авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 41 |

«Памяти защитников Отечества посвящается МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1941–1945 ГОДОВ ...»

-- [ Страница 32 ] --

Хотя в штабе фронта считали директиву невыполнимой, решено было 23 июня нанести контрудар по прорвавшейся 1-й танковой группе генерала Клейста силами шести мех корпусов, насчитывающих 3,7 тыс. танков80. Удар предполагалось наносить с двух сторон по сходящимся направлениям. Для координации действий советских войск и поста новке конкретных задач соединениям на Юго-Западный фронт был послан начальник Генерального штаба РККА генерал армии Г. К. Жуков. Его приказания фронтовому и армейскому командованию относительно быстрейшей организации контрудара меха низированных соединений были достаточно жесткими. Так, разговаривая по прямому проводу с генерал-майором М. И. Потаповым, командующим 5-й армией, Жуков был весьма обеспокоен продвижением танков противника на Ковель с севера — с брестского направления. Основную вину за это он возлагал на командующего 4-й армией Западного фронта Коробкова, видимо, не зная еще в деталях о том критическом положении, которое сложилось на соседнем фронте. Проводная связь Потапова с соседними армиями, в т. ч.

с 6-й армией, к тому времени была нарушена. В своем докладе он подчеркивал, что его основными задачами являлись разгром владимир-волынской группировки противника и выход к р. Западный Буг.

Ставка и лично Сталин внимательно следили за подготовкой контрудара на Юго-Запад ном фронте. Сил советских соединений, казалось, было достаточно для того, чтобы нанести решительное поражение противнику. Для ликвидации угрозы прежде всего со стороны 1-й танковой группы Клейста командованием фронта, по согласованию со Ставкой, было при нято решение на удар по сходящимся направлениям силами 9-го и 19-го мехкорпусов — с севера и 8-го и 15-го мехкорпусов — с юга. Но советскому командованию не удалось ввести в сражение одновременно все выделенные для контрудара силы, поскольку ряд соединений уже был связан боями, а другим пришлось совершать 200–500-км марши. Механизирован ные соединения могли сосредоточиться в исходных районах не ранее чем через двое суток, и вместо шести мехкорпусов командование фронта могло бросить в сражение лишь четыре.

Вместо 3,7 тыс. танков было сосредоточено не более 1,3 тыс. Кроме того, большинство танков было устаревших конструкций, многие требовали ремонта. В 5-й армии танков Т- не было вовсе, КВ со 152-мм орудиями — 30 шт., остальные Т-26 и БТ. Жуков в то же время требовал от генерала Потапова: «первое: прочно закрыть с севера подходы на Ковель, вто рое: не бросайтесь со стрелковыми дивизиями в контратаки… За тыл не бойтесь и на него не оглядывайтесь». Он распорядился немедленно выдать для танков КВ бетонобойные «сна ряды 9 и 30 года» и пустить их в ход, ободряя Потапова: «будете лупить противника вовсю… Ночью или завтра буду у Вас»81.

К исходу 24 июня в Москве полагали, что Жукову стоит подумать об отводе советских частей из района Перемышля на линию Рудня — Бориславль, чтобы они не оторвались от основной группы войск в районе Львова, и об эвакуации ценного оборудования из Львова.

Жуков согласился с этим отходом, но все его внимание, равно как и внимание Ставки, было приковано к организации контрудара севернее Броды. Из Москвы было высказано также пожелание нанести бомбовый удар по нефтяным промыслам Плоешти и Бухаресту — столице вступившей в войну против СССР Румынии.

26 июня — в момент начала советского контрудара против наступающих соединений немецкой группы армий «Юг» Жуков всячески подгонял и наставлял командующих армиями, в том числе все того же Потапова, говоря о том, что он и штаб фронта «крайне недовольны по существу бездеятельностью штаба [армии] и Военного совета» и «если так будете рабо тать, противник вас разобьет». «Вам надлежит, — продолжал Жуков, — не бросать в атаку разрозненные соединения и части, а организовывать бой в тесном взаимодействии авиации, стрелковых частей и танков, встречая противника на хороших рубежах. Предварительно противника расстреливать, а затем добивать… не бойтесь действовать активнее, немцы — страшные трусы, когда их бьют… Весь успех… зависит от знания, где противник, где ваши Первый день войны в Перемышле части и от дерзости Военного совета и всех войск… Надеюсь лично я, Военный совет [фронта] и Нарком, что вы оправдаете свое назначение. Жму руку. Все»82.

26–30 июня в районе Дубно, Луцка и Берестечко развернулось невиданное до тех пор встречное танковое сражение, когда на участке шириной 70 км столкнулись почти 2 тыс.

танков83. Командующему Юго-Западным фронтом удалось собрать ударные кулаки своих мехкорпусов, однако обстановка на фронте менялась ежечасно. Многие исходные райо ны для нанесения контрудара, обозначенные в приказах, были уже заняты противником, включая Луцк и Дубно — весьма распространенный эпизод в действиях РККА летом 1941 г.

Несмотря на то что части советской 43-й танковой дивизии 26 июня смогли вплотную при близиться к Дубно, в ночь на 27 июня они были охвачены с обоих флангов. В результате 43-я дивизия и соседние соединения 19-го мехкорпуса вынуждены была начать быстрый отход в район Ровно. Не оправдались надежды командования Юго-Западного фронта на наступление 8-го и 15-го мехкорпусов с львовского выступа. Большие потери при выдви жении в исходные районы и бессистемность атак привели к неминуемому поражению и быстрому отходу84.

Контрудар, который мог привести к серьезному поражению группы Клейста, был очень плохо подготовлен и организован. Как и на Западном и Северо-Западном фронтах, дивизии вводились в бой разрозненно, пока они двигались к местам сосредоточения, противник подвергал их нападению с воздуха. Командование вермахта ради уничтожения советской бронетехники направило в это время основные усилия 4-го воздушного флота на поддержку группы Клейста. Но хуже всего было то, что началась череда хаотически отдаваемых прика зов. 8-й корпус, не успев сосредоточиться в изначально указанном районе, получал новый Колонна советских бронемашин приказ. Развернувшись в новом направлении, получал другое распоряжение — двигаться в совершенно противоположную сторону. Вполне понятно, что в связи с быстро меняю щейся обстановкой задачи мехкорпусам постоянно уточнялись. Но в результате некоторым из них пришлось совершать длительные марши по бездорожью, теряя драгоценное время и машины.

Дорог для такой армады танков, сходу брошенной в бой, явно не хватало. Колонны растягивались в глубину, смешивались с техникой других частей, также устремившихся к фронту. Хорошая идея превратилась в удар растопыренными пальцами. Одни части уже вступили в сражение, другие лишь подходили к полю боя. Механизированные корпуса еще до начала атаки понесли серьезные потери как от воздействия врага, так и по другим при чинам. Например, 8-й мехкорпус совершил почти 500-км марш и оставил на дорогах чуть ли не половину из своих 858 танков, а 8-й танковой дивизии 15-го мехкорпуса во время марша по болотам пришлось бросить все свои тяжелые танки КВ. Как следует из отчета о боевых действиях 8-го мк, это соединение, начиная с 22 июня 1941 г., «в течение 4 суток находи лось в быстром безостановочном движении, производя марши выше норм форсированных маршей, определенных уставами АБТВ КА (Автобронетанковых войск Красной армии. — Ред.)»85. 28 июня 1941 г. командующий 5-й армией генерал Потапов приказал командирам соединений наладить строжайший учет имущества, за утерю которого предусматривалось суровое наказание. Он констатировал: «Преступное отношение к народному достоянию:

оружию, боеприпасам, боевым, транспортным машинам принимает широкие размеры. За шесть дней войны утеряно много материальной части. На дорогах бросаются вполне ис правные как боевые, так и транспортные машины, оружие и другие виды имущества. Хуже Советские минометчики того, что к тем, кто совершает это тягчайшее преступление, никаких мер не принимается.

Приказываю: Командирам соединений наладить строжайший учет имущества и за утерю и оставление имущества немедленно предавать Военному Полевому суду»86.

Советское командование явно желало реагировать на быстро менявшуюся обстановку, но противник опережал своими действиями даже саму возможность проанализировать ситуацию. Вероятно, потери были бы меньшими, если бы механизированные корпуса шли по изначально намеченным маршрутам. Хаотичные приказы о выдвижении вперед часто заканчивались вместе с горючим для боевых машин. Советским танковым соединениям в ходе контрудара удалось на время остановить и даже потеснить противника. Некоторые тан ковые части (без пехоты) прорвались в глубину вражеских позиций, но надолго перерезать их не смогли. Нехватка горючего и снарядов, отсутствие необходимой поддержки с воздуха привели к неизбежному поражению. Прорвавшиеся советские силы были вскоре блокиро ваны и уничтожены. Оставшиеся в живых танкисты вынуждены были быстро отходить на соединение с главными силами Юго-Западного фронта. Сотни единиц бронетехники были безвозвратно потеряны.

К вышеуказанным причинам провала советского контрудара на Юго-Западном фронте следует добавить, что его командование почти не управляло сражением из-за отсутствия надежной связи. Корпуса действовали крайне несогласованно. Итог известен: отрезать под вижные соединения противника от основного фронта не удалось;

8-й советский мехкорпус сам попал в окружение, потерял всю технику и большую часть личного состава. Наступление группы армий «Юг» было приостановлено, но лишь на несколько дней.

Тем не менее важно подчеркнуть и немецкие оценки первых сражений на южном фланге советско-германского фронта. Так, по словам начальника штаба группы армий «Юг» генерала Г. Зоденштерна, германские войска на Украине встретили «в любом отношении серьезного противника, а задача группы армий окружить и разгромить противника западнее Днепра оказалась невыполнима»87.

Современные украинские исследователи отмечают, что «встречная битва», которая развернулась в приграничных областях, была проиграна советским командованием. При этом войска Юго-Западного фронта оказали наибольшее сопротивление по сравнению с другими участками советско-германского фронта. Контрудары механизированных корпусов остановили неприятеля и облегчили отход 6, 26 и 12-й армий. Однако советское наступление имело низкую эффективность, и за время его проведения войска Юго-Западного фронта потеряли 2648 танков88.

