авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

«Душа хочет обитать в теле, потому что без него она не может ни действовать, ни чувствовать (Леонардо да Винчи) Scientific Research Centre ...»

-- [ Страница 4 ] --

1) созревание женской яйцеклетки и ее выход из яичника в маточные трубы, 2) проникновение мужского сперматозоида в яйцеклетку, 3) прикрепление оплодотворенной яйцеклетки к слизистой оболочки матки, 4) формирование плаценты (детского места), соединяющего матку и растущий плод, 5) вынашивание плода (беременность), 6) роды» (№7) Формулирование процесса деторождения в рамках медицинского дискурса и исключение моральных, религиозных, этических суждений делает это яв ление анатомо физиологическим, а значит универсальным для любого женского тела. Таким образом, за лесбийским телом, как женским телом, закрепляется право на воспроизводство. А с другой стороны, этой способно стью к воспроизводству лесбийское тело еще раз маркируется как женское.

Если говорить о техниках тела в данном контексте, то проблемам пла нирования и подготовки к беременности посвящен буквально один абзац, в общих чертах говорящий, что «беременность это физиологический стресс для организма, быстро выявляющий его слабые стороны»

(№14), поэтому «организм женщины к моменту зачатия должен быть максимально здоров и крепок» (№14). При этом подчеркивается, что данный процесс общий для всех женщин: «Тема, которой посвящены сотни, если не тысячи публикаций в женских журналах, поэтому вряд ли стоит тут перечислять все рекомендации» (№14). Рекомен дации на сайте Lesbiru.com сосредотачиваются на вопросе оплодотворения, поскольку именно он, так как востребует мужские сперматозоиды, являет ся проблемной зоной лесбийской фертильности. В материалах портала подробно рассматриваются такие «стратегии» зачатия и вынашивания ре бенка, как а) Метод искусственной инсеминации («введение жизнеспособной спермы во влагалище женщины» (№14)) в домашних и Надя Нартова Другое (ли) тело медицинских условиях;

б) Метод экстракорпорального оплодотворения («ре бенок из пробирки»);

в) Суррогатное материнство. Каждый пункт включает описания физиологического процесса, необходимых процедур и непосред ственно советы и рекомендации женщинам.

В связи с проблемой зачатия поднимается и проблема бесплодия, ко торое репрезентируется как заболевание и женских и мужских организмов, а значит, при определенных условиях и гетеросексуальные женщины и пары прибегают к техникам оплодотворения вне полового акта. Таким образом, проблематичность зачатия и медикализированные техники оп лодотворения, с одной стороны, являются специфичными для лесбийского тела, а с другой – актуальными и для остальных Других тел.

Основным и референтным Другим телом, по отношению к которому выстраивается репродуктивное лесбийское тело, является женское ге теросексуальное тело: «Лесбиянки такие же полноценные, в том числе и с физиологической точки зрения, женщины, которые могут и хотят иметь детей…» (№14).

Таким образом, лесбийское тело производится как репродуктивное, через анатомо физиологическое включение в «универсальное» женское тело, способное к деторождению.

Утверждение лесбийского тела как «женского» происходит и в следу ющей теме – гинекологии, в которой внимание акцентируется на здоровье/ нездоровье женской половой и репродуктивной систем: «…у лесбиянок часты заболевания, не связанные напрямую с сексуальной жизнью:

инфекции, воспалительные процессы, эрозии, новообразования (по липы, фибромы, кандиломы, кисты), заболевания, связанные с гормональным дисбалансом (гипертрихоз, эндометриоз, склероки стоз яичников и пр.). В конце концов, лесбиянки не меньше страдают от болезненных менструаций!» (№1). Лесбийское тело выстраивается как «природное» женское посредством актуализации вни мания на «женских» органах и проблемах. Риски и причины патологий репрезентируются как «внешние», не всегда поддающиеся контролю, скры тые от глаз «…частые случаи молочницы у девушек, давно не имевших половых контактов, но перенесших переохлаждение, ка кую либо иную инфекцию и стресс…» (№10). Таким образом, проблема становится общей для всех женских организмов и снимается моральная ответственность с человека за приобретение заболевания.

Поскольку патологию не всегда можно предотвратить, то техники тела приобретают значение техник контроля над изменениями тела. Этот конт роль распределяется между самим человеком (имеющим тело) и врачом специалистом. Для первого техники контроля включают знание Особое/разное женское тело функционирования здорового и признаки больного тела, умение самостоя тельно обнаруживать патологические изменения и знание правил поведения и взаимодействия с врачом гинекологом. За специалистом закрепляются диагностирование и лечение.

Референтным Другим телом выступает женское гетеросексуальное тело:

«…огромное число женщин страдает явной или скрытой гинекологи ческой патологией, и лесбиянки не исключения» (№7).

Таким образом, лесбийское тело не только конструируется как анатоми чески «женское», но определяется как здоровое, когда здорова его половая и репродуктивная системы.

Большое внимание на портале уделяется третьей теме ЗППП, включая гепатит С, ВИЧ и СПИД. Здесь, с одной стороны, актуализируется секс и сексуальная жизнь, то есть лесбийское тело это тело секса, с другой секс репрезентируется как опасный, и лесбийское тело это тело опасного секса:

«Лесбийский секс. Анализ риска» (№16), «Этот, безопасный ли, лес бийский секс?» (№15), «Здоровье лесбиянок: мы не в безопасности!»

(№6). При этом подчеркивается, что распространенный миф об отсутствии рисков при лесбийском сексе и закрытость данной темы («Исследований на тему передачи ЗППП среди лесбиянок крайне мало» (№15)) несосто ятельно и неправомочно: «Эти данные абсолютно перевернули наши представления о безопасности лесбийского секса» (№9). Лесбийский секс это пространство опасности, игнорирование которой может привести к не излечимым, смертельным заболеваниям.

Может показаться, что подобный акцент странным образом включает лесбийское тело в группу риска наряду с проституцией и наркоманией, одна ко рассуждения о ЗППП исключают моральные суждения, перенося ответственность с образа жизни на личный контроль над сексуальными прак тиками. Сексуальная жизнь частное дело и техники тела в данном контексте это техники безопасного секса. Они включают знание о заболеваниях и способах их передачи, умение определять признаки патологии, а также пра вила гигиены тела и взаимодействия, уменьшающие риски. Важно не избегать секса, а взять его под контроль.

Как и в других темах, основным референтным телом в контексте ЗППП является женское гетеросексуальное тело «уровень заболеваемости поло выми инфекциями среди лесбиянок столь же высок, что и у женщин, ведущих гетеросексуальную жизнь» (№6).

Таким образом, лесбийское тело конструируется как тело секса, при этом опасного, но не как пассивный реципиент или угроза, а как тело ответствен ного секса.

В небольшой теме общего здоровья внимание уделено проблемам сердца.

Основной акцент сделан на техниках контроля над состоянием организма с целью научить распознаванию патологии (диагностика и лечение переносят Надя Нартова Другое (ли) тело ся в сферу медицины). В данном контексте интересно то, что референтным телом выступает мужское тело: «Если раньше атеросклероз, инфаркты, инсульты были в основном привилегией мужчин…, то сейчас по коли честву перенесенных сердечных заболеваний женщины сравнялись с мужчинами и уже выходят вперед» (№5). То есть в ситуации, когда речь идет об общем состоянии организма, лесбийское тело рассматривается как женское, которое специфично по отношению к мужскому. Важно добавить, что даже в контексте общего здоровья подчеркивается сексуальность лес бийского тела: «Общее состояние здоровья имеет важную роль в сексуальной жизни женщины» (№6).

Таким образом, говоря о теле здоровья, мы можем сделать выводы, что лесбийское тело маркируется фрагментарно, через выделение и актуализа цию анатомических и физиологических «женских» признаков, посредством чего конструируется как «неоспоримо» женское, фертильное и сексуальное.

Основным референтным Другим телом выступает женское гетеросексуаль ное тело, с которым подчеркивается схожесть. Лесбийское тело включается в «универсальное» женское тело, которое отличается от других тел своей репродуктивной половой системой.

Тело секса/удовольствия: «Женщины тоже любят получать оргазм» Как и проблемам здорового тела, телу секса на портале Lesbiru.com уделяется много внимания, и материалы также выделены в отдельную рубрику «Секс». Лесбийское тело секса это тело получения удоволь ствия и удовлетворения, которое обязательно должно быть. Если его нет, к нему надо стремиться: «если девушка хоть раз в жизни испытала оргазм… она не безнадежна» (№22), потому что отсутствие удоволь ствия и удовлетворения приводит к патологическим изменениям тела:

«…отсутствие сексуальной разрядки…может привести к невро зу, истерии, нарушениям месячного цикла, в дальнейшем к развитию невротического состояния, снижению полового влечения, вызвать отвращение к сексу вообще или к партнеру в частности.

Наблюдается болезненность месячных кровотечений, усиливают ся симптомы предменструального цикла. Гормональные изменения могут привести к развитию патологических процессов ткани мо лочных желез» (№22). В общем, оргазм обязателен.

Чтобы получать удовольствие, необходимо знать тело: «Женщины не умеют прислушиваться к своему телу, своим ощущениям.… Научитесь слушать себя, свои реакции» (№22), так как достиже [Электронный ресурс]// http://www.lesbiru.com/sex/hoker.html, (on line 15.04.2004).

