авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
-- [ Страница 1 ] --

из ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ

Проскурина, Анна Александровна

1. Прецедентные тексты 6 англоязычном

юмористическом дискурсе

1.1. Российская

государственная Библиотека

diss.rsl.ru

2005

Проскурина, Анна Александровна

Прецедентные тексты в англоязычном

юмористическом дискурсе [Электронный

ресурс]: Дис.... канд. филол. наук

:

10.02.04.-М.: РГБ, 2005 (Из фондов

Российской Государственной Библиотеки) Германские языки Полный текст:

http://diss.rsl.ru/diss/05/0377/050377022.pdf Текст воспроизводится по экземпляру, накодятцемуся в фонде РГБ:

Проскурина, Лнна Александровна Прецедентные тексты в англоязычном юмористическом дискурсе Самара 2004 Российская государственная Библиотека, 2005 год (электронный текст).

Государственное образовательное^учреждение высшего профессионального образования Самарский государственный педагогический университет

На правах рукописи

Проскурина Анна Александровна ПРЕЦЕДЕНТНЫЕ ТЕКСТЫ В АНГЛОЯЗЫЧНОМ ЮМОРИСТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ Специальность 10.02.04 - германские языки Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Научный руководитель доктор культурологии, профессор М.А.Кулинич Самара- ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ Глава 1 Интертекстуальность как текстовая категория и способы ее формирования 1.1. Понятие «текст» 1.2. Категории текста 1.3. Понятие «концепт» 1.4. Понятие интертекстуальности и интертекста 1.5. Средства и способы формирования интертекстуальности 1.5.1. Средства создания интертекстуальности 1.5.2. Способы функционирования интертекстуальных средств в тексте. 1.6. Понятие культурного фона 1.7. Понятие прецедентного текста Выводы по 1 главе Глава 2 Особенности юмористического дискурса 2.1. Комическое 2.1.1. Категории комического 2.1.2. Приемы комического 2.2. Юмор как объект лингвокультурологического исследования.

Социальная природа юмора 2.3. Особенности англоязьиного юмористического дискурса 2.3.1. Понимание англоязычного юмористического дискурса 2.3.2. Компетентность аудитории (получателя сообщения) 2.3.3. Жанры англоязычного юмористического дискурса. 2.3.4. Сигналы смехового отношения в англоязычном дискурсе Выводы по 2 главе Глава 3 Особенности функционирования прецедентных текстов в англоязычном юмористическом дискурсе 3.1. Методы изучения прецедентных текстов ПО 3.2. "Текст в тексте" как прием языковой игры 3.3. Концепт прецедентного текста 3.4. Маркеры прецедентных текстов 3.5. Пародирование жанра 3.6. Корпус прецедентных текстов в современном англоязычном дискурсе Выводы по 3 главе Заключение Библиграфия Список теоретической литературы Список источников текстовых примеров ВВЕДЕНИЕ Настоящая работа выполнена в русле лингвокультурного изучения текстовых концептов и посвящена изучению характеристик концептов прецедентных текстов и условий их распознавания в англоязычном юмористическом дискурсе.

Актуальность темы исследования определяется возрастающей сложностью современных коммуникативных процессов и необходимостью взаимного понимания участников общения на уровне межличностной, внутрикультурной и межкультурной коммуникации. Знакомство с прецедентными феноменами иноязычной культуры - один из видов компетентности, необходимых для понимания инокультурного юмора. На этом фоне 1) недостаточно изучены характеристики англоязычного юмористического дискурса, в частности, связанные с особенностями его понимания;

2) не выделен актуальный для юмористического дискурса корпус прецедентных текстов, прежде всего текстов популярной культуры, и в частности креолизованных текстов;

3) не исследованы специфические сигналы наличия необъявленных интертекстуальных ссылок.

Объектом исследования являются концепты прецедентных текстов.

