авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
-- [ Страница 1 ] --

из ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ

Антюфеева, Юлиана Николаевна

1. Английские новооБразования в развитии:

потенциальное слово, окказионализм, неологизм

1.1.

Российская государственная Библиотека

diss.rsl.ru

2005

Лнтюфеева, Юлиана Николаевна

Английские новообразования в развитии:

потенциальное слово, окказионализм,

неологизм [Электронный ресурс]: Дис....

канд. филол. наук

: 10.02.04.-М.: РГБ, 2005 (Из фондов Российской Государственной Библиотеки) Германские языки Полный текст:

http://diss.rsl.ru/diss/05/0039/050039020.pdf Текст воспроизводится по экземпляру, накодятцемуся в фонде РГБ:

Лнтюфеева, Юлиана Николаевна Английские новообразования в развитии потенциальное слово, окказионализм, неологизм Тула 2004 Российская государственная Библиотека, год (электронный текст).

в\-СЧ-\^/^'^Ъ1 тульскрш ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМ. Л.Н.ТОЛСТОГО

На правах рукописи

АНТЮФЕЕВА Юлиана Николаевна АНГЛИЙСКИЕ НОВООБРАЗОВАНИЯ В РАЗВИТИИ:

ПОТЕНЦИАЛЬНОЕ СЛОВО, ОККАЗИОНАЛИЗМ, НЕОЛОГИЗМ.

Специальность 10.02.04. - германские языки Диссертация На соискание ученой степени кандидата филологических наук

Научный руководитель доцент, кандидат филологических наук Л. И. Сапогова « Тула СОДЕРЖАНИЕ ^^ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. НОВОЕ СЛОВО КАК РЕАЛИЗАЦИЯ ПОТЕНЦИАЛЬНЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ ЯЗЫКОВОЙ СИСТЕМЫ 1.1 Пополнение лексического состава языка 1.2 Проблемы номинации и внутренняя форма слова 1.3 О понятиях язык, речь, речевая деятельность 1.4 Новообразования как факты языка и речи: содержание понятий, признаки и терминология Выводы по главе 1 ^ ГЛАВА 2. НОВООБРАЗОВАНИЕ: ПРИЧИНЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ, СТАТУС И СТЕПЕНЬ НОВИЗНЫ 2.1 Процесс порождения нового слова и причины его возникновения 2.2 Диалектика существования новообразований в дихотомии язык — речь 2.3 Норма и причины ее эволюции 2.4 Способы образования новых слов 2.5 Фактор степени новизны слова Выводы по главе П ГЛАВА 3. ПРИНЦИПЫ ДЕКОДИРОВАНИЯ НОВОГО СЛОВА 3.1 Прагматика нового слова 3.2 Стратегии понимания новообразований 3.2.1 Факторы, влияющие на лексическую актуализацию нового слова 3.2.2 О роли фоновых знаний в декодировании новообразований ^^ 3.3 Влияние длины контекста на декодирование новообразований 3.3.1 Понятие контекста и его классификации 3.3.2 Параметры контекста и их влияние на декодирование новообразований в микро- и макро-контекстах Выводы по главе III ЗАКЛЮЧЕНИЕ БИБЛИОГРАФИЯ ПРИЛОЖЕНИЕ % ВВЕДЕНИЕ В условиях функционирования языка образование новых слов представляет собой непрерывный процесс, что поддерживает постоянный интерес лингвистов к проблемам новообразований. Исследование новообразований ведется в разных направлениях: словообразовательном, социолингвистическом, психолингвистическом, типологическом и др.

Данная работа посвящена изучению диалектики развития новообразований в английском языке, способам их словообразования, а также прагматики нового слова, с точки зрения его контекстуальной зависимости.

Объектом нашего исследования являются новообразования:

потенциальное слово, окказионализм и неологизм. Очевидно, что неологизм, как и окказионализм и потенциальное слово, представляют собой новое слово, инновацию, созданную по необходимости, только одни относятся к фактам языка (неологизм), а другие (окказионализм и потенциальное слово) — к фактам речи. До тех пор пока данная единица функционирует на уровне речи, она остается окказиональной. Вначале человек, создающий новое слово, стремится к индивидуализации и оригинальности, затем слово проходит несколько стадий: специализацию (принятие в обществе) и лексикализацию (закрепление в языке).

Важным отличительным признаком нового слова являются непосредственно условия его порождения - речетворчества.

Характерными чертами реализации нового слова являются: социальная потребность, время появления (временной фактор), наличие творца, прикрепленность к контексту. наличие языковой модели и коммуникативная ценность. Следует отметить, что именно благодаря изменениям язык может оставаться вечно живым и функциональным, люди образно переосмысливают свой опыт, реализуя происходящие изменения и стремясь к новизне в форме выражения, т.е. замене ставших привычными слов.

Общество постоянно развивается и изменяется, тем самым ** усиливается интенсивность языковой коммуникации. Признание же возникшего явления языковым происходит в соответствии со следующими критериями: соответствие данного факта структуре языка, массовой и регулярной воспроизводимости данного явления непосредственно в процессе коммуникации: общественное одобрение и признание соответствующего явления. Созданное слово либо используется говорящим, реализуя свои потенциальные возможности, либо в дальнейщем остается принадлежностью «случая» - «hapax legomenon», если же созданное слово становится общественно актуальным, получает Р широкое распространение и закрепляется в языке, такое слово приобретает статус неологизма, закрепленного за особым временным периодом или, входя в язык, становится независимым от него. Значит, любое новое слово обладает временной коннотацией новизны, пока сознание распространяется на него как на новое. В нашей работе мы исследуем фактор степени новизны с точки зрения внешней формы и внутреннего содержания новообразования.

Поскольку контекст является средой, порождающей новое слово, то принципиально важным аспектом изучения новообразований, на наш взгляд, является степень зависимости новых слов от контекста. Особое место здесь занимает знание о том, как прагматические компоненты кодируют параметры контекстов употребления слова и как происходит декодирование компонентов непосредственно в контексте. Исследование влияния длины контекста на декодирование новообразований расширило круг проблем, связанных с переводом и адекватным восприятием новых слов не носителями языка.

Актуальность данного исследования заключается в том, что одной из особенностей развития языка является изменчивость, детерминированная # влиянием общества и происходящая, в первую очередь, в речи, а затем в языке. Следовательно, принятие или отказ от новообразований зависит от определенных социальных факторов и коммуникативных условий.

Следует отметить, что при наличии достаточно большого числа работ, посвященных потенциальным словам, окказионализмам, неологизмам по отдельности, давно ощущается необходимость общего взгляда на их связь и диалектику их развития, обусловленную взаимодействием языка и речи.

Научная новизна данной работы состоит в исследовании диалектики развития новообразований, основанной на изучении как их внешней формы, внутреннего содержания, так и условий реализации новообразований в речи и языке. Благодаря этому подходу в работе уточняется статус окказионализма, потенциального слова и неологизма в языке и речи. Детальное рассмотрение роли фоновых знаний и пресуппозиций, контекстуальной зависимости новообразований в русле прагмалингвистики позволяет увидеть, как контекстуальные условия влияют на судьбу окказиональных образований.

В работе предлагается новый взгляд на соотношение нового и старого в новообразованиях. Представленные в работе доказательства возможных путей развития слов, созданных для данного случая, также относятся к числу ранее не обсуждавшихся. К новым знаниям по проблемам новообразований следует отнести экспериментальные данные о длине контекста, необходимого и достаточного для декодирования смысла новообразования.

Цель данной диссертации состоит в выявлении стадий процесса развития вновь образованного слова, в ходе которого реализуются потенциальные возможности языковой системы, с целью обозначения новых объектов, понятий, процессов. Описание изменяющихся признаков разного типа новообразований (таких как связь с временным фактором, степень новизны, одноразовость, зависимость от контекста, наличие автора) позволит определить переход новообразований из одной стадии в другую. Помимо того существенным моментом исследования является формулирование принципов декодирования нового слова.

Достижение поставленной цели потребовало решения следующих задач:

1) определить статус новообразований в цепочке потенциальное слово — окказионализм — неологизм, введя исследуемое явление в круг обще лингвистических теоретических проблем;

2) исследовать факторы, влияющие на порождение речи и пополнение лексического состава языка, а также определить мотивы создания нового слова, непосредственно связанные с коммуникативным намерением творца;

3) определить факторы, влияющие на актуализацию нового слова, и его признаки;

4) изучить фактор степени новизны в диалектическом развитии от окказионального образования к неологизму и классифицировать его типы;

5) описать необходимые условия понимания смысла новообразований;

6) исследовать контекстуальное окружение нового слова, выделить параметры контекста, необходимые и достаточные для понимания новообразований;

7) определить, как длина контекста влияет на правильность декодирования нового слова (с учетом наличия или отсутствия фоновых знаний и интерпретации пресуппозиций).