Особое/разное женское тело ние удовлетворения – это дело навыка и техник: «каждая женщина – уникальный инструмент, на котором необходимо научиться иг рать» (№22).

Несмотря на то, что способность получения оргазма вроде как приписы вается всему телу, лесбийское тело секса конструируется фрагментарно, через органы «получения» удовольствия: клитор, половые губы, влагалище, грудь. И через органы «доставления» удовольствия: руки и язык. Таким об разом, тело секса конструируется опять же через «неоспоримую» женскую анатомию, через то, что принадлежит только женскому телу или остается ему: «Руки совершенно особенный, высокочувствительный и нежный «половой орган» женской любви» (№19). Остальные части не заслуживают особого внимания и перечисляются через запятую: «…от языка, губ, мочек ушей до пупка, кожи пальцев и поясницы» (№19).

Вокруг органов получения и доставления удовольствия разворачиваются и техники тела техники секса. Предписания сайта включают описание фи зиологических процессов в организме, посредством которых достигается удовлетворение, подробные описания зон и способов воздействия и взаимо действия, а также классификации и описания непосредственно оргазма.

Однако важно отметить, что в контексте техник секса появляется «несексу альный» орган мозг: «На самом же деле нужно учитывать, что главной эрогенной зоной все таки остается мозг» (№19), за которым закрепля ется функция главного регулятора сексуального удовольствия, при этом не столько физиологически, сколько психологически. Поэтому действующее тело секса становится телом разговаривающим, техники секса включают в себя и вербальную коммуникацию важно разговаривать с партнершей о ее жела ниях и предпочтениях, а также о ее ощущениях (особенно в ситуации экспериментирования).

Чтобы говорить о референтном теле Другого, необходимо акцентиро вать внимание на том, что лесбийскому телу секса принадлежит как и получение удовольствия, так и техники его доставления, то есть, иначе го воря, лесбийское тело является и объектом, и субъектом секса, концентрированного на одних и тех же «органах» частях. Поэтому Другой в пространстве лесбийских сексуальных отношений это не носитель тела, а носитель техник гетеросексуальный мужчина: «нет в сексе ничего тако го, что мог бы мужчина, но не могла женщина» (№22). Более того, за лесбийскими телами закрепляется «совершенное» владение техниками сек са, а мужчины выступают как ученики: «…наилучшим образом мужчины могут научиться этому у лесбиянок» (№27).

Поскольку тело может и должно получать сексуальное удовлетворение, то для этого, как говорится, все средства хороши. Таким средством для лес бийского тела секса выступают искусственные приспособления вибраторы Надя Нартова Другое (ли) тело и фаллоимитаторы. Основная цель применения искусственных приспособ лений заставить тело испытывать удовольствие: «Использование вибратора и приобретенное умение сосредоточиться на эротичес ких фантазиях помогают преодолеть трудности и научиться достигать оргазма» (№20), развить и закрепить это умение: «Многим вибратор впервые дарит неземное блаженство так называемых цеп ных, то есть следующих один за другим, оргазмов» (№25). Использование приспособлений окружено на сайте подробными инструкциями по ассорти менту, предназначению и качеству материалов, выбору и техникам применения (как индивидуально, так и в паре). Искусственные приспособ ления не только вводятся в сексуальную практику, но и присваиваются телом, становятся его частью, продолжением «двадцать первым паль цем лесбиянки» (№18).

Таким образом, если говорить о лесбийском теле секса, то оно произво дится как тело удовольствия и удовлетворения, при этом обязательного, иначе оно может стать больным. Тело формируется посредством выделения анатомических женских «зон» удовольствия и фрагментов тела, способных доставлять удовольствие. Другим выступает мужское тело, не владеющее техниками секса, способного привести женское тело (каковым является и лесбийское) к оргазму.

Вместо заключения:

Феминистский радикальный теоретик Моника Виттиг писала: «Если мы, лесбиянки и геи, продолжим говорить о себе как о женщинах и мужчинах, мы будем служить инструментом для сохранения гетеросексуальности»

[Виттиг 2002:44]. Виттиг утверждала, что лесбиянки не женщины, по скольку выпадают из гетеросексуальной бинарной структуры и видела в лесбийстве новый путь формирования субъекта, свободного от гетеросек суальной политэкономии пола [Виттиг 2002]. Но анализ лесбийского дискурса позволяет увидеть, что лесбийское тело помещается в «мужское женс кое» как систему координат, по отношению к которой определяется, переопределяется, утверждается и легитимируется: через «сходство» оно включается в «универсальное женское» тело и через «оспаривание квали фикации» противопоставляется мужскому. При этом лесбийское тело конституируется специфически его основными осями становятся фер тильность и сексуальность.

Конституирование лесбийского тела как «биологически» женского и «био логически» репродуктивного, и, таким образом, конституирование лесбийской субъективности как (потенциально) материнской позволяет женщинам лес Особое/разное женское тело биянкам преодолеть отказ им гетеросексуальной культуры14 в женской идентичности/субъектности и, соответственно, в праве на родительство.

Анатомо физиологическая риторика свидетельствует о том, что в переоп ределении исключения женщины лесбиянки используют одну из самых сильных нормализующих и легитимирующих стратегий натурализацию т.е. представление фактов в научных или биологических идиомах. Такая стратегия позволяет снимать культурные напряжения и неопределенности через представление их как естественных, самоочевидных, установлен ных и неоспариваемых [Cussins 1998: 67]. Так, лесбийское тело как непроблематичное женское фертильное встраивается в существующий социальный порядок.

Однако, подобное следование доминирующим культурным кодам в кон ституировании и обосновании женского субъекта через детерминацию репродуктивного (когда не востребованы другие основания или стратегии) может оказаться ловушкой в ситуации «сбоя» или «поломки» функциониро вания репродуктивной системы организма. Бездетность может становиться тотальной дисквалификацией женского. Об этом свидетельствуют исследо вания бесплодия – если женщина не может зачать и родить ребенка, она не только персонально переживает «фиаско» себя как женщины и потерю жен ской идентичности, но и культурно, социально дискредитируется как женщина ближайшим и не очень социальным окружением [Greil 2002;

Бредникова, Нартова 2007]. Можно вспомнить и о том, как болезненно многие женщины переживают менопаузу или удаление матки и яичников, считая, что не име ют больше права считать себя/быть «настоящими женщинами», утратив репродуктивные способности. Таким образом, производство лесбийского тела как материнского, с одной стороны, позволят женщинам лесбиянкам пре одолеть исключение и быть легитимными, с другой замыкает обоснование женского в фертильности и может приводить к еще большей фрустрации.

Конституирование же лесбийского тела как тела сексуального удоволь ствия и удовлетворения является переопределением женского тела (и субъекта) как пассивного реципиента и объекта сексуального удовлетворе ния мужчины. Переопределение роли и статуса женщины в сексуальном взаимодействии и актуализация женского сексуального удовольствия проис ходит в контексте общей либерализации сексуальности. Исследования показывают, что еще 10 лет назад женщины рассматривали сексуальные отношения как угодно как дружбу, как пронатальное взаимодействие, как воплощение любви, как подтверждение женственности и крайне редко как В гетеросексуальной культуре нарушение установленной гетеросексуальной матрицы пол гендер желание в каком либо пункте ведет к проблематизации всей структуры [Butler 1997;

Батлер 2000].

Нарушение «гетеросексуального» желания ведет к проблематизации идентичности [см. например:

Омельченко 2002], а изменение идентичности даже в рамках бинарной структуры мужское женское ведет к полной реструктурации пола [см. например: Котогонова 2004] Надя Нартова Другое (ли) тело собственное телесное сексуальное удовольствие. При этом автономная жен ская сексуальность ставила под угрозу субъект объектные (мужские женские) позиции и грозила женщине потерей устойчивости идентичности [Темкина 2001]. Сейчас, безусловно, общий дебат о женской сексуальности изменился, мы можем наблюдать это в публичном дискурсе, например, женских журналов, и в индивидуальных биографиях15 сексуаль ное удовольствие признается значимой составляющей в жизни любой женщины. Поэтому конститурирование лесбийского тела как женского тела сексуального удовольствия и удовлетворения, на мой взгляд, является важ ным в контексте легитимации в культуре женского удовольствия.

Производство лесбийского тела, как испытывающего удовольствие, так и доставляющего его, позволяет преодолевать объективированную женскую позицию, изменяет заданные гетеросексуальными кодами иерархизирован ную структуру сексуальных агентов и способствует становлению женского субъекта как активного и равного во взаимодействии. Более того, перенос фокуса внимания на удовольствие снимает напряжение в ситуации культур ной нелегитимности гомосексуального желания не важно, кто вступает во взаимодействие, важно, что оно приносит удовольствие. Таким образом, про изводство лесбийского тела как тела сексуального удовольствия и удовлетворения не только преодолевает объективированную позицию жен щины, способствует утверждению женского сексуального удовольствия, но и расширяет границы нормативных предписаний направления желания, пе ренося акцент на качество и удовлетворительность сексуального взаимодействия.

