авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 21 |

«IV ВСЕРОССИЙСКИЙ ФОРУМ ЗДОРОВЬЕ НАЦИИ ОСНОВА ПРОЦВЕТАНИЯ РОССИИ МАТЕРИАЛЫ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИХ КОНГРЕССОВ IV ВСЕРОССИЙСКОГО ...»

-- [ Страница 3 ] --

3. Главный приоритет – профессиональное долголетие педагога, которое достигается путём гармонизации личности, понимаемой как процесс постепенного преодоления и изжи вания невротических компонентов собственного мира, согласованности интегральных ха рактеристик личности. Педагог-психолог ДОУ проводит с воспитателями тренинг мышечно го расслабления, релаксационные упражнения, разогревающие игры, которые способству ют снижению напряжения и утомляемости. Психолог обучает педагогов методам саморегуляции. Полезны организация тренингов на обучение воспитателей приёмам вос приятия, познания, понимания, самопрезентации, самоанализа, самоконтроля. Решение ситуационных задач и знакомство с психотехническими играми. Однако организация педа гогом-психологом тренингов предусматривает соответствующее обучение его проведению групповых тренингов. Уголок психологической разгрузки (мягкая, удобная мебель, аквари ум, магнитофон и успокаивающая цветовая гамма (зелёный цвет)) в кабинете психолога будет способствовать гармонизации личности педагога.

Таким образом, первостепенной задачей стоит активизация механизмов личностной са морегуляции педагогов – проводников духовно-нравственной культуры, что обеспечит повы шение уровня их профессионального здоровья и достойный уровень развития, обучения, воспитания будущего поколения.

КАЧЕСТВЕННАЯ ПОДГОТОВКА ПСИХОЛОГОВ КАК УСЛОВИЕ ЗДОРОВЬЯ НАЦИИ Дерябина О.М.

МГГУ им. М.А. Шолохова, г. Москва Сейчас, наверное, никто не станет оспаривать роль психологии как науки и как практики в поддержании (и формировании) психического здоровья нации. Хотя в начале семидесятых годов прошлого века, когда многие из нас в неё только входили, психология представляла собой исключительно науку – притом, именно фундаментальную, а не прикладную. Этому, безусловно, способствовали такие факторы, как а) подготовка психологов только на факуль тетах психологии Университетов (на 1970-й год – лишь трех (!) по всему Советскому Союзу:

Московском, Ленинградском и открывшемся тогда факультете психологии Ярославского университета);

б) «отпочковывание» психологии от философии и в) единообразие учебных программ, по которым готовили этих специалистов.

Однако, уже в восьмидесятые годы, когда психология оказалась не только фундаменталь ной и прикладной наукой, но и начала активно проникать в повседневную жизнь (в частности, через консультативную – индивидуальную и групповую – практику) качество подготовки психо логов стало проблемой.

Именно в эти годы появились сначала «девятимесячные», а потом и двух-трехгодичные (более адекватные) курсы получения второго – психологического – обра зования на тех же имеющихся факультетах психологии. Встала проблема аттестации (серти фикации) уже дипломированных психологов, которая первоначально была поднята в Ассоциа ции психологов практиков (АПП, 1988 г.), а позже была подхвачена Российским психологичес ким обществом (РПО, 1996 г.). Разрастанию проблемы, безусловно, способствовал рост частного предпринимательства на ниве практической психологии, при котором «целители»

разного рода (включая ведьм, магов и колдунов) стали называть себя психологами.

К настоящему моменту только в Москве имеется около семидесяти (!) факультетов пси хологии – и, конечно, не меньшее количество по всей России. Нетрудно представить себе, сколько «психологов» они выпускают, если отметить, что бывший некогда эталонным факуль тет психологи МГУ им. М.В. Ломоносова даёт путевку в жизнь самому малому в сравнении с другими факультетами количеству психологов – около трехсот человек в год (против ста пятидесяти в семидесятые годы). Таким образом становится очевидной актуальность вопро са о качестве подготовки специалистов нашего профиля.

Краеугольными камнями качества подготовки являются программы, по которым готовят студентов-психологов (и, соответственно, учебные планы каждого учебного заведения, включая процесс их формирования) – т.е. ЧТО делается для подготовки специалистов-пси хологов, – и процесс обучения КТО и КАК это делает.

Оставляя сейчас в стороне вопросы ЧТО и КТО, попробуем затронуть вопрос КАК, сде лав акцент на такой традиционно важной для психологов части подготовки как дипломная работа, которая опять же традиционно рассматривалась как исследовательская. Анализ этой проблемы автор проводит на основе своей почти семилетней преподавательской дея тельности на факультете психологии МГОПУ (теперь – МГГУ) им. М.А. Шолохова, три года из которых отвечал за курсовые и дипломные работы студентов, а также сравнения с подхода ми к этой проблеме как на своем собственном факультете (разработки А.Ф. Ануфриева, 2002, и Н.А. Бакшаевой, 2001), так и на кафедре социальной психологии факультета психо логии МГУ им. М.В. Ломоносова (разработка О.В. Соловьевой «Требования к дипломным ра ботам, выполненным на кафедре социальной психологии» и участие в обсуждениях по дан ному вопросу в 2005 году).

Итак, на факультете психологии МГГУ им. М.А. Шолохова к настоящему моменту • дипломная работа студента НЕ ЯВЛЯЕТСЯ результатом его научных и практических изысканий на протяжении ВСЕГО времени обучения на факультете. Она – результат лишь по следнего года обучения, когда пишется курсовая и (!) дипломная работы по специальности;

• в остальные годы пишутся курсовые работы (а лучше сказать, рефераты) по общеобра зовательным дисциплинам (напр., общая психологи, детская психология), которыми никто НЕ РУКОВОДИТ (их проверяют);

• студент выбирает ТЕМУ, а не руководителя;

• каждый руководитель обязан предложить громадный (не менее 30-ти) список тем, ко торыми он может руководить;

• любому руководителю может быть вменено в обязанность руководить практически лю бой темой – независимо от того, он её предложил или его дальний коллега;

• вследствие большого числа выпускаемых с разных форм обучения студентов (пятилет ние: дневное, вечернее, сессионное, и укороченные – трехлетние – вечернее и сессионное), на каждого руководителя приходится не менее десятка (а на некоторых – до четырех (!) де сятков) дипломников в год.

Без сомнения, было бы более продуктивно, если бы дипломная работа студента ЯВЛЯ ЛАСЬ результатом его научных и практических изысканий на протяжении ВСЕГО времени обучения на факультете. Другими словами, чтобы студенты, начиная с первого-второго кур са, писали бы ПРЕЕМСТВЕННЫЕ курсовые работы – по выбранной теме, независимо от то го, к какому разделу психологии она относится. Кроме того, следовало бы ввести РУКОВОД СТВО курсовыми работами, а не просто их проверку (курсовая работа – не реферат, а работа исследовательская, поэтому, безусловно, нуждается в руководстве. Именно потому, что кур совыми работами пока что не руководят, а только их проверяют, к дипломной работе студен ты часто не готовы).

В этом случае и студентам, и деканату было бы проще определяться со специализаци ей: написав одну-две курсовые по выбранной теме, студент к моменту выбора специализа ции уже понимал бы, ЧТО он выбрал, верно или неверно, а также мог бы уже оценивать каче ство научного руководства им.

Такой подход предполагает, однако, выбор не темы, а научного руководителя. Следует отметить преимущества выбора не по теме, а по научному руководителю:

• преподаватель руководит только теми темами, которые он сам заявил (или сформули ровал со студентами) – т.е. только теми, которые реально лежат в сфере его научных интере сов;

• студенты, пишущие по одной теме, сконцентрированы в руках одного (или – иногда – нескольких) руководителя, что:

1. облегчает контроль за «списыванием» как из Интернета или друг у друга, так и у пре дыдущих поколений студентов (в т. ч. студентов других вузов);

2. реально помогает преподавателю в работе над его научной темой, давая в его распо ряжение рабочие руки;

3. помогает преподавателям (в случаях, когда одну тему заявили несколько преподава телей) в налаживании научного обмена между собой;

4. облегчает установление баланса между различными темами (в настоящий момент почти 70% студентов нашей кафедры выбирают тему «Психологические аспекты подбора персонала в организацию», и соответственно, эта тема распределена между почти десятком научных руководителей);

5. делает очевидным для самого преподавателя количество студентов, выбирающего его своим научным руководителем («обратная связь» руководителю), а также 6. делает очевидным распределение студентов между руководителями (помощь деканату);

7. повышает контроль над качеством научного руководства;

8. делает преподавателя хозяином в вопросе брать или не брать данного студента в ка честве дипломника;

9. организует здоровую конкуренцию между научными руководителями, занимающими ся сходной проблематикой;

10. повышает активность студентов: известных и хороших руководителей будут разби рать в первую очередь, поэтому придется пошевеливаться.

• В этом случае нет необходимости заявлять по нескольку десятков тем на руководите ля: каждый преподаватель, заявляя свою, весьма широкую, тему, затем дробит ее в соответ ствии со своими научными интересами и возможностями конкретных студентов. В результа те переформулировки темы парой «студент-научный руководитель» количество тем дипломных работ оказывается почти таким же, как и количество студентов.