Для решения поставленных в диссертации задач использовались современные методы лингвистического исследования, включающие метод контекстуального анализа новообразований в текстах разных речевых жанров, метод непосредственно составляющих, компонентный анализ, в эксперименте применялись статистические подсчеты.

Теоретической базой исследования послужили работы различных отечественных и зарубежных лингвистов (Н.Д.Арутюновой, И.В.Арнольд, В.И.Заботкиной, Г.В.Колшанского, Е.С.Кубряковой, А.Г.Лыкова, Н.И.Фельдмана;

S.Levinson, Т.А. van Dijk, J.Lyons, S.J.Schmidt), в которых рассматриваются проблемы дихотомии языка и речи, нормативности, а также прагматики и когнитивной лингвистики, контекстуальной семантики и неологии.

Материалом для анализа послужили более 1000 окказиональных образований, которые почерпнуты из словарей, художественных произведений современных английских и американских авторов (в количестве 31 книги с общим объемом в 10500 страниц), а также из материалов газет и журналов, с использованием интернета как источника новых слов. Выбор источников фактического материала обусловлен необходимостью доказать, что новообразования могут возникнуть в художественных произведениях разных жанров. Другой фактор, обусловивший выбор, заключался в перспективности появления новообразований в том или ином материале (например, психологический роман, фэнтези, политическая утопия, философская сказочная эпопея, любовный роман).

Теоретическая значимость работы заключается в предпринятой попытке типизации фактора степени новизны лексических единиц, в описании частотных моделей новообразований, развивающихся во времени, в выделении признаков контекста, влияющих на правильность декодирования новых слов, доказательстве наличия факторов, позволяющих превращение окказиональных образований в слова языка.

Практическая значимость работы определяется возможностью использования ее результатов в учебных теоретических курсах по лексикологии и лексикографии, стилистике и практике перевода, а также в практике обучения язьпсу.

Апробация работы проводилась на научно-практических конференциях в ТГПУ им. Л.Н.Толстого в 2001-2003 годах, на всероссийской научно-практической конференции в ТГУ в 2001- годах. Результаты исследования обсуждались на заседании кафедры английской филологии факультета иностранных языков ТГПУ им.

Л.Н.Толстого. Основные наблюдения и выводы по теме исследования отражены в шести публикациях: «Окказиональные образования в контексте языковой картины мира», «Новообразования в дихотомии язык и речь», «О соотношении понятий «окказиональное образование», «потенциальное слово» и «неологизм»», «Структурно-семантический анализ новообразований английского языка» (на материале романа Дж.Оруэлла «1984»), «Фоновые знания как компонент восприятия языковой картины мира», «Словотворчество в зеркале лингвопрагматики».

На защиту выносятся следующие положения:

1) В качестве исходного материала для новых слов, реализующих потребности языка, используются главным образом (если это не заимствование) существующие словообразовательные модели, что, следовательно, не позволяет относить новообразования к ненормативным образованиям.

2) Ход развития нового слова (при превращении его из окказионально-потенциального в неологизм) представляет собой стадии развития и апробации нового слова в речи, когда, созданное на случай, оно поступает в распоряжение языковой общности, утрачивая одноразовость и творца, но, будучи привязано ко времени создания, сохраняет некоторое время новизну.

3) На разных стадиях развития новообразование, обладающее определенным набором признаков (принадлежность к речи, творимость, словообразовательная производность, первоначальная одноразовость, экспрессивность, новизна лексического значения, номинативная факультативность, синхронно-диахронная диффузность, принадлежность отдельному лицу и контекстуальная зависимость), меняет их суть и роль.

Переход из одной стадии в другую обусловливается утратой принадлежности к речи, творимости, одноразовости, номинативной факультативности, контекстуальной зависимости и индивидуальной принадлежности.

4) Правильное понимание и декодирование новообразований в тексте базируется на адекватном применении контекстуальных параметров и напрямую детерминируется длиной контекста, а. также наличием определенных фоновых знаний у получателя нового слова.

Структура работы: диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографии и приложения.

Во введении обосновывается выбор темы исследования;

формулируются цели и задачи диссертации;

определяется актуальность и научная новизна работы;

ее теоретическое и практическое значение;

излагаются основные положения, выносимые на защиту.

Первая глава посвящена изучению новообразований с точки зрения реализации в них потенциальных возможностей языковой системы, исследовались содержание понятий, признаки и терминология.

Вторая глава посвящена исследованию причин возникновения новообразований, их статусу и степени новизны.

В третьей главе исследуются принципы декодирования новообразований в разных контекстах в рамках прагмалингвистики.

В заключении обобщаются результаты исследования.

В приложении представлены 50 новообразований, собранных студентами Rice University, штат Калифорния, в 1999 году.

Список использованной литературы содержит труды отчественных и зарубежных авторов в области контекстуальной семантики, словообразования, неологии, прагматики, стилистики и фоновых знаний.

ГЛАВА 1. НОВОЕ СЛОВО КАК РЕАЛИЗАЦИЯ ПОТЕНЦИАЛЬНЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ ЯЗЫКОВОЙ СИСТЕМЫ 1.1. Пополнение лексического состава языка Лексический состав языка представляет собой многоплановую, сложную систему. Развитие лексического состава закономерно. Заключая в себе значительный процент стабильных элементов вокабуляра, язык ассимилирует новые. Изменение словаря сопровождается процессами унификации и дифференциации, благодаря которым достигается стабильность лексического состава и последовательность его обновления и обогащения. Лексический состав каждого языка отличается своей специфичностью, своими компонентами, проявлением особенностей функционирования лексических единиц в зависимости от социальных условий, которые находят отражение в лексике, во взаимодействии лексических единиц. Однако, не все элементы лексического состава одинаково подвижны и чувствительны к изменениям, потому в лексике различают основной словарный фонд, отличающийся большой стабильностью, и который противопоставлен остальному словарному составу. Если периферийные элементы словарного состава могут изменяться быстро и кардинально, то изменения в основном фонде происходят медленнее, что и обеспечивает его устойчивость на протяжении очень длительного периода времени.

Неравномерность развития лексического состава носит закономерный характер, что в значительной мере вызвано социальной обусловленностью развития языка. От потребностей общества зависит интенсивность развития отдельных лексических пластов, что ведет к их увеличению и активизации определенных типов и моделей словообразования.

Социальные факторы, воздействующие на развитие лексического состава, многообразны, например, социальная культура общества, уровень Производства и техники, активность политических, экономических, научно-технических, культурных контактов и т.д. Научные открытия, научное сотрудничество ведет к интернационализации терминологии, международные контакты также имеют следствием определенную интернационализацию словарного состава в целом. Взаимодействие лексических пластов рассматривается в языкознании как процесс интеграции. Резкое увеличение количества специальных терминов сопровождается их интенсивным проникновением в общелитературный язык, то же относится к ускоренному «растворению» диалектов в литературном языке.

В лексическом составе также проявляется тенденция к усложнению и обогащению. Количественное увеличение словарного состава не подлежит сомнению (процессы архаизации слов выражены слабее по сравнению с обогащением лексики), усложняется его структура (состав лексико семантических групп, синонимических, антонимических, омонимических), поскольку лексика становится разнообразнее, усиливается миграция слов различных лексических пластов.

Многообразие лексических единиц порождает сложность и подвижность отношений между ними в словарном составе. Слова эволюционируют в самых различных направлениях, в том числе и от внешнего к внутреннему и наоборот. Например, слияние слов в формах и лексико-семантических вариантах (далее ЛСВ) одного слова, распад слова на омонимы, а также другие языковые явления, связанные, в частности, с процессами заимствования, все это является подтверждением разнонаправленности развития лексического состава [Ивлева, 1986:92].

Как утверждает М.Д.Степанова, разнонаправленность развития в словарном составе носит постоянный характер, она подчиняется целям коммуникации и тесно связана с системностью в объективном мире [М.Д.Степанова, 1986].

Целесообразно разграничивать факторы внешнего и внутреннего развития словарного состава. Первые соотносятся прежде всего с его количественным ростом. Факторами, влияющими на этот рост, являются заимствования, словообразование, лексикализация/делексикализация, расширение словарного фонда за счет неологизмов, архаизация лексики, фразеологизация/дефразеологизация и т.д. Это единство способствует не только выявлению структуры словарного состава, но и связи, преемственности между его различными состояниями на разных этапах развития языка, в котором сочетаются изменчивость, уникальность с устойчивыми тенденциями, а также повторяемость определенных явлений и процессов. Все данные факторы действуют в комплексе и пересекаются с внутренними факторами, поэтому качественное преобразование лексического состава идет сложным путем [Заботкина,1985]. Тенденции внутреннего развития, по мнению исследователей, основываются на взаимодействии лексических пластов, переходе слов из одних частей речи в другие, динамике развития семантической структуры слова, дифференциации вариантов слов, формальном и семантическом слиянии слов, вариантности слова и т.д. [Ивлева, 1986:91]. Постоянное взаимодействие различных лексических пластов обусловлено единством языковой системы и речевой деятельности. Миграция слов ведет к существенным изменениям внутри словарного состава. Это сказывается на структуре лексических единиц, на изменении их функций в языке, на их связях, на составе групп, входящих в структуру лексического состава.

