авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
-- [ Страница 1 ] --

Федеральное агентство по физической культуре, спорту и туризму

Уральская государственная академия физической культуры

Финадеев Александр Павлович

Создание и развитие ракетной промышленности на Урале

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

ДИССЕРТАЦИЯ

на соискание ученой степени кандидата исторических наук

Научный руководитель:

доктор исторических наук, профессор В.Н. Новоселов Челябинск, 2004 ОГЛАВЛЕНИЕ Введение 3 Глава первая. Предпосылки создания ракетной промышленности 24 §1 Необходимость развития ракетного вооружения 24 §2 Ракетное оружие в военной доктрине СССР периода холодной войны Глава вторая. Формирование ракетостроения как отрасли промышленности §1 Создание и совершенствование структуры управления ракетной промышленности §2 Становление опытного производства первых ракетных комплексов Глава третья. Развитие ракетно-ядерного промышленного комплекса §1 Структурная перестройка ракетной промышленности §2 Этапы развития Уральского ракетно-ядерного промышленного комплекса ЗАКЛЮЧЕНИЕ Примечания Источники и литература Приложения ВВЕДЕНИЕ Во второй половине XX века произошли качественные изменения в развитии мировой цивилизации. Их основой, совместно с другими факторами, стала научно-техническая революция, ярким проявлением которой, наряду с практическим использованием ядерной энергии, является создание ракетной техники. Однако в условиях холодной войны революционные по своей сути достижения научно-технической мысли были использованы правительствами противоборствующих сторон в качестве инструмента запугивания и политического шантажа. Только со временем они стали служить интересам мирового сообщества.

Актуальность изучению процесса создания и развития ракетной промышленности придает новизна темы, недостаточная информированность общественности по данному вопросу. Вследствие того, что в первые годы ракетостроение создавалось и развивалось в исключительно военных целях, вся информация о нем представляла собой один из наиболее охраняемых государственных секретов СССР. Достоянием гласности становились лишь некоторые отдельные крупные результаты, связанные, как правило, с использованием космоса в мирных целях. При этом официально ракетной промышленности не существовало. Скрыть ее помогало отсутствие до года министерства, единолично ответственного за результаты работы ракетной отрасли. На равных правах разработкой, проектированием, испытанием и производством ракет занималось девять министерств, под руководством которых работали многие сотни научно-исследовательских институтов, конструкторских бюро, организаций и предприятий.

В современное общественное сознание постоянно внедряется тезис о полной несамостоятельности отечественной науки и конструкторской мысли, якобы занимавшейся только копированием конструкций, техники и технологии, разработанными западными специалистами. Поэтому актуальной проблемой является выявление степени влияния немецкой ракетной техники на развитие отечественного ракетостроения, роли уральских организаций и предприятий в разработке принципиально новых, по сравнению с немецкими, ракетных систем.

Несмотря на то, что в создании ракетного оружия участвовала вся страна, ведущие центры по его конструированию и производству находились в Московском, Ленинградском, Украинском, Уральском и Сибирском регионах.

Несомненную актуальность имеет изучение процесса реализации второй, вслед за атомной, общегосударственной программы, что заставило включить в работу все виды ресурсов и показало высокие мобилизационные возможности послевоенной экономики. В настоящее время, когда государство и общество встало перед необходимостью разработки и реализации ряда общенациональных программ, возрастает актуальность изучения опыта успешного решения сложных научно-технических проблем, структурной перестройки всего народно-хозяйственного комплекса региона, создания новейшей технологии по выпуску конкурентоспособной продукции.

Актуальность данной темы исследования обусловлена тем, что изучение процесса развития уральской ракетной промышленности позволяет определить основные предпосылки, условия и механизмы становления отрасли в целом, закономерности и этапы формирования ее наиболее важных органов управления, коллективов конструкторских бюро и предприятий.

Актуальность настоящего исследования состоит также и в том, что на Урале был создан уникальный, по-своему единственный в мире ракетно-ядерный промышленный комплекс, в рамках которого проводились фундаментальные теоретические и экспериментальные исследования, конструкторские разработки ядерного и ракетного оружия, осуществлялся серийный выпуск ядерных боевых частей ракет подводного и сухопутного базирования, составлявших главную ударную мощь ядерной триады СССР.

Объектом исследования данной диссертации является ракетная промышленность на Урале.

Предмет исследования – процесс создания и развития органов управления, совокупности научных и конструкторских организаций, производственных предприятий, образующих в целом всю инфраструктуру ракетной промышленности Урала.

Хронологические рамки исследования охватывают 1945 – 1965гг., начиная со времени появления предпосылок и условий формирования ракетной промышленности до полного завершения этого процесса.

Изучение этого периода позволяет выявить и проанализировать стартовые возможности советского ракетостроения, процесс изучения отечественными специалистами опыта немецкого ракетостроения и на его базе принципиально новых ракетных систем.

В диссертации показано, как в эти двадцать лет шел активный поиск наиболее оптимальной системы управления всеми направлениями ракетостроения, пока совершенно закономерно не пришли к образованию Министерства общего машиностроения, ставшего организационным центром, объединившим сотни организаций и предприятий ракетной промышленности.

Указанные временные рамки позволяют определить основные этапы становления уральской ракетной отрасли, процесс перемещения промышленной базы ракетостроения на Урал, создание сначала филиалов, а затем самостоятельных научно-исследовательских и конструкторских организаций по разработке специальных материалов, элементов радиоэлектронных приборов, бортовой автономной системы управления, топлива, наземного оборудования и транспорта для ракетных комплексов различного назначения и их серийного производства.

Территориальные рамки исследования определяются местонахождением основных организаций и предприятий по разработке и серийному производству ракет подводного и сухопутного базирования, узлов, деталей и приборов к ним, располагавшихся в Челябинской, Свердловской, Пермской областях и Удмуртской республике, входивших в Уральский экономический район.

На территории этих уральских регионов были построены такие головные предприятия отрасли, как Государственный ракетный центр имени В.П.

Макеева в г. Миассе, Научно-производственное объединение «Автоматика», Особое конструкторское бюро №8, завод «Химмаш» в г. Свердловске, машиностроительные заводы в Златоусте, Воткинске, Усть-Катаве, Производственное объединение «Искра» и Конструкторское бюро машиностроения в Перми, радиозаводы в Каменск-Уральском, Кыштыме, Свердловске, Перми и другие.

Выбор данных территориальных рамок позволил рассмотреть весь процесс становления и развития на Урале объединенных в группы организаций и предприятий, обеспечивавших производство всех основных составных частей ракетной техники. Это позволило рассматривать ракетную промышленность Урала как систему, элементы которой создавались в результате разработки новых технологий, двигателей, топлива и радиоэлектронного оборудования под строго определенные типы ракет. Это приводило к расширению территории, где располагались заводы отрасли, и развивало горизонтальные связи уральских предприятий ракетной промышленности.

Степень изученности проблемы. История ракетостроения стала предметом научного анализа только в 90-е годы. На это были объективные причины. До начала 90-х годов существование ракетной промышленности подразумевалось, но сам этот термин в литературе не употреблялся, и о ракетной промышленности публикаций не существовало. Не существовало и министерства под таким названием. Штаб отрасли скрывался под ничего не говорящей непосвященному вывеской Министерства общего машиностроения.

Снятие большего числа ограничений на информацию о создании ракетной отрасли привело к своего рода информационному взрыву, к появлению сотен статей в центральной и региональной периодической печати, к публикаций брошюр и книг по истории ракетостроения.

Отдельные вопросы истории ракетной отрасли получили освещение в литературе 20-90-х годов. Развитие последней можно разделить на несколько этапов, каждый из которых отличается своеобразием содержания и тематики.

Первый из них охватывает период с 20-х до середины 60-х годов. Этот этап характеризуется максимальной закрытостью отрасли и минимальным выпуском литературы о ней. Каждая статья, брошюра, книга проходила строжайшую цензуру, и информация в них строго дозировалась, оставалась малопонятной для непосвященных.

По содержанию, на наш взгляд, издания этого периода можно разделить на две части. Во-первых, это узкоспециализированные теоретические и технические исследования самих творцов ракетной техники, наряду с теоретическими и техническими выкладками в трудах отечественных и зарубежных ученых: К.Э.Циолковского, Ф.А.Цандера, Ю.В.Кондратюка, Г.Оберта, Р.Эно-Пельтри, А.Штернфельда, Д.Саттона. Ко второй группе публикаций относились брошюры и книги, написанные популярным, понятным языком. Большинство из них содержали исторический обзор достижений в развитии ракетной техники. Некоторые из них были написаны учеными. В 60-е годы были опубликованы первые книги по истории создания ракетной техники периода 1880-1920х гг. До середины 60-х годов практически отсутствовали публикации, содержание которых отражало хотя бы отдельные направления развития ракетостроения в СССР. Вместе с тем продолжалась публикация книг иностранных авторов, в которых рассматривались актуальные проблемы как управляемого ракетного оружия в целом, так и отдельные вопросы.4 Кроме этого публиковались обзоры иностранных материалов, сделанные советскими специалистами.5 Наиболее полное отражение развитие основных направлений ракетостроения за рубежом и в СССР получило в книге коллектива авторов «Новое в военной технике», которая по широте охвата актуальных в то время вопросов не имела себе равных. Таким образом, до середины 60-х годов историография советского ракетостроения представляла собой публикации, посвященные пионерам ракетной техники, и научно-популярные издания, в которых главным образом рассматривалась тематика межпланетных полетов в будущем. Абсолютно мирной советской ракетной технике противопоставлялась западная, развивающая ракетную отрасль в исключительно военных целях.

