авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 9 |

«из ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Безруков, Андрей Викторович 1. Конституционно-правовые аспекты взаимодействия Российской Федерации и субъектов ...»

-- [ Страница 3 ] --

В настоящее время в российском федеральном законодательстве сложился единый подход - отказ от признания государственного суверенитета субъектов РФ. Этот подход обо­ значен в Конституции и подтвержден неоднократно Конституционным Судом РФ.' По нашему мнению не может быть суверенитета в суверенитете. Если государство входит в состав другого государства, то утрата, а не просто ограничение суверенитета, неиз­ бежна. Верно замечает P.M. Кочкаров, что субъекты РФ, даже обладающие большими пол­ номочиями, не являются суверенными.^ Совершенно верно подчеркнул М,В. Баглай, что не может быть суверенных республик внутри федеративного государства, это противоречит самим принципам федерализма. Если бы одни субъекты Федерации признавались суверен­ ными, а другие нет, то о каком равноправии субъектов можно говорить?^ Поэтому ошибочно и мнение, что «ни федерация, ни ее субъекты не обладают пол­ ным суверенитетом»."* В связи с этим, весьма оригинально заметил В.Е. Чиркин, что слово «суверенитет» имеет определенный смысл и не нужно его растягивать до неузнаваемости, глотая столько, сколько можно проглотить».' Самое важное то, что окончательно точку по этому поводу в своих решениях поста­ вил Конституционный Суд России. Хотя ранее он уже выражал определенные позиции, по­ казательными явились два решения. В Постановлении от 7 июня 2000 года^ Конституцион­ ный Суд подчеркнул, что Конституция Российской Федерации не допускает какого-либо иного носителя суверенитета и источника власти, помимо многонационального народа Рос­ сии, и, следовательно, не предполагает какого-либо иного государственного суверенитета, помимо суверенитета России... Субъекты Федерации не обладают суверенитетом, который изначально принадлежит Российской Федерации в целом. Позднее в своем Определении от 27 июня 2000 года Конституционный Суд отметил, что использование в статье 5 (части 2) Конституции Российской Федерации понятия «республика (государство) не означает при­ знание государственного суверенитета этих субъектов РФ, а лишь отражает определенные особенности их конституционно-правового статуса, связанные с факторами исторического, национального и иного характера».

' См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 7 июня 2000 года;

Определение Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 года // Российская газета. 2000. 21 июня и 25 июля.

^ Кочкаров P.M. Указ. соч. С. 8.

^ Баглай М.В. История не знает примеров, когда Федерация выжила в условиях войны регионов с центром // Российская газета. 2000. 20 июля. С. 1-2.

• Арановский К.В. Суверенитет в системе федеративных отношений // Право и политика. 2000. № 1. С. 14.

* ' Чиркин В.Е. Государственная власть субъекта РФ // Государство и право. 2000. № 10. С. 10.

* Постановление Конституционного Суда РФ от 7 июня 2000 года «По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона «Об общих принципах органи­ зации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов РФ» // Российская газета. 2000, 21 июня. (Дэлее - Постановление Конституционного Суда РФ от 7 июня года) ' Определение Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 года по запросу группы депутатов Государствен­ ной Думы о проверке соответствия Конституции Российской Федерации отдельных положений Конституций Республики Адыгея, Республики Башкортостан, Республики Ингушетия, Республики Коми, Республики Се­ верная Осетия - Алания и Республики Татарстан // Российская газета 2000. 25 июля.( Далее - Определение Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 года).

В свое время еще Ш. Монтескье говорил: "Если небольшие республики погибают от внешнего врага, то большие от внутренней язвы".' В России внутренние язвы имеют тен­ денцию к распространению. Одной из таких тенденция является признание себя суверенны­ ми рядом республик в составе РФ.^ В связи с этим, нельзя согласиться с предложениями С.

Кусимова об усилении статуса республик в составе России. Автор объясняет «суверениза­ цию» республик как «компенсацию непоследовательности общероссийской Конституции».'' Однако статус республик, напротив, надо не усиливать, а приводить в соответствие с феде­ ральной Конституцией. Причем, не может и быть речи о том, что субъекты не приведут свои Конституции в соответствие с федеральной Конституцией и законодательством.'* Итак, мы определились с понятием, признаками и видами суверенитетов. Причем под государственным суверенитетом можно определить самостоятельность, независимость и верховенство с опорой на публичную власть в своих интересах.^ С вопросом государственного суверенитета связан вопрос государственных полномо­ чий. Наиболее важные полномочия государства, которые прямо выражают его суверенный статус, представляют основу реализации суверенитета государства. К суверенным правам, доказательно отмечает P.M. Кочкаров, можно отнести такие полномочия, которые составля­ ют предмет ведения суверенного образования, в том числе: права на самостоятельное осуще­ ствление учредительной власти;

право на формирование и конституционное закрепление системы органов государства;

право на самостоятельное осуществление всех форм государ­ ственной деятельности (законодательной, исполнительной, судебной и т.д.);

право самостоя­ тельного распоряжения своей территорией;

право установление гражданства и определение правового статуса своих граждан;

право на осуществление централизованного руководства хозяйственной и социально-культурной деятельностью;

право на политическое объедине­ ние с другими государствами с сохранением права свободного выхода из данного государ­ ственного объединения ^ Перечисленные полномочия, как подчеркивает Н.А. Михалева, составляют минимум прав, без которых суверенитет государства не осуществим, но и сущности суверенитета они в себе не заключают. Достаточно убрать одно из перечисленных полномочий, чтобы государство перестало обладать всеми составляющими суверенитета.

' Монтескье Ш. Избранные произведения. М., 1995. С. 268.

^ Что видно из положений большинства республиканских учредительных документов. Также см.: Баранов В., Лапшин И. Суверенитет республики: реальность и закон // Российская газета. 2000. 30 сентября.

^1 ' См.: Кусимов С. Республика Башкорстан в государстве Российском // Труд. 2000. 2 июня.

• Оригинально по этому поводу высказался в своем интервью Председатель Конститувдонного Суда РФ М.В.

* Баглай «Проигнорировать решение Конститущюнного Суда РФ невозможно... После нашего решения о некон­ ституционности положений о суверенитете эти положения автоматически перестали существовать в Конститу­ циях и Уставах всех субъектов России. Их просто нет...» См.;

Баглай М.В. История не знает примеров, когда Федерация выжила в условиях войны регионов с центром // Российская газета. 2000. 20 июля. С. 1-2.

' Кокотов А.Н. Указ. соч. С. 73. Однако здесь следует уточнить и согласиться с А.Н. Кокотовым в том, что го­ сударства, образовавшие федеративный союз, автоматически своего суверенитета не утрачивают. Они облада­ ют государственным суверенитетом до тех пор, пока сохраняют способность одностороннего пересмотра соб­ ственного правового положения вплоть до обретения всех внешних признаков суверенитета. См. Тамже С. 74.

* Кочкаров P.M. Указ. соч. С. 12.

^ Михалева Н.А. Эволюция и перспективы нового российского федерализма // Право и жизнь. 1994. № 6.

Что касается национальных привилегий, то, на наш взгляд, они недопустимы. Права отдельных этносов не могут выше прав многонационального народа, за исключением тех прав и льгот, которые призваны обеспечить реальное равенство с учетом различных условий проживания.

Другим признаком конституционно-правового статуса Российской Федерации, под­ лежащим нашему рассмотрению, является территория.

Территория - в конституционном праве - часть территории земной поверхности, на Jit которую распространяется суверенитет государства. Ее пределы ограничены государствен­ ной границей. Власть, народ и территория, - основные условия государственной организа­ ции общества.' В соответствии со ст. 67 Конституции РФ территория Российской Федерации вклю­ чает в себя территорию ее субъектов, внутренние воды и территориальное море, воздушное пространство над ними, К сухопутной территории относятся также острова. Внутренние во­ ды включают и внутренние морские воды (заливы, бухты, лиманы). Территориальное море (прежнее название - территориальные воды) - это морской пояс, прилегающий к берегу и внутренним морским водам государства. В России в соответствии с международным правом установлена 12-мильная ширина территориального моря.

Наряду с собственной территорией Российская Федерация обладает суверенными правами на континентальный шельф и исключительную экономическую зону (ст. 67 ч. Конституции).^ «Территория, - отмечает MB. Баглай, - есть один из основных признаков государст­ ш ва, определяющий пространство, на которое распространяется суверенитет и власть госу­ дарства».' «Федеральная территория, по мнению Ю. Тихомирова, нуждается в государственно правовом упорядочении. Ее статус, режим использования, административные границы, тер­ риториальные споры, территория муниципальных образований могут быть предметом Феде­ рального закона "О внутрифедеральных административных единицах"».'* В конституционном праве есть понятия «территория России» и «территория субъекта РФ». Отношение между ними элементарное: первое включает в себя второе. Однако Феде­ рация не вправе по собственному усмотрению менять границы своих субъектов, в соответ­ ствии с ч. 3 ст. 67 Конституции РФ границы между ними могут быть изменены только с их взаимного согласия.

' Конституция Российской Федерации. Энциклопедический словарь. М., 1997. С. 282.

