авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 11 |

«TRANSACTIONS OF THE STATE HERMITAGE ТРУДЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО ЭРМИТАЖА XLI XLI THE WORLD OF CLASSICAL ANTIQUITY ...»

-- [ Страница 7 ] --

Высочайший уровень исполнения и изощренная композиция многих вазовых рисунков Вклад Дж. Морелли (1816–1891) в изучение изобразительного искусства до сих пор сами по себе опровергают этот аргумент19. Кроме того, как было выяснено исследо- оценивается неоднозначно30. Получивший медицинское образование и проработавший вателями позже, имеет или нет произведение вазописи подпись художника, зависело, несколько лет в должности ассистента в Мюнхенском университете, Морелли начал по-видимому, не от степени его известности или мастерства, а от моды, присущей или применять методы врачебного, клинического исследования пациента, которые, как от не присущей определенному поколению20, – в пользу этого говорит и значительное мечал он сам, «более пристали анатому, чем искусствоведу»31, к изучению итальянского количество бессмысленных надписей на вазах, и то, что большинство сохранившихся изобразительного искусства эпохи Возрождения (собственно, получив образование, он имен мастеров могут быть сгруппированы в несколько периодов. Многие противники и специализировался в области сравнительной анатомии). Путем тщательного иссле метода Бизли говорили (и говорят до сих пор) о нереальности и даже глупости имен дования всех деталей изображения, подобно врачу, ставящему диагноз, или кримина вазописцев, которые давались анонимным мастерам, – Мастер Свиньи, Мастер отстав- листу, создающему психологический и физический портрет преступника32, Морелли ленных локтей… А многие имена, известные благодаря надписям на вазах, – всего лишь воссоздавал творческий облик мастера, характерные для него приемы и способы изоб прозвища (Лидиец Искусный), что говорит о низком статусе художника. Бизли и его ражения тех или иных персонажей, предметов и их деталей. При этом особое внимание последователей обвиняли также и в том, что они идут на поводу у арт-рынка, кото- Морелли уделял тому, что отличает каждого конкретного мастера от других, начиная рый предпочитает иметь в обороте (и продает гораздо дороже) произведения искус- с таких элементов изображения, как мочки ушей, пальцы рук и ног персонажа, рисунок ства, имеющие автора или принадлежащие какой-либо школе. Однако, как справед- мускулов, складок драпировок и т. п. (ил. 1). «Подобно тому, как большинство людей ливо замечал Бизли, «само имя вазописца значит для нас немного – нас интересует он в разговоре или на письме отдают дань собственным привычкам и безотчетно пользу сам и его стиль»21. В этом смысле в высшей степени показательной является история ются своими излюбленными словечками или выражениями – причем подчас не совсем 198 А. Е. ПЕТРАКОВА АТРИБУЦИЯ АНТИЧНОЙ РАСПИСНОЙ КЕРАМИКИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ справедливо отмечал Спаркс, труды Морелли 1890-х гг. были революционными для своего времени и, хотя развитие техники за прошедшие сто лет привело к тому, что возможности искусства атрибуции стали гораздо шире, именно Морелли первым обра тил внимание на необходимость тщательного изучения произведения искусства для вы несения каких-либо суждений о нем, именно Морелли задал то направление развития атрибуции, в котором двигались ученые в течение XX в.35 Нелишним будет добавить, что Морелли был автором целого ряда не опровергнутых и по сей день атрибуций, а многие из них были впоследствии подтверждены различными средствами научно-тех нического исследования (в частности – рентгенографическими исследованиями)36.

У Морелли было много последователей, работавших с тем же итальянским мате риалом, наиболее известный из них – знаменитый Бернар Беренсон, занимавшийся атрибуцией произведений искусства не только художникам, чье имя было известно по подписям и письменным источникам, но и безымянным мастерам, которым давалось условное имя. К началу XX в. метод Морелли, основанный на сравнительно-анатоми ческой системе, был приспособлен к изучению древнегреческой вазовой живописи.

Материалов для исследования к этому времени накопилось достаточно, хотя существо вало и множество трудностей: большое количество ваз сохранилось лишь во фрагмен тах, причем фрагменты эти нередко находились в разных коллекциях;

многие вазы были сильно записаны в ходе реставраций XVIII–XIX вв.;

многие экспонаты, находившиеся в частных коллекциях, были недоступны для изучения – по причине несговорчивос ти владельцев. Сложность заключалась также и в том, что, в отличие от итальянского материала, с которым работал Морелли, у древнегреческих гончаров и вазописцев не Ил. 1. Рисунок из книги Дж. Морелли было своего Вазари, не было никаких документов, биографических сведений, списков продаж и т. п. Существовало лишь небольшое количество подписанных произведений к месту, – точно так же почти всякий художник имеет некоторые особенности, которые древнегреческой вазописи, на изучении которых и были сосредоточены все усилия уче он, сам того не ведая, запечатлевает в своем творчестве. И посему каждому, кто захо- ных. И опять-таки именно благодаря Морелли стали исследовать и анонимные работы чет вплотную изучить творчество того или иного художника, надлежит обратить самое древнегреческих гончаров и вазописцев.

пристальное внимание на мелкие детали материального свойства;

они играют ту же Несмотря на все описанные выше сложности, древнегреческая расписная керами самую роль, что и завитки при изучении каллиграфии»33. Прекрасную характеристику ка обладала существенным преимуществом. Как справедливо отмечает Бордман37, ме этого метода и его отличия от методов, применявшихся при атрибуции произведений тод Морелли гораздо лучше подходил к изучению древнегреческой вазописи, чем искусства ранее, дал З. Фрейд: «Он (Морелли. – А. П.) пересмотрел авторство многих к изучению итальянской живописи: в Италии мастера, стремившиеся к работе с нату картин, уверенно учил, как отличать копии от оригиналов, и обнаружил на основе сво- ры, старались даже в деталях больше исходить из особенностей конкретной модели, ей теории новые художественные индивидуальности. Для этого он отказался от толко- в то время как в Греции это были некие изобразительные формулы, набор стандартных вания общего впечатления и анализа крупных деталей картины и направил внимание анатомических деталей, в трактовке которых индивидуальность художника проявляется на изучение характерных подчиненных деталей, на такие частные вещи, как, например, гораздо более явно, поскольку на их трактовку не влияют индивидуальные особенности ногти, мочки ушей, нимб вокруг головы и другие малозначительные детали, которыми, внешности натурщика.

как правило, пренебрегают при копировании картины, но которые у каждого художни- Различные исследователи видят первые проявления метода Бизли в разных его трудах, ка наделены значительным своеобразием»34. Подразумеваются некие чисто моторные но большинство сходится на статье 1908 г.38 с атрибуцией трех ваз из Ашмолеан-музея39.

привычки, благодаря которым в рисунке деталей, выполняемом автоматически, когда Бизли начинал свои исследования с аттических краснофигурных ваз (определив таких рукой мастера руководит бессознательное, проявляется индивидуальность художника. мастеров, как Мастер Клеофрада и Берлинский мастер), а впоследствии распространил Метод Морелли вызывал много вопросов и возражений, противники его, в частности, свой метод на чернофигурные вазы. Как уже было сказано выше, в своих ранних трудах ссылались на то, что, с одной стороны, манера художника могла изменяться на протя- Бизли охотно демонстрировал метод, разбирая при его помощи конкретные произве жении его творческой деятельности (в силу чисто физиологических процессов, напри- дения аттической расписной керамики, однако, когда метод был признан, он часто да мер старения), и на то, что, с другой стороны, ученики могли сознательно и старатель- вал атрибуции без подробного объяснения всего процесса (возможно, формат его тру но имитировать манеру мастера, воспроизводя даже мельчайшие детали. Однако, как дов, таких как «Аттические краснофигурные мастера» и «Аттические чернофигурные 200 А. Е. ПЕТРАКОВА АТРИБУЦИЯ АНТИЧНОЙ РАСПИСНОЙ КЕРАМИКИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ мастера», а также масштабы исследований не оставляли ему времени на это). И если применительно к краснофигурным вазам подробная демонстрация действенности ме тода присутствует хотя бы в ранних статьях Бизли, то применительно к чернофигур ным вазам таких демонстраций подробностей процесса атрибуции крайне мало.

Статья, в которой Бизли блестяще продемонстрировал свой метод на примере ана лиза конкретного произведения, – «Кифаред» 1922 г., посвященная вазе Берлинского мастера из собрания Музея Метрополитен в Нью-Йорке (инв. № 56.171.3840). На этом ярком примере Бизли показал свой индуктивный подход, сравнивая анализируемую вазу с другими и при помощи этого сопоставления демонстрируя различия и сходства в рисунке частей человеческих тел и одежд, линий и прочего. Он писал о логической всеобъемлющей системе изображения, включающей не просто сходство какой-то час ти тела, но и сам характер нанесения линий, трактовку мускулов и драпировок и т. д., которая складывается из натурных реалий, традиции (привычки изображать и воспри нимать так, а не иначе) и индивидуальности художника (она и приводит к тому, что те или иные природные формы изображаются именно так, а не иначе)41. «Натура не пре допределяет, что лодыжка или грудь должны быть изображены именно таким образом, Ил. 2. Рисунок из книги Дж. Бордмана а не иначе. Также натура не предопределяет, что, если вы нарисовали лодыжку черными линиями определенной формы, вы должны нарисовать вертикальную линию на груди а иногда даже менял мнение о мастере или о принадлежности его руке той или иной или маленькую арку в середине дельтовидной мышцы. Но на вазах способ визуализа- вазы десять или двадцать лет спустя, признавая свою ошибку в прошлом. Это было ции одного влечет за собой способ визуализации другого: там, где вы увидите лодыжку, в первую очередь связано с недостатком информации в то время, когда он писал свои выполненную таким образом, вы увидите и эти линии;

и остальные элементы, конеч- труды. Мало памятников, столь необходимых для сравнительно-стилистического ана но, в разумных пределах, также предсказуемы»42. Попытку визуализировать подобную лиза, было опубликовано;

воспроизводились вазы часто не фотографическим путем, систему мы можем видеть в книге одного из наиболее последовательных сторонников а в виде рисунков;

фотографии имели плохое качество;

далеко не всегда была возмож Бизли – Дж. Бордмана (ил. 2). Конечно, те математические формулы, которые Бизли ность работать с самими памятниками, а только с их воспроизведениями. В наши приводит далее в статье 1922 г., и ему самому впоследствии показались несколько на- дни многие из этих проблем решены благодаря развитию техники (улучшилось каче ивными, но сам метод вполне наглядно обоснован. К сожалению, существует заблуж- ство фотографий, они стали более доступными, в том числе при помощи мультиме дение, появившееся, впрочем, уже во времена Морелли, которое выражается в попытке диасредств), а также благодаря существенно возросшему со времен Бизли количеству свести метод Бизли к сравнению в разных вазовых росписях рисунка ушей и ногтей публикаций. Современному ученому, занимающемуся атрибуцией, гораздо легче про персонажей. Как справедливо отметил Спаркс, «полагать, что его метод основан лишь водить сравнительно-стилистический анализ, чем Бизли, которому приходилось из на изучении тривиальных деталей, – значит, ложно понимать весь его подход к изуче- аморфной массы богатейшего материала создавать на пустом месте классификацию, нию материала целиком»43. Метод Бизли не сводится к глазам и ушам, анализ памятника сравнивать тысячи ваз, находить в них общее и объединять их в группы и подгруппы.