Следовательно, развитие словарного состава происходит неравномерно и характеризуется комплексом разных процессов (от внешнего к внутреннему, от внутреннего к внешнему, от случайного к необходимому и от необходимого к случайному), которые протекают не изолированно, а тесно взаимодействуют.

Что же касается исторического характера развития лексической системы, то он обеспечивает ее преемственность, формирование новых качеств;

он связан как с количественным ростом, так и с внутренними преобразованиями. Открытость лексической системы базируется на ее противоречивости, разнохарактерности лексического материала, процессах архаизации и неологизации, сохранении и развитии элементов, которые способствуют ее обновлению, совершенствованию, приспособлению к новым потребностям коммуникации. Таким образом, эволюция слов, их отношений предполагает не простую смену состояния лексического состава, а функциональные изменения, обеспечение его функционирования на качественно новом уровне, при котором сочетаются изменчивость, уникальность с устойчивыми тенденциями, повторяемостью определенных явлений и процессов. Следовательно, лексический состав динамичен и меняется исторически в соответствии с новыми задачами коммуникации, практического использования языка [Звегинцев, 1954]. С другой стороны, он остается сравнительно стабильной системой, чем достигается преемственность и передача человеческого опыта.

Из «представленных» знаний рождается новое, т.е. существует мир и его проекция в мозг человека, а затем происходит отражение (вербальное) данного мира. То, что способствует процессу отражения, называется внутренним лексиконом [Кубрякова, 1991], Сам язык не полностью отражает мир, он дает лишь представление о нем путем вербализации (или же другой знаковой символизации) отдельных концептов о мире, полученных в ходе активного, деятельного познавания мира и в результате деятельности с его объектами [Серебренников, 1988], С этой точки зрения, внутренний лексикон — это базовый компонент языковых знаний, хранилище, фиксирующее опыт человека, уже оформленное в виде знака или слова, или его эквивалента. Чтобы говорить, человек должен обладать известной совокупностью слов — знание языка заключается в умении соотнести определенное языковое выражение с его содержанием и оперировать им для передачи необходимого содержания в порождении речи, либо для его понимания при восприятии.

Отметим, что процесс порождения определяется намерением говорящего, т.к. это не просто знакомство с ситуацией речи, но и заинтересованность говорящего в ее изменении, поскольку в основе всего этого лежат определенные потребности говорящего. Возникающая потребность активизирует сознание говорящего и служит ее пусковым механизмом, толчком речепорождающего процесса. Само появление нового слова диктуется его создателем, он выбирает из наличного внутреннего лексикона то, что наилучшим образом выражает его мысли и чувства. Если в лексиконе творца такого слова нет, он видоизменяет старую и создает новую лексическую единицу. Необходимо подчеркнуть тот факт, что новые лексические единицы создаются в процессе речи как осуществление говорящим определенного коммуникативного намерения, а не как единицы, заранее планируемые говорящим [Шелингер, 1977].

1.2. П р о б л е м ы номинации и в н у т р е н н я я ф о р м а слова Чтобы ответить на вопрос о том, как создаются новые слова, необходимо обратиться к теории номинации как к объяснению пути от предметного мира к обозначению его отдельных фрагментов. «Номинация — образование языковых единиц, характеризующихся номинативной функцией, т.е. служащих для называния и вычленения фрагментов действительности и формирования соответствующих понятий о них в форме слов, сочетаний слов, фразеологизмов и предложений. Этим термином обозначают и результат процесса номинации — значимую языковую единицу» [Ахманова, 1998:336].

Теория номинации связана прежде всего с выяснением того, как соотносятся между собой понятийные формы мышления, каким образом создаются, закрепляются и распределяются наименования за разными фрагментами объективной реальности. Объектом же номинативного аспекта знаковой теории языка являются все номинативные средства языка, образованные разнообразными способами;

в свете теории номинации исследуются вопросы системности слов не только в их прямых.

но и переносных значениях.

Несмотря на высокую частотность употребления термина "номинация" в современной лингвистической литературе, нет единого толкования данного понятия [Гак, 1977;

Уфимцева, 1977;

Стернин, 1985;

Телия, 1990;

Яценко, 2000]. Во-первых, одно и то же название - номинация - обозначает как процесс создания, закрепления и распределения наименования за разными фрагментами действительности, так и значимую языковую единицу, образованную в процессе называния [Телия, 1990].

Во-вторых, у разных исследователей часто не совпадает содержание терминов "первичная" и "вторичная" номинация.

Так, Т.В.Булыгина, В.Г.Гак, А.А.Уфимцева под первичной номинацией понимают языковое означивание посредством слов и словосочетаний, а под вторичной - языковое означивание при помощи предложений. При этом разграничение двух разных видов языкового означивания - как слов и словосочетаний, с одной стороны (первичная номинация), и предложений, с другой (вторичная номинация), нашло свое выражение у этих исследователей в бинарных противопоставлениях:

1) как два вида знаков - номинативные и предикативные, знаки наименования и знаки-сообщения [Булыгина, 1991], частичные и полные знаки [Гак, 1977];

2) как два вида семиологических значимостей - значение и смысл, номинативная и синтагматическая ценность знака [Уфимцева, 1977];

3) как два принципа означивания системных средств семиологический и семантический [Бенвенист, 1974].

Нам более близко понимание номинации как обозначения, согласно которому обозначение и есть номинация, которая лежит в основе языкового выражения понятийной системы человека. «Номинация как бы первичный процесс познания вещей, явлений и их означивания, т.е.

первый этап закрепления результатов познания в языковом знаке, без которого не может функционировать понятийная система человека»

[Колшанский, 1984].

Отметим, что в процессах номинации всегда взаимодействуют три гетерогенные по своей природе сущности. Первой является действительность, расчленяемая на элементы, включая и непредметные сущности, создаваемые умом человека, в том числе и воображаемые.

Вторая — понятийное отражение отображаемого, в котором сознание способно совмещать то, что имеет место в мире, и квалификативно оценочное отношение к обозначаемому. Третья сущность отношения наименования — имя (звукоряд или графическая его форма). Отношение «денотат — сигнификат — имя» - это плоскость семиологического треугольника, отображающая возникновение значимой языковой единицы как средства номинации [Варшавская, 1984].

Для актов прямой номинации характерно «простое» отношение, связующее понятие, обозначаемый элемент действительности и комплекс звуков, выполняющий функцию имени. При прямой номинации звукоряд получает формально-языковое членение, понятие принимает понятийно языковую форму и предстает как сигнификат наименования.

В принципе, целью говорящего является построение осмысленного высказывания как целостной коммуникативной единицы. В процессе ее порождения важную роль играют акты номинации. При осуществлении этих актов язык использует уже имеющиеся или создаёт новые номинативные единицы, посредством которых именуются реалии, представляющие собой как отдельные элементы опыта (физические объекты, одушевлённые существа, люди, действия, состояния, отражение свойств предметов, отношений между ними), так и целые события, факты, состояния дел, ситуации, выделенные в актах мышления и запёчатлённые в сознании в качестве концептов и когнитивных структур.

Мышление и сознание расчленяют потоки информации, поступающей в мозг извне, и распределяют её определённым образом по различным категориям, осуществляют, иными словами, категоризацию действительности [Вардзелашвили, 2000].

Следует подчеркнуть, что акты номинации осуществляются в рамках индивидуальных актов языковой деятельности. Их результаты могут стать достоянием общего для говорящих на этом языке узуса, соответствующей языковой нормы и, в конечном итоге, языковой системы.

В тесной связи с процессом номинации находится понятие внутренней формы слова, т. е. того способа, каким выражается содержание [Потебня, 1976;

Bamhart, 1987], след того процесса, при помощи которого языком было создано данное слово. По мнению Ю.С.Маслова, внутренняя форма — это сохраняющийся в слове отпечаток того движения мысли, которое имело место в момент возникновения слова [Маслов, 1975].

В нашем понимании, внутренняя форма слова — это осознаваемая говорящим мотивированность значения слова данного языка значением составляющих его морфем или исходным значением составляющих того же слова, т.е. образ или идея, положенные в основу номинации и задающие определенный способ построения заключенного в данном слове концепта.

Мотивированность как процесс, связанный с производством новых единиц, осуществляется индивидуумом, поэтому ее следует рассматривать с точки зрения говорящего, создающего лексическую единицу. Отметим, что внутренняя форма слова в сознании его творца появляется сразу после лексической объективации, а значит, до общения. Пока слушающий не узнает значение незнакомого ему слова, он не может установить его связи с другими словами;

с усвоением же значения в принципе отпадает необходимость в поисках мотивированности.

Лексические единицы разнообразны по характеру мотивированности.

