авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

«Федеральное агентство по физической культуре, спорту и туризму Уральская государственная академия физической культуры Финадеев Александр Павлович ...»

-- [ Страница 4 ] --

Предлагаемый ЦК план на 1959 год не мог быть выполнен из-за острого дефицита комплектующих изделий и материалов, особенно гироскопических приборов, бортовой радиоаппаратуры, электрооборудования, специальной кабельной продукции, электровакуумных и радиотехнических изделий. Анализ возникшей ситуации, проведенный экспертами Госплана СССР, показал, что план ЦК на 1959 год совершенно нереален. В стране действовало всего два завода по производству гироскопов: в Саратове - № 205 и Раменском (Московская область) - № 149. Даже за счет сверхусилий они не могли выпустить больше 200-210 гироскопов за весь 1959 год. Четыре вновь строящихся завода по производству гироскопов (один из них в Миассе, а другой в Свердловске) ранее 1960-1961гг. ввести в эксплуатацию из-за перегрузки строительной программы было нереально. За счет имеющихся запасов этих приборов и загрузки опытного завода № 706 можно было обеспечить гироскопами в 1959 году не более 350 ракет Р-12. Бортовую и наземную радиоаппаратуру для ракет дальнего действия тогда выпускали только два завода №№ 897 и 157 в Харькове. В ближайший год намечалось перевести на производство этой продукции заводы № 679 в Киеве и № 373 в Омске. Начав в 1959 году с выпуска 55 ракет Р-12, пермская группа должна была в 1961-1965гг. производить по 200 ракет в год. Чтобы разгрузить пермские заводы от сверхнапряженного задания, Совет Министров СССР постановлением от 19 сентября 1959 года передал программу по выпуску cначала 10, а в 1963 году - 300 ракет Р-12 в год Оренбургскому заводу №47. При этом заводы № 172 и № 33 передали коллегам техническую документацию, наиболее важные агрегаты ракеты и направили для оказания технической помощи лучших специалистов. Длительное время узким местом в производстве ракетных двигателей для Р-12 оставалась станция горячих испытаний двигателя завода № 19.38 Как указывалось выше, проблему удалось решить с помощью ЮУУС, строительный участок которого в течение нескольких лет возвел все промышленные объекты станции.

В целом основные проблемы наладки серийного производства ракет Р- были решены в 1962 году.

В 1956-1960гг. в результате активного участия под руководством главного конструктора М.Ю. Цирульникова в разработках различных видов ракетной техники сформировалась лидирующая роль коллектива ОКБ – 172.

Важным этапом в его развитии стала работа над созданием фронтовой ракеты «Ладога» на твердом топливе, которая велась согласно постановлению Совета Министров СССР от 13 февраля 1958 года.39 В процессе проектирования, конструирования и летных испытаний ракета претерпела принципиальные изменения, сотрудники ОКБ овладели новейшими методами теоретических и исследований. экспериментальных Однако после успешных летных испытаний, в марте 1962 года правительство предписало прекратить все работы над ракетой как по неперспективному изделию.

Согласно постановлению ЦК КПСС и Совета Министров СССР от апреля 1961 года ОКБ-172 развернул разработку твердотопливной ракеты РТ-2, для серийного выпуска которой уже в 1967 году на базе завода и ОКБ-172 было образовано самостоятельное предприятие «Завод химического машиностроения».

К концу 50-х гг. определилась специализация свердловской группы заводов. Она имела двойную направленность. ОКБ-8, ОКБ-217, ОКБ-356 и ОКБ-379 разрабатывали зенитные ракетные комплексы и необходимые для их работы приборы и радиоаппаратуру. Другая часть разрабатывала и производила наземное оборудование для ракетной техники. К ним относились ОКБ-203, Центральное конструкторское бюро завода «Пневмостроймашина», ОКБ по специальным железнодорожным заправщикам.

Типичной для артиллерийских конструкторских бюро и заводов Урала является судьба ОКБ-9. Многие годы его коллектив проектировал полевую, танковую и самоходную артиллерию. С 1955 года основным направлением работы ОКБ-9 стала разработка и создание образцов тактических ракет на твердом топливе с комплексом наземного оборудования с диапазоном дальности 20-1200 км.41 При этом продолжались работы по старой тематике.

В 1958 году начался выпуск стартовых пороховых ракетных двигателей в связи с тем. что оборонные мощности предприятия были недогружены в связи с резким сокращением госзаказа на производство пушек. В порядке дозагрузки завод был привлечен для выпуска пороховых стартовых двигателей ПРД-18. С течением времени номенклатура выпускаемой продукции все больше расширялась, а план по ПРД вырос до 10 тыс. штук в год. Важным этапом в развитии коллектива ОКБ-9, возглавляемого Главным конструктором Ф.Ф.Петровым, стала работа над созданием ракетного противолодочного комплекса «Вьюга», который сменил производившуюся ранее «Онегу».

Постановлением Совета Министров СССР от 13 февраля 1958 года артиллерийское ОКБ-8, расположенное в Свердловске, было включено в разработку ракеты 3М8 для зенитного комплекса сухопутных войск «Круг».

Конкурентами выступили известные коллективы ЦНИИ-58 В.С. Грабина и ОКБ-2 П.Д. Грушина, однако ОКБ-8 под руководством Л.В.Люльева оказалось сильнее. И без того жесткие сроки разработки испытания ракеты 3М8 были сокращены еще на 6 месяцев постановлением Совета Министров СССР от июля 1959 года.43 Однако выполнение этого решения Правительства встретилось с многочисленными трудностями. Многие из них имели объективную причину и от коллектива не зависели. Так, например, изготовление опытных образцов ракеты 3М8 Заводу № 8, работавшему в одной связке с ОКБ, в план не включалось. На практике это приводило к тому, что напряженная работа по изготовлению очень сложных единичных образцов ракетной техники была экономически крайне невыгодна.44 В результате имелись многочисленные примеры того, как администрация цехов и участков завода под различными предлогами решительно уклонялась от принятия на себя обязательств по изготовлению опытных деталей и узлов ракет.

На партийном собрании завода № 8 был подвергнут жесткой критике директор завода М.В.Лавров за неумение и нежелание решать экономические и организационные вопросы, ежедневно возникавшие в ОКБ и на предприятии. Между директором завода и главным конструктором возник типичный для подобного рода предприятий конфликт. Суть его заключалась в том, что директор считал возможным изготовлять экспериментальные образцы ракет на базе серийного производства и сохраняя существующий порядок. Главный конструктор, наоборот, вел линию на обособление ОКБ-8 и передачу в его ведение части производственных цехов завода. Такая позиция объяснялась убежденностью Л.В.Люльева в том, что изготовление значительного количества опытных ракет для первичных испытаний на базе серийного производства успешно идти не может. Отсутствие единого взгляда на этот вопрос у руководства завода и ОКБ-8 пагубно сказывалось на ходе работ по созданию ракетной техники.

Среди руководителей всех уральских ракетных заводах существовало мнение, согласно которому считалось, что хотя серийное производство выполняет основную часть работы по изготовлению опытных образцов ракет и вносит большую долю участия в производственную отработку новых образцов ракет, моральные и материальные блага от результатов этой работы выпадают в основном на долю конструкторских бюро. Такие отношения свидетельствовали о недоработке руководства ракетной отрасли в создании эффективного механизма сотрудничества между коллективами конструкторов и производственников.

В данной ситуации конфликт был улажен с помощью заместителя председателя Свердловского Совнархоза Г.Д.Агаркова. Испытатели получили семьдесят две экспериментальные ракеты и задание правительства было выполнено. В этом существенная помощь была оказана со стороны завода № Южно-Уральского Совнархоза, который, согласно Постановлению Совета Министров СССР от 27 июля 1962 года, развернул серийное производство ракеты 3М8 для зенитного комплекса «Круг»46.

В 1962 году ракетную промышленность Урала пополнил Воткинский машиностроительный завод, приступивший к серийному производству разработанной в Златоусте ракеты Р-17 (8К14) «Скад». Завод проделал значительную работу по повышению культуры производства и качества выпускаемых изделий, так как прежний уровень работы не соответствовал повышенным требованиям ракетной промышленности. Однако военно промышленная комиссия Совета Министров СССР на своем заседании октября 1963 года отмечала, что в 1962 году завод получил 13 рекламаций и замечаний на 55 изделий 8К14, а за 9 месяцев 1963 года их было еще больше.

Члены комиссии тщательно разобрались в причинах столь низкого качества работы завода. Главными из них была штурмовщина, когда все изделия сдавались только в последней декаде месяца;

грубые нарушения технологических процессов;

низкая исполнительская дисциплина. Коллективу завода были предложены рекомендации лучших специалистов родственных предприятий отрасли. Проведенная через полгода проверка показала, что большая часть из них была реализована и привела к сокращению рекламаций в 4 раза. Подобные явления были характерны для всех молодых предприятий ракетной промышленности Урала. Не случайно самым острым вопросом всех производственных совещаний в министерствах, совнархозах, обкомах и горкомах партии всегда являлся вопрос о качестве продукции и борьбе за максимально возможное уменьшение количества рекламаций на продукцию ракетной промышленности. При этом спрос был строгий, несмотря на небольшой опыт работы администрации этих предприятий в новой для себя отрасли. За несоответствие стандартам качества руководителей всех уровней наказывали материально, по административной линии, а также по линии партии.

Директор завода № 13 г.Усть-Катава Челябинской области А.С.Белоконев руководил производством ракетных двигателей с 1954 года. Искренне переживая за результаты работы коллектива, он вступил в конфликт с руководителем военной приемки, обвиняя его в пристрастном отношении к руководству завода, бюрократизме, трусости и нежелании понять сложность технологического процесса на старом уральском заводе. Когда же подполковник Е.Н.Казанцев отказался «войти в положение» директора предприятия, тот пошел на приписки к выполнению плана. После первого же такого случая А.С.Белоконев был снят с работы. Таким образом, во второй половине 50-х гг. произошла коренная перестройка работы ракетной отрасли Урала, которая стала результатом изменения содержания военной доктрины СССР.

Абсолютизация политическим руководством страны роли ракетных войск в будущей войне привела к резкому ускорению темпов развития конструкторских организаций и промышленных предприятий ракетостроения.