и сопоставление его с другими включает в себя рассмотрение сюжетов, композици- Мы теперь пользуемся готовой и усовершенствованной классификацией Бизли, а также онных приемов, эмоциональной окраски, характера линии и мазка, способа трактов- научными трудами со специальной подробной классификацией внутри какой-нибудь ки мифа или жанровой сцены (возвышенная, юмористическая), движения (неистово- из выделенных Бизли групп.

го, вялого), орнамента и многого другого. Как справедливо отмечает Спаркс, «одно из Одним из главных оппонентов Бизли, как это ни странно, был Э. Потье (1855–1934).

главнейших утверждений, доказанных Бизли, состоит в необходимости тщательного Глобальное несогласие проистекало из различных подходов к изучению и системати исследования всех аспектов росписи. При кажущейся естественности, не все это делали зации истории. Если Бизли стоял за биографический подход, то Потье отстаивал кон и делают в наши дни»44. Однако уже при жизни Бизли, а особенно – после его смерти, цепцию истории искусства без имен, истории искусства с точки зрения коллективной когда влияние его личности и присущей ему интуиции уже не могло поддержать по- и этнической психологии46. Имя Потье неразрывно связано с идеей и воплощением следователей, вызов был брошен и ему самому, и всему методу в целом как однобокому, в жизнь проекта “Corpus Vasorum Antiquorum”, родившегося из желания создать некую сосредоточенному лишь на незначимых деталях. интернациональную базу данных по керамике для специалистов. Запущенный в 1919 г.

Как уже было сказано, многие исследователи сожалеют, что Бизли демонстриро- проект, в рамках которого было издано более 300 выпусков, посвященных вазам из вал свой метод лишь в ранних статьях, подробно расписывая и делая видимым весь разных мировых коллекций, продолжает свое существование до сих пор, хотя его процесс45. Он не был непогрешим и часто исправлял сам себя, но тем не менее метод суть во многом изменилась по отношению к первоначальной47, а переводом этой был принят его многочисленными последователями. Сам Бизли нередко сомневался, огромнейшей базы данных в электронный вариант по заданию Union acadmique 202 А. Е. ПЕТРАКОВА АТРИБУЦИЯ АНТИЧНОЙ РАСПИСНОЙ КЕРАМИКИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ internationale занимаются верные последователи Бизли. Одной из главных задач в большей степени похож на научный каталог с большими и качественными фотогра Потье было опубликовать вазы в соответствии с местом хранения (музей, коллекция), фиями памятников с разных сторон, он содержит подробные описания и сведения об первоначальная идея сводилась к быстрой публикации минимально необходимой атрибуции и датировке (которые стали одной из главных задач при создании «Корпуса»).

информации: маленькие иллюстрации (размером 7–9 см) и короткие описания (не Генеральная идея всего проекта сильно изменилась. Как справедливо пишет Руэ, хотя более 10 строчек на каждый объект). Как писал сам Потье, «Корпус» не мыслился аль- инициатором «Корпуса» был Потье, метод классификации и систематизации материала тернативой научным каталогам с их детальным описанием и подробными коммента- в современных выпусках «Корпуса» – это метод Бизли53.

риями. Цель Потье состояла в том, чтобы определить некий официальный статус для Еще одна важная проблема атрибуции античной расписной керамики – это вопрос каждой вазы с минимальной информацией и указанием ее местонахождения48. И гео- о том, к каким именно группам керамики можно применять метод Бизли. До сих пор графия, и круг памятников изначально предполагались гораздо более широкими, чем нередко даже в кругах специалистов по античному искусству можно услышать оши в современных выпусках «Корпуса» (туда включались, например, переднеазиатские бочное мнение о том, что метод Бизли следует использовать для атрибуции исключи расписные вазы, доисторическая керамика и т. п.). Главная задача «Корпуса» состояла тельно черно- и краснофигурной аттической керамики. Однако одно из величайших в том, чтобы дать археологам базу форм ваз и стилей росписей, которой они мог- достижений Бизли состоит в том, что его метод применим не только к шедеврам, но ли бы пользоваться. На первое место Потье ставил вопросы распространения форм и к рядовым работам, к художественной продукции самого разного качества и более и видов керамики, рассматривавшиеся как средство демонстрации культурных и тор- того – к произведениям вазовой живописи разных стран и исторических эпох. Не будем говых взаимодействий. забывать, что истоки метода Бизли вообще лежат вне античного искусства – Морелли Первый выпуск «Корпуса» появился в 1922 г.49 Бизли был крайне заинтересован про- занимался итальянской живописью. Помимо европейской живописи сходные методы ектом и, хотя сам написал лишь два выпуска, не оставлял без внимания ни один вышед- используются и при атрибуции японских укиё-э. Что касается античного материала, ший том, став автором множества рецензий. В целом оценивая проект положительно, то любимый ученик Дж. Бизли, Х. Пэйн, работавший с ним над классификацией чер Бизли тем не менее имел к нему целый ряд претензий. Он осуждал способы воспроизве- нофигурной аттической керамики, применил метод к исследованию коринфской ке дения, которые, в представлении Потье, возможно, и годились для работы археологов, рамики54, причем начинал работать над этим совместно с Бизли;

Стибб стал изучать но совершенно не подходили для той работы, которую проводил Бизли. Также сущест- с помощью этого метода лаконскую керамику55;

Колдстрим – геометрические вазы56;

венные возражения вызывало отсутствие подробных описаний рисунка и сохранности, Трендалл – италийскую и сицилийскую57 расписную керамику. Во второй полови в которых были бы разграничены оригинальные части росписи и последующие понов- не XX столетия последователи Бизли – М. Робертсон, Д. фон Ботмер, Д. Вильямс, ления. В своем первом томе «Корпуса»50 Бизли отошел от требуемых первоначальной Д. Курц – занимались дальнейшей разработкой и усовершенствованием метода.

идеей канонов, что убедительно обосновал в предисловии. Одна из главных претензий Делать выводы о том, какие качества необходимы ученому для работы по атрибуции, Бизли к «Корпусу» состояла в том, что ссылки на его атрибуции часто были ошибочны- и о том, как на самом деле происходит процесс мышления во время анализа произве ми. Как отмечают многие исследователи, возможно, причина полемики двух крупней- дения искусства, довольно сложно. Как справедливо замечает Спаркс: «Атрибуция не ших специалистов по античной вазописи заключалась не столько в разнице подходов простое дело. Чувствительный глаз, феноменальная память, способность и желание дер к изучению керамики и к пониманию задач исследования, сколько в национальном жать в голове и сопоставлять тысячи ваз, чтобы сделать суждение об одной, – это толь и индивидуальном соперничестве. Несмотря на активную полемику с Бизли и неже- ко три качества из всех необходимых для этого»58. Так или иначе, что-то одно – ком лание признать ни его метод в целом, ни то, что атрибуция является одной из глав- позиция, сюжет, орнамент, характерная деталь – становится ключевым при рождении ных задач изучения древнегреческой расписной керамики, Потье как автор «Корпуса» догадки, а дальше, как в процессе педантичного доказательства теоремы, планомерно и научных каталогов также был вынужден заниматься атрибуцией, Бизли же принимал проверяются все остальные составляющие, что и позволяет в итоге сделать научный, участие в создании выпусков «Корпуса». Бизли досадовал, что не ему принадлежит идея а не интуитивный вывод (анализировать сам процесс движения глаза и мысли, процесс создания «Корпуса», в то время как Потье, публично критиковавший Бизли, бережно зарождения догадки – вне сферы наших интересов, это область интересов психоло вносил его атрибуции в принадлежащие лично ему выпуски «Корпуса» (Руэ упоминает гии). Главная задача добросовестного исследователя в первую очередь – убедить свой о том, что найдены такие тома, буквально испещренные пометками Потье)51. недоверчивый разум, потом – раскрыть весь процесс, чтобы убедить других. Конечно, Впоследствии задачи и цели «Корпуса» не раз пересматривались, и тот вид, в ко- создать нечто вроде алгоритма атрибуции невозможно, однако мы можем выделить на тором существуют выпуски последних десятилетий, очень сильно отличается от пер- иболее существенные элементы визуально-аналитического исследования, значимые для воначального52. Были пересмотрены вопросы хронологии и географии памятников атрибуции. В том случае, если атрибутируется не целая ваза, а фрагмент, некоторые из (на Лионском коллоквиуме в 1956 г. та керамика, которая должна была публиковаться этих элементов могут отсутствовать, однако одно из главных достоинств метода Бизли в «Корпусе», была ограничена греческой, римской и италийской), структура томов (все состоит в том, что он применим и к фрагментам керамики с сохранившимся частично чаще стали появляться тома, посвященные определенной форме керамики), нумера- рисунком. Оставив в стороне вопросы о цвете и составе глины и лака (большинство этих ция иллюстраций (которая была ранее крайне неудобной и для работы с материалом, вопросов могут быть решены методами точной науки, о которых упоминалось выше), и для ссылок на «Корпус»), содержание каталожных карточек. Современный «Корпус» сосредоточимся на методах визуально-аналитического исследования: когда определено, 204 А. Е. ПЕТРАКОВА АТРИБУЦИЯ АНТИЧНОЙ РАСПИСНОЙ КЕРАМИКИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ что изучаемая ваза – аттическая работа, и необходимо выяснить более точную дату (инв. № Б.89.11762), на котором сохранились лишь орнаментальные элементы. Розетки, и мастера. Визуально-аналитическое исследование на материале античной расписной пальметты и фрагмент волютообразного завитка сопоставимы с аналогичными элемен керамики имеет свою специфику в зависимости от географии и хронологии памятни- тами на поздних чашах Мастера KY63. Однако при столь малом размере фрагмента, име ка. Помимо общих для анализа принципов, восходящих к методу Бизли, существуют ющего роспись только в виде орнаментальных элементов, необходимы дополнительные и специфические особенности для определенных групп материала, на которые сле- факторы, позволяющие убедиться в правильности атрибуции. В данном случае это разме дует обращать внимание при пристальном изучении памятника. Для демонстрации ры профильных частей и сам профиль фрагмента, которые также оказываются соответс может быть избрана любая группа керамики, например аттические чернофигурные твующими аналогичным элементам чаш Мастера KY64. Конечно, столь дотошный срав чаши. Помимо общих для разных типов аттической керамики элементов, таких как нительный анализ возможен, увы, не для всех групп ваз, а лишь в тех случаях, когда сама проблемы формы, композиции и т. п., специфическими для атрибуции чернофигур- классификация группы хорошо разработана. Так, например, чаши с комастами и чаши ной аттической керамики являются гравированные элементы, характер использования Сиана подробнейшим образом разработаны Г. Брайдером – без его трудов65, благодаря дополнительных цветов (красного и белого) и орнаменты (в той же мере, в которой которым мы в мельчайших подробностях знаем особенности профилей этих чаш и мо специфическими для атрибуции краснофигурной аттической керамики являются осо- жем использовать статистические таблицы и рисунки из его книг при работе с аналогич бенности линеарного рисунка и пристальное внимание к следам предварительного ным материалом, столь убедительное доказательство атрибуции не было бы возможным.