Предмет изучения - условия понимания англоязычного юмористического дискурса, связанные с его высокой интертекстуальной насыщенностью.

В основу работы положена следующая гипотеза: юмористический дискурс является сферой функционирования концептов прецедентных текстов, в которой характеристики последних могут быть выявлены с наибольшей точностью. Выявление условий понимания юмористического дискурса делает возможным определение условий распознавания и подробный анализ содержания концептов прецедентных текстов.

Цель работы заключается в комплексной характеристике семиотического функционирования концептов прецедентных текстов в юмористическом дискурсе. Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

1) охарактеризовать интертекстуальность как особую текстовую категорию;

2) выявить характеристики концептов прецедентных текстов;

3) определить способы внесения концептов прецедентных текстов в дискурс;

# 4) охарактеризовать особенности юмористического дискурса и его жанров;

5) выявить условия и критерии понимания юмористического дискурса;

6) проанализировать особенности функционирования концептов прецедентных текстов в англоязычном юмористическом дискурсе;

Научная новизна работы заключается в выделении маркеров смехового отношения в дискурсе;

установлении сигналов включения прецедентных текстов в дискурс;

выявлении корпуса прецедентных текстов, характерного для современного англоязычного юмористического дискурса;

описании особенностей функционирования прецедентных жанров в дискурсе;

в анализе вертикальных интертекстуальных ссылок в печатном тексте.

Теоретическая значимость работы: результаты исследования могут быть использованы в дальнейшей разработке проблем вторичных текстов;

изучении особенностей понимания юмористического дискурса в условиях межкультурной коммуникации;

в исследованиях концептов прецедентных текстов и прецедентных феноменов.

Практическая значимость выполненного исследования: Результаты исследования позволяют по-иному подойти к изучению и пониманию культуры англоязычных стран, дают основания для более адекватного понимания англоязычного юмористического дискурса. Материалы исследования могут быть использованы при чтении лекционных курсов по # стилистике английского языка и филологическому анализу текста, в спецкурсах по лингвистике текста, прагмалингвистике и страноведению.

Методы исследования. В работе использовались методы наблюдения, интерпретативного анализа цитатного комплекса и его текстового окружения, контекстуальный анализ.

Материалом исследования послужили необъявленные интертекстуальные ссылки в современных текстах, содержапщх смеховое отношение, среди них пародии, тексты художественной литературы, тексты известных американских и английских комиков, публицистика, популярные ^ шутки (см, список источников в конце работы). Общий объем проанализированного материала составляет около 800 интертекстуальных ссылок.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Понимание юмористического акта требует наличия следующих компонентов: 1. компетентность получателя сообщения (на уровне когнитивных схем), 2. знание жанров юмористического дискурса (на уровне формальных схем), 3. умение распознать смеховое отношение (на уровне эмоциональных схем). В процессе понимания должны присутствовать все указанные типы схем, в противном случае возникает ^ коммуникативный сбой, 2. Юмористический дискурс характеризуется активным участием субъектов в коммуникации, взаимной настроенностью на игру, короткой дружеской дистанцией между участниками коммуникации. О юмористической тональности общения сигнализируют особые маркеры.

3. При обращении участников коммуникации к прецедентным текстам существуют необходимые контекстуальные и внутритекстовые маркеры, В англоязычном юмористическом дискурсе контекстуальными маркерами интертекстуальности служат кажущаяся неадекватность информации и нарушение целостности информации. Внутритекстовыми маркерами являются графическое оформление цитаты, дейктические элементы, имена " собственные, 4. Прецедентный жанр - жанр речи, обладающий ценностной значимостью для определенной культурной группы. При использовании в комических текстах прецедентные жанры могут трансформироваться для достижения прагматического эффекта. Для англоязычного юмористического дискурса характерны следующие виды трансформации: изменение коммуникативной цели жанра, изменение типичного адресата, изменение наполнения жанра.