Второй этап историографии создания ракетостроения, на наш взгляд, продолжался со второй половины 60-х до конца 80-х годов. К середине 60-х годов сложилось явное противоречие. Количество публикаций росло, но информации о процессах, происходящих в советской ракетной отрасли, не прибавлялось. Хотя и очень медленно, ситуация стала изменяться после запуска первых искусственных спутников Земли и первых полетов советских космонавтов. Внезапная смерть С.П.Королева рассекретила имя Главного конструктора космических кораблей, а вместе с ним имена некоторых его соратников.7 Однако, на наш взгляд, главная причина весьма незначительного расширения гласности в области космонавтики была в ином. Более содержательные публикации должны были произвести максимальный пропагандистский эффект внутри страны и за рубежом. Космонавтика была одной из немногих отраслей, где СССР действительно завоевал передовые позиции в мире. Вместе с тем сотни газетных и журнальных публикаций не несли новой информации не только об актуальных проблемах ракетной промышленности того времени, но и ее истории.

В 60-70е годы сформировалась небольшая группа журналистов в составе Я.К.Голованова, В.А.Губарева, П.Т.Асташенкова, книги которых выходили большими тиражами и отличались отсутствием анализа реальных проблем если не ракетной отрасли в целом, то хотя бы космонавтики. В их публикациях сформировались жесткие стереотипы изложения материала, продиктованные всевластным ЦК КПСС. В этом ряду особняком стоит фундаментальное исследование Я.К.Голованова «Дорога на космодром». В этой книге впервые получили систематическое изложение все основные этапы развития ракетной техники с древности до середины 1950-х годов.9 Подробно изложены биографии и личный вклад в ракетостроение не только поколения К.Э.Циолковского и Ф.А.Цандера, но и дана оценка развития советской ракетной техники в 1930-е годы, поставлена проблема влияния репрессий на уровень достижений отечественной ракетной техники. Ярко представлены С.П.Королев, В.П.Глушко и другие конструкторы, сыгравшие главную роль в создании современного ракетостроения.

В книге Я.К.Голованова впервые открыто поставлен вопрос о степени влияния немецких достижений на становление и развитие советского ракетостроения. По вполне очевидным причинам в этой публикации назывались Главные конструкторы ракетных систем, но не назывались коллективы, которые они возглавляли, и не раскрывалось содержание работы этих крупных коллективов.

Автору в целом удалась попытка системного изложения того, что стало называться космонавтикой. Однако излишний акцент на деятельности С.П.Королева вольно или невольно приводил к тому, что он становился чуть ли не единственным творцом выдающихся достижений советского ракетостроения.

В этой связи более объективными являются оценки научной международной конференции в 1957 году, посвященной истории астронавтики и ракетной техники западных стран и СССР. В объемном издании, опубликованном по итогам ее работы, история исследований 20-х–40-х гг.

оценку. получила объективную Вместе с тем советские участники конференции не уделили внимание тогда еще не решенным в отечественной историографии дискуссионным вопросам довоенного периода.

В этой связи существенный вклад в изучение истории вопроса внесли труды выдающихся конструкторов, первых разработчиков жидкостных ракетных двигателей В.П.Глушко и А.М.Исаева.11 Особенно важными были документальные свидетельства, привлеченные авторами, и позволившие более четко определить роль М.Н.Тухачевского и РККА в развертывании работ по созданию реактивных снарядов, оценить вклад в работу первого в мире Реактивного научно-исследовательского института. Сам подвергшийся репрессиям, В.П.Глушко показал их последствия для развития советского ракетостроения в целом.

Таким образом, в 60-80-е годы значительно расширилась тематика публикаций, авторами некоторых из них выступали основатели современного ракетостроения;

подробно рассмотрены многие вопросы развития ракетной техники от ее зарождения в России до начала 1940-х гг.;

публикации о достижениях космонавтики позволили не только расширить поле освещения ракетной отрасли, но и «населить» его большим количеством специалистов.

Вместе с тем этот период историографии позволил осветить лишь некоторые отдельные элементы советского ракетостроения как системы.

В целом, публикации 60-80-х гг. ввели в научный оборот много новых фактов. Однако режим строгой секретности по-прежнему приводил к замалчиванию важнейших событий в истории создания ракетной промышленности. Значение одних событий и личностей искусственно преувеличивалось, других - необоснованно занижалось. Вместе с тем шел процесс накопления исторических фактов, которые постепенно приходили в противоречие с идеологическими клише и штампами, иногда заменявшими историческую истину.

Третий этап историографии приходится на 1990-е–начало 2000-х гг. В эти годы произошел прорыв режима строгой секретности не только над настоящим, но и над прошлым ракетостроения. Гласность, утвердившаяся в стране после 1989 года, частично распространилась и на ракетную отрасль. В периодической печати, электронных средствах массовой информации, Интернете были опубликованы сотни статей, продемонстрированы десятки документальных фильмов.

Следует подчеркнуть, что ракетная промышленность не испытала на себе удара, подобно Чернобыльскому в атомной отрасли, что позволило сохранить конфиденциальность самых важных сторон деятельности предприятий отрасли.

Удалось значительно продвинуться в изучении влияния немецкого опыта на успехи советских конструкторов различных систем ракетных комплексов.

Первые книги о немецких ракетах ФАУ-1 и ФАУ-2 были опубликованы еще в 50-60-х гг.12 Однако проблема заимствования в них не рассматривалась.

Заметным шагом в изучении вопроса стала книга А.С.Орлова, написанная на материалах кандидатской диссертации, защищенной в 1972 году. Этой же теме посвящена книга С.Н.Славина.14 Эти публикации показали достижения и недостатки немецких ракет, организацию научно-конструкторской работы, основные составляющие ракетной промышленности Германии.

Наиболее полное освещение двухлетней работы советских специалистов по изучению немецкого ракетостроения в 1945-1947 гг. мы находим в книге и люди». Б.Е.Чертока «Ракеты Благодаря его указанию на содержание письма У.Черчилля И.В.Сталину от 13 июля 1944 года и описанию последующих событий, можно утверждать, что Советский Союз вступил в гонку ракетного вооружения с сентября-октября 1944 года. До начала 1947 года сотни советских специалистов были всецело поглощены работой в ракетных центрах Германии по изучению и восстановлению технической документации и технологии изготовления ракет.

Несмотря на это, данная проблема системно не исследована, хотя за последнее время в РГАЭ рассекречены сотни важнейших документов, содержание которых позволяет до мельчайших деталей показать степень заимствования по каждому агрегату или узлу ракет.

Двойственное впечатление оставляет портретная галерея главных участников создания ракетной отрасли. До настоящего времени опубликовано крайне незначительное количество биографий даже руководителей высшего эшелона ракетно-космической элиты. Наибольшее количество изданий посвящено С.П.Королеву.16 Постепенно от ранних изданий к более поздним сквозь толщу времени, легенд и мифов - начинает проступать облик противоречивой, но в то же время удивительно цельной личности с огромным талантом организатора создания абсолютно новых ракетных систем, с мышлением государственного деятеля. Попадая под влияние столь неординарной личности, все авторы не смогли до конца преодолеть апологетику С.П.Королева, невольно умаляя вклад в общее дело других главных конструкторов ракетных систем. До настоящего времени остаются в тени С.П.Королева такие выдающиеся конструкторы, как В.П.Глушко, М.К.Янгель, В.Н.Челомей, В.П.Макеев, В.П.Бармин, В.И.Кузнецов и другие. В последние годы лишь некоторые из них удостоены единичных биографических изданий17, в которых получили отражение наиболее очевидные, поверхностные впечатления и отрывочные сведения о их производственной деятельности.

Особенно не повезло в историографии нашей проблемы государственным деятелям – руководителям ракетной промышленности. Достоверные сведения об участии Л.П.Берии содержатся лишь в двух публикациях18, а вкладу основателя и руководителя ракетной промышленности на протяжении 38 лет Д.Ф.Устинову посвящено лишь одно издание, в котором нашла отражение в основном его деятельность в годы Великой Отечественной войны и в послевоенный период.19 Вне поля зрения историков ракетостроения остались биографии таких выдающихся руководителей отрасли, как В.М.Рябинова, В.А.Шохина, В.Д.Калмыкова и других.

В последние годы массовое распространение получили справочные издания, насыщенные техническими характеристиками ракетного оружия. Издаваемые узким кругом авторов, они отличаются значительными расхождениями в изложении исторических фактов, дат и т.д. Ни одна из этих публикаций не имеет ссылок на документы и научно-справочного аппарата.