• Кроме того, активизируется процесс выбора темы: студент, выбравший тему, ВЫНУЖ ДЕН сразу искать контакт с потенциальным научным руководителем, в противном случае он рискует «не войти в приказ» – т. е. остаться без темы, либо войти в приказ с темой и руково дителем, о которых он ничего не знает.

Такой порядок выбора тем будет также способствовать а) знакомству студентов с препо давательским составом факультета и отдельных кафедр, б) вовлечению студентов в реаль ную исследовательскую работу, в) укреплению научно-исследовательской работы факульте та психологии в целом. Кроме того, при таком порядке студенту предоставляется большая самостоятельность и, главное, на него возлагается большая ответственность (весь процесс выбора и согласования темы с научным руководителем).

Безусловно, немаловажным является вопрос о критериях оценки дипломной работы, ко торый следует рассматривать (и рассматривается нами, в т.ч. со студентами при ознакомле нии их с возможными темами курсовых и дипломных работ) в частности на конкретных при мерах самих дипломных работ, отзывов (научных руководителей) и рецензий на них.

Поставленные проблемы имеют весьма широкий спектр возможных решений. Один из выходов – тот, который помнят старожилы факультета (факультету в прошлом учебном году исполнилось10 лет): студент может сам выбрать, защищать ему дипломную работу или сда вать еще один государственный экзамен.

Всё это можно обобщить следующим образом: нужно УЧИТЬ студентов научно-исследо вательской работе, в противном случае выпускаемые нами специалисты ничем не будут от личаться от целителей тети Маши и дяди Пети, действующими таким или другим образом только на основе своей «сверхмощной интуиции», оказывающейся на поверку элементарной безграмотностью. Которая, конечно же, не слишком способствует укреплению здоровья – как физического, так и психического. Как отдельного индивида, так и всей нации.

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ АДАПТАЦИЯ К СТРЕССОГЕННЫМ ФАКТОРАМ ГЛОБАЛИЗАЦИИ И СОХРАНЕНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ЗДОРОВЬЯ Дикая Л.Г.

Институт психологии РАН, г. Москва В связи с радикальными изменениями, происходящими в экономике и общественной жизни России, актуализируются проблемы психологии труда, касающиеся психического и профессионального здоровья, формируется особая область исследования, пересекающа яся с более общей проблематикой социальной адаптации личности.

В процессе глобализации еще более возрастает несоответствие между требованиями со стороны глобализационных процессов к человеку как субъекту профессиональной дея тельности и его адаптационными возможностями. Пока для большинства людей в нашей стране проблемы глобализации не всегда осознаваемы, последствия глобализации как бы отдалены по времени и часто не прогнозируемы. Однако такая отчужденность к проблемам глобализации является временной и часто кажущейся, так как чувство неопределенности от носительно своего будущего и будущего планеты уже сейчас является не только фактором разного рода напряженности и конфликтности, но и фактором понимания необходимости объединения усилий в преодолении отрицательных последствий глобализации.

Но уже в настоящее время глобализация выступает как мощный социально-психологи ческий стрессогенный фактор, дезорганизующий профессиональное пространство и, как следствие, личность профессионала.

Если профессиональные стрессы, возникающие у субъекта труда в процессе выполнения напряженной и ответственной работы, включая ви тальный стресс, вызванный угрозой для жизни, действуют преимущественно в процессе профессиональной деятельности и осознаются субъектом, то психосоциальные стрессоры глобализации, вызывающие состояния напряженности, социальной фрустрации, неопреде ленности, неуверенности, страха в связи с предполагаемой в отдаленном будущем угрозой для жизнедеятельности как отдельного человека, так и популяции в целом, воздействуют на человека постоянно – вне и в процессе его профессиональной деятельности и часто не осо знаются человеком. Эти стрессоры носят пролонгированный и подпороговый характер, но под их кумулятивным воздействием еще до начала работы у работающего человека воз никает предстрессовое состояние, приводящее к значительному снижению порога стрессо вой реактивности. Когда степень выраженности предстрессовых состояний становится очень высокой, субъективная значимость обычных профессиональных факторов может либо резко возрастать и вызывать у работающего человека развитие состояний тревоги, аффек та или агрессии, либо снижаться, и тогда человекам могут овладевать состояния безразли чия, равнодушия. В любом случае это приводит к недооценке или переоценке им значимос ти ситуаций, возникающих в профессиональной деятельности, к ошибкам в принятии ответственных решений, к потере личностного и профессионального здоровья. Под влияни ем виртуальных стрессоров глобализации может не только возрастать стресогенность фак торов, типичных для профессиональной среды, но и даже обычные условия и ситуации про фессиональной деятельности могут становиться стрессогенными, что нарушает процессы профессионализации и усиливает деформационные процессы в личности профессионала.

Наши данные подтвердили решающую роль профессиональной адаптации в сохранении психического здоровья личности профессионала.

Это обусловливает возрастание интереса к проблемам профессионального и личност ного здоровья адаптации, к поиску критериев его приспособления к реальности и раскрытию его возможностей по овладению с нею.

Роль и место психической адаптации человека в поддержании психического здоровья в профессиональных и социальных условиях глобализации исследовались нами с точки зре ния разрабатываемых в современной психологической науке системного и полисистемного подходов (Б.Ф. Ломов, В.А. Барабанщиков, Д.Н. Завалишина), психологических концепций здоровья, разрабатываемых в отечественной психологии (Б.И. Ананьев, Б.С. Братусь, Е.Р. Калитиевская, Ю.М. Орлов и др.), в гуманистической и трансперсональной психологии (Г. Олпорт, А. Маслоу, К. Роджерс, С. Гроф и др.).

Известно, что мотивационно-ценностные детерминанты могут выступать в качестве факторов развития адаптации в целом, выполняя на разных этапах адаптации, как подчинен ную, так и ведущую или «системообразующую» функции (Ломов, 1984). Даже те профессио налы, которые отмечают общий положительный исход процесса глобализации, испытывают страх, неуверенность и недоверие к происходящим изменениям – неготовность к стреми тельным изменениям. Большая часть успешных профессионалов, стремящихся к професси ональной самореализации, отмечают свою готовность отъезда в другую местность или стра ну, чтобы только остаться в профессии.

В результате проведенных нами теоретических и эмпирических исследований деятель ности и состояния субъекта сложной профессиональной деятельности в экстремальных ус ловиях было установлено, что в экстремальных и стрессогенных условиях ведущую роль в сохранении психического здоровья профессионала выполняют регуляторные механизмы, относящиеся к разным психологическим системам. Анализ перестроек во взаимодействии этих регуляторных систем в процессе адаптации, подтвердили нашу гипотезу, что формиро вание здоровья профессионала как процесса и как системы обеспечивается взаимовлияни ем механизмов регуляции психологической и физиологической природы, ведущая роль в ко тором отводится механизмам личностной активности самого субъекта по саморегуляции своего психического состояния и деятельности.

Изучение специфики их проявления в процессе адаптации к экстремальным факторам профессиональной среды показало, что для исследования адаптации к глобализационным процессам, которые оказывают стрессогенное воздействие на субъекта труда, необходи мым и перспективным является изучение межсистемного взаимодействия различных уров ней психической саморегуляции субъекта в триаде «среда-деятельность-личность».

Особо следует подчеркнуть огромные отрицательные социально-психологические последствия виртуальных стрессоров глобализации для здоровья человека и общества в целом, в случае принятия субъектом под их воздействием неадекватных решений в ответ ственной деятельности по управлению сложными техническими комплексами или экономи ческими организациями. Причиной этих может стать возникновение раздвоенности его со знания между отношением к реальным условиям и содержанию профессиональной деятельности и отношением к предполагаемым изменениям в ней в процессе глобализации.

Выполнение деятельности в этих условиях требуют от человека усиленного расхода ресур сов человека и предъявляют повышенные требования к его здоровью, стрессоустойчивости и адаптивности. Поэтому стрессы, связанные с процессом глобализации. должны быть сня ты или снижены еще до начала вхождения в собственно профессиональное пространство.

Исследование показало важность для сохранения здоровья профессионала социально психологических ресурсов, с одной стороны, а с другой – недостаток этих ресурсов в совре менной России. Социально-психологические ресурсы, которые необходимы для эффектив ной деятельности профессионала, могут обеспечиваться на уровне государства, общества, организации и должны включать в себя: бюджетное финансирование на стадии обучения вы бранной профессии, повышение престижа профессии в обществе и социального статуса профессионала, мероприятия, проводимые на уровне организаций и направленные на по вышение квалификации сотрудников, тренинги необходимых навыков и умений, новые уп равленческие технологии и т.п.

ПОЛИФАКТОРНАЯ МОДЕЛЬ ЗДОРОВЬЯ В СФЕРЕ АДАПТИВНЫХ ПЕДАГОГИЧЕСКИХ ТЕХНОЛОГИЙ Дмитриев С.В.