5. Корпус англоязычных прецедентных текстов во многом формируется за счет популярной культуры, к которой относятся, прежде всего, тексты, * передаваемые по каналам средств массовой информации. Чаще всего в современном англоязычном юмористическом дискурсе используются прецедентные кинотексты, тексты песен, «детские» тексты.

6. При обращении к креолизованным прецедентным текстам мелодический компонент может цитироваться посредством использования лексического и синтаксического повтора, особого ритмического оформления текста, ономатопеи и т.п., видеокомпонент включается описательно.

Теоретической основой работы послужили следующие положения, доказанные в лингвистических исследованиях:

1. Текст представляет собой феномен культуры, обладающий многомерными связями с другими явлениями культуры и, прежде всего, с другими текстами (М.М.Бахтин, Р.Барт, Ю.Кристева, Ю.М.Лотман);

2. При взаимодействии со знаковым комплексом (текстом) у реципиента формируется проекция этого текста, некое ментальное образование, называемое концептом. (Н.А.Рубакин, Ю.А.Сорокин, Г.Г.Слышкин, Н.Л.Мусхешвили, Ю.А. трейдер);

3. В системе прагмалингвистических дискурсов выделяется юмористический дискурс, имеющий специфические отличия и распадающийся на жанры (В.И.Карасик, М.А.Кулинич, Д.С.Лихачев).

Апробация. Основные положения исследования докладывались на научных конференциях Самарского государственного педагогического университета (2000, 2001), на ежегодной конференции TESOL (Самара, 2000), конференции «Язык в пространстве и времени» (Самара, 2002), международной научно-практической конференции «VII Царскосельские чтения» (Санкт-Петербург, 2003), межвузовской научной конференции «Смех в литературе: семантика, аксиология, полифункциональность» (Самара, 2003), международном симпозиуме «Проблемы вербализации концептов в семантике языка и текста» (Волгоград, 2003), III Международной (VI межрегиональной) научной конференции «Наука в высшей школе: проблемы,^ интеграции» (Самара, 2003), По теме диссертации опубликовано 10 работ.

€ Глава 1 Интертекстуальность как текстовая категория и способы ее формирования 1.1. ПОНЯТИЕ «ТЕКСТ»

W Объектом данного исследования являются концепты прецедентных тексты, поэтому мы полагаем целесообразным кратко остановиться на понятии «текст». Текст рассматривается по-разному не только представителями разных областей гуманитарных наук, но и самими лингвистами. Общепризнанного определения текста до сих пор не существует. В качестве сущностных выделяются различные стороны этого явления, используются различные подходы.

Н. Л. Энквист предлагает несколько определений термина "текст", с точки зрения разных областей лингвистики. В синтактике текст — последовательность предложений, совместные и перекрестные ссылки * (coreferences and crossreferences) которых сигнализируются определенными открытыми механизмами, которые могут быть описаны синтаксически:

референция, замена, эллипсис. Текст можно определить как цепь семантически взаимосвязанных предложений, если ориентироваться на семантику. И, наконец, в прагматике, текст — любая выраженная на языке составляющая часть коммуникативного акта в коммуникативном действии (Handlimgsspiel), которая ориентирована тематически, выполняет определенную коммуникативную функцию, то есть реализует некоторый иллокутивный потенциал [Enkvist 1978: 2].

Дж. Лайонс предлагает рассматривать текст как любой связный отрезок Ф устного, письменного, монологического или диалогического дискурса [Lyons 1978: 30], выделяя в качестве основной характеристики текста его связность.

И.Р.Гапьперин в своем определении текста выделяет несколько сущностных характеристик этого явления. Он предлагает рассматривать текст как "произведение речетворческого процесса, обладающее завершенностью.