В то же время в лесбийском дискурсе вопрос об удовольствии (лесбийс ком удовольствии, женском удовольствии) ставится через, или зачастую сводится к вопросу об оргазме. Что с одной стороны характерно для культу ры постмодернити в целом: «В свойственных эпохе постмодернити образах сексуальная активность сфокусирована на эффекте оргазма, и каковы бы ни были его практические намерения и цели, секс постмодернити направлен только на оргазм» [Бауман 2002: 286]. Но с другой сводит возможное рас ширение границ удовольствия, его освобождающий потенциал для женского субъекта к учетно контролируемой логике, что, на мой взгляд, является выстраиванием женского удовольствия по «мужской» модели. Также важ но, что удовольствие становится «ожидаемым, желаемым и принудительным»

[Темкина, 2001:341]. Наличие удовольствия говорит не только об успешнос ти сексуального опыта/взаимодействия, но и об успешности/неуспешности субъекта, его жизни в целом. Это значит, что отсутствие удовольствия или Об этом свидетельствуют материалы глубинных интервью, собранных в рамках проекта «Репродуктивные и сексуальные практики в России: свобода и ответственность (Санкт Петербург, начало 21 века)» Гендерной программы Европейского Университета в Санкт Петербурге (руководитель проекта Темкина А.).

Особое/разное женское тело его развитие по не оргазмическому сценарию может стать новым фактом дискредитирующим, дисквалифицирующим субъекта, и выпадением его опы та/идентичности из задаваемых рамок лесбийской идентичности, основанной в том числе на производимой идее лесбийского сексуального удовольствия.

Таким образом, конституирование лесбийского тела как тела сексуального удовольствия вовлекает переопределение женской «объектной» позиции и утверждает женскую сексуальную автономность, однако регламентирова ние сексуальности оргазмическим режимом исключает другие опыты телесного удовольствия, и существенным образом ограничивает потенциал «иной» сексуальности в расширении границ представлений об удовольствии и поиске новых форм и концепций.

Для многих феминистских теоретиков второй волны лесбийство виде лось неким «волшебным островом», на котором возможно полное переопределение гетеросексуального фаллологоцентричного порядка. Од нако, в повседневной жизни оказалось, что лесбиянки, производя и определяя собственное тело, идентичность и т.д., пытаясь легитимировать и нормали зовать собственное «бытие» в культурном пространстве, используют различные стратегии и тактики от деконструктивистких и пионерских, спо собствующих становлению и «освобождению» женской субъективности, до «консервативных», которые, безусловно, помогают им преодолеть маргина лизацию, однако несут с собой риски как еще большего утверждения конвенциональных норм, так и создание собственных ограничений. Но, бе зусловно, борьба за лесбийские, да и другие тела, за различные опыты и субъективности, еще не окончена, и мы можем не только ожидать других версий, но и искать, и даже делать их.

Материалы портала Lesbiru.com (on line 1.03 15.04.04) 1. Впервые у гинеколога: зачем раздвигать ноги (Электронный ресурс)// http:// lesbiru.com/health/first.html 2. Гепатит С: болезнь или клеймо позора (Электронный ресурс)// http:// lesbiru.com/health/hepatit.html 3. Гепатит С: продолжаем разговор (Электронный ресурс)// http://lesbiru.com/ health/hepatit2.html 4. Гормональный уровень и сексуальная ориентация (Электронный ресурс)// http://lesbiru.com/health/polykistoz.html 5. Женское сердце (Электронный ресурс)// http://lesbiru.com/health/cor.html 6. Здоровье лесбиянок: Мы не в безопасности! (Электронный ресурс)// http:// lesbiru.com/health/wearenot.html 7. Искусственное оплодотворение (Электронный ресурс)// http://lesbiru.com/ health/oplodot.html Надя Нартова Другое (ли) тело 8. Исследование датских ученых: риск онкологических заболеваний в однополых парах не выше, чем в гетеросексуальных (Электронный ресурс)// http:// lesbiru.com/health/cancer.html 9. Лесбийский секс. Анализ риска (Электронный ресурс)// http://lesbiru.com/ health/risk.html 10. Молочница (Электронный ресурс)// http://lesbiru.com/health/cand.html 11. Мужики больше не нужны! (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/ health/child.html 12. Мы с тобой одной крови – ты и я! (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/ health/menses.html 13. Невидимое сообщество: лесбиянки и ВИЧ (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/society/dykeaids.html 14. “Рожали и рожать будем!” Дети в лесбийских семьях(Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/family/baby.html 15. Этот, безопасный ли, лесбийский секс? (Электронный ресурс)// http:// lesbiru.com/health/safesex.html 16. Анальный секс без проблем (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/ health/anal.html 17. BDSM и лесбиянки (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/sex/ bdsm_dyke.html 18. Двадцать первый палец лесбиянки (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/sex/21finger.html 19. Зоны особого действия (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/sex/ zones.html 20. Как использовать предметы из секс шопа? (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/sex/sexshop.html 21. Неудача в постели. Что делать? (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/sex/neud.html 22. Оргазм. Мыть или не быть? (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/sex/ orgazm.html 23. Платят ли лесбиянки за секс? (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/ sex/hoker.html 24. Секс: панацея от всех бед (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/sex/ sex_um.html 25. Сексуальные игры. Руководство к немедленному действию (Электронный ре сурс)// http://www.lesbiru.com/sex/sexgame.html 26. Фистинг: реальность может сильно отличаться от фантазий (Электронный ре сурс)// http://www.lesbiru.com/sex/vaginal_fisting.html 27. Xaviera’s supersex (отрывок из книги) (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/sex/xav.html 28. Четыре поцелуя http://www.lesbiru.com/sex/kiss.html 29. Эротический массаж (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/sex/ massage.html 30. А почему имя женское? (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/ society/story1.html# 31. Буч буча видит издалека, или как вычислить лесбиянку в толпе? (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/style/lesbian_in.html 32. «Буч» как много в этом слове для сердца фэмского слилось… (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/society/butchfemme/butchklava.html Особое/разное женское тело 33. Быть бучем (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/style/ be_a_butch.html 34. Дружба (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/society/story4.html 35. Жить с бучом (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/society/letter/ letter3.html 36. Заметки о питерской клубной жизни (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/regions/piter2.html 37. Из жизни бучей и клав. Классификация лесбиянок (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/style/butch_klava.html 38. Из жизни натуралок (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/society/ naturalki.html 39. Каково быть фэм в мире бучей и андрогинов?…. (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/society/butchfemme/butch_delenie.html 40. «Клава. Сделано в России» (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/ society/letter/letter20.html 41. Кто такие «letherdykes»? (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/style/ leatherdyke.html 42. Любовь на расстоянии (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/society/ letter/letter16.html 43. Маскулинные женщины: стереотипы и заблуждения (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/society/butchfemme/stereotypesi.html 44. Махровая, махровая лесбиянка (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/society/story5.html 45. Мнение: Фэм+фэм=настоящие лесбиянки?! (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/society/butchfemme/butch_purelesbians.html 46. «Может, не хватает мужских гормонов?» (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/society/letter/letter43.html 47. Ноги на ширину плеч! (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/society/ story2.html# 48. Питер лесбийский. Сугубо субъективные заметки (Электронный ресурс)// http:/ /www.lesbiru.com/regions/piter.html 49. Поздравляем, у Вас клава! (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/ society/butchfemme/klava.html 50. Проблемы семейного секса: измена не панацея (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/society/letter/letter15.html 51. Та а а к, ну и кто у нас сегодня сверху? (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/society/butchfemme/butch_femmebottom.html 52. Фем – тяжелая работа (Электронный ресурс)// http://www.lesbiru.com/society/ butchfemme/femme_gender.html 53. «Хочу быть менее женственной…» (Электронный ресурс)// http:// www.lesbiru.com/society/letter/letter44.html 54. Эти забавные лесбиянки или сделайте мне смешно (Электронный ресурс)// http:/ /www.lesbiru.com/society/fanny.html Детские и Другие тела Ольга Бредникова Два мира два тела?

(«бестелесная» субъектность эмбриона и «бессубъектная»

телесность беременной женщины) Один из моих любимых эпизодов сериала «Секс в большом городе» мо мент, когда самая циничная и, вместе с тем, самая обаятельная героиня по имени Миранда на процедуре УЗИ выслушивает информацию о поле своего будущего ребенка. Узнав, что это мальчик, в ответ на затянувшуюся паузу а врач дала ей время на выражение эмоций Миранда совершенно бездарно имитирует восторг. Она сама еще не знает радость ли это. Чтобы не ломать ожидания, героиня с переменным успехом разыгрывает ее для окружающих.

Такая ситуация выглядела действительно смешной. Спустя время она по вторилась и в моей жизни. Правда, восторгов мне имитировать не пришлось, я лишь растерянно заметила: «Возможно это ошибка? Срок то маленький».

Врач на это замечание отреагировала: «Может и ошибка… Но уж слишком явный мальчик!». И почувствовав некие сомнения в моем голосе, тут же стала убеждать: «Что вы, мальчик это очень хорошо!». Нет нет, не то чтобы мальчик это плохо. Моя растерянность объяснялась тем, что тогда, до этого момента, я еще не очень думала о своей беременности в таких категориях. Впрочем, нет, не совсем так. Я думала о своем будущем ребенке как о мальчике или о девочке. Но уже именно как о свершившемся факте, о Детские и Другие тела родившемся человеке. А с этого момента в моем животе «поселился» именно мальчик: я думала о нем уже как о сыне;

рассказывала окружающим о его «поведении», как о поведении мальчика;

по совету «умных журналов» стала «разговаривать» с ним, и при обращении к нему использовала слова в мужс ком роде. Мой коллега, человек чрезвычайно широких и прогрессивных взглядов, в ответ на рассказ о том, что «это мальчик», глубокомысленно заметил: «Вырастет сам решит, кем ему быть!».