Осознав критичность обстановки, Ставка 30 июня приказала начать отход. Вследствие того что советский контрудар не достиг своей цели, немецкое наступление против Юго-За падного фронта на киевском направлении вскоре возобновилось. В брешь между Луцком и Дубно устремились девять дивизий противника, в том числе шесть танковых и моторизован ных. Поражение советских войск под Дубно и Ровно — в одном из крупнейших сражений начала войны — во многом предопределило последующий быстрый отход Юго-Западного и Южного советских фронтов. Теперь под угрозой окружения оказались 26-я и 12-я совет ские армии, войска которых находились под относительно слабым нажимом вражеских войск в районе южнее Львова. Генерал Кирпонос, опасаясь, что в немецком котле может оказаться львиная доля оставшихся у него сил и средств, уже 27 июня начал отвод войск с львовского выступа. 30 июня Львов был оставлен. В тот же день в наступление перешли венгерские войска (27 июня Венгрия объявила войну СССР). Части противника развернули наступление на луцко-ровенском направлении. Советские части начали быстрый отход за р. Днестр и к середине июля вышли на рубеж Житомир, Бердичев, Каменец-Подольский и Могилев-Подольский.

30 июня Кирпонос получил приказ из Ставки к 9 июля отвести войска на линию укреп лений на старой государственной границе СССР89. Войскам фронта предстояло проделать 200-км марш по забитым беженцами дорогам, отбивая атаки наседающего противника.

Однако и на новых позициях остановить противника не удалось. После тяжелейшего двух дневного боя танковая группа Клейста 7 июля прорвала Новоград-Волынский укрепрайон и 9 июля овладела Житомиром. Лишь 11 июля немецкие танки удалось остановить на под ступах к киевскому укрепрайону. Части 16-го и 15-го мехкорпусов сдерживали противника в районе Бердичева.

23 июня дополнительно к уже имеющимся советским фронтам директивой наркома обороны был создан Южный фронт. В него вошли формируемые 18-я армия, ряд авиа ционных частей, а также главные силы Одесского военного округа. При осуществлении стратегического развертывания у командующего фронтом генерала армии И. В. Тюленева возникли большие трудности. Даже на третий день войны ему не удалось организовать связь штаба с армиями, укрепленными районами и другими соединениями. Во многом эта ситу ация сложилась из-за того, что решение о назначении командования Южного фронта на базе командования Московского военного округа последовало лишь 21 июня 1941 г. и было явно недостаточно продуманным. К тому же оперативная работа штаба и взаимодействие руководства было налажено слабо90.

2 июля в наступление перешли 11-я немецкая, 3-я и 4-я румынские армии. Их целью была советская Молдавия, а в стратегическом плане, при удачно складывающихся обстоя тельствах, — создание угрозы охвата с обоих флангов объединений Юго-Западного фронта.

Но отсутствие мощных танковых соединений (румыны имели всего 60 танков, а немцы в этом районе не имели их вообще) не позволило врагу добиться серьезных успехов. Удачно действовала против врага Дунайская военная флотилия, а в прибрежной полосе — оператив ные соединения Черноморского флота. В срыве попыток противника переправиться через Прут большую помощь оказывала советская авиация. Однако 5 июля 1941 г. командующий Южным фронтом принял решение отвести свои войска за р. Днестр и, опираясь на укреплен ные районы, занять там оборону. Отход был произведен, не дожидаясь утверждения Ставки, которая сразу же приказала восстановить положение на р. Прут. Но сил для этого уже не было, поскольку Тюленеву пришлось передать своему соседу — Юго-Западному фронту несколько стрелковых и механизированных соединений. Лишь в результате контрудара трех корпусов 9-й армии Южного фронта 8–10 июля враг остановился и перешел к обороне91. К концу июля приграничные сражения в Молдавии завершились. Противнику удалось продвинуться на глубину 60–80 км, хотя Южный фронт сохранил свою боеспособность.

В ходе приграничного сражения Юго-Западный фронт и 18-я армия Южного фронта потеряли 241 594 человека, в том числе 172 323 безвозвратно, 4381 танк, 5806 орудий и ми нометов, 1218 боевых самолетов92.

На Крайнем Севере и в Карелии На крайнем северном фланге советско-германского фронта в конце июня перешли в наступление немецкая армия «Норвегия» (в составе трех корпусов, части сил 5-го воздуш ного флота — на мурманском направлении свыше 160 самолетов) и соединения ВМФ. Их главной целью был незамерзающий порт Мурманск. Противник ввел в бой значительные силы, намереваясь сходу прорвать оборону советских войск. В целом, замысел немецкого командования заключался в нанесении ударов по трем направлениям: на северном объектом захвата должен был стать Мурманск, на центральном — город Кандалакша Мурманской об ласти, на южном — поселок Лоухи Карело-Финской ССР. В случае успеха в руки противника попал бы советский незамерзающий порт на Баренцевом море — Мурманск. Кроме того, наступавшие на Кандалакшу и Лоухи силы противника отрезали бы Кольский полуостров от остальной территории страны и, выйдя на побережье Кандалакшской губы, создали бы дополнительную угрозу Архангельску (замерзающему порту). Вместе с Мурманском должен был быть захвачен и город Полярный — база Северного флота.

Этим планам не суждено было сбыться. Вражеский натиск был остановлен грамотными действиями советского командования и мужеством простых воинов. Сыграл свою роль и тот факт, что до 29 июня 1941 г. активность противника в Заполярье ограничивалась только авианалетами, 14-я армия (командующий генерал-лейтенант В. А. Фролов) и Северный флот (командующий — контр-адмирал А. Г. Головко) имели больше времени на подготовку и не были застигнуты врасплох. Кроме того, поскольку данный фронт изначально не считался приоритетным, немецкое командование выделяло ему меньше сил, и хотя превосходство немецкой армии «Норвегия» (в дальнейшем была известна как армия «Лапландия», затем 20-я горная армия) над советской стороной было обеспечено, обороняющиеся, мобилизовав все свои ресурсы, сумели выстоять.

Начав 29 июня сухопутное наступление на Мурманск силами горнострелкового корпуса «Норвегия» (две горнострелковых дивизии), немцы оттеснили подразделения 14-й армии с рубежа на реке Титовка, но так и не смогли преодолеть организованный сразу за ним рубеж на реке Большая Западная Лица.

Кроме того, немцам не удалось занять полуострова Средний и Рыбачий, прикрывавшие вход в Кольский залив, на берегу которого расположен Мурманск. Подразделения 23-го укрепрайона под командованием полковника М. К. Пашковского сумели организовать успешную оборону с использованием особенностей сложного рельефа и не пропустить немцев дальше горного хребта Муста-Тунтури на подступах к Рыбачьему и Среднему.

Северный флот обеспечивал снабжение укрепрайона по морю, а также поддерживал артиллерийским огнем и высадкой десантов советские позиции на Западной Лице. Артил лерийское прикрытие Северного флота было особенно важно в условиях нехватки у сухо путных сил боеприпасов для артиллерии. Успех обороны на речном рубеже был во многом обусловлен и тем, что защитники 23-го УР выиграли время для подготовки позиций в районе Большой Западной Лицы.

Стоит отметить, что Северный флот — на тот период самый молодой в Вооруженных силах СССР — выполнял и другие важнейшие задачи на Северном морском театре. Его корабли выходили в море с целью нарушения перевозок стратегического сырья для гер манской промышленности, обеспечения советских воинских и народнохозяйственных перевозок. Вскоре после начала войны соединения кораблей Северного флота, усиленные за счет других флотов, участвовали вместе с союзниками в организации доставки грузов в СССР из Англии и США.

Активные боевые действия между советскими и финско-немецкими войсками вскоре после начала войны развернулись в Советской Карелии. К началу Великой Отечественной войны Финляндия полностью отмобилизовала свои войска и развернула их на границе с СССР. Наиболее мощные группировки финских войск готовились наступать на Карель ском перешейке и в Приладожской Карелии. В общей сложности Финляндия для пред стоящих боевых действий выделила 340 600 человек, 2047 орудий и минометов, 86 танков и 307 самолетов. Наступать на Ленинград и Петрозаводск предстояло Юго-Восточной и Карельской армиям финнов (15 дивизий и 3 бригады). Им противостояли 7 дивизий 7-й и 23-й советских армий Северного фронта. Полуостров Ханко удерживала советская бригада, против которой действовала финская пехотная дивизия93. Кроме того, как уже было сказано выше, в северной Финляндии была сосредоточена немецкая армия «Норвегия». В общей сложности вражеская группировка состояла из 21,5 дивизии (из них 17,5 финских) и на считывала 407 тыс. человек, 3084 орудия, 192 танка и 424 самолета. В Мурманской области и Карелии были развернуты советские 14, 7 и 23-я армии Ленинградского военного округа (командующий генерал-лейтенант М. М. Попов), все войска прикрытия которого находи лись в пунктах постоянной дислокации и лагерях. В общей сложности округ имел в своем составе 426 тыс. человек, 9589 орудий и минометов, 1857 танков и 2104 самолета, но часть этих сил находилась в Эстонии и южнее Ленинграда, в том числе больше половины танков и большая часть авиации94.

В день начала агрессии против Советского Союза, 22 июня 1941 г., Гитлер в своем обра щении к немецкому народу недвусмысленно дал понять, что Германия выступает «в союзе с финскими товарищами». Сразу вслед за этим немецкие воздушные силы, базирующиеся в Финляндии, начали установку мин неподалеку от советских военно-морских баз. Утром 25 июня советская авиация нанесла превентивный удар по финским аэродромам, где нахо дились германские самолеты. Используя этот предлог, Финляндия объявила СССР войну.

Накануне Ленинградский военный округ был переименован в Северный фронт (команду ющий — генерал-лейтенант М. М. Попов).

