. Крахмальник. – Саратов: Политиздат, 1963. – 110 с.

119. Кропоткин П.П. В русских и французских тюрьмах / П.П. Кропоткин.

– СПб.: Изд. тов. «Знание», 1906. – 163 с.

120. Лакиер А. Система условного освобождения преступников в Англии / А. Лакиер // Журнал Министерства Юстиции. 1863. Т. 16. Кн. 5.

Отд. 1. С. 313-348;

Кн. 6. С. 583-606.

121. Ларошфуко Г. Максимы / Г. Ларошфуко. – М.: АСТ, 2004. – 800 с.

122. Лаурентис Т. Риторика насилия. Репрезентация гендера / Т. Лаурентис // Антология гендерной теории: Сб. пер. / Сост. Е. Гапова, А. Усманова. – Минск: Пропилеи, 2000. С. 347-373.

123. Локк Дж. Два трактата о правлении / Локк Дж. // Сочинения: В 3 т. – М.: Мысль, 1988. Т. 3. С. 135-407.

124. Ломброзо Ч. Преступление. Новейшие успехи науки о преступнике.

Анархисты / Ч. Ломбразо. – М.: ИНФРА-М, 2004. – 320 с.

125. Ломброзо Ч. Женщина преступница и проститутка / Ч. Ломброзо, Г. Ферреро. – Минск: ООО «Попурри», 2004. – 574 с.

126. Луговенко Т.П. Особенности мотивации женщин, совершающих ко рыстные преступления / Т.П. Луговенко // Труды филиала Москов ской юридической академии. – Киров. 2001. № 5. С. 103-112.

127. Лунеев В. География организованной преступности и коррупции в России (1997-1999 гг.) / В. Лунеев // Государство и право. 2000. № 11.

С. 23-34.

128. Лунеев В.В. Преступность XX века. Мировой криминологический анализ / В.В. Лунеев. – М.: Норма, 1997. – 480 с.

129. Макиавелли Н. Государь / Н. Макиавелли. – М.: Хаввест, 2005. – 704 с.

130. Марголис А. Тюрьма и ссылка в императорской России: исследования, архивные находки / А. Марголис. – СПб.: Латерна, 1995. – 208 с.

131. Машик Т.А. Занятость женщин и материнство / Т.А. Машик. – М.:

Мысль, 1979. – 180 с.

132. Мезенцева Е.Б. Профессиональная сегрегация по признаку пола / Е.Б. Мезенцева // Теория и методология гендерных исследований. М.:

МЦГИ, 2001. С. 137-163.

133. Мертон Р. Социальная структура и аномия / Р. Мертон // Социология преступности (Современные буржуазные теории). – М.: Прогресс, 1966. С. 299-313.

134. Мещеркина Е.Ю. Социологическая концептуализация маскулинности / Е.Ю. Мещеркина // Социс. 2002. № 12. С. 15-25.

135. Миллетт К. Сексуальная политика / К. Миллетт // Вопросы филосо фии. 1994. № 9. С. 147-172.

136. Митфорд Дж. Тюремный бизнес / Дж. Митфорд. – М.: Прогресс, 1988.

– 185 с.

137. Михлин А.С. Общая характеристика осужденных (по материалам Все союзной переписи осужденных 1989 года) / А.С. Михлин. – М.: Юрид.

литература, 1990. – 164 с.

138. Михлин А.С. Эксперимент в женских колониях / А.С. Михлин // Со циалистическая законность. 1991. №10. С. 15-18.

139. Мишле Ж. Ведьма. Женщина / Ж Мишле. – М.: Республика, 1997. – 463 с.

140. Мономах В. Поучения / Электронные публикации Института русской литературы (Пушкинского дома) РАН. http://lib.pushkinskijdom.ru 141. Монтескье Ш.Л. О духе законов / Ш.Л. Монтескье // Избранные сочи нения. – М.: Государственное изд-во политической литературы, 1955.

– 580 с.

142. Муреева М. Камера для «мамочек» / М. Муреева // Книжное обозре ние. 2001. № 1(1803). С. 4-10.

143. Наумов А. Новый уголовный закон / А. Наумов // Законность. 1994. № 10. С. 2-9.

144. Новгородцев П.И. Право и нравственность / П.И. Новгородцев // Пра воведение. 1995. №6. С. 109-110.