Так то оно так… Но все равно для меня он уже был мальчиком. Мой будущий ребенок получил пер вую идентичность, от которой я (и он соответственно) уже не могли избавиться. И «тогда я подумала»1, что еще в период внутриутробного раз вития ребенок начинает получать массу идентичностей. По сути, он обретает собственную субъектность, будучи еще, скажем, «не готовым» человеком, не явленным и оттого не воплощенным телесно. Медицинские средства визу ализации еще не столь убедительны как фотографии, они лишь намекают нам, обещают, что оно, то бишь тело, есть. Эмбрион или, говоря «человечес ким языком», будущий ребенок, представляет собой лишь некую идею, которая постоянно производится, корректируется и усложняется в течение тех самых девяти месяцев. В производство этого образа оказывается вовле чено множество социальных агентов от медиков и ученых до будущих родителей или, более широко, всего их социального окружения.

В фокусе данной статьи пограничная ситуация, ситуация некоего раз рыва между идентичностями/самостью/субъектностью2 и телом. Казалось бы, картезианское представление об отделении и противопоставлении тела и духа давно преодолено, и сейчас, в условиях консумеристской культуры, доминирует идея о том, что субъект воплощен телесно, и тело выражает субъект;

оно осознается как средство отражения и выражения личности [Гу рова 2003: 181 182, Липовецки 2001]. Формулируя данный тезис более емко и концентрированно, можно сказать: «Ты это твое тело, а твое тело это и есть Ты». Телесная же субъектность эмбриона представляется несколько проблематичной: идентичности наличествуют при фактическом отсутствии тела. Зачастую, «разорванной» с телом может оказаться и субъектность беременной женщины в связи с откровенными, зримыми, хотя и временными трансформациями ее беременного тела. Итак, в данной работе я попытаюсь проанализировать, каким образом конституируются два тела («незримое»

тело эмбриона и «временно преображенное» тело беременной женщины), и, Еще одно цитирование уже помянутого сериала. Здесь оно представляется уместным в качестве свидетельства женского стиля мышления, пресловутой женской логики, идея о которой, среди прочих, была заложена в сериале. Его главная героиня в каждой из серий разворачивает повествование о своей жизни и жизни своих подруг. И затем, анализируя тот или иной жизненный эпизод, она со словами «тогда я подумала…» начинает размышлять о нем, «воспаряя» до неких абстрактных умозаключений и обобщений.

Здесь, в этом исследовании, я предпочту термин «субъектность», определение которому будет дано чуть ниже.

Ольга Бредникова Два мира – два тела?

соответственно, как производятся два их «мира»;

в какие взаимоотношения они вступают;

какие агенты вовлечены в их производство и какие политики разворачиваются вокруг них.

В данном исследовании я под субъектом буду понимать не только и не столько «носителя предметно практической деятельности», представляю щего собой «активное и самостоятельное начало» [Социологический энциклопедический словарь 1998: 351] наиболее распространенное и попу лярное определение в социологической справочной и учебной литературе.

Более полезным и даже эвристичным мне представляется определение Ми шеля Фуко, который понимает под субъектом индивида, «связанного с собственной идентичностью» [Фуко 2006: 168]. Фуко полагает, что суще ствует форма или техника власти, которая «… распространяется непосредственно на повседневную жизнь, что классифицирует индивидов по категориям, характеризует их через их собственную индивидуальность, при вязывает их к идентичности… Эта форма власти трансформирует индивидов в субъектов» [Фуко 2006: 167 168]. Такое определение акцентирует не столько «активное начало» носителя идентичностей, сколько отношения власти/под чинения, возникающие при производстве и актуализации идентичности. Оно позволяет фокусироваться на анализе политик, разворачивающихся вокруг определенного субъекта, в конечном итоге, предопределяющих, задающих его социальную роль и социальные действия.

В качестве исследовательского материала выступили дневник наблюде ний, который я вела во время собственной беременности и в котором фиксировала любые события и взаимодействия, вызванные и связанные с «особым положением», а также популярные глянцевые журналы, ориенти рованные, прежде всего, на женщин, имеющих детей или только их «ожидающих»3. Кроме того, неожиданно информативными для исследования оказались «Календари беременности», в большом количестве размещенные в Интернете на сайтах для будущих мам, постоянно ведущих мониторинг изменений своего тела и «неявленного» тела будущего ребенка4.

«Бестелесная» субъектность эмбриона?

В дискурсивном производстве субъектности эмбриона с той или иной сте пенью вовлеченности и влияния участвуют несколько социальных институций:

это и медицина (как наука и как практика), и религия, и право, и, конечно, семья или социальное окружение беременной женщины.

Производство субъектности эмбриона связано, прежде всего, с ответом на вопрос о том, когда, собственно, «начинается» человек. Согласно меди «Мой ребенок», «9 месяцев», «Счастливые родители» и другие, 2005 2007 гг.

В частности, [Электорнные ресурсы]// http;

//www.280dney.ru/kalendar_beremennosti;

http:// www.mama66.ru/pregn/calend/;

http://www.mama.ru/ pregn/ и др., все on line – декабрь Детские и Другие тела цинским исследованиям, с момента слияния мужских и женских половых клеток эмбрион уже имеет потенциальные характеристики человеческо го существа, в частности геном, который «обещает» постепенное развитие зародыша во взрослого человека. Однако, в рамках данной логики каждая пара гамет (сперматозоид и яйцеклетка) также является потенциальным человеческим существом. А в случае практики клонирования и просто всякая клетка человека тот же «потенциальный человек». Другая ин терпретация и определение «начала» человеческой жизни связана с моментом имплантации зародыша, ибо по данным последних исследова ний, до 60% неимплантированных эмбрионов погибает. Если же сущностью человека считать его способность мыслить и чувствовать, то говорить о «появлении» человеческого существа возможно лишь с момента форми рования зачатков нервной системы эмбриона5.

У церкви существуют свои ориентиры для определения «начала жиз ни» и наделения будущего человека субъектностью. Согласно различным религиозным представлениям, зарождение человека буквально связано с его одушевлением, и именно «душа», которая в данном контексте тожде ственна субъектности, конституирует человеческое существо.

Современная концепция христианства (и православия, и католицизма) одушевляют будущего человека с самого момента оплодотворения яй цеклетки. Именно поэтому любой аборт, на любом сроке беременности, интерпретируется как убийство. Кстати, отрицательное отношение хри стианства к новым репродуктивным технологиям отчасти связано с приписыванием душе только что соединившихся мужских и женских по ловых клеток. В рамках такой логики только что оплодотворенная яйцеклетка в «чашке Петри»6 при процедуре экстракорпорального опло дотворения также должна рассматриваться как (потенциальное) человеческое существо. И уничтожение этого «биологического материа ла» в связи с их неизбежным медицинским «перепроизводством» тоже расценивается как убийство7.

Согласно исламу, человеческая жизнь начинается несколько позже, и лишь «по истечении 120 дней с момента зачатия Господь ниспосылает ан гела, который вдыхает душу в формирующегося младенца, и человеческий эмбрион обретает жизнь. Возникшая душа делает его полностью сформи ровавшимся живым существом»8. Интересно, что в этом же тексте, в главе, Полемика вокруг абортов (Электронный ресурс) // http://www/vikipedia.org и Протоирей Николай Балашов Репродуктивные технологии: дар или искушение? [Электронный ресурс]// http:// www.pravoslavie.by/podpod.asp «Чашка Петри» медицинское оборудование, сосуд, в котором производятся медицинские манипуляции по соединению женских и мужских половых клеток.

Протоирей Николай Балашов [Эектронный ресурс]// http://www.life.orthomed.ru/zhizn/etika/00037.htm [Электронные ресурсы] // http://www.herpes.ru;

http://www.umma.ru Ольга Бредникова Два мира – два тела?

посвященной отношению ислама к абортам, пресловутые 120 дней озвучи ваются в связи с тем, что на данном сроке беременности плод начинает шевелиться, то есть тело будущего ребенка «оживает».

Определение эмбриона в качестве живого существа требует наделе ния его человеческими правами, то есть превращения в правового субъекта и включения в правовую систему общества. Я не буду в рамках данной работы поднимать дискуссию об абортах. Лишь хочу акцентировать факт, что их практика регулируется законодательно. Искусственное прерыва ние беременности в России проводится по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям при сроке бере менности до 22 недель. Далее вступает в силу запрет на аборты (за исключением случаев, связанных с медицинскими показаниями). То есть со срока 22 недель эмбрион формально интерпретируется как «живое существо» и получает основополагающее право человека право на жизнь.

Развитие новых репродуктивных технологий, в частности практики опло дотворения «в пробирке», требует законодательного вмешательства на более ранних этапах развития «будущего человека», в частности регули рования практики обращения и распределения ответственности с так называемым «биологическим материалом» спермой, ооцитами (женски ми половыми клетками) и эмбрионами. Например, актуализируются вопросы о том, кто является собственником (доноры, потенциальные ро дители, медицинское учреждение и пр.) и, соответственно, несет ответственность за замороженные сперму, яйцеклетки и эмбрионы;

как следует распоряжаться со ставшим уже ненужным, невостребованным «биологическим материалом»;

возможно ли проводить медицинские ис следования с их использованием. Все эти вопросы провоцируют дискуссию об определении границ «живого» и «неживого», «человека» и «еще не человека», что, в конечном итоге, производит субъектность «живого».

