авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени М. В. Ломоносова Факультет государственного управления Ученые трУды Выпуск ...»

-- [ Страница 3 ] --

С 1894 по 1930 год М. К. Любавский работает в Московском универси­ тете. В 1894 году он утверждается в должности приват­доцента по кафедре русской истории. В 1895 6 учебном году он читал курс «История Западной / Руси». В 1896 году М. К. Любавский вел семинар по проблеме земских при­ вилегий Литовско­Русского государства. С 1897 года читал курс «Истори­ ческая география России в связи с историей колонизации», а с 1899 года — «История западных славян» и «История Литовско­Русского государства до Люблинской унии». Тем самым к началу ХХ века определились области научных интересов М. К. Любавского: история Великого княжества Литов­ ского, историческая география и история западных славян.

В 1901 году он публикует исследование «Литовско­Русский Сейм. Опыт по истории учреждений в связи с внутренним строем и внешнею жиз­ нью государства», которое было защищено в качестве докторской диссер­ тации 28 мая 1901 года (единогласно присвоена степень доктора русской истории). Вокруг выводов исследования в начале ХХ века развернулась дискуссия, в которой участвовали М. В. Довнар­Запольский, Н. А. Макси­ мейко, Ф. И. Леонтович.

Исследование М. К. Любавским истории Русско­Литовского госу­ дарства было высоко оценено научной общественностью. Г. В. Вернадский в своей работе, посвященной отечественной историографии, особо выде­ ляет заслугу Матвея Кузьмича в изучении этой проблематики. По мне­ нию Вернадского, уже работа «Областное деление и местное управление 2 Раздел II Литовско­Русского государства ко времени первого Литовского статута» составила эпоху в изучении Западной Руси. «Литовскую Русь, — писал Г. В. Вернадский, — Любавский считает непосредственной преемницей Киевской Руси, а Суздальско­Московскую — как бы противоположным течением, но вышедшим из того же русла»1.

В 1901 году М. К. Любавский был утвержден в должности экстраорди­ нарного, а в 1902 — ординарного профессора по кафедре русской истории. При личном содействии В. О. Ключевского он становится его преемником по кафедре русской истории. В 1902–1905 годах М. К. Любавский читал курсы по древней русской истории, по исторической географии и исто­ рии западных славян, вел семинары по теме «Главные источники древ­ ней русской истории», по историографии и др. Одновременно исполнял обязанности секретаря историко­филологического факультета Московс­ кого университета и преподавал на Высших женских курсах, а также был в 1904–1907 годах инспектором классов Мариинского училища.

М. К. Любавский поддерживал постоянные связи с коллегами­исто­ риками в других городах России, оказывая помощь и поддержку молодым талантам. Именно к М. К. Любавскому направил одного из своих люби­ мых учеников профессор Варшавского университета Д. М. Петрушевский. Этим учеником был Б. Д. Греков, впоследствии один из известнейших отечественных историков, академик, который после четырех лет учебы в Варшаве из­за закрытия университета в связи с революционными собы­ тиями 1905 года перевелся в Московский университет. По­видимому, Лю­ бавский поручил Грекова заботам А. А. Кизеветтера, тогда приват­доцента Московского университета2.

В период революции 1905–1907 годов М. К. Любавский занимал кон­ сервативные позиции, выступая за поддержку твердой законной власти и отрицательно относясь к революционному движению. Он серьезно опа­ сался, что революционные потрясения негативно скажутся на развитии высшего образования в стране. Но он не чуждался при этом той обще­ ственной деятельности, активизация которой связывалась с расширени­ ем университетского самоуправления. В августе 1905 года были введены «Временные правила», согласно которым университеты приобретали от­ носительную автономию. Профессорско­преподавательский состав полу­ чил, в частности, право избирать ректора университета. С. Н. Трубецкой и стал в сентябре 1905 года первым избранным ректором Московского уни­ верситета. В 1905 наряду с Р. Ю. Виппером, В. О. Ключевским, В. И. Вер­ надским, К. А. Тимирязевым, П. И. Новгородцевым и другими препода­ вателями М. К. Любавский вошел в состав комиссии для управления хозяйственными и учебными делами Московского университета.

Вернадский Г. Русская историография. М., 1998. С. 170.

Горская Н. А. Борис Дмитриевич Греков. М., 1999. С.24, 28, 206.

Практика управления: страницы истории  В декабре 1908 года М. К. Любавский был избран деканом историко­ филологического факультета Московского университета. Одновременно он вел отдел университетской жизни в газете «Голос Москвы», выдвигая идеи возрождения в университете атмосферы академизма и отстраненно­ сти от политики.

В 1906–1911 годах М. К. Любавский подготовил целый ряд научных трудов: выходят литографированные курсы по исторической географии России и истории западных славян, публикуется ряд статей по истории России XIX века, а также «Очерк истории Литовско­Русского государства до Люблинской унии включительно» (М., 1910).

В 1909 году увидела свет одна из интереснейших дореволюционных работ М. К. Любавского — «Историческая география России в связи с ко­ лонизацией» (М., 1909). Это исследование имело принципиальное значе­ ние для продолжения изучения истории России в русле того направления научной мысли, которое связывается с именами таких отечественных авто­ ритетов как С. М. Соловьев и В. О. Ключевский. Изучение взаимовлияния общества и природной среды виделось ученым начала ХХ века сулящим новые открытия в объяснении исторического процесса России.

Особое значение для отечественной истории в этой связи приобретал вопрос о расширении государственной территории России. «В истории ко­ лонизации надо искать объяснения и политических делений Руси в разное время, — писал М. К. Любавский. —… Эта же история дает объяснение и разнообразию экономической деятельности русского народа в течение его истории, ибо многое тут зависело от занятия новых стран, с новыми ви­ дами естественных богатств. Наконец, и племенное разнообразие населе­ ния России во многом уясняется из истории расселения русского народа;

эта этнографическая пестрота более чем 100 племен в значительной части объясняется тем, что русское население распространилось по землям, уже занятым другими народностями»1.

Конечно, М. К. Любавский не останавливался только на рассмотрении исторического процесса русской колонизации. Он особенно подчеркивал то значение этого своего научного труда, что создает возможность уйти от «глазомерных» и суммарных обобщений, не имеющий под собой необхо­ димой источниковой основы2. При этом М. К. Любавский очень умело ис­ пользовал источники различных типов, создавая детальную картину рас­ ширения территории России.

Для М. К. Любавского главным основным вопросом, ответ на который должна дать его история русской колонизации, был вопрос, как и почему русский народ «разбросался в Восточной Европе и северной Азии — на Любавский М. К. Историческая география России в связи с колонизацией. М., 2000. С. 21.

Там же. С. 23.

 Раздел II территории, далеко не соответствующей его численности»1. Историк под­ робно останавливается на вопросах освоения русским населением разно­ образных территорий — европейский Север, Поволжье, Украина, Урал, Сибирь, Казахстан и Дальний Восток. Ученый стремится рассмотреть специфические особенности колонизации различных территорий и раз­ личных эпох. Его интересуют причины, пути и темпы колонизационно­ го процесса. Он выделяет и различные его формы — «вольнонародную», «правительственную», «монастырскую».

Большое внимание в «Исторической географии России» М. К. Любав­ ский уделяет исследованию колонизационных процессов в древнейший, домонгольский период истории Руси. Интенсивное освоение северо­вос­ точных территорий Восточно­Европейской равнины было обусловлено целым рядом факторов: высоким естественным приростом населения в ус­ ловиях отсутствия постоянной внешней опасности, приливом населения из южных территорий под давлением кочевников, экстенсивным характе­ ром хозяйственной деятельности населения Древней Руси, а также бла­ гоприятной этнической обстановкой на новых территориях. Результатом этих процессов и явилось, по мнению М. К. Любавского, усиление Влади­ миро­Суздальского княжества2.

Новую эпоху в истории русской колонизации М. К. Любавский свя­ зывал с последствиями монгольского нашествия и татарских погромов XIII и XIV веков. Сосредоточение населения в Суздальской земле в пред­ шествующий период сделало эту территорию наиболее привлекательной для татарских набегов. Это в корне изменило пути колонизации. «В Рос­ тово­Суздальской земле татарские нападения, — делал вывод М. К. Лю­ бавский, — разрядили население на востоке, сбили его к западу и отчасти к северу, заставили населить лежавшие здесь лесные и болотистые дебри и продвинуться к новгородским поселкам, которые, в свою очередь, размно­ жились и захватили большое пространство, особенно на севере, вследствие естественного прироста населения и стремления к новым промышленным угодьям»3. Также расширяется процесс обратного наступления русского населения в степь, начавшийся образованием Литовско­Русского и Мос­ ковского государств.

Особое внимание ученый уделяет процессу так называемой мона­ стырской колонизации. В отличие от предшествующих форм колонизации, обусловленных социально­политическими и экономическими причинами, монастырская колонизация обусловлена, по мнению М. К. Любавского, фактором духовного свойства. «Я разумею, — писал он, — особое движе­ Любавский М. К. Историческая география России в связи с колонизацией. М., 2000. С. 21.