объективированное в виде письменного документа, литературно обработанное в соответствии с типом этого документа, произведение, состоящее из названия (заголовка) и ряда особых единиц (сверхфразовых единств), объединенных разными типами лексической, грамматической, стилистической связи, имеющее определенную целенаправленность и tf прагматическую установку" [Гальперин 1981: 18]. Это определение текста, однако, вызывает споры среди лингвистов. В частности, оспаривается такие необходимые характеристики текста по И.Р.Гальперину, как письменная природа, длина "больше или равно 2", а также необходимое наличие заголовка.

Так, И.В.Арнольд выступает сторонницей другого взгляда на текст. Она не ограничивает объем текста несколькими предложениями, не ограничивает текст рамками письменной речи, а также рамками какого-либо стиля.

И.В.Арнольд вьщеляет текст в широком понимании и литературно художественный текст, который, собственно, и является объектом изучения лингвистики. В своем определении И.В.Арнольд опирается на термины теории информации. "Литературно-художественный текст — вербальное сообщение для передачи по каналу художественной литературы предметно логической, эстетической, образной, эмоциональной и оценочной информации, объединенной в идейно-художественное содержание текста, в одно сложное целое. В лингвистическом смысле текст есть определенным образом упорядоченное непустое множество предложений, объединенных единством коммуникативной задачи" [Арнольд 1999: 157].

Е.С.Кубрякова предлагает выделить в качестве основы категории текста, своего рода ядра, такие характеристики текста, как относительная информационная завершенность, целенаправленность и адресность. Таким образом, текст рассматривается как информационно самодостаточное речевое сообщение с ясно оформленным целеполаганием и ориентированное по своему замыслу на своего адресата [Кубрякова 2001]. В данной работе мы примем это определение текста как лингвистической категории.

Поскольку наще исследование посвящено изучению условий распознавания прецедентных текстов в юмористическом дискурсе, необходимо кратко прокоментировать понятия «текст» и «дискурс». Первая попытка разграничения этих понятий была предпринята в 70 гг. прошлого века, и полемика по поводу их соотношения ведется до сих пор. М.Л.Макаров подробно рассмотрел различные понимания дискурса и указывает на тенденцию к противопоставлению дискурса и текста по ряду оппозитивных критериев: функциональность — структурность, процесс — продукт, динамичность — статичность и актуальность — виртуальность.

Соответственно, различаются структурный текст-как-продукт и функциональный дискурс-как-процесс [Макаров 2003: 87]. В.И.Карасик рассматривает дискурс как текст,.погуженный в ситуацию общения [Карасик 2002: 285], это определение мы и примем в данной работе, при этом будем иметь в виду ориентацию на условия социального контекста при анализе дискурса и некую оформленность, относительную завершенность, статичность текстов, их обработку в груповом сознании, особенно применительно к прецедентным текстам.

В связи с тем, что при любом подходе к тексту в определениях указывается предложение как составляющая его единица языка, обсуждается идея о том, что текст можно включить в систему языка, наряду с фонемами, морфемами, словами и предложениям. (И.В.Арнольд, Р.Барт, Л.Н.Мурзин, Г.В.Колшанский, О.А.Каменская). Считаем это вполне обоснованным, так как текст — "феноменологически заданный первичный способ существования языка" [Шмидт 1978: 105]. Р1менно текст обеспечивает выполнение коммуникативной функции языка в соответствии с замыслом автора.

т Один из современных подходов к тексту, который затрагивает сущность текста как феномена человеческой культуры, —^лигвокультурологический.

Лигвокультурологическое исследование текста направлено на освещение особенностей менталитета народа, отраженных в языке, прецедентных текстах, концептосфере, культурных концептах [Карасик 1998: 49]. Началом исследования текста в контексте культуры стали работы деконструктивистов (Ю.Кристева, Ж.Деррида, Р.Барт). Деконструктивисты рассматривают любую семиотическую систему как текст: литературу, культуру, общество, историю и, наконец, самого человека [Ильин 1996: 224]. Ю.М.Лотман и его школа называют текстом любое произведение искусства, включая картины, симфонии, архитектуру и т.п. [Лотман 2000]. Этот подход закрепился в науке как текст в широком понимании. При таком подходе культура стала рассматриваться как огромное единое переплетение текстов.