рисунка, которые нередко бывают хорошо видны при непосредственном изучении Для современной атрибуции весьма важно использовать все методы из сопредельных наук, вазы, а также особенности использования разбавленного лака, а для белофонных которые могут принести пользу. Исследование и рисование профилей, заимствованное ваз – палитра и способ нанесения красок). из практики археологов, существенно дополняет арсенал искусствоведов. Несмотря на Одной из первых составляющих впечатления (помимо вазового рисунка) является то что в основу классификации Бизли (особенно чернофигурных ваз) была во многих разновидность и специфика формы вазы (в случае с чернофигурными вазами класси- случаях положена форма, в таких подробностях, как на сегодняшний день, эти проблемы фикация их по группам нередко исходит именно из формы). Две чаши из собрания не были разработаны и столь важной роли в методе Бизли этот элемент не играл.

Государственного Эрмитажа (инв. № Б.11559 и Б.68.19560) по форме тулова, венчика, Немаловажную роль при возникновении первоначального впечатления о вазе играет а также по типу декора соответствуют группе так называемых чаш с поясом (band-cups), общая композиция росписи. Мастера разных эпох или же один мастер в разные перио хотя тулово более глубокое (ил. 3, инв. № Б.68.195). В то же время ножка (форма, про- ды своего творчества (в некоторых случаях – один мастер в отличие от своих современ филь, пропорции) и ручки (размеры, угол крепления к тулову) соответствуют группе ников) могли отдавать предпочтение той или иной композиции. Это такие элементы, так называемых чаш Сиана (Siana cups). Такие экспериментальные, гибридные формы как одно- или многофигурная композиция, наличие или отсутствие (частичное отсут чаш сразу сужают поиск до времени сосуществования обеих групп, соответственно ствие) рамки вокруг фигуративного изображения, характер взаимодействия формы вазы уменьшая и круг мастеров61. Профиль сосуда играет важную роль при исследовании не и ее декора, изображения и рамки, симметрия или асимметрия, различие или сходство только целых ваз, но и фрагментов с профильными частями (поскольку мастер работал изображения на двух сторонах вазы и так далее. Примером может служить фрагмент с определенным кругом гончаров, и при достаточной изученности этого вопроса изме- чаши Сиана из Государственного Эрмитажа (инв. № Б.35166) с изображением мужчины, нения профиля и пропорций могут говорить в пользу принадлежности вазы тому или преследующего двух женщин, на одной стороне и пары сражающихся воинов – на дру иному периоду творчества вазописца – раннему, среднему или позднему). Этот фактор гой. Композиции, состоящие из нескольких фигур, бегущих одна за другой, наиболее часто оказывается весьма важным при определении датировки вазы, а иногда, в случае характерны для творчества Мастера С разных периодов67 – на обратной стороне таких недостаточной сохранности рисунка, и при выборе одного из нескольких мастеров, чаш нередко изображены пары сражающихся воинов68. Безусловно, это не единствен которым рисунок близок по стилю. Примером может служить фрагмент венчика и ту- ный, а лишь один из нескольких факторов, помогающих при атрибуции. Значимыми лова так называемой чаши с комастами (Komast cup) из Государственного Эрмитажа здесь является и сюжет – «мифологическое преследование»69, – крайне характерный для мастера, и размеры и форма профильных частей70. Подробное сопоставление деталей в рисунке фигур и алтаря на эрмитажном фрагменте и на чашах Мастера С подтверж дает предполагаемую атрибуцию. Композиция росписи учитывалась Бизли как одна из сторон проявления творческой индивидуальности художника, один из излюбленных приемов, хотя, безусловно, она не является определяющим элементом – один мастер мог копировать композицию другого.

Столь же важным фактором, сколь и композиция (хотя с той же оговоркой), мо гут стать аналогии в позах и жестах персонажей, наличие неких излюбленных поз и ракурсов в творчестве того или иного мастера. Также следует обращать внимание на пропорции фигур, размеры и форму частей тела (например, для творчества одного мас Ил. 3. Профиль чаши тера характерны большеголовые персонажи, а для творчества другого – длинноногие).

из собрания ГЭ 206 А. Е. ПЕТРАКОВА АТРИБУЦИЯ АНТИЧНОЙ РАСПИСНОЙ КЕРАМИКИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ Так, специфические позы, форма и размер голов отличают персонажей в работах Мастера Элея I от персонажей в работах других мастеров поздних чернофигурных ваз.

Помимо общей композиции росписи, поз и жестов персонажей, нередко не по следнюю роль в формировании представления о возможном авторе памятника играет сюжет росписи. Сюжет может быть характерным или, наоборот, совершенно необыч ным для того или иного мастера. Некоторые мастера отдавали предпочтение опреде ленному кругу сюжетов, в то время как какая-то другая группа сюжетов их совершенно не интересовала. Примером может служить фрагмент чаши (принадлежащей к типу lip-cups) из Государственного Эрмитажа (инв. № Б.48271). От всей чаши сохранился лишь фрагмент венчика с изображением энергично бегущего кентавра с камнями в руках (ил. 4). Кентавр подобного типа был излюбленным сюжетом так называемого Мастера Кентавра, работавшего с мелкофигурными чашами типа lip-cups. В данном случае им пульсом к рождению догадки послужил именно сюжет. В поддержку первого, еще интуи тивного, предположения приходят тип кентавра, его поза, характер движения (неистовое), система пропорций, а потом – то, как нарисованы детали и (что часто бывает специфиче- Ил. 4. Фрагмент чаши из собрания ГЭ, ским для мастеров чернофигурных ваз) характер использования дополнительных цветов атрибутированный Мастеру кентавра 540–530 гг. до н. э.

(много или мало, для каких частей изображения и т. п.). Все перечисленные элементы есть на чашах этого мастера из собрания в Мюнхене (инв. № 216172 и 216273), обе да тированы 550–530 гг. до н. э. и атрибутированы Мастеру кентавра, а также на чашах из Кентерберийского университета (инв. № 52/5774) и музея в Бухаресте (инв. № 0320975), обе датированы около 540 г. до н. э. и атрибутированы Мастеру кентавра. Как видно из при веденного примера, хотя первоначальным толчком послужил сюжет, в систему анализа впоследствии были включены и другие факторы: рисунок деталей, поза, использование дополнительных цветов, узор на теле кентавра. Как и названные выше элементы, сюжет росписи должен рассматриваться в совокупности с остальными составляющими произве дения вазовой живописи.

Важность внимания к деталям рисунка (краеугольный камень метода Бизли) может быть продемонстрирована на примере атрибуции фрагмента чаши (ил. 5) из соб рания Государственного Эрмитажа (инв. № Б.88.38)76. Фрагмент этот, судя по форме и декору, относится к группе так называемых чаш с комастами – группе аттических чаш второй четверти VI в. до н. э., имеющих характерную форму и декор (в виде нескольких комастов). В этом случае форма чаши (поскольку сохранившийся фрагмент не имеет профильных частей) и сюжет декора (поскольку вся группа «чаш с комастами» декори ровалась всегда одним и тем же сюжетом – фигурами двух или трех комастов, откуда, собственно, и происходит ее название) не могут сыграть своей роли в атрибуции. Также Ил. 5. Фрагмент чаши из собрания ГЭ, никакой роли не играют ни композиция (из-за малой величины фрагмента), ни тип тан- артибутированный Мастеру KY цора (сохранилась лишь часть его тела). В таких случаях на первый план выходит имен- 580–575 гг. до н. э.

но внимание к деталям. Из всего рисунка сохранилась лишь часть орнаментального за витка и нижняя половина фигуры танцора в коротком хитоне. Подобного типа танцоры уверенными в атрибуции фрагмента. В таком случае важную роль играет именно вни и орнаментальные элементы встречаются в творчестве разных мастеров из этой груп- мание к деталям: обозначение коленной чашечки в виде горизонтального элемента, пы. Сравнительный анализ показывает, что телесный тип танцора, с мощными ногами похожего на Y или V, характерное для Мастера KY, а главное то, что этот мастер ни и круглыми выступающими ягодицами, а также поза – на одной чуть согнутой ноге, когда не процарапывал в силуэте стоп своих танцоров пальцы, но всегда наносил три с другой ногой, сильно согнутой и пяткой касающейся ягодиц, – встречается в творче- или четыре насечки вдоль боковой стороны стопы78. Эти детали, присутствующие на стве так называемого Мастера KY, например, на чаше этого мастера из Виллы Джулия эрмитажном фрагменте, характерные для творчества именно Мастера KY и не встре (инв. № 4570777). Однако этих данных недостаточно для того, чтобы быть полностью чающиеся у других мастеров, окончательно убеждают в правильности атрибуции.

208 А. Е. ПЕТРАКОВА АТРИБУЦИЯ АНТИЧНОЙ РАСПИСНОЙ КЕРАМИКИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ Когда Бизли занимался атрибуцией и систематизацией чернофигурной аттической керамики, классификация «чаш с комастами» не была разработана столь подробно.