^ Континентальный шельф - это поверхность и недра морского дна районов, примьжающих к берегу, но на,хо дящимися за пределами территориального моря до глубины, не превышающей, как правило, 200 метров. Ис­ ключительная экономическая зона - это район, находящийся за границей территориального моря, шириной до 200 миль, считая от берега. Континентальный шельф и исключительная экономическая зона подчинены юрис­ дикции России, которая осуществляется в строгом соответствии с нормами международного права. См.: Кон­ ституция РФ. Энциклопедический словарь. М., 1997, С, ' Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации, М„ 1999, С, 302, '' Тихомиров Ю. Государственно-правовые аспекты федерализма // Федерализм. 1999, № 2 С. 25.

Под сухопутной и водной территорией расположены недра, о которых федеральная Конституция не упоминает. Однако по сложившемуся обычаю, они входят в понятие госу­ дарственной территории.' Как уже отмечалось, в последнее время ряд ученых посвятили свои труди именно территориальной организации государства. В действительности, территориальная организа­ ция является наиболее устойчивым признаком государственности вообще, основополагаю­ щим началом ее существования. Для России, отмечает Д.В. Лелявин, государственная орга­ т низованность имеет особое значение: 1) территория РФ уникальная по размерам. 2) Россия переживает сложный и противоречивый период реформирования, большие изменения в фе­ дерализации и регионализации.^ И с этим трудно не согласиться.

Что же касается состава РФ, то здесь надо заметить, что он определен в ст, 65 Кон­ ституции, и Российская Федерация согласно ч. 1 ст. 65 Конституции состоит из субъектов, которые находятся в ее составе, а не образуют федерацию.

При этом Россия не является простым сложением субъектов Федерации, Это целост­ ное, суверенное государство с единой федеральной Конституцией, системой федеральных государственных органов, общей территорией, общим гражданством, едиными общегосудар­ ственными силами и т.п. Односторонние шаги, предпринимаемые отдельными субъектами РФ в направлении разрушения данного единства, не являются легитимными, а всякое пря­ мое или косвенное поощрение таких шагов иными государствами противоречит основным принципам и нормам международного права, и поэтому является не допустимым вмеша­ тельством во внутренние дела России.

Также необходимо отметить, что конституционно-правовой статус России определя­ ется Конституцией РФ, которая в данной части воплотила в себе основные идеи и принци­ пы Декларации о государственном суверенитете РСФСР от 12 июня 1990 года и Федера­ тивного Договора от 31 марта 1992 года. Важное значение для характеристики статуса РФ имеют федеральные конституционные законы и федеральные законы, акты Президента РФ и Правительства РФ, государственно-правовые договоры о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти и органами госу­ дарственной власти субъектов РФ.

Кстати, нельзя не упомянуть в данном вопросе о том, что законодатель ведет работу в направлении укрепления федерализма. Так, в частности, приняты два федеральных закона, которые очень долго ждали и Федерация и ее субъекты и необходимость принятия которых подтверждалась многими учеными.

' Федеральный закон от 03 марта 1995 года "О недра.\" устанавливает, что недра в граница.х территории РФ.

включая подземное пространство и содержащиеся в недрах полезные ископаемые, энергетические и иные ресурсы, являются государственной собственностью. Вопросы владения, пользования и распоряжения недрами находятся в совместном ведении Федерации и ее субъектов (ст. 72 Конституции) См.: Собрание законодатель­ ства РФ. 1995. № 26. Ст. 1214.

^ См. подробнее: Лелявин Д.В. Указ. соч, С. 3.

Данные федеральные законы решили ряд проблем в регулировании федеративных от­ ношений и вопросах взаимодействия Федерации и ее субъектов.' Рамки исследования не позволяют полностью рассмотреть более подробно другие элементы конституционно-правового статуса Российской Федерации, о которых уже отмеча­ лось. Однако нельзя не заметить, что многие элементы статуса России как федеративного государства получают должное конституционно-правовое закрепление, которое зачастую является долгожданным. Например, принятие в соответствии со ст. 70 российской Конститу­ ции федеральных конституционных законов, посвященных государственной символике.^ Другим аспектом проблемы статуса РФ являются вопросы правовой природы России как федерации и вопросы асимметрии российского государства. Представляется целесооб­ разным затронуть данные проблемы в рамках проводимого исследования, поскольку они напрямую связаны и со статусом России, и со статусом субъектов РФ, В современной науке конституционного права существует три взгляда на природу России как федерации. Некоторые ученые считают Россию договорной федерацией, другие полагают ее конституционно-договорной, третьи - конституционной федерацией.

Дискуссия о договорной форме федерации в России возникла на почве разногласий между Центром и субъектами Федерации по вопросу о том, что является приоритетным ак­ том в учреждении России как Федерации и какой документ, конституция или договор, опре­ деляет отношения между Центром и регионами.

Так, согласно ст. 70 Конституции Республики Башкорстан, отношения Республики Башкорстан с Российской Федерацией являются договорными. Входя в состав РФ на дого­ ворной основе. Республика Башкорстан сохраняет за собой всю полноту государственной власти на всей территории вне пределов прав, добровольно переданных ею Российской Фе­ дерацией.

По мнению М.С. Саликова, Российскую Федерацию в силу сочетания конституци­ онных и договорных начал в ее устройстве, следует отнести к конституционно-договорному типу. При этом автор справедливо отмечает, что признание России договорной федерацией невозможно, так как Федеративный Договор не является учредительным договором и н ста­ вил своей целью образовать и не образовал федеративного государства.^ Выступая за конституционно-договорную природу РФ, И.А. Умнова аргументирует это тем, что положения Федеративного Договора были инкорпорированы в Конституцию 1993 года и тем, что в части, не противоречащей Конституции, Федеративный Договор про­ должает действовать, и, следовательно, является вторым после федеральной Конституции основным источником регулирования федеративных отношений."

'. См.: Федеральный закон от 24.06. 99 "О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномо­ чий между органами государственной власти РФ и органов государственной власти субъектов РФ" и ФЗ от 06.10. 99 (в ред. ФЗ от 29 июля 2000 г., 8 февраля 2001). "Об общих принщтах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти в субъектах РФ" См.: Собрание зако­ нодательства РФ. 1999. № 26. Ст. 3176;

Российская газета. 1999. 19 октября;

2000. 1 августа;

2001. 14 февраля.

" См.: Федеральные конституционные законы от 25 декабря 2000 года «О Государственном гимне РФ», «О Го­ сударственном флаге РФ», «О Государственном гербе РФ» // Российская газета. 2000, 27 декабря.

^ Саликов М.С. Указ. соч. С. 376.

'' Умнова И.А. Конституционные основы современного российского федерализма. М,, 1998. С. 78.

Однако позволим себе не согласиться с обозначенными точками зрения по следую­ щим основным причинам:

1) подписание и ратификация Федеративного Договора не ставило цель образования и не образовало Российскую Федерацию;

2) Федеративный Договор не может являться "вторым" после Конституции доку­ ментом, регулирующим в целом федеративные отношения, и вообще он не являет­ ся даже частью действующей Конституции РФ, поскольку он не был одобрен на референдуме 12 декабря 1993 года и его положения действуют лищь в части, не противоречащей федеральной Конституции;

3) Федеративный Договор заключен не между равноправными субъектами государствами, а между выще и нижестоящими органами государственной власти разнотипньпс государственных образований образованного в 1918 году единого федеративного Российского государства;

4) Федеративный Договор представлен в трех документах, которые отличаются по содержанию, что свидетельствует о разностатусности субъектов России;

5) Федеративный Договор не устанавливает, а разграничивает учрежденное, а дого­ ворное регулирование в России несмотря на ч. 3 ст. 11 Конституции РФ носит (может правильнее сказать носило) вторичный характер.

Фактическое же регулирование федеративных отношений на договорном уровне, на наш взгляд, временное явление, которое со временем должно быть сведено к нулю.

Следует разделить мнение Б,С. Эбзеева и Л.М. Карапетяна о том, что Россия - кон­ ституционное государство и не может быть и речи о ее конституционно-договорной или до­ говорной природе.' Верно полагает и MB. Золотарева о том, что современная Россия явля­ ется конституционной федерацией. Договорное право хотя и определяет отдельные элемен­ ты взаимоотношений РФ и ее субъектов, однако не носит (не должно носить), определяю­ щего характера.^ Прав в этом вопросе и ИВ. Евдокимов, утверждая, что Россия является конституционной федерацией.

Интересной по этому поводу представляется мысль СИ. Некрасова о том, что пока договор в России остается не только формой разграничения предметов ведения и полномо­ чий между центром и регионами, но зачастую превалирует над федеральными законами и даже над Конституцией РФ."

Так же неординарным выглядит заявление Е. Строева о том, что Россия сегодня уже не федерация, а " союз договорившихся элит".^ Заметим, что данные позиции являются, по меньшей мере, спорными. Несмотря на наличие трех федеративных договоров между Российской Федерацией и разными группами ' Эбзеев Б.С, Карапетян Л.М. Российский федерализм: равноправие и асимметрия конституционного статуса субъектов РФ // Государство и право. 1995. № 3 С. 8.

^ Золоторева М.В. Федерация в России : Автореф. дис... канд. юрид. наук М., С. 8-9.

^ Евдокимов И.В. Указ. соч. С. 9.

" Некрасов СИ. Российский федерализм и некоторые проблемы разделения властных полномочий по вертика­ ли//Журнал российского права. 1999. № 10. С. 65-73.

^ Российская газета. 1998. 23 января.