Если до середины 50-х гг. Уральская ракетная промышленность работала только с ОКБ С.П. Королева, то ее структурная перестройка во второй половине 50-х гг. привела к тому, что на Урале развернулось производство ракетных систем С.П. Королева, М.К. Янгеля, В.Н. Челомея, А.А. Расплетина, двигателей В.П. Глушко и А.М. Исаева.

В эти годы в Миассе сформировался уникальный ракетный центр во главе с В.П. Макеевым, где проводились теоретические и экспериментальные научные исследования, велись конструкторские разработки, проводились испытания ракет, стартующих с подводных лодок и со временем ставших главной ударной силой ядерной триады вооруженных сил СССР. НПО «Автоматика», КБ машиностроения «Искра», Воткинский машиностроительный завод сформировались как головные предприятия ракетной промышленности СССР по выпуску основных типов ракет морского и сухопутного базирования для Ракетных войск стратегического назначения.

Производства ракетной техники качественно иного уровня потребовало и качественно иной инфраструктуры, которая должна была обеспечить головные предприятия всеми необходимыми деталями, узлами и приборами, многие из которых нужно было еще только освоить.

На территории Урала в ходе структурной перестройки вступили в строй три крупных предприятия по производству ракетного топлива, восемь предприятий по выпуску наземного оборудования стратегических ракет на жидком топливе. Особенно трудно шло освоение электронного оборудования и радиоаппаратуры. Если в 1955 году на Урале не было ни одного завода по выпуску гироскопов, то в 1960 их было уже три.

Тактико-технические данные ракет в огромной степени зависели от наличия качественной бортовой системы управления. К производству этого сложнейшего оборудования во второй половине 50-х годов было привлечено предприятий, пять из которых было реконструировано.

Все это позволяет сделать вывод о том, что в результате коренной перестройки ракетной отрасли Урала к началу 60-х годов была сформирована полноценная ракетная промышленность, способная производить ракетную технику высшего уровня качества.

§2. Этапы развития Уральского ракетно-ядерного промышленного комплекса Более чем пятидесятилетняя история развития ракетно-ядерного промышленного комплекса на Урале насыщена крупными достижениями и драматическими поворотами, острыми конфликтами и человеческими жертвами, многочисленными технологическими авариями и удивительными победами человеческого разума. Вместе с тем анализ становления и развития как отдельных предприятий, так и ракетно-ядерного промышленного комплекса Урала в целом позволяет выявить и обосновать хронологические рамки и содержание основных этапов его истории.

Начальный этап становления ракетно-ядерной отрасли приходится на 1945-1949 гг. В эти годы в атомной промышленности были осуществлены крупномасштабные научные исследования в области ядерной физики, радиохимии, металлургии, которые позволили выдать технические задания проектным организациям на строительство предприятий по производству плутония и обогащенного урана.

С осени 1945 года начинается строительство плутониевого и уранового комбинатов. Оно проходило в сложных условиях, когда, как и в годы Великой Отечественной войны, проектирование заводов шло параллельно их строительству и поэтому требовало больших затрат материальных и людских ресурсов, зачастую вело к нерациональному использованию рабочей силы, но в конечном счете было оправдано вследствие того, что уникальные предприятия были сооружены за рекордно короткие сроки.

Высокие темпы работы строителей поддержали производственники. В течение нескольких месяцев персонал предприятий освоил работу на принципиально новом промышленном оборудовании и сложнейшую, во многом экспериментальную технологию. Устраняя недостатки технологического процесса и постоянно его совершенствуя, инженеры и рабочие совместно с ведущими учеными страны добились стабильной работы комбината № 817. Это позволило накопить несколько килограммов металлического плутония для первой атомной бомбы. Успешным испытанием плутониевой атомной бомбы 29 августа 1949 года на Семипалатинском полигоне в Казахстане завершился наиболее трудный начальный этап создания атомной промышленности на Урале. Решение этой задачи было связано с использованием мобилизационных методов времен Великой Отечественной войны. Можно сказать, что для строителей и производственников война закончилась не 9 мая 1945 года, а 29 августа года. Последующие годы тоже были нелегкими, но такого тяжелого груза ответственности все равно уже не существовало. Подтверждением огромного значения одержанной победы стало присвоение Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 октября 1949 года звания Героя Социалистического Труда двадцати трем ученым, строителям, руководителям атомной промышленности и плутониевого комбината. В этот же день решением Совмина СССР 176 участников создания атомной промышленности удостоились звания лауреатов Сталинской премии 1, 2 и 3 степеней. Сообщение спецслужб США об испытании ядерного оружия в СССР вызвало в Белом доме состояние шока. По сведениям американской разведки, монополии США на ядерное оружие ничего не угрожало, по крайней мере до 1952 года. В США не придали серьезного значения выступлению В.М.Молотова на торжественном заседании Московского совета депутатов трудящихся 6 ноября 1947 года, в котором он заявил: «Известно, что в экспансионистских кругах Соединенных Штатов Америки распространилась новая своеобразная религия: при неверии в свои внутренние силы - вера в секрет атомной бомбы, хотя этого секрета давно уже не существует»52.

Мощность первой бомбы была относительно небольшой. Она составляла около четырех килотонн. Делению подверглось около 200г плутония, а 3800г испарилось при взрыве. Важнее было другое. Сам факт ядерного взрыва доказал, что руководство Спецкомитета избрало стратегически верный курс и обеспечило возможность развития атомной промышленности и в дальнейшем. Эта победа явилась результатом усилий многих предприятий Советского Союза, выпускавших необходимые материалы и оборудование.

Металлический уран, необходимый для работы атомных реакторов, накапливающих плутоний, производился на заводе № 12 в подмосковном г. Электросталь. Чтобы обеспечить бесперебойную работу Комбинат № 817, где началось строительство сразу нескольких более мощных реакторов, следовало наладить производство металлического урана в непосредственной близости от Базы-10. После начала работы первого реактора вышло постановление о расширении производства оружейного плутония. Это предполагало серийное изготовление ядерных боеприпасов во все более возрастающих количествах. С этой целью было необходимо построить завод по массовому выпуску ядерного оружия. Решение этих и других задач стало содержанием следующего этапа развития атомной промышленности на Урале.

Ракетной промышленности на Урале в 40-е годы не существовало. На всей его территории самые первые шаги делали малочисленные коллективы СКБ-358 и радиозавода № 379 в Каменск-Уральском. В тот период они решали скромные, но перспективные задачи освоения технологии изготовления самых первых советских ракет и радиооборудования для них. Следующий этап развития ракетной и атомной отраслей относится к периоду с 1949 года до середины 50-х годов. В эти годы завершается формирование полного цикла производства ядерного и термоядерного оружия.

Преодолев многочисленные объективные трудности, коллективы газодиффузионного комбината и завода по обогащению изотопов получили необходимое количество урана для второй бомбы. Детали боезаряда для нового типа ядерного оружия изготовлялись там же, на Комбинате № 817.

Успешное испытание урановой атомной бомбы произошло в октябре 1951 года. Постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 6 декабря 1951 года за организацию производства высокообогащенного урана-235 на Комбинате № 813, разработку и изготовление из нее новых образцов ядерного оружия звание Героя Социалистического Труда было присвоено директору А.И.Чурину, научному руководителю И.К.Кикоину и заместителю научного руководителя С.Л.Соболеву. Вторые Золотые Звезды получили И.В.Курчатов, Ю.Б.Харитон, К.И.Щепкин. Сталинские премии получили 390 человек из предприятий и организаций атомной промышленности, Академии наук и шести министерств. После решения проблемы создания ядерного оружия в принципе, правительство поставило перед руководством атомной промышленности задачу увеличить его производство не менее, чем в 30 раз с тем, чтобы сократить отставание от США в количестве атомных бомб.

В этих условиях правительство приняло решение построить три мощных реактора по производству плутония на Комбинате № 817: АВ-1, АВ-2 и АВ-3. В 1950-1952 годах все они вошли в строй. Используя опыт работы первого реактора, удалось избежать многих ошибок и неприятностей, быстро наладить оптимальный технологический режим. В эти же годы начали работать два тяжеловодных реактора. В результате на небольшой площадке размещалось шесть реакторов для производства плутония и один исследовательский реактор.

Таким образом, проблема увеличения объема производства делящихся материалов была решена. Быстрое увеличение производства плутония и урана вызвало необходимость в строительстве специального завода по сборке зарядов из них для атомных бомб. В начале 1952 года Управление строительства № получило задание начать сооружение объекта № 933. К его размещению предъявлялось одно главное условие: максимальная скрытность, недоступность для обнаружения разведкой США как с воздуха, так и с земли. Поэтому завод построили недалеко от маленького городка Юрюзани в 250 км к западу от Челябинска, в глубокой долине, заключенной между тремя горами, скрывавшими предприятие. Впоследствии город, выросший рядом со сборочным заводом, назвали Трехгорный, в открытой переписке - Златоуст-20, а затем Златоуст-36. Несмотря на многочисленные трудности, строители со своими задачами справились. Через три года после начала строительства, 1 августа 1955 года, состоялся пуск приборостроительного завода. Первым его директором стал крупный хозяйственный руководитель К.А.Володин. Пуск сборочного завода под Юрюзанью позволил осуществить серийный выпуск ядерного оружия различных модификаций, в том числе и для ракетных носителей.

Собранные ядерные боеприпасы требовали специальных условий хранения, исключавших любые отклонения от регламента. В соответствии с постановлением Совмина СССР от 1 августа 1952 года, одновременно со строительством в Златоусте-20, Управлению строительства № 247 было поручено сооружение объекта № 950, известного тогда как медный рудник, и организация новой стройплощадки п/я 101. Территория, предназначенная для рудника, находилась в глухой горно-таежной местности, еще более удаленной от транспортных сетей и крупных населенных пунктов, чем сборочный завод.

Однако обустройство площадки п/я 101 шло значительно более быстрыми тем пами.