Там же. С. 109.

Там же. С. 131.

Практика управления: страницы истории  ние, происшедшее в сфере иноческого жития — стремление к пустынножи­ тельству»1. Ученый провел глубокий анализ роли и значения монастырей в заселении России. Они «вытянули» из населенных мест значительное количество населения и разбросали их по пустынным местам, не охвачен­ ным земской или княжеской колонизацией.

Социально­политический и экономический факторы вновь приобре­ тали решающее значение, когда речь шла об освоении южных и юго­вос­ точных территорий Восточной Европы. Причины присоединения Казани, по мнению М. К. Любавского, «коренились в соображениях государствен­ ной безопасности и экономических выгод. Казань, с одной стороны, была разбойничьим гнездом, откуда предпринимались хищнические набеги на Московскую Украину;

с другой стороны, Казань была узлом торговых от­ ношений с Востоком. То и другое стояло при этом во взаимной связи»2. Если для освоения этой территории потребовалась смешанная форма ко­ лонизации (государственной, военнослужилой и крестьянской), то область Дона оказалась освоенной в результате «вольной народной колонизации» в XVI–XVIII веках.

М. К. Любавский выделяет три эпохи заселения сибирской земли. В первую эпоху «правительственная инициатива и деятельность в заселе­ нии страны шли рука об руку… с инициативой и деятельностью народной». Вторая эпоха (XVIII век) — время почти исключительно принудительно­ го характера колонизации, вольная народная колонизациия ослабевает. В третью эпоху (XIX век) выдвигается и такой мотив, двигавшей коло­ низацией, как борьба с перенаселением некоторых местностей России, с малоземельем крестьян. Он определял деятельность и правительства, и народных масс3.

Курс «Историческая география России» М. К. Любавского стал зна­ чительным явлением в научной жизни страны. В нем историк впервые в отечественной историографии дал сводный очерк исторической геогра­ фии страны с точки зрения колонизации, существенно уточнил схему В. О. Ключевского на основе конкретно­исторического материала. Особо следует отметить тот факт, что работа М. К. Любавского стала по существу первым исследованием, проанализировавшим эти сюжеты на материале XVIII–XIX веков4.

В начале 1911 года назначенный министром народного просвещения Л. А. Кассо развернул наступление на закрепленные законодательством права университетских советов в целях пресечения «студенческих бес­ Любавский М. К. Историческая география России в связи с колонизацией. М., 2000. С. 132.

Там же. С. 164.

Там же. С. 243.

Дегтярев А. Я., Иванов Ю. Ф., Карев Д. В. Ук. соч. С. 47–48.

 Раздел II порядков». Совет Московского университета протестовал против подоб­ ных действий нового министра, но справиться с ним не смог. В феврале 1911 года ректор университета А. А. Мануйлов, его помощник М. А. Мен­ збир и проректор П. А. Минаков подали в отставку и были уволены. Это вызвало отставку 21 профессора Московского университета, ряда приват­ доцентов и ассистентов (всего около 130 человек), поскольку они считали, что уволенные члены президиума университетского совета лишь выпол­ няли его постановления и, следовательно, все профессора были солидарно связаны принимаемыми советом решениями и обязаны были поддержать своих уволенных коллег. Покинул в это время университет и А. А. Кизе­ веттер, оставивший воспоминания об этих событиях1.

Новым ректором Московского университета 30 апреля 1911 года был избран М. К. Любавский. В марте 1914 года он был переизбран на эту должность на второй срок.

В годы Первой мировой войны М. К. Любавский занимал патриоти­ ческую позицию, являясь сторонником войны до победного конца. Он вы­ ступил инициатором «Ответов русских ученых на обращение немецких ученых к “культурному миру”». Как ректор М. К. Любавский много време­ ни и сил отдавал организации работы университета на оборону.

Большое место в жизни ученого занимала работа в научных обществах страны. В 1907–1913 годах М. К. Любавский являлся секретарем Импе­ раторского общества истории и древностей российских, а в 1913–1929 го­ дах — председателем ОИДР. Он стал одним из инициаторов подготовки первого съезда историков, который намечался на 1919 год, но так и не был проведен в связи с политическими потрясениями, охватившими Россию. М. К. Любавский содействовал выходу в свет «Исторических известий» (с 1916 года). Он избирался действительным членом многих научных об­ ществ и почетным членом ряда губернских архивных комиссий. В декабре 1917 года он был избран членом­корреспондентом Российской академии наук. В этот период М. К. Любавский продолжает чтение курсов лекций, постоянно готовя новые: по истории Польши, Чехии, русской истории XVII — первой четверти XVIII века, ведет ряд научных семинаров. Среди учеников М. К. Любавского — В. И. Пичета, Н. Г. Бережков, В. А. Панов, А. А. Новосельский, В. К. Никольский, С. В. Бахрушин. К 30­летию науч­ ной и педагогической деятельности Любавского был подготовлен сборник статей в его честь.

Из­за занятости административными делами во второе десятилетие ХХ века сократилось число научных публикаций М. К. Любавского. Но и в этот период увидели свет его фундаментальные работы — «Лекции по Кизеветтер А. А. На рубеже двух столетий. Воспоминания 1881–1914. М., 1996. С. 349–350.

Практика управления: страницы истории  древней русской истории до конца XVI в.» (М., 1915) и «История запад­ ных славян» (М., 1917).

Февральскую революцию 1917 года М. К. Любавский воспринял как закономерное явление. Он скептически относился к попыткам Времен­ ного правительства предотвратить новую революцию и пессимистически оценивал будущее страны. В марте 1917 года он принял решение уйти от административной деятельности в университете и не выдвигать свою кан­ дидатуру на новых выборах ректора. 29 апреля 1917 года ректором Мос­ ковского университета был избран М. А. Мензбир.

Октябрьскую революцию, как и многие люди его круга, М. К. Любав­ ский встретил враждебно, хотя позднее он был вполне лоялен к советской власти. Несмотря на ряд приглашений из­за рубежа, М. К. Любавский, твор­ чество которого имело в тот период широкое международное признание, от­ казался покинуть Россию. Он продолжал работу в университете и в архи­ вных органах. С весны 1918 года возглавил Московское отделение ГУАД (Московское областное управление архивным делом), до 1920 года являлся постоянным членом коллегии и заместителем заведующего ГУАД, участво­ вал в работе научно­издательской комиссии ГУАД (1918–1919). В 1920– 1930 годы М. К. Любавский являлся директором Древлехранилища, а с 1918 по 1930 год руководил Высшими архивными курсами, где читал лекции по исторической географии и истории архивного дела в России.

В марте 1919 года М. К. Любавский был избран по конкурсу профес­ сором ФОН МГУ, работал в Институте истории РАНИОН. В качестве эк­ сперта­консультанта участвовал в подготовке мирного Рижского договора РСФСР и Польши.

В начале 1929 года М. К. Любавский был избран действительным чле­ ном АН СССР по отделению общественных наук.

В 20­е годы М. К. Любавский читал в университете лекции по истории Великого княжества Литовского, истории России XVIII века и истори­ ческой географии. В этот период им были подготовлены научные труды: «Образование государственной территории великорусского племени. За­ селение и объединение центра» (1927), «История архивного дела в доре­ волюционной России в связи с историей учреждений» (1929;

неопублико­ вано).

Итогом многолетних трудов М. К. Любавского в области исторической географии явилось исследование «Обзор русской колонизации с древней­ ших времен и до ХХ века», завершенное в 1928 году, но не увидевшее света при жизни автора. Оно вобрало в себя все научные результаты, получен­ ные Любавским в предшествующие годы и опубликованные в целом ряде частных, по отношению к этой обобщающей теме, работ. Но основной те­ оретический подход автора оставался неизменным. Во введении к своему исследованию М. К. Любавский подчеркнул, что «справедливо… положе­  Раздел II ние, выставленное видными русскими историками второй половины XIX и начала ХХ века, что русская история есть в сущности история непрерыв­ но колонизующей страны»1.

Что заставило автора этого исследования продолжать работу над те­ мой, в значительной мере раскрытой в курсе по исторической географии 1909 года? Ответ на этот вопрос в полной мере дал сам М. К. Любавский, когда отмечал, что «до сих пор в русской исторической литературе нет тру­ да, который так или иначе сводил бы воедино все частные исследования по истории колонизации»2. В свой «Обзор» М. К. Любавский включил ряд новых моментов и подходов, отсутствовавших в предшествовавших исто­ рико­географических работах. Речь идет об усилении взаимосвязи процес­ са колонизации с социальными отношениями в государстве.

М. К. Любавский отмечал, что далеко не все вошедшие в состав Рос­ сийской империи территории стали объектом значительной колонизации русского населения. Как подсчитал ученый, «всего русское государство с включением Финляндии занимало в 1912 году, т. е. накануне Европейской войны, 22 702 976 квадратных километров, т. е. приблизительно половину Европы и треть Азии, причем на долю областей, завоеванных, но почти не колонизированных, приходилось около 2,5 млн квадратных километров, т. е. с небольшим 12 % всей территории»3.