субъектов РФ, а так же ряда двухсторонних договоров между РФ и отдельными субъектами, - обоснованно отмечает А.Н. Кокотов, - Россия остается конституционной федерацией, а ее субъекты - несуверенными государствами и государственными образованиями.' В действительности, с этим трудно не согласиться, и представляется, что признание РФ конституционной федерацией на современном этапе является самым оптимальным и ло­ гически обоснованным вариантом. В то же время мы осознаем дискуссионность данной по­ зиции с учетом обозначенных выше взглядов.

ш^ Вместе с тем, вполне очевидно, что Конституция России, Федеративные и иные дого­ воры имеют разное правовое значение в регулировании государственного устройства стра­ ны. Доминирующее положение занимает федеральная Конституция, которая устанавливает конституционную, а не конституционно-договорную или договорную природу РФ. Основу верховенства на всей территории России федеральной Конституции составляет не договор о союзе, объединяющий субъектов РФ, а единство суверенной власти, которая существовала до и сохраняется после подписания Федеративного Договора.^ Следующий момент, на котором необходимо подробнее остановиться, является во­ прос об асимметричности Российской Федерации.

В науке конституционного права все федерации классифицируются по различным ос­ нованиям. Одной из основных классификаций является деление федераций на симметрич­ ные и асимметричные. Симметричных федераций даже с юридической точки зрения, не го­ воря уже о неодинаковой фактической роли их различных субъектов, не существует."'Даже там, где в федерациях лишь одна категория субъектов ( например, земли в Германии), при­ сутствуют элементы асимметрии (неодинаковое представительство земель в Бундесрате ФРГ).

Тем не менее, различие симметричных и асимметричных федераций имеет опреде­ ленное методологическое значение для дальнейшего анализа моделей территориально политического устройства.

Симметричная федерация в идеале состоит из одно порядковых составных частей, то есть они все имеют одинаковый правовой статус субъектов Федерации. Однако жесткое конкретно-практическое проведение этой идеи в жизнь способно привести к игнорирова­ нию интересов этнических общностей, территориальных коллективов, экономических, исто­ рических и иных особенностей отдельных регионов. Поэтому требования о непременном создании симметричной федерации в России нуждается в глубоком научном осмыслении, несмотря на их теоретическую обоснованность.

Каждая модель Федерации имеет свои достоинства и недостатки. Вряд ли будет пра­ вильным считать, что при всех обстоятельствах наилучшей формой является симметричная ' Кокотов А.Н. Русская назщя и российская государственность. Диссертация докт. юрид. наук Екатеринбург, УрПОА. 1995. С,"225.

^ Подробнее об этом см.: Безруков А.В. Конституционный статус субъектов РФ // Актуальные проблемы борь­ бы с преступностью в Сибирском регионе: Материалы научно-практической конференции (3-4 февраля года). Красноярск, 2000. С. 6-11.

' Некоторые авторы вьщеляют симметричные федерации. См. например, Конституционное право /Отв. ред.

В.В. Лазарев. М.. 1999. С. 272.

федерация. Теоретически, казалось бы, она предпочтительнее, поскольку она исходит из идеального равноправия субъектов. В действительности, это может способствовать снятию напряженности в отношениях субъектов с Центром.' В Конституции 1993 года Россия провозглашается симметричной Федерацией, одна­ ко, такой фактически не является. Разумеется, асимметрия в построении и статусе субъек­ тов не служит каким-то показателем "некачественности" или "ущербности" России в виду весьма серьезной специфики ее государственного устройства. Однако при прочих равных условиях конституционные возможности выравнивания государственного уровня субъектов (при сохранении всех иных особенностей) не должны быть упущены в ходе процесса разви­ тия.

Рассмотрение всех субъектов в качестве государственных образований позволяет устранить несправедливое деление субъектов на неравноправные группы.

Вместе с тем, следует признать, что само по себе закрепление равноправия субъектов еще не делает Россию полностью симметричной федерацией. Достичь идеального равнопра­ вия субъектов можно, пожалуй, либо путем унитаризации государства с преобразованием субъектов в обычные административно-территориальные единицы, если в основу будет по­ ложен только территориальный принцип построения его субъектов, либо за счет повышения статуса всех субъектов до "высшей планки" права в составе федерации - статуса республи­ ки.

В федеративном государстве, по нашему мнению, в отличие от унитарного, объем полномочий центра должен определяться интересами всех входящих в федерацию субъек­ тов по их совместному согласию. Причем, должен быть определен не только минимум пол­ номочий Центра, несоблюдение которого превращает федерацию в конфедерацию, но и максимум, выход за пределы которого делает государство уже унитарным.

Именно в этих рамках, диктуемых природой федерализма, следует определить объе­ мы полномочий центра. С их учетом должны ранжироваться и допустимые объемы полно­ мочий субъектов РФ.

Что касается асимметричности Российской Федерации, то следует признать, что дос­ тижение симметричной федерации не самоцель, хотя данное предложение получило под­ держку в науке. Так, например, А.В. Зиновьев предлагает отказаться от асимметричной фе­ дерации и утверждает, что Россия должна состоять из однопорядковых субъектов - респуб­ лик.^ В свою очередь Ли Язинь относит Российскую Федерацию к асимметричной Федера­ ции, верно замечая, что до реального равноправия субъектам России еще далеко.' Думается, что такие решительные меры несколько преждевременны для нестабильной России. Хотя, на первый взгляд, они выглядят резонно.

' Но помимо юридического фактора равноправия в реальной жизни действуют более мощные со1щально экономические, психологические и иные факторы. Распад Чехословацкой федерации в 1993 году, СССР в году, где Конституции предусматривали однопорядковые составные части и полное равноправие субъектов Федерации, показал, что симметрии не всегда достаточно для обеспечения прочности этих федераций.

" Зиновьев А.В. Указ. соч. С. 93.

^ Ли Язинь Становление и развитие государственного устройства РФ: Автореф. дне. канд. юрид. наук М., 1997. С. 6. ' Верно заметил В. Федоткин, что сегодня более актуальными являются не общетеоре­ тические споры вокруг симметрии и асимметрии федеративных отношений, а практическое обоснование тех экономико-правовых механизмов, при помощи которых разумный баланс элементов симметрии и асимметрии наиболее эффективно обеспечивал бы функции управ­ ления с учетом специфики различных групп регионов и приоритета задач и интересов обще­ государственного характера.

Таким образом, рассмотрев особенности конституционно-правового статуса Россий­ ской Федерации, аспекты правовой природы РФ и асимметричности нашего государства, можно заключить, что современная Россия является правовым, демократическим, федера­ тивным государством, конституп^ионной и асимметричной федерацией.

Особенности конститу^{ионно-правового статуса субъектов России Прежде всего, необходимо определиться с понятиями «субъект Федерации» и «реги­ он», поскольку они оба используются в литературе, но не всегда под ними понимается одно и то же.

Субъект федерации - государственное образование в составе федерации. Каждое фе­ деративное государство состоит из субъектов Федерации, которые называются по-разному:

штаты (США, Индия), провинции (Аргентина, Пакистан), земли (Австрия, ФРГ), кантоны (Швейцария). Каждый субъект имеет свою Конституцию, законодательство, а в некоторых федерациях и свою судебную систему.^ Однако здесь необходимо уточнить, что не каждый штат имеет свою Конституцию. Например, не имеют своих конституций провинция в Канаде и большинство штатов в Индии.

Термин "регион" (от лат. - область) так же неоднозначно трактуется в литературе.

Так, в советском энциклопедическом словаре он рассматривается в двух значениях: 1) то же, что и район");

2) территория (акватория), часть очень значительная по своим размерам, не обязательно является территориальной единицей в какой-либо системе территориального деления. Региональный - относящийся к определенному территориальному району (регио­ ну), области, стране, группе стран.'' Можно сказать, что регион - понятие географическое (например, во Франции регион - крупная административно-территориальная единица, объе­ диняющая несколько департаментов).

В словаре СИ. Ожегова под регионом понимается большая область, группа соседст­ вующих стран или территорий, районы, объединенные по каким-либо общим признакам.

Региональный - местный, относящийся к какой-нибудь определенной области, региону.'' В современном российском политико-правовом лексиконе под регионом понимается территория субъекта РФ, часть территории субъекта РФ, требующая в силу особых условий ' Федоткин В, Составляющие устойчивого развития российской модели федерализма // Федерализм. 2000. № 2.

С. 18, ^ Конституция РФ. Энциклопедический словарь. М.. 1997. С. 278.

' Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. A.M. Прохоров М., 1990. С. 1122.

Ожегов СИ. Словарь русского языка. М. 1989. С. 671.

специального государственного регулирования;

либо территориальный комплекс из не­ скольких субъектов РФ, объединившихся для обеспечения общих экономических и соци­ ально-политических интересов (например. Сибирское соглашение, охватывающее ряд субъ­ ектов Федерации, расположенных за Уралом).' Несмотря на то, что отечественная Конституция понятие "регион" не использует, мы будем им оперировать в качестве синонима понятия субъекта РФ.

Что касается самого понятия субъекта РФ, то здесь важно указать, что оно впервые Pt закреплено в новой Конституции РФ 1993 года. Если ранее раскрытие этого понятия ограни­ чивалось доктринальным толкованием, поскольку в прежних конституциях говорилось лишь о вхождении государств и государственных образований в состав РСФСР, то теперь для их характеристики используется общий термин - субъекты РФ, Как уже отмечалось, в Конституции РФ не только закрепляется система всех видов субъектов федерации (ст. 5), но и проводится конкретный перечень субъектов (в количестве 89), находящихся в составе России (ст. 65). Несмотря на единство основания вхождения в РФ (все они "находятся" в ее составе, а не "образуют" саму федерацию). Конституция закре­ пляет в ст. 65 шесть видов субъектов.