В 90-е годы появились книги, посвященные юбилеям крупнейших организаций ракетостроения.21 В основном они носят справочный характер с уклоном на современность. Сама цель их выхода в свет не предполагала объективного анализа истории развития коллективов. В то же время фактический материал этих изданий достоверен и может быть широко использован в ходе исторических исследований.

Вышли и продолжают выходить книги по истории создания отдельных ракет и их систем, написанные на базе ведомственных источников (научно справочного аппарата они не содержат).22 Авторами, как правило, являются выходцы из самой ракетной отрасли, что придает этим изданиям, с одной стороны, профессионализм и информационную насыщенность, а с другой – некоторую ограниченность и предвзятость суждений.

Особый интерес вызывают воспоминания участников создания и развития ракетной отрасли. Иногда крайне субъективные, они очень хорошо передают психологию людей, тонкости их взаимоотношений, воссоздают атмосферу жизни многих коллективов, содержат множество фактов скрытых от постороннего взгляда процессов внутри коллектива. Заметный вклад в освещение истории ракетостроения внесли воспоминания Б.Е.Чертока.24 Его труд – яркий пример «технократического»

подхода, при котором упор делается на особую роль научно-технической элиты – ведущих ученых и конструкторов. В своих публикациях он развивает тезис о господстве в советском государстве своего рода технократии в лице Совета главных конструкторов и других структур.

Анализ опубликованных работ показывает, что отсутствуют какие-либо публикации по истории ракетной промышленности как в целом по стране, так и по Уральскому региону. В вышедших на данный момент изданиях подробно рассмотрен период 20-30-х годов, показаны главные события жизни конструкторских бюро, НИИ и полигонов, но о промышленности не упоминается вообще. Единичные издания по Уралу также отражают деятельность НИИ и КБ25, хотя в регионе действовали десятки крупных предприятий, которые внесли во многом определяющий вклад в производство как ракетного, так и ядерного оружия.

Целью исследования является выявление и изучение основных тенденций и закономерностей создания и развития ракетной промышленности на Урале.

Для достижения этой цели предполагается решить следующие задачи :

– раскрыть необходимость создания ракетной промышленности ;

– показать место и роль ракетного оружия в военной доктрине руководства СССР;

– изучить систему управления ракетной отраслью;

– выявить закономерности формирования ракетной промышленности на Урале в период освоения производства ракет Р-1 и Р-2;

– проанализировать ход структурной перестройки ракетной промышленности в период создания ракетных носителей для ядерного оружия;

– исследовать содержание основных этапов развития ракетно ядерного промышленного комплекса.

Источниковая база исследования. Изучение данной темы стало возможным только с открытием в 90-х гг. XX века значительного объема ранее засекреченных архивных документов. Тотальное засекречивание любых документов, имевших хотя бы косвенное отношение к процессу разработки и производства ракет, систем, узлов, приборов и материалов для них, привело к тому, что практика рассекречивания документов, связанных с ракетостроением, началась позже, проходила и проходит в настоящее время намного труднее, чем рассекречивание документов многих других коллекций партийных, государственных и ведомственных архивов. Документация многих организаций и предприятий ракетной промышленности не сдавалась на хранение в государственные архивы, и поэтому она отложилась в архивах министерств, ведомств или предприятий, куда особенно трудно получить доступ исследователю, происходящему не из среды работников отрасли.

Несмотря на указанные объективные трудности, в 90-е годы произошел прорыв в рассекречивании архивных документов по оборонным отраслям промышленности в целом, в том числе атомной и в меньшей степени ракетной промышленности. Трудно в этом смысле переоценить роль региональных комиссий по рассекречиванию, которые продолжают работу и в настоящее время. Поэтому данному исследованию предшествовала наша многолетняя работа по рассекречиванию документов, которая проходила в комиссии при губернаторе Челябинской области. Результатом работы таких комиссий в регионах Урала стала возможность ввести в научный оборот несколько тысяч документов, в той или иной степени имеющих отношение к ракетной отрасли.

Цель и задачи исследования потребовали отобрать, проанализировать и использовать разнообразные источники, которые по степени информативности, репрезентативности, валидности и происхождению можно разделить на следующие группы: официальные документы, архивные материалы, массовые источники, воспоминания ветеранов отрасли.

Основу источниковой базы исследования составили неопубликованные архивные документы, извлеченные из 35 фондов трех центральных архивов Российской Федерации – Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Российского государственного архива экономики (РГАЭ), Российского государственного архива научно-технической документации (РГАНТД), шести областных и других архивов Урала. В ГАРФ были изучены документы Управления по делам Совета Министров СССР (Ф.Р. – 5446), в РГАЭ документы Госплана СССР (Ф.4372), в РГАНТД - коллекция документов личного происхождения выдающихся конструкторов ракетных систем (Ф.33, 35).

На территории Урала документы по данной проблеме в основном сосредоточены в государственных архивах Челябинской, Пермской и Свердловской областей.

Уникальная информация содержится в документах Западно-Уральского, Средне-Уральского и Южно-Уральского совнархозов. Образование совнархозов по времени совпало с периодом становления и развития большинства ракетных предприятий Урала. В фондах уральских совнархозов отложилась большая масса документов, рассказывающих о сложностях переходного периода для коллективов предприятий, которые должны были перейти от производства традиционной продукции к сложнейшим технологиям ракетной промышленности. Особый интерес представляют: отчетная документация о летных испытаниях ракет, планы научных исследований и конструкторских разработок ракетной техники.

В результате жесткого контроля совнархозов за работой предприятий в архивах отложилась большая масса документов переписки предприятий с совнархозами. Со стороны совнархозов транслировались важнейшие постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР, планы, графики, этапы работы предприятий из Госплана СССР. В ответ на указание Центра предприятия должны были отчитываться о выполнении планов по месяцам, кварталам и итогам года. Глубокий анализ ситуации содержат документы, посвященные выявлению причин неудачного хода работ или испытаний ракетной техники. Часто в документах содержится анализ причин многочисленных конфликтов между предприятиями и заказчиками, смежниками по кооперативным поставкам.

Документы, находящиеся в фондах совнархозов, отражают основные этапы создания ракетно-ядерного оружия, ракетных систем зенитных комплексов, крылатых ракет для подводного флота.

Фонды уральских обкомов КПСС отражают руководящую роль партийных органов власти по отношению к партийным организациям и отдельным членам КПСС. Во многом благодаря фонду 288 Челябинского обкома КПСС существует возможность реконструировать основные этапы строительства КБ машиностроения в г.Златоусте, трудности освоения новой технологии. В фондах обкомов партии содержатся личные дела руководящего состава предприятий ракетной промышленности. Фонды парткомов предприятий сохранили большой массив документов, содержащих информацию о борьбе коллективов за освоение ракетной техники, о процессе поиска решения сложнейших проблем повышения качества выпускаемой продукции, организации труда, воспитательной работы.

В качестве дополнения к основным источникам использовались периодические издания специализированного характера, в которых помещались публикации специалистов и участников исследуемых событий. В основной же своей массе в неспециализированных изданиях печатались материалы, содержание которых не вызывает доверия.

Важным источником для изучения нашей проблемы являются воспоминания ветеранов отрасли. Уникальное собрание воспоминаний содержат фонды ЦГАНТД, в которых собраны свидетельства В.П.Глушко, В.П.Бармина, Д.Д.Севрука, В.П.Пилюгина и многих других. Диапазон объема мемуаров очень широк: от нескольких до сотен страниц. Наряду с уникальными свидетельствами они содержат много оговорок, неточностей и страдают ярко выраженным субъективизмом оценок событий и людей.

Как видно, источниковая база диссертации является весьма разнообразной, но ведущее место принадлежит в ней архивным документам.

Комплекс архивных и опубликованных материалов, использованных в данном исследовании, позволяет решить поставленные задачи.

В ходе работы над данной темой, учитывая ее характер и особенности, мы попытались найти рациональное теоретико-методологическое обоснование объективного освещения исторического процесса.

Основная идея методологии научного анализа заключается в том, чтобы избежать односторонней и тенденциозной трактовки, показать многомерность исторического процесса. Главными принципами настоящей работы стали историзм и научная объективность, системно-функциональный подход.

Принцип историзма требует рассмотрения всех без исключения фактов, связанных с изучаемой проблемой, обязывает исследователя не утаивать ни положительного, ни отрицательного.26 Соблюдение этого принципа является важным и в том плане, что он способствует лучшему пониманию психологии, взглядов, мировоззрения людей изучаемой эпохи. К сожалению, авторы многих публикаций пишут о событиях, связанных с созданием ракетной техники, с позиции современности, забывая о принципе историзма. В сочетании с принципом объективности историзм позволяет реконструировать события прошлого не только в их развитии, но и во всей их многомерности, неоднозначности.

Забвение принципа историзма формирует нигилизм, пренебрежение к нашему недавнему прошлому, к отечественной истории.

Принцип историзма помогает исследователю глубже и объективнее проанализировать основные причины и факторы, вызывающие необходимость создания и развития ракетной промышленности.