Творческую деятельность М. К. Любавского прервал в ночь с 10 на 11 августа 1930 года арест по так называемому «академическому делу». В связи с этим он был лишен звания академика. Постановлением колле­ гии ОГПУ М. К. Любавский был приговорен к ссылке на 5 лет с зачетом предварительного заключения. С сентября 1931 по 1 января 1935 года он работал научным сотрудником в Башкирском научно­исследовательском институте национальной культуры в Уфе. Он написал исследования о вот­ чинниках Башкирии и «Очерки по истории башкирских восстаний XVII– XVIII вв.», подготовил к печати два сборника документов по социаль­ но­экономической истории Башкирии XVII–XIX вв. (неопубликованы). 22 ноября 1936 года М. К. Любавский скончался и был похоронен в месте своей ссылки — городе Уфе.

За годы научной работы М. К. Любавским было создано более 200 тру­ дов по истории Литовско­Русского государства, истории западных славян, исторической географии и истории феодальной России.

В августе 1967 года после пересмотра дела об участии в «контрреволю­ ционном заговоре» М. К. Любавский был реабилитирован Военной колле­ гией Верховного суда СССР. Он восстановлен решением Президиума АН СССР в списках действительных членов АН СССР.

Любавский М. К. Обзор истории русской колонизации с древнейших времен и до ХХ века. С. 73.

Там же.

Там же. С. 539.

Практика управления: страницы истории  СОчИНЕНИя М. К. ЛюбАВСКОГО:

XVIII в. и Ломоносов. M., 1912. Историческая география России в связи с колонизацией. СПб., 2000.

История западных славян. 3­е изд. М., 2004.

История царствования Екатерины II. СПб., 2001.

Лекции по древней русской истории до конца XVI века. 4­е изд. СПб., 2002.

Московский университет в 1812 г. М., 1913.

Обзор истории русской колонизации с древнейших времен и до ХХ ве­ ка. М., 1996.

Образование основной государственной территории великорусской народности. Заселение и объединение центра. Ч. 1. Л., 1929.

Очерк по истории Литовско­Русского государства до Люблинской унии включительно. М., 1910.

Русская история XVII–XVIII веков. СПб., 2002.

ЛИТЕРАТУРА О М. К. ЛюбАВСКОМ «Папа, несмотря на занятость, уделял мне какое­то время». Из воспо­ минаний В. М. Ливановой­Любавской / / Исторический архив. 2000. № 4.

Дегтярев А. Я., Иванов Ю. Ф., Карев Д. В. Академик М. К. Любавский и его наследие / / М. К. Любавский. Обзор истории русской колонизации с древнейших времен и до ХХ века. М., 1996.

Карев Д. В. История отечественного архивоведения в творческом на­ следии академика М. К. Любавского / / Источниковедение и историогра­ фия. Специальные исторические дисциплины. М., 1980.

Карев Д. В. Участие академика М. К. Любавского в советском архи­ вном строительстве / / Советские архивы. 1978, № 2.

Кривошеев Ю. В., Рисинская Т. А. М. К. Любавский и его курс исто­ рической географии России / / М. К. Любавский. Историческая география России в связи с колонизацией. СПб., 2000.

Ректоры Московского университета. М. К. Любавский. М., 1996.

Сидоров А. В. Любавский / / Отечественная история: история России с древнейших времен до 1917 года: Энциклопедия. Т. 3. М., 2000.

Сидоров А. В., Старостин Е. В. М. К. Любавский / / Историки России. Биографии. М., 2001.

Ермолаев Ю. Н. Ректор Московского университета М. К. Любавский: научная и административная деятельность. Дисс... канд. ист. наук. М., 2003.

70 Раздел II Тропин В. И., заслуженный профессор Московского университета РЕКТОР мОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА АКАДЕмИК АНАТОЛИй АЛЕКСЕЕВИЧ ЛОГУНОВ И ЕГО ВРЕмЯ (к 0­летию со дня рождения) В реалиях Московского университета особое место занимает 43­й его ректор — академик Анатолий Алексеевич Логунов (1977–1992 ), которо­ му история страны отвела место быть последним ректором советской эпохи в сложное и драматическое время ее развития. Именно в это время ректор А. А. Логунов сумел добиться для Московского университета ста­ туса общесоюзного самоуправляемого (автономного) государственного высшего учебного заведения, осуществляющего свою деятельность в со­ ответствии с собственным Уставом и провести первые выборы ректора университета.

Мне суждено было быть не только современником ректора Москов­ ского университета А. А. Логунова, но на протяжении всего периода его деятельности работать под его непосредственным руководством в качест­ ве заместителя — проректора по международным связям.

Все это позволяет мне, более того обязывает как историка и гражда­ нина, написать о многогранной деятельности ректора А. А. Логунова — че­ ловека исключительной скромности, по своему характеру не публичного, в любом деле стремившегося подходить с точки зрения государственных интересов и всегда ставившего целью увидеть результат.

Но при этом я не ставлю перед собой цель провести широкое исследо­ вание всей деятельности академика А. А. Логунова. Тем более я не могу, как историк по образованию, дать разбор и оценку его научных работ в области физики. Это особая и самостоятельная тема. Цель данной работы другая. С одной стороны, привести основные факты биографии А. А. Логу­ нова, отметив определенные творческие моменты развития его личности, а с другой — определить основные позиции его ректорской деятельности, участником и свидетелем которых при этом был я, опираясь на документы и личные высказывания Анатолия Алексеевича.

А. А. Логунов — выходец из народа, из простой русской семьи. Родил­ ся и получил воспитание в советское время. Основные вехи жизненного пути и деятельности А. А. Логунова, безусловно, представляют интерес для тех, кто интересуется историей нашего первого российского Московс­ кого университета.

Практика управления: страницы истории И как тут не вспомнить слова патриарха русской истории профессора университета С. М. Соловьева, сказанные им в 1877 году при открытии первого памятника, сооруженного на пожертвования, основателю Мос­ ковского университета М. В. Ломоносову: «…Настоящее народа крепко тесным союзом своим с прошедшим, что историческая жизнь народа со­ ставляет единое органическое целое, и горе народу, который порвет эту ор­ ганическую связь с своим прошедшим, забудет людей, в которых высказа­ лись всего явственнее его дух и силы: такой народ услышит себе страшный приговор, что он обеспамятел. И народы живые, сильные больше всего бо­ ятся потерять память о своем прошлом, т. е. о самих себе» [1].

Анатолий Алексеевич Логунов родился 30 декабря 1926 года в селе Обшаровка Приволжского (ныне Безенчукского) района Самарской об­ ласти [2]. Отец Анатолия Алексеевича Логунова — Алексей Иванович — по профессии скорняк, по образованию самоучка. Мать Анатолия Алек­ сеевича — Агриппина Кузьминична — работала по дому. Окончила всего три класса начальной школы. Они прожили жизнь простых русских лю­ дей и университетов не кончали. У Алексея Ивановича Логунова всегда было стремление учиться. «Он часто мне говорил, — вспоминает Анатолий Алексеевич об отце, — что знаний ему не хватает, хочется знать больше, но так уж сложилась жизнь».

Биография А. А. Логунова говорит о том, что всего, что он достиг в жизни было результатом его целенаправленного упорного труда, его природного ума, если хотите таланта и той творческой обстановки и воз­ можностей, которое создавали советское общество.

«Могу сказать, что мой жизненный путь не является каким­то необыч­ ным для советского человека, — отмечает А. А. Логунов, — …Получилось так, что я родился вскоре после Октябрьской революции, когда в нашей стране начинала зарождаться новая жизнь. Так что вся моя биография связана с новым — с появлением новых человеческих отношений, с рожде­ нием новых взглядов на жизнь и новых условий, в которых формируются люди».

«Мои школьные годы совпали с тем периодом в нашей стране, — вспо­ минает Анатолий Алексеевич, — когда буквально весь народ сел за учени­ ческую парту. Перед страной стояла задача покончить с безграмотностью, а стало быть с невежеством и отсталостью, порожденными многовековым угнетением и забитостью. Люди потянулись к книгам, учились все — от детей до стариков… В 1933 году я также стал учеником».

Школа сразу же открыла Анатолию Алексеевичу новый мир, породи­ ла у него жажду знания, что выразилось в одной фразе — «учиться всегда хотелось». «Так уж получилось у меня с детства, что учеба — это не толь­ ко необходимое, но и самое естественное состояние, — отмечает Анатолий Алексеевич. — Постепенно расширились горизонты, и, наконец, возникло 72 Раздел II стремление заглянуть за ту самую ограничительную черту, к которой по­ дошли человеческие знания».

Окончание учебы в школе совпало у Анатолия Алексеевича с самым трудным временем для нашей страны, для всего советского народа, для всех тех, кто поднялся на борьбу с фашизмом. «Полыхала война — самая жестокая, самая разрушительная, самая бесчеловечная, — вспоминает Ана­ толий Алексеевич. — Люди голодали, замерзали, переносили нечеловече­ ские страдания, гибли, но нас, детей, учили, старались в нас сберечь ростки будущей мирной и поэтому прекрасной жизни…».