145. Озеров И. Сравнительная преступность полов в зависимости от неко торых факторов / И. Озеров // Журнал юридического общества. 1896.

Кн. 3. С. 45-83.

146. Олейник А.Н. Тюремная субкультура в России: от повседневной жиз ни до государственной власти / А.Н. Олейник. – М.: ИНФРА-М, 2001.

– 418 с.

147. Отчет Медицинского департамента Министерства Внутренних дел от 1883 г. // Русский вестник. 1884.

148. Отчет Медицинского департамента Министерства Внутренних дел от 1880 г. / Русский вестник. 1881.

149. Парсонс Т. О структуре социального действия / Т. Парсонс. – М.: Ака демический Проект, 2002. – 880 с.

150. Парсонс Т. Система современных обществ / Т. Парсонс. – М.: Аспект Пресс, 1997. – 555 с.

151. Патраков Ю. Прокурорский надзор за законностью в местах лишения свободы / Ю. Патраков // Социалистическая законность. 1963. № 8. С.

32-41.

152. Подорога В. Знаки власти (записки на полях) / В. Подорога // Кино сценарии. 1991. №. 3. С. 176-189;

№ 4. С. 179-191.

153. Права заключенных: Пособие по защите прав заключенных / Д. Ру довский, Э.Дж. Бронстайн, Э.И. Корен, Д.Д. Кейд. – СПб.: Общест венная правозащитная организация «Гражданский контроль»;

Инфор мационно-издательское агентство «ЛИК», 1999. VIII Особое положе ние женщин-заключенных. С. 88.

154. Преступление и наказание в Англии, США, Франции, Германии, Япо нии. – М.: Юрид. литература, 1991. – 342 с.

155. Путевые заметки о тюрьмах и уголовных наказаниях в Англии // Рус ский вестник. 1860. Т. 29. С. 376-393.


156. Прудон П.Ж. Порнократия или женщины в настоящее время / П.Ж. Прудон // Что такое собственность. – М.: Республика, 1998. С. 224-277.

157. Редкин П.Г. Об уголовной кодификации / П.Г. Редкин // Юридические записки. 1842. Т.2. С. 423-432.

158. Рейнгард Н.В. Женщина перед судом уголовным и судом истории / Н.В. Рейнгард. – Казань, 1890. – 370 с.

159. Рогозин Д.М. Когнитивный анализ опросного инструмента / Д.М. Рогозин. – М. Ин-т Фонда «Общественное мнение», 2002. – 254 с.

160. Рыклин М. Сексуальность и власть: антирепрессивная гипотеза Ми шеля Фуко / М. Рыклин // Логос. 1994. № 5. С. 196-206.

161. Сазонов Б. Милосердие государства / Б. Сазонов // Законность. 1994.

№11. С. 9-16.

162. Сафронов А. Улучшить надзор за соблюдением законности в местах лишения свободы / А. Сафронов // Социалистическая законность.

1962. № 9. С. 12-16.

163. Серебрякова В.А. Криминологическая характеристика женщин преступниц / В.А. Серебрякова // Вопросы борьбы с преступностью.

М.: Юрид. литература, 1971. № 14. С. 3-16.

164. Склифосовский Н.В. Избр. соч. / Н.В. Склифосовский. – М.: Медгиз, 1953. – 547 с.

165. Хубер Дж. Теория гендерной стратификации / Хубер Дж. / Антология гендерной теории: Сб. пер. / Сост. Е. Гапова, А. Усманова. – Минск:

Пропилеи, 2000. С. 77-99.

166. Смирнов А. Правозащитное движение страшно размыто / А. Смирнов // «Неволя»: Альманах. 2006. №10. http://www.index.msk.ru 167. Соловьев С.В. Национальный вопрос в России / С.В. Соловьев. – М.:

АСТ, 2007. –506 с.

168. Состояние правопорядка в России и результаты работы органов внут ренних дел в 1994 году. – М.: Изд-во ВНИИ МВД России, 1995. – 78 с.

169. Состояние преступности, следствия и прокурорского надзора за след ствием в РФ в 1-ом полугодии 1994 года // Законность. 1994. № 12. С.

32-34.

170. Судебная реформа в прошлом и настоящем. Книга 5. Право. Юриди ческие науки. Судебная система. – М.: Статут, 2007. – 415 с.