Атрибуции, как только что продемонстрированная, стали возможными лишь благодаря уже упоминавшимся трудам Брайдера. Однако, как очевидно, сам метод Бизли является действенным и в данном случае – единственно возможным для атрибуции. Помимо формы и способа трактовки деталей следует учитывать также и характер гравировки (в краснофигурных росписях – характер линии): она может быть уверенной, жесткой или неуверенной, может быть нанесена единой линией или рядом штрихов, может быть прямой или волнистой и т. п. Характер нанесения деталей, как и их форма, также явля ется бессознательным проявлением творческой индивидуальности мастера.

Несомненно, важную роль при атрибуции чернофигурной аттической керамики играет орнамент (зачастую – в большей степени, чем в краснофигурной, где ему от водится гораздо более скромная роль). Помимо того, что существуют целые группы ваз, в которых орнамент является основным или единственным декоративным элемен том, имеются типы орнамента, характерные для творчества определенного мастера.

Внимание к орнаменту в чернофигурных росписях может иметь решающую роль при атрибуции фрагмента (на котором сохранились только орнаментальные элементы) и даже при атрибуции целой вазы. Иллюстрацией к первому случаю может служить атрибуция фрагмента эрмитажной чаши (ил. 6;

инв. № Б.76.151)79. Этот фрагмент также Ил. 6. Фрагмент чаши из собрания ГЭ, принадлежит к группе «чаш с комастами», однако ни одного фигуративного изображе- атрибутированный Мастеру Фалмут Около 560 г. до н. э.

ния на фрагменте нет: сохранился лишь орнамент в виде сетки с точками – на венчике, фрагмент завитка и розетки – на тулове. Узор в виде сетки с точками на венчике – одна из определяющих черт творчества Мастера Фалмут;

волютообразный завиток и розетка на тулове именно такого типа также характерны для него80. Атрибуцию подтверждает профиль фрагмента, соответствующий профилям чаш этого мастера. Конечно, атрибу ция фрагментов стоит несколько особняком от атрибуции целых ваз, поскольку многие составляющие памятника во фрагменте просто утрачены. Однако приведенный пример показывает, что и в этом случае атрибуция не сводится к ушам и коленкам, напротив, в ней учитывается все, что можно из этого фрагмента извлечь. Другим примером мо жет служить эрмитажная чаша (ил. 7;

инв. № Б.2484), принадлежащая к так называемой группе чаш Сиана. Эта чаша была атрибутирована К. С. Горбуновой Мастеру С81 на основе аналогии с вазой в Национальном музее в Варшаве (инв. № 13853682), атрибути рованной Мастеру С самим Бизли. На этих чашах очень близки изображения всадников и пальметт на наружной стороне. Однако сопоставление орнаментов с теми, которые использовал в большинстве своих работ Мастер С, показывает, что никогда в медальо нах у этого мастера не было таких пышных орнаментальных обрамлений в несколько рядов. Похожие орнаментальные обрамления встречаются в работах Гейдельбергского мастера, но фигуры в росписи эрмитажной чаши по стилю и пропорциям совсем не соответствуют работам этого вазописца. Более подробное и тщательное изучение чаш Сиана позволило Г. Брайдеру выделить нового мастера – так называемого Красно-чер ного мастера, получившего имя благодаря обильному использованию им в росписях красного цвета. Подробное изучение отдельно взятой группы ваз позволило выявить новых мастеров с индивидуальным стилем. Безусловно, при работе Бизли с тысячами Ил. 7. Чаша Сиана из собрания ГЭ, и десятками тысяч ваз разных мастеров такая дотошность применительно к какой-то переатрибутированная Красно-черному мастеру одной группе (подобно тому, как это делал в течение нескольких десятилетий Брайдер) Около 560 г. до н. э.

210 А. Е. ПЕТРАКОВА АТРИБУЦИЯ АНТИЧНОЙ РАСПИСНОЙ КЕРАМИКИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ была невозможна. Приведенный пример иллюстрирует отнюдь не несостоятельность достижения позднейшего времени. Метод постоянно совершенствовался самим Бизли метода Бизли, а его жизненность и действенность. Обе чаши были переатрибутиро- на протяжении его долгой научной деятельности. Как замечают приверженцы метода ваны Красно-черному мастеру83, предпочитавшему декорировать чаши Сиана в двухъ- Бизли, худшее, что могут сделать последователи или же противники, – это полагать ярусной системе декора с миниатюрными фигурами в зоне между ручек и орнаментом метод Бизли «Скрижалями», а его фундаментальные труды об аттических вазопис в виде цепи пальметт и лотосов на венчике. Одной из наиболее характерных черт твор- цах – «Библией»86. Признают этот факт сами ученые или нет, но в основе современной ческого почерка мастера в ранний период являются пышные орнаментальные обрам- атрибуции по-прежнему находится метод Бизли, хотя и используемый с учетом всех ления медальонов. Наиболее близок эрмитажному медальон чаши, опубликованной новшеств и усовершенствований, введенных со времени его деятельности. По спра Брайдером84, – похожая Горгона и обрамление тондо из тех же элементов. Профиль, ведливому замечанию Спаркса, «очевидно, что какая бы полемика ни разворачивалась размеры и пропорции эрмитажной чаши, сюжет росписи также соответствуют работам вокруг метода Бизли… он действенен, он работает и дает реальные результаты»87.

Красно-черного мастера. Атрибуция по-прежнему остается одной из важных составляющих музейной работы, Приведенные выше примеры атрибуций наглядно демонстрируют специфику срав- а тщательное изучение памятника искусства, внимание ко всем его деталям оказыва нительно-стилистического анализа, заключающуюся в той самой логике, о которой ются полезными и для иконографических исследований, и для интерпретации про писал Бизли. Хотя примеры приводились, чтобы проиллюстрировать каждый раз важ- изведений вазописи. «Едва ли можно считать, что определение авторства отдельного ность лишь одного элемента произведения аттической вазописи, рядом с этим элемен- произведения искусства – единственная и главная задача искусствоведения или что том постоянно упоминались и другие. Несмотря на свою значимость, один элемент сам это самый важный путь, ведущий к достижению конечной цели, а вот то, что это пре по себе не может быть определяющим для атрибуции, он дает лишь толчок для работы красная школа для глаза, представляется совершенно бесспорным, ибо ни одна другая мысли, окончательная же атрибуция основывается на всех элементах, которые можно проблема не побуждает исследователя так глубоко проникать в сущность отдельного сопоставить с аналогичными элементами ваз, исполненных предполагаемым мастером. произведения искусства, как установление личности автора. Верно понятое отдельное Исследователь должен учитывать все составляющие рассматриваемого им памятника произведение может принести гораздо больше пользы, чем обстоятельное изучение и, уделяя внимание чему-то одному, постоянно возвращаться к анализу других. Лишь всего творчества в целом»88. Эти строки, написанные выдающимся знатоком-искус в случае близкого сходства всех сравниваемых элементов атрибуция будет выглядеть ствоведом и экспертом более семидесяти лет назад, выглядят более чем актуальны убедительной. Даже если исследователь колеблется в точном определении мастера, ана- ми в наши дни, особенно – для исследователей, изучающих античную расписную логии, приводимые им, позволяют поместить рассматриваемое произведение вазовой керамику.

живописи в определенный контекст, и, быть может, спустя некоторое время, ознако- _ мившись с новыми исследованиями или находками, тот же или другой ученый смо Sparkes B. A. The Red and the Black: Studies Rouet Ph. Op. cit. P. 1;

Robertson C. M. Adopting 1 гут подтвердить или опровергнуть первоначальное предположение. Переатрибуция, in Greek Pottery. London;

New York, 1996;

an Approach I // Looking at Greek Vases / Ed.

проведенная другим ученым или самим исследователем спустя какое-то время, не Boardman J. The History of Greek Vases. Potters, by T. Rasmussen, N. Spivey. Cambridge, 1991.

обесценивает работу, проделанную ранее. Переатрибуции могут происходить по при- Painters and Pictures. London, 2001;

Rouet Ph. P. 1.

чине выделения нового мастера, как в описанном выше случае с эрмитажной чашей Approaches to the study of Attic Vases. Beazley Robertson M. Beazley and Attic Vase Painting // (инв. № Б.2484), или же благодаря появлению новых сведений. Сам Бизли, например, and Pottier / Transl. by L. Nash. Oxford, 2001. Beazley and Oxford. Oxford, 1985. P. 19–30;

писал в 1908 г., что кратер с колоннами (инв. № 561) из Оксфорда не может быть атри- Фридлендер М. Об искусстве и знаточестве / Idem. Adopting an Approach I…;

Boardman J.

Пер. с нем. М. Кореневой. СПб., 2001;

Базен Ж. Op. cit.;

Kurtz D. C. Preface // Beazley and бутирован какому-то конкретному мастеру, поскольку стиль его росписи не индивиду История истории искусства: от Вазари до Oxford. Oxford, 1985. P. 1–4;

Idem. Beazley and ален. Позднее, расширив свои познания о мастерах и свою базу иллюстраций, Бизли наших дней / Пер. с фр. Ц. Арзаканяна. М., the connoisseurship of Greek vases // Greek атрибутировал этот кратер Мисону85 – то, что казалось раньше не индивидуальным, 1986. С. 178–196. Vases in the J. Paul Getty Museum II (Occasio обрело свое лицо. Кроме того, существуют спорные произведения вазописи, которые Richardson J. The Connoisseur. An Essay in the nal Papers in antiquities. Vol. 3). Malibu, 1985.

атрибутируются авторитетными учеными разным мастерам. Выпуски «Корпуса» послед- Whole Art of Criticism as it Relates to Painting. P. 237–250.

них десятилетий в разделе, посвященном атрибуции памятника вазописи, включают London, 1979. Bruneau Ph. Situation mthodologique de l’his все предложения по атрибуции вазы, что позволяет обратившемуся к тексту исследо- Du Bos, Abb. Rexions critiques sur la posie toire de l’art antique // L’antiquit classique.

et la peinture. Paris, 1755. Vol. II. P. 367–368. 1975. Vol. 44. P. 425–487;

Vickers M. J. Artful вателю объективно рассмотреть вопрос и присоединиться к тому мнению, которое Применительно к античной керамике см.: crafts: the inuence of metalwork on Athe кажется ему наиболее убедительным. Переатрибуция, проведенная спустя десятилетие Zelst L., van. Physical Science in the Study of nian painted pottery // JHS. 1985. N 105.