Очень интересен и во многом поучителен для молодежи рассказ А. А. Логунова о выборе будущей трудовой специальности по окончании средней школы.

В 1943 году он окончил с аттестатом отличника среднюю школу в небольшом городке Кузнецке Пензенской области. Встал непростой вы­ бор — куда пойти учиться дальше. Решалась судьба молодого человека.

И выбор был сделан. «В нашей стране тогда многие были увлечены техникой, особенно авиацией, — рассказывает Анатолий Алексеевич. — … Я тогда же решил, что моя жизнь будет навеки связана с техникой, с мо­ торами, с авиацией, а значит с математикой». Математика была любимым предметом Анатолия Алексеевича в школе.

Анатолий Алексеевич в 1943 году с аттестатом отличника без сдачи вступительных экзаменов поступает в Куйбышевский авиационный инс­ титут на моторостроительный факультет. На первых курсах института он учился с увлечением. Особенно, нравились базовые теоретические пред­ меты. Когда же начались практические занятия, то он понял, что авиамо­ торы не его дело.

По семейным обстоятельствам в связи со службой отца в Советской армии в Подмосковье Анатолий Алексеевич переводится в 1947 году на третий курс радиотехнического факультета Московского авиационного института (МАИ). Но на четвертом курсе МАИ, когда снова пошли такие предметы, как станки и инструменты, организация производства, начались практические занятия, Анатолий Алексеевич вновь почувствовал разоча­ рование: тянуло к теории. Но выход был найден. В те же годы на механи­ ко­математическом факультете МГУ был экстернат. И Анатолий Алексе­ евич, учась на четвертом курсе МАИ, параллельно стал сдавать экзамены на механико­математическом факультете с дополнительной сдачей экза­ менов по программе физического факультета МГУ. Выполнив программу по сдаче экзаменов за четыре курса физического факультета в 1949 году, Анатолий Алексеевич принимает решение перейти в Московский универ­ ситет. С трудом получив документы в МАИ (он был уже студентом пятого выпускного курса), Анатолий Алексеевич «на крыльях полетел в Москов­ ский университет».

Практика управления: страницы истории А дальше представляем слово нашему неутомимому, ищущему свой путь в жизни, герою: «Вхожу в здание университета и вижу огромный плакат: всякие переходы из институтов в институты, с факультетов на факультеты строго запрещены. У меня екнуло сердце. Ну, думаю, добе­ гался. Ни жив, ни мертв вошел в кабинет проректора МГУ профессора Г. Д. Вовченко: “Хочу у вас учиться”. Мы проговорили с час, и я попросил Григория Даниловича зачислить меня на 4 курс физического факультета, чтобы лучше усвоить материал и прочувствовать атмосферу университе­ та… Казалось, я все более превращался в классического русского “вечного студента”».

Вот так начал свой путь в Московском университете Анатолий Алек­ сеевич Логунов — путь большого ученого и будущего ректора МГУ.

Подводя итог выбору своего пути в жизни, в том числе и в науке, Ана­ толий Алексеевич подчеркивает, что нужно сделать не только правильный жизненный выбор, но непременно нужна работоспособность в любой об­ ласти — будь то наука или любой другой путь. Это главное условие: «Нуж­ но сделать правильный жизненный выбор. Это выбор того, где, в какой области и сфере нужно работать, чему должны быть отданы силы, чему стоит посвятить свою жизнь и самого себя».

В 1951 году А. А. Логунов с отличием заканчивает физический факуль­ тет МГУ и был рекомендован в аспирантуру факультета. В 1953 году ус­ пешно защищает кандидатскую диссертацию по проблемам космических лучей — в то время малоизвестной научной области. По завершении ас­ пирантуры был оставлен работать ассистентом на кафедре теоретической физики, которой заведовал академик Н. Н. Боголюбов.

На кафедре Анатолий Алексеевич вел семинарские занятия по теоре­ тической и квантовой механике, но по­прежнему оставалось стремление к новым знаниям, к постижению новых научных открытий.

В 1956 году под Москвой в г. Дубна организуется международный Объединенный институт ядерных исследований (ОИЯИ). Лабораторию теоретической физики в ОИЯИ возглавил академик Н. Н. Боголюбов, ко­ торый пригласил А. А. Логунова работать своим заместителем. В 1959 году Анатолий Алексеевич защищает докторскую диссертацию на тему: «Дис­ персионные соотношения для неупругих процессов».

В 1963 году А. А. Логунов получает новое высокое назначение на долж­ ность директора вновь созданного Института физики высоких энергий Государственного комитета по использованию атомной энергии СССР, который вел строительство крупнейшего в мире ускорителя (70 ГэВ) под г. Серпуховым Московской области. В 1967 году ускоритель был введен в строй. В 1970 году за разработку и ввод в действие протонного синхотрона на 70 ГэВ А. А. Логунов был удостоен Ленинской премии, а ранее был на­ гражден первым из четырех орденом Ленина.

7 Раздел II В 1968 году А. А. Логунов избирается членом­корреспондентом АН СССР по Отделению ядерной физики, а в 1972 году — действительным членом (академиком) по тому же отделению. С 1972 года А. А. Логунов за­ ведует кафедрой физики высоких энергий — в дальнейшем квантовой тео­ рии и физики высоких энергий физического факультета МГУ. В 1974 году А. А. Логунов избирается вице­президентом АН СССР.

Говоря об области своих научных интересов А. А. Логунов отмечал: «Основные мои работы связаны с квантовой теорией поля и физикой эле­ ментарных частиц. Мне нередко задают вопросы, почему я избрал своей профессией физику высоких энергий. Я уже упоминал, что меня всегда интересовал крайний рубеж познания человеческой природы, еще не ре­ шенные, но уже поставленные вопросы» [3].

В дальнейшем академик А. А. Логунов расширил свои научные инте­ ресы, развивая идеи великих ученых Пуанкаре, Минковского, Эйнштейна и Гильберта, выдвинул новые представления о пространстве­времени на основе специальной теории относительности и создал последовательную релятивистскую теорию гравитации, которая с высокой точностью, выяс­ няя все известные экспериментальные данные, устранила принципиаль­ ные трудности общей теории относительности, объясняя все известные гравитационные эффекты в Солнечной системе.

Мне посчастливилось быть свидетелем как ученый А. А. Логунов от­ стаивал и утверждал новый взгляд на теорию относительности, выступая с открытой лекцией­дискуссией в 80–90­е годы на тему «Релятивистская тео­ рия гравитации (теория относительности Анри Пуанкаре и Альберта Эйн­ штейна)» в университетах и научных центрах США, ФРГ, Великобритании, Италии, Франции, Японии, КНР, Финляндии, Болгарии, в Европейском центре ядерных исследований (ЦЕРН) в Швейцарии, в Объединенном инс­ титуте ядерных исследований в г. Дубне, а также в Московском университе­ те, подтверждая в дальнейшем свои научные достижения публикациями.

Все это подтверждало то, что настоящему ученому нужна не только исключительная работоспособность и увлеченность, но он должен обла­ дать смелостью и уверенностью в достигнутых своих научных результатах и представления их на суд научной общественности. Академик А. А. Логу­ нов отстаивал свой взгляд на развитие научной проблемы смело и реши­ тельно, не взирая на авторитеты, отстаивал в открытой борьбе с консер­ вативно устоявшимися взглядами в научном сообществе, которое порой игнорировало элементарную научную объективность.

Эта многолетняя история и борьба мнений привела А. А. Логунова к раздумьям о роли и месте интеллигенции не только в развитии науки, но и общества в целом, об определенном типе ученого нашего времени. Об этом он, подробно и убедительно, говорил в интервью «Интеллигенция — поня­ тие русское», опубликованном в газете «Правда» 7 августа 1989 года.

Практика управления: страницы истории 7 * * * После трагической гибели в горах Памира Р. В. Хохлова ректором Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова 22 сентября 1977 года был утвержден академик, вице­президент АН СССР Анатолий Алексеевич Логунов. Коллективу Московского университета он был малоизвестен. При имени академика Логунова непременно добавляли слово «Протвино».

В 1963 году, когда А. А. Логунов был назначен директором вновь со­ здаваемого Института физики высоких энергий Государственного комите­ та по использованию атомной энергии СССР под г. Серпухов Московской области, на месте будущего института стояло несколько летних домиков пионерского лагеря на берегу речки Протва — притока реки Оки. В на­ стоящее время здесь создан крупнейший научный центр, вокруг которого вырос город с 40­тысячным населением, с хорошо известным в мире на­ званием Протвино. А первый директор и научный руководитель центра академик А. А. Логунов избран почетным гражданином г. Протвино.

«В то время мне было поручено не только создать новый научно­ис­ следовательский институт, но, по существу, построить новый город, в ко­ тором можно было бы обеспечить жилье, работу, исследования, — вспоми­ нает Анатолий Алексеевич. — Сама жизнь выдвигала передо мной самые различные требования, в определенном плане все это обогатило меня. Ко­ нечно, это было для меня новым делом. Но жизнь есть жизнь. И вопросы, которые ставит жизнь, должны решаться успешно. Более того, они долж­ ны решаться как можно скорее. Потому что первоочередной задачей наше­ го социалистического строя является забота о людях. Именно это служило гарантией успеха в моей работе» [4].