Таким образом, к средине 50-х годов на Урале формируются основные элементы ядерного комплекса, включавшего не только производство плутония и урана, изготовление деталей ядерных зарядов, но и сборку боеприпасов и их хранение. Однако многотонная масса ядерных зарядов делала их малотранспортабельными даже для тяжелых бомбардировщиков, которые к тому же не были способны преодолеть систему ПВО, поэтому реальной угрозы вероятному противнику – США они нести не могли. В связи с этим по предложению министра среднего машиностроения В.А.Малышева была организована встреча И.В.Курчатова и С.П.Королева, на которой было принято принципиальное решение о создании тяжелой ракеты, способной нести ядерный заряд на расстояния 1200 км. Это был первый шаг к сращиванию ракетной и атомной промышленности. Такая ракета была испытана под индексом Р-5М в феврале 1956 года, но ее серийное производство передали на ракетный завод в Днепропетровске, а на Урале производство этой ракеты так и не было организовано. Ракетная промышленность Урала продолжала осваивать производство ракет с обычной боевой частью.

Главным содержанием второго этана развития атомной и ракетной промышленности Урала, наряду с формированием полного цикла производства ядерного оружия, являлось освоение технологии получения термоядерной бомбы и освоение производства ракеты Р-12 М.К.Янгеля с ядерной боевой частью. 12 августа 1953 года было осуществлено успешное испытание термоядерного оружия. В течение 1953-1954 гг. под руководством В.А.Малышева и И.В.Курчатова было проведено 14 испытаний более совершенного термоядерного оружия. Существовавшие в то время производственные мощности не позволяли удовлетворить возрастающие потребности в нем Вооруженных сил. Вследствие этого встал вопрос о создании серийного производства компонентов термоядерного оружия и ядерных боезарядов для него.

Строительство еще одного предприятия неизбежно привело бы к распылению материальных и людских ресурсов и, как следствие, к замедлению темпов сооружения сибирских комбинатов. Поэтому производство термоядерного оружия разместили на площадке завода № 418, находившейся под Нижней Турой в Свердловской области. В июне 1951 года на этом предприятии были остановлены мощности по выпуску высокообогащенного урана. Электромагнитный метод признали неэффективным и дорогостоящим.

Началось проектирование, строительство, а затем постепенный ввод новых цехов и площадок для выпуска термоядерного оружия. В 1952 году начинается производство первых изделий. С 1954 года завод № 418 приступил к изготовлению и серийному выпуску термоядерного оружия, разработчиком которого выступало КБ-11 во главе с академиком Ю.Б.Харитоном. В целом, к середине 50-х завершилось формирование основных элементов системы предприятий атомной промышленности. Как следует из предыдущего параграфа диссертации, в основном, этот процесс был завершен и в ракетной промышленности Урала. Отличительными особенностями являлись компактное размещение предприятий на относительно небольшой территории, полнота цикла производств ядерного, термоядерного и ракетного оружия от исходного полуфабриката до конечного изделия. К этому времени технология многих предприятий или части ее оставалась опытной и постоянно совершенствовалась. Ученые академических и отраслевых НИИ являлись активными участниками модернизации старых и внедрения новых технологий на всех предприятиях ракетной и атомной промышленности Урала. Наиболее ярким примером этого являются переход от газодиффузионной к центрифужной технологии получения обогащенного урана на Комбинате № и разработка принципиально нового смесиевого топлива для ракет на Комбинате им. С.М.Кирова в Перми. С середины 50-х годов начинается следующий этап развития, когда ракетная и атомная промышленности Урала начинают приобретать качественно новые черты, что в конечном счете приводит к формированию единого ракетно ядерного комплекса, объединяющего теоретическую и конструкторскую разработку новых типов ядерного и термоядерного оружия, их изготовление и размещение на ракетных носителях, разработанных и изготовленных здесь же, на Урале.

Начало этому положило решение правительства от 30 июня 1954 года о создании на Урале дублера КБ-11 - Всесоюзного научно-исследовательского института экспериментальной физики. Первоначально предполагалось разместить сверхсекретный объект в Новосибирской, Томской областях или Красноярском крае. Однако все три варианта были отклонены из-за того, что в этих регионах уже шло строительство комбинатов Минсредмаша или предлагаемые территории были настолько удалены от дорог и крупных промышленных центров, что обустройство стройплощадок и сооружение института потребовало бы слишком много времени. По предложению Л.П.Завенягина объект решили построить между Челябинском и Свердловском. Разветвленная транспортная сеть, близость плутониевого комбината позволяли оперативно решать вопросы изготовления экспериментальных узлов термоядерных устройств. Свою роль сыграло наличие на новой площадке действующей лаборатории "Б" Н.Л.Тимофеева Ресовского с жилищным фондом и минимальной социальной инфраструктурой, что создавало возможность сразу, не дожидаясь окончания строительства института, начать работы по основной тематике. Директором института стал Д.Е.Васильев, руководивший до этого заводом № 418, а научным руководителем - заместитель Ю.Б.Харитона К.И.Щелкин.

Постановлением Совета Министров СССР от 24 марта 1955 года строительство объектов НИИ-1011 было определено первоочередным со сдачей их в эксплуатацию в два этапа: первая очередь в 1956 году, вторая - в 1957 году.

Первая тематика нового института перешла из КБ-11, так как его руководство и главные специалисты вышли из коллектива Ю.Б.Харитона и участвовали в создании опытных образцов зарядов. Вклад их был отмечен государственным наградами, премиями, многие получили почетные звания. На Урале конструкторскими работами по созданию зарядов руководили В.Ф.Гречишников и Г.Л.Цырков, начальниками подразделений были П.А.Есин, А.Д.Захаренков, а проведением ядерных испытаний — Л.Ф.Клопов и Г.П.Ломинский.

Для начала новому коллективу было поручено совершенствование РДС- - первого термоядерного заряда, испытанного в 1953 году. Однако идея последующего совершенствования РДС-6 развития не получила. Со второй половины 1954 года приоритетной становится новая схема заряда, индексированного как РДС-37. Этот заряд с самого начала проектировался как оружие. 22 ноября 1955 года в 9.47 утра экипажем ТУ-16 РДС-37 был сброшен на Семипалатинском полигоне. Системой автоматики "изделие" было подорвано на высоте 1550 метров. Его мощность составила 1,7 мегатонны. Так, за короткое время советские ядерщики придумали, рассчитали, сконструировали, изготовили и испытали два принципиально разных термоядерных заряда. В их создании участвовали и те, кто составил ядро физиков-теоретиков, конструкторов и технологов нового института.

Становление его было трудным. Коллективу приходилось работать в двух местах: на старом объекте и на новом, изготавливать свои конструкции на нескольких заводах страны, включая и уральские. И тем не менее, через два года после создания института, уже в апреле 1957 года, НИИ-1011 начал испытывать ядерные заряды своей разработки.

К концу 50-х годов возникло уникальное сообщество расположенных в непосредственной близости друг от друга ракетного центра академика В.П.Макеева, конструкторов ядерного оружия НИИ-1011 академика Е.А.Забабахина и специалистов НПО «Автоматика» академика Н.А.Семихатова.

Сотрудничество этих предприятий развивалось в полном соответствии с требованиями системного подхода, о котором так много писали на Западе и который у нас теоретически только начал развиваться. Но уральские предприятия, объединенные единой целью — созданием ядерно-ракетных комплексов стратегического назначения, базирующихся на подводных лодках, — начали применять комплексный подход к решению поставленных задач с 1955 года. Уже при решении первой совместной задачи, создании первой отделяемой боеголовки с ядерным зарядом баллистической ракеты Р-13, проявилось стремление решать ее совместно и комплексно. С испытанным ядерным зарядом, разработанным в НИИ-1011 в 1957 г., боеголовка ракеты Р 13 удовлетворяла требованиям заказчика, но только по величине энерговыделения. Надо было придумывать нечто новое, чтобы выполнить остальное. Это новое было предложено Кириллом Ивановичем Щелкиным, и оно заключалось в совмещении корпусов боеголовки и ядерного заряда. Это не только позволило обеспечить требуемые габаритно-весовые характеристики боеголовки, но выполнить и другие требования заказчика, хотя при этом ядерный заряд и потерял одно из своих важных качеств: возможность применения в других боеголовках. Но главнее этого было то, что, благодаря взаимопониманию руководителей КБМ и НИИ-1011, укрепилось на долгие годы тесное содружество этих организаций. Сменивший К.И.Щелкина в 1960 году на посту научного руководителя Е.И. Забабахин совместно с главными конструкторами боевых частей А.Д.

Захаренковым и сменившим его О.Н. Тиханэ и главным конструктором ядерных зарядов Б.В. Литвиновым продолжили и развили идею совместного проектирования боеголовок. Результатом этого сотрудничества явилось создание уникальных по своим боевым и баллистическим характеристикам конструкций.

Создание ракетных комплексов дальнего действия, базирующихся на подводных лодках, по праву считается одним из сложнейших видов конструкторской деятельности. Высокие требования заказчика к характеристикам, как ракетного комплекса в целом, так и к его компонентам:

системе управления и наведения, боеголовке и топливу, а также необходимость учитывать особенности размещения ракеты на подводной лодке — все это делало создание морских ракетных комплексов очень сложной научно-техниче ской работой, требовавшей привлечения огромного числа участников.

Для руководства комплексом всех работ В.П. Макеев организовал Совет Главных Конструкторов — весьма действенный орган управления разработками, которым он успешно руководил до самой своей смерти.

Ветераны как атомной, так и ракетной промышленности запомнили виртуозное ведение этих заседаний В.П. Макеевым. Бесконечное терпение в уговаривании одних и жесткий безапелляционный разговор с другими, вникание в, казалось бы, мелочные вопросы и смелые неожиданные предложения для решения ключевых проблем.

Обсуждение вопросов, связанных с созданием боеголовок, ввиду их особой секретности, В.П. Макеев проводил отдельно от обсуждения вопросов, выносимых на Совет Главных Конструкторов. Специалистам по разработке ядерных зарядов и ракетчикам приходилось совместно решать многие задачи, связанные с созданием боеголовок.

Впервые в практике конструирования ядерных боеголовок в СССР конструкторами ВНИИП (новое наименование НИИ-1011 с 1968 г.) и КБМ были созданы так называемые "плотные компоновки", в которых корпус боеголовки и ядерный заряд как бы "подгонялись" друг под друга, в результате чего достигалась экономия в массе боеголовки, не в ущерб при этом энерговыделению ядерного заряда и его универсальности, т. е. возможности применить его в боеголовках другой геометрии.