171. Сушицкий А. Кожаная куртка / А. Сушицкий. – Саратов: Изд. группа «Товарищ», 1933. – 85 с.

172. Тарновская П.Н. Женщины-убийцы: антропологический анализ / П.Н. Тарновская. – СПб., 1902. – 275 с.

173. Темкина А.А. Советские гендерные контракты и их трансформация в современной России / А.А. Темкина, А. Роткирх А // Социс. 2002. № 12. С. 4-15.

174. Ткачёв П.Н. Статистические этюды (опыт разработки русской уголов ной статистики) / П.Н. Ткачев // Библиотека для чтения. 1863. № 10. С.

24-39.

175. Трунцевский Ю. Лесбиянство под страхом нового уголовного закона?

/ Ю. Трунцевский, И. Уваров // Следователь. 1997. № 4. С. 63-64.

176. Уголовно исполнительный кодекс Российской Федерации: Краткий комментарий. – М.: Дело, 2000. – 232 с.

177. Уголовный Кодекс Российской Федерации // http://www.consultant.ru/ 178. Утевский Б.С. Развитие советской исправительно-трудовой науки / Б.С. Утевский // Труды ВШ МВД СССР. 1967. Вып. 16. – 276 с.

179. Федотова Л.Н. Анализ содержания — социологический метод изуче ния средств массовой коммуникации / Л.Н. Федотова. – М.: Ин-т со циологии РАН, 2001. – 397 с.

180. Фойницкий И.Я. Женщина-преступница / И.Я. Фойницкий // Север ный вестник. 1893. № 2. С. 123-144;

№ 3. С. 111-140.

181. Фойницкий И.Я. Факторы преступности / И.Я. Фойницкий // Север ный вестник. 1893. № 10. С. 97-112;

№ 11. С. 90-97.

182. Фуко М. Археология знания / М. Фуко. – Киев: Ника-Центр, 1996. – 208 с.

183. Фуко М. Надзирать и наказывать / М. Фуко. – М.: Ad Marginem, 1999.

– 482 с.

184. Фуко М. История сексуальности. Т.1. Воля к знанию / М. Фуко // Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. Работы раз ных лет. – М.: Касталь, 1996. С. 97-268.

185. Фуко М. О концепции «социально опасного субъекта» в судебной психиатрии XIX столетия / М. Фуко // Философская и социологиче ская мысль. 1991. № 7. С. 84-110.

186. Фуко М. Рождение клиники / М. Фуко. – М.: Смысл, 1998. – 310 с.

187. Хвостов А. Материалы для уголовной статистики России / А. Хвостов, И. Орлов // Журнал Министерства юстиции. 1860. Т. 6. Кн. 10. Отд. 1.

С. 35-62.

188. Хубер Дж. Теория гендерной стратификации / Дж. Хубер // Антология гендерной теории: Сб. пер. / Сост. Е. И. Гапова, А.Р. Усманова. – Минск: Пропилеи, 2000. С. 77-99.

189. Чебышев-Дмитриев А.П. Вступительная лекция, прочитанная в Казан ском университете 6 сентября 1860 г. / А.П. Чебышев-Дмитриев // Юри дический журнал. М.: Изд-во П.А. Солманова. 1860. № 2. С. 66-89.

190. Чебышев-Дмитриев А.П. О характере уголовного права и современ ном состоянии уголовного правоведения / А.П. Чебышев-Дмитриев // Журнал Министерства юстиции. 1865. Т. 23. Кн. 1. С. 84-123.

191. Чодороу Н. Воспроизводство материнства: психоанализ и социология пола / Н. Чодороу // Антология гендерных исследований: Сб. пер./ Сост. Е.И. Гапова, А.Р. Усманова. – Минск: Пропилеи, 2000. С. 29-77.

192. Шестаков Д.А. Семейная криминология. Семья – конфликт – преступ ление / Д.А. Шестаков. – СПб.: Изд-во СПб. ун-та, 1996. – 263 с.

193. Шишкин Р. О телесных наказаниях в связи с началом наказания вооб ще / Р. Шишкин // Юридический вестник. СПб.: Изд-во Н. Калачова, 1860-1861. Вып. 10. С. 47-61;

Вып.11. С.35-77.