Активность боевых действий сухопутных сил на границе с Финляндией проявилась с 29 июня, поэтому советские войска в основном успели развернуться в соответствии с планом прикрытия. Однако и здесь сказались недочеты предвоенного планирования. Соединения 23-й армии на Карельском перешейке занимали невыгодное положение для обороны — в непосредственной близости от госграницы, что позволило финнам отрезать часть советских сил в первые же недели боев в районе Ладожского озера. Как показали последующие со бытия, необходимо было отнести рубежи как минимум на 15–30 км в глубину. Кроме того, развертывание шло с некоторым запозданием, поскольку имелось распоряжение Главного командования «не давать финнам повода для провокации».

Финские и немецкие части перешли в наступление в Северной Карелии в период с 30 июня — 1 июля 1941 г. Наступление велось на кандалакшском, ухтинском и ребольском направлениях. Целью противника было перерезать Кировскую железную дорогу, соеди няющую Мурманск с Петрозаводском. Здесь развернулись ожесточенные бои. В задачу противника входили также захват Лахденполья, выход к Ладожскому озеру, расчленение сортавальской и кексгольмской группировок войск Северного фронта. Но этой цели врагу сходу достигнуть не удалось. Вклинившись в оборону советских войск на глубину 14–17 км, финны вынуждены были с 9 июля перейти к обороне, хотя и создали реальную угрозу выхода к Ладожскому озеру95.

Итоги приграничных сражений В общей сложности в приграничных сражениях приняли участие 170 советских дивизий, из которых 28 были полностью уничтожены. Потери трех фронтов (Западного, Северо Западного, и Юго-Западного) составили около 600 тыс. человек, свыше 11,7 тыс. танков, около 4 тыс. самолетов и 18,8 тыс. орудий и минометов96. Оценочные потери противника к 10 июля составили 79 058 человек, 1061 орудий и минометов, 826 самолетов и 350 танков, однако немцы смогли быстро восполнить их. К середине июля противник располагал 183 ди визиями и 21 бригадой97.

Значительное количественное превосходство в танках и самолетах, которое имела Крас ная армия на начало войны, было утрачено всего за считанные дни. Попали в окружение, погибли или были пленены сотни тысяч советских бойцов, имевших хотя в большинстве своем и несовершенную, но боевую подготовку. На смену им на фронт прибывало мобили зованное пополнение, навыки которого в военном деле, как правило, были намного слабее.

Все это напрямую влияло на качественные характеристики советских войск, вело к новым поражениям оперативно-тактического масштаба и воздействовало в целом на стратегиче скую ситуацию на советско-германском фронте. В то же время энергичные меры советской Ставки позволили значительно восполнить первые жестокие потери срочной переброской к фронту новых соединений. Всего в составе действующей армии находились 134 стрелковые, 39 танковых, 21 моторизованная, 6 кавалерийских дивизий и 4 бригады. Более 90 дивизий из них были укомплектованы личным составом полностью, около 40 — до 50 %, остальные понесли потери свыше 50 %. В резерве Ставки находились 32 дивизии в составе 16, 24, 28 и 29-й армий98.

Мобилизация армии и флота проходила в тяжелых условиях. Довоенные расчеты часто оказывались нереальными. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. с 23 июня была объявлена мобилизация военнообязанных 14 возрастов (1905–1918 года рождения) в 14 военных округах из 17. В трех остальных — Забайкальском, Среднеазиатском и Дальневосточном — она была объявлена через месяц особым решением скрытным способом под видом «учебных сборов». Внезапное нападение врага до предела осложнили призыв в западных районах СССР, где люди порой не успевали получить повест ки, как оказывались на оккупированной территории. В центральных районах Белоруссии и Украины призывники часто попадали под бомбежку вражеской авиации, оказывались в окружении. Организованно происходила мобилизация в восточных областях этих республик и на территории РСФСР в целом, в центральных и восточных регионах страны. Ее итоги выявили слабую военную подготовку большой части призывников, причиной которой было недостаточное внимание к этому вопросу в предвоенное время, слабая база учебных центров и, конечно же, существовавшая вплоть до 1939 г. наряду с кадровыми частями так называемая милиционная система комплектования, когда солдаты проходили службу недалеко от мест проживания и слишком часто вместо боевой подготовки занимались работами в сельском хозяйстве или промышленности своего района.

Хотя советские войска понесли тяжелое поражение, июнь 1941 г. явил миру немало примеров подлинного героизма и самопожертвования советских солдат. Подвиги гарнизо нов Брестской крепости, Минска, Либавы навсегда останутся яркими страницами борьбы советского народа с фашистской агрессией. Своим упорством войска приграничных окру гов позволили советскому верховному командованию выиграть драгоценное время для подтягивания к фронту дополнительных сил из внутренних районов СССР, которые, сходу вступая в бой с противником, продолжали замедлять темпы его продвижения вперед. Итоги приграничных сражений повлекли за собой пересмотр многих устоявшихся стереотипов, переоценку собственных сил, осмысление характера начавшейся войны и тех усилий, ко торые потребуются для успешного сопротивления врагу. Вооруженные силы и вся страна оправлялись от шока, вызванного вероломной агрессией, привыкали к новым условиям военного лихолетья. Было понятно, что от лозунга бить противника «малой кровью и на чужой территории» необходимо отказываться в пользу более насущной задачи: остановить смертельного врага любой ценой.

В результате неблагоприятного для Советского Союза исхода приграничных сражений немецко-фашистские войска в короткие сроки продвинулись в северо-западном направлении на 400–450 км, в западном — на 450–600 км, в юго-западном — на 300–350 км, захватили Литву, Латвию, значительную часть Эстонии, почти всю Белоруссию и Молдавию, вторглись на территорию РСФСР, вышли на дальние подступы к Ленинграду, угрожали Смоленску и Киеву. Около 23 млн советских граждан осталось на оккупированной территории. Над страной нависла смертельная опасность.

*** Со стратегической точки зрения повторилось то, что удалось осуществить вермахту в 1940 г. в Западной Европе, а затем, в конце 1941 — начале 1942 гг., — японским войскам на Тихом океане и в Юго-Восточной Азии, однако территория Соединенных Штатов оставалась вне досягаемости противника.

Советское руководство прилагало максимум усилий для организации отпора захват чикам. Программу чрезвычайных мер содержала Директива СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня 1941 г. «Всё для фронта, всё для победы» — такова была ее главная идея, изложенная затем в выступлении И. В. Сталина по радио 3 июля. В нем выражалась уверенность, что справедливая борьба советского народа за свободу своего Отечества завершится разгромом агрессоров, «сольется с борьбой народов Европы и Америки за их независимость, за демо кратические свободы».

23 июня была образована Ставка Главного Командования (с 10 июля Ставка Верховного Командования, с 8 августа — Ставка Верховного Главнокомандования) — высший орган стратегического руководства вооруженными силами. Вся полнота власти в стране сосре доточивалась в руках образованного 30 июня Государственного Комитета Обороны (ГКО).

Председателем ГКО, а затем и Верховным главнокомандующим вооруженными силами СССР (с 8 августа) был назначен И. В. Сталин. На восток в срочном порядке производилась переброска из угрожаемых районов промышленных предприятий и рабочего персонала с семьями, чем руководил созданный 24 июня Совет по эвакуации.

По предложению маршала Б. М. Шапошникова 25 июня 1941 г. Ставка Главного Коман дования приказала отвести советские войска на линию старых УРов. Однако эта линия (так называемая «линия Сталина») не представляла из себя к 1941 г. полностью подготовленного оборонительного рубежа. Зато движение к «линии старых УРов» стало, как отмечает исто рик В. Мартов, девизом отступавших советских войск, их главной надеждой — надеждой, которой не суждено было сбыться99.

Был отдан также приказ о формировании группы армий резерва Главного Командова ния (командующий — маршал С. М. Буденный, член военного совета — Г. М. Маленков, начштаба — генерал-майор А. П. Покровский):

22-я армия (штаб с 24.06 — Великие Луки): два стрелковых корпуса — 62-й и 51-й;

20-я армия (штаб с 25.06 — Смоленск): четыре стрелковых корпуса — 61, 69, 20 и 41-й;

21-я армия (Чернигов): пять стрелковых корпусов — 66, 63, 45, 30-й и 33-й;

19-я армия (Черкассы): три стрелковых корпуса — 34, 25 и 67 и 25-й мехкорпус.

Задача группе армий ставилась следующая — приступить к обустройству оборонительного рубежа по линии Сущево, Невель, Витебск, Могилев, Жлобин, Гомель, Чернигов, р. Десна, р. Днепр до Кременчуга100.

Однако эта задача оказалась во многом неразрешимой из-за быстрого выхода немцев к указанной линии, запоздалого и разрозненного (по частям) подхода советских соединений к фронту.

Уже 16 июля 1941 г. Государственный Комитет Обороны принял решение о строительст ве оборонительного рубежа на дальних подступах к Москве — Можайской линии обороны протяженностью 230 километров. Она простиралась с севера на юг от «Московского моря», западнее Волоколамска и Можайска, до слияния Угры с Окой и должна была включать в себя три оборонительные полосы — главную и две тыловые. Общая глубина оборонительного ру бежа должна была составить 120–130 километров. Главная полоса включала Волоколамский, Можайский, Малоярославецкий, а несколько позже и Калужский укрепленные районы.

К строительству Можайского оборонительного рубежа широко привлекались трудящиеся Москвы и Московской области, а также сформированные в начале июля дивизии народного ополчения. Однако к моменту выхода немецко-фашистских войск к данному району строи тельство было еще только в самом разгаре. В четырех укрепленных районах Можайской линии обороны было сооружено 296 дотов из 760 намеченных. Только наполовину был выполнен план по созданию противотанковых рвов. Не удалось осуществить и задание по сооружению эскарпов и проволочных заграждений101.

Понимание всей тяжести предстоящей борьбы с опытнейшим врагом, необходимости принятия экстренных мер по подготовке и обучению новых частей взамен уничтоженных в приграничных боях присутствовало у ответственных военачальников на фронте. Беда заключалась в том, что времени для мероприятий, связанных с повышением боеспособ ности свежих или выведенных в тыл подразделений, не было. При первой возможности ими затыкали вновь образованные бреши, создаваемые наступающим противником. Опыт первых боев вынуждал командующих издавать распоряжения, касающиеся корректировки организационных, боевых, дисциплинарных и идеологических установок перед тем, как войска вступят в бой. 8 июля 1941 г. генерал-майор Коробков (который в тот же день был отстранен от командования 4-й армией, а на следующий день арестован), на основании ранее полученных указаний из штаба фронта, предписывал: «В районах формирования не медленно приступить к организации обороны… Создать в каждом полку и батальоне отряды и группы истребителей танков, которые вооружить связками гранат, бутылками с горючей жидкостью, минами, и усиливать их противотанковыми пушками. Действия истребитель ФАШИСТСКАЯ АГРЕССИЯ НА БАЛКАНАХ. Апрель — май 1941 г.