Особенно сложным оказалось решение проблемы создания особо малогабаритного боевого блока. Успех стал возможным только при совместной дружественной и в то же время принципиальной работе коллективов — КБМ и ВНИИП. Этот стиль был заложен В. П. Макеевым, К. И. Щепкиным, поддержан и развит Е. И. Забабахиным. В нем — залог дальнейших успехов ГРЦ и РФЯЦ—ВНИИТФ. Сама практика сформулировала главный принцип совместного проектирования ядерщиков и ракетчиков. Для оптимального функционирования объекта, состоящего из нескольких подобъектов, проектируемых разными организациями, этим организациям необходимо соблюдать принцип самопожертвования: каждый подобъект проектируется только из соображений достижения максимальной эффективности основного объекта. Б.В.Литвинов и его коллеги назвали этот принцип "групповым принципом Родена": от камня отсекается все, что мешает увидеть скульптуру. К концу 1958 года, когда Советский Союз объявил мораторий на ядерные испытания, новый институт провел их более десяти. Чтобы добиться такого выдающегося результата, ограничения в производственных возможностях приходилось компенсировать энтузиазмом и умелым использованием сочетания серийных и ранее изготовленных узлов с новыми. В целом, это приводило и к экономии средств, и к экономии времени. В тоже время испытанные конструкции ядерных зарядов были новыми и оригинальными. За эти работы шесть сотрудников института - К.И.Щелкин, Е.И.Забабахин, В.Ф.Гречишников, Ю.А.Романов, Л.П.Феоктистов и М.П.Шумаев - были удостоены в 1958 году Ленинской премии.

Мораторий на ядерные испытания продлился до осени 1961 года. В этот период окончательно сформировалась структура уральского ракетно-ядерного промышленного комплекса с теоретическими, исследовательскими, проектно конструкторскими и производственными подразделениями, вспомогательными службами, управленческим аппаратом, расположенными во всех крупнейших центрах Урала. За эти годы были построены промышленные корпуса для новых типов ядерных реакторов на предприятиях атомной промышленности, объекты ракетной промышленности и вся необходимая к ним инфраструктура.

В этот период было разработано много различных зарядов в интересах всех родов войск, но особенно большое число испытаний проводилось па зарядах для межконтинентальных баллистических ракет, в развертывании которых наша страна сильно отставала от США.

В результате этих процессов пальма первенства в разработке принципиально новых ядерных боеприпасов и оснащение ими ракет наземного и морского базирования не только тяжелого класса, но и среднего и даже тактического перешла к уральскому ракетно-ядерному промышленному комплексу.

В ходе серии воздушных испытаний в 1959-1961 гг. ВНИИФТ (НИИ 1011) в короткий срок был разработан ряд зарядов для стратегических ракет, которые прошли успешные испытания и выдержали конкуренцию с зарядами разработки КБ-11.

В то же время взаимопомощь и своеобразное соперничество двух ядерных центров в Сарове и Снежинске в научных и тематических разработках оказались весьма полезными. С возникновением нового ядерного центра на Урале передний фронт науки, обеспечивающий оборонную мощь страны, получил новый импульс. Стала возможной крайне необходимая беспристрастная и компетентная оценка разрабатываемых снарядов. Ее могли теперь давать специалисты, находящиеся на одинаковом с разработчиком профессиональном уровне, но не участвующие в данной конкретной работе. Крупным достижением института стало создание заряда в боеголовке новой баллистической ракеты У-500, которую проектировали в кон структорском бюро, возглавляемом академиком В.Н.Челомеем. Удачно испытанный институтом термоядерный заряд позволял ему осуществить идею создания многозарядной головной части, с помощью которой тремя ядерными зарядами можно было поразить гораздо большую площадь, чем одним зарядом той же мощности. Серийное производство этой ракеты с 1965 года было развернуто на заводах Пермской группы. В конце 50-х годов США завершили отработку баллистических ракет "Поларис" с ядерными боеголовками, устанавливаемыми на атомных подводных лодках, причем с одной лодки, находящейся в подводном положении, могли стартовать 16 ракет. Военно-стратегическая важность такого ракетно-ядерного комплекса очевидна: удар мог наноситься из любой точки мирового океана, скрытность и неуязвимость подводных лодок позволяли использовать их и как оружие неотвратимого "возмездия" в том случае, если противник нанесет ядерный удар первым. Создание аналогичного ракетно ядерного комплекса для ВМФ страны было поручено конструкторскому бюро В.П.Макеева, находившемуся в уральском городе Миассе, и ВНИИТФ. Успех работы в огромной степени зависел от взаимопонимания и тесных увязок совместных решений обоих коллективов. Именно благодаря такому стилю работы, конструкторам института и конструкторскому бюро Макеева удалось объединить заряд и боевой блок в единый корпус. Такое конструктивное новаторское решение позволило создать боевой блок с необычно высокими характеристиками. Боевая часть с зарядом для оснащения морской ракеты, стартующей с подводной лодки из надводного положения, была принята на вооружение в 1960 году. В 1963 году флот получил ядерную головную часть для новой баллистической ракеты Р-21 стартового комплекса Д-4. Ракета с надводным стартом находилась на вооружении Военно-морского флота до 1972 года. Завершение создания этого ракетного комплекса означало, что на Урале успешно начала функционировать база морского ракетостроения с ядерными боевыми частями. Это означало также, что страна воздвигает надежный ядерный щит - замкнутую триаду стратегических оборонительных сил: "межконтинентальные баллистические ракеты наземного базирования баллистические ракеты подводных лодок - стратегическая авиация".

С полным основанием можно говорить о значительном вкладе уральских ракетных и ядерных центров в наполнение всех трех компонентов триады реальными образцами ядерных боеприпасов. Что касается морского компонента, то здесь роль ВНИИФТ является решающей, так как разработка специальных боевых частей для морских баллистических ракет подводных лодок являлась исключительно его прерогативой.

Таким образом, Урал стал единственным регионом СССР на территории которого сложился единый ракетно-ядерный промышленный комплекс, в рамках которого осуществлялись все этапы создания ракетно-ядерного оружия – от проведения фундаментальных научных исследований до серийного производства изделий.

Ракетно-ядерная промышленность на Урале прошла несколько этапов развития. Первый из них длился с осени 1945 по 1958 г. В рамках этого периода атомная и ракетная промышленность развивались параллельно и независимо друг от друга. Вместе с тем содержание процессов развития этих двух отраслей, объективно имело своим результатом интеграцию в единую систему.

Взяв за основу американскую конструкцию атомной бомбы, отечественная атомная промышленность ориентировалась на авиацию, как средство ее доставки. При этом мощность, а вместе с ней масса и размеры ядерного боеприпаса становились все больше. Развитие ракетной промышленности происходило в той же последовательности, по пути увеличения мощности ракет и, следовательно, увеличения полезной массы перемещаемой на максимальное расстояние. Однако даже самая мощная ракета до середины 50-х гг. не могла служить средством доставки для ядерного боеприпаса нужной для военной мощности.

С середины 50-х гг. начался второй этап развития атомной и ракетной промышленности, завершившийся их полной интеграцией. Ракеты сухопутного базирования достигли столь значительной мощности, что стали способны доставлять ядерный боеприпас на любое расстояние. Эти системы создавали Пермская группа ракетных заводов и Южно-Уральские предприятия атомной промышленности.

Второе направление ракетно-ядерного промышленного комплекса для ракет подводного базирования развивалось по пути миниатюризации ядерных боеприпасов. Эти системы создавались Миасской группой ракетных предприятий, коллективом ВНИИТФ в Снежинске и заводами Среднего Урала.

Формирование Уральского ракетно-ядерного промышленного комплекса завершилось к середине 60-х гг., что позволило уже к началу 70-х гг. достичь паритета ракетно-ядерного вооружения с западом и сделало новую мировую войну бессмысленной.

На основании содержания данной главы можно сделать следующие выводы.

К середине 50-х гг. на Урале сложились предпосылки к созданию уникального ракетно-ядерного промышленного комплекса. Постановлениями Совета Министров СССР 1954-1956 гг. была намечена крупномасштабная программа перестройки уральской ракетной промышленности для производства изделий с принципиально иными тактико-техническим данными.

Коллективы отрасли накопили опыт разработки конструкций освоения технологии, организации производства ракетной техники. Было налажено эффективное взаимодействие с головными министерствами, НИИ, конструкторскими и производственными коллективами, проведена переподготовка кадров специалистов, выдвинулась когорта молодых руководителей ракетостроения.

В этих условиях основная ответственность за развитие новых ракетных систем легла на организации, созданные в первые послевоенные годы. В то же время в ракетостроении были вовлечены десятки предприятий авиационной, оборонной, химической и радиопромышленности, производственный процесс на которых полностью или частично перепрофилирован на выпуск изделий новой отрасли.

Модернизация и расширение предприятий ракетостроения на Урале позволило перейти на выпуск межконтинентальных баллистических ракет второго поколения сухопутного, морского и космического базирования, противокосмического оружия. Эти новейшие системы оснащались ядерными боевыми частями различных конструкций и назначения, которые производились также на Урале.

Атомная промышленность на Урале, имевшая законченный цикл производства, в процессе интеграции с ракетостроением должна была перестроить всю свою технологию в интересах адаптации ядерных боеприпасов под возможности ракетных систем. В результате принятия принципиально новых технических решений при разработке конструкций ракет и ядерных боеприпасов были созданы изделия, максимально отвечавшие требованиям военной доктрины.

Уральский ракетно-ядерный промышленный комплекс превратился в саморазвивающуюся систему, потенциал которой позволял создать оружие с любыми характеристиками, назначением и местом базирования.

Заключение Научно-техническая революция в сороковые годы двадцатого столетия привела к трем великим открытиям в области науки и техники, оказавшим глобальное влияние на весь ход исторического мирового процесса второй половины прошлого века. Ядерная энергия, ракетная техника и радиолокация перевернули бытовавшие представления о возможностях человечества. Однако в условиях холодной войны эти великие достижения разума были использованы противоборствующими общественно-политическими системами для создания небывалого по силе разрушения оружия массового поражения.