Объективность как принцип научного познания означает сосредоточение внимания на внутренней природе изучаемой реальности. Объективность познавательного процесса обеспечивает получение истинного знания об этой реальности, адекватное ее отражение в сознании. Несмотря на субъективную форму познания, оно может давать объективное по содержанию знание. Для этого необходимо стремиться к получению максимально объективного источника знания, иметь заинтересованного в получении истинного знания субъекта. Но все это только возможность приобретения истинных знаний, превращение которой в реальность определяется субъективными факторами процесса познания, а именно позицией исследователя.

Объективной основой широкого распространения системного подхода является то, что естественная и общественная реальность не состоит из отдельных и изолированных предметов, явлений и процессов, а представляет собой совокупности взаимосвязанных и взаимодействующих объектов, определенные целостные, системные образования. Поэтому исходным в этой парадигме является понятие системы.

Система представляет собой такую целостную совокупность элементов объективной реальности, взаимодействие которых обуславливает возникновение у этой совокупности новых интегративных качеств, не присущих образуемым ее элементам. Этим целостная система отличается от такого сочетания элементов, которые образуют простую ее сумму и не создают новых свойств. Все системы имеют свое строение, структуру и функции. Архитектоника системы определяется составляющими ее компонентами, т.е.

взаимосвязанными между собой ее частицами. Компонентами системы являются подсистемы и элементы.

В сложном строении общественных систем, многообразном сочетании их компонентов проявляется явная переплетенность в объективной реальности общего, особенного и единичного. Система как целостность наиболее высокого уровня – это общее. Ее же компоненты, т.е. подсистемы и элементы, – особенное и единичное.

Структура – внутренняя организация системы, характеризующаяся способом взаимодействия ее компонентов и присущих им свойств. Структура системы определяет содержательную суть системы как целого. В структуре выражаются интегральные свойства системы. Степень развитости системы, стабильность ее функционирования определяется устойчивостью ее структуры.

Поэтому в процессе восходящего развития системы ей присуща тенденция к росту сбалансированности, к внутренней сопряженности ее компонентов.

Разного рода нарушения устойчивости и сбалансированности структуры отрицательно сказываются на ее функционировании.

Функция – форма, способ жизнедеятельности общественной системы и ее компонентов. В функциях системы реализуется ее объективная предназначенность, выраженная поведением, которое определяется присущими ей законами. Функции имеет не только система в целом, но и составные ее компоненты. Функции последних направлены на сохранение системы, ее совершенствование и развитие, на достижение единого системного результата.

Структура и функции системы тесно связаны. Функции системы реализуются через ее структуру. Только при соответствующей структуре система может успешно выполнять свои функции.

Помимо общих диалектических принципов были использованы методы исторического исследования, к которым относятся: историко-генетический, историко-сравнительный, историко-типологический и историко-системный.

При этом применялись и другие общенаучные методы (анализ и синтез, индукция и дедукция, описание и измерение, объяснение и т.д.), которые выступают в качестве конкретных познавательных средств, необходимых для реализации подходов и принципов, лежащих в основе ведущего метода.

Суть историко-генетического метода состоит в последовательном раскрытии свойств, функций и измерений изучаемой реальности в процессе ее исторического движения, что позволяет в наибольшей мере приблизиться к воспроизведению реальной истории объекта. Познание идет последовательно, от единичного к особенному, а затем – к общему и всеобщему. По логической природе историко-генетический метод является аналитически-индуктивным, а по форме выражения информации обследуемой реальности – описательным.

Историко-генетический метод позволяет показать причинно-следственные связи и закономерности исторического развития в их непосредственности, а события и личности охарактеризовать в их индивидуальной образности.

Историко-генетический метод тяготеет к описательности и эмпиризму.

Это обусловлено тем, что в исторических исследованиях очень часто требуются большие усилия и затраты времени на выявление, сбор и первоначальную систематизацию и обработку конкретно-фактических данных. В результате возникает иллюзия, что в этом и состоит главная задача исследования, либо не остается достаточно времени на тщательный теоретический анализ.

Объективной основой историко-сравнительного метода является то, что общественно-историческое развитие представляет собой повторяющийся, внутренне обусловленный, закономерный процесс. Многие его явления тождественны или сходны внутренней сутью и отличаются лишь пространственной и временной вариацией форм, а одни и те же или сходные формы могут выражать разное содержание. Поэтому в процессе сравнения и открывается возможность для объяснения рассматриваемых фактов, раскрытия сущности изучаемых явлений. В этом состоит основное познавательное значение сравнения как метода научного познания.

Историко-типологический метод состоит в том, что в общественно историческом развитии, с одной стороны, различаются, а с другой, тесно взаимосвязаны единичное, особенное и всеобщее. Поэтому важной задачей в познании общественно-исторических явлений, выявлении их сущности становится выделение того единственного, которое было присуще многообразию тех или иных сочетаний индивидуального (единичного). Итогом структурно-системного анализа будут знания о системе как таковой.

Эти знания имеют эмпирический характер, ибо они сами по себе не раскрывают сущностной природы выявленной структуры. Перевод полученных знаний на теоретический уровень требует выявления функций данной системы в иерархии систем, где она фигурирует в качестве подсистемы. Эта задача решается функциональным анализом, раскрывающим взаимодействие исследуемой системы с системами более высокого уровня.

Ни один из методов, включая и не рассмотренные здесь, не является универсальным и абсолютным. Наибольший эффект может быть достигнут при их комплексном использовании. При этом применение любых методов должно быть корректным, для чего необходимо строго соблюдать методологические принципы и требования, иначе ошибки неизбежны.

Научная новизна исследования заключается в том, что это первая в отечественной историографии работа, в которой изучается сложная и многоплановая тема создания ракетной промышленности за длительный период с 1945 по 1965 г. Новое заключается и в том, что создание ракетной промышленности рассматривается во взаимосвязи и взаимодействии с некоторыми аспектами внешней и внутренней политики Советского государства.

Сделаны выводы относительно причин, вызвавших необходимость создания ракетной промышленности в СССР, о степени влияния немецкого опыта на процесс создания отечественной ракетной техники.

Проанализирован процесс формирования структуры ракетной промышленности на Урале, выявлены ее основные элементы, показана практика дублирования головных предприятий, формирования сети филиалов и перерастание их в самостоятельные организации, которые в свою очередь становились головными;

показан процесс создания и освоения производства баллистических ракет морского базирования и ракет других классов. В работе впервые дано обоснование периодизации развития ракетной промышленности на Урале.

Новизна диссертации заключается и в том, что показана структурная перестройка ракетной отрасли второй половины 50-х гг., результатом которой стало достижение паритета ракетно-ядерных сил. В данном исследовании впервые проанализирован процесс интеграции ракетной и ядерной промышленности и сделан вывод о завершении к середине 60-х гг. процесса формирования ракетно – ядерного промышленного комплекса Урала, включавшего все основные стадии разработки и производства ракетно – ядерного оружия стратегического и тактического назначения морского, наземного и воздушного базирования.

По-новому решалась проблема формирования источниковой базы данного исследования. Удалось убедить Межведомственную комиссию по рассекречиванию документов Челябинской области включить в ее план работы документы ракетной промышленности, которые могли быть рассекречены согласно требованиям существующей нормативно – правовой базы. Впервые историческое исследование велось в тесном взаимодействии с экспертами этой комиссии, что позволило ввести в научный оборот значительное количество ранее недоступных для исследователей архивных документов.

Практическая значимость исследования состоит в том, что достоянием общественности становится систематизированное изложение основных этапов создания и развития ракетной промышленности. Содержащиеся в диссертации фактический материал, обобщения и выводы способствуют формированию более полного, объективного представления о путях и методах создания предприятий ракетостроения. Содержащиеся в работе сведения могут быть использованы для углубленного изучения послевоенной истории России и Уральского региона, способствовать патриотическому воспитанию молодежи.

Результаты, полученные в ходе исследования, могут привлекаться для написания научных трудов и учебных пособий.

Апробация работы. Основные положения и результаты исследования нашли отражение в публикациях по итогам двух международных (Челябинск 2003) и двух республиканских (Челябинск – 2002, 2003) научно-теоретических и научно-практических конференций. Содержание диссертации отражено в научных публикациях общим объемом 1,5 печатных листов. Материалы исследования используются в преподавании курса Истории Отечества и воспитательной работе с молодежью.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и литературы, приложения.

Глава I. Предпосылки создания ракетной промышленности §1. Необходимость развития ракетного вооружения Развитие теории ракетного полета и практическое создание ракетной техники началось в первой четверти XX века почти одновременно в России, Германии и США усилиями одиночек-энтузиастов, изолированными друг от друга. Лидирующие позиции в области теории принадлежали К.Э.Циолковскому, обосновавшему реальную возможность практического освоения ближнего космоса с помощью ракет.

В России и Германии создание ракетной техники с первых шагов проходило под контролем военных. Изобретение Н.И. Тихомировым ракетного двигателя на бездымном порохе, разработка В.П. Глушко электрических и жидкостных реактивных двигателей (ЖРД) при активной финансовой и кадровой поддержке Управления вооружения РККА придали развитию ракетной техники в СССР заметное ускорение. Это нашло воплощение в образовании 21 сентября года по приказу Реввоенсовета СССР первого в мире Реактивного научно исследовательского института (РНИИ), начальником которого стал И.Т.