194. Эванс С. Рожденная для свободы / С. Эванс. – М.: Прогресс – Литера, 1988. – 315 с.

195. Явчунковская Т.М. Тенденции современной преступности женщин / Т.М. Явчунковская, И.Б. Степанова // Государство и право. 2000. №12.

С. 25-31.

196. Ядов В.А. Стратегии социологического исследования. Описание, объ яснение, понимание социальной реальности / В.А. Ядов. – М.: Добро свет, 2003. – 596 с.

197. Ярская В.Н. «Не мужское это дело...». Гендерный анализ занятости в социальной сфере / В.Н. Ярская, Е.Р. Ярская-Смирнова // Социс. 2002.

№ 6. С. 74-83.

198. Ярская В.Н. Современный социальный хронотоп / В.Н. Ярская // Про блемы образования и воспитания в полиэтническом обществе. – Сара тов: Изд-во Сарат. ун-та, 2002. С. 13-23.

199. Ярская-Смирнова Е.Р. Одежда для Адама и Евы: Очерки гендерных исследований / Е.Р. Ярская-Смирнова. – М.: РАН. ИНИОН;

Сарат. гос.

техн. ун-т;

Центр соц. политики и гендерных исследований, 2001. – 254 с.

ПРИЛОЖЕНИЯ Приложение Список интервьюеров № Имя, возраст Краткая характеристика Место Год 1 Татьяна, 21 год Первая судимость, не замужем Самарская обл. 2 Валентин, 54 Многократно сидел, опыт осуждения Энгельс года в 80-е и 90-е гг.

3 Роман, 25 лет Осужден впервые, освобождается Энгельс досрочно, сидел в семье положенцев 4 Александр, 38 Дважды судим, принадлежит к семье Энгельс лет авторитета 5 Анна, 24 год Дважды судима, не замужем Самарская обл. 6 Владимир, 38 Вторая судимость. Опыт осуждения в Энгельс лет воспитательной колонии 7 Сергей, 35 лет Первая судимость, осужден за мо- Энгельс шенничество 8 Николай, 26 Вторая судимость. Опыт осуждения в Энгельс лет воспитательной колонии 9 Марина, 30 лет Первая судимость, муж отбывает на- Самарская обл. казание в колонии 10 Елена, 27 лет Первая судимость, не замужем, есть Самарская обл. 6-летняя дочь 11 Павел, 35 лет Смотрящий, первая судимость Энгельс 12 Николай, 42 Карманник, многократные судимости Энгельс года 13 Андрей, 22 го- Первая судимость, грабеж Энгельс да 14 Евгения, 34 го- Вторая судимость, разведена Самарская обл. да 15 Татьяна, 25 лет Первая судимость, ребенку 1 год Самарская обл. 16 Светлана, 41 Первая судимость, двое детей Самарская обл. года 17 Александр, 33 Завхоз, осужден впервые Энгельс года 18 Петр, 48 лет Многократно сидел, опыт осуждения Энгельс в 80-е и 90-е гг.

19 Екатерина, 24 Первая судимость, ребенку 2 года Самарская обл. года 20 45-50 лет Начальник тюрьмы Саратов 21 35-40 лет Работает в системе УИН 13 лет Самарская обл. 22 45-50 лет Отдел по воспитательной работе Саратов УИН 23 30-35 лет Работает в колонии около 10 лет Энгельс 24 Елена, 40 лет Сотрудник центра «Надежда» Энгельс 25 40 лет Сотрудник отдела воспитательной Самарская обл. работы с осужденными Приложение Сюжеты интервью с осужденными 1. Биографическая справка:

1.1. Воспитание, образование.

1.2. Семья.

1.3. Отношение к совершенному преступлению.

2. Повседневная жизнь в тюрьме:

2.1. Распорядок дня.

2.2. Материальные условия в местах лишения свободы.

2.3. Трудовая деятельность в условиях заключения.

2.4. Взаимоотношения в семьях осужденных.

2.5. Отношения между различными группами осужденных.

2.6. Сексуальные отношения в тюрьме.

3. Отношение осужденных к родственникам и близким:

3.1. Поддержание отношений с родственниками.

3.2. Система знакомств по переписке в колонии.

3.3. Проблема насилия в семье.

3.4. Условия рождения и воспитания ребенка в колонии.