Необходимость развития ракетной техники имела объективные причины, Российские ученые и инженеры вывели отечественную теорию и практику ракетостроения в первой трети XX века на лидирующие позиции в мире. Во многом это было обусловлено поддержкой советского государства, которое поставило развитие ракетной техники на службу военному делу. Результатом такой политики стало формирование системы научных и конструкторских организаций во главе с первым в мире Реактивным НИИ и экспериментального производства опытных образцов ракетной техники. Заинтересованность руководства РККА новым видом оружия обеспечило стабильное финансирование, снабжение современным на то время оборудованием и качественными материалами, обеспечение лучшими кадрами специалистов. Это позволило добиться заметных результатов в разработке и принятию на вооружение уникальных реактивных установок залпового огня и реактивных неуправляемых снарядов класса «воздух-земля».

Вместе с тем, ракетостроение находилось в полной зависимости от субъективных взглядов высшего командного состава РККА на перспективы развития ракетного оружия. Негативная сторона такого положения дел стала особенно заметной в ходе террора 1937-1938 гг., когда репрессии среди военных повлекли за собой аресты ведущих специалистов РНИИ. Вместе с недостатком всех видов ресурсов, низким уровнем приборостроения и качеством выпускаемых советской промышленностью материалов это предопределило заметное отставание отечественного ракетостроения от высокого уровня, достигнутого Германией.

Освоение в 1945-1947 гг. советскими специалистами опыта развития ракетной промышленности в Германии позволило не только всесторонне изучить конструкции ракет, но и технологию, организацию производства.

Очевидные недостатки немецкой ракетной техники заставили отечественных специалистов пойти по пути оригинальных конструктивных решений. Однако производственная база новой отрасли была крайне слабой. Несмотря на все экономические трудности, переживаемые экономикой страны в послевоенный период, правительство стало осознавать необходимость развертывания ракетной промышленности.

К этому выводу руководство СССР пришло в результате трудного процесса пересмотра основных положений военной доктрины и роли в ней ракетного оружия. В послевоенные годы уровень ракетостроения не отвечал потребностям военных;

радиус действия и масса доставляемого боеприпаса делало ракеты тактическим оружием, в то время как территория США была для него недосягаемой.

В середине 50-х гг. XX века пересмотр сталинской военной доктрины происходил на фоне создания разработчиками ракетной техники и ядерных боеприпасов принципиально новых видов изделий, способных решать сложнейшие военно-технические проблемы противостояния с США на условиях паритета. В результате у нового руководства государством сформировалось убеждение об универсальности ракетно-ядерного оружия. Его абсолютизация привела к деформации военной доктрины и стратегии развития видов Вооруженных сил.

С конца 50-х гг. развернулся процесс создания промышленной базы для массового производства ракет для всех видов Вооруженных сил СССР.

Принципиально решена сложнейшая проблема создания оружия против баллистических ракет и спутников, обеспечивших перевод военных действий в ближний космос. Вопрос достижения паритета по ракетно-ядерному вооружению стал лишь фактором времени.

Формирование ракетной промышленности представляло собой сложную задачу. Особенно долго шел поиск оптимальной системы управления новой отрасли.

Создание аналогично атомному проекту Специального комитета по реактивной технике не привело к тождественным результатам. Спецкомитет № 2 не смог добиться необходимого объема финансирования, обособления от остальной промышленности, строительства наукоградов и закрытых городов, как это было сделано в те же, 40-е годы в атомной отрасли. Относительно низкий статус спецкомитета № 2 нашел выражение в том, что руководили им государственные деятели более низкого уровня, чем Спецкомитетом № 1, атомного проекта.

Роспуск Спецкомитета и образование Третьего главного управления при Совете Министров СССР привели к росту самостоятельности министерств, ответственных за выпуск отдельных видов ракетных систем и оборудования к ним. Преодолеть разобщенность все более возраставшего числа организаций и предприятий в рамках единого ракетно-ядерного промышленного комплекса страны должно было Министерство среднего машиностроения. Его руководитель имел ранг заместителя Председателя Совета Министров СССР, что свидетельствовало об усилении Военно-промышленного комплекса в руководстве страной.

Еще одним свидетельством развития ВПК стало образование Специального комитета Совета Министров СССР, возглавившего развитие атомной, ракетной и радиоэлектронной промышленности.

Центростремительные силы в руководстве военной промышленностью потеряли свое влияние с утверждением у власти Н.С. Хрущева, взявшего курс на развитие горизонтальных связей в экономике. Это привело к дроблению ракетной промышленности на предприятия, подчиненные центру и совнархозам, что создавало дополнительные трудности для ракетостроения, в которой доля научных исследований и конструкторских разработок была особенно велика.

Все более возраставшая сложность ракетной техники, увеличение и усложнение числа задач, вставших перед отраслью в начале 60-х гг.

потребовали сверхконцентрации всех видов ресурсов в одном центре. В результате в 1965 году было образовано Министерство общего машиностроения, покончившее с двадцатилетним периодом децентрализованного развития ракетной промышленности.

Отечественная школа ракетостроения, вобрав в себя богатейший опыт разработки двигателей и летательных аппаратов военных лет, не стала эпигоном немецких конструкторов, а сохранила самостоятельный подход к проблемам развития ракетного оружия. Советские специалисты в кратчайшие сроки глубоко и всесторонне разобрались в достоинствах и недостатках немецкой ракетной техники и стремительно ушли вперед. Однако технологическое освоение массового промышленного производства изделий происходило намного труднее. В стране не хватало самых элементарных материалов, приборов, оборудования, а имевшиеся не соответствовали требованиям ракетостроения.


Первоначальная инфраструктура Уральской ракетной промышленности формировалась в экстремальных условиях. Главные ресурсы страны шли на создание атомной промышленности, так как она уже стала субъектом международной политики, а ракетная промышленность такого статуса еще не приобрела. В 1946-1948гг. образовалась основная структура ракетной отрасли в центре, оформились головные для всей страны научно-исследовательские и конструкторские организации, располагавшие опытно-экспериментальным производством, продукция которых проходила летные испытания на центральном полигоне.

Система головных организаций и предприятий Московского промышленного района уже с конца 1940-х гг. стала донором для более чем двадцати НИИ, лабораторий, специальных конструкторских бюро и опытных производств. Подавляющая их часть возводилась на востоке страны : в Поволжье, на Урале и в Сибири. Наибольшая их часть разместилась на Урале.

За годы Великой Отечественной войны этот регион стал крупнейшим военно промышленным центром Советского Союза. Здесь находились неисчерпаемые, как тогда казалось, запасы полезных ископаемых;

крупнейшие строительные организации, сотни предприятий оборонной промышленности;

здесь были сосредоточены умеющие эффективно трудиться кадры инженеров, техников, рабочих во главе с «золотым» директорским корпусом.

Однако по-настоящему воспользоваться возможностями Урала поначалу не получилось. Изначально замышлявшееся серийное производство в Златоусте не удалось, как по объективным, так и по субъективным причинам. Попытка повторить немецкий опыт строительства подземного завода в Миассе также ни к чему не привела. Вследствие этого вся инфраструктура ракетной отрасли на Урале развивалась до середины 50-х гг. XX века как опытно экспериментальная, без завершающего промышленного звена. Положение коренным образом изменилось с появлением отечественных образцов ракетной техники всех возможных в то время направлений.

Во второй половине 50-х гг. произошла коренная перестройка работы ракетной отрасли Урала, которая стала результатом изменения содержания военной доктрины СССР.

Абсолютизация политическим руководством страны роли ракетных войск в будущей войне привела к резкому ускорению темпов развития конструкторских организаций и промышленных предприятий ракетостроения.

Если до середины 50-х гг. Уральская ракетная промышленность работала только с ОКБ С.П. Королева, то ее структурная перестройка во второй половине 50-х гг. привела к тому, что на Урале развернулось производство ракетных систем С.П. Королева, М.К. Янгеля, В.Н. Челомея, А.А. Расплетина, двигателей В.П. Глушко и А.М. Исаева.

В эти годы в Миассе сформировался уникальный ракетный центр во главе с В.П. Макеевым, где проводились теоретические и экспериментальные научные исследования, велись конструкторские разработки, проводились испытания ракет, стартующих с подводных лодок и со временем ставших главной ударной силой ядерной триады вооруженных сил СССР. НПО «Автоматика», КБ машиностроения «Искра», Воткинский машиностроительный завод сформировались как головные предприятия ракетной промышленности СССР по выпуску основных типов ракет морского и сухопутного базирования для Ракетных войск стратегического назначения.

Производства ракетной техники качественно иного уровня потребовало и качественно иной инфраструктуры, которая должна была обеспечить головные предприятия всеми необходимыми деталями, узлами и приборами, многие из которых нужно было еще только освоить.

На территории Урала в ходе структурной перестройки вступили в строй три крупных предприятия по производству ракетного топлива, восемь предприятий по выпуску наземного оборудования стратегических ракет на жидком топливе. Особенно трудно шло освоение электронного оборудования и радиоаппаратуры. Если в 1955 году на Урале не было ни одного завода по выпуску гироскопов, то в 1960 их было уже три.

Тактико-технические данные ракет в огромной степени зависели от наличия качественной бортовой системы управления. К производству этого сложнейшего оборудования во второй половине 50-х годов было привлечено предприятий, пять из которых было реконструировано.

Все это позволяет сделать вывод о том, что в результате коренной перестройки ракетной отрасли Урала к началу 60-х годов была сформирована полноценная ракетная промышленность, способная производить ракетную технику высшего уровня качества.

Урал стал единственным регионом СССР на территории которого сложился единый ракетно-ядерный промышленный комплекс, в рамках которого осуществлялись все этапы создания ракетно-ядерного оружия – от проведения фундаментальных научных исследований до серийного производства изделий.

Ракетно-ядерная промышленность на Урале прошла несколько этапов развития. Первый из них длился с осени 1945 по 1958 г. В рамках этого периода атомная и ракетная промышленность развивались параллельно и независимо друг от друга. Вместе с тем содержание процессов развития этих двух отраслей, объективно имело своим результатом интеграцию в единую систему.