Нижегородский государственный педагогический университет, г. Нижний Новгород Двигательная деятельность на всех этапах жизни человека выступает основным средст вом удовлетворения природных потребностей организма в движениях, способствует под держанию функциональных характеристик гомеостаза, а также сохранению в норме эмоци онального, психического и физического здоровья личности. Особенно важна регулярная двигательная активность для людей, имеющих отклонения в состоянии здоровья.

В развитии современной системы адаптивных педагогических технологий отмечаются следующие закономерные тенденции: интеграция вузовского образования с профессио нально-педагогической деятельностью;

«диалог ментальностей», «диалог культур» (культура мышления, культура телесности) в социально-реабилитационной сфере (социальная гигие на, психотерапия, биоэнергетический потенциал);

гуманизация и гуманитаризация пред метного содержания стандартов образования и образовательных технологий;

ориентация на духовно-интеллектуальные и телоразвивающие технологии;

укрепление физического, пси хического и духовного здоровья. Полифакторная модель здоровья представляет собой оп ределенное психофизическое пространство, в котором человек способен оценить свои био логические, социально-психологические и интеллектуально-духовные возможности. Здоро вье рассматривается нами в трех аспектах: духовном (расширение деятельностно организованного сознания), физическом (реализация функционально-деятельностного по тенциала) и социальном (активное жизнетворчество и многофакторная адаптация). Это не только знание о своих потенциальных возможностях, но и умение пользоваться данными ре зервами и нераскрытыми потенциями в самом себе. В данном определении зафиксированы три составляющие структуры личности: когнитивная, эмоционально-эмотивная и поведен ческая. Мы считаем, что необходимо говорить не об «активности» функциональных систем организма (это биологический процесс), а о деятельности человека в условиях меняющейся предметной среды. Ограничимся здесь кратким изложением лишь некоторых изменений ду ховно-культурных и психосоматических функций адаптивной и оздоровительной педагогики, которые необходимо учитывать в профессиональном образовании студентов – реабилито логов, психотерапевтов, специалистов по работе с телопсихикой.

1. Психология здоровья и здоровьетворчества – это наука о соматопсихических меха низмах здоровья, о методах и средствах его сохранения, укрепления, развития и восстанов ления. «Психология здоровья» – понятие более масштабное, чем «психогигиена» или «психо профилактика». Здоровье это по сути дела процесс балансирования (равновесия) между адаптационными и компенсаторными возможностями человека при постоянно изменяю щихся условиях предметной среды деятельности и жизнедеятельности. Специфика здо ровьетворчества заключается в том, что основным его субъектом является личность как саморазвивающаяся система управления. При этом студенты должны иметь полную свободу выбора форм занятий в соответствии с их интересами и уровнем притязаний. Здоровье можно рассматривать в качестве условия для выполнения человеком намеченных жизненных целей и задач, что является основой понимания и поиска смысла жизни, профессиональной деятельности, и, в конечном счете, самоосуществления (самореализации) человека.

2. Гуманизация образования. Отметим здесь три тенденции. Во-первых, усиление инте гративных тенденций, способствующих установлению все более тесных связей между обще ственными, естественными и техническими науками. Во-вторых, рост воздействия на есте ствознание идей и методологии гуманитарных наук (проникновение ценностей, стандартов гуманитарного познания в структуру естественнонаучной деятельности). Это так называе мый «гуманитарный архетип» культуры, образования, адаптивной педагогики. В-третьих, увеличение целенаправленного воздействия образования на сферу самосознания, саморе гуляцию деятельности и интеллектуально-духовно потенциал человека. Для того, чтобы об разование реально выполняло роль социального регулятора, оно должно быть обращено к личности, формировать культуру человеческой телесности (где «здоровый дух» выступает духовным фундаментом телесного здоровья), систему ценностных ориентаций и нравствен ных принципов. Без поворота технологий адаптивной педагогики «лицом к человеку» не мо жет идти и речи об оптимизации развивающего обучения, методов сбережения здоровья и восстановлении утраченных функций. Гуманизация образования, отвечая потребностям расширения социокультурного пространства личности, обращаясь к «миру человека» (моти вационно-ценностной сфере, психофизическим, психосемантическим и интеллектуальным способностям), представляет собой инструмент, призванный обеспечить гармоническое единство трех «ипостасей» – информированности (усвоение необходимого объема знаний), физического потенциала (двигательные кондиции и психомоторные способности), ин теллектуальных и духовных качеств (потенциал разума, воли, чувств, тела, духовный аспект здоровья).

3. Расширение и централизация целей адаптивно-оздоровительной педагогики. Гло бальной целью современного образования является усвоение студентом социального опы та (в котором знания, умения и навыки являются лишь условием и средством любой его де ятельности). Личность не усваивает культуру общества в целом – она осваивает лишь то, что связано с ее непосредственной деятельностью. «Уметь проблемно мыслить», решать задачи по оздоровлению, реабилитации, адаптивной физической культуре – значит ориентировать ся в психодидактике и психотерапии, психологии здорового образа жизни. Необходимо уметь ставить цели в соответствии с условиями и требованиями психологии здоровья (диа гностика, коррекция, реабилитация, адаптация), вырабатывать средства (программы) реа лизации этих целей. И, наконец, важно научиться достигнуть цели личности (реализующие побудительные функции человека) и цели решаемой задачи (которые реализуют функции средства деятельности). Эффективная технология адаптивной педагогики должна обладать свойствами универсальности и конструктивности – предупреждать девиантное поведение подростков (прогнозировать позитивное развитие, оказывать опережающее воздействие), формировать необходимые личностно-развивающие цели (а не «бороться» с неблагоприят ными установками и привычками). Таким образом, формирование человека «профессио нально образованного» по существу связано с расширением и субординацией его целей и смыслов деятельности, возрастанием творческих элементов этой деятельности, интеллек туальным и физическим развитием.

Становится понятным, что усвоение и расширенное воспроизводство человеком соци ально-духовного опыта является лишь условием и средством формирования его самосозна ния, стиля мышления и деятельности. По сути дела это – образовательная среда, «дрожжи»

для очеловечивания внутреннего предметного мира и окультуривания профессиональной среды человека. Целью образовательных технологий в сфере адаптивно-оздоровительной педагогики – это изменение структуры и формы сознания человека, обретающего в резуль тате способность мыслить, рефлексировать и действовать в профессиональной сфере. По добный тип организации знаний, умений и навыков обладает непреходящей ценностью и по самой своей сути работает на будущее. Становится вполне очевидным, что при такой органи зации педагогических технологий, в частности, в сфере адаптивной физической культуры, осу ществляется переход от позиции потребителя информации к позиции творца своих личност ных знаний, методов оптимизации деятельности и способов оздоровления и реабилитации.

При этом знания по технологии оздоровления человека не передаются, а «извлекаются», «порождаются» и «осмысливаются», а умения «конструируются» в образовательной и оздо ровительной деятельности студентов.

4. Интеграция образования с профессиональной деятельностью. Известно, что студент становится личностью в меру овладения им содержанием социально-культурного опыта. Это совокупность методов, средств и способов профессиональной деятельности, созданных в процессе общественно-исторической практики для воспроизводства и развития общества и способных стать достоянием личности. Речь идет, в сущности, о полноценном освоении всей человеческой практики на духовно-интеллектуальном, физическом и операционно-тех нологическом уровнях. Управление развитием и сохранением здоровья – это целый ком плекс научно обоснованных программ. Таким образом, обнаруживается закономерная тен денция сращивания образования с профессиональной деятельностью. Указанная тенденция проявляет себя как в развитии содержания образования (расширение целей, средств и ре зультатов освоения социального опыта), так и в обогащении содержания деятельности (рас ширение степени участия человека в социокультурной практике) – процессах глубоко взаи мосвязанных, взаимодетерминированных.

5. Личностная ориентация в сфере образования. Личность является, как известно, не только продуктом культуры, но и источником и основным фактором развития общества и самой себя. В процессе образования человек не только «образовывается» (приобретает соответствующий уровень знаний, компетентность, крепкое здоровье, телосложение, мо торнофизические качества), но и сам «образует мир» – изначально самоопределяется, со здает свое понимание, видение мира, проектирует и строит собственную профессиональ ную деятельность. Личностное измерение – доминирующее в модернизации адаптивно-коррекционного образования. Необходимо научить человека рефлексивно-твор чески работать с собственным сознанием, телопсихикой, выделять способы и технологию реабилитационных действий в особый предмет рефлексивно-системного анализа и синте за, разрабатывать персональные психомоторные семиотики (языки «живых движений», язы ки тела, языки артпластики и пластодидактики, средства и методы психофизической реаби литации).

6. Расширение коммуникации в сфере адаптивно-оздоровительной педагогики. Отме ченная тенденция осуществляется, во-первых, благодаря реализации способов материаль ного воплощения социокультурной информации (вербального, пластического, аудиовизу ального);

во-вторых, на основе человеческих интеракций, способов приобщения личности к достижениям культуры (спортивный праздник, соревнование, игра, искусство);

в-третьих, с помощью технических средств фиксации и передачи социальной информации (печать, те левидение, кинематограф, компьютер). Для расширенного воспроизводства знаний в дан ной сфере существуют каналы как моментальной доставки тиражированной педагогической информации (что является условием массового приобщения к ценностям данной культуры в рамках социума), так и формы консервации информации. В рамках культуронаследия они создают предпосылки для передачи «золотого фонда» адаптивной и оздоровительной педа гогики от поколения к поколению.