Существуют следующие типы мотивированности: словообразовательная, семантическая, лексическая, синтагматическая и психическая. В свою очередь, характер мотивированности определяет степень сложности распознавания и восприятия неизвестной лексической единицы получателем информации.

Один и тот же результат — нахождение необходимой единицы номинации может быть достигнут разными путями, т.е. к образованию нужной лексической единицы могут привести разные действия: например, поиск «готовой формы», поиск «образца» для ее создания, поиск «правила», согласно которому единицы со сходным значением создаются в данном языке обычно. Следовательно, изначально внутренняя форма слова является основой всякого индивидуального творчества. И именно потому, что всегда одна форма в языке может быть принята за эталон для другой;

жестких границ, на наш взгляд, между единицами и правилами существовать не может. Правило — это как бы мысленное обобщение пути возникновения новых единиц номинации при означивании мира, это способ подвести информацию под определенное знаковое выражение.

Коммуникативная же природа слова определяется его функциональной заданностью в связи с использованием языка в человеческой деятельности, что предопределяет социально коммуникативную обусловленность употребления слова [Азнаурова, 1977:10]. Изучение слова как коммуникативной единицы подразумевает два уровня его рассмотрения: уровень языковой системы и уровень речи.

1.3. О понятиях я з ы к, речь и р е ч е в а я деятельность Одним из принципиально важных оснований нашего исследования является соотношение я з ы к а и речи. Согласно Ф. Де Соссюру, « я з ы к представлен в виде отпечатков в мозгу, следов в памяти человека, где кодируется идеальная сторона, т.е. образ в гносеологическом смысле, материальная сторона и слуховой образ звучащего слова. Язык незаменим при хранении в памяти поколений результатов отражения - это сокровищница всех достижений мыслительной деятельности его носителей и орудие преумножения духовных ценностей. Порождаемые новые языковые единицы, например, новые слова, входят внутрь языка как его составная часть» [Торопцев, 1985].

В свою очередь А.А.Леонтьев утверждает, что «язык — есть способ.

орудие познания, отражение объективной внечеловеческой действительности в идеальной форме. Речевая деятельность есть процесс, в котором осуществляется такое отражение. Язык — важнейшая часть речевой деятельности: он обеспечивает реализацию способности к этой деятельности» [Леонтьев, 1969:52].

Функции языка регулируют отношения языковых элементов и обращены внутрь языка. Они служат для сохранения его целостности и единства со стороны функций, поскольку язык - это средство общения, средство создания словесных художественных образов, средство выражения эмоций, состояния человека и воли, средство познания и средство порождения новых единиц языковых подсистем. Как полагает Н.Д.Арутюнова, «при образовании высказывания приходит в действие несколько функциональных механизмов языка: один из них обеспечивает создание речевой номинации события (если оно не может быть обозначено одним словом), другой имеет своей целью определение (номинацию) темы сообщения и сообщаемого, третий направлен на актуализацию наименования — его соотнесение с ситуацией речи — обозначаемым событием, моментом речи и участниками речевого акта, четвертый выявляет цель коммуникации» [Арутюнова, 1977:270].

Речь же, в свою очередь, - это исполнение языка, его реализация и, как полагают многие лингвисты, богатство и разнообразие речи как ее коммуникативное качество может быть понято на основе соотношения речь::язык. Богатство речи можно определить как ее максимально возможное насыщение разными неповторяющимися средствами языка, необходимыми для выражения содержательной информации. Речь и мышление постоянно связаны и взаимодействуют в едином процессе речемыслительной деятельности. В речи мысль выражается, и в речи она формируется. «Вместе с тем речь получает свою знаковую, языковую структуру не только в зависимости от того, чем располагает и что предлагает язык на каждом шаге ее развертывания, но и в зависимости ОТ ТОГО, ЧТО нужно выражаемой мысли, что она выбирает и как она контролирует развертываемую знаковую структуру речи [Головин, 1988:26].

В.А.Звегинцев в своей работе «Теоретическая и прикладная лингвистика» подчеркивает, что речи всегда свойственна материальность, а язык предстает в виде абстрактной схемы. «Система языка, какой бы она не была, доступна нам лишь в речевом выражении, т.е. в определенной материальной реализации, отягощенной историческими, материальными и прочими признаками, которые не просто манифестируют систему языка, но и оказывают прямое воздействие на ее формирование» [Звегинцев, 1968:106].

При передаче мыслей речь актуализирует языковые единицы путем их индивидуального комбинирования. По отношению к речи человек активен.

Вслед за Л.К.Жаналиной, мы считаем, что в понятии «речь» исходной стороной является мысль, которая диктует способы и средства своего воплощения, а лишь затем акцент делается на языковые факторы (правила, нормы, средства), определяющие речепроизводство.

Речевые функции дифференцируются, закрепляя за внутренней стороной речи познание, информированность, понимание, узнавание, а за внешней - номинативную, коммуникативную, перцептивную речевые функции, при этом за формами речи также происходит распределение:

говорение — познавательная, номинативная, информативная, коммуникативная;

слушание — перцептивная, узнавание, понимание. Речь ~ осуществление и объективация процесса общения, процесса создания словесных художественных образов, процесса выражения эмоций, состояния человека и воли, процесса познания и процесса порождения новых единиц и новых единиц языковых подсистем, В речи функции представляют ее мотивировку и отражают ее обращенность к экстралингвистической реальности. Постановка цели диктуется потребностью человека, непосредственно связанной с его деятельностью, а желание сконструировать производное слово, предложение и т.д. представляет собой цель речевого произведения и при его осуществлении становится продуктом. Для запуска механизма речи необходимо установить, из каких процедур будет состоять деятельность.

Выбор же цели, как известно, связан с мотивом. Мотивы языка и речи отражают их обращенность к разным участкам реальной действительности: к миру людей, к языковой или внеязыковои реальности и направлены на тот мир образов, который выстраивается между действительностью и человеком. Язык же по условиям существования — индивидуален, а по исполнению — социален. У речи — один внутренний признак — индивидуальность, а социальность — это ее экстралингвистическое следствие [Жаналина, 1996].

Отметим, что назначение речи осуществляется в отражении и проявлении функций языка и их связь реализуется именно в этом [Киселева, 1978]. Речь как исполнение языка первична, язык лишь является средством осуществления речевой деятельности в виде «определенной данности» (термин Е.С.Кубряковой), и эта данность постоянно обновляется и творится в речи. В этом плане наибольший интерес представляет номинативный аспект речевой деятельности, поскольку для понимания речевой деятельности очень важно обратить внимание на то, что в акте номинации получают название лишь те объекты, на которые направлена деятельность человека.

Тем не менее при всех своих различиях дихотомия язык — речь представлена в неразрывной связи. Как указывает Е.С.Кубрякова, «диалектическое единство языка и речи — это своего рода констатация двойственного характера и двойственной природы одного и того же объекта, который существует и развивается только функционируя и используясь коллективом говорящих в актах живой коммуникации — в речевой деятельности его носителей, создающих новые речевые произведения на этом языке и тем самым развивающих его»

[Кубрякова, 1986:29].

Речевая деятельность — это своего рода реализация языковых способностей языковых знаний, дара речи отдельной личности [Кубрякова, 1986]. Минимальной единицей, звеном речевой деятельности является речевой акт. Поскольку речевой акт — это вид действия, то при его анализе используются те же категории, что и для оценки любого действия: субъект, цель, способ, средство, результат, условия, успешность. Субъект речевого акта, говорящий, производит высказывание, как правило, рассчитанное на восприятие его адресатом — слушающим. Высказывание выступает одновременно и как продукт речевого акта, и как инструмент достижения определенной цели. В зависимости от обстоятельств или от условий, в которых совершается речевой акт, он может либо достичь поставленной цели и тем самым быть успешным, или наоборот. Поэтому речевой акт — явление достаточно сложное. Теорию речевых актов можно рассматривать как собственно говорение, и тогда рассматриваемый в этом аспекте речевой акт выступает как локутивный акт.

Однако, человек, как правило, говорит не ради самого процесса говорения, в нем он одновременно соверпхает и некоторое действие, имеющее какую-то внеязыковую цель. Он спрашивает, отвечает, информирует, предупреждает, критикует и т.д. В этом аспекте речевой акт выступает как иллокутивный. Наконец, посредством говорения человек достигает необходимых результатов, производя определенные изменения в окружающей его действительности, и прежде всего в сознании своего собеседника, причем полученный результат речевого действия может соответствовать или нет той внеречевой цели, для достижения которой он был предназначен говорящим.

Таким образом, речевой акт в аспекте его реальных последствий выступает как перлокутивный акт. Это как раз тот аспект речевой деятельности, который изучает оптимальные способы воздействия речи на мысли и чувства аудитории. Основным же признаком иллокутивного акта является его цель, та, которая в соответствии с замыслом должна быть распознана адресатом. Именно в двух свойствах иллокутивного акта — интенциональности и конвенциональности — лежит присущее речевому акту противоречие между двумя моментами: субъективным (цель говорящего) и объективным (не зависящие от говорящего способы обеспечения распознавания этой цели слушающим). Иллокутивные акты различаются между собой и по ряду признаков, таких как направление соответствия между высказыванием и действительностью;

внутреннее состояние говорящего;

особенности пропозиционального содержания речевого акта;

связь речевого акта с внеязыковыми установлениями.