Клейменов, а его заместителем – С.П. Королев, которого в 1934 г. сменил Г.Э.

Лангемак. РНИИ был создан на базе двух организаций: ленинградской Газодинамической лаборатории (ГДЛ) и московской Группы изучения реактивного движения (ГИРД).

ГДЛ работала на Красную Армию с 1921 года под руководством Н. И.

Тихомирова, затем Б.С. Петропавловского, а с 1933 года – И.Т. Клейменова.

ГДЛ разрабатывала реактивные снаряды на бездымном порохе для многоствольных установок залпового огня и реактивные снаряды класса «воздух – воздух» для истребителей. В 1930 году коллектив ГДЛ добился реальных практических результатов в ходе испытаний реактивных снарядов в воздухе и на земле.

ГИРД был организован при ОСОАВИАХИМе в октябре 1931 года. Первым ее руководителем был Ф.А. Цандер, с 1932 года – С.П. Королев. Вместе с ним проекты стратосферных самолетов и первых ракет с ЖРД разрабатывали Ю.А.

Победоносцев, М.К. Тихонравов, В.П. Ветчинкин, А.Г. Костиков.

Заместитель наркома по военным и морским делам М.Н. Тухачевский, ознакомившись с работой ГДЛ и ГИРД, немедленно объединил их в один НИИ.

В 1933 году РНИИ был передан в наркомат тяжелой промышленности, отвечавший в середине 30-х гг. за научные исследования и конструкторские разработки в области вооружения. На наш взгляд, это была высшая точка развития ракетостроения в СССР. С рубежа 1937-1938гг. начинает нарастать процесс отставания НИОКР по ракетной технике, что очень быстро свело всю эту работу практически к нулю и отбросило Советский Союз далеко назад, обрекая в будущем на невероятное по усилиям в послевоенные годы форсированное освоение достижений мирового уровня.

Как правило, в литературе столь явный провал объясняют репрессиями, обрушившимися на руководителей и конструкторов РНИИ в 1937-1938 гг. Не отрицая трагической роли в прекращении работ по ракетной технике жестоких репрессий Большого террора, следует подчеркнуть, что существовали еще и другие, более серьезные причины. Главная из них заключалась в том, что руководители наркомата обороны, как и руководители советского государства, были не в состоянии оценить долговременные перспективы развития ракетного оружия. С другой стороны, правительство не располагало даже частью финансовых, кадровых и материальных ресурсов, необходимых для ведения хотя бы поисковых НИОКР.

Если даже с немецкой помощью советская авиапромышленность значительно отставала от США, Германии и других стран, то что говорить о ракетах, где необходимы были принципиально новые металлы, приборы, изделия электропромышленности, радиодетали. Самое главное даже не это, а крайне низкий уровень технологии, почти полное отсутствие культуры труда.

Словом, наблюдалось системное отставание, которое можно преодолеть только подняв уровень промышленности в целом. В отличие от атомного проекта, о котором советская разведка знала еще на уровне принятия решений по отдельным проблемам, данными о развертывании грандиозной ракетной программы в Германии наша разведка длительное время не располагала и вовремя подсказать правительству и конструкторам ничего не могла. Не следует забывать, что страна переживала небывалую по масштабам модернизацию, которая в конечном счете и должна была вывести промышленность на качественно новый уровень.

Тем не менее, в тридцатые годы по некоторые направлениям ракетная техника достигла существенных результатов. К концу 1937 года под руководством Г.Э. Лангемака и И.Т. Клейменова реактивные снаряды РС-82 и РС – 132 были настолько хорошо отработаны в стенах РНИИ, что в последующие годы они лишь совершенствовались. В декабре 1937 года на вооружение истребителей приняты РС-82. По боевым качествам они превосходил и все существовавшие в то время средства вооружения самолетов.

Боевое применение РС-82 в 1939 году в боях на Халхин-Голе показало их высокую эффективность.

В 1938-1941гг. работниками РНИИ сконструирована и испытана 24-х зарядная самоходная пусковая установка для залповой стрельбы 132-мм реактивными снарядами. 21 июня 1941 года под индексом БМ-13 будущая «Катюша» принята на вооружение. Из собственно ракетных разработок в предвоенные годы остались только крылатые ракеты 212 и 216 конструкции С.П. Королева. Впервые для второй из них был сконструирован прибор управления полетом - автопилот А.

Пивоварова. Но ракеты конструировали не только в РНИИ. Жидкостные ракеты с дальностью полета 5-6 км прошли успешное испытание в КБ-7. 19 марта года родилась первая советская двухступенчатая ракета и первая в мире ракета с прямоточным воздушно-реактивным двигателем РВ-3 инженера И.А.

Меркулова, работавшего в ОСОАВИАХИМе.

Отдельным направлением стала разработка самолетных ЖРД для форсирования его маневров. Они представляли собой маломощные двигатели, действовавшие в течение всего нескольких десятков секунд, развивающие тягу от 300 до 900 кг, в то время как двигатель ФАУ-2 имел тягу 25 000 кг.

Вызывает удивление, как были достигнуты эти пусть скромные результаты в невероятно сложных условиях. В.П. Глушко вспоминал: «В те годы о кооперации в разработке ЖРД не было и речи. Конструкция двигателей разрабатывалась в ОКБ и изготавливалась на заводе комплектно со всеми входящими вспомогательными агрегатами пуска, зажигания, питания, управления, включая электро-, гидро-, пневматические клапаны и реле всех типов (давления, электромагнитных, биметаллических), кабели с электроразъемами, свечи искровые и накаливания, электроподогреватели, терморегуляторы, сигнальные табло и даже переключатели и кнопки»4.

Таким образом, к середине 1940-х гг. развитие ракетной техники прямых и самоочевидных предпосылок к созданию ракетной промышленности, заслуживающих внимания правительства, не сформировало. К тому же РНИИ в 1940 году передали в наркомат боеприпасов, и тогда акцент был сделан на разработку снарядов, а когда в 1943 году РНИИ вошло в систему наркомата авиационной промышленности, все силы были брошены на разработку реактивных ускорителей для авиации. Следовательно, побудительный мотив к этому мог прийти только извне. Таким мотивом стал высокий уровень развития ракетной промышленности в Гкрмании.

Мощным импульсом к началу развития ракетостроения в Германии стала его возможность легального осуществления в рамках Версальского договора, в то время как разработка и производство остальных видов артиллерийского вооружения были строго запрещены. В перечень запрещенных входили авиация, бронетехника и т.д., то есть все виды оружия, кроме ракетного, которое в начале 20-х гг. воспринималось как игрушка и поэтому не было включено в черный список. Этим обстоятельством воспользовался вермахт.

Используя амбиции Вернера фон Брауна, нацистская верхушка отказалась от услуг основоположников ракетной техники Германии Германа Оберта, Клауса Риделя и Рудольфа Небеля и развернула работы по использованию ракет в военных целях. Работы над секретным проектом А-1 Вернер фон Браун начал в Куммерсдорфе в конце 1933 года. В 1937 году фон Браун предложил Управлению вооружений ракету на дальность свыше 200 км. Этот проект был обозначен как «аппарат А-4». Одновременно развернулось бурное строительство ракетного центра на острове Узедом в Балтийском море. В период с 1937 по 1940 год на строительство уникального объекта было истрачено свыше 550 млн. марок, а численность основного персонала достигла 15 тыс. человек. Проект А-1 воплотился в крылатую ракету ФАУ-1. Обстрел этой ракетой Англии начался 13 июня 1944 года. 8 сентября 1944 года на Лондон упала первая баллистическая ракета ФАУ-2 («аппарат А-4»). Они производились на подземном заводе «Миттельверк» вблизи города Нордхаузена в Тюрингии по 600 штук в месяц. В Советском Союзе о созданных в Германии крылатой и баллистической ракетах ничего не знали, пока 13 июля 1944 года премьер-министр Англии У.

Черчилль не обратился с личным посланием к И.В. Сталину. Он писал:

«Имеются достоверные сведения о том, что в течение значительного времени немцы проводили испытания летающих ракет с экспериментальной станции в Дебице в Польше….Дебице лежит на пути Ваших победоносно наступающих войск, и вполне возможно, что Вы овладеете этим пунктом в ближайшие несколько недель….Поэтому я был бы благодарен, Маршал Сталин, если бы Вы смогли дать надлежащие указания о сохранении той аппаратуры и устройств в Дебице, которые Ваши войска смогут захватить после овладения этим районом, и если бы затем Вы предоставили нам возможность для изучения этой экспериментальной станции нашими специалистами»8.


Это обращение У. Черчилля к И.В. Сталину имело для развития советской ракетной промышленности решающее значение. С помощью англичан были быстро обнаружены и впервые исследованы детали ракеты А-4. Созданная из специалистов НИИ-1 наркомата авиационной промышленности группа «Ракета» во главе с профессором В.Ф. Болховитиновым в составе М. Исаева, В.

Мишина, В. Пилюгина, М. Воскресенского, Б. Чертока реконструировала по найденным обломкам общий вид ракеты, принцип управления и основные ее характеристики.