Поэтому не случайно задачу по созданию необходимых условий для жизни и работы как учебной, так и научно­исследовательской коллектива Московского университета ректор А. А. Логунов сделал первоочередной в своей деятельности. Ректор сразу же определил главную — двуединую за­ дачу: с одной стороны, университету необходимо было обновление, а точ­ нее создание необходимой научной и материальной базы в соответствии с новым этапом научно­технической революции, а с другой — проведение неотложных ремонтных работ, острота которых усиливалась истечением нормативных положений их эксплуатации в основных учебно­научных корпусах университета. Более того, необходимо было обеспечить условия для безопасной жизни, учебы и работы студентов и сотрудников универ­ ситета.

А. А. Логунов добивается от союзного советского правительства еже­ годного выделения целевой суммы на проведение капитального ремонта зданий и сооружений МГУ, на создание в структуре университета строи­ тельного треста. Здания университета на Ленинских горах вновь оказа­ 7 Раздел II лись в строительных лесах. Менялась устаревшая облицовочная плитка, кровельные покрытия, водоканализационное оборудование, проводились другие необходимые ремонтные работы.

В МГУ создается пожарная часть. В зданиях университета впервые организуется система противопожарной сигнализации с круглосуточным противопожарным пультом наблюдения. Для усиления охраны зданий и помещений, а это целый город с населением 60 тысяч человек, в универси­ тете создается специальное отделение милиции. Последнее, в обстановке развернувшейся в стране гласности и нарастающих волн демократическо­ го популизма и демагогии, вызвало неоднозначную реакцию в обществе.

Благодаря активным усилиям и целенаправленным действиям ректора А. А. Логунова выходит Постановление Совета министров СССР от 26 ок­ тября 1987 года № 1194 «Об укреплении материально­технической базы Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова».

Постановление советского правительства определило конкретные за­ дачи и сроки по проектированию, строительству, реконструкции и расши­ рению зданий и сооружений учебно­научного и производственного назна­ чения для Московского государственного университета в 1988–2000 годах общей площадью 350 тысяч кв. метров, в том числе в Москве — 333 тысячи кв. метров.

С этой целью Московскому университету было обеспечено отвод и за­ крепление земельного участка по Ломоносовскому проспекту для строи­ тельства новых учебно­научных корпусов для факультетов и возведения здания фундаментальной научной библиотеки на 5 млн томов и 3000 чи­ тальных мест. Постановление предусматривало обеспечение потребности университета в физической культуре и спорте. Планировалось построить дворец культуры, зрелищные залы разного типа, создать нормальные жи­ лищные условия всем студентам, аспирантам, в том числе семейным, для чего возвести общежития на 6000 мест с полным комплексом культурно­ бытового обслуживания, детскими садами и яслями, восполнить нехватку предприятий бытового обслуживания для студентов и сотрудников (сто­ ловые, торговые точки).

Реализация данного Постановления Совета министров СССР должна была обеспечить Московскому университету «выход на качественно новый уровень подготовки специалистов и развития научных исследований».

Во исполнение постановления правительства была начата разработ­ ка архитектурного проекта с техническим заданием на строительство но­ вых зданий и сооружений университета по Ломоносовскому проспекту. В 1989 году в фойе Актового зала Главного здания МГУ прошла выстав­ ка, на которой экспонировались конкурсные проекты новых зданий МГУ. Лучшим был признан проект ЦНИ и ЭП учебных заведений Госстроя СССР, который в дальнейшем был одобрен на заседаниях Государствен­ Практика управления: страницы истории ного архитектурного совета при Госкомархитектуре, Градостроительного совета при главном архитекторе Москвы [5].

Но последовала историческая драма 1991 года — распад СССР и от утвержденного проекта новых зданий МГУ остались одни выставочные макеты и подготовка «нулевого цикла» для будущего строительства, что явилось прямым результатом так называемой «перестройки социализма и его совершенствования».

* * * За время ректорства академика А. А. Логунова развитие МГУ, как ве­ дущего учебно­научного центра Советского Союза, росло и укреплялось. При нем получили дальнейшее развитие сложившиеся в университете крупные научные школы. Увеличивалось число подготавливаемых спе­ циалистов высокой квалификации. Активно развивались международные связи в разных формах сотрудничества.

Этому способствовал и стиль руководства ректора А. А. Логунова. Пре­ жде всего его высокая требовательность к себе — в жизни, в науке, в адми­ нистративной деятельности, которую он рассматривал с государственной позиции (чувствовался многолетний опыт работы в системе Госкоматома). Эта требовательность передавалась и его помощникам — проректорам и их заместителям, руководителям факультетов и различных служб универси­ тета.

А. А. Логунов, сохранив прежнюю систему управления ректората уни­ верситетом, никогда не осуществлял мелочную опеку по работе над под­ чиненными и тех заданий, за выполнение которых они отвечали. Но пер­ сональную ответственность за обеспечение порученного направления с должностных лиц ректор никогда не снимал, требовал их выполнение на самом высоком уровне. При этом ректор А. А. Логунов не стремился за­ мыкать всю власть на себе, а требовал от должностных лиц в полной мере выполнения представленных им прав и обязанностей.

В обсуждении деловых вопросов работы университета ректору Логуно­ ву была присуща демократичность и коллегиальность обсуждения при при­ нятии решений. В работе с кадрами А. А. Логунов придерживался принципа стабильности и взаимопонимания. Он никогда не стремился подчеркнуть свое особое участие как ректора в выработке и реализации того или другого важного и принципиального решения в жизни Московского университета — персонифицировать его, но всегда брал ответственность за его выполнение. Все это обеспечивало успех в работе «команды» (хотя Анатолий Алексеевич никогда это слово не употреблял) и создавало условия для проявления со­ трудниками университета инициативы в работе на перспективу.

В период ректорской деятельности А. А. Логунова были созданы (или реорганизованы) новые факультеты, научно­исследовательские институты 7 Раздел II и учебно­научные центры: факультет иностранных языков, социологиче­ ский факультет;

высший колледж наук о материалах (на правах факультета);

научно­исследовательский институт вычислительной математики, научно­ исследовательский институт физико­химической биологии им. А. Н. Бе­ лозерского, институт теоретических проблем им. Н. Н. Боголюбова, био­ технологический центр (в дальнейшем преобразован в Международный учебно­научный биотехнологический центр), Международный лазерный центр, центр молекулярной медицины, инженерный центр по оценке геоло­ гического и техногенного риска и др. На базе подготовительного факультета для иностранных граждан был создан Центр международного образования на правах института и учебно­методический центр интенсивного обуче­ ния иностранным языкам при МГУ. Проводится реорганизация Центра общественных наук в Общеуниверситетский учебно­научный центр соци­ ально­гуманитарного образования (будущий факультет государственного управления). МГУ вместе с Инновационным фондом при ГКНТ СССР и советско­американским предприятием «Диалог» приступили к созданию на территории университета научного технопарка МГУ.

В соответствии с Постановлением Совета министров СССР от 11 фев­ раля 1988 года в г. Ульяновске организован первый филиал Московского университета с перспективой создания на его базе Ульяновского государс­ твенного университета [6].

Много внимания ректор А. А. Логунов уделяет созданию и перспек­ тивам развития системы коллективного пользования ЭВМ в научных ис­ следованиях и учебном процессе. Это была одна из первых задач, которую ректор поставил перед коллективом университета. В результате к 1985 году в МГУ была введена система коллективного пользования ЭВМ, созданная на базе новых программно­аппаратных средств, математических методов и технологий для разработки новых и развития действующих автоматизиро­ ванных систем научных исследований, учебного процесса и управления.

Хотелось бы отметить еще одно новшество в организации учебного процесса в университете, что сказалось на повышении профессионального уровня в подготовке специалистов и дальнейшего их использования. Речь идет об открытии в МГУ филиалов кафедр и учебно­научных центров сов­ местно с научно­исследовательскими институтами АН СССР и другими организациями профильного направления на экономическом, философ­ ском, юридическом факультетах и факультете психологии, а также созда­ нии филиалов кафедр университета в институтах Академии наук и про­ фильных практических организациях.

Возглавляя созданный решениями Президиума АН и коллегии Мин­ вуза СССР совет по высшей школе, А. А. Логунов поставил задачу «ис­ пользования хорошо оснащенных научных баз Академии и отраслевых министерств как в подготовке специалистов, так и в совместном проведе­ нии исследований» [7].

Практика управления: страницы истории 7 Усиливается роль Московского университета как ведущего учебно­ научного и методического центра по подготовке и повышению квалифи­ кации профессоров и преподавателей высшей школы. На факультетах и кафедрах Московского университета открывается докторантура по новым научным направлениям. С этой же целью в МГУ организуются специаль­ ные отделения по переподготовке кадров по новым перспективным на­ правлениям науки и техники.