Несмотря на определенное влияние религии и права, все таки основны ми агентами субъективации эмбриона, на мой взгляд, являются медицина и семья. И далее я более подробно рассмотрю их «участие» в этом процессе.

Медицина производит эмбрион как самостоятельный, автономный субъект. Так, медицина уже внедрила в широкую практику процедуру автономного зачатия, выделенного и отделенного от тела матери. Меди ки буквально «делают» нового человека в пробирке, и затем лишь временно помещают его внутрь материнского тела с тем, чтобы вскоре он опять стал автономен. Знания о внутриутробном развитии зародыша/эмбрио на/плода позволяют медицине корректировать, лечить еще нерожденного человека. И в самой структуре здравоохранения на смену гинекологам, ранее отвечающим за связку «будущая мать будущий ребенок», появ Детские и Другие тела ляются «узкие специалисты» эмбриологи и пренатологи9, которые зани маются здоровьем будущего ребенка, либо еще неимплантированного, либо находящегося в теле матери. Подобная практика, безусловно, авто номизирует эмбрион, в определенном смысле отделяет его от женщины, что, в конечном итоге, способствует переформулированию социальных смыслов, приписываемых беременности, переопределению взаимоотношений будущей матери с ее будущим ребенком, а также степень ответственности матери за состояние будущего ребенка.

Медики активно участвуют в процесс субъективации эмбриона, наделяя его целым веером идентичностей. И прежде всего, в этот процесс вовлечены врачи, проводящие процедуры УЗИ, во власти которых не только самим наблюдать за «внутренним миром» человека (буквально), но и приоткрыть это окошечко его носителю, владельцу того самого богатого «внутреннего мира». Конечно, такая процедура нарушает некое таинство, но при этом она расширяет или, скажем, углубляет представление человека о себе и о своем теле. В такой ситуации телом становятся не только его отдельные части, как руки ноги живот голова, но и внутренние органы. Однако, я полагаю, не смотря на факт визуализации человеческого тела «изнутри», тотальной десакрализации человеческого организма все же не происходит. Врачи лишь отчасти популяризуют очень специальное экспертное знание, оставляя в своей власти и допуск к информации, и интерпретации увиденного.

Итак, как же происходит субъективация эмбриона с помощью процедуры ультразвукового исследования? Мне вспоминается поразившая меня ситуа ция, произошедшая во время очередного УЗИ «по ведению беременности».

Врач, проводившая процедуру, весело болтала со мной «ни о чем» в момент подготовки, объясняла, как лучше лечь, куда повернуться, как расположить руки и ноги. Потом она сосредоточилась на самой процедуре, смотрела на экран монитора и в какой то момент времени сказала: «Ну, повернись же ты налево!», что я, в ответ на несколько раздраженный, как мне показалось, тон, поспешила сделать. Однако тут же она весьма вежливо попросила меня не ворочаться. Как оказалось, реплика относилась вовсе не ко мне, но к будущему ребенку. Врач коммуницировала именно с ним. Другое дело воп рос обратной связи. Но и тут существуют свои приемы. Когда мой будущий сын никак не хотел повернуться «нужной стороной», врач сказала: «Все, делаем перерыв! Идите, съешьте мороженое. Мальчишки всегда покупают ся на него». Примечательно, что чуть позже, когда я попыталась выяснить Перинатальный (от греч. пери «вокруг» и лат. «natus» рождение) период период развития внутриутробной жизни плода с 28 й недели по 7 е сутки жизни новорожденного ребенка ([Электронный ресурс]// http://www.ncagip.ru/faq/faq_list/41909fca4ece8?start=). Соответственно, врач пренатолог/ перинатолог (очевидно, конвенции в названии еще нет, так как активно используются оба названия) – это врач, занимающийся здоровьем эмбриона/плода, при этом существует и отраслевая специализация:

хирург пренатолог, пренатолог иммунолог и пр.

Ольга Бредникова Два мира – два тела?

«при чем тут мороженое», то получила профессиональное объяснение взаи мосвязи активности плода с поступлением глюкозы в плаценту матери. И, как оказалось, гендерная идентичность была тут совсем «ни при чем».

Другой пример субъективации моего будущего ребенка – комментарии врача, проводившего процедуру ультразвукового исследования перед до вольно неприятным анализом на генетические дефекты плода, когда материал для анализа получают с помощью прокола живота беременной женщины шприцем. Врач, который давал разрешение на проведение анализа, во время самой процедуры рассказывал мне: «О, как руками замахал! Сразу видно, что ему не нравится вся эта затея». В данном случае эмбрион наделялся каче ствами индивида, обладающего волей, своими собственными желаниями и нежеланиями.

Анализируя городские мифы и фольклор, связанные с беременностью и материнством, Т.Щепанская заметила, что сразу после рождения ребенка окружающие активно производят пожелания предсказания относительно его будущего, в частности новорожденного ребенка приписывают социально одоб ряемым профессиям [Щепанская 1994: 22]. И в моем опыте, конечно, были и есть такие предсказания, а самое малообещающее из них дала незнакомая бабуля: «О, как орет! Точно вам говорю, президентом будет!». Однако ранняя субъективация дает основания для таких прогнозов еще до рождения ребен ка. Уже упомянутая врач «плановой» процедуры УЗИ комментировала увиденное на экране монитора (на котором я, кстати, вообще ничего не могла разобрать): «Какие длинные пальцы. Пианистом будет. Ну или Гергиевым».

И моя подруга на рассказ об этом «прогнозе» заметила: «Вот ведь! А может быть карманником…».

Итак, врачи, проводящие процедуры ультразвукового исследования, ак тивно производят субъектность будущего ребенка. Они не только наблюдают сами, но также ретранслируют увиденное будущим родителям и, что наибо лее важно, интерпретируют не только и не столько из медицинской перспективы, сколько из социальной. Благодаря медикам я получила знания о собственном, но еще невиденном, ребенке как о мальчике, который ведет себя как мальчик, который имеет свои собственные желания/нежелания.

Более того, мне «обещали» его замечательное будущее на основании лишь анатомических особенностей тела.

Субъективация эмбриона со стороны медиков происходит и через прак тику называния, номинации. Врач гинеколог, которая «вела», наблюдала мою беременность, называла будущего ребенка исключительно как «твой малы шок», «мальчишечка», «пацаненок» и пр. В таких номинациях она даже не использовала будущего времени. Кстати, в какой то момент я была склонна интерпретировать подобную практику как поделенный женский опыт бере менности и материнства, выстраивание своего рода женской солидарности, Детские и Другие тела которая действительно актуализируется в этот период чрезвычайно. Ок ружающие женщины, особенно те, кто уже имеет подобный опыт, активно «участвуют»: беспокоятся о самочувствии, делятся воспоминаниями о пе режитом, дают советы и, среди прочего, как бы «очеловечивают» будущего ребенка, тем самым «повышают» его статус, помещая в «центр» коммуни кации и снимая медицинские коннотации. Однако и мужчины врачи называли будущего ребенка отнюдь не медицинскими, но «человеческими»

терминами. Возможно, этот факт объясним концепцией «гуманной», лично стно ориентированной медицины. Однако сама по себе практика номинации, безусловно, «очеловечивает» нерожденного, неявленного человека, тоже производит его субъектность.

Безусловно, наиболее активное производство субъектности эмбриона происходит в приватной сфере, в рамках семьи. Для будущих счастливых (или не очень) родителей эмбрион это, прежде всего, их будущий ребенок.

Или, если быть точнее, и родители, и ребенок уже существуют в настоя щем времени, и оттого определение «будущий» в предыдущем предложении несколько некорректно. Субъективацией как бы преодолевается время, и будущее преображается в настоящее. В этой связи концепция беременно сти как периода ожидания постепенно уходит, и теперь беременность, скорее, проживается как особый жизненный период, и проживается она именно «совместно с ребенком». Но об этом более подробно я поразмыш ляю чуть ниже.

Мне удалось заметить и выделить три стратегии выстраивания субъект ности эмбриона в пространстве семьи. Во первых, это персонализация.

Будущей ребенок уже наделяется именем или, если выбор имени оказывает ся слишком сложным и ответственным делом, требующим время на «подумать», эмбриону присваиваются «милые» домашние прозвища, кото рые, зачастую, ребенок несет в «пост внутриутробный» период жизни.

Интересно, что при использовании репродуктивных технологий (РТ) прозви ща могут присваиваться и еще не имплантированным, замороженным эмбрионам. Так, в форумах пользователей РТ замороженные эмбрионы лас ково именуются «снежинками», «снежными королевами» и пр. В связи с некоторой неопределенностью границ «живого» и «неживого» было бы инте ресно понять, до какого момента возможна, происходит персонификация и поименование? Наделяются ли прозвищами замороженные яйцеклетки или сперматозоиды? Или здесь мы подходим к другому пределу, и награждение именами собственных половых клеток уже будет свидетельством совершен но иного феномена, касающегося отношения человека к своему собственному телу? К сожалению, ответов на эти вопросы у меня пока нет.

Во вторых, эмбрион индивидуализируется и наделяется определен ными чертами характера. Так, будущий ребенок уже приобретает личностные Ольга Бредникова Два мира – два тела?