или несколько десятилетий, не является свидетельством ошибочности метода сравни Greek Vases // The Greek Vase. Papers based P. 108–128;

Beard M. Adopting an appro тельно-стилистического анализа, но, напротив, говорит о его способности к жизни on lectures presented to a symposium held at ach II // Looking at Greek Vases / Ed.

и развитию. Hudson Community College at Troy, New York by T. Rasmussen, N. Spivey. Cambridge, 1991.

Приведенные примеры призваны проиллюстрировать универсальность мето- in April of 1979 / Ed. by L. Hyatt. New York, P. 12–35;

Hoffman H. Sotades: Symbols of да Бизли, который не теряет своей актуальности со временем и легко воспринимает 1981. P. 119–134. Immortality on Greek Vases. Oxford, 1998;

212 А. Е. ПЕТРАКОВА АТРИБУЦИЯ АНТИЧНОЙ РАСПИСНОЙ КЕРАМИКИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ Osborne R. Archaic and classical Greek art. Wind E. Op. cit.;

Базен Ж. Указ. соч. С. 179. CVA The State Hermitage museum 3. Pl. 3.1а–6. Kрайний левый комаст на стороне А (Brij 32 66 Отрывок из Морелли в русском переводе, Cр., напр.: Munich, Inv. N 8954, side A (Brij- der H. Siana Cups I… Pl. 4b).

Oxford, 1998. 33 цит. по: Базен Ж. Указ. соч. С. 179. der H. Siana Cups I… Pl. 9c). Brijder H. Siana Cups I… P. 75.

Rouet Ph. Op. cit. P. 26–27.

Фрейд З. Указ. соч. С. 224–225. Hапр.: Taranto I, Inv. N G. 4340, side B (Brij- CVA The State Hermitage museum 3. Pl. 2, 3.

34 68 Sparkes B. A. Op. cit. P. 112.

Sparkes B. A. Op. cit. P. 92–93. der H. Siana Cups I… Pl. 9b). Cр.: Brijder H. Siana Cups I… Pl. 4d (Zurich 35 Klein W. Die griechischen Vasen mit Meister Базен Ж. Указ. соч. С. 180. Brijder H. Siana Cups I… P. 140. Market. N K 51, side A) и Pl. 5a (Otterlo 58.

36 signaturen. Wien, 1887.

Boardman J. Op. cit. Р. 130. Cр.: Brijder H. Siana Cups I… P. 113, 218. Fig. 31. N K 57, side A).

37 Klein W. Euphronios. Wien, 1886.

JHS. No. 28. 1908. CVA The State Hermitage museum 3. Pl. 12.5. Горбунова К. С. Чернофигурные аттические 38 71 Hartwig P. Die griechischen Meisterschalen der Rouet Ph. Op. cit. P. 93–93. Kunst der Schale. Kultur des Trinkens / Hrsg. вазы в Эрмитаже: Каталог. Л., 1983. С. 17–19.

39 Bltezeit des strengen rotgurigen Stiles. Stutt ARV2. P. 197. Cat. N 3. von K. Vierneisel, B. Kaeser. Munich, 1990. CVA Varsovie Muse National 1. Pl. 34, 1;

35, 2.

40 gart, 1893.

Beazley J. D. Citharoedus // JHS. 1922. N 42. Р. 175. Taf. 28, 13, 25, 5;

CVA Munich 10. Brijder H. Siana Cups III… Pl. 185a.

41 Furtwngler A., Reichold K. Griechische Vasen P. 80–84. Pl. 15, 1–4. Ibid. Pl. 174f.

malerei. Mnchen, 1904–1932.

Ibid. P. 83. Kunst der Schale… P. 176. Taf. 28, 16b;

CVA ARV2. 1963. P. 241. N 52.

42 73 Boardman J. Op. cit. P. 129;

Kurtz D. C. A Corpus Sparkes B. A. Op. cit. P. 93. Munich 10. Pl. 14, 5–8. Robertson M. Beazly and Attic Vace Painting… 43 of Ancient Vases. Hommage Edmond Pot Ibid. P. 104. CVA New Zealand 1. Pl. 27, 1–3. P. 19;

Sparkes B. A. Op. cit. P. 102.

44 tier // RA. 2004. N 2. P. 263.

Ibid. P. 113;

Boardman J. Op. cit. Р. 131;

Rouet Ph. CVA Bucarest 1. Pl. 24, 5. Sparkes B. A. Op. cit. P. 112.

45 75 ABV;

ARV2;

Para.

Op. cit. P. 93 and ff. CVA The State Hermitage museum 3. Pl. 2, 2. Фридлендер М. Указ. соч. С. 116–117.

76 Vickers M. J. Op. cit. P. 108–128;

Beard M. Op.

Rouet Ph. Op. cit. P. 109 ff.

cit. Р. 16–17.

Kurtz D. C. A Corpus of Ancient Vases… Vickers M. J. Op. cit.

CVA Louvre 1. P. 13.

Robertson M. Beazley and Attic Vase Painting…;

CVA Louvre 1.

Cook R. M. “Artful crafts”: a commentary // CVA Oxford 1.

JHS. 1987. N 107. P. 169–171.

Rouet Ph. Op. cit. P. 136.

Williams D. Greek Vases. London, 1985.

Cр.: CVA Louvre 1, изданный в 1922 г., c CVA Beazley J. D. Kleophrades Painter // JHS. 1910.

British Museum 9, изданным в 1993 г., или N 30. P. 38.

CVA Amsterdam 2, изданным в 1996 г.

ARV2. P. 185. Cat. N 28.

Rouet Ph. Op. cit. P. 136–137.

Beazley J. D. Attische Vasenmaler des rotgurigen Payne H. Necrocorinthia. Oxford, 1931.

Stils. Tbingen, 1925. P. 71. Cat. N 23.

Stibbe C. Lakonische Vasenmaler des sechsten Kurtz D. C. Op. cit. P. 243.

Jahrhunderts v. Chr. Amsterdam, 1972.

Sparkes B. A. Op. cit. P. 93;

Boardman J. The His Coldstream N. Greek Geometric Pottery. London, tory of Greek Vases… P. 129–130.

1968.

Boardman J. Op. cit. P. 131–132.

Trendall A. D. Red-gure Vases of Lucania, Rouet Ph. Op. cit. P. 93.

Campania and Sicily. Oxford, 1967;

Idem. Beaz Beard M. Review // Times Literary Supplement.

ley and South Italian Vase Painting // Beazley 1986. Sept 12. Р. 1013. and Oxford. Oxford, 1985. P. 31–42;

Idem.

Beazley J. D. Attic Red-gured Vases in American Red-gure Vases of Southern Italy and Sicily.

Museums. Cambridge (Mass.), 1918. P. 40–41. London, 1989.

Фрейд З. Моисей Микеланджело // Художник Sparkes B. A. Op. cit. P. 101.

и фантазирование. М., 1995. С. 224;

Wind E. CVA The State Hermitage museum 3. Pl. 13–14.

Technique du coup d’il // L’il. 1962. Nov. Ibid. Pl. 15.

N 95. P. 32–39;

Wollheim R. Giovanni Morelli CVA Mnchen 11. Pl. 5–6.

and the origins of scientic connoisseurship // CVA The State Hermitage museum 3. Pl. 2.1.

On Art and the Mind. Essays and lectures. Cp.: Brijder H. Siana Cups I and Komast Cups.

London, 1973. P. 177–201;

Gibson-Wood G. Amsterdam, 1983. (Allard Pierson Series. Vol. 4.) Studies in the Theory of Connoisseurship from Pl. 3c–d, 4a–c.

Vasari to Morelli. London, 1980;

Kurtz D. C. Cp.: Ibid. Fig. 13. Pl. 64.

Op. cit. С. 178–196;

Фридлендер М. Указ. соч. Ibid.;

Brijder H. Siana Cups III. The Red-black С. 120–125. Painter, Grifn-bird Painter and Siana Cups re Lermolieff I. Kunstkritische Studien ber italia sembling Lip-cups. Amsterdam, 2000. (Allard nishe Malerei. Mnchen, 1892–1893. Р. 35. Pierson Series. Vol. 13.) «ДОМ КОЛОНИСТА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ АРХАИЧЕСКОЙ БЕРЕЗАНИ и признаки их иного – жилого назначения (печи, очаги, лежанки, «столики»15 и т. п.).

Однако следует признать, что как в том, так и в другом случае трудность в определе нии функции каждой отдельной постройки все же остается, что не мешает относить ее к разряду заглубленных в землю строений16.

Среди известных землянок/полуземлянок этого времени особо выделялись лишь несколько построек17, одна из которых была открыта на Березанском поселении в ходе археологических раскопок 1985–1986 гг. Речь пойдет о грунтовом сооружении, условно названном полуземлянкой XLI.

С. Л. Соловьев Она была обнаружена на cеверо-западном участке поселения, на раскопе Б, в запад ной половине квадрата 863 (ил. 1, 2). Строение ориентировано длинной осью по ли нии север–юг и представляло собой четырехугольную в плане заглубленную на 1,00 м «ДОМ КОЛОНИСТА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ от уровня древней погребенной почвы постройку, размерами в чистоте 4,20 6,60 м, АРХАИЧЕСКОЙ БЕРЕЗАНИ с каменными стенами, сооруженными вдоль всех бортов котлована (ил. 3).

Стены шириной 0,50 м были сложены по однослойной двухрядной однолицевой системе из слабо обработанных камней известняка (ил.


4). Промежутки между кладками Начало жилого строительства на античных памятниках Северного Причерноморья и бортами заложены мелким бутом. Нижний ряд стен, высотой 0,55 м, состоял из по архаической эпохи, как известно, характеризуется использованием исключительно ставленных на ребро больших полигональных плит. Выше располагались три-четыре типов заглубленного в землю жилища, в литературе называемых землянками и/или ряда плоских камней, выложенных в постелистой системе кладки, поверх которых уло полуземлянками1. Лучше всего они представлены в археологических материалах жен выравнивающий слой из мелких камней. Выше стены, очевидно, были сложены из Нижнего Побужья2, а более всего на Березанском поселении (Борисфене)3, где откры сырца, на что указывал развал сырцовых кирпичей, прослеженный на линии западной ты самые ранние из такого рода строений, относящиеся к концу VII в. до н. э.4 Пик стены.