16° 20° 24° 48° 48° 44° 44° 40° 40° Положение войск сторон к началу военных действий Попытка наступления югославской 3 армии 36° против итальянцев в Албании 6–12.4.41 г.

36° Наступление немецких, итальянских и венгерских войск Захват греческих островов немецкими и итальянскими морскими десантами Немецкие воздушные десанты Пути эвакуации английских и греческих войск Даты захвата городов немецкими и итальянскими войсками Центрально-македонская армия 16° 20° 24° 1:8 000 ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ В КИТАЕ И НАЧАЛО ОККУПАЦИИ ЯПОНИЕЙ ИНДОКИТАЯ. Сентябрь 1939 г. — июнь 1941 г.

105° 110° 115° 120° 40° 40° 35° 35° 30° 30° 25° 25° 20° Территория Китая, захваченная япон- Военные районы гоминьданов 20° скими войсками к сентябрю 1939 г. ских войск Пограничный (особый) район, Линия фронта к сентябрю 1939 г.

блокированный гоминьданов Блокада китайского побережья япон- скими войсками к декабрю ским флотом 1939 г.

Партизанские базы и районы, Морские коммуникации японских войск контролируемые 8-ой и Новой 4-ой национально-революцион Наступление японских войск в сентя ными армиями бре 1939 г.–июне 1941 г.

Направление выхода частей Японские морские десанты 8 А в тыл японских войск Район применения японцами бактерио Линия фронта к июлю 1941 г.

логического оружия в сентябре 1940 г.

Территория Индокитая, окку пированная японсними войска Рубежи обороны гоминьдановских ми к июню 1941 г.

войск 15° Цифрами на карте обозначено:

Наступление гоминьдановских войск 1 Корея (Яп.) 105° 110° 115° 120° 1:15 000 28°30 29°00 29°30 30°00 30° 61° СОВЕТСКО-ФИНЛЯНДСКАЯ ВОЙНА (30 ноября 1939 г. — 13 марта 1940 г.) Основные направления военных действий 60° Направления ударов войск Красной Армии Финских войск Территория, отданная Финляндией в аренду СССР по мирному договору 1:10 000 Гос. граница к началу войны Линия фронта на 12.12.1939 г.–11.2.1940 г.

Положение сторон к началу военных План операций Сев-зап. фронта от 3.2.1940 г.

действий (на 30.11.1939 г.) Система укреплений Карельского Прорыв главной оборонительной полосы перешейка (линия Маннергейма): линии Маннергейма на участке 123 сд (11.2–13.2.1940 г.) Полевые укрепления полосы обеспечения Передовые полосы укреплений Направления ударов войск Красной Армии с 13.2 по 27.2.1940 г.

Главная оборонительная полоса Полоса тактических резервов Линия фронта на 27.2.1940 г.

61° Вторая оборонительная полоса Прорыв второй и третьей (тыловой) Третья (тыловая) оборонительная полоса и оборонительных полос и бои за Выборг выборгский укрепленный район (28.2–13.3.1940г.);

форсирование Выборг ского залива (с 4.3.1940 г.) Сайменский канал, использованный фин нами для затопления местности в районе Положение частей Красной Армии к концу северо-восточнее Выборга военных действий (к 12 час. 13.3.1940 г.) Направления действий 7 армии в полосе Гос. граница, установленная мирным догово обеспечения и выход ее к главной оборони ром от 12.3.1940 г.

тельной полосе линии Маннергейма 29°00 29°30 30°00 30° 1:600 СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ПЛАН ВОЙНЫ ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ ПРОТИВ СССР. (План «Барбаросса») 20° 30° 40° 50° 60° План нанесения ударов из Финляндии 60° 50° 50° Направления ударов сухопутных войск для достижения ближайших задач Основные направления действий сухопутных войск для решения последующих задач Запланированный рубеж продвижения войск Основные удары авиации по обеспечению выполнения ближайших задач группами армий Предполагаемые действия авиации по про мышленным центрам Урала Блокада советского Балтийского флота Район развертывания подводных лодок Государства фашистского блока и их союзники Государства и территории, захваченные агрессорами к июню 1941 г.

1 П-ов Ханко — аренда СССР у Финляндии 20° 30° 40° 50° 1:12 000 ГРУППИРОВКА СИЛ НАКАНУНЕ НАПАДЕНИЯ ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ НА СОВЕТСКИЙ СОЮЗ 20° 25° 30° 35° 40° 60° 1:15 000 55° 55° 50° 50° Вооруженные силы Германии и Районы дислокации войск вто ее союзников рых эшелонов приграничн округов Группировка сухопутных войск к исходу 21 июня 1941 г. Районы базирования армейской и фронтовой авиации Районы базирования воздушных флотов Районы базирования дальней бомбардировочной авиации Главные военно-морские базы Военно-морские базы Главные военно-морские базы Район развертывания немецких 45° 45° и финских подводных лодок в Военно-морские базы Балтийском море к 22.6.1941г.

Направления выдвижения диви Направления выдвижения войск зий из резерва ОКХ в полосы из глубины приграничных рай групп армий онов к границе Вооруженные силы Советского союза Направления выдвижения войск Районы дислокации войск пер- второго стратегического эше вых эшелонов приграничных ок- лона на запланированный ру ругов (армий прикрытия) на беж развертывания 21 июня 1941 г.

25° 30° 35° 20° 1:8 000 ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОМ ФРОНТЕ В НАЧАЛЬНЫЙ ПЕРИОД ВОЙНЫ.

22 июня — середина июля 1941 г.

15° 20° 25° 30° 35° 40° 60° 60° 55° 55° 50° 50° Группировка немецко-фашистских войск и войск союзников Германии к 22 июня Положение советских войск к 22 июня Направления ударов противника с 22 июня по начало июля Линия фронта на 29 июня–2 июля Направления ударов противника в первой половине июля 45° 45° Контрудары советских войск в конце июня — первой половине июля Линия фронта на 10–12 июля Выдвижение войск 2-го стратегического эшелона Положение советских войск на 17–18 июля Линия старых укрепленных районов Эвакуация баз и гарнизонов кораблями Балтийского флота и Дунайской флотилии 20° 25° 30° 35° 1:8 000 СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ОБОРОНА СОВЕТСКИХ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ в июле - сентябре 1941 г.

20° 25° 30° 35° 40° ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА СЕВЕРНОМ УЧАСТКЕ Линия фронта на 10–12 июля СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОГО ФРОНТА Направления ударов противника с сере с конца июня по 30 сентября 1941 года дины июля по начало августа Контрудары советских войск во второй половине июля — первой половине августа Линия фронта на 6–10 августа Направления ударов противника с 8– августа по 10 сентября Линия фронта на 10 сентября Направления ударов противника с 10 по 30 сентября Контрудары советских войск в конце августа-сентябре Линия фронта к концу сентября Районы действия подводных лодок 60° Район систематических действий ко раблей и авиации Балтийского флота Эвакуация баз и гарнизонов флотами и флотилиями Артиллерийская поддержка советских войск кораблями флотов и флотилий Выход кораблей немецкого флота к Аландским островам и устью Финского залива 23–27 сентября 1:15 000 55° 55° 50° Передовой рубеж обороны Линия фронта к исходу 21 сентября Высадка морского десанта Главный рубеж обороны 22 сентября 45° Направления ударов про Контрудар войск OOP и мор тивника до 11 августа ского десанта 22сентября Линия фронта на 11 августа Изменение линии фронта в ре зультате контрудара войск Направления ударов противника OOP 22 сентября с 12 августа по 21 сентября Артиллерийская поддержка Контратаки и контрудары войск OOP кораблями советских войск 1:1 500 000 Черноморского флота 25° 30° 35° 1:8 000 ОБЩИЙ ХОД ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ НА СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОМ ФРОНТЕ летом и осенью 1941 г.

25° 30° 40° 60° 1:15 000 55° 55° 50° 50° Группировка немецко-фашистских войск и войск союзников Германии к 22 июня и положение советских войск Направления ударов противника с 22 июня до середины июля Линия фронта на 10–12 июля Направления ударов противника с середины июля по сентябрь Линия фронта к концу сентября Направления ударов противника в октябре — ноябре Контрудары советских войск Линия фронта в начале декабря Районы действия подводных лодок 45° Эвакуация баз и гарнизонов флотами 45° и флотилиями Принятые сокращения:

Одесский оборонительный район Севастопольский оборонительный район Приморская оперативная группа Новгородская армейская группа Приморская армия 20° 25° 30° 35° 1:8 000 ных отрядов должны быть смелыми и решительными, нападая на танки главным образом из засад… (своеобразные мобильные отряды ПТО, создаваемые исходя из печального опыта быстрого прорыва германских танков. — Ред.) Научить бойца, отделение и подразделение окапываться, маскироваться под огнем и вести упорный бой в обороне с мотопехотой про тивника, наступающей с ВВС и танками… пехоту отделять от танков и уничтожать…» Все эти установки безусловно были правильными, но вот своевременными их отнюдь не назовешь, активно учить бойца и подразделение обороняться нужно было до войны. Далее Коробков говорил о необходимости «резко поднять дисциплину во всех подразделениях и частях… Поднять боевой дух и укрепить упорство и стойкость в бою среди всех звеньев личного состава. Еще больше разжечь ненависть против фашизма, провокационно напавшего на Советский Союз. Уяснить всем составом, что боец и командир, покинувшие свои позиции самовольно, и лица, сеющие панику на фронте и в тылу, есть изменники Родины и подлежат судебной ответственности вплоть до расстрела…»102 Комментарии здесь излишни, добавим, что предписания Коробкова появились раньше приказа Ставки № 270, подписанного Ста линым и содержащего сходные положения.