МОДЕЛИРОВАНИЕ ПСИХОЛОГО-ПЕДАГОГИЧЕСКИХ УСЛОВИЙ ФОРМИРОВАНИЯ ЗДОРОВЬЕСБЕРЕГАЮЩЕГО ПРОСТРАНСТВА ВУЗА Елькова Л.С.

Филиал РГСУ в г. Анапе Здоровье и качество жизни учащейся молодежи признаны основополагающими ценно стями системы образования, что нашло свое отражение в Концепции модернизации рос сийского образования, принятой Правительством Российской Федерации на период до 2010 года.

Качество образования не может рассматриваться вне контекста здоровья субъектов об разовательного процесса. Нет смысла в образовании, если система наносит вред здоровью человека. В настоящее время основными факторами риска считаются усложнение образо вательного стандарта, отсутствие повсеместного мониторинга здоровья, несоблюдение элементарных физиологических и гигиенических требований к организации учебного процесса, социально-экономические условия жизни. Многолетние исследования состояния здоровья детей и молодежи показывают, что за последние 10 лет положительной динамики в улучшении их здоровья не наблюдается, и этот факт становится предметом острой обще ственной тревоги. В этом плане на образование, как целостную государственную структуру, обеспечивающую социальное развитие личности, ложится, помимо сугубо образовательных задач, задача сохранения психического, психологического, физического и нравственного здоровья детей и молодежи.

В вузах России накоплен значительный потенциал в решении многих методологических и методических, вопросов по проблеме здоровья студентов. В начале 90-х годов XX века раз работан межвузовский научный проект «Здоровье студентов», который финансировался Гос комитетом по высшему образованию РФ на период 1994–1996 гг. К реализации данного про екта были привлечены пять российских вузов: Брянский государственный технический университет (БГТУ);

Московская государственная академия прикладной биотехнологии (МГАПБ);

Рязанская государственная радиотехническая академия (РГРТА);

Рязанский госу дарственный медицинский университет им. акад. И.П. Павлова (РГМУ);

Тульский государст венный университет (ТулГУ). Проектом «Здоровье студентов» была определена задача создания примерной «модели» оздоровительной работы в вузе, придания ей целенаправ ленности, повышения ее качества и эффективности.

В процессе моделирования психолого-педагогических условий формирования здоровье сберегающего пространства филиала РГСУ в г.Анапе нами был учтен опыт других вузов, и были проведены исследования, направленные на анализ состояния здоровья и образа жизни студентов. Полученные данные показывают, что у большинства студентов отсутствует установка на здоровый образ жизни, более 50% нуждаются в перестройке своего образа жизни и только 7% опрошенных считали состояние своего здоровья хорошим. 62% опрошен ных студентов не проявляют интереса к здоровью, нарушают режим питания и только 10% довольны своей жизнью. Анализ результатов исследований состояния здоровья и образа жизни показывает, что основными причинами развития функциональных расстройств у опро шенных является гиподинамия (58%), которое в сочетании с неправильным питанием (39%) приводит к избытку массы тела: у 73% опрошенных юношей и у 64% – девушек. Изучение от ношения ответственности студенческой молодежи за состояние своего здоровья показыва ет, что эти вопросы делегируются либо родителям – 48%, либо государству – 32%, либо ме дицине – 20%. Нами были отмечены противоречивые взгляды, когда респонденты высказались о необходимости заботиться о собственном здоровье, овладевать знаниями о методах и приемах оздоровления и в это же время нежелание что-либо предпринять для его укрепления и сохранения. Это говорит не только о пассивном, потребительском отноше нии молодежи к проблеме сохранения собственного здоровья, а, прежде всего, об отсутст вии операционально-деятельностных навыков ведения здорового образа жизни. Почти 70% респондентов хотели бы изменить свой образ жизни, сделать его более здоровым, но не знают, как это сделать и с чего начать.

Проведенное нами исследование динамики состояния здоровья студентов, подтверж дает актуальность для студенческой молодежи проблемы здоровьесбережения в процессе ее обучения в вузе. Изучив актуальность и состояние проблемы здоровьесбережения сту денческой молодежи, сущностную основу «здоровья», приняв за основу его интегративный характер и многомерность, стало очевидным, что успешное решение проблемы возможно при междисциплинарном подходе и комплексном решении задач сохранения и укрепления здоровья студенческой молодежи. Следует определить психолого-педагогические условия формирования здоровьесберегающего образовательного пространства высшей школы, ко торые должны раскрывать необходимые факторы, способствующие позитивной динамике в решении задач формирования, сохранения и укрепления здоровья всех участников обра зовательного процесса, условия, затрагивающие сферу мотиваций и потребностей жизне деятельности. Важно отметить необходимость стимулирующего характера условий, позво ляющих реализовать не только актуальные потребности, но и развивать на их основе новые, потенциальные мотивы и интересы, формировать новые потребности.

Эффективность реализации комплексного подхода предусматривает создание системы активного сохранения, восстановления и укрепления здоровья студенческой молодежи, ока зания помощи в реализации потенциала здоровья молодежи для успешного обучения, веде ния активной производственной, социальной и личной жизни, направленной на снижение за болеваемости и инвалидизации, улучшения качества жизни, повышения адаптационных механизмов;

реализацию внутренней гармонии физического, психического, духовного состояния человека, а также гармонии с экологической и социальной средой;

ответствен ность молодого человека за свое здоровье и здоровье своих близких.

Целевой установкой опытной работы стало создание устойчивой мотивации к здорово му образу жизни, формирование потребности в физическом и нравственном самосо вершенствовании. Физическое воспитание не должно быть замкнуто лишь на развитие двигательной активности, необходимо задействовать психическое и духовное развитие.

При формировании мотивации на здоровый образ жизни и моды на здоровье, учитывалось, что большой ущерб этому процессу наносит приоритет нормативного подхода в построении учебного процесса, когда во главу угла ставится не личность обучающегося, а его показате ли, характеризующиеся лишь контрольными нормативами.

Формирование здоровьесберегающего образовательного пространства предполагает взаимодействие всех участников учебно-воспитательного процесса, и административно-уп равленческого аппарата, и профессорско-преподавательского состава, и вспомогательных служб вуза. Основной замысел Программы «Здоровье здорового человека» предполагал не обходимость существенных перемен в сфере индивидуального и общественного сознания, отказ от потребительского подхода к здоровью, формирование чувства ответственности за состояние собственного благополучия и здоровье родных и близких. Идея концепции здоро вого образа жизни филиала РГСУ в г.Анапе разворачивалась в рамках принципа единства личностного и профессионального становления специалиста.

Основные направления комплексного подхода к сохранению здоровья учащейся моло дежи филиала РГСУ в г.Анапе заключались в совершенствовании учебно-воспитательного процесса, усилении интеграции, системности, целостности здоровьесберегающих акцентов в его реализации;

развитии системы инфраструктуры вуза для активного сохранения, вос становления и укрепления здоровья студенческой молодежи;

улучшении качества жизни, стимулировании развития адаптационных механизмов.

ПРОЕКТ МЕДИЦИНСКОЙ И СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ РЕАБИЛИТАЦИИ ШКОЛЬНИКОВ В УСЛОВИЯХ ЕСТЕСТВЕННОЙ ПРИРОДНОЙ СРЕДЫ Ермаков Д.С., Котков А.Б., Кузнецов И.В., Петрова Г.Д.

Новомосковский филиал Университета Российской академии образования, г. Новомосковск Интенсивное антропогенное воздействие приводит к конфликту между развитием про мышленности, урбанизацией и необходимостью сохранения естественных природных ком плексов, оказывающих положительное влияние на здоровье человека. В связи с этим важной проблемой экологии человека является оптимизация состояния здоровья во взаимосвязи с факторами среды обитания.

Особенно чувствителен к качеству среды обитания детский организм, для которого ха рактерны такие возрастные особенности, как неодновременность темпов роста, неравно мерность созревания функциональных систем... В настоящее время среда жизнедеятельно сти школьника претерпевает значительные изменения. Современная социально-экономиче ская ситуация требует адаптации к большому объему физических и психических нагрузок.

Кроме того, возникают новые формы организации учебного труда, коммуникаций, требую щие переключения, быстрой ориентации в новых условиях.

Одним из основных направлений модернизации российского образования является создание оптимальных условий для всестороннего (интеллектуального, физического, духов ного) развития подрастающего поколения. Но важнейшее и непременное условие полноцен ной жизни и развития любого человека – это его здоровье. Вместе с тем, здоровье детского населения в России в последние годы характеризуется низким уровнем и имеет тенденцию к дальнейшему ухудшению. По данным НИИ педиатрии, у 50% детей школьного возраста наблюдаются отклонения в развитии опорно-двигательного аппарата, 30% детей имеют нарушения в сердечно-сосудистой и дыхательной системах, около 70% детей страдают от гиподинамии.