С учетом данных признаков Дж. Серл разделил иллокутивные акты на пять основных классов: репрезентативы, директивы, комиссивы, экспрессивы, декларации. В рамках данных классов речевые акты различаются по ряду дополнительных параметров: соотношение речевого акта с предшествующим текстом;

соотношение социальных статусов коммуникантов;

способ связи речевого акта с интересами говорящего и слушающего;

степень интенсивности представления иллокутивной цели [Серл, 1986].

В связи с этим, следует отметить, что речевой акт — это и есть употребление языка. Задача речевой деятельности в том, чтобы обеспечить правильное понимание и восприятие сказанного, для чего и приводится в движение весь сложный организм порождения речи. Интерес к тому, что человек делает со словами и что с ними можно делать — это интерес к человеческой способности понимать речь и использовать язык для выражения отношения к миру, к носителям языка [Павиленис, 1983]. Это интерес к способности посредством языка выразить себя, создать что-то новое и воздействовать на других.

1.4. Новообразования как факты языка и речи: содержание понятия, признаки и терминология Новообразования, которые сами по себе неоднородны, сложны и разнообразны, в лингвистической литературе связаны с несколькими терминами, называющими вновь образованные слова: окказионализм, потенциальное слово и неологизм. Анализ содержания данных понятий имеет целью выяснение принципов их разделения, поскольку во всех случаях мы имеем дело с вновь образованными словами. Основными признаками, которые послужили основой для сопоставления данных терминов, являются: 1) принадлежность к речи;

2) творимость;

3) индивидуальная принадлежность;

4) синхронно-диахронная диффузность;

5) словообразовательная производность;

6) первоначальная одноразовость;

7) зависимость от контекста;

8) новизна лексического значения;

9) экспрессивность вследствие неожиданности возникновения;

10) номинативная факультативность [Шанский, 1975;

Лыков, 1976].

Остановимся на каждом из этих признаков:

1) Принадлежность к речи - наиболее широкий и наиболее важный признак. Все остальные названные признаки представляют собой конкретное воплощение этого наиболее общего признака. «Речь, в этом случае, можно интерпретировать как конкретную реализацию синтагматических отношений, как «свободное» комбинирование готовых морфем в такие слова — цепочки морфем, которые не имеют прецедента в речевом опыте носителей данного языка» [Лыков, 1976:11]. Это положение подтверждает наш постулат о том, что все новое первоначально создается в речи индивида.

2) Творимость — это один из наиболее специфических признаков нового слова. Именно творимость как понятие указывает, что жизнь слова начинается с его рождения в речи. Оно создается всякий раз для какого-то конкретного случая его употребления (может и разными авторами). Для новообразования каждый конкретный акт его употребления может явиться в своем роде единственным случаем его речевой реализации.

3). Третий признак новообразования — это его принадлежность отдельному лицу. Роль создателя нового слова, его творца, является важным показателем с позиции истории развития возникшего слова. К примеру, первоначально, окказиональное для русского языка слово "summit" означало «встречу на высшем уровне», затем — «встречу в верхах», но став принадлежностью языка, превратившись в каноническое, так и переводится как «саммит» (калькирование).

4) Синхронно-диахронная диффузность. Первоначально новообразование является живым воплощением связи между синхронией и диахронией. Оно синхронно потому, что подобно обычным словам в их системном отношении друг с другом, ассоциативно связано с ними словообразовательными, семантическими, грамматическими и другими отношениями, и потому в речи, в самом процессе общения, творится из уже существующих морфем и понимается носителем языка. Диахронно потому, что, будучи фактами чисто речевыми и часто в дальнейшем невоспроизводимыми, в самих актах своего рождения включаются в линейную цепочку временной последовательности других речевых актов.

5) Словообразовательная производность. Считается, что новообразование по самой своей сути обязательно должно быть производным словом, поскольку оно представляет собой результат относительно свободной комбинации, по крайней мере, двух словообразующих морфем, а это ведет к производности. Об исключении можно говорить в связи с заимствованиями, которые, хотя и в небольшом количестве, имеют место быть. Факты речи — всегда творчество, а творчество — свободная комбинация на морфемном уровне. Например, самыми распространенными способами словообразования, подтверждающими данный признак новообразований, являются словосложение, конверсия, аффиксация, слияние, сокращения, подробно описанные в разделе 2.4.

6) Первоначальная одноразовость. Этот признак выражается в том, что новообразование, в основном, создается в речи лишь один раз, но то, что данная одноразовость функциональна, объясняет двунаправленность/раздвоенность этого свойства. Новообразование выполняет две функции: номинативно-факультативную и экспрессивно стилистическую, с точки зрения первой оно может быть и многоразово, т.к. в силу необходимости и востребованности обществом будет в последствии зафиксировано словарем (double-breasted, high-topped, wedge shaped, zig and zag, double-joined) pSTODE]. С точки зрения второй функции — оно, действительно, одноразово. Таковы, например, созданные Дж.Оруэллом в романе «1984» реалии описанного им получиновнического мира: Minitrue (миниправ), Minipax (минимир), Miniluv (минилюб), Miniplenty (минизо). Их задача - привлечь внимание читателя и заставить его оценить, обдумать данное слово;

цель — поразить, а не только назвать.

Создавая по необходимости эти новообразования для описания новой действительности, Дж.Оруэлл вряд ли создавал их для дальнейшего использования. Тем не менее, потенциально ничто не мешало им быть востребованными, как, например, в случае со словом "Newspeak", которое стало названием словаря неологизмов.

7) Зависимость от контекста. Одним из решающих факторов, имеющих значение для понимания новообразования и правильного его восприятия является его контекстуальное окружение. «Прочтение»

новообразований возможно не только извне (значение контекста), но и изнутри (учет внутренней формы). Как указывает С.Ж. Нухов, «абсолютное большинство слов окказиональной сферы — слова производные, а всякое производное слово в момент своего возникновения является мотивированной лексической единицей, т.к. его значение обусловлено значением сочетающихся в нем элементов» [Нухов, 1987:10], Контекст непосредственно принимает участие в порождении фразы, а, следовательно, осуществляет все семантические условия реализации значений слов и смысла фразы в целом, а также создает условия для однозначного формирования той или иной информации. Поскольку в языке не существует ни одной единицы независимой от уровня, на котором она функционирует, то именно контекст предопределяет смысловую структуру как новообразования, так и высказывания в целом.

Данный признак подробнее будет рассмотрен в главе III, объектом исследования которой он и является.

8) Новизна лексического значения. Мы полагаем, данный признак полностью отражает и заключает в себе коммуникативное намерение говорящего/автора, т.к. именно творец придает своему новообразованию тот или иной колорит, в зависимости от жанра и функций, выполняемых новообразованиями. Признак новизны слова является важным, но не абсолютным, т.к. постоянная новизна слова нереальна. Всякая новизна слова привязана к определенному отрезку времени. Именно ее утрата является свидетельством перехода окказионального образования в другую ипостась.

9) Экспрессивность. Выделяют экспрессивность слова двух видов адгерентную, проявляющуюся лишь при употреблении в соответствующем контексте и ингерентную, не зависящую от условий контекста или ситуации, а присущую данному слову как лексической единице во всех случаях его употребления в языке [Лыков, 1976:18]. Экспрессивность новообразования носит адгерентный характер. Это значит, что первоначально оно почти всегда экспрессивно, т.к. задача отправителя информации — удивить, детализировать, заострить внимание и, соответственно, оно привязано к контексту. В нашем понимании творческий элемент в создании экспрессивности — это содержание мысли, которую необходимо выразить, а выбор языковых средств непременно будет сочетаться с импровизацией, творчеством. Основной целью творца является усиление функциональной нагрузки его компонентов для создания определенного образа.

10) Номинативная факультативность - это признак, указывающий на характер номинации окказионального образования в отличие от номинации канонического слова. Мир опосредованно спроецирован в языке главным образом в классических значениях слов.

В этом смысле каноническое слово - это исторически закрепленный в языке знак определенной действительности, и в живой речи, являющийся отражением этой действительности. Определенное слово языка в соответствующей ситуации представляет собой номинативно неизбежный, обязательный факт, с точки зрения лексической системы и нормы в данную эпоху его жизни. В каноническом слове отстаивается языковое общеизвестное, социально установленное значение, закрепленное узусом и нормой.

Рассмотрим ход развития данных признаков в окказиональных образованиях, потенциальных словах и неологизмах.

Потенциальное слово, традиционно, — это слово, которое произведено, но еще не закреплено традицией словоупотребления, т.к.