Ставка принимала самые жесткие меры по борьбе с паникерами и трусами, оставляю щими свои позиции, бегущими в тыл или сдающимися в плен. 16 августа вышел знаменитый приказ № 270, в котором, в частности, говорилось: «1. Командиров и политработников, во время боя срывающих с себя знаки различия и дезертирующих в тыл или сдающихся в плен врагу, считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи нарушив ших присягу и предавших свою Родину дезертиров.

Обязать всех вышестоящих командиров и комиссаров расстреливать на месте подобных дезертиров из начсостава.

2. Попавшим в окружение врага частям и подразделениям самоотверженно сражаться до последней возможности, беречь материальную часть как зеницу ока, пробиваться к своим по тылам вражеских войск, нанося поражение фашистским собакам…» Еще до снятия с поста генерала Д. Г. Павлова на его Западном фронте стали создавать заградительные отряды (численностью до батальона, на расстоянии нескольких километров от фронта), в задачу которых входило: сбор и организация в боевые подразделения беспо рядочно отходивших или бегущих с позиций солдат, отправка их обратно на передовую, пресечение паники, передача под следствие подозрительных лиц, борьба с возможными десантами противника, создание укрепленных рубежей и т. п.

В своем приказе (не позднее 25 июня 1941 г.) Павлов писал:

«Для охраны порядка на путях движения и ликвидации отдельных диверсионных групп ПРИКАЗЫВАЮ:

1. На всех путях войсковых, артиллерийских и фронтовых тылов выставить загради тельные отряды.

2. В войсковых и армейских тылах заград. отряды выставить распоряжением Командую щих армий. Состав отрядов определить командующим армиями с обязательным включением в них представителей третьих отделов и отделений армии, корпусов, дивизий и местных органов НКВД… Минскому ОВК сформировать из добровольцев не поднимаемых возрастов, преимуще ственно членов ВКП(б) и комсомольцев, 20 отрядов численностью 50 человек… Формирование отрядов начать немедленно и закончить к утру 26.6.41 г.»104.

Заметим, что заградотряды летом 1941 г. формировались и на других фронтах, в частности на фронте генерал-лейтенанта Еременко, и происходило это примерно за год до приказа Ста лина № 227 от 28 июля 1942 г., вводившего в армии наряду со штрафными подразделениями и заградительные отряды. Интересно привести данные из оперативной сводки начальника войск НКВД УССР и охраны войскового тыла Юго-Западного фронта (ЮЗФ) полковника Рогатина Военному совету ЮЗФ о работе заградительных отрядов на дорогах и подступах к Киеву с 5 по 12 июля 1941 г. За это время было задержано из числа среднего начсостава 80 че ловек;

младшего — 237;

красноармейцев — 2498;

гражданских лиц — 4728 и многие сотни единиц техники. Органами военной прокуратуры, куда передавались подозрительные лица из района Киева и других мест, где работали заградотряды за период с 9 по 12 июля, было осу ждено «за агитацию и другие контрреволюционные преступления к расстрелу — 15 человек, к лишению свободы — 7 человек. За уклонение от мобилизации — к расстрелу — 4 человек, к лишению свободы — 4 человек»105.

Чрезвычайно жесткие и даже жестокие меры по укреплению стойкости войск принима ли по своей инициативе и сами военачальники на фронте. Так, упомянутый выше генерал А. И. Еременко (в то время зам. командующего Западным фронтом) будучи в расположении 22-й армии, отражавшей удар германских танковых и армейских корпусов в направлении Полоцк, Невель, Великие Луки, доносил 6 июля 1941 г. С. К. Тимошенко и Генштабу РККА о критическом положении в 51-м стрелковом корпусе и преступном поведении командира 166-го стрелкового полка. Он, в частности, писал, что лично остановил бегство полка, «ру ководил боем и воспитывал генералов, чтобы они не боялись огня». «Я приказал им и сам лично участвовал в контратаке (51 ск. — Ред.), и все обошлось благополучно, а генералов обстрелял». Еременко, кстати, был тогда контужен. В документе есть и другая информация:

«Подлого труса бывшего командира 166 сп майора Заимулина, который первым оставил свой командный пункт и удрал на 15 км в тыл, я расстрелял в присутствии собранного остатка полка. Командира 98-й сд генерал-майора Гаврилова… я с должности отстранил, и дело о нем передал в трибунал… Командира 51 ск генерал-майора Маркова… крепко предупредил…» Добавим, что в своих послевоенных мемуарах, вышедших в 1965 г. Еременко упомянул лишь о снятии им командира 166 сп, и что эта воинская часть при новом волевом руководстве мужественно держала оборону107.

Срочные меры с целью остановить и отбросить врага пока не давали желаемых результа тов. Красная армия отступала. 10 июля началась битва за Ленинград, которая сковала крупные силы немецко-фашистских войск и финскую армию. В Смоленском сражении (10 июля — 10 сентября 1941 г.), развернувшемся на фронте до 650 км и в глубину до 250 км, наступление противника на Москву было приостановлено, но лишь временно. Войска Юго-Западного и Южного фронтов с боями оставили Киев, Одессу, затем западные районы Донбасса. Против ник ворвался в Крым, подошел вплотную к Севастополю, в ноябре достиг Ростова-на-Дону.

Потери советских войск были огромны. Ориентировочно уже в первый месяц войны потери составили 1 млн человек, из них убитыми и умершими от ран 300 тыс., 700 тыс. плен ными. В сентябре на Левобережной Украине попали в плен 650 тыс. человек и позднее в боях под Брянском и Вязьмой еще 600 тыс. С июня по декабрь 1941 г. Красная армия и Военно морской флот потеряли убитыми, умершими от ран, оказавшимися в плену и пропавшими без вести 3138 тыс. человек;

ранеными, контуженными, заболевшими 1336 тыс. человек;

лишились более 6 млн единиц стрелкового оружия, 20 тыс. танков и САУ, 100 тыс. орудий и минометов, 10 тыс. самолетов. Территория СССР, занятая вермахтом, превысила 1,5 млн км2, что в три раза больше, чем территория Франции108. В середине июля было принято решение упразднить управления стрелковых, механизированных, авиационных корпусов. Воевать приходилось теперь более мелкими формированиями. Иного пути, в связи с потерями, просто не существовало.

Потери необходимо было возобновлять в срочном порядке. Перевод армии и страны на военные рельсы требовал громадных человеческих и материальных ресурсов. По указанию Ставки формировались новые соединения, части, понесшие большие потери, выводились в тыл и пополнялись личным составом, на запад шли маршевые батальоны. Но и здесь не обходилось без перегибов. На фронт прибывало и старшее поколение 1895–1904 г. р., кото рое, в принципе, могло оставаться дома — работая ради победы в тылу. Оценить пагубность такого решения сейчас не представляется возможным. Слишком велика была ставка борьбы с агрессором.

Печально, но факт, что даже в это время у командования РККА, да и у рядовых солдат, продолжало сохраняться убеждение в том, что победы Германии есть результат некоего неве зения, что с выходом на «старую» границу всё коренным образом изменится — враг выдох нется и Красная армия перейдет в решительное контрнаступление. Подобные настроения были далеки от реально складывавшейся обстановки на фронте.

Но, отступая, часто в беспорядке и с большими потерями, Красная армия, тем не менее, срывала важнейшую установку плана «Барбаросса»: уничтожить советские войска ударами танковых клиньев, не допустить отхода советских армий вглубь территории страны.

Ставка ВГК, командование фронтов, военачальники и командиры разных степеней учились искусству ведения войны в крайне сложной обстановке, допуская порой почти не избежные ошибки. Однако постепенно в развернувшейся до крайнего ожесточения борьбе все большее значение приобретали твердость духа советского народа и его самоотвержен ность на фронте и в тылу, превосходящие материальные возможности страны. Сотни тысяч людей участвовали в развернувшейся партизанской и подпольной борьбе, организованной в оккупированных врагом районах.

С каждым месяцем сопротивление советских войск усиливалось, совершенствовалось искусство организации оборонительных действий. Это лишало врага возможности вести наступление в запланированных им темпах. Если в первые три недели войны фашистские войска продвигались в среднем по 20–30 км в сутки, то с середины июля по 7 августа этот темп снизился до 3,5–8,5 км в сутки. Еще в сентябре враг был остановлен у стен Ленинграда, в ноябре — у Ростова-на-Дону, а в начале декабря — под Москвой.

ПРИМЕЧАНИЯ Великая Отечественная война 1941–1945 гг. Военно-исторические очерки. Кн. 1. Суровые ис пытания. М., 1995. С. 104;

Мюллер-Гиллебрант Б. Сухопутная армия Германии 1933–1945. Т. 3. М., 1976. С. 269–270.

Великая Отечественная война 1941–1945 гг. Военно-исторические очерки. Кн. 1. Суровые испы тания. С. 104.

ЦАМО РФ. Ф. 127. Оп. 12915. Д. 16. Л. 307–314.

1941 год: уроки и выводы. М., 1992. С. 84, 85.

Исаев А. В. Приграничное сражение 1941. М., 2011. С. ЦАМО РФ. Ф. 15. Оп. 725588 с. Д. 36. Л. 294–302.

Анфилов В. А. Грозное лето 41 года. М., 1995. С. 103.

ЦАМО РФ. Ф. 15. Оп. 725588 с. Д. 36. Л. 343–346.

1941 год: уроки и выводы. С. Семидетко В. А. Западный фронт в начальный период Великой Отечественной войны. Новые документы. Стратегическая оборонительная операция в Белоруссии 22 июня — 9 июля 1941 г. // Мир истории (электронный журнал). URL:(http://gpw.tellur.ru/page.html?r=operations&s=bel41) 1941 год: уроки и выводы. С. ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2589. Д. 91. Л. 2–7.

Там же. Ф. 127. Оп. 12915. Д. 364. Л. 1–70, 72–77, 78.

Там же. Л. 134.

Копец И. В., генерал-майор авиации, за боевые подвиги в период Гражданской войны в Испании удостоен звания Героя Советского Союза. К началу войны — командующий ВВС Западного особого военного округа. Узнав о потерях своей авиации в первые часы войны, застрелился.


ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2589. Д. 91. Л. 9–10.

Там же. Ф. 38. Оп. 11353. Д. 899. Л. 1–6, 29.

Там же. Л. 100, 123–124, 142.

ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 36. Л. 1.

1941 год: уроки и выводы. С. 100–102.

ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 83. Л. 52–54.

US. Library of Congress. Manuscript Division. Volkogonov Collection. Reel 4.

ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 36. Л. 19.

Очевидно, в горячке событий в памяти автора рапорта смешались распоряжения сразу двух дирек тив № 1 и № 2, подготовленных изначально в Москве для передачи командованию на фронте. Тогда как в содержании первой директивы говорилось о приведении войск в боевую готовность и недопущении провокаций, в тексте второй, подписанной С. К. Тимошенко, Г. К. Жуковым и Г. М. Маленковым (в рукописном экземпляре автографа Тимошенко нет), присутствовало требование «Впредь, до особого распоряжения, наземными войсками границу не переходить». Директива № 2 отправлена из Москвы в 7 ч 15 мин 22 июня 1941 г.

РГВА. Ф. 9. Оп. 39. Д. 99. Л. 329–339.

ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 29. Л. 52.

Киселев О. Н. Приграничные сражения 1941 г. // Великая Отечественная война 1941–1945 гг.

Иллюстрированная энциклопедия. М., 2005. С. 441.

1941 год: Страна в огне: В 2 кн. Кн. 1. Очерки. М., 2011. С. 350.

Военная энциклопедия: В 8 т. Т. 1. М., 1997. С. 573.

ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 36. Л. 9.

Там же. Д. 29. Л. 164.

Там же. Оп. 2513. Д. 72. Л. 134, 152, 340.

Там же. Оп. 2511. Д. 36. Л. 13.

Там же. Д. 29. Л. 18–19, 104–105.

Там же. Оп. 2589. Д. 91. Л. 11–15.

Там же. Д. 91. Л. 15–16.

Там же. Оп. 2511. Д. 36. Л. 16.

1941 год: Страна в огне: В 2 кн. Кн. 1. Очерки. С. 341.

ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 10169. Д. 17. Л. 59.

1941 год: Страна в огне. Кн. 1. С. 349.

Там же. С. 353.

Там же. С. 355–359.

ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 36. Л. 21, 25.

Русский архив. Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1941 год. Т. (5-1). М., 1996. С. 43–44.

РГВА Ф. 9. Оп. 39. Д. 99. Л. 329–339.

1941 год: уроки и выводы. С. 105.

1941 год: Страна в огне. Кн. 1. С. 375–379.

Еременко А. И. В начале войны. М., 1965. С. 111.

Великая Отечественная без грифа секретности. Книга потерь. М., 2009. С. 78;

Великая Отечест венная война. 1941–1945. Военно-исторические очерки. Кн. 1. Суровые испытания. С. 147.

ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12454. Д. 65. Л. 44–331. Д. 133а. Л. 1, 332.

Там же. Ф. 15. Оп. 725588 с. Д. 36. Л. 294–302;

343–346.

Великая Отечественная без грифа секретности. Книга потерь. С. 75–76.

1941 год: уроки и выводы. М., 1992. С. 90.

ЦАМО РФ. Ф. 325. Оп. 4579. Д. 3. Л. 3–4.

Там же. Ф. 290. Оп. 3284. Д. 5. Л. 93–94.

Там же. Ф. 35. Оп. 107559. Д. 6. Л. 8.

Там же. Ф. 15. Оп. 977441. Д. 2. Л. 478.

Марков А. То первое лето. // Подвиг. № 38, 1991. С. 88–90.

ЦАМО РФ. Ф. 140. Оп. 13000. Д. 1. Л. 17–21.

Там же. Д. 4. Л. 2, 10–11.

1941 год: уроки и выводы. М., 1992. С. 101.

ЦАМО РФ. Ф. 48а. Оп. 3408. Д. 3. Л. 260–262.

Там же. Ф. 344. Оп. 5554. Д. 71. Л. 113.

Исаев А. В. Указ. соч. С. 134–135, 138–139.

Исаев А. В. Указ. соч. С. 148.

Киселев О. Г. Приграничные сражения 1941. С. 442–443.

ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 20. Л. 31–39.

Гот Г. Танковые операции. М., 1961.

История второй мировой войны 1939–1945. В 12 т. Т. 4. М., 1975. С. 36.

ЦАМО РФ. Ф. 143а. Оп. 3268. Д. 111. Л. 4, 5.

Там же. Ф. 221. Оп.1351. Д.200. Л. 17.

Великая Отечественная война. 1941–1945. Военно-исторические очерки. Кн. 1. Суровые испы тания. С. 154.

История второй мировой войны 1939–1945. Т. 4. С. 65.

Великая Отечественная без грифа секретности. Книга потерь. С. 76;

Великая Отечественная война.

1941–1945. Военно-исторические очерки. Кн. 1. Суровые испытания. С. 154.

Великая Отечественная война. 1941–1945. Военно-исторические очерки. Кн. 1. Суровые испы тания. С. 155.

1941 год: уроки и выводы. С. 91–92.

ЦАМО РФ. Ф. 334. Оп. 3949. Д. 4. Л. 1.

Там же. Ф. 131. Оп. 12507. Д. 8. Л. 5–7, 13.

1941 год: уроки и выводы. С. 102.

Киселев О. Н. Указ. соч. С. 444.

ЦАМО РФ. Ф. 229. Оп. 161. Д. 1. Л. 3–9.

Там же. Л. 2, 165–167.

Великая Отечественная война. 1941–1945. Военно-исторические очерки. Кн. 1. Суровые испы тания. С. 159.

Исаев А. В. Указ. соч. С. 574–592.

ЦАМО РФ. Ф. 229. Оп. 157. Д. 71. Л. 122.

Там же. Оп. 161. Д. 24. Л. 8.

Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg. Bd. 4. S. 473.

1941 год: Страна в огне. Кн. 1. С. 562.

ЦАМО РФ. Ф. 143а. Оп. 3268. Д. 98. Л. 39–41.

1941 год: уроки и выводы. С. 104.

Киселев О. Н. Указ. соч. С. 444.

Великая Отечественная без грифа секретности. Книга потерь. С. 80;

Великая Отечественная война.

1941–1945. Военно-исторические очерки. Кн. 1. Суровые испытания. С. 164.

1941 год: уроки и выводы. С. 117.

Великая Отечественная без грифа секретности. Книга потерь. С. 81–82.

1941 год: уроки и выводы. С. 89, 117.

Великая Отечественная война. 1941–1945. Военно-исторические очерки. Кн. 1. Суровые испы тания. С. 164.

Киселев О. Н. Указ. соч. С. 445.

1941 год: уроки и выводы. С. 105–106.

Мартов В. Белорусские хроники, 1941 год. URL:http://vitebsk.net/i40/mart41_1.htm.

ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 2. Л. 19–20.

Москва военная. 1941–1945. Мемуары и архивные документы. М., 1995. С. 308.

ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 36. Л. 25–27.

Сталин И. В. Cочинения. Т. 18. Тверь, 2006. С. 237–240.

ЦАМО РФ. Ф. 208, Оп. 2511. Д. 20. Л. 81–82.

Там же. Ф. 16. Оп. 973. Д. 7. Л. 282–285.

Там же. Оп. 946. Д. 63. Л. 3–4.

Еременко А. И. В начале войны. М., 1965. С. 96–97.

Кульков Е. Н., Мягков М. Ю., Ржешевский О. А. Война 1941–1945. Факты и документы. М., 2001. С. 55–56.

Нарастание сопротивления агрессорам Смоленское сражение В июле — сентябре 1941 г. на главном направлении немецкого наступления — москов ском — разыгралось ожесточенное сражение, имевшее одно из решающих значений в срыве блицкрига. По названию города, вокруг которого шли кровопролитные схватки и который считался ключом к столице, оно получило название Смоленское. Но театр боевых действий был намного обширнее и покрывал огромное пространство, простиравшееся с севера на юг и с запада на восток на сотни километров.

Несмотря на упорные бои на реке Березина, вдоль шоссе Минск — Москва, героизм со ветских воинов, в т. ч. курсантов военных училищ при защите города Борисова, контрудары в районе Орши, подвижные войска группы армий «Центр» — дивизии 2-й и 3-й танковых групп и передовые соединения 9-й и 2-й полевых армий вышли к 10 июля на Днепр и Запад ную Двину и в ряде мест сумели форсировать их. Основные силы этих армий, задержанные сражениями в Белоруссии, отстали от подвижных войск на 120–150 км. Тем не менее, к на чалу наступления на Смоленск немецкие войска превосходили войска Западного фронта в людях, артиллерии и самолетах в 2 раза, а в танках — в 4 раза. С 10 по 20 июля они прорвали оборону Западного фронта, продвинулись вперед до 200 км, окружили Могилев, захватили Оршу, Смоленск, Ельню, Кричев. 19, 16 и 20-я советские армии оказались в сложнейшем положении. В то же время на левом крыле Западного фронта вела наступление на бобруй ском направлении 21-я армия.

Германское командование нанесло новые удары на флангах советского фронта. Танковым дивизиям Гудериана удалось прорваться к реке Сож у Кричева. Тяжелое положение сложи лось с 13-й советской армией, которая также откатывалась назад под угрозой окружения.

Однако 61-й корпус держался у Могилева. Город превратился, по сути, в осажденную кре пость. Организация Могилевского района обороны осуществлялась при активном участии самих местных жителей. Бои на этом направлении начались еще 3 июля. Вскоре в сражение вступили части 172-й стрелковой дивизии генерал-майора М. Т. Романова, на которую была возложена непосредственная оборона Могилева. Советским бойцам удалось остановить врага на рубеже р. Друть, но 11 июля (в день форсирования Днепра главными силами Гудериана) не выдержали и начали отход части 110-й дивизии, расположенной к северу от 172-й дивизии.