Взяв за основу американскую конструкцию атомной бомбы, отечественная атомная промышленность ориентировалась на авиацию, как средство ее доставки. При этом мощность, а вместе с ней масса и размеры ядерного боеприпаса становились все больше. Развитие ракетной промышленности происходило в той же последовательности, по пути увеличения мощности ракет и, следовательно, увеличения полезной массы перемещаемой на максимальное расстояние. Однако даже самая мощная ракета до середины 50-х гг. не могла служить средством доставки для ядерного боеприпаса нужной для военной мощности.

С середины 50-х гг. начался второй этап развития атомной и ракетной промышленности, завершившийся их полной интеграцией. Ракеты сухопутного базирования достигли столь значительной мощности, что стали способны доставлять ядерный боеприпас на любое расстояние. Эти системы создавали Пермская группа ракетных заводов и Южно-Уральские атомные предприятия.

Второе направление ракетно-ядерного промышленного комплекса для ракет подводного базирования развивалось по пути миниатюризации ядерных боеприпасов. Ракетное оружие этого класса разрабатывалось и производилось Миасской группой ракетных предприятий, коллективом ВНИИТФ в Снежинске и заводами Среднего Урала.

Формирование Уральского ракетно-ядерного промышленного комплекса завершилось к середине 60-х гг., что позволило уже к началу 70-х гг. достичь паритета ракетно-ядерного вооружения с Западом и тем самым сохранить равновесие в противостоянии двух военно-политических блоков до окончания холодной войны.

ПРИМЕЧАНИЯ Введение 1. Циолковский, К.Э. Труды по ракетной технике /Под ред. М.К. Тихонравова.

– М.: Изд-во «Оборонгиз», 1947;

Цандер, Ф.А. Проблема полета при помощи ракетных аппаратов /Под ред. М.К. Тихонравова. – М.: Изд-во «Оборонгиз», 1957;

Кондратюк, Ю.В. Завоевание межпланетных пространств /Под ред.

П.И. Иванова. – М.: Изд-во «Оборонгиз», 1947;

Оберт, Г. Пути осуществления космических полетов. – М.: Изд-во «Оборонгиз», 1948;

Эно Пельтри, Р. Космические полеты. – М.: Изд-во «Оборонгиз», 1950;

Штернфельд, А. Полет в мировое пространство. – М.-Л.: Гостехиздат, 1949;

Саттон, Д. Ракетные двигатели. – М.: Изд-во «Иностранная литература», 1952;

Валье, М. Полет в мировое пространство. – М., 1935;

Лей, В. Ракеты и полеты в космос. – М., 1958;

Зенгер, Г. Техника космического полета. – М., 1947;

Гэтлэнд, К.У. Развитие управляемых снарядов. – М., 1956.

2. Перельман, Я.И. Межплатнетные путешествия. – М.-Л.: Изд-во «ОНТИ», 1935;

Чевыльга, Н. Рядом с молниями. – М., 1948;

Перельман, Я.И.

Циолковский, его жизнь и технические идеи: // Циолковский К.Э. Грезы о земле и небе. – М.-Л.: Изд-во «ОНТИ», 1938. – С.5-35;

Ляпунов, Б.В.

Рассказы о ракетах /Под ред. М.К. Тихонравова. – М.Л., 1950;

Ляпунов, Б.В.

Проблема международных путешествий в трудах отечественных ученых. – М., 1951;

Гильзин, К.А. Ракетные двигатели. – М.: Изд-во «Оборонгиз», 1950;

Ляпунов, Б.В. Ракеты и межпланетные полеты. – М.: Воениздат, 1962;

Сонкин, М.Е. Русская ракетная артиллерия. – М., 1953.

3. Пионеры ракетной техники. Кибальчич, Циолковский, Цандер, Кондратюк – М.,1964;

Экономов, Л.А. Повелители огненных стрел: слово о ракетчиках и ракетах. – М., 1964.

4. Бургес, Э. Управлемое реактивное оружие. – М., 1958;

Гэтлэнд, К.У.

Развитие управляемых снарядов. – М., 1956;

Ракеты и проблемы противоракетной обороны /Сб. переводных статей. – М., 1962;

Ракеты и противоракетная оборона /Сб. переводных статей. – М.: Военниздат, 1961;

Хэмфрис, Дж. Ракетные двигатели и управляемые снаряды. – М.: Изд-во «Иностранная литература», 1958.

5. Бондарюк, М.М. Прямоточные воздушнореактивные двигатели /М.М.

Бондарюк, С.М. Ильяшенко. – М., 1958;

Николаев, М.Н. Ракета против ракеты: по материалам зарубежной прессы. – М.: Воениздат, 1963;

Федосеев В.И. Введение в ракетную технику / В.И. Федосеев, Г.Е. Синярев. – М., 1957.

6. Новое в ракетной технике. – М., 1958.

7. Апенченко, О. Сергей Королев. – М., 1968;

Асташенков, П.Т. Королев – М., 1968;

Асташенков, П.Т. Академик С.П. Королев. – М.: Изд-во «Машиностроение», 1969.

8. Асташенков, П.Т. Дерзкие старты. – М., 1976;

Голованов, Я.К. Этюды об ученых. – М., 1970;

Губарев, В.А. Конструктор. – М., 1977.

9. Голованов, Я.К. Дорога на космодром. – М., 1982.

10. Из истории астронавтики и ракетной техники. – М., 1970.

11. Глушко, В.П. Развитие ракетостроения и космонавтики в СССР. – М.: Изд во «Машиностроение», 1973;

Глушко, В.П. Ракетные двигатели ГДЛ-ОКБ.

– М., 1975;

Исаев, А.М. Первые шаги к космическим двигателям. – М.: Изд во «Машиностроение», 1978.

12. Дорнбергер, В. Фау-2 – выстрел во вселенную. – М., 1954;


Лей, В. Ракеты и полеты в космос. – М., 1958;

Клей, Э. Тогда в Пенемюнде /Э. Клей Э, О.

Мерк. – М., 1967.

13. Орлов, А.С. Секретное оружие третьего рейха. – М., 1975. Переиздание:

Орлов, А.С. «Чудо-оружие». Обманутые надежды фюрера. – Смоленск, – новой информации не содержало.

14. Славин, С.Н. Секретное оружие третьего рейха. – М.: Изд-во «Вече», 1999.

15. Черток, Б.Е. Ракеты и люди. – М.: Изд-во «Машиностроение», 1994.

Впоследствии вышли еще два издания.

16. Кроме указанных выше С.П.Королеву посвящены следующие издания:

Романов, А.П. Конструктор космических кораблей. – М., 1980;

Творческое наследие академика С.П.Королева: Избр. труды и документы./Под общ. ред.

академика М.В. Келдыша. – М., 1980;

Асташенков, П.Т. Орбиты главного конструктора. – М., 1986;

Академик С.П.Королев. Ученый. Инженер.

Человек. Творческий портрет по воспоминаниям современников: Сб. статей.

– М.: Изд-во «Наука», 1986;

Романов, А.П. Королев. – М.: Изд-во «Молодая гвардия»,1990;

Голованов, Я.К. Королев: факты и мифы. – М., 1994;

Ребров, М.Ф. Сергей Павлович Королев. Жизнь и необыкновенная судьба. – М.: Изд во «Олла-Пресс», 2002;

С.П. Королев и его дело. Свет и тени в истории космонавтики. – М.: Изд-во «Наука», 1998.

17. Романов, А.П. Конструкторы {О С.П.Королеве, М.К.Янгеле, В.П.Глушко} /А.П. Романов, В.С. Губарев – М.: Политиздат, 1989;

Сборник воспоминаний о М.К.Янгеле. – Днепропетровск: КБ Южное, 1991;

Однажды и навсегда…:

Документы и люди о создателе ракетных двигателей и космических систем академике Валентине Петровиче Глушко. – М.: Изд-во «Машиностроение», 1998;

Пяткин, В.А. Генеральный конструктор. – Миасс: Гос. ракет. центр «КБ им. В.П. Макеева», 1998;

Корнеев, Н.М. Генеральный конструктор, академик Владимир Павлович Бармин / Н.М. Корнеев, В.Н. Неустоев – М., 1999;

Генеральный конструктор. Книга о В.Ф. Уткине / Под ред. Н.А.

Анфимов. – М., 2003.

18. Берия, С.Л. Мой отец Берия. В коридорах сталинской власти. – М.: Изд-во «Олми-Пресс», 2002;

Топтыгин, А.В. Неизвестный Берия. – СПб., 2002.

19. Устинов Ю.С. Нарком. Министр. Маршал. – М., 2002.

20. Ангельский, Р.Д. Отечественные зенитные ракетные комплексы:

Иллюстрир. справочник /Р.Д. Ангельский, И.В. Шестов. – М., 2001;

Карпенко, А.В. Российское ракетное оружие. 1943-1993. – СПб., 1993;

Карпенко, А.В. Отечественные стратегические ракетные комплексы. – СПб., 1999;

Гусев, А.Н. Подводные лодки с крылатыми ракетами. – СПб., 2000;

Военный энциклопедический словарь ракетных войск стратегического назначения /Под ред. И.Д. Сергеева. – М.: Воен. акад. РВСН им. Петра Великого. Большая Рос. энцикл., 1999;

Коробов, В.К. Оружие Российского флота. – СПб., 1996;

Павутницкий, Ю.В., Мазарченков В.А., Шиленков М.В., Герасимов А.В. Отечественные ракеты-носители /Ю.В. Павутницкий, В.А. Мазарченков, М. В. Шиленков, А.В. Герасимов. – СПб., 1996;

Космонавтика: Энциклопедия. – М.,: Сов. энцикл., 1985;

Широкорад, А.К.

Оружие отечественного флота. 1945-2000. – Минск, 2001;

Широкорад, А.Б.

Энциклопедия отечественного ракетного оружия. – Минск, 2003;

Шунков, В.Н. Ракетное оружие. – Минск, 2001.

21. Давыдов, М.В. Годы и люди. Из истории НИЭМИ, Ч.1,2. – М.: Изд-во «Радио и связь», 2001;

Институт военной связи: История и современность.