Анализируя юридическую природу субъектов, следует прийти к выводу, что все они наделяются Конституцией статусом государственньпс образований, о чем свидетельствует наличие у них элементов учредительной власти, собственного законодательства, террито­ риального верховенства, особого характера взаимоотношений с федеральной властью. Если обычные административно-территориальные единицы не обладают правосубъектностью #^ именно в составе федерации, то субъектам присуща природа государственных образований.

В юридической литературе выделяется типология субъектов федерации.''Она основа­ на, с одной стороны, на различном объеме полномочий соответствующих субъектов, с другой на введении новых, территориальных форм государственности наряду с ранее суще­ ствовавшими национальными.

Совмещение указанных оснований позволяет к национально-государственному типу отнести республики в составе РФ (государства в собственном смысле) и оба вида автоном­ ных единиц - автономная область и автономный округ (национально-государственные обра­ зования);

к территориальному государственному типу - края, области, города федерального значения. Таким образом, республики, государственно-политические автономии и регио­ нальные государственные образования составляют отдельные типы субъектов РФ. Именно придание государственного характера всем указанным типам субъектов позволяет сделать шаг к унификации статуса субъектов федерации, что, в свою очередь, служит преодолению асимметричности Российской Федерации. Указанная классификация является традиционной и уже описывалась нами.^ ' Конституция РФ. Энциклопедический словарь. М., 1997. С. 241.

^ Ржевский В.А., Киселева А.В. Субъекты Российской Федерации, типология и конституционные основы орга­ низации // Государство и право. 1994. № 10. С. 39.

' В то же время, существуют и другие классификации. Так, М.С. Саликов предлагает более подробную класси­ фикацию. См.;

Саликов М.С. Ука:?. соч. С. 158;

Также см ;

Конституционное право / Отв. ред. ВВ. Лазарев. М., 1999. С. 278.

Применительно к субъектам Российской Федерации нам представляется необходи­ мым разграничить и уточнить понятия "конституционный", "конституционно-правовой" и "правовой" статус субъекта федерации.

В литературе, на наш взгляд, происходит смешение этих понятий. Вольное обраще­ ние с указанными терминами, - справедливо подчеркивает И.В. Евдокимов, - ведет не толь­ ко к теоретической путанице, затруднениям в преподавании юридических дисциплин, но и к коллизиям Б законодательстве.' Представляется, что понятие "конституционный" статус предполагает объем прав (полномочий), обязанностей, запретов и ответственности, которые закреплены в федераль­ ной Конституции за каждым субъектов Федерации. Что же касается "правового" статуса субъектов РФ, то он определяется как Конституцией, так и другими нормативно-правовыми актами (федеральными законами и региональными законами, учредительными документами субъектов РФ, а также внутригосударственными договорами между Центром и регионами и т.д.).

Таким образом, следует занять позицию исследователей, которые полагают, что по­ нятие "правовой" статус намного шире и разнообразнее понятия "конституционный" статус.

Тем не менее, более удачным представляется употребление термина "конституционно правовой", поскольку он как бы охватывает первые два термина и подчеркивает приоритет­ ность Конституции РФ.^ Заметим, что в конце 80-х - начале 90-х годов правовой статус субъектов РФ был ре­ формирован. Вопрос его реформирования является неотъемлемой частью более широкой проблемы - реформирование национально-государственного устройства СССР и РСФСР и усиления децентрализации в осуществлении государственной власти.^ Органами государственной власти, политиками, учеными, представителями общест­ венности предлагались различные варианты переустройства федеративных отношений в СССР и России."* Мощным толчком в реформировании статуса субъектов РФ явилось принятие Дек­ ларации о государственном суверенитете от 12.06.90. Декларация признала необходимость существенного расширения прав автономные республик, иных автономных образований, а также краев и областей, что привело к преобразованию большинства автономных областей (Адыгейской, Горно-Алтайской, Карачаево-Черкесской, Хакаской) в республики и активи­ зации процесса "суверенизации".

В этих условиях было признано целесообразным заключение "тройственного" Феде­ ративного Договора и такой договор был заключен 31 марта 1992 года и представлял собой три самостоятельных акта, заключенных с тремя группами субъектов - республиками;

края ' Евдокимов И.В. Указ. соч. С. 12.

' Ряд авторов полагает, ^п^o понятие "правовой" статус включает в себя "конституционный" и "конституцион­ но-правовой" ( напр. Евдокимов И.В.), Нам видится это спорным.

^ Юсубов Э.С. Указ. соч. С. 18.

• См.: Обсуждение проблем национально-государственного устройства СССР // Советское государство и право.

* 1989. № 10. С. 139-142;

Государственно-правовые отношения обновляющейся федерации // Советское государ­ ство и право. 1991. № 9 С. 21-31, МИ, областями, городами федерального значения;

автономной областью и автономными ок­ ругами. Значение Федеративного договора состоит в том, что он способствовал стабилиза­ ции внутригосударственных отношений в России, он провел разграничение предметов ве­ дения и полномочий между органами государственной власти РФ и ее субъектов, учредил новые субъекты РФ - края, области, города федерального значения, автономную область и автономные округа.

Вместе с тем в Договоре не удалось избежать и ошибок. Одной из них, на наш взгляд, является повышение статуса республик в составе России и признание за ними государствен­ ного суверенитета, что является следствием многочисленных противоречий в законодатель­ стве Федерации и республик.

Необходимо разделить мнение Э.С. Юсубова о том, что при реформировании россий­ ского федерализма, правового статуса субъектов РФ, важнейшими принципами являются:

равноправие всех субъектов;

законность и конституционность;

демократизм во взаимодейст­ вии между Федерацией и ее субъектами;

защита прав и свобод человека.' Пожалуй, данные принципы не являются исчерпывающими, но то, что они являются стержневыми, не вызы­ вает сомнений.

Самым актуальным является принцип равноправия субъектов РФ. При этом, огово­ римся, что по поводу соотношения понятий "равноправие" и "равностатусность" в литера­ туре выделяются две противоположные позиции. Одни исследователи считают, что "равно­ правие" вполне "уживается" с различием в статусе. Другие ученые не отождествляют дан­ ные понятия, делая вывод о том, что не может быть равноправия между субъектами, имею­ щими различный статус. И.В. Евдокимов сводит эту проблему к вопросу;

"Насколько кон­ ституционный принцип равноправия субъектов РФ сочеягается с их различным статусом?"^ Действительно, трудно согласиться с тем, что все шесть видов субъектов РФ могут быть "равностатусными". Но могут ли они быть равноправными?

Статья 5 Конституции РФ - дает ответ на этот вопрос: Правовой статус охватывает четыре составных элемента: 1) права, 2) обязанности, 3) запреты, 4)ответственность. Следо­ вательно, субъекты РФ, обладающие равным (одинаковым) правовым статусом должны иметь равный объем и качество прав, обязанностей, запретов и ответственности. Тогда принцип равноправия будет реализован. Если же субъекты имеют неравный объем и каче­ ство прав, обязанностей, запретов и ответственности, то они неравноправны.

Равноправие можно рассматривать и в более узком смысле - как равенство только прав. Однако любому праву всегда корреспондируется обязанность, за неисполнение или ненадлежащее исполнение которой предусматривается, как правило, ответственность. По­ этому более справедливым будет рассмотрение равноправия субъектов РФ как равенство прав, обязанностей, запретов и ответственности, Ст, 66 Конституция РФ гласит: "Статус субъекта РФ может быть изменен по взаим­ ному согласию Российской Федерации и субъектов РФ в соответствии с Федеральным кон ' Юсубов Э.С. Республика - с'бъект Российской Федерации: Автореф. дне. канд. юрид. наук Томск, 1997. С. 20, • Евдокимов И.В. Указ. соч. С 12, ^ ституционным законом". Исходя из формулировки данной статьи предполагается различие в статусах субъектов РФ, иначе какой смысл статусы менять? Однако федеральный конститу­ ционный закон об этом пока еще не принят, но существуют его законопроекты под названи­ ем «О порядке изменения конституционно-правового статуса субъекта Российской Федера­ ции» и «О порядке образования в составе России нового субъекта и принятие в РФ нового субъекта».' Статусы субъектов РФ различаются по определяющим нормативно-правовым актам.

Так, в соответствии со ст. 66 Конституции статус республики определяется как Конституци­ ей РФ, так и республиканским учредительным документом. Также данный статус определя­ ется Федеративным Договором и договорами о разграничении предметов ведения и пол­ номочий между органами государственной власти Российской Федерации и республик.

Таким же образом определяются статусы и других субъектов РФ - краев, областей, городов федерального значения, автономных округов и автономной области. Единственное отличие в том, что указанные субъекты принимают не Конституцию (как республики), а Уставы. Кроме того, "сложносоставные" субъекты заключают еще договор между автоном­ ным округом и краем или областью, в состав которых они входят.