Полученные результаты вызывали потрясение. Если лучшие военные образцы отечественных пороховых реактивных снарядов для систем залпового огня БМ-13ДД имели дальность полета 11,8 км, то немецкая ракета покрывала расстояние в 25 раз больше – около 300 км. При этом она несла боевую часть массой 1000 кг, тогда как советский реактивный снаряд имел головную часть массой всего лишь 13 кг. С апреля 1945 года организуется несколько групп по изучению военных предприятий, научно-исследовательских институтов и конструкторских фирм Германии. Решением ГКО группа генерала Н.И. Петрова – начальника Научного института самолетного оборудования – 23 апреля 1945 года начала методично изучать состояние немецкой реактивной авиации. Одновременно ГКО принял постановление о посылке комиссии по вывозу оборудования и изучению работы немецкого Ракетного института в Пеннемюнде. Комиссия под руководством начальника филиала №2 НИИ-1 Ю. А. Победоносцева должна была принять меры к сохранению ценного оборудования и изучить на месте опыт работы немецких специалистов. Затем комиссии предписывалось «…обеспечить демонтаж и вывоз из Пеннемюнде сохранившегося имущества и оборудования научно-исследовательских лабораторий и испытательных стендов Ракетного института. Первые результаты обследования немецкой ракетной промышленности и научно-исследовательских учреждений легли в основу постановления ГКО от 8 июля 1945 года. В этом документе определены основные направления планомерного освоения опыта создания немецких ракет, формируется комиссия по изучению германской техники в составе Л. Гайдукова – члена Военного совета гвардейских минометных частей;

П. Горемыкина – заместителя наркома боеприпасов;

Я. Бибикова – директора НИИ-1 наркомата авиационной промышленности;

И. Зубовича – заместителя наркома электропромышленности, Г. Угера – начальника отдела Совета по радиолокации при ГКО.11 Для непосредственной работы в Германии была сформирована группа специалистов, насчитывавшая вначале 284, а к октябрю 1945 года – уже 773 человека. 30-го июля 1945 года результаты работы комиссии в период с 1 июля по июля 1945 года доложил наркому авиапромышленности А.И. Шахурину заместитель директора НИИ-1 профессор Г.Н. Абрамович. На территории, перешедшей из зоны оккупации американской армии в зону оккупации русской (так в тексте документа – автор) армии возле города Нордхаузен находился самый крупный серийный завод по выпуску ФАУ-1, ФАУ-2, авиамоторов фирмы «Юнкерс» и газотурбинных реактивных двигателей ЮМО-004.

В двух продольных и 45 поперечных штольнях находилось 2500 единиц новейшего и совершенно исправного оборудования. На заводе было «…сосредоточено только производство корпусов этих снарядов и полная их сборка из готовых частей…На заводе имеется большой задел (несколько сотен комплектов) для ФАУ-2 и для ФАУ-1. Работало на всем заводе около 50 человек»13.

В 150-ти км южнее Нордхаузена возле города Лехестен Г.Н. Абрамович обнаружил и обследовал станцию огневых испытаний реактивных двигателей для ФАУ-2. На ней испытывалось до 40 двигателей в день. Здесь же обнаружен «завод жидкого кислорода» мощностью 120 тонн в сутки и более 200 годных двигателей для ФАУ-2. Американцами вывезена «часть стендов испытательных приборов и, в частности, фотоаппараты для съемки показаний приборов», а также часть руководящих специалистов испытательной станции. В районе города Блейхероде (25 км от Нордхауза) группа Г.Н. Абрамовича обнаружила эвакуированное из Пеннемюнде оборудование лабораторий Реактивного института. Установлено, что оборудование разбросано в 46 точках, из них 43 находятся на территории, перешедшей к Красной Армии от американцев. В августе 1945 года заместитель наркома вооружения В.М.Рябиков сформировал Межведомственную техническую комиссию для изучения трофейной техники, куда вошли наиболее авторитетные специалисты в области реактивного движения. В составе комиссии было образовано несколько групп, которые возглавили генералы Л. Гайдуков, А. Тверецкий и А. Соколов. Эти группы приступили к сбору документации и изучению техники в советской зоне оккупации Германии, в Польше, Австрии и Чехословакии.

В результате активной работы межведомственной комиссии был составлен обширный «Доклад о мероприятиях по изучению и освоению немецкой реактивной техники». В нем подчеркивалось, что « развитие реактивной техники в Германии приняло в последние годы большой размах.

Имеющиеся в СССР трофейные образцы германской реактивной техники … показывают, что внедрение реактивной техники в авиации, флоте и артиллерии проводилось в Германии в большом масштабе и немцы в этой области имели серьезный успех»16. В докладе приводились характеристики реактивных самолетов, самолета-снаряда ФАУ-1 (по современной терминологии крылатая ракета) и реактивных снарядов (ракет) Фау-2, «Рейнботте», SC-500-RS, а также зенитных реактивных снарядов (ракет) «Рейнтохтер», «Енциан», «Тайфун» и двух реактивных планирующих бомб.

Авторы доклада предлагали сосредоточить усилия по изучению и освоению немецкой реактивной техники в наркоматах авиационной промышленности, боеприпасов, вооружения, судостроительной, химической промышленности, минометного вооружения. При этом наркомат боеприпасов должен был изучить и освоить производство управляемых и неуправляемых реактивных снарядов средней и большой дальности, зенитных реактивных снарядов, реактивных снарядов дальнего действия ФАУ-2, пороховых и жидкостных реактивных двигателей для реактивных снарядов. С этой целью предлагалось внутри наркомата боеприпасов «…а)создать научно исследовательский институт реактивной техники, в котором сосредоточить изучение всех вопросов, связанных с управляемыми и неуправляемыми реактивными снарядами и двигателями для реактивных снарядов;

б) создать научно-исследовательский институт- полигон по реактивным снарядам, в котором сосредоточить все материалы и оборудование, вывозимые из германского научно-исследовательского центра реактивной техники Пеенемюнде;

в) организовать центральное конструкторское бюро по разработке реактивных снарядов средней и большой дальности до 100км и зенитных реактивных снарядов с пороховыми реактивными двигателями;

г) организовать центральное конструкторское бюро по разработке управляемых по радио реактивных снарядов дальнего действия по типу немецкого реактивного снаряда V-2 и зенитных реактивных снарядов с жидкостными реактивными двигателями, а также жидкостных реактивных двигателей для реактивных снарядов;

д) организовать специальное конструкторское бюро по реактивным снарядам в Пеенемюнде на базе немецкого научно-исследовательского центра реактивной техники, использовав в этом конструкторском бюро всех имеющихся немецких специалистов в этой области;

е) для руководства и управления всеми работами по реактивной технике, создать в Наркомате боеприпасов специальное Главное Управление по реактивной технике во главе с Заместителем Народного Комиссара»17.

Наркомату электропромышленности ставилась задача изучить и организовать производство радиолокационных станций обнаружения и опознания, наземной аппаратуры направляющего луча, радиолокационных станций определения координат цели, пульта управления, радиопередатчика, шифрующего устройства, аппаратуры приема данных снарядов, телевизионной приемной аппаратуры, исполнительной телемеханики, аппаратуры, передающей положение снаряда, и аппаратуры самонаведения.

Наркомату вооружения предлагалось поручить изучение и освоение немецкой оптической аппаратуры наблюдения для всех видов управляемых по радио реактивных снарядов, оборудования стартовых площадок для зенитных реактивных снарядов и ФАУ-2, счетно-решающих приборов для наземных станций точного определения координат цели.

Наркомат судостроительной промышленности должен был изучить и освоить немецкую реактивную технику для военно-морского флота, включая двигатели и систему управления полетом и стартовые устройства.

Наркомату химической промышленности поручалось изучение и освоение топлив и окислителей для жидкостных реактивных двигателей, а наркомату минометного вооружения - изучение и освоение турбонасосов жидкостных реактивных двигателей для реактивных снарядов.

В заключение авторы доклада подчеркнули необходимость создания центрального полигона реактивной техники и предлагали поручить выполнение этой задачи Главному Артиллерийскому Управлению Красной Армии. На основе доклада Межведомственной комиссии был подготовлен проект постановления Государственного Комитета Обороны, в котором подробно и поименно расписывалась система мероприятий по изучению и последующему воспроизводству немецкой реактивной техники. Этот проект так и не был подписан Сталиным, однако доклад Межведомственной комиссии и предложенный ею проект постановления ГКО позволяет утверждать, что первоначальный вариант развития ракетной промышленности принципиально отличался от известного постановления Совета Министров СССР от 13 мая 1946 года.


Обращает на себя, прежде всего, намерение придать ведущую роль в создании ракет наркомату боеприпасов и огромные масштабы, всеохватывающая комплексность развития ракетной программы. Энтузиазм в сочетании с достаточно рациональным, компетентным подходом создавали ясную перспективу работ. Однако неожиданно для Межведомственной комиссии Сталин потерял активный интерес к ракетной проблеме, и она на несколько лет отошла в тень. Причин этому было много, назовем главные из них.