4. Отношения осужденных с администрацией:

4.1. Представления о законности.

4.2. Отношение к наказанию в колонии.

4.3. Доверие к сотрудникам колонии.

5. Представления о тюремной субкультуре:

5.1. Тюремные касты.

5.2. «Жизнь по понятиям».

5.3. Сбор и распределение средств «общака».

5.4. Наказание за нарушение «понятий».

5.5. Сравнение жизни в колонии и жизни на свободе.

6. Планы на будущее:

6.1. Возвращение в семью.

6.2. Поиск работы.

6.3. Перспективы социальной адаптации после освобождения.

6.4. Возможность поддержания отношений с криминальным миром.

Приложение Вопросы анкеты, распространенной среди осужденных Женщины Мужчины Вопросы % % 1. Были ли среди Ваших знакомых или родственников осужденные?

1. да 58 2. нет 42 2. Кто виноват в том, что оказались в колонии?

1. Родственники и близкие люди 21 2. Государство 12 3. Во всем виноват я сам(а) 48 4. Мое заключение — это результат рокового стече- 16 ния обстоятельств 5. Другое 5 3. Находясь в тюрьме, кому Вы предпочитаете доверять?

1. Я не доверяю никому 13 2. Родственникам и близким людям 44 3. Администрации колонии 6 4. Своим сокамерникам 34 5. Затрудняюсь ответить 7 4. Что Вас больше всего угнетает в колонии?

1. Ограничение свободы действий 11 2. Разлука с родственниками и близкими людьми 65 3. Условия содержания 20 4. Меня ничто не угнетает 2 5. Другое — 6. Затрудняюсь ответить 5 5. В чем Вы нуждаетесь больше всего, находясь в коло нии?

1. В информации о том, что происходит за пределами 22 колонии 2. В поддержке родственников и близких людей 42 3. В предметах первой необходимости 7 4. Во внимании со стороны общественных организа- 6 ций 5. Я ни в чем не нуждаюсь 16 6. В другом 3 7. Затрудняюсь ответить 4 Продолжение приложения Женщины Мужчины Вопросы % % 6. Что является главным условием нормальной жизни в колонии?

1. Соблюдение режимных правил и сотрудничество с 39 администрацией 2. Деньги 30 3. Связи с авторитетами 5 4. Физическая сила 17 5. Интеллект 17 6. Знание традиций и неписаных законов 6 7. Необходима ли при сложившихся обстоятельствах Вам и Вашим родственникам психологическая помощь?

1. Да 55 2. Нет 17 3. Затрудняюсь ответить 28 8. Кто, по Вашему мнению, обязан брать на себя заботу о осужденных после их освобождения?

1. Государство 35 2. Родственники и близкие люди 14 3. Общественные благотворительные организации 5 4. Сами бывшие осужденные 42 5. Другие — 6. Затрудняюсь ответить 3 9. Попытаетесь ли Вы после освобождения скрыть от окружающих, что находились в исправительном учреж дении?

1. Да 31 2. Нет 56 3. Затрудняюсь ответить 13 10. Ваше семейное положении?

1. Не женат 33 2. Женат 20 3. Разведен 14 4. Вдовец 3 5. До осуждения жил в гражданском браке 30 11. Планируете ли Вы после освобождения создать се мью?

1. Да 75 2. Нет 22 3. Затрудняюсь ответить 3 Продолжение приложения Женщины Мужчины Вопросы % % 12. Изменится ли отношение к Вам Ваших близких?

1. Да 17 2. Нет 45 3. Затрудняюсь ответить 38 13. Кому, по Вашему мнению, легче переносить лишение свободы, мужчине или женщине?

1. Женщине 11 2. Мужчине 70 4. Затрудняюсь ответить 19 14. Ваше образование?

1. Неполное общее (9 классов) 20 2. Общее среднее (11 классов) 23 3. Среднее профессиональное (техникум) 14 4. Среднее специальное 27 5. Неполное высшее 8 6. Высшее 6 7. Нет образования 2 15. Хотели бы Вы повысить свое образование?

1. Да 83 2. Нет 12 3. Затрудняюсь ответить 5 16. Будет ли повышение образования способствовать ус пешной Вашей адаптации после выхода из тюрьмы?