В г. Новомосковске Тульской обл. аналогичные показатели ниже, что связывается с ра диационным загрязнением в результате аварии на Чернобыльской АЭС, а также сложной экологической ситуацией вследствие работы предприятий химического комплекса. В психи ческом развитии школьного населения также имеет место отклонение от нормы в сторону снижения.

Таким образом, проблема заключается в том, что в России в целом и на экологически не благополучных территориях в особенности углубляется противоречие между уровнем здо ровья учащихся и традиционной системой организации образовательного процесса, между усложняющимися требованиями к качеству образовательного процесса, его результатов с позиций здоровьесбережения, и, с другой стороны, – невозможностью выполнять их в ус ловиях типовой школьной образовательной среды, которая не вполне адекватна экологиче ской сущности человека как социоприродного существа.

Можно полагать, что среду образовательного учреждения целесообразно проектиро вать не только как образовательную, но как образовательно-оздоровительную. При органи зации образовательной, оздоровительной, спортивно-развивающей работы со школьника ми далеко не в полной мере используются реабилитационные возможности окружающей природной среды, когда образовательный и оздоровительный процесс строятся на основе природоориентированной деятельности обучающихся.

Научные основы создания образовательной среды на основе природоориентированной деятельности находятся в стадии разработки. Опыт системной интеграции образовательно го процесса, медицинской и социально-психологической реабилитации в природной среде требует обобщения и научного анализа, на основе которого может быть выстроена концеп туальная модель экологичной образовательной системы в условиях адекватной природной сущности человека среды, включающая (по В.И. Панову): 1) образовательный компонент;

2) оздоровительный (психологически и физиологически) компонент;

3) типологическую ин дивидуальность образовательного учреждения (ориентация на медико-социально-психоло гическую реабилитацию на основе здоровьесберегающих и здоровьеразвивающих образо вательных технологий на основе естественной природной среды);

4) управленческий компонент.

Актуальность указанной проблемы определяется существенным снижением естествен ных адаптационных возможностей человека в искусственной среде (в том числе школьни ков – в среде типовых образовательных учреждений), что требует поиска научно обосно ванных подходов к решению проблемы социально-психологической реабилитации, укрепления физического и психического здоровья учащихся, особенно с нарушениями опорно-двигательной системы, детей-инвалидов, подростков с невротическими расстрой ствами и психическими отклонениями, а также страдающих наркотической и алкогольной зависимостью.

Одним из объектов концептуальной разработки и эмпирической апробации модели эко логичной образовательной системы может служить организация образовательного процес са, медицинской и социально-психологической реабилитации детей на основе природоори ентированной деятельности обучающихся в естественной природной среде, в процессе конноспортивных занятий в естественном для человека ландшафте, обеспечивающих пол ноценное психотерапевтическое и деятельностное взаимодействие.

Задача проекта «Медицинская и социально-психологическая реабилитация школьников в условиях естественной природной среды», который выполняется МОУ ДОД «Детский оздо ровительно-экологический центр» г. Новомосковска Тульской обл. (при финансовой под держке Российского гуманитарного научного фонда, проект № 07-06-00574а) – разработка концепции и модели организации муниципального детского эколого-образовательного и ре абилитационного центра в зоне экологического неблагополучия, в котором в качестве базо вых компонентов образовательной среды включены природные объекты и комплексы, а об разовательно-оздоровительный процесс строится на основе природоориентированной деятельности обучающихся в естественной природной среде.

Решение поставленной задачи включает:

– анализ отечественного и зарубежного опыта системной интеграции компонентов есте ственной природной среды в процесс обучения, воспитания, развития, медицинской и соци ально-психологической реабилитации детей и подростков (в том числе с ограниченными возможностями, с девиантным поведением, наркотической и алкогольной зависимостью);

– обоснование экологических, психолого-педагогических, медико-гигиенических усло вий проектирования образовательной системы, адекватной естественной среде обитания человека;

выявление особенностей реализации природоориентированной деятельности школьников в условиях экологического неблагополучия (урбанизация, техногенное и радиа ционное загрязнение);

– разработку социально-педагогических и психологических методик формирования эко логически адекватной мотивации взаимодействия с природой, коррекции аддиктивного по ведения, компенсации ограниченных возможностей при взаимодействии с природными объектами;

– медико-экологический анализ потребности на уровне муниципалитета в социально психологической реабилитации детей и подростков, проживающих в условиях экологическо го неблагополучия, имеющих нарушения в состоянии здоровья, нарко- и алкоголезависимых;

– экспериментальное изучение особенностей регуляции физиологических процессов в процессе занятий в условиях естественной природной среды (включая верховую езду);

– обоснование штатного расписания и должностных инструкций специалистов (меди цинский, педагогический, вспомогательный состав), обеспечивающих управления экологич ной образовательной системы на уровне муниципального учреждения дополнительного образования детей.

РЕКОНСТРУКТИВНЫЙ МЕТОД АНАЛИЗА ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ЗДОРОВЬЯ ОБЩЕСТВА Ермолаева Е.П.

Институт психологии РАН, г. Москва Несбалансированные социально-экономические воздействия приводят к нарушению единства индивидуально-психологической, инструментальной и социальной моделей профес сии и создают для профессионала ситуацию «реорганизационного шока» – хронического пре бывания «на рубеже», сравнимого с психотравмой. Не владея ситуацией, человек оказывается не только «пленником своей профессии», но подчас и «пленником» привычной научной темы или производственной функции;

того учреждения, где долгие годы работал, и привычного окружения сотрудников, – особенно, если это стало необходимой средой существования.

Подобные проблемы побуждают обратиться к личносто-центрированным моделям исследования, близким к психоаналитической парадигме и использующим принципы проек тивной и реконструктивной диагностики с оценкой возможностей их распространения на здоровую личность, находящуюся в конфликтной профессиональной среде.

При обосновании адекватности личностно-центрированной проективно-реконструктив ной диагностики для профессиональной сферы следует выделить: 1) примат функции само утверждения и 2) принципиальное ограничение эмпирического (экспериментального, пря мого и непосредственного) анализа травмирующей ситуации в момент ее свершения.

Обращение к косвенным методам (в частности, к анализу профессиональных ошибок), обус ловлено еще и тем, что предметом исследования являются реальные люди, которые не склонны участвовать в эксперименте, и реальные явления, которые невозможно воспроиз вести в лаборатории.

Если спроецировать «принцип удовольствия» на профессиональную сферу, то можно оп ределить его как творческое начало в человеке, направленное не на биологическое самоут верждение, а на утверждение себя как личности путем самореализации в продуктивной де ятельности с целью социального признания: либо обществом (социальная ориентация), либо значимыми другими (ориентация на референтную группу), либо самим собой (псевдо социальная ориентация на образ «успешного Я»). При этих посылках, идентификация со зна чимым объектом выступает в качестве универсального механизма самоопределения как в сфере личных отношений, так и в трудовой деятельности, формируя в последнем случае профессиональную идентичность.

Реконструктивная методология (в широком смысле слова) – поиск в отдельных феноме нах реального поведения признаков общих психологических закономерностей. Во многих случаях единственный способ исследования реальных профессиональных поступков – пси хологическая реконструкция их мотивов, а способ концептуального обобщения – психологи ческое моделирование причинно-следственных связей. Например, по профессиональным ошибкам (по аналогии с фрейдовскими «оговорками» и «парапраксиями» в сфере личных проблем) можно установить причину социальной деформации профессиональных ролей.

В реконструктивном психоанализе всегда присутствуют некоторые априорные модели – типичные формы поведения (роли, позиции, отношения), обладающие набором характер ных признаков, с которыми сравнивается исследуемая личность. Непосредственный мате риал, который анализируется, – это не само поведение, и не травмирующий случай, который был, возможно, много лет назад, а лишь то, что человек сам рассказывает о себе, либо то, что он скрывает (оговорки) – т.е. некоторый словесный пласт, который является проекцией травмированной личности на поведение, и по которому, в свою очередь, можно прогнози ровать его будущие поступки. Механизм этого прогноза основан не на эксперименте, а на субъективной интерпретации исследователем взаимосвязи факторов поведения.

Аналогично, при анализе профессиональных ситуаций или новых социальных функций, возникающих в динамике профессиональных отношений, мы имеем дело с их отражением в ошибках, оговорках, заявлениях, документах, – которые только и доступны нам, но по кото рым можно с достаточной долей вероятности установить истинную суть поступка и моде лировать его предысторию. Речь идет о ситуациях, на которые исследователь повлиять не может, а может лишь воссоздать реальную картину события по его проекциям, т.е. реконст руировать психологическую основу поведения профессионала.

Этим реалиям отвечает психосоциальная реконструктивная диагностика, которая бази руется на модели системных отношений человек–профессия–общество, «фокусом» которых выступает преобразование профессионала, как субъекта труда в условиях социально-эконо мических перемен.

Метод реконструкции мотивационно-ценностной основы профессиональных поступков может быть отнесен к категории проективных методов, но направлен, скорее, на выявление не подсознания, а того, что было в момент совершения профессионального поступка впол не осознанным, но потом специально скрывалось. Как и большинство психоаналитических процедур, он отличается некоторой редукций события – сравнением с упрощенной теорети ческой моделью («эталоном» поведения). Роль одного из таких «эталонов» для оценки пози ции реальных профессионалов отводится «массовому профессиональному субъекту» как «конструкту» наиболее выраженной тенденции поведения «среднего» профессионала в оп ределенной ситуации или на данном историческом этапе.