потенциальность значит возможность возникновения речевого факта, заданного системой языка. Существование потенции само по себе вовсе не означает, что возможность обязательно превратится в реальность [Эр.Ханпира, 1972]. Поэтому потенциальное слово, значение которого целиком складывается из значений составляющих его морфем, являет собой чистую реализацию словообразовательного типа. Считается, что потенциальное слово всегда понятно вне контекста, его может создать любой носитель языка, или оно может создаваться одновременно разными людьми совершенно независимо друг от друга (потому как «заполняя пустые клетки словообразовательных парадигм, потенциальное слово реализует действие законов словообразования» [Земская, 1972]). Таким образом, говорящий нередко обозначает либо то, что не имеет стандартного названия, либо то регулярное обозначение, которое он не может сразу вспомнить. В словарях потенциальные слова отмечены как возможные производные слова, значение которых очевидно, поскольку они реализуют существующую модель.

В речи, как устной, так и письменной, постоянно возникают слова, которые не выражают что-то новое, какое-либо новое понятие или идею.

Очень часто создаются слова, передающие понятия уже существующие в данном языке, но выраженные другими языковыми средствами, например, словосочетаниями. С одной стороны, это можно объяснить стилистическими потребностями, а с другой, - стремлением назвать единым словом понятие, обозначенное описательно (словосочетанием), например: dance-like (like а dance) steps;

watchless (without the watch);

porridge-plate (plate with porridge) [TS, 8]. Эти слова, ранее неизвестные (или мало известные) носителям языка, как правило, не зарегистрированы словарем и не выражают значительно новых понятий. Именно такого рода слова и называются потенциальными. О.С. Ахманова определяет их «как производные или сложные слова, реально не существующие (т.е. не зафиксированные в реально осуществившихся уже произведениях речи), но могущие создаваться в любой момент в соответствии с продуктивными словообразовательными моделями данного языка» [Ахманова, 1998].

Главная особенность потенциальных слов - возможность образовываться вновь;

но не менее важным их отличительным признаком, по мнению их исследователей, является семантическая прозрачность их частей, отсутствие идиоматичности, значение целого в потенциальном слове выводится из значения его компонентов: основ и словообразовательных аффиксов [Царев, 1977, 1978]. Например, attender — to attend (v) присутствовать + er (суф. деятеля) — attender (тот, кто посещает, присутствующий);

womanless (house) — woman (n) (женщина) + less (suf.) (лишенный чего-либо) — • (дом) без женщины. Отсюда, «потенциальное слово — это слово, реально не существующее или существующее лишь в отдельных случаях в письменной или устной речи и способное создаваться вновь в соответствии с продуктивными словообразовательными процессами» [Царев, 1988:21].

Третьей особенностью потенциальных слов является их соотносимость со свободными словосочетаниями (например, а girl smoking а cigarette — а cigarette-smoking girl), они легко взаимозаменяются, причем и те, и другие могут употребляться в одном и том же контексте. Итак, в потенциальном слове закреплено несколько смыслов в зависимости от того, как оно понимается. Первый смысл вытекает из его названия: такое слово, если оно еще не произведено, содержит потенциальную возможность быть произведенным по определенным словообразовательным моделям, т.к. именно «модель», соответствие образцу, служит новому слову своего рода пропуском в язык. Если слово произведено или уже существует как окказиональное образование, речь идет о потенциальном развитии его в неологизм.

Следовательно, «потенциальное слово» обладает следующими признаками. В первую очередь, это принадлежность к речи и творимость;

признак словообразовательной производности характерен для всех видов новообразований (unDursleish, sweetum, mid-jump;

boarded-up, grubby looking;

clamper, handbag) [HP], но следует отметить, что среди потенциальных слов встречаются прилагательные, образованные путем трансформации синтаксической конструкции типа different-colored bonnets — bonnets of different colors, gloomy-looking hotel — the hotel was looking gloomy и являются очень частотными, или трансформации иного типа, представляющего собой компрессивы (термин С.Ж.Нухова) are-you-weedy be-like-me (adj) - в трауре, ice-rink-in-space (adj) — звенящий в воздухе [ОиВ:12].

Потенциальное слово обладает первоначальной одноразовостью, поскольку изначально ход его развития неизвестен (станет оно фактом языка или же так и останется фактом речи, сможет проясниться лишь со временем).

Признак контекстуальной зависимости характерен для потенциально окказиональных слов, т.к. они создаются автором по случаю и удовлетворяют только тому контексту, в котором они впервые появились.

Для понимания значения слов, частично контекстуально зависимых, помимо значений их компонентов, необходимо еще знать и соответствующие словообразовательные модели, а также семантико структурные отношения между компонентами слова, но в случае неясности значения такого новообразования, когда при заданной структуре компонентов их смысл варьируется, на помощь приходит контекст.

Уместно отметить тот факт, что контекстуальная детерминированность слова является одной из характеристик английского языка.

Н а п р и м е р : «"I walked back to main drag and made a few more calls — follow-up calls. There is no warrant out for your arrest, William, but your wife and this nose-jockey doctor of yours sure did sign some papers on you. I wrote it down." He took a piece of paper out of his breast pocket.- Committal in absentia". That sound right?» [Th: 226]. (Я прогулялся no главной улице, сделал подряд несколько звонков. Ордера на твой арест, Уильям, - нет. Но твоя жена и этот твой, прикрывающий себя, доктор подписали бумаги на тебя. Я даже записал. - Он вытащил из кармана бумажку. - В невменяемом состоянии. Верно?) Сложное прилагательное nose-jockey состоит из двух компонентов nose-HOC и jockey-moKQVL напоминающими каламбур, но благодаря контексту мы понимаем, что прилагательное означает «держащий нос по ветру», «быстро реагирующий на всякие изменения», «подстраховщик», но с отрицательной коннотацией, т.к. доктор, будучи другом главного героя, не пришел к нему на помощь и не поддержал, а лишь подстраховал себя и свою репутацию (снял с себя ответственность) в случае смерти пациента от неустановленного заболевания. Данный пример доказывает то, что смысл внутреннего прочтения окказионального образования отчасти зависит от внеп1него, т.е. от контекста, т.к. он дает дополнительную информацию, позволяющую избежать двусмысленного толкования. Роль контекста сводится к минимуму лишь в том случае, если автор использует синтаксические конструкции (компрессивы) или видоизмененные синтаксические структуры типа "here's-your-hat, what's-your-hurry routine", "Гт-talking-to-myself voice", "less-than-noble purposes";

"open-collared shirt, scruffy-haired, hollow-cheeked" [It].

Ha наш взгляд, признак номинативной факультативности как раз определяет стадию потенциальности, когда новое слово стоит на перепутье между окказионально-потенциальным и неологизмом. Если такая номинация становится обязательной, значит инновация сможет стать фактом языка, если же останется «возможной», то закрепит свой статус как факт речи. Повлиять на выбор доминанты сможет лишь общество, вернее востребованность обществом, необходимость в реальном существовании той или иной номинации.

Термин «окказионализм» (далее ОО — окказиональное образование) широко используется в лингвистической литературе, хотя общепризнанного определения окказионального слова нет. Это также связано с неоднородностью критериев, положенных в основу определения данного термина. Например, Н.И.Фельдман (термин «окказионализм» в отечественной лингвистике был введен ею) среди основных признаков ОО выделяет абсолютную новизну, зависимость от контекста и отсутствие фиксации ОО словарем [Фельдман, 1957].

О.С. Ахманова определяет ОО как «слово или оборот, употребленные говорящим или пишущим один раз для данного случая» [Ахманова, 1998:95], тем самым подчеркивая одноразовость ОО.

Н.М.Шанский главным считает отсутствие воспроизводимости: «Это словные морфемосочетания, существующие в качестве определенных номинативных единиц только в том или ином контексте и не обладающие тем самым, основным свойством любой единицы языкового стандарта — воспроизводимостью» [Шанский, 1975].

Одним из основных признаков окказиональных слов многие исследователи считают их принадлежность к речи. По этому признаку окказионализмы противостоят неологизмам как фактам языка [Е.А.Земская, 1972;

А.Г.Лыков, 1971;

Э.Ханпира, 1972]. В языкознании представлен и иной взгляд на природу окказиональных образований. Так, Ю.С.Маслов отмечает речевой характер окказионализмов и указывает, что в них есть то, что связывает ОО с системой языка — это «модель соответствующей конструкции» [Маслов, 1975:123]. Другим критерием является вопрос о нормативности/ненормативности окказионализмов, например, Э.Ханпира (1966), Е.А.Земская (1963), А.Г.Лыков (1976), В.В.Лопатин (1973) называют окказиональные слова нарушителями законов, а следовательно, ненормативными образованиями, другие лингвисты Н.И.Фельдман (1957), Н.И Янко-Триницкая (1972), И.Л.Загрузная (1979), С.Ж.Нухов (1987) считают такие слова вполне нормативными речевыми единицами.