Статус отдельных субъектов может регулироваться специальными федеральными законами.^ Различия же в наименовании основных учредительных документов субъектов РФ, на­ верное, можно признать формальным. В республиках принимаются Конституции, в осталь­ ных субъектах - Уставы. Но если обратиться к этимологии слов "Конституция" и "Устав", то становится очевидным, что они очень близки по смыслу. Конституция (пер с лат. - установ­ ление, структура чего-либо).'' Устав (старорусское "Устав") - установление, свод правил, за­ конов.

Несмотря на то, что по своему юридическому содержанию "уставы" и "конституции" субъектов РФ равнозначны, различия этих учредительных документов, в том числе и по своей структуре не позволяют их назвать, бесспорно "равностатусными".

Мы согласны с мнением о том, что "Уставу присущи все признаки Конституции",'и что "по форме и содержанию устав края (области) является конституционным актом".^ К то­ му же хочется отметить, что в России Уставы ряда краев и областей юридически более гра­ мотные, нежели конституции некоторых республик (например, Устав Красноярского края, Устав Свердловской области сопоставить с учредительными актами Ингушетии или Кал­ мыкии).

' Последний законопроект принят Государственной Думой в первом чтении. Данная редакция закона прорабо­ тана автором, его предложения и замечания направлены в Аппарат Государственной Думы для учета при под­ готовке ко второму чтению. (См. Приложение в настоящей работе) " Например, ФЗ об автономной области, автономном округе, возможность принятия которых предусмотрена ч.

3 ст. 66 Конституции РФ.

^ Словарь иностранных слов. М., 1998. С. 585.

" Толковый словарь великорусского языка. М., 1980. Т. 4. С. 514.

' Комментарий к Конституции РФ. М. 1996. С. 278.

* Умнова И. А. Устав области (края) - первый опыт. М., 1995. С. 10.

Что касается порядка изменения статуса субъекта РФ, то по смыслу ст. 66 федераль­ ной Конституции этот процесс не односторонний, а договорной. Здесь наблюдается про­ тиворечие в Основном Законе, закрепившем в ст. 71 п. «б» федеративной устройство в ис­ ключительное ведение РФ, то есть исключив возможность участия субъектов РФ, что не со­ ответствует ст. 136 Конституции РФ, требующей одобрения поправок к главе 3 "Федератив­ ное устройство" двумя третями представительных органов субъектов РФ. Некоторые рес­ публики, например, Кабардино-Балкария, Ингушетия, Северная Осетия-Алания, вообще не ^т отразили в своих Конституциях вопросы изменения статуса республик.

В полной мере соответствуют духу федеральной Конституции по вопросам измене­ ния статуса Уставы краев, областей, автономных округов. Например, часть 3 ст. 11 Устава Красноярского края гласит: "Статус края может быть изменен по взаимному согласию Рос­ сийской Федерации и края в соответствии с федеральным конституционным законом".' Аналогичные положения содержатся во многих других Уставах субъектов РФ.^ Одно из центральных мест в Уставах занимают нормы, определяющие края, области, города федерального значения как равноправные субъекты РФ. При этом краевые и област­ ные законодатели ориентируются на конституционный опыт республик, что является следст­ вием закрепления в Уставах положений, противоречащих федеральной Конституции, Так, края и области не заявляют о своем суверенитете, но в ряде Уставов закреплены положения о том, что изменение статуса или границ края, области возможно только после волеизъяв­ ления населения края, области на специальном референдуме (ст. 38 Устава Ставропольского края, ст. 4 Устава Самарской области, ст. 8 Ленинградской области, ст. 3 Устава Свердлов­ ской области и т.д.) Несмотря на то, что в отдельных случаях можно говорить о неверном понимании процесса выравнивания статусов, верно отмечает В. Иванов, - в целом края, области и горо­ да федерального значения тяготеют к законопослушанию, нежели республики в составе РФ.^ Таким образом, мы видим различные подходы к вопросу об изменении статуса субъ­ ектов РФ, зачастую противоречащие Конституции РФ. Данное обстоятельство обусловлено во многом самими противоречиями Конституции России, а так же отсутствием федерально­ го конституционного закона, регулирующего данную процедуру.

Что касается вопроса равноправия субъектов России, то формально практически все регионы провозгласили себя таковыми в своих учредительных документах. Так, ст. 1 и ст.

4 Устава (Основного закона) Ивановской области гласят: "Ивановская область является рав­ ноправным субъектом РФ;

"Территория области является частью территории РФ". В ст. Устава Калужской области заявляется: "Калужская область является равноправным субъек­ том и неотъемлемой частью единого государства - РФ".** Существует масса и других приме­ ров.

' Уставы краев, областей : Сборник, изд. ГосДумы. Вып. № 4. М., 1997. С. 24.

* См. Там же.

' Иванов В.В. Российский федерализм и внутригосударственная договорная политика. Красноярск, КГУ. 1997.

С. 26-27.

'' Уставы краев, областей... Вып. 1-6. М., 1997. М., 1998, Принцип равноправия субъектов РФ провозглашен в части 1 ст. 5 Конституции. В то же время, часть 4 ст. 5 закрепляет их равноправие лишь во взаимоотношениях с федераль­ ными органами государственной власти. Очевидно, что толкование данных положений мо­ жет быть различным. Так, заключает М.С. Саликов, - если исходить из части 1 указанной статьи, то есть резюмировать полное равноправие частей федеративного государства, часть 4 оказывается ненужной, поскольку полностью охватывается ч. 1 ст. 5. Если же взять за ос­ нову часть 4 то есть предположить усеченное равноправие (только в одной ипостаси - во взаимоотношениях с федеральными органами государственной власти), то налицо явное противоречие с частью 1 ст. 5 Конституции.' Действительно, вокруг данной проблемы давно развивается дискуссия. Дело в том, что часть 1 ст. 5 была согласована позднее, и, будучи принятой без изменений, вступила в противоречие с частью 4 ст. 5.

Продолжая мысль о проблеме ст. 5 Конституции заметим, что интересным видится мнение Б.М. Лазарева о том, что часть 4 ст. 5 носит "организационно-процедурный харак­ тер и дополняет часть 1, которая содержит норму материального конституционного права".^ Есть ряд других ученых, поддерживающих обозначенную точку зрения.

На самом деле следует согласиться с М.С. Садиковым, предложившим два способа легального решения проблемы:

1) принятие поправки к Конституции, изымающей из части 4 ст. 5 либо соответст­ вующим образом изменяющей содержание части 1;

2) принятие Конституционным Судом РФ постановления, дающего официальное толкование обеих частей, и их соотношение.

Далее автор доказательно отмечает, что в условиях, когда принятие поправок к Кон­ ституции может быть осуществлено лишь в результате довольно жесткой процедуры, реа­ лизация второго варианта представляется предпочтительнее.^ Проблема неравноправия субъектов РФ, а точнее отсутствие фактически полного равноправия, провозглашенного Конституцией РФ, остается актуальной и по сей день. Спра­ ведливо замечает Н. Азаркин: "Неравноправие субъектов неизбежно откликается неравно ' Саликов М.С. Реформирование государственого устройства РФ // Проблемы науки конституционного права / Отв. ред. М.И. Кукушкин;

А.Н. Кокотов. Екатеринбург, 1998. С. 204. В основном и федеральные органы госу­ дарственной власти и сами субъекты Федерации в первую очередь исходят из ч. 1 ст. 5 Конституции (напри­ мер, часть 1 ст. 1 Устава Свердловской области) Но порой данное обстоятельство приводит к неожиданным трактовкам. Так, А.И. Коваленко полагает, что " о равноправии может идти речь только применительно к од нопорядковым ( тождественным) субъектам РФ» См.;

Коваленко А.И. Конституционное право РФ. М., 1995. С.

70.Однако автор не учел, что равноправие субъектов вовсе не означает их тождества и невозможно "подог­ нать" все разнообразие субъектов под какую-то одну схему. Субъекты РФ не могут обладать полностью оди­ наковыми полномочиями во всех отношениях. Все субъекты РФ равноправны с федеральным центром, но в то же время некоторые из них несут дополнительные обязанности), Москва выполняет столичные функции. Ка­ лининградская область, будучи географически оторванной от остальной территории России, может претендо­ вать на особый статус;

Республики тоже выполняют ряд специфичных, национальных функции). Кроме того.

Все субъекты отличаются большим разнообразием и по количественным показателям. Одни из них насчиты­ вают 20 или чуть более тысяч человек, другие - миллионы. Поэтому принцип равноправия необходимо при­ менять с учетом этих факторов и того, что субъекты России не однопорядковые.

" Конституция Российской Федерации. Комментарий. М., 1997. С. 76.

^ Проблемы науки конституционного права. С. 205, правием граждан. Ведь если кому-то выделено больше нефти, золота, алмазов, денег, то у кого-то их настолько будет меньше. О том, что мы решили стать не только правовым, но и социальным государством придется в этом случае забыть".' Изложенное наглядно свидетельствует о том, что до идеального равноправия Россий­ ской Федерации еще далеко. Как замечает А.В. Зиновьев, асимметричное федеративное уст­ ройство России начисто исключает равноправие. Наращивание договорного или иного не­ равноправия рано или поздно взорвет Федерацию. Россия либо создает цивилизованную т федерацию, либо на долгие годы увязнет в международных конфликтах.