Для определения других эталонов были исследованы две группы эмпирических источ ников, в одной из которых представлены заведомо идентичные профессионалы (мемуары, интервью, дневники, видеозаписи и др.) в другой – типично маргинальные фигуры. В резуль тате контент-анализа выделились два полярных эталона (на базе противоположных мотива ционно-личностных характеристик, условно названных нами: «инварианты идентичности»

и «инварианты маргинализма»).

«Эталон идентичности» включает аспекты личностного отождествления с профессией:

творческая самореализация через профессию, мессианство, совершенствование мастерст ва, повышение социальной ценности профессионального вклада.

«Эталон маргинализма» отражает ментальное отторжение профессии: отношение к ней как средству удовлетворения личных потребностей, а не как к «конструктивной цели»;

ими тация профессиональной деятельности и профессионального сознания);

«пограничное пре бывание» в профессии.

Психологическая реконструкция включала оценку профессиональных поступков с пози ции всех трех эталонов. Поступки группировались по признаку наличия нарушений в тех или иных звеньях системы отношений человек–профессия–общество. Сравнительный анализ типичных случаев, отражающих разные уровни этих нарушений, позволил выделить наибо лее общие формы и механизмы дисбаланса.

При нарушении связей человек–профессия инверсия субъективного смысла профессии путем многократного дублирования в типовых профессиональных ошибках переходит в мас совое сознание и провоцирует снижение социально приемлемого уровня профессионализ ма.. Нарушение связей человек–общество приводит к нарастанию противоречия между зна чением и смыслом профессии в современном мире и к смещению целевой функции профессии с социально востребованной на индивидуально-мотивированную. При наруше нии связей профессия–общество социальная модель профессии перестает совпадать с ее социальным же предназначением. Инверсия социального смысла профессии идет в направ лении усиления прагматической мотивации и снижения порога моральных запретов.

В результате нарушения координирующей функции профессионала как «ядра» систе мы человек–профессия–общество снижается эффективность оценки социальных послед ствий принимаемых решений. Основой системного дисбаланса являются неадекватные внутрипрофессиональные представления о взаимосвязях в системе человек–профес сия–общество.

Завершающим этапом было исследование стратегий реагирования профессионалов в различных ситуациях дисбаланса. Показано, что нарушение согласованности между соци альной, инструментальной и индивидуальной моделей профессии действует на разных про фессионалов по-разному: может привести к самомобилизации и стимулировать позитивную перестройку субъекта труда и трудовых функций: тогда оно выступит как фактор развития личности. Как фактор опасности может побуждать ее к социальной защите, а как фактор «враждебной среды» вызывать ее активное сопротивление. И, наконец, оно может прояв ляться в виде фактора подавления личности и деградации профессионала.

Стратегии социального поведения профессионала в проблемных условиях мы располо жили в системе двух координат. Первая, социально-личностная (позиционная), связана с принципиальными различиями в ценностно-нравственных ориентациях. Вторая, социаль но-субъектная (интенционная), характеризует ведущую тенденцию реагирования субъекта на неблагоприятную ситуацию.

Различное положение конкретных стратегий в этой системе координат обусловливает специфику поведения профессионалов разных идентификационных типов: конформист, прагматик, отверженный или действующий маргинал, ортодокс, трудоголик и идентичный профессионал в разных социально-экономических и исторических условиях ведут себя по разному. Показательным в этом отношении является неоднозначное воздействие глобали зации на профессиональное здоровье общества. Способность противостоять негативным воздействиям глобализации и быть интегрированным в новую систему ценностей, кроме идентификационных факторов, зависит также от социального масштаба и степени субъект ности принимаемых профессионалом решений, адаптационного потенциала самой профес сии и индивидуально-психологической готовности к факту неизбежности глобализации.

ПРОБЛЕМАТИКА ГЕНДЕРНЫХ АСПЕКТОВ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В ПСИХОЛОГИЧЕСКОМ КОНСУЛЬТИРОВАНИИ Евсевичева И.В., Любимова Г.Ю.

МГУ им. М.В. Ломоносова, г. Москва Как правило, тема гендера рассматривается в связи с изменением установок относи тельно места женщин в социуме, в частности, в профессиональной сфере, и для этого есть серьезные основания. За последние 15 лет произошли существенные изменения на россий ском рынке труда. Появилось достаточное количество женщин-профессионалов, претенду ющих на занятие ключевых позиций в бизнесе, политике, административных структурах, на уке, образовании и пр. Увеличивается и число женщин-предпринимателей. При этом сама работа рассматривается ими не с позиции решения своих семейных материальных проблем (как это зачастую было на начальном этапе отечественных экономических преобразований), а как неотъемлемое условие личностной самореализации. Женщины все более активно, целенаправленно и осознанно выстраивают свою профессиональную карьеру, добиваясь заметных успехов, что позволяет им на равных конкурировать с мужчинами-профессионала ми даже в тех областях деятельности, которые традиционно считались мужскими (Е.Ильин, Н.Ходырева, И.Кон). Ярким примером произошедших изменений является рейтинг лучших российских менеджерских карьер во власти и бизнесе 2004-2005 г.г. (Ассоциация менедже ров России и др.). Из 100 лучших отечественных менеджеров отмечено 19 женщин.

Очевидно, что приток женщин на рынок профессиональных кадров в значительной сте пени отражается и на мужской карьере, однако этот аспект проблемы исследован в нашей стране еще не достаточно. Поэтому представляется целесообразным рассмотреть психоло гические последствия сложившейся ситуации не только для женщин, но и для мужчин.

Среди проблем, связанных с профессиональной деятельностью, выделим гендерно ролевой конфликт и гендерно-ролевой стресс как крайнюю форму его проявления.

Известно, что во многих ситуациях мужчины и женщины ведут себя по-разному, причем, часто это бывает связано с ожиданиями, которые к ним предъявляет окружение, или даже собственными представлениями о том, что «должны» желать «настоящий мужчина» или «на стоящая женщина». Несоответствие поведения культурным нормам выполнения гендерной роли может порождать напряженность и конфликтность на работе, вызывающие в конечном итоге стресс. В основе гендерно-ролевого конфликта лежит противоречивое восприятие субъектом ценностей, отношений, ролей и т.д., связанных с его собственным полом, приво дящее к столкновению интересов и целей человека. Для гендерно-ролевого стресса харак терно состояние психологического напряжения, сопровождающееся тревогой, депресси ей, снижением самооценки и возникающее, когда индивиду трудно поддерживать стандарт традиционной гендерной роли, или он вынужден демонстрировать поведение, характерное для противоположного пола. Как следствие возникает интенсивная потребность в пере стройке ценностно-смысловой сферы или адаптация поведения к паттернам альтернатив ного гендера.

Начнем с описания психологических проблем мужчин. В структуре ролевых норм этого пола выделяются нормы статуса (успешности), твердости и антиженственности. Традицион ными гендерными предписаниями мужчине являются необходимость быть успешным в карь ере и материально обеспечивать семью (собственную, родительскую, семью взрослых детей, семьи от предыдущих браков). Поэтому мужчина иногда вынужден совмещать не сколько мест работы. Чрезмерные психологические и физические нагрузки вызывают стресс, хроническое утомление, проблемы со здоровьем. Кроме того, выбирая работу, муж чины склонны в первую очередь ориентироваться на финансовую сторону предложений, отодвигая на второй план и оставляя «на потом» собственные профессиональные интересы.

Часто такая карьерная стратегия приводит к возникновению острых профессиональных кри зисов. Их следствием в ряде случаев является отказ от успешной карьеры в пользу сохране ния здоровья, семьи, личного времени и ценностей (т.н.дауншифтинг).

Среди других аспектов проблемы мужского гендерного стресса выделим: 1) возрастаю щую конкуренцию с женщинами-профессионалами особенно в традиционно «мужских» об ластях, предпочтение последних вызывает острую эмоционально-негативную реакцию, обусловленную гендерными предписаниями быть по отношению к женщине «ведущим»

и «лучшим»;

2) внутрисемейное соперничество с женой в должностном, материальном и со циальном статусе, неприятие женского профессионального успеха, 3) самоограничения в выборе профессий (отвергаются или выбираются в последнюю очередь профессии, отно сящиеся к традиционно «женским»), 4) при высокой конкурентности в профессиональных от ношениях для мужчин характерна меньшая готовность к самораскрытию и обсуждению чувств по сравнению с женщинами, что приводит к психологическому перенапряжению и со матическим проблемам.

Гендерно-ролевой конфликт в профессиональной деятельности женщин также имеет не сколько аспектов. Одним из наиболее заметных и исследованных является ролевой кон фликт работающих женщин, проявлением которого являются: ощущение себя плохой женой и матерью из-за невозможности эффективно совмещать профессиональные и семейные ро ли, острая нехватка времени, чувство вины перед семьей. Особую значимость эта проблема имеет в бикарьерных семьях, где оба супруга нацелены на рост и самоутверждение в про фессиональной сфере. Установлено, что более успешно с таким конфликтом справляются женщины андрогинного типа, умеющие не концентрироваться на одной роли, а также способные согласовывать свои ценностно-эмоциональные и поведенческие выборы (О. Гав рилица).