Московский государственный университет становится в полном смысле слова научно­методическим центром университетского образова­ ния, что подтверждается созданием, в соответствии с Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 13 марта 1987 года, учебно­методического объеди­ нения (УМО) университетов страны, успешно продолжающего работать и в настоящее время. В задачу УМО входило: определение перспективных направлений подготовки и переподготовки кадров университетского про­ филя;

постоянное совершенствование образования в соответствии с пот­ ребностями отраслей народного хозяйства;

совершенствование научной организации и методического обеспечения учебно­воспитательного про­ цесса. Руководство деятельностью УМО осуществлял совет, состоящий из ректоров и ведущих профессоров вузов, входящих в объединение, а также крупные специалисты народного хозяйства и ученые академий наук. Пред­ седателем совета являлся академик А. А. Логунов — ректор Московского университета, на базе которого было организовано объединение.


На факультетах Московского университета с этой целью были созда­ ны научно­методические советы по группам родственных университет­ ских специальностей. Научно­методическими советами факультетов была выполнена большая работа по составлению необходимой документации с целью организации совершенствования учебного процесса в универси­ тетах страны: выработаны типовые учебные планы по 46 специальностям университетской подготовки специалистов и по составлению типовых программ и сборников к новым учебным планам [8].

Московский университет выступил инициатором создания Ассоциа­ ции университетов Советского Союза, «которая решала бы все важнейшие вопросы университетского образования в стране, а также их международ­ ного сотрудничества» [9]. 29 октября 1989 года в Актовом зале Главного здания МГУ состоялся Учредительный съезд Ассоциации университетов СССР. Президентом Ассоциации был избран ректор МГУ А. А. Логунов.

* * * Московский университет на рубеже 70–80­х годов, несмотря на слож­ ную международную обстановку и ее обострение в связи с вводом ограни­ ченного контингента советских войск в Афганистан, сделал новые шаги по пути создания центра подготовки национальных кадров для зарубежных 0 Раздел II стран, научного, педагогического и культурного сотрудничества, по превра­ щению в «открытый университет». Последнему благоприятствовала начав­ шаяся демократизация советского общества во второй половине 1980­х го­ дов, вошедшая в мировую историю как «Горбачевская перестройка».

В эти годы в МГУ росло количество иностранных студентов, аспиран­ тов и стажеров, число которых составляло только на полном сроке обу­ чения около 3 тыс. человек, и представляли они все континенты и стра­ ны с различной политической и социально­экономической системой как социалистические, развивающиеся, так и развитые капиталистические. Главной задачей подготовки национальных кадров для зарубежных стран являлось улучшение специализации студентов и аспирантов по профилю их будущей профессиональной деятельности на родине. К концу 1980­х годов число зарубежных выпускников Московского университета соста­ вило 11 тыс. человек, из них 3000 — кандидаты наук.

Именно в эти годы на факультетах университета начала складываться новая форма обучения иностранных граждан — повышение квалификации зарубежных выпускников МГУ путем проведения различных семинаров и курсов по актуальным научным проблемам.

В Московском университете ежегодно проводились демографические курсы ООН, Международные высшие гидрологические курсы ЮНЕС­ КО. Семинары русского языка для преподавателей из капиталистических стран (200 участников), для стажеров из Японии. Ежегодно проводились месячные курсы преподавателей русского языка высших и средних учеб­ ных заведений США, семинар русского языка для преподавателей из Франции. Ежегодно более 1200 преподавателей русского языка из соци­ алистических стран повышали свою квалификацию на различных курсах подготовительного факультета для иностранных граждан.

Широким фронтом была развернута работа по сближению базового университетского образования с университетами — партнерами социа­ листических стран, объединенные в СЭВ. Более того, эта работа стала главной, определяющей в межвузовском сотрудничестве с универси­ тетами социалистических стран, и она охватывала сближение учебных планов и программ по основным фундаментальным дисциплинам, об­ мен профессорами и преподавателями с целью чтения лекций, написа­ ния совместных учебников и научных пособий. База для этого имелась, так как каждый столичный университет являлся научно­методическим центром по распространению фундаментальных знаний. Результатом этой работы явилось создание новых кафедр, лабораторий, научных центров, реорганизация факультетов в университетах­партнерах. Коли­ чество изданных совместных учебников и учебных пособий, разработок к заданиям учебных практикумов и экспедиций за все эти годы пре­ высило 300 наименований. Впереди шли профессора и преподаватели Практика управления: страницы истории  математических дисциплин, истории, русской и советской литературы, русского и иностранных языков. Кафедра славянских языков филоло­ гического факультета МГУ написала со своими коллегами из универ­ ситетов­партнеров цикл учебников и учебных пособий по чешскому, болгарскому, сербо­хорватскому, словацкому, польскому, македонскому языкам.

Проводимое сближение базового университетского образования в рамках межвузовского сотрудничества с социалистическими странами способствовало проявлению инициативы со стороны профессоров и пре­ подавателей Московского университета.

В эти годы получила развитие инициатива исторического факультета по организации постоянно действующего семинара по научным пробле­ мам и изучению истории СССР в университетах социалистических стран. Вслед за историками подобный международный семинар создали филоло­ ги — по изучению и преподаванию русской и советской литературы в уни­ верситетах социалистических стран, и географы — по проблемам изучения и преподавания экономической географии в Московском университете и университетах Балканских стран.

Получает новое развитие межвузовское сотрудничество на безвалют­ ной основе с университетами капиталистических стран, география которо­ го охватывает университеты как Запада, так и Востока. Число университе­ тов­партнеров превысило 50.

Несмотря на объявленный президентом США Р. Рейганом бойкот многих соглашений с Советским Союзом, научное сотрудничество МГУ на безвалютной основе с университетом штата Нью­Йорк (СУНИ) и Кон­ сорциумом университетов Среднего Запада (МУСИА) продолжалось. Бо­ лее того, в январе 1982 года было подписано соглашение о научном сотруд­ ничестве с Университетом штата Миссури в Канзас­Сити, которое вскоре было дополнено научной программой под названием «Советско­амери­ канский диалог по истории США». Эта программа начала действовать как одно из средств ознакомления американской научной общественности с работами российских историков. За эти годы в США на английском языке были изданы четыре тематических выпуска «Диалога». И первый среди них «Новый курс Президента США Ф. Д. Рузвельта».

Все эти годы Московский университет активно участвует в лекци­ онной программе по Фонду Д. У. Фулбрайта. В феврале 1974 года пер­ вый американский профессор положил начало ежегодному семестровому чтению спецкурса студентам исторического факультета по проблемам со­ временной истории США на английском языке (без перевода на русский язык). Лекционные курсы американских профессоров являются состав­ ной частью учебного плана исторического факультета Московского уни­ верситета, и чтение их продолжается.

2 Раздел II В 1989 году МГУ подписывает соглашение о научном сотрудничест­ ве и обменах стажерами с Висконсинским университетом (г. Медисон). В 1988 году издательство Московского университета заключило договор с издательством «Аллертон Пресс» (США) о переводе на английский язык и издании в США естественно­научной серии журнала «Вестник Москов­ ского университета» [10].

В конце 1970­х и 1980­е годы МГУ в дополнение к имеющимся согла­ шениям устанавливает прямое межвузовское сотрудничество по научным обменам с Хельсинским университетом, Марбургским университетом имени Филиппа (ФРГ), где проходил научную стажировку основатель Московского университета М. В. Ломоносов, Мадридским университетом Комплутенсе (Испания), с университетами в Италии — в Палермо, Каме­ рино, Флоренции, Милане, с Афинским университетом, с университетом «Париж Юг­XI», с Дублинским университетом (Тринити Колледж), Ко­ пенгагенским университетом. Было восстановлено в 1987 году научное сотрудничество с Австралийским национальным университетом (г. Кан­ берра).

В 1990 году Московский университет начал вести переговоры с канце­ лярией Парижских университетов об открытии автономного французско­ го учебного заведения в структуре МГУ. Переговоры, которые со стороны Московского университета вел я как проректор по международным свя­ зям, завершились созданием в июле 1991 года «Университетского фран­ цузского колледжа — Московского государственного университета».

«Университетский французский колледж» осуществляет подготов­ ку студентов Московского университета по особому учебному плану в течение двух лет (на французском и русском языках). Учебный процесс обеспечивают ведущие специалисты из университетов Франции и Мос­ ковского университета в области философии, права, истории, социологии, политологии, демографии [11]. 30 сентября 1991 года в Университетском французском колледже МГУ начались занятия.

В 1980­е годы Московский университет установил учебное и научное сотрудничество с Пекинским университетом (КНР), с Сеульским универ­ ситетом Енсей (Республика Корея), с Кувейтским университетом. В эти годы расширилось сотрудничество с частными университетами Японии: Сока, АСИА, Васэда, Токай, Институтом иностранных языков г. Кобэ.

Ректор­президент университета Токай Сигэеси Мацумаэ проявил но­ вую инициативу в строительстве бейсбольного стадиона для студентов МГУ на благотворительной основе, который был торжественно открыт 1 сентября 1989 года. Бейсбольный стадион МГУ на Ленинских горах — первый в стране стадион с искусственным покрытием. Трибуны стадиона вмещают 1500 человек. На этом стадионе регулярно проводятся междуна­ родные бейсбольные турниры студенческих команд университетов Япо­ Практика управления: страницы истории  нии, Республики Корея, США, России, стран СНГ и других на приз ректо­ ра­президента университета Токай Сигэеси Мацумаэ [12].