Культура, тексты, язык рассматриваются некоторыми учеными как различные уровни одной системы. Так, Л.Н.Мурзин предлагает рассматривать культуру как наивысший уровень языка. Культура содержит знаки (тексты), но сама по себе не является знаком. Уровень культуры непосредственно надстраивается над уровнем текста, их взаимодействие оказывается более тесным. Л.Н.Мурзин подчеркивает, что текст есть формальная единица культуры, культура "разлагается" на тексты, состоит из текстов, хотя качественно и не сводится к ним [Мурзин 1994: 165]. В.И.Карасик напротив указывает, что функциональной характеристикой языка является его место в культуре и, таким образом, язык представляется частью системы более высокого объекта — культуры. Соответственно интертекстуальные отношения становятся объектом изучения лингвокультурологии [Карасик 1998: 186]. Остается дискуссионным вопрос, является ли язык частью культуры, или культура предстает как уровень языка, и где место текста в этой системе.

В этой связи интересным представляется взгляд О.А.Каменской, которая создала схему, в которой каждому уровню языка соответствует.# определенный уровень знаний. Вся совокупность текстов как высший уровень языка соответствует совокупности знаний о мире как уровню структуры знания, а отдельный текст — фрагменту знания [Каменская 1990: 51]. Как отмечает Е.С.Кубрякова, "нет и не может быть таких текстов, которые не фиксировали бы какой-либо фрагмент человеческого опыта и его осмысления" [Кубрякова 2001]. Подход О.А.Каменской позволяет установить соответствия между структурами знания как родом мыслительной деятельности и языковыми структурами. На первый план выходит способность текста, как единицы языка, объективировать фрагмент знания.

^ Текст рассматривается как способ объективации знаний о мире, и, таким W образом, может рассматриваться как один из способов экстериоризации культуры.

Определение понятия текст остается пока неразрешениой задачей, для разрешения которой требуется выявить набор необходимых и достаточных характеристик, которые делают текст таковым. В данной работе мы будем рассматривать текст в лингвистическом смысле, как информационно самодостаточное речевое сообщение с ясно оформленным целеполаганием и ориентированное по своему замыслу на своего адресата, при этом текст выступает как способ объективации А знаний о мире и является одной из сфер функционирования культуры.

1.2. КАТЕГОРИИ ТЕКСТА Рассматривая понятие текста, мы считаем целесообразным кратко остановиться на сущностных характеристиках текста, то есть текстовых категориях. Как было указано выше, именно выявление набора и определение. принципов систематизации текстовых категорий необходимо для определения понятия "текст".

Будучи языковым явлением, текст характеризуется набором конститутивных признаков, важнейшие из которых имеют статус категорий.^ текста;

набор текстовых категорий может быть относительно неизменным для всех типов текстов, но наполнение этих категорий в текстах разных типов различно [Тряпицина2000].

Рассматривая текст как объект лингвистического исследования, И.Р.Гальперин выделил следующие категории текста: информативность.

членимость, связность, автосемантию, категорию континуума, ретроспекции и проспекции, модальности, интеграции и завершенности [Гальперин 1981].

Эти категории рассматриваются, уточняются и дополняются учеными.

Выделяют и другие категории текста, например: интертекстуальность • (И.В.Арнольд, Е.В.Михайлова), точность (В.И.Карасик, Е.В.Тряпицина), адресативность и пр.

Анализируя проблемы моделирования и описания категорий текста, многие исследователи (О.И.Москальская, И.Р.Гальперин, А.Н.Мороховский, З.Я.Тураева, О.П.Воробьева, Т.М.Николаева, В.И.Карасик и др.) исходят из того, что многообразие текстовых категорий может быть организовано в крупные блоки по определенным признакам: структурные или содержательные характеристики;

релевантность категории для общей или частных моделей текста и др.