Немцам удалось вклиниться в советскую оборону. Особенно тяжелой была обстановка, где держался 338-й стрелковый полк 172-й дивизии и части народного ополчения (в отечест венной историографии известен как бой на Буйничском поле). Противник отчаянно рвался вперед, но опрокинуть советских бойцов оказался не в состоянии. На поле под Буйничами осталось не менее 24 подбитых вражеских бронемашин. Однако силы сторон были неравные.

Прорыв танковых корпусов Гудериана на Чаусы отрезал соединения всего 61-го корпуса Немецкий пулеметный расчет от основных сил 13-й армии. К «Мадриду на Днепре» (как называли Могилев его жители) подошли новые пехотные соединения врага. После того как 24 июля командование 172-й дивизии отказалось капитулировать, немцы предприняли мощный штурм. Бой шел практи чески за каждую улицу. Силы защитников быстро таяли, и комдив Романов принял решение на прорыв из окружения. К своим войскам удалось выйти лишь немногим. Будучи раненым генерал Романов был укрыт местными жителями, впоследствии организовал партизанский отряд, но был выдан изменниками и казнен фашистами1.


В дополнение к тем силам, которые перебрасывались на Западное направление с конца июня, Ставка решила 12 июля обеспечить стык между северо-западным и запад ным направлениями на рубеже Старая Русса, Осташков развертыванием 29-й армии, а на рубеже Селижарово, Оленино — 30-й армии. В тылу — в районе Торжка, Ржева сосредо точивалась 31-я армия. Заканчивали развертывание в районе Белый, Дорогобуж, Ельня, р. Десна 24-я и 28-я армии. За ними в районе Можайска, Малоярославца сосредоточива лась 32-я армия. К 14 июля 1941 г. шесть армий (29, 30, 24, 28, 31 и 32-я) были объединены во Фронт резервных армий (в последующем Резервный фронт), который получил задачу занять рубеж Старая Русса, Осташков, Белый, Истомино, Ельня, Брянск и подготовиться к упорной обороне. Этот эшелон войск, несмотря на внушительное число имевшихся в нем армий, формировался наспех, поэтому ждать от него решительного перелома борьбы против мощнейшей группы армий «Центр» не приходилось. После того как обстановка на Западном фронте усложнилась, в его состав дополнительно были включены 33, 43 и 49-я армии. К концу июля фронт включал в себя около 60 дивизий2. Кроме того, для коор динации усилий всех войск развертывалось Главное командование Западного направления (на севере и юге развертывались соответственно командования Северо-Западным и Юго Западными направлениями).

Что же из себя представляли в то время замыслы германского командования и их по следующее осуществление?

К середине июля 1941 г. многим германским военачальникам на фронте стало прихо дить понимание, что прорваться с ходу на Москву даже такому мощнейшему объединению, как группа армий «Центр», имевшей в распоряжении две танковые группы Гудериана и Гота, не представляется возможным. Несмотря на то, что советские войска понесли боль шие потери, немецкое наступление в дальнейшем стало проходить не столь гладко, как на то рассчитывало немецкое командование. В середине июля части вермахта вышли к Смоленску, где завязались ожесточенные бои с 16-й (командующий генерал-лейтенант М. Ф. Лукин), 19-й (командующий генерал-лейтенант И. С. Конев) и 20-й (командующий генерал-лейтенант П. А. Курочкин) армиями Западного фронта. Группа армий «Север»

вынуждена была приостановить наступление, встретив упорное сопротивление советских войск на Лужском рубеже обороны. Левый фланг группы армий «Юг» завяз в боях с 26-й (командующий генерал-лейтенант Ф. Я. Костенко) и 5-й (командующий генерал-майор танковых войск М. И. Потапов) армиями на линиях Коростеньского и Киевского укре прайонов3.

Командование группы армий «Центр» желало обезопасить себя от неожиданностей в ходе дальнейшего наступления. 13 июля 1941 г. фон Бок телеграфировал главнокомандующему сухопутными войсками В. Браухичу, что намеревается сосредоточить все усилия для того, чтобы разбить отходящие за Днепр войска противника и не дать им возможность организо вать новое сопротивление. Поэтому он предлагал сначала «всеми силами овладеть районом восточнее Смоленска»4.

16 июля передовые части Гудериана ворвались в южную часть Смоленска, а накану не соединения Гота вышли северо-восточнее Смоленска, к автостраде Минск — Москва.

Завязались упорные бои за город, захват которого означал, кроме того, и новое крупное окружение войск Западного фронта. Одновременно с попытками овладеть Смоленском соединения 2-й и 3-й танковых групп стремились развить наступление к востоку от него, чтобы осуществить еще более глубокий охват советских войск. Этот охват удался, но пол Саперы за работой Санитар оказывает помощь раненому на поле боя Советский снайпер на позиции Танки Т-26 на марше ностью замкнуть кольцо за силами Красной армии, действующими восточнее Смоленска, у немцев не получилось, — в распоряжении советского командования оставался небольшой коридор с переправой на Днепре у Соловьева. Тем не менее, в районе западнее Смоленска части вермахта пленили 310 тыс. солдат и офицеров РККА. Ставке ВГК пришлось вводить в действие на западном стратегическом направлении третий наспех сформированный эшелон войск, который составили 29, 30, 24, 28, 31 и 32-я армии, образовавшие новый Резервный фронт. Его возглавил 30 июля генерал армии Г. К. Жуков5.

Как известно, Смоленское сражение продолжалось два месяца. На его первом этапе противник стремился прорвать советскую оборону на правом фланге и в центре — примерно до конца июля 1941 г. Он окружил Могилев и Смоленск. В ходе второго этапа — примерно до начала августа — советским командованием были предприняты попытки проведения серии контрударов в районе Белого, Ярцево и Рославля, в целях уничтожения смоленской группировки врага. Потери были большими с обеих сторон. Советским войскам полностью выполнить поставленную задачу не удалось. Но в последующих боях немцам пришлось столкнуться не просто с упорством противника, который получал все новые подкрепления, но и задуматься об обороне — впервые с начала войны.

По данным разведотдела штаба 2-й армии, на 19 июля 1941 г. перед фронтом группы армий «Центр» войсковой разведкой были выявлены части 123 стрелковых дивизий, 24 танковых дивизий, 10 танковых бригад, 3 кавалерийских дивизий Красной армии. По мнению немецкой разведки, «для того чтобы удержать свой важнейший фронт — «Смоленские ворота», русские бросили в бой все имеющиеся где-либо в их распоряжения силы…» Отмечалась переброска советских войск с Кавказа, из Средней Азии, Сибири и северных районов Советского Союза.

Перед фронтом группы армий «Центр» было выявлено около 20 вновь сформированных с начала июля дивизий6. Все это никак не увязывалось с расчетами немецкого командования решить исход кампании до линии Днепр — Двина. Группа фон Бока продвинулась до этого рубежа, но пока о крахе советской обороны не могло быть и речи. Командующие герман скими соединениями столкнулись с активным противодействием сил Красной армии, как на основном фронте, так и у себя в тылу. Линии коммуникаций германских соединений подвергались постоянным атакам выходивших из окружения советских подразделений.

Немецкие танки совершали вынужденные остановки из-за отсутствия горючего и запасных частей. Много неприятностей врагу доставляли новые советские бронированные машины, имевшие превосходство над германскими аналогами. В одном из документов штаба За падного фронта, адресованном начальникам штабов армий, прямо говорилось, что «танки противника с нашими Т-34 и КВ в бой не вступают». От командиров на фронте требовалось действовать смелее, так как немецкая пехота не выдерживает штыковых атак, решительно перехватывать пути подвоза, пресекать распространение всяческих панических слухов, не бояться вклинения танков в свою оборону, поскольку противник сам оказывается в этом случае окруженный нашими войсками7.

Все это были правильные распоряжения. Беда состояла в том, что выполнить их на практике, в условиях быстрого отступления, отсутствия хорошей связи, а самое главное, достаточного количества опытных и решительных полевых командиров и подготовленных красноармейцев, было нереально. Опыт приобретался большой кровью.

В тот же период все явственнее обозначался разрыв между вырвавшейся вперед группой армий «Центр» и отстающей группой армий «Юг». Германским командованием была пред принята попытка решить эту проблему действием части сил 2-й танковой группы и 2-й армии в юго-восточном направлении. Однако разрыв между группами армий в то время устранить было невозможно, — группа армий «Центр» была связана боями под Смоленском, а группа армий «Юг» ничего не могла поделать с активностью 5-й советской армии Юго-Западного фронта в районе Припятских болот. Фон Бок вынужден был отметить 15 июля 1941 г. в те лефонном разговоре командующим сухопутными войсками тот факт, что «на реке Днепр и восточнее ее в настоящее время происходит сражение, которое хотя и началось хорошо, но исход которого еще совершенно не решен. Не следует, исходя из местной оценки, считать там общее положение слишком легким. Победа еще не одержана…» Командующий сухопутными войсками вермахта фон Браухич в то же время отмечал: «…Не может быть и речи о дальней шем продвижении танков на восток после овладения районом Смоленск. Русские дерутся не так, как французы, они не чувствительны на флангах. Поэтому основным является — не овладение пространством, а уничтожение сил русских…» Между тем Гитлер, казалось, решил, что о каком-либо значительном сопротивлении русских в центре фронта речи уже быть не может. Штаб оперативного руководства воору женных сил Германии по-прежнему рассчитывал на продолжение операций как на флангах советско-германского фронта, так и на московском направлении. Согласно директиве Вер ховного командования вооруженных сил Германии (ОКВ) № 33 от 19 июля 1941 г., группе армий «Юг» предстояло уничтожить 12-ю и 6-ю армии противника и совместно с группой армий «Центр» разгромить 5-ю армию. Группа армий «Север» должна была обеспечить стык 18-й армии и 4-й танковой группы и обезопасить свой восточный фланг силами 16-й армии. Многосложная задача стояла перед группой армий «Центр» — прикрыть правый фланг группы армий «Север»;

перерезать дорогу Москва — Ленинград;

помочь наступлению группы армий «Юг», продвигаясь силами 2-й армии и 2-й танковой группы в юго-восточ ном направлении, и «осуществлять дальнейшее наступление на Москву силами пехотных соединений»9.