земляночного строительства на Березани приходится на первую половину следующего Вход в полуземлянку, устроенный с южной стороны с небольшим смещением столетия5. В это же время, но с меньшим размахом, землянки строят в Ольвии и на ряде к западу от центральной оси жилища, был оформлен в виде четырехступенчатой лест сельских поселений этого региона6, а также на Европейском Боспоре – в Мирмекии, ницы, сложенной из плоских плит. Размеры проступей составили 0,20–0,25 м, разме Пантикапее и Нимфее7. Появление на Борисфене в третьей четверти VI в. до н. э. на ры подступенков – 0,15–0,20 м, ширина марша, по-видимому, достигала 0,90 м. Рядом земных домов греческих планировочных типов8 ознаменовало собой начало нового с лестницей, к западу от нее, в полу была прослежена ямка для столба диаметром 0,15 м, периода жилого строительства в Северном Причерноморье9.

глубиной 0,35 м, вероятно служившая для установки опоры деревянных перил.

Общее число комплексов ранней поры не столь уж велико, учитывая размеры при Стратиграфический анализ заполнения полуземлянки XLI показал, что заполнение брежной зоны, – не более двух сотен землянок/полуземлянок в Нижнем Побужье, котлована и конструкция постройки были нарушены в ряде мест. Юго-восточную часть в основном на Березани10, и около двух десятков такого рода построек на Боспоре11.

жилища на ширину около 1,00 м и глубину 0,35 м прорезала полуземлянка XLII середи Типология большей части земляночных жилищ хорошо известна и неоднократно ны VI в. до н. э. В юго-западной части сооружения заполнение было нарушено ямой освещалась в печати12. Согласно общему мнению, землянки/полуземлянки античных третьей четверти VI в. до н. э., а в центральной части на глубину 0,70–0,80 м повреждено памятников Северного Причерноморья в течение первой половины VI в. до н. э. имели полуземлянкой XLIII конца той же четверти столетия. Северо-восточный угол жилища разные конфигурации в планах и весьма примитивный архитектурный облик и интерь разрушен полуземлянками XLIV и XLV и ямой 46, относившимися к тому же времени.

ер. Их площадь редко превышала 15–18 кв. м, а глубина – 1,20 м. Конструкция кров Заполнение самой полуземлянки XLI на глубину 0,40–0,50 м от верха кладок пред ли заглубленных в землю построек зависела от формы их плана, глубины котлована ставляло собой золистый слой с желтоглинистыми прослойками толщиной 0,08 м, в ко и взаимного расположения вырытых в полу ямок для установки опор. Считается, что тором встречались отдельные камни, многочисленные кости животных и рыб, обломки при круглой в плане постройке крыша была конической с центральным подпорным керамики и который можно охарактеризовать как кухонно-хозяйственный мусор. В его столбом, а при четырехугольной – одно- или двухскатной;

при безраспорном вариан основании залегала плотная глинистая прослойка, возможно образовавшаяся в резуль те – опиравшейся на наземные сырцовые стены, а при распорном – на деревянную тате развала сырцовых стен. На глубине 0,60 м была прослежена обмазка верхнего пола каркасно-столбовую несущую конструкцию. В землянках овальной формы могли соче жилища. Ниже этого уровня заполнение до самого дна котлована состояло из чередую таться оба типа крыши. Кровли, одно- или двухскатные, делались легкими – вероятно, щихся слоев глиняной обмазки и золистых прослоек с угольками и кусочками печины.

из тростника с глиняной стяжкой. Их уклон мог достигать 40–50° 13.

Весь северо-западный сектор жилища занимало скопление печей и очагов (ил. 5).

Часть землянок и полуземлянок, разумеется, могла использоваться для хозяйственных Еще две печки были расположены в его центральной и юго-западной части, а в юго или производственных нужд. Очевидные свидетельства такого их применения извест восточном углу прослежено место для установки переносной жаровни, от огня которой ны (складские помещения, остатки ремесленного производства14 и т. п.), как, впрочем, 216 С. Л. СОЛОВЬЕВ «ДОМ КОЛОНИСТА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ АРХАИЧЕСКОЙ БЕРЕЗАНИ Ил. 1. Полуземлянка XLI. Вид с юга 0 1м Ил. 3. Полуземлянка XLI. Обмерный план и фасы стен Ил. 2. Полуземлянка XLI. Вид с севера 218 С. Л. СОЛОВЬЕВ «ДОМ КОЛОНИСТА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ АРХАИЧЕСКОЙ БЕРЕЗАНИ 0 1м Ил. 4. Восточная стена полуземлянки XLI Вид с северо-запада Ил. 6. Объемно-планировочная реконструкция полуземлянки XLI камни стены в этом месте обгорели и покрылись копотью. Таким образом, в состав отопительно-нагревательных устройств входили шесть печек круглой в плане формы, две – четырехугольной формы и шесть очагов;

также использовались переносные жа ровни. Одновременно могли функционировать одна-две печки и пара очагов, которые сменялись следующим набором устройств по мере износа прежних и вследствие пери одических ремонтов постройки и ее глинобитного пола. Так, думается, могло продол жаться в течение, как минимум, четверти столетия.

Приведу некоторые особенности конструкций вышеперечисленных элементов ин терьера жилища.

Глинобитные печки четырехугольной в плане формы состояли из двух отделений, разделенных перегородкой из обожженного сырца.

Печи круглой в плане формы, отличавшиеся друг от друга только размерами, имели одинаковую конструкцию. Поды печей сложены из плоских камней на подсыпке из ра кушек или морского песка и обмазаны глиной. Сохранившиеся на разную высоту своды также были глинобитными. Устья печей обращены на юг.

Одинаковую конструкцию имели все шесть очагов. Они были сооружены из верх них частей амфор, перевернутых вниз горлом, врытых в пол и обмазанных глиной.

Для этих целей были использованы горла клазоменских и лесбосских сероглиняных и красноглиняных амфор (ил. 7: 1)19.

Переносные жаровни, вылепленные из глины в форме диска с утолщением по краю и с тремя-четырьмя ножками, могли использоваться в течение всего периода жизни Ил. 5. Печи и очаги в северо-западном углу полуземлянки XLI полуземлянки XLI.

Вид с востока 220 С. Л. СОЛОВЬЕВ «ДОМ КОЛОНИСТА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ АРХАИЧЕСКОЙ БЕРЕЗАНИ В материковом полу жилища было прослежено много углублений разного назна чения. С конструкцией сооружения связаны четыре ямки диаметром 0,30 м и глубиной 0,30–0,60 м, расположенные на продольной оси котлована, имевшие коническую фор му и служившие для установки опор, поддерживавших двускатную кровлю. Вероятно, с этой же целью вдоль западной и восточной стен жилища были выкопаны ямки диа метром 0,20 м и глубиной от 0,20 до 0,70 м. Кроме них в полу жилища прослежены еще несколько ямок близкого диаметра, но меньшей глубины, назначение которых неясно.

Серия небольших ямок конической формы обнаружена вдоль западной и южной стен жилища. Все они были диаметром 0,06–0,11 м, глубиной от 0,05 до 0,20 м. Причем ямки, прослеженные вдоль западной стены жилища, вырыты в основании канавки ши риной 0,20–0,24 м и глубиной 0,10 м с почти одинаковым интервалом, близким к 0, 30 м. 0 Подобная система ямок предполагает устройство плетня вдоль западной и, возможно, южной стен полуземлянки, служившего либо для их укрепления, либо для утепления жилища.

С бытом жителей, вероятно, связаны три углубления большого диаметра (0,60–0,80 м), глубиной 0,35–0,40 м, обнаруженные в центральной части и скорее всего служившие для установки сосудов. Другое углубление, уже овальной в плане формы, размерами 1,40 1,00 м, по-видимому, имело хозяйственное назначение.

Наличие углублений в полу постройки, бесспорно связанных с конструкцией кров- ли, позволяет произвести объемную реконструкцию сооружения (ил. 6). Судя по рас- положению ямок для опор конькового прогона, вырытых по продольной оси жили- 2 ща, был применен безраспорный вариант двускатной кровли, опиравшейся на прогон и стены. Помимо этого, дополнительные опоры, видимо, были врыты вдоль боковых стен постройки. Одна боковая – западная – и, возможно, южная торцовая стенки были укреплены плетневой конструкцией, от которой сохранились следы в полу жилища.

Таким образом, учитывая глубину котлована (1,00 м), высоту дверного проема (не менее 1,70 м), угол наклона скатов (как минимум 18–20°), можно предположить, что макси мальная высота строения от уровня пола составила 3,80 м, а высота его над уровнем древней дневной поверхности, соответственно, достигала 2,70 м. У нас нет никаких оснований предполагать наличие помещения/помещений второго этажа.

Статистический анализ керамического материала из заполнения полуземлянки XLI произведен как в целом, так и с учетом ее стратиграфии. Так, в мусорных слоях верх ней части заполнения котлована был найден численно значительный вещественный материал: 3198 обломков керамики. Из них на долю амфорной тары приходилось 73 % обломков, круговой посуды – 25,3 %, лепной керамики – 1,7 %. Соотношение круговой и лепной посуды (без учета амфор) выглядело как 93,8 % к 6,2 %, а соотношение кухон ной круговой и лепной керамики – 77,8 % к 22,2 %. При снятии полов в нижней части заполнения полуземлянки также был найден численно значительный вещественный материал. Однако его статистическая оценка существенно отличалась от предыдущей. Из 2216 обломков керамики на долю амфорной тары приходилось 87,8 % фрагментов, круговой посуды – 7,7 %, лепной керамики – 4,5 %. Соотношение круговой и лепной 0 посуды (без учета амфор) – 63 % к 37 %, а соотношение кухонной круговой и лепной керамики – 3,9 % к 96,1 %. Кроме этого, интересно отметить тот факт, что в составе Ил. 7. Керамические находки из полуземлянки XLI. Первая половина VI в. до н. э. ГЭ круговой посуды (без учета амфор) удельный вес кухонной керамики довольно зна- 1 – горло лесбосской амфоры;


2–9 – восточно-греческая керамика;

10–14 – амфоры Клазомен, Милета, Лесбоса и Самоса чителен (20 %), причем находки последней, а также большей части лепной посуды, 222 С. Л. СОЛОВЬЕВ «ДОМ КОЛОНИСТА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ АРХАИЧЕСКОЙ БЕРЕЗАНИ Ил. 12. Чаша. Иония. Вторая четверть VI в. до н. э. ГЭ Ил. Ил. 13. Чаша. Иония. Первая четверть VI в. до н. э. ГЭ Ил. Ил. Ил. 8. Кратер LWG Клазомены или Теос Первая половина VI в. до н. э. ГЭ Ил. 9. Стенка кратера LWG Северная Иония Первая половина VI в. до н. э. ГЭ Ил. 10. Край блюда LWG Северная Иония Первая половина VI в. до н. э. ГЭ Ил. 11. Тарелка LWG Северная Иония Первая половина VI в. до н. э. ГЭ Ил. 14. Чаша. Иония или местное производство. Первая половина VI в. до н. э. ГЭ Ил. 224 С. Л. СОЛОВЬЕВ «ДОМ КОЛОНИСТА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ АРХАИЧЕСКОЙ БЕРЕЗАНИ концентрируются главным образом в северной половине полуземлянки, то есть там же, где находится скопление печей и очагов. Все это, безусловно, свидетельствует о функ циональном членении площади жилища на кухонную и жилую зоны.