Во-первых, 20 августа 1945 года был сформирован Специальный комитет, задачей которого являлось создание в кратчайшие сроки атомной промышленности и организация на ее базе массового производства ядерного оружия. Атомную промышленность возглавил нарком боеприпасов Б.Л.Ванников, забрав в новую отрасль лучшую часть аппарата наркомата, директоров предприятий и специалистов. Таким образом, ставка на наркомат боеприпасов, как главную силу реализации ракетной программы, себя не оправдала. Во-вторых, расчет на наркомат авиационной промышленности, как альтернативу наркомату боеприпасов, также себя не оправдал, так как Сталин поставил задачу наркому авиапрома Шахурину в кратчайшие сроки организовать производство реактивных самолетов, и у наркомата не было не столько желания, сколько ресурсов для того, чтобы решить одновременно две сложнейшие задачи. В-третьих, страна не имела таких возможностей, чтобы одновременно реализовать две колоссальные по затратам программы. В четвертых, генералитет армии явно недооценил перспективность ракетного вооружения, а ведь именно армия являлась заказчиком программ развития тех или иных видов военной техники и боеприпасов. Таким образом, старт ракетной программы оказался не столь впечатляющим, как атомного проекта, но надо понимать и то, что в середине 40-х годов ракеты, в отличие от ядерного оружия, не могли еще, по объективным причинам, служить эффективным инструментом противостояния в холодной войне.

Получив от Сталина явный отказ на предложение Межведомственной комиссии, ракетчики вынуждены были сосредоточить свое внимание на изучении немецкой ракетной техники непосредственно на территории Германии.

По свидетельству Б.Е. Чертока, Гайдуков в сентябре 1945 года добился приема у Сталина, доложил о работе по изучению ракетной техники и убедил его разрешить откомандирование в Германию Королева, Глушко, Севрука и еще двух десятков специалистов, находившихся в то время в Казанской «шарашке». Все они влились в большой отряд ученых, трудившихся над восстановлением документации и образцов ракетной техники в составе нескольких советско-германских институтов и заводов. Более двухсот сотрудников под руководством Н.А. Пилюгина и Б.Е. Чертока в институте «Рабе» занимались системой электрооборудования управления ракет ФАУ-1 и ФАУ-2. Задачей института, возглавляемого Г.А. Тюлиным, являлось восстановление телеметрической системы управления «Мессина» ракет ФАУ-2.

Изучение вопросов предстартовой подготовки и пуска ракет возлагалось на группу «Выстрел» С.П. Королева и Л.А. Воскресенского. Под руководством В.

П. Бармина институт «Берлин» восстанавливал материалы по ракетам ПВО.

На заводе №1 в Зоммерде, где производились корпуса ракет, открылось советско-германское конструкторское бюро во главе с В.П. Мишиным. Завод №2 «Монтанья» в Нордхаузене под кураторством В.П. Глушко восстанавливал технологию производства ракетных двигателей, а завод №3 под руководством Е.М. Курило в Кляйнбодунгене – технологию и оборудование для сборки ракет ФАУ-2.

В марте 1946 года, вследствие расширения фронта работ в Германии, на территории ракетного центра Пеннемюнде была образована единая научная организация – институт «Нордхаузен». Его возглавили Л.А. Гайдуков и С.П.

Королев. К концу 1946 года все задачи, стоявшие перед группой советских специалистов в Германии, были решены. В марте 1947 года институт «Нордхаузен» прекратил свое существование. Вместе с советскими специалистами в СССР были направлены более 150 немецких специалистов. С семьями это составило около пятисот человек. Двухгодичная деятельность большого отряда советских ученых по изучению и восстановлению немецкой реактивной техники имела большое значение для развития отечественного ракетостроения. Во-первых, баллистические управляемые ракеты дальнего действия перешли из области почти фантастики в сферу повседневной реальности. Во-вторых, результаты работы в Германии убедили руководителей СССР всерьез обратить внимание на необходимость создания ракетной техники. В-третьих, в общей сложности около трех тысяч специалистов получили теоретическую подготовку и практические навыки, с помощью которых они очень скоро выросли в руководителей сложнейших участков развития ракетной промышленности. В-четвертых, в Германии была создана основа сплоченного творческого коллектива единомышленников.

Параллельно работе в Германии шел поиск отрасли промышленности, способной стать базой развития ракетной техники. Этот поиск проходил в условиях конверсии, которая вызвала противоречивые процессы. Руководители оборонной промышленности, получившие в годы Великой Отечественной войны значительное влияние на положение дел в государстве, не хотели терять с таким трудом завоеванные позиции. Извечный вопрос: «что делать?» стоял и перед наркомом вооружения Д.Ф.Устиновым. В то время, как был ликвидирован наркомат минометного вооружения, а наркомат танковой промышленности реорганизовали во второстепенный главк Министерства транспортного машиностроения, в котором приоритет отдавался паровозам, Устинов искал крупную программу, способную сохранить роль и значение Министерства вооружений. Так на рубеже 1945-1946гг. совпали интересы ракетчиков и ведомства Д.Ф. Устинова. Совершенно очевидная с позиции сегодняшнего дня, эту ситуацию в те годы следовало кому-то осознать, превратить ее из возможности в реальность.

Не имея серьезных предложений от армии, Д.Ф.Устинов заинтересовался перспективами развития ракетной техники, направил своего заместителя В.М.Рябикова в Германию и на основании его доклада и собственных представлений принял решение взять на себя ответственность за создание ракетной промышленности.

С этого времени процесс подготовки решения правительства о создании ракетной промышленности осуществлялся с двух сторон: Устинов готовил почву в Москве, а ракетчики осваивали ракеты в Германии. Такой подход к решению проблемы себя полностью оправдал – 13 мая 1946 года Совет Министров СССР принял постановление «Вопросы реактивного вооружения», имевшее судьбоносное значение. Это постановление придало проблеме создания ракетного оружия статус общегосударственной программы. Образование Специального комитета по ракетной технике, привлечение к участию в ракетной программе всех ведущих министерств, решение сформировать целую систему научно-исследовательских институтов и конструкторских бюро, определение головных и смежных организаций по разработке и производству различных видов ракет – все это свидетельствовало о больших перспективах нового вида оружия.

Среди других мер по развитию реактивного вооружения, указанных в постановлении от 13 мая 1946 года, обращает на себя внимание решение о переводе в СССР немецких специалистов и поручение Спецкомитету командировать в США комиссию для размещения заказов и закупки оборудования и приборов на сумму 2 миллиона долларов. Для квалифицированных работников новой отрасли устанавливались повышенные оклады и крупные премии за разработку и создание реактивного вооружения. В вузах страны развернулась подготовка инженеров и научных работников по реактивной технике с тем, чтобы к концу 1946 года ракетная отрасль смогла получить не менее 300 человек молодых специалистов и 500 человек специалистов, прошедших переподготовку для работы по реактивному вооружению. Этим же постановлением было предусмотрено создание Государственного центрального полигона и специализированных ракетных войсковых частей. В период становления отечественного ракетостроения под выпуск новой продукции предполагалось перепрофилировать авиационные, авиамоторные, автомобильные, артиллерийские заводы, предприятия радиопромышленности, сельхозмашиностроения и других отраслей.

Таким образом, постановление Совета Министров СССР от 13 мая года определило создание ракетного вооружения как государственную программу, по своим масштабам сопоставимую с Атомным проектом.

Уже через два дня после выхода решения правительства, 16 мая 1946 года Д.Ф. Устинов издал приказ о создании на базе артиллерийского завода № главного конструктора В.Г.Грабина неподалеку от подмосковной железнодорожной станции Подлипки Научно-исследовательского ракетного института № 88. Исполняющим обязанности директора НИИ-88 назначается бывший директор артиллерийского завода № 8 А. Калистратов, главным конструктором – П. Костин.

21 августа 1946 года директором НИИ-88 назначен Л.Р. Гонор. Еще в 1930-е годы он работал вместе с Д.Ф.Устиновым на заводе «Большевик» в Ленинграде. С 1939 по 1942г. возглавлял Сталинградский артиллерийский завод «Баррикады», который работал даже в ходе уличных боев, пока бомбардировками не был стерт с лица земли. В числе самых первых директоров заводов страны в 1942 году удостоен звания Героя Социалистического Труда, по одному Указу с Д.Ф. Устиновым, А.М. Зальцманом и еще четырьмя руководителями оборонных предприятий. С ноября 1942 года Л. Гонор работал директором Уральского артиллерийского завода № 9 в Свердловске. Его опыт, высокий личный авторитет, большие связи в оборонной промышленности сыграли огромную роль на этапе становления НИИ-88.

Главным инженером стал Ю. А. Победоносцев. 9 августа 1946 года С.П.Королев был назначен главным конструктором «изделия №1» отечественного аналога ФАУ-2.

Первоначально структура НИИ-88 была всеохватной. Институт имел в своем составе специальное конструкторское бюро, группу научно исследовательских и проектных отделов и опытный завод. Отделы занимались разработкой баллистических ракет (начальник отдела С.П.Королев), зенитных ракет (начальники отделов Е.В.Синильщиков, С.Ю.Рашков, П. И. Костин) и двигателей к зенитным ракетам (начальники отделов Н.И. Уманский, А.М.