1. Да, конечно 57 2. Нет, я всегда буду восприниматься окружающими 30 как преступник 3. Затрудняюсь ответить 13 33 17. Ваш возраст? (средний) 18. Место Вашего проживания до заключения в тюрьму?

1. Областной центр 38 2. Районный центр 30 3. Сельская местность 30 4. Без определенного места жительства 2 19. Род Ваших занятий?

1. Рабочий 43 2. Служащий 5 3. Частный предприниматель 11 4. Безработный 36 5. Пенсионер 2 6. Другое 4 ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ.............................................................................................................................. 1. ТЮРЬМА И ЕЕ ОБИТАТЕЛИ ГЛАЗАМИ ИССЛЕДОВАТЕЛЯ.......................... 1.1. Современные модели и принципы наказания........................................................ 1.1.1. Постановка проблемы.............................................................................................. 1.1.2. Просветительский проект исправления преступника........................................... 1.1.3. Концепция делинквентности................................................................................... 1.1.4. Женщина-преступница............................................................................................. 1.1.5. Специфика отечественной пенитенциарной системы........................................... 1.2. Социально-антропологические теории преступности и наказания................... 1.2.1. Социология «тюремного заключения»................................................................... 1.2.2. Тюрьма как бюрократическая система................................................................... 1.2.3. Реконструкция индивидуальности в условиях тюремного заключения.................... 1.2.4. Паноптическая концепция пенитенциарной системы........................................... 1.2.5. Женские исследования тюремной жизни............................................................... 1.3. Образы преступности и типы противозаконности................................................. 1.3.1. Противозаконные действия и социальные изменения.......................................... 1.3.2. Новые тенденции социальной жизни...................................................................... 1.3.3. Преступление как условие социализации.............................................................. 1.3.4. Транснациональная организованная преступность............................................... 1.3.5. Новый образ преступности...................................................................................... 1.4. Российская исправительная система и тюремная субкультура.......................... 1.4.1. От европейских стандартов к особенностям российской действительности................................................................ 1.4.2. Безграничность власти............................................................................................. 1.4.3. Право и мораль: неразрешенный конфликт........................................................... 1.4.4. Частное или общественное?..................................................................................... 1.4.5. Перенаселенность исправительных учреждений.................................................. 1.4.6. Прокурорский надзор в местах лишения свободы................................................ 1.4.7. Предварительные выводы........................................................................................ 2. ТЮРЕМНЫЙ ОПЫТ: ЧТО ТАКОЕ БЫТЬ ОСУЖДЕННЫМ............................. 2.1. Социальная политика и законодательство.............................................................. 2.1.1. Гендер и пол в законодательных актах................................................................... 2.1.2. Феминистская критика сексуальной политики...................................................... 2.1.3. Гендер как объект спекуляции для законодательства........................................... 2.1.4.Поощрение или криминализация материнства?..................................................... 2.1.5. Материнство и детство в условиях лишения свободы........................................ 2.1.6. Практические рекомендации................................................................................. 2.2. Маскулинные и феминные практики в тюремной субкультуре....................... 2.2.1. Основные принципы исследования...................................................................... 2.2.2. Двойная структурация:

двойственность норм и правил тюремной субкультуры............................................... 2.2.3. «Маскулинность» тюремной субкультуры.......................................................... 2.2.4. «Практики пола» в условиях изоляции................................................................. 2.3. Труд, власть и сексуальность................................................................................... 2.3.1. Параметры исследования....................................................................................... 2.3.2. Уровень доверия..................................................................................................... 2.3.3. «Семья» на свободе и «семья» в тюрьме.............................................................. 2.3.4. Отношение к труду................................................................................................. 2.3.5. Власть и подчинение.............................................................................................. 2.3.6. Сексуальность под запретом.................................................................................. 2.4. «…А душу можно ль рассказать?»........................................................................... 2.4.1. Техника нарративного анализа.............................................................................. 2.4.2. Нарушение когнитивного перехода...................................................................... 2.4.3. Нарушение временной последовательности........................................................ 2.4.4. Стратегии формирования маскулинной идентичности...................................... 2.4.5. Стратегии формирования феминной идентичности............................................ ЗАКЛЮЧЕНИЕ.................................................................................................................. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК........................................................................... ПРИЛОЖЕНИЯ.................................................................................................................

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.