Принимая во внимание внешне- и внутритекстовые характеристики речи, В.И.Карасик предложил классификацию текстовых категорий на: 1) конститутивные, позволяющие отличить текст от нетекста (относительная оформленность, тематическое, стилистическое и структурное единство и относительная смысловая завершенность);

2) жанрово-стилистические, характеризующие тексты в плане их соответствия функциональным разновидностям речи (стилевая принадлежность, жанровый канон, клишированность, степень амплификации / компрессии);

3) содержательные (семантико-прагматические), раскрывающие смысл текста (адресативность, образ автора, информативность, модальность, интерпретируемость, интертекстуальная ориентация);

4) формально-структурные, характеризующие способ организации текста (композиция, членимость, когезия) [Карасик 2002].

Существует типология текстовых категорий, которая основывается на системной организации текста с учетом взаимопроникновения его подсистем (В.М.Солнцев, Е.В.Михайлова). По указанному признаку выделяются 1) системообразующие, являющиеся необходимым и достаточным условием возникновения и существования текста, 2) системно-приобретенные, т.е.

субкатегории, производные от системообразующих категорий, видовые признаки данного дискурса, уточняющие и конкретизирующие его родовые, базовые характеристики, и 3) системно-нейтральные категории текста, т.е.

необязательные, факультативные категории, не свойственные данному * дискурсу.

Все категории текста взаимообусловлены. При рассмотрении синтагматических особенностей одной из текстовых категорий, в действие вступают другие категории текста [Гальперин 1981]. Здесь мы остановимся на некоторых категориях текста, которые, полагаем, представляют наибольший интерес в рамках данного исследования.

Категория информативности Категория информативности выделена И.Р.Гальпериным как основная текстовая категория. В.И.Карасик относит эту категорию к группе содержательных, раскрывающих смысл текста. Е.В.Михайлова считает категорию информативности системообразующей. Согласимся с Е.С.Кубряковой, которая полагает, что информационная самодостаточность является необходимым критерием определения текста [Кубрякова 2001].

И.Р.Гальперин вьщеляет 3 вида информации как основной категории текста с точки зрения прагмалингвистического значения: содержательно фактуальную, содержательно-концептуальную, содержательно-подтекстовую [Гальперин 1981: 27] Эти виды информации взаимодействуют друг с другом, и при условии выявления всех видов информации, содержащихся в тексте, достигается его понимание адресатом.

Интертекстуальные ссылки создают особую информационную »

структуру текста. Те тексты, с которыми данный текст «вступает в отношения», формируют часть своего рода закодированного контекста, распознать который является задачей читателя. В результате взаимодействия содержательно-фактуальной иформации с контекстом (содержательно концептуальной) возникает подтекст.

Пример ThusdayMayl4* Miss Sproxton told me off because my English essay was covered in drops of candle-wax. I explained that I had caught my overcoat sleeve on the candle whilst doing my homework. Her eyes covered with tears and she said I was 'a dear brave # lad', and she gave me a merit mark.

After supper of cream crackers and tuna fish, played cards in the candlelight.

It was dead good. My father cut the ends off our gloves, we looked like two criminals on the run.

I am reading Hard Times, by Charles Dickens.

(Sue Townsent The Secret Diary of Adrian Mole, p. 78) Отрывок из широкоизвестной книги Сью Таунсенд The Secret Diary of Adrian Mole, написанной в форме дневника мальчика подростка. Из текста видно, что семья главного героя переживает трудные времена. Отец мальчика остался без работы, они остались практически без средств к существованию, электричество отключили за неуплату. Главный герой книги, 13-летний Эдриан Мол, начинает интересоваться литературой, он старается выбирать книги, которые отвечают его жизненной ситуации, руководствуясь названием.