Исаев). Конструктор Д.Д.Севрук занимался жидкостными реактивными двигателями, тактическими и зенитными ракетами. Круг исследований научных и проектных отделов был поистине необъятен. Здесь пытались решить сложнейшие проблемы аэро- и газодинамики, топлива и материаловедения, прочности и систем управления.

22 апреля 1950 года было принято решение о формировании в институте ОКБ-1 по баллистическим ракетам (главный конструктор С.П. Королев) и ОКБ 2 по зенитным ракетам (главный конструктор К.И. Тритко). В 1951 году тематика зенитных ракет передается в Министерство авиационной промышленности, институт и конструкторский коллектив Королева продолжают разработку одного направления – баллистических ракет дальнего действия.

Венцом творческих усилий ученых, инженеров, рабочих являются полигонные испытания военной техники. На необходимости проведения испытательных пусков ракет конструкторы и военачальники настаивали с года. Первоначально планировалось провести испытания в Германии.

Одновременно искали место для ракетного полигона в СССР. Из нескольких вариантов в июле 1947 года был выбран Капустин Яр в Астраханской области.

К этому времени завершилась сборка десяти ракет ФАУ-2 в Подлипках.

Все детали и агрегаты их были вывезены из Германии.

Совсем недавно стал доступен уникальный документ – докладная записка высших руководителей Вооруженных сил и Министерства вооружений о проведении первых опытных пусков ракет А-4 (ФАУ-2), направленная И.В.

Сталину 28 ноября 1947 года. Из него мы узнаем о том, что в Германии работало 700 советских специалистов, 6000 немецких специалистов и рабочих.

Одновременно в Советской зоне оккупации Германии была сформирована специальная воинская артиллерийская часть – бригада особого назначения, перед которой была поставлена задача обучения и тренировки личного состава для проведения огневых стендовых испытаний и боевых пусков ракет А-4. После решения правительства о вывозе немецких специалистов для дальнейшей работы в СССР, вместе с ними из Германии было вывезено :

полностью составленная техническая документация на ракету А-4, 29 боевых ракет, собранных в Германии, на 10 ракет агрегатов и деталей россыпью для сборки ракет А-4 в Советском Союзе, производственное и лабораторное оборудование, два специальных поезда-лаборатории, построенных в Германии по проектам советских специалистов для обслуживания летных испытаний ракет общим количеством 120 специальных вагонов, и наиболее квалифицированные немецкие специалисты, работавшие по ракете А-4.

26 июля 1947 года И.В. Сталин подписал постановление Совета Министров СССР о проведении в сентябре-октябре 1947 года на советском полигоне опытных пусков ракет А-4. Руководство проведением испытаний осуществляла специальная комиссия во главе с начальником Главного артиллерийского управления Министерства Вооруженных сил маршалом Н.Д.

Яковлевым. В комиссию вошли Д.Ф. Устинов, И.А. Серов, Н.И. Воронцов, С.И.

Ветошкин и другие.

Техническое руководство пусками было возложено на С.П. Королева, по двигателю – на В.П. Глушко, по системе управления – на М.С. Рязанского, по гиросистеме – на В.И. Кузнецова, по наземному пусковому и заправочному оборудованию – на В.П. Бармина. К 15 октября 1947 года в исключительно короткие сроки инженерными войсками на ракетном полигоне, первым начальником которого стал генерал В.И. Вознюк, были построены железобетонный стенд для огневых испытаний ракет, техническая позиция, состоящая из четырех хранилищ и одной мастерской для подготовки и проверки ракет перед пуском;

стартовая площадка;

железнодорожные пути и другие сооружения.

Для наблюдения за ракетами в полете были организованы службы радиолокации в количестве шестнадцати локаторов различных систем, кинотеодолитная служба (шесть постов);

служба авиационного наблюдения в составе одного авиаполка;

метеостанция, служба единого времени и служба связи.

После осуществления всех подготовительных мероприятий 16 октября на стенде были проведены испытания ракет, как собранных в СССР, так и в Германии. Испытания показали надежную работу двигателей, и поэтому октября 1947 года была запущена первая ракета А-4 из числа собранных в СССР. Она поднялась на высоту 86 километров, пролетела на дальность 206, километра, достигнув максимальной скорости 1350 метров в секунду ( километров в час), и упала на 30 километров левее директриссы стрельбы.

В период с 18 октября по 13 ноября всего было проведено 11 опытных пусков ракет, которые показали, что методика расчета полета ракеты восстановлена и разработана вновь советскими специалистами правильно;

немецкая материальная часть ракеты сложна и громоздка в эксплуатации и не обеспечивает надежной и безотказной работы, а в ряде случаев конструктивно недоработана;

двигатели работали хорошо, но их конструкция требует доработки;

система автономного управления ракеты в основном удовлетворительна и может быть принята в качестве исходной для дальнейших разработок;

приборы контроля ракеты в полете отвечают своему назначению и могут быть использованы в дальнейшем;

наземное пусковое и заправочное оборудование обеспечило нормальное проведение испытаний, но имело ряд существенных конструктивных недостатков.

По итогам испытаний комиссия сделала вывод о том, что советские специалисты правильно восстановили техническую документацию, отдельные агрегаты, аппаратуру управления и ракету в целом, и освоили технику испытания на стенде и летные пуски ракеты. Испытания показали, что несмотря на сложность техники ракет, все же они являются эффективным оружием внезапного дальнего нападения на промышленные и жизненные центры противника. Первые пуски показали необходимость расширения и укрепления научно-исследовательских институтов, конструкторских бюро и опытных заводов, в частности строительства станции огневых испытаний НИИ 88 и создания Института гироскопической стабилизации. Следующим этапом развития новой отрасли вооружения стало создание отечественной ракеты дальнего действия (заводской шифр Р-1) дальностью 250-270 километров, параллельно которой форсированными темпами велись разработки ракет Р-2 дальностью 600 км и Р-3 дальностью 3000км.

Постановление правительства о начале работ по Р-1 вышло 14 апреля 1948 года.25 Фактически это была ракета А-4, сделанная в основном из отечественных материалов. По сравнению с немецким образцом были внесены минимальные изменения. Двигательная установка Р-1 создавалась в ОКБ- Министерства авиапромышленности в Химках под руководством В.П. Глушко.

Первый испытательный пуск ракеты был произведен 10 октября 1948 года на полигоне Капустин Яр. К недостаткам ракеты А-4 добавились и недоделки советских конструкторов. В результате летные испытания закончились неудачно. Из девяти ракет лишь одна достигла заданного района. Потребовался год, чтобы довести Р-1 до минимально удовлетворительных условий эксплуатации.

28 ноября 1950 года первая баллистическая ракета Р-1 была принята на вооружение. Эффективность нового оружия была низкой, а эксплуатация стоила очень дорого. Общее время подготовки ракеты к старту составляло часов. Радиус разрушения городских зданий от взрыва ее головной части не превышал 25 метров. Учитывая, что ракеты было невозможно хранить в заправленном состоянии, капризность и малый ресурс работы приборов системы управления, круговое вероятное отклонение Р-1 от цели на метров, была очевидной низкая эффективность нового оружия.

Постановка этих ракет на боевое дежурство была оправдана в тех условиях необходимостью отработки методов управления новым видом оружия, подготовкой боевых расчетов по обслуживанию ракет, изучением особенностей конструкции ракет в ходе их длительной эксплуатации.

Заметным этапом в развитии ракетной техники стало создание в 1948 1951гг. оперативно-тактической одноступенчатой баллистической ракеты Р-2.

В этой ракете С.П. Королев впервые применил отделяющуюся головную часть.

Отбросив ненужный груз, боеголовка могла пролететь большее расстояние.

Снижению массы способствовала и другая новинка – применение несущего бака горючего, выполненного из легких алюминиевых сплавов. Кроме того, была увеличена тяга двигателя, повышена точность стрельбы с помощью боковой радиокоррекции, площадь сильных разрушений увеличена до 950кв. м.

Однако боеготовность ракеты повысить не удалось, она составляла все те же часов. Боевое дежурство заправленной ракеты ограничивалось пятнадцатью минутами.

Летные испытания Р-2 длились три года и на первом этапе в октябре-декабре 1950 года завершились крайне неудачно. Только к концу 1952 года удалось резко снизить число отказов системы управления и двигательной установки, что позволило принять ракету на вооружение. Таким образом, необходимость развития ракетной промышленности имела объективные причины. Усилиями К.Э. Циолковского, Ф.А. Цандера, Н.И. Тихомирова и других ученых, отечественная теория и практика ракетостроения в первой трети XX века заняла лидирующие позиции в мире.

Во многом это было обусловлено поддержкой советского государства, которое поставило развитие ракетной техники на службу военному делу. Результатом такой политики стало формирование системы научных и конструкторских организаций во главе с первым в мире Реактивным НИИ и экспериментального производства опытных образцов ракетной техники. Стабильное финансирование заказов РККА, снабжение современным оборудованием, обеспечение лучшими кадрами позволило добиться заметных результатов в разработке и поставке на вооружение армии уникальных для того времени реактивных установок залпового огня и реактивных снарядов класса «воздух земля».



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.