^ Можно согласиться с идеей автора о создании симметричной федерации. Однако на данном этапе становления российского федерализма полностью отвергнуть договорное регу­ лирование нам видится неразумным. Другой момент, что заключение договоров между ор­ ганами государственной власти РФ и ее субъектами должно быть в рамках конституцион­ ного поля и осуществляться при необходимости. Здесь можно согласиться с И.А. Умновой, которая рассматривает договорное опосредование взаимоотношений Центра и отдельных субъектов как "способ закрепления неравенства, который выражается в проведении феде­ ральной властью политики заключения с отдельными субъектами договоров и соглашений, ставящих их в особое по отношению к другим субъектам положение"."^ Заключение договоров, - полагает М.С. Саликов, - оправданно лишь с субъектами, обладающими определенной спецификой (географическое положение, сложносоставные субъекты и т.д.). Что касается остальных субъектов, то регулирование их взаимоотношений с центром должно осуществляться на основе Конституции.'* Представляется, что такое убеждение автора обусловлено так называемым "договор­ ным бумом" и действительно, уменьшит количество заключение не вполне легальных дого­ воров.

Вместе с тем, возникает справедливый вопрос: как быть с принципом равноправия?

В данный момент нам видится выход в заключении договоров со всеми субъектами - как единственный и оправданный способ выравнивания статуса субъектов РФ К тому же, одной из основных задач, закрепленных в Основных положениях региональной политики в РФ, ут­ вержденной Указом Президента РФ от 03.06.96 г. является "выравнивание реальных прав и компетенции субъектов РФ".^ ' Азаркин Н. Какое государственное устройство к лицу России // Российская Федерация. 1998. № 16 С.

15.Основное неравенство между субъектами РФ прослеживается между республиками, с одной стороны, и краями, областями и городами федерального значения с другой. И это связано с тем, что республики в составе РФ обладают особыми, отличительными атрибутами. Именно республики выступают в качестве государств это говорится в ст. 5 Федеральной Конституции, так и в республиканских Конституциях. Отсюда следующие, свойственные только им, признаки: наличие конституции (остальные субъекты имеют только уставы);

граж­ данства, государственного языка, столицы (в других субъектах административные центры);

институт прези декгства (другие субъекты возглавляют, как правило, губернаторы), наличие конституционного суда (в других, в основном. Уставные суды).

" Зиновьев А.В. Указ. соч. С. 95.

^ Умнова И.А. Эволюция правового статуса края, области как субъекта РФ // Государство и право. 1994. № 8 9.С. 51.

'' Саликов М.С. Указ. соч. С. 215.

Российская газета. 1996. 15 июня.

Фактическое состояние федеративного устройство на сегодняшний день таково, что в составе Федерации находится семь так называемых "сложносоставных" субъектов РФ, по­ скольку в состав одного края (Красноярского) и шести областей (Архангельской, Пермской Тюменской, Иркутской, Читинской, Камчатской) входят девять автономных округов.

При этом ученые посвящают данным проблемам отдельные исследования.' Вопросы сложносоставных субъектов РФ являются предметом дискуссий в научных кругах, а также неоднократно решались Конституционным Судом РФ, т Так, в "Деле о толковании ч. 4 ст. 66 Конституции" Конституционный Суд вновь, по­ сле так называемого "Тюменского дела", исследовал проблему правового статуса и взаимо­ отношений автономных округов. "Вхождение, - говорится в решении Суда, - предполагает обязанности органов государственной власти обоих равноправных субъектов обеспечивать сохранение территориальной целостности и единства в интересах населения края, области".^ Суд, в частности, обратил внимание на гарантию, установленную в ч. 5 ст. 66 Конституции, в соответствии с которой для изменения статуса автономного округа не требуется согласия или предварительного разрешения края, области. Вхождение автономного округа в состав области, означает наличие у области единых территорий и населения, составными частями которых является территория и население округа, а также государственных органов, пол­ номочия которых распространяются на территорию автономного округа, в случаях и преде­ лах, предусмотренных федеральным законом, уставами соответствующих субъектов РФ и договорами между органами государственной власти.

Также в Постановлении, Суд назвал в числе форм опосредования взаимоотношений Ф областей и автономных округов - договоры. Суд особо подчеркнул, что отсутствие догово­ ра не может служить препятствием для распространения юрисдикции органов государст­ венной власти края, области на автономный округ.

В. Иванов предлагает не принимать Федеральный закон "Об основах отношений края, области с автономными округами", так как он продублирует Постановление Конституцион­ ного Суда РФ. Он предлагает принять другой Федеральный закон "О Договорах (договор­ ных отношениях) между органами государственной власти края, области и органами госу­ дарственной власти автономных округов". Принятие такого закона не противоречит феде­ ральной Конституции, поскольку попадает под положение ч. 4 ст.66.'* В свою очередь В.Г. Ермаков предлагает поиск формулы, которая могла бы стать на­ дежным ориентиром в налаживании нормальных взаимоотношений области (края) и авто­ номных округов. Он полагает, что:

1) они (субъекты) должны решать свои задачи в опоре друг на друга;

' См. например: Ульянов В.И. Сложноустроенные субъекты РФ в системе федеративных отношений: Авторе­ ферат дне. канд. юрид. наук Тюмень, 1999. С. 9-11;

Добрынин Н.М. Конституционно-правовые основы отно­ шений края и области с входящими в их состав автономными округами.: Автореферат дис. канд. юрид. наук Тюмень, 1999. и др.

^ Постановление Конституционного суда от 14.07.97 // Вестник Конституционного суда. 1997. № 5.

Там же.

'' Иванов В.В. "Сложнопостроенные" субъекты РФ: констит'ционная реальность и проблемы регулирования // Журнал российского права. 1998. № 12. С. 49-58.

2) расширить практику трехсторонних договоров;

федеральный центр - край - авто­ номный округ;

3) ратификация договоров между краем и автономной областью Советом Федера­ ции, ибо государственное устройство является прямой обязанностью верхней па­ латы;

4) принятие федерального закона по конкретному округу.' Представляется, что в целом оба эти предложения несут в себе рациональное зерно.

Однако нам трудно согласиться с тем, что принятие Федерального закона "Об основах от­ ношений края, области с автономными округами" принимать не следует. Действительно, Постановление Конституционного Суда не должно заменять Федеральных законов, хотя оно может быть более устойчиво в правовом смысле. И это во-первых. Во-вторых, Постановле­ ние Конституционного Суда от 14.07.97 г лишь частично помогло урегулировать некоторые вопросы. При этом убедительно подчеркивает А.В. Усе, что остается открытым вопрос: ка­ ковы основания и пределы распространения юрисдикции органов государственной власти края в отношении автономных округов?^ Хотя Суд очертил рамки деятельности, однако он не может заменить предусмотренные Конституцией РФ принятие Федерального закона или договора. Формула равноправия в таком случае оказывается просто декларацией.' По мнению Конституционного Суда для изменения статуса автономного округа не требуется согласия края или области. Но в соответствии со ст. 67 Конституции изменение границ между субъектами РФ требует обязательного взаимного согласия. Тем более что из­ менение статуса может включать в себя и выход из состава края, области. В действительно­ # сти, данные вопросы обостряют проблемы равноправия субъектов РФ. «Фактическое вы­ равнивание возможностей субъектов Федерации в целях обеспечения граждан страны всей полнотой политических и социально-экономических прав» - признано одной из приоритет­ ных задач главой Российского государства.'* При любом раскладе край и область, имеющие в своем составе округа, должны строить с ними свои отношения на паритетных, равноправ­ ных отношениях.

Говоря о конституционно-правовом статусе субъекта Федерации следует упомянуть, что правовой статус субъекта федерации имеет сходство с правовым статусом законода­ тельно-территориальной автономии. В научной литературе существует довольно много клас­ сификаций автономий от более к менее сложным. Мы же выделим основное, на наш взгляд, деление автономных единиц на две группы:

1) политические (законодательные);

2) административные (местные).

Именно первый вид автономий имеет большее сходство со статусом субъектов РФ.

' Ермаков В.Г. Федеральный центр и сложносоставные субъекты // Журнал российского права. 1998. N° 1. С.

19-24.

^ Усе А.В. Формула равноправия // Российская Федерация, 1999, № 18. С. 17, ' Усе А.В. Указ. соч. С. 17.

'^ Путин ВВ. Какую Россию мы строим. Послание Федеральному Собранию России // Российская газета. 2000.

11 июля.

Политическая автономия, замечает М.Ф. Чудаков, характеризуется тем, что субъекты политической автономии имеют практически все признаки государства: парламент, прави­ тельство, гражданство, местное законодательство, государственную символику и ряд других атрибутов.' Таким образом, законодательная автономия может обладать большим объемом прав, чем субъект Федерации.

Ответ о различии их статусов лежит на поверхности. Субъект Федерации, даже если он обладает меньшим объемом прав, чем законодательно-территориальная автономия, все равно более самостоятелен - его статус не может быть изменен без его согласия, в то время как статус законодательно-территориальной автономии может изменяться в одностороннем порядке, без ее согласия (например, Италия), Кроме того, автономия не имеет учредительной власти. И это не все отличия.

Что же касается элементов правового статуса субъектов РФ, то их можно заключить в следующую группу, составляющею основные элементы статуса субъектов РФ:


1. Права (правомочия) на: учредительную власть, символику и наименование;

территорию;

собственность;

гражданство;

государственный язык;

правовую систему;

компе­ тенцию и предметы ведения;

систему органов государственной власти.

2. Обязанности.