характеристики: он может быть спокойным или капризным, соней или об щительным, любить Баха и не любить рок и прочее, и прочее. И в третьих, в рамках семьи происходит наделение будущего ребенка различными соци альными идентичностями. Мне известен случай, когда будущая мать, будучи беременной, крестилась. При этом ее рассказ об этом факте строился не как об индивидуальном событии собственном крещении, но именно как о «крещении с детьми». Дети (а это были близнецы) стали православными, еще не будучи рожденными.


Современные техники визуализации позволяют родителям «увидеть»

нерожденного ребенка, что, безусловно, провоцирует или, скажем, способ ствует производству субъектности. При этом медицинская визуализация превращается в частную практику фотографирования. Распечатки УЗИ, по мещенные в фотоальбом, становятся неким «нулевым километром», началом документированной жизненной истории.

Итак, подводя некоторые итоги всему сказанному выше, мне хочется подискутировать с Т.Щепанской, которая полагает, что «параллельно вына шиванию физического тела ребенка происходит «вынашивание» его образа … У мамы формируется образ будущего ребенка – особенности его характе ра, темперамента и пр.» [Щепанская 1994: 21]. Прежде всего, в производстве этого «образа» участвует не только мать, но гораздо больше агентов, среди которых важное место занимают врачи. Кроме того, мне хочется уточнить, откорректировать термин «образ», который подчеркивает лишь вообража емый характер представлений о будущем малыше, в то время как «субъектность» предполагает целенаправленные действия, политики, уже вовсю разворачивающиеся вокруг него.

Телесное воплощение эмбриона Наверное, самый ожидаемый момент в течение всей беременности – это не столько ее «разрешение», сколько возможность впервые взглянуть на новорожденного. Что же там в результате получилось!? Какие глазки губки, и какие ручки ножки? На кого же он или она похож или похожа? Вообража емый человечек, наконец, спустя девять месяцев, становится явленным, он как бы материализуется. Однако, как показали мои наблюдения, его теле сное воплощение происходит задолго до «выхода в свет». Впервые я столкнулась с «производством» тела моего ребенка во время уже упомяну того ультразвукового исследования. В тенях и туманностях экрана монитора я видела лишь какие то неясные очертания. Врач же старательно рассказы вала мне, что она видит. И этот рассказ был похож на составление некоего реестра, «списка наличия», что звучало примерно так: «Вижу две руки, на каждой по пять пальчиков. Есть две ножки, тоже по пять пальчиков. Вижу Детские и Другие тела желудок, две почки. На личике есть носик, глазки. Два уха» и так далее.

Такое описание не столько составило представление о теле моего буду щего ребенка, сколько стало процедурой его нормализации: «У моего ребенка все нормально, у него есть в наличии все, что должно быть у людей». И такая нормализация, пожалуй, была для меня самой важной информацией о его теле.

Итак, параллельно с производством субъектности эмбриона дискурсивно производится и его тело. Уникальное знание о «спрятанном» теле эмбриона, удивительная способность «видеть насквозь» принадлежит, естественно, медицине. Именно медицина наиболее активно, если не сказать «единолич но», вовлечена в дискурсивное производство тела эмбриона. Я попытаюсь проанализировать, как же производится и каким телом наделяется эмбрион.

В качестве материала для анализа я выбрала, так называемые, кален дари беременности. 10 Такие календари в огромном количестве тиражируются в Интернете на страничках для беременных женщинах, а также публикуются в специализированных журналах для будущих родите лей. Я обнаружила подобные тексты еще во время собственной беременности и периодически заглядывала туда, чтобы вести свой собственный монито ринг изменений своего тела и тела будущего малыша. Они производят наиболее полный и, я бы сказала, живописный образ, «позволяют взглянуть внутрь» и проследить хронологически, что же происходит с эмбрионом и как он сейчас выглядит. Говоря иначе, каким телом он наделяется в разные этапы внутриутробного развития.

Как правило, авторство календарей не обозначено. При этом совершенно очевидно, что оно принадлежит медикам специалистам, ибо тексты кален дарей написаны медицинским языком, популяризованным для широкого круга читателей. Логика календарей следующая в них понедельно расписаны из менения, которые происходят с телом эмбриона и с телом матери. При этом «два тела» составляют и две части текста. Как правило, речь сначала идет о «Теле ребенка» и потом о «Теле матери» именно так обычно названы рубрики. Таким образом, эти тела дискурсивно конституируются как авто номные и лишь отчасти связанные феномены. Плотность и насыщенность описания постепенно падают от недели к неделе, что, вероятно, связано со снижением интенсивности телесных трансформаций.

Итак, начинается календарь с момента зачатия, точнее, с описания опло дотворения яйцеклетки. Как правило, это наиболее прописанный, очень В частности, [Электронные ресурсы]// http://www.280dney.ru/kalendar_beremennosti, http:// mama66.ru/pregn/calend/week, http://www.mama.ru/pregn, http://www.babyportal.ru/?p=625 и др.

Тексты различных версий календарей незначительно отличаются друг от друга, потому я позволила себе говорить о нескольких календарях как о едином тексте. При анализе производства тела эмбриона непосредственно использовались материалы сайтов (Электронные ресурсы)// http://www.babyportal.ru/ ?p=625;

http://mama66.ru/pregn/calend/week. И при анализе производства тела матери [Электронный ресурс}// http://mama66.ru/pregn/calend.

Ольга Бредникова Два мира – два тела?

образный и даже эмоционально насыщенный кусок. Более того, повествова ние о зачатии оказывается наиболее «социализированным» в том смысле, что описание биологических процессов интерпретируется через призму со циального, оно как бы вписано в логику противостояния и противопоставления «мужского» и «женского». Так, в повествовании о зачатии используется от кровенная метафора войны сперматозоида и яйцеклетки: «Сперматозоиду надо проникнуть внутрь женской половой клетки, а это своего рода кре пость», «Орудие сперматозоида – ферменты» или: «Сперматозоиды атакуют яйцеклетку». И, так как далее речь идет все таки о беременности и внутри утробном развитии будущего ребенка, то победитель в этой «войне»

предопределен. Помимо противостояния, воспроизводится представление и о разделении гендерных ролей: «Интересно, что над созданием внезароды шевых органов, обеспечивающих зародыш питанием, отцовские гены работают активнее, чем материнские. Извечная задача мужчины обеспечить жизнь и защиту тех, за кого он несет ответственность, проявляется даже на генети ческом уровне. Образно, говоря, сперматозоид «ведет себя как настоящий мужчина», хотя представляет собой только одну единственную клетку муж ского организма». Далее в повествовании мужчина и «мужское», да собственно, так же как и «женское», исчезают. И речь идет уже, собственно, о будущем ребенке.

В календаре, согласно медицинским представлениям, выделяются три этапа внутриутробного развития человека. В течение первых 15 суток с мо мента зачатия длится первый этап, так называемый бластогенез, когда будущий ребенок еще именуется зародышем. С 16 го дня и до 12 ой недели идет эмбриональный период развития. И с 13 ой недели до 40 ой, точнее до момента рождения фетальный или плодный этап развития. И все повество вание, разбитое на три этапа, разворачивается как «приближение» к образу человека, собственно, становление человеком. В рамках всех этих этапов тело будущего ребенка конституируется по разному.

Описание зародыша идет посредством сравнения, зародыш представля ется как «комочек из 8 12 клеток», «гроздь клеток» или «напоминает плоский диск, состоящий из нескольких слоев» и «похож на симпатичный цилиндрик длиной 1.5 2.2 мм». То есть, ничего человеческого «это» пока не напоминает, и речь о теле не ведется. Далее, в течение эмбрионального периода, уже появляются более сложные образные сравнения и метафоры, однако рамкой референции все таки становится человек: «Малыш больше напоминает кос мического пришельца, чем человека». Кроме того, все «аномалии» эмбриона, отличающего его от «нормального человека», определяются и оговаривают ся как временное, преходящее явление: «И пусть Вас не пугает «хвост»

эмбриона. Смеем Вас уверить – вряд ли существует человек, у которого в свое время не было такого же «хвоста». На 10 й неделе «хвост» исчезает».

Детские и Другие тела Другой риторический прием, связанный с формированием представлений о теле, это использование категорий «будущий» или «зачатки», например:

«постепенно образуется похожая на стебелек нервная трубка будущая нервная система» или «к сороковому дню появляются зачатки ног» и пр.

Такие описания являются лишь неким намеком, обещанием человека, точ нее его тела.

Нарратив о фетальном периоде это уже история становления вопло щенного человека: «В начале четвертого месяца плод уже совсем похож на ребенка». То, что в эмбриональном периоде было лишь «обещанием», здесь приобретает полновесный и полноценный статус. Так, речь уже не идет о «зачатках» внутренних органов или «будущих» частях тела, они уже «ре ально существуют». Кстати, эти компоненты и являются центральными персонажами повествования о теле будущего ребенка, они составляют, кон ституируют его. То есть тело воплощается благодаря тому, что у него наличествуют внутренние органы и все части тела. При этом процесс разви тия тела описывается как процесс «усложнения» внутренних органов и их постепенного «нормального функционирования» («печень уже вырабатыва ет желчь», «кишечник пробует свои силы» и пр.). Описание развития другого «составляющего» тела его частей разворачивается как нормализация, становление подобия частям тела уже явленного ребенка. Кроме того, по мере своего развития, тело ребенка как бы более детализируется, речь уже идет о его бровях и закладывании линий на ладошках.