Международные связи Московского университета, и прежде всего межвузовское сотрудничество, все больше становилось составной частью учебной и научной работы, проводимой в университете. Московский уни­ верситет постоянно командирует за рубеж своих профессоров, преподава­ телей, научных сотрудников, аспирантов и студентов для чтения лекций, научной работы и стажировки, участия в международных конференциях, симпозиумах и семинарах, на преддипломную и производственно­ознако­ мительную практику. Общее число командируемых за рубеж МГУ еже­ годно превышало 2 тыс. человек. Московский университет в свою очередь принимает с этой же целью еще большее количество зарубежных профес­ соров, преподавателей, научных сотрудников и стажеров.

«Без обмена мнениями, дискуссий, общения со своими коллегами из других стран ученый просто не может нормально работать. Он неизбежно окажется в изоляции. В науке обмен идеями играет ту же роль, что и в ор­ ганизме обмен веществ. Если он слишком медленный, то организм очень быстро стареет и умирает. С наукой происходит то же самое» [13], — гово­ рит ректор университета А. А. Логунов.

Московский университет постоянно оказывал содействие в становле­ нии систем высшего образования развивающимся странам, командируя на преподавательскую работу и в качестве советников своих сотрудников в учебные заведения государств Азии, Африки и Латинской Америки. Боль­ шой отряд преподавателей русского языка и литературы Московского университета ежегодно работал в различных учебных заведениях зару­ бежных стран.

Росло число сотрудников Московского университета, являющихся членами редколлегий зарубежных научных журналов, членами и экспер­ тами постоянных комиссий СЭВ, ЮНЕСКО, ООН.

С 1989 года Московский университет становится членом Конференции ректоров Европы (КРЕ), которая объединяла 430 европейских университе­ та. В этом же году МГУ зарегистрирован как консультативная организация ЮНИДО (Организация ООН по промышленному развитию) [14].

Но время требовало новых подходов и решений. Как отмечал ректор университета А. А. Логунов: «Прежде всего требуется широкое междуна­ родное сотрудничество. Посылать студентов учиться за границу. Причем совсем в других масштабах, чем сейчас, — сотнями и тысячами… Но ведь абсурд, когда экономику капитализма студенты изучают, находясь в Мос­ кве, а не там, где эта экономика существует. По многим дисциплинам мы далеко отстали — например, по вычислительной технике. Почему бы сту­ дентам не поучиться у лучших зарубежных специалистов? Сидя на месте, мы никогда не сократим разрыв» [15].

 Раздел II Московский университет в развитии международного сотрудничества уверенно шел в ногу с демократическими преобразованиями в стране, яв­ ляясь активным участником народной дипломатии в борьбе за мир, науч­ ный прогресс, взаимопонимание между народами.

Последнее наиболее убедительно было подтверждено во время визи­ та Президента США Рональда Рейгана в Московский университет 31 мая 1988 года, где он выступил в присутствии ректора А. А. Логунова перед студентами, профессорами и сотрудниками в переполненном Актовом зале университета с лекцией­обращением, которая транслировалась аме­ риканскими телекомпаниями на весь мир.

* * * Главным и можно сказать историческим решением для развития Мос­ ковского университета в сложное и переломное время для страны, обес­ печившее преемственность его жизни и деятельности в новой Российской Федерации явилось получение от советского правительства в декабре 1990 года МГУ «Статуса общесоюзного самоуправляемого (автономного) государственного высшего учебного заведения», который осуществляет свою деятельность в соответствии с собственным уставом.

Большой вклад в решение этого вопроса внес его ректор академик А. А. Логунов. Пишу об этом не только как свидетель, но и единомышлен­ ник, активно отстаивавший позицию ректора в борьбе с консервативными силами советского общества и нарастающей волной новой либеральной демократии, на гребне широкой гласности, вызвавшей появление в обще­ стве нарастающего вала аполитичности, популизма и демагогии.

Вопрос о предоставлении автономии Московскому университету в учебной, научной деятельности и внутренней жизни университета воз­ никает в ходе перестройки в связи с принятием Закона о Государственном предприятии в июне 1987 года (вступил в силу с 1.01.1988 года). Данный вопрос Московский университет и его ректор официально поставили пе­ ред ЦК КПСС, М. С. Горбачевым.

Выступая 30 июня 1988 года на XIX Всесоюзной партийной конфе­ ренции ректор МГУ А. А. Логунов публично и определенно высказался за «предоставление Московскому университету полной автономии во всей его деятельности… Это раскрепостит университет, устранит ненужные промежуточные звенья, поскольку все текущие дела мы способны решать сами, а принципиальные вопросы, поскольку на один из них нельзя ре­ шить в Государственном комитете по народному образованию, решаем с вышестоящими органами» [16].

Отвечая на вопрос корреспондента «Литературной газеты» в июле 1988 года: «Каков был непосредственный толчок для этой идеи?», ректор МГУ говорит: «По сути, ни один вопрос в министерстве — нынче в Госкоми­ Практика управления: страницы истории  тете — мы решить не можем. Мы обращаемся в Госкомитет, он пишет письмо в вышестоящие инстанции, и после я должен непосредственно обращаться в эти инстанции, объяснять, как и что. Так зачем мне это промежуточное зве­ но — Госкомитет? Я вполне могу обойтись без него. Плановые органы будут давать нам планы, мы станем заключать договора на подготовку специалис­ тов для Академии наук, институтов, ведомств. Бюджетное финансирование будет для нас записываться отдельной строкой. Материальными ресурсами высшая школа обеспечена довольно слабо. Даже наш университет».

А на вопрос — связывается ли идея автономии МГУ с идеей самоуп­ равления? — ректор А. А. Логунов сказал: «Что касается связи между авто­ номией и самоуправлением, она, безусловно самая прямая. Мы предпола­ гаем разработать устав, который бы охватывал основные принципы жизни университета. Главный принцип — самоуправление. При этом постараемся учесть и опыт старых русских университетов и современных зарубежных. За рубежом ведь университеты обладают большой автономией… Я думаю, надо начать, провести такой эксперимент, а там и другие за­ хотят автономии» [17].

В Московском университете проводится работа над Уставом универ­ ситета, который принимается как проект 6 июня 1990 года на расширен­ ном заседании Совета МГУ с участием всех советов факультетов, НИИ, советов трудовых коллективов подразделений университета.

Ректор А. А. Логунов, выполняя решение расширенного заседания Сове­ та МГУ по получению университетом статуса самоуправляемого (автономно­ го) учебного заведения на основе собственного Устава, продолжает активно действовать. Итогом его настойчивых действий и твердой позиции, а можно сказать и борьбы по преодолению различных бюрократических чиновничьих преград и консерватизма высокопоставленных руководителей явились два принципиально важных законодательных документа. Это Указ Президента СССР «О статусе высших учебных заведений» от 12 октября 1990 года и Пос­ тановление Совета министров СССР «О Московском государственном уни­ верситете имени М. В. Ломоносова» от 8 декабря 1990 года [18].

В Указе Президента СССР М. В. Горбачева говорилось: «В целях со­ здания необходимых условий для дальнейшего наращивания интеллекту­ ального потенциала общества, повышения уровня образования и культу­ ры народа считаю необходимым:

1. По инициативе высших учебных заведений предоставлять им ста­ тус самоуправляемых (автономных) организаций, действующих на осно­ ве собственных уставов, разрабатываемых в соответствии с законодатель­ ством Союза ССР и союзных республик».

Первый пункт Постановления Совета министров СССР от 8 декабря 1990 года № 1245 за подписью Председателя правительства Н. И. Рыжкова гласил: «Согласиться с предложением Московского государственного уни­  Раздел II верситета им. М. В. Ломоносова и Государственного комитета СССР по на­ родному образованию о предоставлении Университету статуса общесоюз­ ного самоуправляемого (автономного) государственного высшего учебного заведения. Университет осуществляет свою деятельность в соответствии с собственным уставом».

Какие же права предоставлялись советским правительством Москов­ скому университету? Согласно Постановлению СМ СССР Госплану СССР, Государственному комитету СССР по науке и технике, Минис­ терству финансов СССР и Госснабу СССР было предписано осуществлять начиная с 1991 года целевое финансирование и централизованное матери­ ально­техническое обеспечение Университета отдельной строкой за счет средств союзного бюджета по индивидуальным нормативам с указанием доли средств, направляемых на оплату труда.

Московский университет, его учреждения, организации и предприя­ тия освобождались от уплаты налога на прибыль в пределах сумм, зачис­ ляемых в союзный бюджет, если эти средства расходуются на финанси­ рование социальных нужд студентов, аспирантов, научно­педагогических сотрудников, подготовку научно­педагогических кадров, проведение на­ учных исследований и развитие университета.