Элемент контекста, который вводится именем произведения "Hard Times, by Charles Dickens", включает содержание всего прецедентного текста, которое вопреки ожиданиям главного героя не перекликается с тем, что переживает его семья. Взаимодействие содержательно-фактуальной информации и контекста, вводимого через интертекстуальную ссылку, позволяют компетентному читателю выявить подтекст: иронию автора.

Мы будем говорить об информативности текста также в 1.4 и 3.3.

Категория модальности Основным признаком модальности текста является отражение в тексте отношения говоряш[его (пишущего) к действительности [Гальперин 1981:

113].

Данная категория позволяет использовать текст как материал для изучения языковой личности, поскольку он "есть продукт, порожденный языковой личностью и адресованный языковой личности". В частности, описание языковой личности через текст предполагает выявление ценностных координат личности, ее установок, мотивов [Тураева 1981: 106]. Это делает э возможным выявление и рассмотрение компонентов языковой личности, относящихся к национальной культуре.

Обратимся к примеру из The Secret Diary of Adrian Mole.

Интертекстуальные ссылки в речи главного героя дают возможность читателю судить о некоторых чертах его личности. Так, неумелое использование аллюзий говорит о том, что с одной стороны, главный герой «читает», но с другой, у него мало читательского опыта.

Модальность текста также означает для нас возможность судить о внутреннем мире автора, о его отношении к миру, его оценке событий, которую читатель может воспринять. Это играет большую роль в смеховых текстах, поскольку в этом виде дискурса воспринимается как смеховое отношение отправителя сообщения, так и субъективная позиция, выраженная им.

Категория модальности текста, таким образом, соотносится с такими явлениями, как субъективность отправителя сообщения, его оценка объекта, ценностное отношение к объекту смехового отношения. Эти вопросы будут обсуждаться в 2.2, 2. Адресованность Если модальность позволяет судить о субъекте речи, отправителе сообщения, о его оценке событий, то адресованность текста относится к получателю сообщения, тому, как его видит и на какое его восприятие рассчитывает автор сообщения.

В.И.Карасик выделяет две основные линии в понимании категорий текста (и дискурса), которые состоят в том, что отправным пунктом в моделировании этих категорий может выступать текст как таковой либо текст в ситуации общения. В первом случае базовой категорией закономерно признается информативность текста. Во втором случае с учетом диалогичности общения важнейшей текстовой категорией признается адресованность, фактор адресата [Карасик 1998]. Как указано выше, любой текст адресован языковой личности. Создавая текст, автор рассчитывает на понимание. Это особо относится к юмористическим текстам. Они адресованы кому-то, предполагают адресата. Анекдот нельзя рассказать самому себе, в отличие от притчи или молитвы. Если смеховое отношение не разделяется аудиторией, это означает, что получатели сообщения не разделяют отношения отправителя, что расчет отправителя на понимание оказался неправильным.

Так, в примере выше, если читатель не знаком с романом Ч. Диккенса «Тяжелые времена», он не поймет иронии автора.

Категория адресованности связана с информативностью текста.

Информация вводится в текст и фиксируется в нем для достижения определенной цели, и с точки зрения отправителя она всегда релевантна, должна изменить поведение воспринимающего и рассчитана на определенный эффект и воздействие на адресата. Е.С.Кубрякова полагает, что текст должен быть рассмотрен как такое произведение, такая протяженность, которая по всей своей архитектонике и организации, по всем использованным в нем языковым средствам должна обеспечить у адресата формирование его ментальной модели. Текст как правильно организованная форма коммуникации, как сообщение, уже содержит в себе самом некие единицы, средства, сигналы достаточные и необходимые для построения на его основе правильной и осмысленной модели [Кубрякова 1998]. То есть содержание текста, информация, структура опыта и знаний рассчитаны на понимание языковой личностью.