Безусловно, на фоне узуальной языковой системы ОО — это факт неоднозначный и неустоявшийся в ней, но большинство ОО представляют собой новообразования по существующим и действующим в языке словообразовательным моделям/образцам или по аналогии к конкретному слову [Янко-Триницкая, 1972:413]. Тем самым, ОО — это слова, созданные в речи, в определенной ситуации и с определенной задачей, но не претендующие стать принадлежностью языка.


В лексикологии окказиональным часто называют любое слово, не соответствующее узусу, независимо от характера его строения. Это может быть слово производное и непроизводное, исконное и заимствованное. С точки зрения словообразования, существует мнение, что окказионализмом является лишь производное слово, в структуре которого нарушены законы действия словообразовательных типов.

Мнение относительно того, что является нарушением нормы можно оспорить, поскольку с точки зрения словообразовательного подхода, в основном, они соответствуют словообразовательным, морфологическим и синтаксическим моделям. Окказионализм можно считать ненормативным лишь с точки зрения "необычного" нового значения его компонентов, его семантики, осознаваемого несоответствия узусу на этапе его появления.

По мнению многих лингвистов, не новизна, а скорее необычность, является главным постоянным признаком окказионализма, т.к. по истечении определенного времени новизна исчезает, а необычность остается. Важнейшим свойством ОО является его принципиальная одноразовость, «оно передает уникальность речевой ситуации, предельную, первозданную конкретность, которую не сможет выразить обычное слово как единица языка. ОО является таким языковым знаком, которое апеллирует не только к интеллекту, но и к чувствам человека, к его эстетическому восприятию мира действительности» [Лыков, 1971:75].

По мнению Е.А. Земской, ОО отличаются от новообразований языка (неологизмов) тем, что сохраняют свою новизну, свежесть независимо от реального времени их создания. Она также полагает, что ОО в отдельных случаях могут становиться фактами языка и переходить в категорию реальных слов. Обычно это случается, когда какой-либо окказионализм из за особой общественной актуальности и его семантики приобретает широкое распространение [Земская, 1972].

П.В. Царев считает, что термин «окказионализм» скорее применим к словам, создаваемым в стилистических целях, к авторским, индивидуальным словам, в которых возможность образования вновь весьма ограничена благодаря специфике этих слов [Царев, 1987].

Важно отметить тот факт, что ОО по необходимости мотивированы контекстом и заставляют переосмыслить (переоценить) известные слова, тем самым они приостанавливают автоматизм восприятия, обращают на себя внимание, возбуждают мысль и заставляют ее продумать.

Итак, на основании суждений разных авторов о природе ОО, мы пришли к выводу о том, что такие признаки, как принадлежность к речи и творимость, сохраняются только у окказионализмов и потенциальных слов, для них также характерна словообразовательная производность, контекстуальная зависимость и экспрессивность.

Что касается признака первоначальной одноразовости, то, проанализировав ряд новообразований, мы смогли выделить факторы, по которым окказионализм в случае использования в речи может лишиться данного признака: наличие одной реалии, например, у автора-фантаста, в серии книг;

появление новой реалии в определенной сфере жизни общества (наркотики, компьютерная графика);

форма и звучание окказионализма могут быть удобнее его узуального эквивалента в употреблении (например, короче). Мы также выделили пять причин сохранения функциональной одноразовости окказионализмов: 1) ОО создается для сиюминутного обозначения чувств, эмоций, переживаний (особенно среди прилагательных);

2) ОО громоздко, т.е. это компрессив;

3) ОО не востребовано, т.к. такое явление в жизни не существует (фантастика);

4) стихотворная рифма с орфографическими ошибками;

5) игра слов в пределах определенного контекста. Таким образом, данный признак окказионализмов в силу ряда причин может по-разному себя реализовывать — сохраниться или утратиться. Но, тем не менее, отражая именно потенциальные возможности языковой системы, окказионально потенциальное слово имеет шанс стать многоразовым и быть воссозданным любым человеком, носителем языка. Слово утрачивает признак одноразовости, превращаясь в неологизм, во-первых, в результате фиксации словарем, а, во-вторых, оно начинает обозначать некое принятое обществом явление жизни, а, значит, имеет определенное значение, закрепленное только за ним, вследствии чего оно будет продолжать употребляться в языке.

Окказионализм, не ставший фактом языка, в живой речи ярче канонического слова отражает действительность (но новообразования не создаются с целью сделать номинацию обязательной), осуществляя желания и возможности индивида, называющего некие реалии действительности.

Говоря о признаке синхронно-диахронной диффузности, отметим, что акт рождения ОО (диахронный момент) и акт его функционирования с другими словами (синхронный момент — одновременны), т.е.

новообразование, проходя через все ступени апробации (потенциально окказионального слова до неологизма), как бы пропускает через себя признак синхронно-диахронной диффузности. По мере повторяемости новообразования, можно «говорить о начале его «диахронной жизни», с ее появлением у слова обнаруживаются синхронно-функциональные синтаксические и парадигматические связи» [Плотникова, 2000:188], которые способствуют превращению ОО в узуальное.

Что касается индивидуальной принадлежности, то для окказионализма его «авторская принадлежность» является принципиальным условием пребывания в окказиональном статусе, потому как он рождается в речи индивида, он не существует без автора, т.к. любой окказионализм является принадлежностью того или иного речевого контекста. Но, реализуя заданность системы языка, потенциально-окказиональное слово может превратиться в реальность, со временем и расширением сферы его использования, имеющееся авторство утратит свою значимость и тогда перейдет в статус факта языка/ неологизма, для которого творец как таковой не является принципиально важным признаком.

В узком понимании «неологизмами» считают те новые единицы лексической системы языка, которые возникли в силу общественной потребности дать имя новому предмету или выразить новое понятие и которые функционируют в речи в качестве готовых, воспроизводимых единиц [Кодухов, 1979;

Гак, 1978].

Энциклопедия «Кругосвет» дает такое определение неологизма:

«Неологизм — слово, значение слова или словосочетание, недавно появившееся в языке. Понятие неологизма изменчиво во времени и относительно: неологизмом слово остается до тех пор, пока говорящие ощущают в нем новизну».

«Неологизмы — это слова, значения слов или сочетания слов.

появившиеся в определенный период в каком-либо языке и использованные один раз (окказиональные слова) в каком-либо тексте или акте речи. Неологизмы также определяются как слова, возникшие на памяти применяющего их поколения» [Ахманова, 1998:331].

Различные трактовки понятия «неологизм» объясняются различием критериев, на основе которых строится это понятие. Так, лингвисты опираются на три основных критерия: временной;

критерий вхождения/ не вхождения в язык;

ощущение новизны. В широком смысле «неологизм»

рассматривается как объединяющий термины для языковых и речевых новообразований.

В связи с этим наиболее полным нам представляется определение Н.З.Котеловой, которая под «неологизмами» понимает «как собственно новые, впервые образованные или заимствованные из других языков слова, так и слова, известные в языке и ранее, но или употреблявшиеся ограниченно, за пределами литературного языка, или ушедшие на какое-то время из активного употребления, а сейчас ставшие широко употребительными, а также те производные слова, которые как бы существовали в языке потенциально и были образованы от давно существующих слов по известным моделям лишь в последние годы (их регистрируют источники только последних лет)» [Котелова, 1978:7].

Исходя из всего вышесказанного, представляется возможным выделить следующие признаки «неологизма»: принадлежность к языку, словообразовательная производность, но среди неологизмов могут встречаться и заимствования, роль которых для пополнения словарного состава языка, с точки зрения изучения культур других стран, очень важна (ciabatta (итальянский хлеб), intifada (арабское восстание) [ODNW].

Признак новизны носит нестабильный характер. По истечении времени новизна может сохраниться или исчезнуть, как, например, у актуальных неологизмов того времени, в котором живет носитель языка, что же касается окказионализмов и потенциальных слов, не ставших фактами языка, то здесь срабатывает признак синхронно-диахронной диффузности и, следовательно, такие образования безотносительны к историческому времени, но тем не менее представляют собой инновацию благодаря своему лексическому значению. Это означает, что такое слово, вследствие того, что оно не воспроизводится, не утрачивает своей необычности и новизны.

Создавая новое слово, автор прежде всего пытается сделать его экспрессивным, и в силу этого новообразование, во-первых, становится своеобразной и независимой лексической единицей (далее в тексте ЛЕ), во-вторых, значение новообразования, данного в словаре, может отличаться от первоначального (в статусе ОО), может быть изменена сфера применения (употребления);

в-третьих, экспрессивно-стилистическая функция сменяется номинативно-информативной. Поэтому при переходе в статус неологизма потенциально-окказиональное образование утрачивает свою экспрессивность, какое-то время сохраняя лишь новизну.