1923-1998. – Мытищи, 1998;

История Российского НИИ Космического приборостроения. /Под общ. ред. Л.И. Гусева. - М., 1994;

История РТИ – дела и люди: Сб. трудов. Вып.1- 4. – М., 2000-2001;

Исследовательский центр имени М.В.Келдыша: 70 лет на передовых рубежах ракетно космической техники. 1933-2003. /В.Н. Акимов, И.Г. Альков и др. – М: Изд во «Машиностроение», 2003;

Кожухов, Н.С. Комплексы наземного оборудования ракетной техники. 1948-1998 /Н.С. Кожухов, В.Н. Соловьев // Под ред. Г.П. Бирюкова. – М., 1998;

На земле, в небе и в космосе: Научно производственное объединение имени С.А. Лавочкина. – М.: Изд. дом «Военный парад», 1997;

ЛОМО: Сквозь приму времени. – СПб., 2002;

Первый космодром России. – М., 1996;

Ракетно-космическая корпорация «Энергия» им. С.П. Королева / Под ред. Ю.П. Семенова. – М., 1996;

Сорок лет инженерно-техническому управлению РВСН. История, люди, события. – М., 2001;

Старейший ракетный полигон / Под ред. Ю.Д. Троицкого. – Волгоград, 2000.

22. Альперович, К.С. Ракеты вокруг Москвы. М., 2001;

Афанасьев, И.Б. Р- «Сандаловое дерево». – М., 1997;

Вернидуб, И.И. Очерки из истории ракетной артиллерии и промышленности. – М., 1992;

Губарев, В.С. Южный старт. – М.: Изд-во «Некос», 1998;

Днепровский ракетно-космический центр.

– Днепропетровск, 1994;

Евстифеев, М.Д. Долгий путь к «Буре». – М., 1999;

Евстифеев, М.Д. Из истории создания зенитно-ракетного щита России. – М., 2000. Евстифеев, М.Д. Из истории создания межконтинентальных крылатых ракет в России. – Красноярск: Сиб РАУ, 2002;

История российского НИИ приборостроения. – М., 1994;

Липкин, И.А. История создания отечественных систем радиоуправления. – М., 2003. Мишин, В.П. От создания баллистических ракет к ракетно-космическому машиностроению. – М.: Изд-во «Информзнание», 1998;

Межконтинентальные баллистические ракеты СССР (РФ) и США: История создания, развития и сокращения. /Под ред. Е.Б. Волкова. – М., 1996;

Первов, М. Системы ракетно-космической обороны создавались так. – М.: Изд-во «АВИА-РУС-ХХI», 2003;

Паппо Корыстин, В. Днепровский ракетно-космический центр: Краткий очерк становления и развития /В. Паппо-Корыстин, В. Платонов, В. Пащенко. – Днепропетровск, 1994;

Уманский, С.П. Ракетные носители. Космодром. – М., 2001;

Фаворский, В.В. Космонавтика и ракетнокосмическая промышленность. – М., 2003.

23. Аппазов, Р.Ф. Следы в сердце и памяти. – М., 2001;

Космический ракетный комплекс «Зенит» глазами его создателей. – М., 2003;

Воспоминания ветеранов Долгопрудненского научно-производственного предприятия. – М.: Изд-во «Авиамир», 2000;

Ветераны-ракетчики вспоминают. – М., 1994;

Дороги в космос /Под ред. Ю.А. Мозжорина. – М., 1992. Каманин, Н.

Скрытый космос. – М., 1995;

Кисунько, Г.В. Секретная зона. – М., 1996.

Леонтенков, А.А. Не имеющий аналогов: создатели первых унифицированных командных пунктов шахтного типа: Воспоминания. – М., 2001;

Максимов, Ю.П. Заметки бывшего главкома стратегических сил. – М., 1994;

Раушенбах, Б.В. Постскриптум. – М.: Изд-во «Пашков дом», 1999;

Ракеты и судьбы /Сб. воспоминаний. Вып.1-3. – М., 1999;

Селяков, Л.Л.

Тернистый путь в никуда. Записки авиаконструктора. – М., 1993;

Феоктистов, К.П. Траектория жизни. – М., 2000;

Хрущев, Н.С.

Воспоминания. – М., 1997;

Хрущев, С.Н. Хрущев: кризисы и ракеты. В 2 х т.

– М.: Изд-во «Новости», 1994;

Черток, Б.Е. Ракеты и люди. – М.: Изд-во «Машиностроение», 1994.

24. Черток, Б.Е. Ракеты и люди. Горячие дни холодной войны. – М.: Изд-во «Машиностроение», 1999;

Черток, Б.Е. Ракеты и люди. Лунная гонка. – М.:

Изд-во «Машиностроение», 1999;

Черток, Б.Е. Ракеты и люди. Фили.

Подлипки. Тюратам. – М.: Изд-во «Машиностроение», 1999.

25. Баллистические ракеты подводных лодок России: Избр. статьи /Под общ.

ред. И.И. Величко. – Миасс, 1994;

Пяткин, В.П. Город ракетостроителей. – Челябинск, 1999;

Дуняшин, А.Б. Где встречаются шесть океанов… – Екатеринбург, 2002.

26. Никитин, Е.П. От идеологии к методологии // Вопросы философии. – 1998. – №10. – С.81.

27. Ковальченко, И.Д. Методы исторического исследования. – М.: Наука, 1987.

– С.176.

28. Там же. – С.189.

Глава 1. Предпосылки создания ракетной промышленности.

1. Подробнее об этом см.: Глушко, В.П. Ракетные двигатели ГДЛ – ОКБ. – М., 1978;

Голованов, Я.К. Дорога на космодром. – М., 1982;

Голованов, Я.В.

Королев: мифы и факты. – М., 1994;

Соколов, В.С. Огнепоклонники. – М., 1989;

Из истории авиации и космонавтики. Вып. 1-63. – М., 1962-1993.

2. Об этом пишут в указ. соч. Быстрова И.В., Голованов Я.В., Глушко В.П. и другие.

3. Оружие победы. – М., 1985. С. 102-106.

4. Глушко В.П. Ракетные двигатели ГДЛ – ОКБ. М., 1978, С.28.

5. Оружие победы. 1941-1945. /И.В. Бах, И.И. Верницкий Л.И. Демкина и др.

{Под общ. ред. В.Н. Новикова} – М.: Изд-во «Машиностроение», 1985 С.

108. 1941- 6. Черток, Б.Е. Ракеты и люди. – М.: Изд-во «Машиностроение», 1994.. С.72 73.

7. Голованов, Я.В. Дорога на космодром. – М., 1982, С.307.

8. Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны, 1941-1945гг. 2-е изд. – М., 1986, Т.1. – С.97.

9. Первов, М.А. Межконтинентальные баллистические ракеты СССР и России.

– М., 2002. С.14.

10. ГРАЭ. Ф. 8044. Оп. 1. Д. 6688 Л. 117.

11. Там же, Л. 138.

12. Сухина, Г. Задача особой государственной важности /Г. Сухина, В. Ивкин.

//Независимое обозрение. – 2002. – 14 апреля.

13. РГАЭ. Ф. 8044. Оп. 1. Д. 1318. Л. 104.

14. Там же, Л. 105.

15. Там же, Л. 106.

16. РГАЭ. Ф. 8044. Оп. 1. Д. 1318 Л. 116.

17. Там же, Л. 118.

18. Там же, Л. 120.

19. Черток, Б.Е. Ракеты и люди. - М., Изд-во «Машиностроение», 1994. – С.

104.

20. РГАЭ. Ф. 8044. Оп. 1. Д. 1493. Л. 62;

Черток Б.Е. Указ соч. С. 195.

21. РГАЭ. Ф.8044. Оп. 1. Д. 1318. Лл. 28-44.

22. Первое ракетное соединение Вооруженных сил. – М., 1996. – С. 189-207.

23. Указ. соч.- С. 53.

24. Указ. соч. – С. 193.

25. Энциклопедия отечественного ракетного оружия. 1917-2002. – М., 2003. – С. 460.

26. Там же, С. 462.

27. Мальков, В.Л. "Манхэттенский проект". – М., 1995.

28. Подробнее об этом см.: Холодная война 1945-1963гг. Историческая ретроспектива. Сборник статей. /Отв. ред. Н.И. Егорова, А.О. Чубарьян. – М., 2003;

Рыжков, А.В. Рождение сверхдержавы, 1945-1953 гг. /А.В.

Рыжков, А.А. Данилов. – М.,2002;

Холодная война. Новые подходы. Новые документы. /Отв. ред. М.М. Ниринский. – М., 1995;

Советская внешняя политика в годы "Холодной войны" (1945-1985): Новое прочтение. /Отв.

ред. Л.Н. Нежинский. – М., 1995;

СССР и холодная война /Отв. ред. В.С.

Лельчук и Е.И. Пивовар. – М., 1995;

Пихоя, Р.Г. Советский союз: история власти. 1945-1991 гг. – М., 1998;

Зубкова, Е.Ю. Послевоенное советское общество: политика и повседневность 1945-1953гг. – М., 2000;

Корниенко, Г.М. Холодная война. Свидетельство ее участника. – М., 1995.

29. Холодная война 1945-1963гг. – С.4.

30. Сталин И.В. О Великой Отечественной войне. – М., 1950. – С.96.

31. Быстрова, И.В. Развитие военно-промышленного комплекса. // СССР и холодная война. – С. 176-179.

32. Дроговоз, И.С. Большой флот Страны Советов. – Минск, 2003. – С.154.

33. Российский государственный архив экономики (РГАЭ), Ф. 8044. Оп. 1. Д.

1321. Л.18.

34. Там же, Д. 1318. Л. 104.

35. Там же, Д. 1495. Лл. 62-63.

36. Подробнее об этом см.: Создание первой советской атомной бомбы. – М., 1995.

37. Подробнее об этом см.: Атомный проект СССР: Документы и материалы: В 3 Т. /Под общ. ред. Л.Д. Рябева, Т. 1. 1938-1945: В 2ч.;

Ч.1. – М., 1998;

Ч.2. – М., 2002;

Т. 2. Атомная бомба. 1945-1954. Кн. 1. – М.;

Саров, 1999;

Кн. 2. – М.;

Саров 2000;

Кн. 3. – М.;

Саров 2002;

Артемов, Е.Т., Бедель А.Э.