Как видно из приведенных соотношений, обломки амфорной тары составляли больше половины всех керамических находок. Они представлены преимущественно фрагментами хиосских амфор с раскраской и белой обмазкой, а также клазоменских, милетских, самосских и лесбосских амфор (ил. 7: 10–14)20.

В составе круговой посуды можно выделить следующие группы архаической прос той – сероглиняной и красноглиняной – и расписной керамики первой половины VI в. до н. э.: восточногреческой (ил. 7: 2, 3, 5–9, 8–13)21, хиосской (ил. 15)22, коринфской (ил. 16)23 и чернофигурной ионийской (ил. 17)24.

Большое разнообразие форм и орнаментации наблюдается в комплексе лепной ке рамики25, в котором, кроме того, представлены сосуды как лесостепного скифского, так и гето-фракийского облика. К первым могут быть отнесены фрагменты слабопрофи лированных сосудов бочковидной и тюльпановидной формы с налепными валиками Ил. 15 с пальцевыми вдавленями и проколами (ил. 18)26, обломки сосудов большого размера с подобной орнаментацией, фрагменты мисок с лощением. Лепная керамика второй группы представлена обломками сосудов баночной формы с налепными валиками с пальцевыми вдавлениями, фрагменты лощеных мисок с орнаментом в виде косых кан нелюр (ил. 19)27, обломками лощеных корчаг с выделенным горлом. В составе лепной керамики встречаются также сосуды без орнамента (ил. 20)28, обломки крышек.

Среди прочих находок следует отметить большое количество глиняных пряслиц разной формы (ил. 21: 2–9)29, часть которых сделана из стенок сосудов. Также найдены шесть бронзовых наконечников стрел (ил. 22: 1–3, 5–7)30, монета-стрелка (ил. 22: 8)31, бронзовая булавка (ил. 22: 4)32, железный нож (ил. 22: 9)33, игральная кость (ил. 21: 1) и поделка в виде фаллоса из ручки лесбосской амфоры (ил. 21: 10)35.

Судя по стратиграфическим наблюдениям и датировке керамических материалов, полуземлянка XLI функционировала с начала второй четверти до середины VI в. до н. э.

Постройки, синхронные и отчасти сходные с березанской, в настоящее время из вестны лишь в двух пунктах Северного Причерноморья: в Нижнем Побужье на посе Ил. 16 Ил. лении Широкая Балка в окрестностях Ольвии36 и на Боспоре – в Мирмекии37. Как мне представляется, имеются веские основания рассматривать такие строения первых трех четвертей VI в. до н. э. как жилища типа «дом колониста»38.

Ил. 15. Кубок Animal Chalice Согласно С. Д. Крыжицкому39, северопричерноморский вариант так называемого Хиос. Первая четверть дома колониста представлял собой преимущественно однокамерную изолированную VI в. до н. э. ГЭ прямоугольную в плане земляночную или полуземляночную, реже полуподвальную Ил. 16. Стенка котиллы LC или наземную, постройку. Под это определение, разумеется, подпадает все жилое стро Коринф. Вторая четверть ительство раннего периода в регионе, как земляночное, так и наземное, что полностью VI в. до н. э. ГЭ укладывается в систему взглядов этого исследователя на характер домостроительства на северном побережье Черного моря в античную эпоху40. Оставляя в данный момент Ил. 17. Стенка ионийской чаши Little Master в стороне этнокультурную оценку земляночного строительства, вызывающую на Около середины VI в. до н. э. ГЭ иболее острую дискуссию среди исследователей41, а потому требующую особого рассмотрения, можно констатировать лишь тот факт, что вышеописанное жилище Ил. 18. Край лепного горшка Березанского поселения по целому ряду конструктивных особенностей более всего Первая половина VI в. до н. э. ГЭ соответствует вышеприведенному определению. Среди этих черт наиболее важными Ил. 226 С. Л. СОЛОВЬЕВ «ДОМ КОЛОНИСТА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ АРХАИЧЕСКОЙ БЕРЕЗАНИ 2 Ил. 19. Край лепной миски Ил. 20. Лепная чаша Первая половина VI в. до н. э. ГЭ Первая половина VI в. до н. э. ГЭ представляются следующие: сравнительно большая площадь постройки, четкость разбивки плана, несущие каменно-сырцовые стены сложной кладки, необычность внутреннего оформления и его деталей. Очевидно также и то, что вышеописан ный строительный комплекс не имеет аналогий среди памятников местных культур 7 Северного Причерноморья. Их поиски, вероятно, следует вести в самой Ионии, ско рее в ее северной части, где похожие постройки существовали еще в позднегеомет рический период. Однако уже во время, не столь отдаленное от интересующего нас периода истории Березани или почти тогда же, во многом сходные хозяйственные и жилые строения сооружались в Клазоменах42.

Ранее уже высказывалось мнение о знакомстве ионийцев с идеей заглубленного в землю жилища еще до их прибытия в Северное Причерноморье, а в качестве при мера приводились грунтовые сооружения Ликии, Памфилии, Киликии и Фригии43.

Не отрицая данного факта археологии Анатолии раннего железного века, население которой действительно в то время практиковало строительство заглубленных в землю жилых и хозяйственных построек44, и даже допуская обретение некоего знания о такого рода строительной практике греческими купцами, проникавшими в центральные райо Ил. 21. Находки из полуземлянки XLI ны Малой Азии, все же можно предположить, что их внимание и торговые интересы 1 – игральная кость, 2–9 – пряслица, 10 – фаллос из ручки амфоры в большей мере были обращены к центру города, в частности, того же Гордиона, за строенного наземными домами типа мегарона, планировочный принцип которого имел широкое применение в ионийской архитектуре45. Выходцы из глубинных райо- попадавшей на Березанское поселение в первой половине VI в. до н. э.48, – свидетель нов могли попадать разными путями в прибрежные районы и даже в состав населе- ства широкого диапазона торговых связей колонистов и пестроты их этнического со ния греческих городов – крупных центров транзитной торговли. Находки в них лидий- става;

в их числе могли оказаться и выходцы из Анатолии.

ской и фригийской керамики46, безусловно, указывают на это. Также нельзя исключать Косвенным свидетельством принадлежности изучаемой постройки выходцу из возможность участия отдельных представителей местного анатолийского населения Малой Азии – греку или не греку – может служить относительно богатый набор распис в дальних морских плаваниях греков, в частности в Северный Понт. Находка на Березани ной и простой привозной столовой посуды. Кроме того, хозяин жилища также широко лидийского ювелирного штампа конца VII в. до н. э.47, отдельные образцы керамики пользовался в своем быту местными лепными сосудами, среди которых, однако, пред анатолийского, вероятно, фригийского происхождения в составе импортной посуды, почитал изделия более высокого качества. По мнению Г. Р. Цецхладзе49, строительство 228 С. Л. СОЛОВЬЕВ «ДОМ КОЛОНИСТА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ АРХАИЧЕСКОЙ БЕРЕЗАНИ 1 2 Ил. 23. Полуземлянка XLVII. Вид с севера тесным образом связанных с Лидией и Фригией. Наличие в березанском заглубленном жилище, которому посвящена настоящая статья, большого количества североионийской керамики, по всей видимости из мастерских Клазомен или Теоса, и отмеченные выше черты его сходства с постройками этого района Ионии, а также Фригии, делает такое предположение вполне допустимым.

_ Крыжицкий С. Д. Жилые дома античных го- Буйских С. Б. Земляночное домостроительст родов Северного Причерноморья. Киев, 1982. во эпохи колонизации Северного Причер 9 С. 11–14. номорья (на примере Нижнего Побужья) // 5 6 7 Крыжицкий С. Д., Русяева А. С. Найдавнiшi жит- БИ. 2005. [Вып.] IX. С. 3–21. В дополнение ла Олвi // Археологiя. 1978. [№] 28. С. 3–26;

замечу, что во все последующие периоды ан Крыжицкий С. Д., Буйских С. Б., Бураков А. В., тичной эпохи почти повсеместное сочетание Отрешко В. М. Сельская округа Ольвии. типов грунтовых и наземных сооружений Киев, 1989. С. 41–52;

Марченко К. К., Доман- являлось характерной чертой жилого стро ский Я. В. Античное поселение Старая Бог- ительства Нижнего Побужья (Козуб Ю. I. Пе Ил. 22. Металлические находки из полуземлянки XLI дановка 2 // АСГЭ. 1981. [№] 22. С. 62–75;

редмiстя Ольвi // Археологiя. 1979. [№] 29.

1–3 – бронзовые наконечники стрел, 4 – бронзовая булавка, 5–7 – бронзовые Они же. Античное поселение Куцуруб 1 // С. 3–33;

Марченко K. K., Соловьев С. Л. К ти наконечники стрел, 8 – медная монета-стрелка, 9 – железный нож АСГЭ. 1986. [№] 27. С. 48–61;

Русяева А. С. пологии строительных комплексов Ниж Деякi риси культурно-iсторичного розвитку него Побужья IV в. до н. э. // КСИА. 1988.