Представим сводку признаков новообразований в таблице:

Окказиональное Потенциальное Неологизм слово слово факт речи Принадлежность к факт речи факт языка речи Творимость присутствует присутствует в утрачивается, в реализации виду определенной превращения в модели слова факт языка присутствует, Индивидуальная присутствует отсутствует если слово уже принадлежность реально произведено присутствует синхронно Синхронно- присутствует функционально и диахронная диахронно диффузность зафиксировано Словообразовательная присутствует присутствует присутствует, но могут быть и производность заимствования одноразово многоразово в многоразово Первоначальная одноразовость потенции Зависимость от полная или полная или независимо контекста частичная частичная (зависит от значения компонентов) присутствует присутствует Новизна присутствует при (лексического фиксации в значения) словаре неологизмов экспрессивно экспрессивно Экспрессивность утрачивается с фиксацией словарем, но может и сохраняться в силу стилистической принадлежности Номинативная присутствует присутствует обретает факультативность номинативную информативность Мы полагаем, что потенциальное слово может реализоваться в двух направлениях: в первом, оставаясь реально не существующей потенцией, а во втором, реально осуществленной возможностью, которая воплощена в окказиональном образовании. В свою очередь, окказиональное образование также реализуется в двух ипостасях: в первой, если слово не востребовано обществом и одноразово, оно остается в статусе потенциально-окказионального;

во второй, если слово востребовано и зафиксировано словарем, то оно обретает статус неологизма и переходит в разряд фактов языка. Но поскольку в потенциальном слове кодируется возможность, то на стадии ее осуществления (воплощения) происходит совмещение потенциального слова и окказионализма и появляется окказионально-потенциальное образование, т. е. слово реально росс;

и:с:л: Г0СУДЛГСи^;

:;

и14Ш БИБЛЙ0ТЁ1А' произведено и существует в речи, имея шанс на потенциальное развитие в неологизм. Неологизм же — это, своего рода, реализация семантико экспрессивных возможностей окказионально-потенциального слова, благодаря которым и происходит закрепление новообразования в языке.

Таким образом, новое слово охватывает все ипостаси, начиная с его (новообразования) появления, реализующего некие языковые потенции и отвечающего конкретным речевым нуждам, все стадии порождения нового слова от речи индивида через языковую потенцию в лексическую единицу системы языка. Значит, в любом случае, мы имеем дело с новообразованиями, но три данных термина «окказионализм», «потенциальное слово», «неологизм» помогают полностью раскрыть диалектику развития нового слова, демонстрируя стадийность его развития и, в некотором роде, закономерность.

Как отмечают А.Г.Лыков (1976) и Н.Д.Голев (1976), в принципе любое окказиональное образование может стать узуальным. Для окказионализмов момент возникновения (диахрония) и момент употребления (синхрония) совпадают, но по мере их повторения фиксируется точка отсчета (т.е. как бы прослеживается история употребления слова), и таким путем из потенциально-окказионального слово может постепенно превратиться в неологизм, а затем и в каноническое слово. Тем не менее, существование неологизмов и их отнесение к фактам языка, носит условный характер, поскольку они фиксируются только словарем неологизмов, а значит, это частное проявление единиц языка (неологизмы ввиду своей невостребованности могут нигде больше не употребляться и исчезнуть совсем). Лишь только при вхождении в общий словарь новое слово сможет стать полноценной языковой единицей, т.е. узуальным словом. Таков возможный путь развития нового слова.

Представляется, что временной фактор является одним из важных при переходе новообразования из одной стадии в другую, т.к. новым может быть то, что способно стареть, терять или утрачивать новизну в процессе времени. Каждая эпоха обогащает язык новыми лексическими единицами, поэтому время появления для неологизмов носит условный характер, т.к.

неологизмы, как и слова языка, многократно повторяются в речи его носителей, они живут и претерпевают разные изменения, в том числе и утрачивают свойство новизны. В этом смысле каждое слово создается как hapax legomenon и может оставаться новым и существовать как бы вне времени, сохраняя свою новизну, каждый раз являясь неожиданным и неизвестным.

Признак новизны является неотъемлемым показателем новообразования. Он может сохраняться в потенциальных реализациях — в окказионализмах, которые не воспроизводятся в дальнейшем в речи. Так, каждый новый читатель произведения, содержащего авторские окказионализмы, обнаруживает в них необычность и новизну. Однако, если такое новообразование начинает воспроизводиться, оно может постепенно утратить новизну и необычайность, становясь обычной номинацией явления, объекта, качества и т.д.

С точки зрения истории развития появивп1егося слова, новое слово может создать любой носитель языка, но имеющееся авторство со временем и расширением сферы использования теряет свою значимость. В данном случае статус и значимость создателя/творца зависит от принадлежности слова к фактам языка или фактам речи, например, индивидуальное образование (окказионально-потенциальное слово) рождается в речи и для него авторство — неотъемлемая характеристика, а для фактов языка (неологизмов) творец как таковой не обладает принципиальной важностью в силу его востребованности обществом.

До тех пор пока данная единица функционирует на уровне речи, она остается окказиональной, реализуя потенциальные возможности лексики языка. Вначале человек, создающий новое слово, стремится к индивидуализации и оригинальности, затем слово проходит несколько стадий: специализацию (принятие в обществе) и лексикализацию (закрепление в языке). Вслед за С.Ж.Нуховым, мы полагаем, что вновь возникающие слова в своей реализации проходят через четыре ступени, четыре звена, которые взаимообусловлены. Это индивидуальная речь, узус, норма и система. Первое звено - это неизменно отдельная личность, на втором этапе происходит проникновение нового слова в речь других людей, затем проникновение в печать, радио, на телевидение и, наконец, регистрация в словаре.

Значит, ход развития нового слова (от окказионально-потенциального в неологизм) представляет собой стадии развития и апробации нового слова, когда, созданное на случай, оно поступает в распоряжение языковой общности, утрачивая одноразовость и творца, но, будучи привязано ко времени создания, сохраняет некоторое время новизну. В зависимости от последующей употребительности и актуальной необходимости слова произойдет смена его статуса как факта речи (окказионально потенциального слова) в факт языка — неологизм, и оно будет зафиксировано как языковая единица. Определим в рамках нашей позиции три стадии развития новообразований — неологизм, окказионализм, потенциальное слово.

Неологизм — это такая лексическая единица, обладающая новизной, но созданная по существующим в языке словообразовательным моделям, являющаяся фактом языка и возникшая в силу общественной потребности, применяющего ее поколения, но обладающая не стабильным временем существования в силу ограниченности периодом своего появления.

Окказионализм — это новое слово (образование), созданное в речи индивида по существующим словообразовательным моделям (как продуктивным, так и нет) или заимствованное, обладающее абсолютной новизной формы, одноразовостью, но двойственное по природе (в силу реально существующей возможности проникновения окказионализма в язык ввиду востребованности обществом), зависимое от контекста и привлекающее внимание необычностью и экспрессивностью выражения мыслей.

Потенциальное слово — это новое производное слово, реально возможное и реализующееся в окказионализме, созданное по существующим словообразовательным моделям, оно может создаваться в речи индивида вновь. Такое слово отражает и реализует потенциальные возможности развития и пополнения существующей языковой системы.

Выводы по главе Лексический состав языка динамичен и меняется исторически в соответствии с новыми задачами коммуникации и практическим использованием языка. Выделяют факторы внешнего и внутреннего развития словарного состава: первые влияют на его количественный рост, а вторые на качественный. В связи с этим, эволюция слов предполагает функциональные изменения и функционирование на качественно новом уровне, при котором сочетаются изменчивость, уникальность с устойчивыми тенденциями, повторяемостью определенных процессов и явлений. Существенной особенностью словарного состава является его непосредственная обращенность к явлениям действительности, поэтому именно в лексике отражаются все изменения, происходящие в общественной жизни, что неизбежно влечет за собой создание новых наименований.

Новые же слова образуются в речи и образование новых слов — непрерывный процесс, следовательно, язык питается речью и пополняется за счет создаваемых в ней произведений, т.к. они неразрывно связаны и составляют единство. Язык — это как бы способ познания, отражения объективной действительности в идеальной форме. Речь же — это исполнение и реализация языка, своего рода индивидуальное комбинирование языковых единиц для передачи мыслей.

Лингвисты используют несколько терминов для обозначения новообразований — это окказионализм, потенциальное слово и неологизм.

Мы понимаем потенциальное слово как слово, реально не существующее, но могущее создаваться в речи индивида вновь и отражающее потенциальные возможности развития и пополнения существующей языковой системы. Окказионализм — это новое слово, созданное в речи индивида на потребу случаю, по существующим словообразовательным моделям (как продуктивным, так и нет), или заимствованное, обладающее абсолютной новизной формы, одноразовостью, но двойственное по природе (в силу реально существующей возможности проникновения окказионализма в язык ввиду востребованности обществом), зависимое от контекста и привлекающее внимание необычностью и экспрессивностью выражения мыслей. Неологизм — это слово, собственно новое, заимствованное или вновь образованное индивидом, созданное на потребу времени и зафиксированное словарем, т.е. ставшее фактом языка.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.