3. Ответственность.^ Представляется, что последний пункт (ответственность) бесспорно, является элемен­ том правового статуса субъекта РФ, хотя принимается не всеми учеными.

1 ^^ Рассмотрим более подробно, однако, не претендуя на полноту, особенности некото­ '# рых элементов конституционно-правового статуса субъектов Федерации, которые являются либо особыми, наиболее важными или же вызывают повышенный интерес автора.

Одним из важнейших элементов правового статуса субъекта РФ является наличие учредительной власти. Учредительная власть характеризуется правом субъекта самостоя­ тельно принимать свои основные законы (конституции, уставы) и свое законодательство.

Источником учредительной власти, как и любой другой государственной власти, является народ.

Особенностью учредительной власти отдельных регионов РФ можно признать и то, что практически все уставы субъектов РФ и ряд конституций принятыми их представитель­ ными органами. В то же время путем референдума приняты Конституции таких республик.

' Чудаков М.Ф. Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Минск, "Харвит", 1998. С. 340.

^ В то же время, некоторые исследователи рассматривают, может и, не претендуя на полноту, элементы статуса субъекта РФ намного уже. Так, В.И. Ульянов отмечает, что субъект РФ обладает следующими обязательными признаками (свойствами): собственная территория, население субъекта федерации;

собственные властные пол­ номочия и совместные властные полномочия с РФ;

собственная нормативно-правовая база;

система органов государственной власти субъекта Федерации. См.;

Ульянов В.И. Указ. соч. С. 8. Подробнее о статусе субъекта Федерации также см.: Володин В.В. Субъект Российской Федерации: проблемы власти, законотворчества и управления: Автореф. дис. докт. юрид. наук СПб. 1996.;

Евдокимов И.В. Проблемы правового регулирования статуса субъекта РФ: Автореф. дис. канд. юрид. наук Екатеринбург, 1999.;

Лебедев АН. Статус субъекта Рос­ сийской Федерации. Монография. М., 1999 и др.

как Татарстан, Ингушетия, Хакасия. Конституции некоторых республик приняты специаль­ ным органом - Конституционным Собранием (Дагестан).

Конституции республик и уставы других субъектов РФ имеют высшую юридическую силу на территории своего региона. В некоторых из этих Основных законов указывается на их "прямое действие". Например, ст. 9 ч. 3 Устава Москвы гласит: "Устав имеет прямое дей­ ствие и применяется на всей территории Москвы".

Так, в ст. 76 ч. 2 Устава (Основного закона) Челябинской области Устав определен как акт высшей юридической силы, имеющий действие на территории области. Возникает справедливый вопрос: правомерна ли такая формулировка и не противоречит ли она феде­ ральной Конституции? Ответ однозначен, и мы полностью разделяем позицию А.Н. Кокото ва о том, что оценка Устава как акта высшей юридической силы правомерна и не подрывает юридической силы Конституции РФ, поскольку высшая юридическая сила Устава области обращена не к Конституции РФ, а к правовым актам области.' Кроме того, аналогичное мнение о характере Уставов как актов высшей юридической силы было сформулировано российским Конституционным Судом.

Учредительная власть субъекта проявляется также в праве самостоятельного измене­ ния учредительных документов. Процедура внесения поправок в Конституции (Уставы) в разных субъектах различна. Традиционны три варианта: изменение основного закона пред­ ставительным органом, референдумом или специально созываемым органом.

Важно отметить, что принимаемые субъектами РФ учредительные документы не должны противоречить федеральной Конституции, и в большинстве субъектах это требова­ ^# ние соблюдается. Некоторые Конституции республик, а также ряд Уставов регионов не соот­ ветствуют Конституции России. Например: "Законы и иные нормативно-правовые акты ор­ ганов государственной власти и управления РФ правомерны на территории республики Ин­ гушетия, если они не противоречат суверенным правам Республики Ингушетия (ст.7 ч. Конституции Ингушетии). Часть республик вообще "забыли" о Конституции России и не упоминают о ней. К ним относятся Татарстан, Чечня, Дагестан.

Кстати, конституции зарубежных федеративных государств предусматривают три вида гарантий для обеспечения соответствия Конституций субъектов Федерации федераль­ ной Конституции, а именно:

1) подтверждение федеральными властями соответствия конституций субъектов фе­ дерации федеральной Конституции;

2) судебный федеральный контроль за соответствием конституций регионов феде­ ральной Конституции;

3) конституционное закрепление обязанности для членов легислатур и должностных высших лиц субъектов Федерации неукоснительно соблюдать федеральную Кон­ ституцию и нести ответственность в случае нарушения этой обязанности.^ ' Выдрин И.В., Кокотов А.Н., Саломаткин А.С, Челябинская область - субъект РФ. Челябинск, 1997. С. 48.

^ См.: Российская газета. 1996. 17 февраля.

' Дымов Д.Е. Конституционные гарантии целостности Федерации в зарубежны.ч странах. М., 1996. С. 21.

Таким образом, учредительные документы субъектов РФ, будучи равными, по своей юридической природе, тем не менее, имеют некоторые отличия - в структуре Устава и Кон­ ституции, а так же отличия в процедуре принятия и изменения.

Другим элементом правового статуса субъектов РФ является символика и наименова­ ние субъекта.

Практически все субъекты закрепляют в своих основных законах собственную сим­ волику. Тем не менее, определяют они ее разумно. Так, республики в отношении своей сим­ волики используют слово "государственная" (видимо опираясь на ст. 5 Конституции РФ), другие субъекты используют слово "официальная" либо просто "символика". Например, гла­ ва 9 Конституции Дагестан называется "Государственные символы. Столица Республики Да­ гестан", глава 5 Конституции Ингушетии имеет наименование "Государственные символы и столица республики Ингушетии" ' и т.д.

Между тем, наблюдаются различия в количестве элементов символики. Большинст­ во республик имеют свой государственный герб, флаг, гимн, столицу, чего не имеют в со­ вокупности другие субъекты РФ. Символика конкретного субъекта устанавливается им са­ мостоятельно, с учетом национальньпс, исторических и иных местных традиций и особенно­ стей.

Помимо символики каждый субъект РФ имеет свое наименование. В этом есть опре­ деленный юридический смысл, и он в том, что в Конституции РФ не может бьггь другого субъекта с таким же названием. Из ст. 71-73 федеральной Конституции видно, что вопросы присвоения и изменения наименования субъекта РФ являются прерогативой законодатель­ т ной власти конкретного региона. Причем ст. 137 ч. 2 Конституции РФ гласит, что новое на­ именование (при его изменении) включается в ст. 65 Основного закона. Согласно Постанов­ лению Конституционного Суда РФ по данной проблеме от 28.11.95 г. изменения наимено­ вания субъектов РФ включается в текст ст. 65 Конституции РФ указом Президента РФ, на основании решения субъекта РФ, принятого в установленном им порядке.

Вместе с тем Конституционный Суд справедливо ввел ограничения в рамки выбора наименований;

"Не является изменением наименования субъекта РФ в смысле ч. 2 ст. Конституции РФ и, следовательно, не может быть произведено в указанном порядке такое переименование, которое затрагивает основы конституционного строя, права и свободы че­ ловека и фажданина, интересы других субъектов РФ, России в целом либо интересы других государств, а также предполагающих изменение состава РФ или конституционно-правового статуса ее субъекта".^ При этом, обратим внимание на то, что высший орган конституцион­ ного контроля использует в своих решениях термин "конституционно-правовой статус" о целесообразности которого мы уже выше упоминали. Также Конституционный Суд обосно­ ванно отметил, что изменение наименования субъекта может повлечь изменение состава РФ или конституционно-правового статуса ее субъектов.

' Конституции, уставы и договоры субъектов РФ на Северном Кавказе. С. 219, 239.

^ Вестник Конституционного суда РФ. 1995. № 6.

^ Там же.

Таким образом, Суд подчеркнул, что:

1) изменение наименования субъекта РФ вводится в Конституцию по упрощенной процедуре и мерами оперативного нормотворчества - указом Президента;

2) изменение наименования субъекта РФ не может повлечь другого изменения его статуса или статуса России в целом;

3) данный указ Президента является формальным, поскольку само решение об изме­ нении наименования принимает компетентный орган субъекта РФ;

4) Президент не вправе не подписать данный Указ и обязан его опубликовать, при условии отсутствия законных оснований для его неподписания.' Основное различие, подтверждающее неравностатусность субъектов РФ в этом аспек­ те, состоит в различных наименованиях субъектов РФ. Различия в наименованиях, - верно отмечает И.В. Евдокимов, - вполне естественны, однако деление субъектов на виды - рес­ публики, края, области и т.д. не совсем "гармонирует" с принципом их конституционного равноправия и не соответствует мировой практике федерализма, где предпочтителен единый вид субъектов Федерации;

земли, штаты, кантоны, провинции и т.д.^ Другим неотъемлемым атрибутом субъекта России является его территория. Все субъекты РФ в соответствии с ч. 1 ст. 67 Конституции РФ имеют свои территории, обозна­ ченные административно-территориальными границами между ними.

Территория устанавливает пространственные границы юрисдикции государства (го­ сударственного образования) и, как мы уже отмечали, включает в себя воду, сушу недра и воздушное пространство. Что касается границ между субъектами, то они носят администра­ тивный характер. Это видно из смысла ст. 74 ч. 1 Конституции РФ, запрещающей установ­ ление таможенных границ, пошлин, сборов и других препятствий для свободного переме­ щения товаров, услуг и т.д.