Укрощение Урана /Е.Т. Артемов, А.Э. Бедель. – Екатеринбург, 1999;

Лесной: история закрытого города. //Сост. И. Шипулина – Екатеринбург, 1997;

Новоселов, В.Н. Создание атомной промышленности на Урале. – Челябинск, 1999;

Раскрывая первые страницы… К истории г. Снежинска (Челябинск-70) /Автор-состав. Б. Емельянов. – Екатеринбург, 1997;

Слово о Приборостроительном. – Трехгорный, 1995;

Толстиков, В.С. Социально экономические последствия развития атомной промышленности на Урале (1945-1998). – Челябинск, 1998;

Ядерная индустрия России. /Под ред. Л.Д.

Рябьева. – М., 2000.

38. Подробнее об этом см.: Селяков, Л.Л. Тернистый путь в никуда. Записки авиаконструктора. – М., 1993, С. 132-184.

39. Быстрова, И.В. Развитие военно-промышленного комплекса СССР в годы холодной войны. – М., 2001. С.85.

40. Черток, Б.Е. Ракеты и люди. – М.: Машиностроение, 1994. С.64.

41. РГАЭ. Ф. 8044. Оп. 1. Д. 6688. Лл.53-54.

42. Там же, Л. 178.

43. Там же, Л. 160.

44. РГАЭ. Ф. 8044. Оп. 1. Д. 241.Л.137.

45. ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 52. Д. 2. Лл. 45-116.

46. Подробнее об этом см.: Иванова, Г.М. ГУЛАГ в системе тоталитарного государства. – М., 1997;

Кузнецов, В.Н. Общественно-политическая жизнь в закрытых городах Урала: Первое десятилетие. – Екатеринбург, 2003;

Новоселов, В.Н. История Южно-Уральского управления строительства /В.Н.

Новоселов, В.С. Толстиков, А.И. Клепиков. - Челябинск, 1998.

47. Подробнее об этом см.: Пузанов, А.В. Парадоксы российской демилитаризации: Реформы и оборонительный комплекс России /Сб. науч.

статей. М., 2003. С. 42-58.

48. Хомутова Н.С. Жилищная проблема на предприятиях военно промышленного комплекса Южного Урала./Сб. «Южный Урал в судьбе России». Челябинск, 2003. С. 303-307.

49. Глотова Е.А. Основные направления конверсии предприятий машиностроения Челябинской области (1945-1949)./ Сб. «Южный Урал в судьбе России». Челябинск, 2003. С. 289-293.

50. ГУ ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 42. Д. 48. Л. 116.

51. ХХ съезд КПСС. 14-25 февраля 1956 г:. Стенограф. отчет: В 2т. Т.1, - М., 1956. С. 68-69.

52. О причинах отставки, как следствие принципиального расхождения Н.Г.

Кузнецова с Н.С. Хрущевым изложено в письме Н.Г. Кузнецова в ЦК КПСС от 8 января 1957г.

53. Георгий Жуков: Стенограмма октябрьского (1957г.) Пленума ЦК КПСС и др. документы / Под ред. А.Н. Николаева, сост. В.Наумов и др. – М.: Изд-во «МФД», 2001. С.820.

54. Правда. – 1960. – 15 января.

55. Хрущев, Н.С. Воспоминания. М., 1997, С. 441.

56. Подробнее об этом см.: Раскрывая первые страницы… К истории г.

Снежинска (Челябинск-70) /Автор-сост. Б. Емельянов. – Екатеринбург, 1997.

57. Хрущев, Н.С., Указ. соч., С.441.

58. Быстрова, И.В., Указ. соч. - С.87.

Глава 2. Формирование ракетостроения как отрасли промышленности 1. Об этом подробнее см.: Орлов, А. Секретное оружие Третьего рейха. – М., 2000;

Лей, В. Ракета и полет в космос. – М., 1958.

2. РГАЭ. Ф. 8044. Оп. 1. Д. 6895. Лл. 118-124.

3. Черток, Б.Е. Государство и космонавтика. Доклад на ХХVI Королевских чтениях 30 января 2002г. – М., 2002. – С. 16.

4. РГАЭ. Ф. 8044. Оп. 1. Д. 1318. Л. 71.

5. Там же, Л. 73.

6. РГАЭ. Ф. 8044. Оп. 1. Д. 6895. Л. 122.

7. Залесский, К.А. Империя Сталина. Биографический энциклопедический словарь. – М., 2000. – С. 284.

8. Топтыгин, А.В. Неизвестный Берия. – СПб., 2002. – С. 229.

9. Пленум ЦК КПСС, июль 1953 года. Стенографический отчет // Известия ЦК КПСС. 1999. – Февраль (№ 2). – С. 205.

10. Черток, Б.Е. Ракеты и люди. - М.: Изд-во «Машиностроение», 1994. – С.

233.

11. Подробнее об этом см.: Устинов, Ю.С. Нарком. Министр. Маршал. – М., 2002.

12. Подробнее об этом см.: Устинов Ю.С. указ. соч.;

Ребров, М.Ф. Сергей Павлович Королев. Жизнь и необыкновенная судьба. – М.: Изд-во «Олми Пресс», 2002;

Голованов, Я.В. Королев. Мифы и факты. – М., 1994;

Илларионов, И.В. Устинов Дмитрий Федорович – руководитель военно промышленного и военного комплекса Советского Союза и его деятельность в области ракетно-космической техники. //Исследование научного творчества пионеров освоения космического пространства. Материалы научно-практической конференции. – М., 1997.;

Черток, Б.Е. Ракеты и люди.

– М.: Изд-во «Машиностроение», 1994.

13. Рябов, Я.П. Из записок секретаря Обкома КПСС. // Кто есть кто. 1999. – № 5. – С. 41.

14. Новиков, В.Н. Накануне и в дни испытаний. – М., 1988. – С. 347.

15. РГАЭ. Ф. 8044. Оп. 1. Д. 6895. Л. 180.

16. Коровин, В., Фомичев А. Ракеты не начавшейся войны /В. Коровин, А.

Фомичев. //Авиапанорама. – 1998. – № 3. – С.18.

17. Спитковский, В. Отблеск пламени. //Вестник. – 1999. – № 10 (217). – мая.

18. Тарасенко, М.А. Военные аспекты советской космонавтики. – М., 2001. – С. 15.

19. Сухина, Г. Задача особой государственной важности /Г. Сухина, В.

Ивкин. //Независимое военное обозрение. – 2002. – 12 апреля.

20. Абрамов, А.П. Воспоминания о С.П. Королеве. /С.П. Королев.

Документы. Воспоминание. – М., 2001. – С. 163-166.

21. ГАПО Ф. Р-971. Оп. 3. Д. 311. Лл.82-83.

22. Черток, Б.Е. Ракеты и люди. М.: Изд-во «Машиностроение», 1994. – С.267.

23. Черток, Б.Е. Ракеты и люди. М.: Изд-во «Машиностроение», 1994. – С.207-208.

24. Указ соч. – С.221-222.

25. Вязов, С.М. Вклад академика Н.А. Пилюгина в дело отечественного ракетостроения /Ракетостроение и космонавтика. – М., 1998. – С.14.

26. Глушко, В.П. Ракетные двигатели ГДЛ – ОКБ. – М., 1975. – С.36.

27. Подробнее об этом см.: Солдаты ХХ века. Многот. изд: посвящ.60-летию Отеч. войны и 60-летию Моск. битвы /Гл. ред. С.М. Семенов. – М.:

Междунар. объед. биогр. центр: Рос. ком. ветеранов войны и воен. службы, 2002. – С. 181-197.

28. Подробнее об этом см.: Широкорад, А.Б. История авиационного вооружения. – М., 2001.

29. Альперович, К.С. Ракеты вокруг нас. – М., 1998. – С. 9.

30. Коровин В. Ракеты не начавшейся войны /В. Коровин, А. Фомичев, //Авиапанорама. – 1998. – № 3. – С. 26.

31. Подробнее об их биографии см.: Оружие Победы. 1941-1945. И.В. Бах, И.И.

Верницкий, Л.И. Демкина и др. /Под общ. ред. В.Н. Новикова. – М.: Изд-во «Машиностроение», 1985.

32. Круглов, А.К. Как создавалась атомная промышленность в СССР. – М., 1994.

33. Первая советская атомная бомба. – М., 1995;

Ядерная индустрия России.

/Под ред. Л.Д. Рябьева. – М., 2000.

34. Альперович, К.С. Указ.соч. – С.34.

35. Подробнее об этом см.: Антонович, В. История полигона Капустин Яр. – М., 1998.

36. Бардов, Н.В. Начальный этап становления КБ машиностроения /Баллистические ракеты подводных лодок России. Избр. статьи / Н.В.

Бардов, Ю.А. Бобрышев, В.Ф. Миронов, Ю.Г. Тарасов. – Миасс, 1994. С.78.

37. ГУ ОГАЧО Ф.П-288. Оп. 42. Д. 61.Л.98.

38. Там же, Л.99.

39. Бардов Н.В. Указ. соч. – С. 80.

40. ГУ ОГАЧО. Ф.П-288. Оп.42. Д.41. Л.93.

41. ГУ ОГАЧО Ф.П-288. Оп.42. Д.62. Л.204.

42. ГУ ОГАЧО Ф.П-288. Оп.42. Д.61. Л.97.

43. ГУ ОГАЧО. Ф.П-288. Оп.42. Д.62. Л.208.

44. РГАЭ Ф.4372. Оп.97. Д.520. Л.13.

45. Там же, Л.18.

46. Там же, Л.19.

47. Там же, Л.20.

48. Там же, Л.21.

49. Там же, Лл.24-25.

50. ГАРФ Ф.Р-5446. Оп.1 Д.411. Лл.22-28.

51. Дуняшин, А.Б. Где встречаются шесть океанов… Екатеринбург, 2002. – С. 52. РГАЭ Ф. 4372 Оп.95 Д.443 Л.13.

53. Там же, Л.125.

54. Там же, Л.240.

55. Там же, Оп.99 Д.1103 Л.141.

56. РГАЭ Ф.4372 Оп.11 Д.1677 Л.106.

57. ГАПО Ф.1445. Оп.1. Д.192. Л.78.

58. РГАЭ Ф.4372. Оп.99. Д.1103. Л.140.

59. РГАЭ Ф.4372. Оп.99. Д.1102. Л.105.

60. Там же, Л.111.

61. Там же, Л.112.

62. Там же, Л.106.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.