Пiвнiчно-Захiдного Причорномор’я в VII– Вып. 194. С. 49–54;

Головачева Н. В., Марчен заглубленных в землю жилищ на вновь осваиваемых территориях было характерной V ст. до н. е. // Археологiя. 1979. [№] 30. ко K. K., Рогов E. Я., Соловьев С. Л. Античное особенностью милетских колонистов, что, разумеется, согласуется с античной пись С. 3–18;

Соловьев С. Л. Особенности домо- поселение Козырка 12 (классический пе менной традицией об основании Милетом большей части причерноморских колоний, строительства Нижнего Побужья VI – нача- риод) // КСИА. 1991. Вып. 204. C. 66–70;

в которых на сегодняшний день известно земляночное строительство. Между тем нельзя ла III в. до н. э. в контексте греко-варварского Соловьев С. Л. Новые данные о типологии не отметить, что большая часть керамического импорта в Северное Причерноморье взаимодействия в Северо-Западном Причер- жилищ Березанского поселения в классиче в первой половине VI в. до н. э. поступала из городов Северной Ионии, отчасти номорье // Античная цивилизация и варвар- скую эпоху // СА. 1995. Вып. 1. С. 121–132;

Эолии и Троады50 и, возможно, не только при посредничестве милетских купцов, ский мир: Материалы III Археологического Solovyov S. L. Ancient Berezan: The Architec но и при непосредственном участии выходцев из вышеназванных районов51, самым семинара. Ч. 1. Новочеркасск, 1992. С. 44–52;

ture, History and Culture of the First Greek 230 С. Л. СОЛОВЬЕВ «ДОМ КОЛОНИСТА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ АРХАИЧЕСКОЙ БЕРЕЗАНИ Colony in the Northern Black Sea. Leiden;

итоги исследования юго-восточной части поселения в момент создания его городской auf Berezan // Eikon. 1996. 4. S. 21;

Доман New York;

Kln, 1999. (Colloquia Pontica. Верхнего города Ольвии // Никоний и ан- планировочной структуры, приходившийся ский Я. В., Марченко К. К. Базовая функция Vol. 4). P. 116–127;

ср.: Крыжицкий С. Д. Жи- тичный мир Северного Причерноморья. на третью четверть VI в. до н. э. (Копейкина Л. В. раннего Борисфена // Borysthenika-2004.

лые дома… С. 151), что заметно отличает Одесса, 1997. С. 123. Особенности развития… С. 197;

Соловьев С. Л. Николаев, 2004. С. 23–28) мастерские, от его от других прибрежных районов Север- Виноградов Ю. А. Ранние комплексы Мирме- Периодизация… С. 157;

Solovyov S. L. Ancient крытые на Березанском поселении.

ного Причерноморья. В связи с этим, одна- кия // Вопросы истории и археологии Бос- Berezan… P. 64 ff.;

ср.: Крыжицкий С. Д. Жи- «Столики» как элемент интерьера заглублен ко, следует обратить внимание на тот факт, пора. Воронеж;

Белгород, 1991. С. 11–19;

лые дома… С. 30). ного в землю жилища встречены на многих что в последнее время и там, в частности на Он же. Еще одна архаическая полуземлянка Соловьев С. Л. Строительные комплексы ар- памятниках Нижнего Побужья (Крыжицкий Боспоре, появилось немало свидетельств из Мирмекия // БС. 1994. № 4. С. 59–64;

хаической Березани: анализ архитектурно- С. Д., Русяева А. С. Найдавнiшi житла… С. 8.

о земляночном строительстве классического Он же. Греческая колонизация и греческая строительных традиций: Дисс. … канд. ис- Ил. 8;

Козуб Ю. I. Указ. соч. С. 15–16. Ил. 12;

и эллинистического времени (Федосеев Н. Ф. урбанизация Северного Причерноморья // торических наук. Л., 1989. Рукописный архив Марченко K. K., Доманский Я. В. Указ. соч.

Поселение Госпиталь // Проблемы археоло- Скифский квадрат (Stratum Plus. № 3). СПб.;

ИИМК РАН. Ф. 35. Оп. 2. Д. 4411. С. 7–8. С. 64). На Березани эти сооружения, обна гии и истории Боспора. Керчь, 1991. С. 29– Кишинев;

Одесса, 1999. С. 101–115;

Толсти- Бутягин А. М. Земляночное строительство на руженные в более чем 20 полуземлянках, 31;

Виноградов Ю. А. Мирмекий // Очерки ков В. П. Пантикапей – столица Боспора… архаическом Боспоре (генезис и развитие) // имели следующую конструкцию. Так назы археологии и истории Боспора. М., 1992. С. 59–62;

Он же. Ранний Пантикапей в све- Боспорский феномен: колонизация региона, ваемый столик обычно представлял собой С. 107;

Толстиков В. П. Пантикапей – столица те новых археологических исследований // формирование полисов, образование госу- глинобитную площадку длиной 0,70–1,00 м, Боспора // Очерки археологии и истории ДБ. 2001. № 4. С. 385–426;

Бутягин A. M. дарства. СПб., 2001. С. 39. Здесь не учитыва- шириной 0,50–0,90 м и высотой 0,20–0,50 м, Боспора. M., 1992. С. 76–77;

Соловьев С. Л., О переходе к каменному домостроительству ются грунтовые сооружения последней трети часто облицованную плоскими камнями.

Бутягин А. М. Землянки на хоре Нимфея // на городище Мирмекий // STRATUM+ПАВ. VI – первой трети V в. до н. э., которые стро- Края площадки оформлены в виде бортиков РА. 1998. [№] 2. С. 138–148;

Шепко Л. Г., Ку- СПб.;

Кишинев, 1997. С. 94–100;

Он же. Мир- ились преимущественно на сельской терри- шириной и высотой около 0, 10 м. В редких ликов А. В., Соловьев С. Л. Землянки на хоре мекий в период архаики // ТС. 2000. № 3. тории греческих полисов Северо-Западного случаях ее поверхность бывает обожжена Акры // Боспор Киммерийский и варвар- С. 142–144;

Butjagin A. M. Archaic Dug-outs Причерноморья и Боспора и в меньшей мере и покрыта слоем угольков и золы. «Столи ский мир в период античности и средневе- at Nymphaion // Archeologia. 1998. N 48. на периферии городской застройки. ки», как правило, располагались в южной ковья. Материалы IV Боспорских чтений. P. 61–70. По сравнению с Нижним Побужьем Последние обзоры литературы по дискус- половине жилища у борта котлована. Весьма Керчь, 2003. С. 234–239. количество открытых на Боспоре землянок сионным вопросам, касающимся характера часто рядом с ними можно обнаружить одну Лапин В. В. Греческая колонизация Северно- этого времени невелико, но их число мед- и особенностей земляночного строительст- или две ямки для установки больших сосу го Причерноморья. Киев, 1966. С. 153–159;

ленно и неуклонно растет с каждым новым ва Северного Причерноморья архаической дов типа амфор или лепных горшков. Мне Он же. Березань и проблемы генезиса Севе- сезоном археологических раскопок в этих го- эпохи, см.: Dupont P. Habitat grec du Pont- ния исследователей о назначении «столиков»

ропричерноморской цивилизации (НА ИА родах (Толстиков В. П. Ранний Пантикапей… Euxin: quelques pierres d’achoppement // существенно разнятся. Одни предлагают НАНУ). Киев, 1978. Ф. 24. № 1. С. 114–134;

С. 388–390;

Толстиков В. П., Журавлев Д. В., Pallas N 58: Habitat et urbanisme dans le monde рассматривать их как культовые сооруже Копейкина Л. В. Особенности развития посе- Ломтадзе Г. А. Новая землянка в Пантика- grec de la n des palais Myceniens la prise de ния (Козуб Ю. I. Указ. соч. С. 16), другие – ления на о. Березань в архаический период пее // Боспор Киммерийский и варварский Milet (494 av. J.-C.). Toulouse, 2002. P. 285– как бытовые (Крыжицкий С. Д., Русяева А. С.

(по результатам раскопок на Северо-запад- мир в период античности и средневековья. 293;

Tsetskhladze G. R. On the Earliest Greek Указ. соч. С. 9), например, как место для ус ном участке) // СА. 1981. № 1. С. 192–208;

Материалы IV Боспорских чтений. Керчь, Colonial Architecture in the Pontus // Pontus тановки переносной жаровни (Лапин В. В.

Мазарати С. Н., Отрешко В. М. Полуземлянки 2003. С. 259–266;

Бутягин А. М. Мирмекий and the Outside World Leiden;

Boston, 2004. Дослiдження на о. Березанi в 1969 р. // АИУ и землянки // Культура населения Ольвии в период архаики // Греки и варвары на (Colloquia Pontica. Vol. 9). P. 225–278;

Буй- за 1969. Киев, 1972. № 4. С. 158). Как мне и ее округи в архаическое время. Киев, 1987. Боспоре Киммерийском в VII–I вв. до н. э. ских С. Б. Земляночное домостроительст- представляется, при отсутствии других диа С. 8–17;

Доманский Я. В., Виноградов Ю. Г., СПб., 2006. С. 26–31). во… С. 3–21. гностирующих материалов более оправдан Соловьев С. Л. Основные результаты ра- Копейкина Л. В. Особенности развития… Крыжицкий С. Д. Жилые дома… С. 13–14. ным было бы отнести «столики» к разряду 8 бот Березанской экспедиции // Итоги С. 197;

Solovyov S. L. Ancient Berezan… P. 64 ff.;

Это, прежде всего, железоделательные (Ла- полифункциональных сооружений. Очевид работ археологических экспедиций Госу- ср.: Крыжицкий С. Д. Архитектура античных пин В. В. Раскопки поселения на острове Бе- но также и то, что как элемент внутреннего дарственного Эрмитажа. Л., 1989. С. 33–60;

государств Северного Причерноморья. Киев, резань в 1960 году // КСИА АН УССР. 1961. оформления жилища «столики» оказались Solovyov S. L. Op. cit. P. 28–63. 1993. С. 42. Вып. 2. С. 47;

Он же. Березань и проблемы характерной особенностью земляночного Соловьев С. Л. Периодизация жилого стро- Согласно мнению С. Д. Крыжицкого (Жи- генезиса… С. 223;

Мазарати С. Н., Отреш- строительства Нижнего Побужья. В других 4 ительства античной Березани // АВ. 1995. лые дома… С. 151–152), это был лишь после- ко В. М. Полуземлянки и землянки // Куль- регионах Северного Причерноморья они не № 4. С. 153–155. дующий этап первого периода северопри- тура населения Ольвии и ее округи в арха- известны. Как показали археологические ма Там же. С. 155–156. черноморского домостроительства. С этим ическое время. Киев, 1987. С. 8–17;

Доман- териалы Березанского поселения, появление Крыжицкий С. Д., Буйских С. Б., Отрешко В. М. трудно согласиться, если принять во вни- ский Я. В. Работы Березанской экспедиции // такой детали интерьера произошло здесь не Античные поселения Нижнего Побужья (ар- мание кардинальный и практически едино- АО за 1983. М., 1985. С. 272;

Solovyov S. L. ранее середины VI в. до н. э., а наиболее ши хеологическая карта). Киев, 1990. С. 10 сл.;



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.