Гендерный конфликт также может проявляться в использовании женщинами-руководи телями мужского стиля управления (частое апеллирование к власти и наказаниям за некаче ственную работу, меньшее внимание к подчиненным и их проблемам, самоограничения в эмоциональном сопереживании). Некоторые из женщин-лидеров считают, что более жест кий стиль управления является вынужденной мерой, предназначенной для того, чтобы под чиненные (и прежде всего, мужчины) воспринимали их «всерьез». Такие поведенческие паттерны отрицательно отражаются на состоянии самих женщин-руководителей, вызывая целый комплекс негативных переживаний (И.Евсевичева, Л.Лунева).

Еще одним проявлением «женского» варианта гендерного конфликта является феномен «стеклянного потолка» (переживания успешных женщин в связи с дискриминацией в про фессионально-должностном продвижении). Стремясь преодолеть такого рода барьеры, не которые женщины применяют защитные стратегии, которые можно охарактеризовать как манипулятивные: «сверхфункционирование» на работе, применение «маски», скрывающей от окружающих проблемы личной жизни, выполнение дополнительной малопривлекатель ной или неоплачиваемой работы (С.Уолш, К.Кесселл).

Очевидно, что психологическое благополучие взрослых людей – женщин и мужчин – во многом зависит от того, насколько работа оказывается для них внутренне приемлемой, имеющей действительно положительную смысловую окраску, а не просто соответствующей традиционным гендерным стереотипам и социальным ожиданиям. Обсуждение альтернати вы «заработок – самореализация в карьере» является достаточно типичной темой как для психолога, работающего в организации, так и для консультанта, традиционно занимающего ся личными и семейными проблемами. Несмотря на то, что уклад нашей жизни быстро ме няется, социальные нормативы часто оказываются достаточно ригидными и ограничиваю щими активность людей, желающих перемен, но не уверенных в том, что их ближайшее окружение – дома и на работе – отнесется к их усилиям с пониманием. Хочется верить, что научные исследования гендерных аспектов профессиональной деятельности применитель но к современной российской действительности послужат теоретической опорой в работе психологов-практиков с подобными запросами, а также будут содействовать перестройке общественного сознания в отношении того, что «должен» и что «может» делать человек.

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ПРИРОДА УСТОЙЧИВОСТИ К СТРЕССУ Жигэу Е.И.

Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова, г. Москва Проблема стресса в последнее время стала одной из актуальнейших в современной психологии, биологии и медицины, и острота ее из года в год возрастает. Это вызвано мно гими причинами. Нарастающая урбанизация, индустриализация, ускорение темпов жизни и изменение ее условий приводят к увеличению количества стресс-факторов, воздействую щих на человека и вызывающих изменения в психическом статусе, развитие психических со стояний и заболеваний психогенной природы. Эти воздействия и психические реакции на них влияют на состояние личностной сферы и межличностные отношения, отражаются на работоспособности, профессиональной эффективности труда, состоянии здоровья.

Известно, что один и тот же стрессогенный фактор либо вызывает, либо не вызывает развитие стрессовой реакции в зависимости от отношения человека к нему. Не внешние, а внутренние психологические условия и процессы являются определяющими для характе ра ответного реагирования организма, а типы и формы этих реакций имеют индивидуаль ные, личностные черты.

Не каждый человек реагирует на стрессогенную обстановку путем снижения дееспособ ности, развития депрессии или психосоматических расстройств. Важным психологическим фактором обеспечения успешного преодоления стресса является устойчивое поведение человека в условиях стресса, то есть стрессоустойчивость. Индивидуальные различия в направленности, интенсивности реакций на стресс и в их последствиях, по мнению ис следователей, обусловлены влиянием личностных особенностей (Kobasa S., 1979;

Scheier M., Carver C., 1985), биологической предрасположенностью (Murphy L., Moriarty A., 1976) или внешними условиями (Cohen S., Evans G., 1986) и т.д. Установлено, что все эти факторы в той или иной степени имеют значение. Тем не менее, в настоящее время нет единого взгляда на понимание сущности стрессоустойчивости, особенностей ее проявления в различных ситуациях.

Целью данного исследования явилось изучение выраженности стрессоустойчивости и некоторых психологических факторов, ее обусловливающих.

Под стрессоустойчивостью понимается интегративное свойство человека, которое ха рактеризует степень его адаптации к воздействию экстремальных факторов внешней и вну тренней среды и деятельности. Устойчивость к стрессу определяется уровнем развития пси хических, физиологических и социальных механизмов регуляции текущего функционального состояния и поведения в этих условиях (Бодров В.А., 2006).

Объект исследования: русскоязычные женщины в возрасте от 20 до 40 лет (70 человек).

Использовались следующие диагностические средства: опросник «Прогноз» (Голо вей Л.А., Рыбалко Е.Ф., 2005), методика диагностики уровня субъективного контроля Дж. Роттера (Райгородский Д.Я., 2000), опросник-анкета «Жизненные события и стресс»

(Головей Л.А., Рыбалко Е.Ф., 2005), опросник Леонгарда-Шмишека (Чупров Л.Ф. и др., 1989).

Результаты исследования. По результатам опросника «Прогноз» были выделены три группы испытуемых, отличающиеся по уровню стрессоустойчивости: с низкой стрессоустой чивостью – 62% всех испытуемых;

со средней – 23%;

с высокой – 15%. Следует отметить, что средний возраст испытуемых в трех группах составил соответственно 23,5 года, 28 лет и 33 года. Это связано с увеличением возможности адекватно оценивать окружающие ситуации, контролировать свои эмоциональные состояния, целесообразно выбирать стра тегии поведения в различных условиях.

Не внешние, а внутренние психологические условия и процессы являются определяю щими для характера ответного реагирования организма. Типы и формы этих реакций имеют индивидуальные, личностные черты. Важным условием, определяющим, насколько эффек тивно человек может контролировать окружающую обстановку или владеть ею, является ло кус контроля. Средний показатель интернальности в группе испытуемых с высокой стрессо устойчивостью составил 8,3 стена, с низкой стрессоустойчивостью – 4,1 стена. То есть интерналы менее подвержены дистрессу, чем экстерналы. Они располагают более эффек тивной когнитивной системой, тратят существенную часть своей умственной энергии на получение информации, что позволяет им влиять на значимые для них события. Чувство владения собой интерналы могут развивать настолько, что это позволяет им более успеш но справляться со стрессовыми ситуациями. Из полученных результатов следует, что на стрессоустойчивость личности влияют такие черты, как демонстративность, тревожность, неуравновешенность, возбудимость. Выявлены статистически значимые различия между испытуемыми трех групп по указанным характеристикам.

На уровень стрессоустойчивости влияет также и предшествующий опыт стрессовых жизненных событий. В этих случаях стресс связан не с одной конкретной и явной наличной ситуацией, а реализуется в более широком жизненном контексте.

Таким образом, основные психологические условия стрессоустойчивости, влияющие на реакции в ответ на стрессогенные воздействия включают возрастные факторы, личностные характеристики, стратегии и способы преодоления стресса, прошлый опыт. Проблема психологических ресурсов и функциональных резервов психики остается одним из основных направлений изучения механизмов регуляции психологического стресса.

КОГНИТИВНО-СТИЛЕВЫЕ ОСОБЕННОСТИ И ПЕРЕЖИВАНИЕ АКТИВНОСТИ Зеленова М.Е.

Институт психологии РАН, г. Москва Свойства личности и особенности социальной среды могут способствовать как усиле нию, так и ослаблению стрессовой реакции, влияя на ее тип, интенсивность и длительность.

Известно, что большая часть людей, переживших экстремальный травматический психоло гический стресс, впоследствии вполне успешно восстанавливается после психической трав мы или вообще не имеет признаков травматизации. Результаты, полученные в ходе лонги тюдного исследования посттравматической стрессовой адаптации ветеранов боевых действий, проводящегося в Институте психологии РАН при поддержке РГНФ (гранты 00-06 00218а, 04-06-00144а и 07-06-18015е) и направленного на выявление факторов, способст вующих преодолению последствий психической травмы, связанной с пребыванием в зоне боевых действий, в целом подтвердили уже известные в литературе данные, описывающие переменные, способствующие преодолению последствий военного стресса. Было, в частно сти, показано, что с течением времени усиливается роль субъектно-личностных и индиви дуально-психологических характеристик в процессе ПСА по сравнению с ситуационными.

(Лазебная Е.О., Зеленова М.Е., 2005, 2006) В то же время, при обработке результатов была выявлена неоднозначная роль такого важного фактора, как субъективное восприятие собст венной активности. В целях объяснения полученного экспериментального факта была про ведена серия сравнительных исследований, позволивших сопоставить группы «активных»

и «пассивных» ветеранов по основным показателям ПСА (Зеленова М.Е., 2006).