Субъекты РФ по разному подходят к утверждению принципа единства и территори­ альной целостности РФ. Большинство субъектов РФ закрепляют его в своих учредительных документах. Например, ст. 2 Устава Тюменской области "Территория области... является неотъемлемой частью единой территории РФ", ст. 12 Устава Красноярского края гласит:

"Территория края входит в единую территорию РФ и обладает внутренней государственной целостностью".^ Аналогичные положения содержатся во многих других уставах субъектов России. В то же время большинство республиканских Конституций не содержат прямого указания на то, что их территории являются частью России, хотя и закрепляют свое нахож­ дение в составе РФ. ( например. Ст. 1 Конституции Кабардино-Балкарии гласит: " Кабарди­ но-Балкарская республика есть суверенное демократическое правовое государство в составе ' Также следует отметить, что существует несколько Указов Президента, посвященных включению нового наименования субъекта в Конституцию РФ. Первый из ни.х Указ № 20 от 09.01.96 г. На его основе в ст. 65 Фе­ деральной Конститущ1И были введены новые наименования - Республики Ингушетия - республика Северная Осетия - Алания. См.: Указ Президента РФ от 09.01.96 № 20 «О включении новых наименований субъектов РФ в ст. 65 Конституции РФ» // СобраниетаконодательстваРФ. 1996. XQ 3. Ст. 152,;

Указом Президента РФ от 10.02.96 № 173 «О включении нового наименования субъекта РФ в ст. 65 Конституции РФ» включено наиме­ нование - Республика Калмыкия // Собрание законодательства РФ. 1996. № 7. Ст. 676.

" Евдокимов И.В. Указ. соч. С. 15.

' См: Уставы краев, областей.... Вып. 4 М., 1998.

РФ",) Вместе с тем надлежит заметить, что субъекты РФ ограничены в своих правомочиях в отношении территорий. Это обусловлено фактом вхождения в состав России, а также ст. 71 72 Конституции РФ.

Важнейший вопрос, касающийся территорий субъектов, это проблема изменения границ между ними, то есть границ территорий. Зарубежные федерации, в частности Индия, Мексика наделяют свои парламенты исключительными полномочиями по территориальной организации государства. В Мексике Федеральный Конгресс, согласно ч. 3 и 4 Конституции, вправе образовать новые штаты в границах уже существующих, определять окончательно границы штатов.' Одним из основных вопросов, имеющих определяющее значение для обеспечения территориального единства Федерации, является конституционное закрепление за феде­ ральными представительными органами исключительного права на принятие решения по вопросам, касающимся территориального устройства.^ Конституция РФ ст. 71 п. "б", также наделяет Федерацию исключительными полно­ мочиями по вопросам федеративного устройства и территории РФ. В то же время, часть 3 ст.

67 федеральной Конституции гласит, что границы между субъектами РФ изменяются с их взаимного согласия. Данное положение закрепляется в учредительньпс документах субъек­ тов России.

Согласие субъекта Федерации на изменение границ оформляется либо решением представительного органа, либо решением референдума.

К территориальным полномочиям субъектов РФ относится также право самостоя­ тельно устанавливать административно-территориальное деление своей территории. Одна I ко исходя из учредительных документов регионов можно сделать вывод о том, что не су­ I ществует единого понятия территориального устройства. Ряд субъектов называют его адми­ нистративно-территориальным, другие государственным или национально территориальным. Однако практически все субъекты РФ, полагает И.В. Евдокимов, сводят свое внутреннее территориальное устройство к вопросам (понятию) административно i территориального деления.'' Поэтому, применительно к субъектам России целесообразнее использовать понятие "административно-территориальное устройство", а не "государствен­ ное" потому, что даже если признать республики государствами, то фактически они - уни­ тарные государства, состоящие лишь из административно-территориальных единиц. Понятие государственного устройства относится к Российской Федерации и означает упорядоченное разделение всей ее территории на регионы - субъекты Федерации, а разделение последних есть уже административно-территориальное устройство.

Другой проблемой в территориальном устройстве регионов является положение ч. ст. 66 Конституции РФ, допускающей вхождение одного "равноправного" субъекта в состав другого, что вызывает сомнения в их "равноправности".

I { Мексиканские соединенные штаты. Конституция и законодательство. М., 1986. С. 75-76.

• Дымов Д.Е. Конституционные гарантии целостности Федерации в зарубежных странах.

М., 1996. С, 7.

^ Евдокимов ИВ. Указ. соч. С. 16.

Выше мы уже коснулись проблемы сложносоставньпс субъектов РФ. Само определе­ ние "входящие в состав"," включает территорию", предполагает отношения подчиненности, неравенства.' Еще одним элементом конституционно-правового статуса субъектов РФ является со­ гласно п. «г» ст. 72 Конституции РФ право субъектов на свою региональную собственность.

Речь здесь идет о разграничении государственной собственности на федеральную и регио­ нальную собственность. Данное разграничение в соответствии со ст. 72 Основного закона находится в совместном ведении РФ и ее субъектов. Отнесение государственного имущест­ ва и собственности федеральной или региональной в силу ст. 214 Гражданского Кодекса РФ, осуществляется в порядке, установленном Федеральным законом. Поскольку такой за­ кон пока не принят, сейчас действует Постановление Верховного Совета РФ от 27.12.91 г.

"О разграничении государственной собственности в РФ на федеральную собственность, го­ сударственную собственность республик в составе РФ, краев, областей...".^ В основных законах субъектов РФ раскрываются составляющие собственности ре­ гиона. Например, ст. 2 Устава Иркутской области называется: "Собственность, финансы, бюджет и налоги области";

раздел 4 Устава Краснодарского края - "Собственность края.

Основы экономической деятельности".

Говоря о составе объектов государственной собственности субъектов РФ, нужно от­ метить, что в соответствии с п. 4 ст. 214 ПС РФ, имущество, находящееся в собственности субъекта Федерации, делится на два вида:

1) закрепленное за государственными предприятиями и учреждениями имущество субъекта РФ;

2) незакрепленное за государственными предприятиями и учреждениями имущест­ во субъекта РФ. Данное имущество составляет казну субъекта РФ, в которую включаются и средства его бюджета.

Что касается права субъектов РФ на свое гражданство, то оно прямо не предусматри­ вается Конституцией РФ. Статья 6 ч. 1 федеральной Конституции гласит о едином граждан­ стве. Действующий Закон РСФСР от 28 ноября 1991 года "О гражданстве Российской Феде­ рации" закрепил, что "граждане РФ, постоянно проживающие на территории республики в составе РФ, являются одновременно гражданами этой республики ".^ Тем самым было вве­ дено собственное гражданство республик, однако такого правового института для остальных субъектов РФ не предусмотрено. Таким образом, гражданство, строго говоря, является эле­ ментом правового статуса лишь республик в составе России.

При этом ряд республик ставят свое гражданство над гражданством федеральным.

Важный принцип, установленный федеральной Конституцией в ст. 6 ч.2 заключается в том, что каждый гражданин РФ обладает на ее территории (в любом из субъектов РФ) все ' См. подробнее: Добрынин Н.М. Констит'ционно-правовые основы отношений края или области с входящи­ ми в их состав автономными округами: Автореф. дис. канд. юрид. наук Тюмень. 1998. С. 9.;

Богданова Н.А.

Равноправие субъектов РФ;

некоторые проблемы решения // Правовой статус субъектов современной федера­ ции. Барнаул. 1996. С. 24.

- Ведомости Верховного Совета РФ. 1992. № 32. Ст. 1868.

^ Ст. 2 указанного закона // Собрание законодательства РФ. 1995. № 7. Ст. 496.

ми правами и свободами и несет равные обязанности, предусмотренные Конституцией РФ.

Данный принцип установлен во многих федерациях мира. Например, в Германии, " Каждый гражданин Федерации имеет в каждой из земель те же права и обязанности, что и граждане этой земли".' Несмотря на то, что автономные округа, как и республики в составе Федерации, об­ разованы по национальному принципу, ст. 68 ч. 2 Конституции РФ закрепляет только за республиками право устанавливать свои государственные языки. Это опять же свидетельст­ ф вует об особом статусе республик, и лишний раз доказывает "неравностатусность" субъек­ тов РФ. Многие республики в своих Конституциях закрепили наряду с русским и свой госу­ дарственный язык (язык "титульной" нации). Например, ст. 67 Конституции Бурятии;

"Го­ сударственным языком Республики Бурятия является бурятский и русский язык";

Ст. Республики Хакасия закрепляет: "Государственными языками Республики Хакасия являют ся хакасский и русский языки".

В то же время отдельные республики наряду с русским закрепляют два и более язы­ ков в качестве государственных. Например, ст. 76 Конституции Кабардино-Балкарии - "Го­ к сударственными языками Кабардино-Балкарской Республики на всей ее территории явля­ ются кабардинский, балкарский и русский языки".

Одним из важнейших элементов правового статуса субъекта РФ является наличие его собственной компетенции. В соответствии со ст. 73 Конституции РФ вне пределов ведения РФ и полномочий РФ по предметам совместного ведения РФ и ее субъектов, субъекты Федерации обладают всей полнотой государственной власти, то есть имеют собственную (или так называемую "остаточную") компетенцию.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.