Содействовать подавлению сопротивления советских войск на главном направлении были призваны и массированные налеты германской авиации на советскую столицу. Они могли существенно дезорганизовать работу тыла, нарушить управление войсками, подавить моральное состояние войск и гражданских жителей в период наступления группы армий «Центр». Но к середине июля для защиты Москвы с воздуха были сосредоточены уже зна чительные силы ПВО и МПВО: более полутора тысяч средних и легких зенитных орудий и зенитных пулеметов, прожекторные установки и аэростаты.

Город прикрывал 6-й истреби тельный авиакорпус, имевший на вооружении новые самолеты МиГ-3, ЛаГГ-3, Як-1. Немцы предполагали использовать в бомбежках столицы до 270 бомбардировщиков с опытными экипажами. Первый массированный налет врага на Москву был произведен в ночь с 21 на 22 июля 1941 г. (около 220 бомбардировщиков). Неожиданности не получилось. Немецкие самолеты были своевременно обнаружены постами ВНОС. В течение 5 часов продолжалась борьба в небе. За это время советские истребители выполнили 173 самолето-вылета, действуя в световых прожекторных полях. В ходе 25 ночных боев летчики ПВО сбили 12 немецких самолетов и многие повредили. В целом, по окончательным данным, были уничтожены 22 немецкие машины. Еще 15 самолетов командование люфтваффе потеряло на следующую ночь, бросив на город около 200 бомбардировщиков10.

Продолжавшиеся налеты вражеской авиации на столицу не привели к желаемому для немецкого командования результату. Москва была надежно прикрыта не только с воздуха.

Большая заслуга в ее защите принадлежит МПВО: армия бойцов МПВО при налетах спасала людей из-под завалов, оказывала медицинскую помощь пострадавшим, тушила пожары и возгорания, ликвидировала аварии, обезвреживала невзорвавшиеся боеприпасы, обеспечивая защиту населения и бесперебойную работу объектов экономики.

Руководство вермахта расчитывало на новый и быстрый успех сухопутных сил. 23 июля 1941 г. в дополнении к директиве № 33 указывалось, что группе армий «Центр» силами пе хотных соединений необходимо «разбить противника, расположенного между Смоленском и Москвой, и, по возможности, выдвинуть при этом свой левый фланг, овладеть Москвой».

3-ю танковую группу намечалось временно передать в подчинение группы армий «Север» с задачей обеспечения правого фланга группировки во время захвата Ленинграда11. Вызывает удивление такое решение Верховного командования Германии — бои под Смоленском были в самом разгаре, немцы несли значительные потери, как в людях, так и в технике. В этих условиях ставить задачу прорваться к советской столице только пехотными соединениями было, по меньшей мере, самонадеянно. Ослабленной группе армий «Центр» это было вряд ли под силу. Фон Бок указывал Браухичу в разговоре по телефону 26 июля: «русские «обтя Противотанковое орудие на огневой позиции Советские пехотинцы проходят через деревню Противотанковое орудие выдвигается на огневые позиции Окапываются бойцы одного из лучших предвоенных пехотных соединений РККА — 70-й Краснознаменной стрелковой дивизии гивают» весь фронт группы армий и везде готовы к бою…»12. Безостановочное наступление на Москву по этой причине становилось невозможным.

С 21 июля по 7 августа на Западном направлении советское командование провело контрнаступление, использовав для этой цели 14 дивизий Фронта резервных армий. Были созданы пять армейских оперативных групп (24, 28, 29, 30-й армий и оперативная группа генерал-майора К. К. Рокоссовского), переданные в состав Западного фронта. В ходе боевых действий образовались два основных очага борьбы, один — в районе Смоленска, Ельни, другой — на реке Сож и в междуречье Днепра и Березины. По этой причине из двух армий левого крыла Западного фронта (13-я 21-я армии) и выдвинутой из резерва 3-й армии 24 июля был образован Центральный фронт под командованием генерал-полковника Ф. И. Кузне цова (с 5 августа — генерал-лейтенанта М. Г. Ефремова). И хотя советские войска не смогли разгромить смоленскую группировку противника, они сорвали возможность продвижения группы армий «Центр» на Москву. 30 июля ее войска были вынуждены перейти к обороне.

Сильный контрудар по противнику в середине июля нанесла 21-я советская армия. За стигнув германское командование врасплох, корпусам армии удалось на время освободить города Рогачев и Жлобин. И хотя вскоре советские соединения вынуждены были вновь от ступить, этот успех стал одной из первых удачных локальных операций РККА, сковавший на некоторое время главные силы 2-й немецкой армии в междуречье Днепра и Березины.

Существенную роль в оттягивании сил противника сыграл начавшийся в конце июля рейд кавалерийской группы под командованием генерала О. И. Городовикова по тылам против ника на Могилевском и Бобруйском направлениях. Кавалеристам не удалось выполнить всех поставленных задач. Немецкие резервные соединения смогли окружить их и вынудить пробиваться из кольца с большими потерями. Но они отвлекли на себя значительные силы врага. Контрудары Красной армии положительно воздействовали на моральный дух бойцов и командиров, вселяли им уверенность, что врага удастся остановить и опрокинуть вспять.

Решение ОКВ, обозначенное в новой директиве № 34 от 30 июля 1941 г. предусматривало следующее: приостановить наступление группы армий «Центр»: 3-ю танковую группу не разрешалось вводить в бой, 2-я и 3-я танковые группы должны были получить пополнение13.

Впоследствии германский фельдмаршал Ф. Паулюс (взятый в плен в 1943 г. в Сталинграде) отмечал, что группе армий «Центр» «не хватало сил для того, чтобы, достигнув Смоленска, развивать наступление на Москву. Гитлер приказал наступление передвинуть на более позд ний срок…» Рассматривая планы немецкого командования в период июля — августа 1941 г., академик А. Самсонов сделал обобщающий и довольно верный вывод: «смоленское сражение изматы вало силы врага и задерживало его на главном стратегическом направлении. Возрастающее сопротивление Красной армии не только в центре, но и на флангах советско-германского фронта сковывало наступление противника, не допускало его дальнейшего продвижения…» Маршал Жуков в своих воспоминаниях отмечал, что оба фланга группы армий «Центр» ока зались открытыми, что создавало им серьезную угрозу. Без их обеспечения войска группы не могли наступать16.

Отметим также, что, немедленно возобновив наступление на восток, группа фон Бока могла бы, вероятно, прорвать фронт обороны Красной армии на отдельных участках и улуч шить свое оперативное положение, но выполнить более значительную задачу и сокрушить стратегическую оборону советских войск на западном направлении ей было вряд ли под силу. К концу июля против ее соединений стояли уже свежие советские силы. Приостановка наступления немецких войск на главном стратегическом направлении, которая не означала, однако, снижения накала боев и прекращения контратак советских войск в районе Смолен ска, позволила Красной армии пополнить личным составом поредевшие воинские части, сформировать новые и выдвинуть их (порой плохо вооруженные и недостаточно подготов ленные) для укрепления обороны Москвы.

Осуществление планов Верховного командования Германии оказалось под вопросом, несмотря на все усилия Главного командования сухопутных войск (ОКХ) и Верховного ко мандования вооруженными силами Германии. В тексте дополнения к директиве ОКВ № 34, изданном 12 августа 1941 г., говорилось, что только после полной ликвидации угрожающего положения на флангах группы армий «Центр» и пополнения танковых групп будут созданы условия для наступления на Москву. Целью такого наступления было — овладение городом еще до наступления зимы, нарушение работы государственного аппарата и лишение его возможности восстановить вооруженные силы17.

Предпосылкой к дальнейшему продвижению группы армий «Центр» на восток могло стать успешное завершение уничтожения частей 16-й и 20-й советских армий, отрезанных в районе севернее и северо-восточнее Смоленска. Однако мужество советских воинов не позво лило немецкой армии добиться желаемого результата. Войска Западного фронта под коман дованием маршала С. К. Тимошенко предприняли энергичные меры по выводу окруженных частей на восток. В результате основным силам 16-й и 20-й армий удалось переправиться на восточный берег Днепра у Соловьевской переправы и занять там новую линию обороны.

Контрудары Красной армии продолжались с все возрастающей силой. Ожесточенные бои на этом участке не утихали вплоть до середины сентября 1941 г.

Немецкие войска несли серьезные потери. На начало сентября, в результате непрерывных сражений боевая численность пехотных подразделений группы армий «Центр» снизилась настолько, что начала внушать опасения немецкому командованию. Штаб 2-й немецкой армии констатировал, что в ротах осталось в среднем один, в редких случаях два офицера, 10 унтер-офицеров и 70 рядовых. Вследствие непрерывных и очень больших переходов ухудшилось состояние здоровья личного состава. В некоторых танковых дивизиях группы армий (как например в 7-й танковой дивизии) осталось не более 50 % боеспособных бро нированных машин18. Но потери Западного фронта в Смоленском сражении были намного большими, о чем будет сказано ниже.

Проблема флангов наступающей группировки фон Бока в августе 1941 г. выходила на передний план. Не обезопасив их, невозможно было проводить дальнейшее продвижение на восток. Устранение угрозы с юга могло стоить немцам потери темпа на главном — москов ском направлении. С другой стороны, командование сухопутных войск вермахта не могло не видеть, что выход 2-й танковой группы и 2-й армии во фланг и тыл Юго-Западному фронту (командующий генерал-полковник М. П. Кирпонос) создавал очевидные перспективы разгрома советских армий, обороняющих Киевский укрепрайон, и обеспечивал столь не обходимый стык групп армий «Центр» и «Юг». Кроме того, быстрое уничтожение советских армий под Киевом давало вермахту шанс сконцентрировать затем основные силы на главном направлении и провести решающее наступление на Москву еще до наступления морозов.

Гитлер это понимал. Поэтому он, при непосредственном участии начальника штаба опера тивного руководства ОКВ А. Йодля, подготовил новую директиву, которая 21 августа 1941 г.

была направлена командующему сухопутными войсками. В ней, в частности, говорилось:

«1. Главной задачей до наступления зимы является не взятие Москвы, а захват Крыма, промышленных и угольных районов на Донце и лишение русских возможности получения нефти с Кавказа;



Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 41 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.