Методы исследования. Для выявления когнитивно-стилевых особенностей испытуемых были использованы: тест «Свободная сортировка объектов» Гарднера–Колги, тест «Вклю ченные фигуры» Виткина, методика «Сравнение похожих рисунков» Кагана, тест «Словесно цветовая интерференция» Струпа. Субъективная оценка «активности» определялась с по мощью универсального набора шкал семантического дифференциала. При анализе использовались стандартные статистические процедуры комплекса SPSS, в том числе кор реляционный и факторный анализ.

Испытуемые: ветераны боевых действий в Афганистане, принимавшие участие в воен ных действиях и имеющие равный по тяжести травматический опыт. Средний возраст – 35 лет, образование – среднее или среднее специальное. Для анализа полученных данных все обследованные ветераны были разделены по фактору СД «активность» на основе меди анного критерия. Было выделено две группы: группа ветеранов, субъективно оценивающая себя более активными и условно названная в дальнейшем – «активные» (Мd = 5,25;

n=23), и группа ветеранов, субъективно воспринимающих себя более пассивными – группа «пас сивные» (Мd 5,25;

n= 22). Различия между выделенными группами по данному показателю статистически достоверны (p=0,001).

Результаты исследования. Анализ когнитивно-стилевых особенностей «активных»

и «пассивных» испытуемых выявил следующие различия. «Активные» ветераны обнаружили тенденцию к преобладанию «полезависимого» способа когнитивной переработки информа ции по сравнению с «пассивными». В то же время, анализ матрицы интеркорреляций пока зал, что фактор семантического дифференциала «активность» тесно связан с индексом обу чаемости или опыта и, что данный индекс выше в группе «активных» ветеранов (r=0,3*;

p0,05).

Группы «активных» и «пассивных» ветеранов различаются также по стилю «узкий–широ кий диапазон эквивалентности». Различия касаются, прежде всего, вербальных форм теста Гарднера. Все показатели вербальной формы данной методики статистически значимо вы ше в группе «активных» испытуемых (p0,05). То есть, выявлено, что у «активных» ветеранов выше вербальная понятийная дифференциация по сравнению с «пассивными» и, что для них характерна более детализированная категоризация впечатлений и использование более точных стандартов при оценке различных объектов.

Сравнение результатов диагностики ригидности – гибкости познавательного контроля («Тест словесно-цветовой интерференции Дж.Струпа») выявило различия на уровне статис тически выраженной тенденции в величине коэффициента ригидности – он оказался выше в группе «активных» ветеранов (p0,07). То есть, можно предположить, что в группе «актив ных» обследованных в большей степени выражена ригидность познавательного контроля, по сравнению с группой «пассивных». «Активные» испытуемые имеют большие субъективные трудности при смене способов переработки информации, переходя от одних форм заданий к другим.

По характеристикам когнитивного стиля «Импульсивность – рефлективность» («Тест сравнения сходных фигур Дж.Кагана») значимых различий между группами в нашем иссле довании выявлено не было. Данный стиль характеризует индивидуальные различия в склон ности испытуемых быстро или медленно принимать решения. Скорость и точность выполне ния теста Кагана в группах «активных» и «пассивных» ветеранов оказались статистически одинаковыми. Связь между субъективным восприятием собственной активности и особен ностями когнитивного темпа не обнаружена.

Таким образом, различия в характере когнитивно-стилевых конструктов между анализи руемыми группами носят неоднозначный характер. Как показал сравнительный анализ, «ак тивные» ветераны, с одной стороны, более «полезависимы», а с другой – более обучаемы;

они более ригидны и, в тоже время, более точны при оценке различных объектов. Дальней шие исследования, несомненно, позволят глубже изучить полученные факты.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПРОФИЛАКТИКИ КУРЕНИЯ Зинченко Ю.П.

Факультет психологии Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, г. Москва Профилактические программы и программы, направленные на борьбу с курением у взрослых, снижают число курильщиков, однако общее число курящих не сокращается, по скольку эта привычка приобретает все большую популярность среди молодежи. Доказано, что курение, являясь причиной многих хронических заболеваний, в первую очередь злокаче ственных, легочных и сердечно-сосудистых, приводит к преждевременной смерти. Согласно проведенным исследованиям, 30% смертей мужчин и 4% смертей женщин России обуслов лено курением. По числу смертей, связанных с курением табака среди мужчин, Россия зани мает одно из лидирующих мест.

Курение является важнейшей предотвратимой причиной заболеваний, но, несмотря на хорошо известный риск для здоровья, распространенность курения в мире до сих пор растет. Если такая тенденция будет сохраняться, то менее чем через 30 лет курение станет ведущей причиной преждевременной смерти.

Табакокурение является сложным поведенческим актом, в возникновении и развитии которого принимают участие не только физиологические факторы, но в первую очередь це лый комплекс социальных и психологических условий, особенно в молодом возрасте.

Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) на основании резуль татов опроса, проведенного в середине мая 2008 года в 46 регионах России установил, что в рейтинге занятий, привычек, ценностей, без которых россияне не могут обойтись, курение занимает третье место, разделяя его с деньгами, общением и телевизором (эти ценности и привычки называют 9-11% опрошенных). Более значимы для опрошенных лишь семья (25%) и работа (15%). В опросе приняли участие 1600 человек.

Две трети опрошенных (64%) отмечают, что легко могут обойтись без курения. 13% без этой привычки, по их словам, жить могут, но с трудом. И пятая часть (21%) респондентов не способна обходиться без сигарет или папирос. Процент заядлых курильщиков особенно вы сок среди мужчин (37% не могут без данной привычки);

жителей Москвы и Санкт-Петербур га (27%).

Привычка курить тесно связана с зависимостью от алкоголя: не могут без курения толь ко 12% тех, не испытывает тяги к спиртному;

каждый второй (48%) из тех, кто может обхо диться без алкоголя, но лишь с трудом, и подавляющее большинство – 88% – тех, кто не представляет своей жизни без алкоголя.

Каждый второй (46%) заядлый курильщик считает, что не имеет никаких зависимостей.

Подобная самооценка характерна также для 55% тех, кто полагает, что мог бы не курить (хо тя это было бы трудно);

и для двух третей некурящих (66%).

На деле же бросить курить удаётся лишь немногим. Среди тех респондентов, кто не мо жет без курения, 41% пробовал бороться со своими зависимостями, из них лишь 3% сумели добиться успеха в этой борьбе. Значительно больше тех – 54%, – кто пока не пытался изба виться от зависимостей, среди них 15% планируют когда-нибудь попробовать преодолеть себя, а 39% не видят в этом надобности.

Объектом психологического изучения во многих исследованиях являлось влияние се мейной ситуации на раннее начало курения. Анализировались такие характеристики, как распространенность этой привычки в семье, интенсивность курения родителей, старших се стер и братьев. В результате проведения исследований было показано, что семья, семейные отношения оказывают значительное влияние на распространенность курения среди молоде жи и даже детей.

Но в настоящее время в социально-ориентированных профилактических программах по предотвращению курения среди подростков, проводимых за рубежом, большое внимание уделяется влиянию сверстников и часто игнорируется влияние родителей. Ряд исследовате лей главным фактором, влияющим на раннее начало курения, считают не семью, а влияние курящих сверстников, раннюю вовлеченность в социальную активность и давление сверст ников. Однако многие авторы критикуют этот подход за односторонность, а соответствую щие реабилитационные программы за недостаточность и порой преувеличенные деклариру емые возможности.

Механизм влияния сверстников остается еще не до конца понятным: то ли влияние свер стников ведет к курению, то ли лица, которые курят, ищут тех, кто курит. А учет курения луч ших друзей иногда делает недостоверным влияние курения родителей. Многие работы по священы характеристикам личности курильщика: эмоциональной незрелости, неумению контролировать свое поведение и регулировать удовлетворение собственных потребнос тей, неадекватной системе ценностей.

В ряде исследований также показано, что низкая психологическая самооценка, депрес сия, тревожность также могут быть тесно связаны с поведением молодых курильщиков. Ряд данных указывает на то, что табакокурение среди молодежи связано со стрессогенными ус ловиями жизни. Стресс и самооценка являются важными факторами причин курения и его поддержки. Но эти данные недостаточно используются в профилактических программах, проводимых с молодежью.

В других исследованиях основными причинами начала курения называются личностные особенности курящих. И хотя данные исследований, полученные в этом направлении, разно речивы и фрагментарны, они позволяют сделать вывод о том, что различия некоторых лич ностных особенностей курящих и некурящих существует. Среди психологических предпосы лок к началу курения некоторые авторы отмечают низкую устойчивость к эмоциональным нагрузкам, повышенную тревожность, акцентуации характера, трудности социальной адап тации, склонность к рискованному поведению, низкую самооценку, ориентацию на мнение большинства, внешний локус контроля и некоторые другие.

Агрессивное поведение во многих исследованиях рассматривается как одна из основ ных психологических характеристик, которая отличает курящих от некурящих среди молоде жи. В зарубежной и отечественной психологии эта проблема получила достаточно широкую разработку.

Ряд исследователей рассматривают раннее начало курения как одну из форм рискован ного поведения. В то же время комплекс поведенческих и личностных характеристик, свя занных с формами поведения и расцениваемых как рискованные, неясен и недостаточно изучен.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 21 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.