Помимо перечислений «компонентов», тело будущего ребенка консти туируется или, скорее, воплощается благодаря тому, что имеет определенные физические размеры. И в рамках этой перспективы разви тие тела происходит от мизера, поражающего воображение (1.5 2.2 мм в недельном возрасте), до так называемой «родильной нормы». Интересно, что основная характеристика жизнеспособности тела это его вес («сей час ребенок весом в 700 граммов имеет неплохие шансы выжить»), а факт, что он должен иметь «в наличии» все работающие органы, звучит как «со путствующая характеристика». Тем самым, как бы утверждается приоритет количественных характеристик тела над «содержательными».


Начиная с фетального периода, будущий ребенок производится уже как активный и автономный субъект, приведу несколько примеров:

• «Малыш уже учится пользоваться всем, что у него есть, в частности реагировать на звуки» (17 неделя).

• «На этот момент у вашего малыша появляется собственный ритм сна и бодрствования, который может остаться и после родов» (24 неделя).

• «Плод занят подготовкой к собственному рождению» (29 неделя).

Мне особенно хочется сделать акцент на его автономности от мате ри, материнского тела. Тело матери в отношении ребенка упоминается Ольга Бредникова Два мира – два тела?

только в качестве «контейнера» или временного и весьма комфортного «пристанища»:

«Представьте теплая, чистая, практически прозрачная жидкость, сгла живающая суровые реалии нашего мира закон всемирного тяготения, ослепительный свет и хаос индустриальных шумов. Чудесное ощущение не весомости, неяркое освещение, магические оттенки любых звуков, проходящих околоплодные воды неудивительно, что большинство людей навсегда сохраняют подсознательную любовь к обстановке, в которой они провели первые 9 месяцев».

Процесс появления на свет, рождение ребенка описывается как огром ный стресс, испытание для будущего малыша. Но и в данном случае проблема формулируется не как «разрыв» с матерью или материнским телом, но как изменение физической среды:

«Бывает так, что первый вдох несколько задерживается. Причин тому много судите сами: человечек только что прорвался через серьезные пре пятствия, теряя при этом ощущение привычного комфорта, не покидавшее его в течение 9 месяцев! И что его тут ждет? Чудовищный перепад темпера туры окружающей среды. В матке около 38 градусов по Цельсию, а в родильном зале около 24 градусов;

представьте, что Вас нагишом бросают в холодную воду или вспомните, как Вы входите в реку или море при купании. Не слабо, да? Кроме того перепад освещенности. Можете дофантазировать преды дущую ситуацию: представьте, что Вы купались в полутьме, а по выходу Вам услужливо посветили прямо в глаза аэродромным прожектором. Ну и шумо вой фон, конечно!»

Итак, тело будущего ребенка в течение сорока недель видоизменяется от «комочка», «цилиндрика» и «космического пришельца» до «похожего на человека» или «почти человека», имеющего сложную и работающую струк туру внутренних органов и «нормальные», «похожие на человеческие» части тела. В рамках этой дискурсивной формации, развитие тела эмбриона интер претируется как некоторое движение от «не человека» к «человеку», и подобная метаморфоза происходит посредством постепенной «нормализа ции», когда «зачатки» превращаются в полноценные части тела и его органы.

Однако, необходимо заметить, что выражения «похожий на человека» и «по чти человек» являются свидетельством того, что все таки в полноценном статусе эмбриону/плоду отказано.

Подытоживая вышесказанное, хочется заметить, что ожидаемого раз рыва между субъектностью эмбриона и его неявленным телом не происходит.

Несмотря на факт, что тело будущего ребенка «невидимое», оно воплоща ется с помощью медицины. При этом субъектность и тело оказываются «сцепленными» воедино. Более того, я полагаю, что активное производство субъектности становится возможным именно благодаря конституированию, Детские и Другие тела воплощению тела. И наиболее яркое свидетельство тому, на мой взгляд, это уже упомянутая выше практика по созданию документированной жиз ненной истории индивида практика помещения распечатки с процедуры УЗИ в фотоальбом.

Субъектная телесность матери Изначально в качестве главного персонажа этой статьи должен был стать исключительно эмбрион. Однако в ходе работы меня совершенно ис кренне поразил факт какой то «супер автономности» будущего ребенка и, соответственно, игнорирование матери. Оттого совершенно естественно выросли следующие исследовательские вопросы: а как же производится беременное тело и что происходит с субъектностью беременной женщины, как ее тело и субъектность позиционируется в отношении тела и субъект ности эмбриона? Далее я последовательно постараюсь разобраться и ответить на эти вопросы.

Медицина: деформация беременного тела Беременность совершенно очевидно телесна, она имеет слишком явные телесные признаки и влечет за собой откровенную телесную трансформа цию. Здесь я снова хочу обратиться к календарю беременности и посмотреть, какое беременное тело производится в рамках медицинского дискурса, попу ляризованного для «широкой публики».

Как я уже писала выше, в таких календарях по неделям беременности (с момента зачатия до сороковой недели «нормального» срока для разреше ния беременности) расписаны изменения, которые происходят с телом женщины и с телом эмбриона. И текст, посвященный каждой неделе, разбит на две части, две главки «женщина» и «будущий ребенок». Во всех про смотренных мною календарях можно отметить следующую тенденцию:

сначала, в первые недели беременности, текста, посвященного женщине, значительно больше, чем текста о ребенке. Однако потом количество ин формации о женском теле становится все меньше, и все больше пространства занимают сведения об эмбрионе/плоде/ребенке.

Так же как и в разделе про эмбрион, в разделе, посвященном женскому телу, есть нарратив о зачатии. И такое повествование ведется исходя из перспективы женщины. Явное отличие «женской перспективы» отсутствие агрессивности. Здесь не встречается метафора войны, напротив, все проис ходит «спокойно» и «мирно»: «Среди тысяч яйцеклеток созревает одна, которая попадает в маточную трубу, где и возможно ее свидание со сперма тозоидом»11. Здесь яйцеклетка «пассивна», она в состоянии «ожидания Здесь и далее выделение мое.

Ольга Бредникова Два мира – два тела?

встречи», даже «свидания», которое романтизирует весь процесс зачатия, придает ему некий налет таинства. «Пассивность» яйцеклетки сопряжена и с «пассивностью» женщины в управлении процессом зачатия, что особенно очевидно в противопоставлении с мужской «активностью» и контролем над ситуацией. Достаточно сравнить два высказывания: «Ваш супруг может на копить достаточное количество сперматозоидов» и «… созревает одна яйцеклетка …». Кстати, отчего то именно в этих нарративах бесстрастный медицинский язык несколько отступает, и на «помощь» к нему приходят выражения и слова из словаря обыденного, «человеческого», что, безуслов но, конституирует процесс зачатия не только как физиологический, но и отчасти социальный феномен, наполненный социальными отношениями и даже человеческими страстями.

Логика и риторика повествования о трансформациях женского тела в ходе беременности значительно отличается от логики и риторики в отно шении эмбриона. Тело будущего ребенка «развивается», «совершенствуется», в то время как тело женщины «трансформируется», «временно изменяется».

Итак, какие метаморфозы происходят с телом во время беременнос ти, как оно преобразуется? Прежде всего, изменяются формы и параметры беременного тела. То есть, скорее надо говорить даже не о трансформа ции, но о деформации беременного тела. Речь идет исключительно об увеличении, в частности, увеличении живота, молочных желез, наконец, общего веса. И в этом ряду наиболее проблематизированным является вес.12 Возможно, зримые «беременные признаки», такие как беременный живот и набухание груди, оказываются вполне ожидаемыми и оттого «нор мальными». Более того, они как бы локализованы в периоде беременности и должны остаться в его пределах. Увеличение же веса является, скорее, «тотальной проблемой», которая переходит и в «небеременную» жизнь.

Оттого то в анализируемых текстах очень много говорится об этой теме.

В медикализированном дискурсе календарей увеличение веса постоянно нормализуется посредством присваивания этому процессу статуса «здо рового»: «Прибавка массы отражает здоровые изменения в организме женщины. В среднем женщина должна набирать 11 13 килограммов».

Более того, остановка в росте массы тела интерпретируется как некий симптом патологии, и, прежде всего, в здоровье будущего ребенка, а лишь затем в здоровье будущей матери. В данном случае тело женщины это лишь отражение состояния и развития эмбриона, что отчасти возможно расценивать как один из аргументов в пользу тезиса об откровенных от Вес как показатель состояния развития плода и здоровья женщины является также объектом повышенного внимания и контроля для врачей женской консультации. Так, практически каждый прием врача во время беременности начинался не с вопросов о самочувствии, а с указания: «Так, сразу становимся на весы!».

Детские и Другие тела ношениях доминирования ребенка над матерью или, точнее, тела эмбри она над телом матери.

Помимо трансформации форм и параметров, тело будущей матери «по крывается», маркируется «беременными знаками»:

«В районе ареол молочных желез могут появиться узелки размером с чечевичное зернышко. Это так называемые «узелки Монтгомери» увели ченные потовые железы. Очередное типичное для беременности изменение вашего тела» (11 неделя).

«Взглянув в зеркало, вы можете обнаружить коричневатую линию, тяну щуюся посередине живота, от лобка до пупка. … Это очередная проделка гормонов. Не переживайте после родов эта полоска исчезнет» (12 неделя).