Московскому университету было разрешено вводить контрактную систему найма на работу сотрудников, включая «зарубежных ученых и специалистов, а также командировать своих преподавателей и ученых на контрактной основе в международные научные центры, зарубежные уни­ верситеты, научные организации и лаборатории, направлять на обучение за рубеж студентов, стажеров, аспирантов и докторантов, проводить под­ готовку и переподготовку иностранных граждан».

Московскому университету предоставлялось право, исходя из эконо­ мически обоснованных нормативов расходования средств на накопление и потребление:

• «определять самостоятельно структуру, штаты, численность, условия и размеры оплаты труда сотрудников, размеры стипендий студентам, стажерам, аспирантам и докторантам;

• формировать сверх ассигнований из союзного бюджета и распределять финансовые и материальные ресурсы;

• планировать прием студентов, стажеров, аспирантов и докторантов, а также устанавливать формы и сроки обучения;

• принимать на ученых советах решения о присвоении ученых званий с вручением соответствующего аттестата (диплома);

• устанавливать для специалистов, привлекаемых к проведению занятий в университете, ставки почасовой оплаты труда;

• заключать с зарубежными организациями договоры и контракты, определять экономические условия сотрудничества, в том числе Практика управления: страницы истории  договорные цены, создавать совместные предприятия, временные коллективы ученых и специалистов, участвовать в деятельности международных объединений и организаций, устанавливать связь с зарубежными сетями ЭВМ и банками данных».

Московскому университету передавались в исключительную соб­ ственность по состоянию на 1 января 1991 года основные фонды и иное государственное имущество, находящееся в его пользовании.

Для повышения уровня научно­исследовательского и учебного процес­ са, укрепления научно­лабораторной базы Московского университета было предписано Госплану СССР предусмотреть выделение в 1991 году универ­ ситету 5 млн рублей в свободно конвертируемой валюте (по официальному курсу) на приобретение оборудования и научных приборов.

Правительство одобрительно отнеслось к предложению об учрежде­ нии Совета попечителей Московского университета.

В соответствии с Постановлением ректор университета должен был утверждаться Советом Министров СССР из числа кандидатур, рекомен­ дованных Ученым советом университета. Устав университета должен был утверждаться ректором и регистрироваться в Государственном комитете СССР по народному образованию.

Но планомерный ход реализации положений Постановления Совета Министров СССР от 8 декабря 1990 года был нарушен событиями в стра­ не в августе 1991 года и последовавшим распадом СССР. Встал вопрос об административном переподчинении МГУ и переводе его в ведение госу­ дарственных органов управления Российской Федерации.

Этот вопрос приобрел в период противоборства общественных сил в стране, хаоса и определенного безвластия конкретную идеологическую окраску, суть которой в МГУ сводилась к незамедлительному введению Устава МГУ в действие и проведение выборов ректора университета на университетской конференции делегатами, избранными на кафедрах, фа­ культетах и других подразделений университета. При этом отвергалось, как руководство к действию Постановление Совета Министров СССР от 8 декабря 1990 года.

Ректор университета А. А. Логунов в это время все усилия направил на сохранение достигнутой автономии Московского университета и стабили­ зации положения на факультетах и кафедрах, все больше втягивающихся в митинговый демократизм. На заседании Ученого совета МГУ 8 октября 1991 года ректор А. А. Логунов информировал о встрече с Президентом СССР М. С. Горбачевым. Главными темами обсуждения членов Совета стали вопросы о статусе университета, его финансировании и введение в действие Устава МГУ за исключением пунктов 34 и 35. Их обсуждение должно было быть вынесено на общую конференцию университета.

 Раздел II Совет университета одобрил также предложение о встрече делегации МГУ во главе с ректором с Президентом РСФСР Б. Н. Ельциным.

28 октября 1991 года Ученый совет МГУ утвердил (при двух голосах против) Устав Московского университета. 19 ноября 1991 года ректор А. А. Логунов своим приказом за № 753 утверждает Устав Московского университета (в составе статей 1­33, 36­61), «на основании проекта Уста­ ва МГУ, одобренного расширенным Ученым советом Московского уни­ верситета в составе Ученых советов факультетов, НИИ, советов трудовых коллективов подразделений МГУ 6 июня 1990 года, решения Ученого со­ вета МГУ от 28 октября 1991 года и в соответствии с Постановлением Пра­ вительства № 1245 от 8 декабря 1990 года».

Хотелось бы обратить внимание на то, что в перечне основополага­ ющих документов, положенных о основу Устава МГУ, значится Постанов­ ление Совета Министров СССР от 8 декабря 1990 года «О Московском университете имени М. В. Ломоносова», а в Уставе университета опреде­ лялся новый постоянно действующий высший орган управления Московс ким университетом — Совет советов (конференция), в состав которого входят члены Ученого совета МГУ, Ученых советов факультетов и инсти­ тутов, а также члены Советов трудовых коллективов от подразделений, не имеющих Ученых советов.

В обязанность Совета Ученых советов МГУ входят:

— избирать прямым тайным голосованием ректора МГУ сроком на 5 лет;

— проводить чтение Устава МГУ и вносить в него изменения и допол­ нения;

— аслушивать ежегодные отчеты ректора, проводить оценку его дея­ з тельности и при необходимости досрочного его переизбрания.

По вопросу перехода Московского университета в ведение госу­ дарственных органов управления России и предоставления Московс­ кому университету статуса самоуправляемого государственного высше­ го учебного заведения, осуществляющего свою деятельность на основе собственного устава, 13 ноября 1991 года состоялась встреча Президента РСФСР Б. Н. Ельцина с делегацией МГУ в составе ректора А. А. Логу­ нова;

первого проректора профессора В. А. Садовничего;

заведующего кафедрой экономического факультета, профессора, народного депутата СССР А. М. Емельянова.

24 января 1992 года Президент РФ издает Указ «О Московском госу­ дарственном университете имени М. В. Ломоносова», согласно которому университету предоставляется статус «самоуправляемого государственно­ го высшего учебного заведения России, осуществляющего свою деятель­ ность на основе законодательства Российской Федерации и собственного Устава».

Практика управления: страницы истории  21 февраля 1992 года Ученый совет Московского университета в со­ ответствии с Уставом МГУ обсудил предложения по процедуре избрания ректора МГУ и утвердил порядок и срок выборов.

Академик А. А. Логунов в соответствии с Уставом МГУ свою кандида­ туру на должность ректора не выдвигал (был утвержден возрастной ценз для ректора 65 лет).

23 марта 1992 года состоялось заседание Совета Ученых советов МГУ (конференция) с одним вопросом: выборы ректора Московского универ­ ситета. Кандидатами на должность ректора МГУ были выдвинуты про­ фессора университета: А. М. Емельянов, В. В. Лунин, В. А. Садовничий, В. П. Скулачев. В соответствии со статьей 34 Устава МГУ на должность ректора на альтернативной основе после второго тура голосования был из­ бран профессор механико­математического факультета В. А. Садовничий, и тем самым была обеспечена преемственность в управлении Московского университета [19].

Начинается новая эпоха в истории развития Московского универси­ тета — постсоветская. Начинается эпоха жизни университета как самоуп­ равляемого (автономного) государственного высшего учебного заведения России в условиях нового социально­политического строя и рыночной экономики. Все эти задачи легли тяжелым грузом на плечи нового ректора Московского университета Виктора Антоновича Садовничего.

* * * В самый ответственный период борьбы за предоставление Московско­ му университету статуса Общесоюзного самоуправляемого (автономного) государственного высшего учебного заведения в августе 1989 года А. А. Ло­ гунов на страницах газеты «Правда» поделился своими планами («меч­ тами») с корреспондентом газеты Игорем Мосиным: «Вы знаете, о чем я сегодня мечтаю?» — где­то в конце нашего долгого разговора спросил мой собеседник. Признаться, мне было интересно, о чем может мечтать человек, находящейся на самой вершине пирамиды научной, социальной, общественной власти. — «Добиться для Московского университета под­ линной самостоятельности — раз, постараться максимально освободиться от рутинных дел для того, чтобы отдать все силы физике, — два. Я ведь физик­теоретик и по образованию, и по складу ума, и, громко говоря, по призванию».

Это неожиданное признание Анатолия Алексеевича Логунова как­то по­особому осветило всю нашу предыдущую беседу: о трагедии русской научной интеллигенции, возрождении ее традиций, воспитании нового поколения интеллигенции. Передо мной был крупнейший администратор, у которого чувство ответственности перед занимаемыми постами — рек­ тор МГУ, вице­президент АН СССР — боролось с неистребимым и таким 0 Раздел II по­человечески понятным желанием: заняться своим любимым делом — физикой. Передо мной был известный ученый с характернейшими и при­ влекательнейшими чертами русского интеллигента: вечными сомнениями, самоанализом, раздумьями об окружающем мире — «так ли живем, то ли делаем, что есть добро, а что зло?» [20].

«Сейчас мы заново осмысливаем многие явления нашей жизни, — про­ должает размышлять А. А. Логунов. — Нам просто необходимо именно на нынешнем этапе общества обратиться к своим корням, чтобы лучше понять, откуда мы, кем стали, чего хотим и куда идем. Расчистив свои истоки от мно­ гочисленных наслоений, мы обретаем новые силы для движения вперед».



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.