Все эти изменения беременного тела оказываются неподвластными жен щине, они не управляемы ею. И единственная предлагаемая стратегия совладать с ними это примириться со своим новым телом, осознавая, что большинство трансформаций временные. Итак, описание процесса измене ния беременного тела выстраивается как отклонение от «до беременной»

нормы. И после окончания периода беременности, после родов, тело долж но придти в норму, «восстановиться». Недаром одна из самых распространенных категорий послеродового периода, рефреном звучащая из разных источников (и от врачей, и из «умных книг», и от окружения) «восстановление после родов», подразумевающее, по сути, возвращение тела «к самому себе».

Беременное тело, дискурсивно производимое в текстах календарей, это не только «преображенное» тело, но и «страдающее» тело. Согласно этим текстам, в течение сорока недель вынашивания ребенка беременное тело переживает дискомфорт, страдает от изменений. Кроме того, оно ежене дельно подвергается опасностям, ибо практически каждая страничка/неделя календаря «предлагает» новый возможный диагноз. Мне хочется это наблю дение проиллюстрировать сразу несколькими цитатами, чтобы читатель почувствовал всю драматичность, сопровождающую трансформации бере менного тела:

«Если у вас появилась необъяснимая раздражительность, повышенная утомляемость, набухание молочных желез или непривычная, неприятная чувствительность сосков … следовательно, вы беременны!» (4 неделя).

«Еще один неприятный сюрприз, который Ее Величество беременность подготовила для вас это запоры» (13 неделя).

«Ваш живот продолжает увеличиваться в объеме, беспокоят неприят ные ощущения в грудной клетке и тазовой области это естественно, поскольку плод требует все больше пространства. У некоторых женщин в это время появляется стойкая изжога» (31 неделя).

Ольга Бредникова Два мира – два тела?

Если согласиться с тезисом Дмитрия Михеля о том, что «всякая иная телесность, кроме материнской, изначально обречена на пребывание в об ласти анормального» [Михель 2000: 204], который априори помещает беременное тело в пространство «нормального», то в данном случае стра дания и есть норма. При этом именно медицина нормализует физические страдания беременного тела. Кстати, на фоне «беременных мучений» един ственным удовольствием, предлагаемым, «узаконенным» медициной, становится секс:

«На двадцатой неделе беременности улучшается самочувствие жен щины, ее сексуальность возрастает. Усиливается половое влечение.

Поскольку увеличивается общий кровоток в организме беременной, на блюдается усиление секреции во влагалище, появляется чувствительность эрогенных зон. Как следствие этого возрастает способность женщины к получению оргазма во время полового акта. Многие женщины проявляют мультиоргазмичность. По данным статистики, большое количество жен щин впервые испытало оргазм именно в этот период» (20 неделя).

Совершенно естественно, что в условиях деформации тела и его стра даний феномен беременности интерпретируется как «тяжелая работа» ( неделя) и даже «подвиг» (40 неделя). Между самой женщиной и ее организ мом устанавливаются сложные и эмоционально насыщенные отношения:

«Теперь Вы можете позлорадствовать: желтое тело начинает увядать.

Однако будьте великодушной простите его выходки и проводите добрым словом. В конце концов, в том, что у вас скоро появится замечательный малыш, есть и заслуга желтого тела, причем немалая» (12 неделя).

Таким образом, женщина как бы отделяется от своего тела. Конститу ируется разрыв между ее субъектностью и беременным телом (и здесь уже оказывается невозможным использовать притяжательное местоимение «ее»). Т. Бараулина, отмечая этот разрыв, говорит об автономизации бере менного тела: «Тело беременной женщины становится автономным субъектом со своими собственными желаниями, капризами, потребностями и соответствующими социальными связями» [Бараулина 2002: 382]. Мне представляется, что беременное тело все таки не является автономным субъектом, оторванным и подчиняющим себе субъектность матери. Оно временно «отдается на откуп», принадлежит будущему ребенку, стано вится репрезентантом «внутриутробной жизни». Так, моя соседка по палате дородового отделения роддома, сотый раз за день отправляясь к холодиль нику, сетовала: «Он опять есть хочет! Ну когда же это закончится?!».

Беременное тело более тело ребенка, нежели самой женщины. И потому здесь, в рамках этого дискурса, очевидно, невозможно говорить о «двух телах». В то же время не происходит и их слияния. Т.Щепанская говорит о Детские и Другие тела беременном теле как о некой оболочке, которая вместе с «символическим ядром» ребенком представляет собой концентрическую структуру [Ще панская 1994: 20]. Я же склонна, подчеркивая функцию, которая приписывается материнскому телу, назвать его «репрезентантом».

Медицина предписывает женщине в ситуации беременности особый стиль жизни, предусматривающий множество ограничений по питанию, режиму и прочее, прочее [см.например, Белозерова 2002]. В этой связи субъектность женщины оказывается подчиненной, она редуцируется и фокусируется ис ключительно на «обслуживании» беременного тела.

Психология: «звездный час» беременности Справедливости ради стоит заметить, что в настоящее время медикали зация беременного тела отнюдь не тотальна. Параллельно с медицинским дискурсом существует, я бы даже сказала набирает силу, другой дискурс, производимый и находящийся во власти психологов. Он легко вычитывается в глянцевых журналах, посвященных беременности и материнству. И его основное отличие, которое задает собственную рамку и предопределяет раз личия в других направлениях признание субъектности и автономности беременной женщины.

В рамках данного дискурса конституируется совершенно другое бере менное тело. Оно отнюдь не проблематизировано. Напротив, благодаря простой рокировке, проблемы беременного тела замещаются, вытесняются положительными эффектами. В качестве примера хочется привести ста тью из журнала «Мой ребенок»13, озаглавленную «Десять причин для счастья». Подзаголовок статьи сформулирован следующим образом: «Бе ременность приносит некоторые физические неудобства и эмоциональные переживания. Однако существует множество поводов для радости». И да лее в статье анализируются десять таких «поводов». Я не поддамся искушению и не буду приводить огромные цитаты из текста, просто пере числю эти «причины для счастья»:

1) есть возможность начать жизнь с чистого листа;

2) проблемная кожа очищается;

3) до свидания, диета! 4) ваши волосы становятся более здоро выми и густыми;

5) вы можете испытать новые ощущения в сексе;

6) вы будете жить дольше;

7) ваши кости укрепятся;

8) сокращается вероятность заболеть раком груди;

9) есть шанс получить передышку в течении хрони ческих заболеваний;

10) можете позволить себе замечательный шоппинг.

В данном тексте меня поразили не только и не столько положительные физиологические эффекты беременности (кстати, в первую очередь связан Мой ребенок, май 2006, с. Ольга Бредникова Два мира – два тела?

ные с красотой и удовольствием, и лишь затем со здоровьем), сколько лов кое и органичное переплетение телесного и социального. Заканчивается этот реестр «шоппингом» беременное тело оказывается не только красивым и здоровым, но и консумеристским.

В психологическом дискурсе, также как и в медицинском, беременное тело автономизируется. Однако здесь и речи не идет о противостоянии, жен щина организует принципиально иные отношения с автономизированным беременным телом. Согласно текстам, она может им управлять, «договари ваясь» с ним:

«Во время беременности особенно важно наладить отношения с соб ственным телом, так как оно постоянно меняется и требует повышенного внимания и заботы … Чтобы наладить контакт с собственным телом, надо уметь расслабляться … Чтобы помочь себе полюбить свое меняющееся тело, можно выполнять такое упражнение. Массируя каждую часть своего тела, мысленно благодарите ее за ту работу, которую она выполняет, перемещая вас по жизни: «Благодарю вас бедра, за то, что вы поддерживаете меня и придаете моему телу устойчивость», «Благодарю тебя, животик, что ты вы нашиваешь моего малыша»…»14.

Таким образом, несмотря на факт, что тело отделено (ты это не твое тело, ибо физические изменения неподконтрольны, ты не можешь выстра ивать его по своему желанию), можно выстроить вполне гармоничные отношения с ним. Комплиментарность субъектности женщины и беремен ного тела возможна, она достижима. При этом субъектность женщины не производится как ущемленная и подчиненная беременности, что достига ется опять таки простым «переворачиванием» логики повествования. Если медицина формулирует запреты, то психология, напротив, «все разреша ет» женщине: «За рулем с животиком? Почему бы и нет? Не стоит отказываться от вождения, надо лишь соблюдать некоторые предосто рожности»15. И на этом фоне те же самые ограничения не должны интерпретироваться как лишения.

В рамках данного дискурса автономизированное беременное тело не рас сматривается как репрезентант будущего ребенка. Оно не «отдано ему», но, скорее, выступает как посредник. Через тело и посредством его мать и ребенок устанавливают контакт, вступают в диалог, и это диалог «рав ных», ибо связь осуществляется в «обе стороны»:

«Это такой увлекательный и интимный процесс общение со своим еще не родившимся малышом. Хотите попробовать? Малыш сигнализирует о дискомфорте это одна из причин токсикоза. Не хватает воздуха или мама Мой ребенок, январь 2005, с. Мой ребенок, март 2004, с. Детские и Другие тела мало спала. Если прислушаетесь к ощущениям и постараетесь выполнить его просьбу (поесть, выйти на свежий воздух, отдохнуть), это будет нача лом вашего контакта. Если вы реагируете на сигналы у ребенка рождается стереотип: маме можно доверять, она поймет и поможет. Тогда и он поймет и поможет вам … Возникает диалог. Постучите и попросите кроху ответить также, постучать определенным образом. Мама меняет позу малыш от ветит ласковым поглаживанием…»16.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.