Текст функционирует только в процессе понимания. М.П.Котюрова исследовала категории научного текста и пришла к выводу о том, что автор научного текста должен проявлять толерантность по отношению к читателю, стремление быть понятым, предупредительным, терпеливо выстраивая и эксплицируя стратегию и тактику мыслительного процесса, помогая читателю преодолевать все «препятствия» на этом пути [Котюрова 1998]. В определенной мере это относится и к другим видам текстов. Автор текста рассчитывает на некоторый тип адресата, его эрудицию, объем фоновых знаний.

Если категория модальности дает нам возможность исследовать языковую личность автора, чаще всего конкретного, его отношение к миру и его индивидуальные ценности, то адресность текста, обращенного к определенному кругу языковых личностей, делает возможным подробное рассмотрение национальных, культурных ценностей, принятых в группе, к которой происходит обращение в тексте. Проблема адресата в юмористическом дискурсе затронута в 2.2, 2. Автосемантия Автосемантия - формы зависимости и относительной независимости отрезков текста по отношению к содержанию всего текста или его части [Гальперин 1981: 98]. В.И.Карасик отмечает, что в соответствии с принципом контекстуализации любой текстовый фрагмент стремится к самодостаточности. [Карасик 1998]. Интертекстуальный анализ произведения в его целостности позволяет рассмотреть культурный контекст произведения и языковую личность героев и автора произведения. Более или менее обширный анализ дискурса, его элементов или характеристик требует ограничиться рассмотрением отдельного явления, в данном случае ссылки на прецедентные тексты, сосредоточив внимание на особенностях их функционирования, при этом не всегда учитывать поэтику отдельного произведения целиком. Автосемантия позволит вьгшенить из текста отрезки, обладаюпще собственными особыми характеристиками, и анализировать их более или менее отдельно от текста в целом. Так, мы вычленили отрывок из текста Сью Таунсенд и проанаиизировали функционирование в нем концепта прецедентного текста «Тяжелые времена» Ч. Диккенса. Этот отрывок является относительно завершенным по своему содержанию, дает нам представление о событиях, описываемых в нем, некоторую картину языковой личности главного героя, мы смогли провести контекстуальный анализ этого отрывка. С другой стороны, этот текст является частью более обширного текста, вступает в отношения с другими его отрывками и формирует художественное произведение в его целостности.

Целостность текста При рассмотрении текста как такового его целостность рассматривается как основная текстовая категория. Информационная целостность и завершенность текста по И.Р.Гальперину реализуется в категориях когезии (связности), интеграции и завершенности. Когезия - это особые виды связи, обеспечивающие логическую последовательность, взаимозависимость отдельных сообщений, фактов действий и пр., эта категория реализуется на уровне синтагматики. Парадигматический процесс объединения отдельных свёрхфразовых единств, содержания отдельных частей текста в единое целое выражается категорией интеграции, которая нейтрализует относительную автосемантию частей текста и подчиняет их общей информации, заключенной в произведении. Результатом интегрирования становится категория завершенности [Гальперин 1981]. Отметим также, что такой критерий текста, как информационная самодостаточность, вьщеленный Е.С.Кубряковой, способствует созданию впечатления содержательности, смысловой завершенности и прагматической целостности текста [Кубрякова 1998].

В связи с категорией целостности представляется важным подчеркнуть, что целостность текста не противоречит таким категориям как автосемантия и интертекстуальность. Интертекстуальные ссылки, включаемые в текст, не разрывают его, а вносят в произведение дополнительные элементы контекста.

Так, во взятом нами примере текста, интертекстуальная ссылка, несомненно В О И в контекст большой объем информации, однако при этом текст Сью НСТ Таунсенд не разрывается, остается цельным.

О взаимодействии контекстов см. 1.5.2.

Категории глубины и защищенности Защищенность и глубина текста - характеристики, напрямую связанные с наличием и необходимостью извлечения содержательно-подтекстовой информации компетентным участником коммуникации. Понятие защищенности относится к двум противоположным процессам: кодирование и декодирование текста, которые следует понимать как, с одной стороны, процесс представления некоего текста в том формально-содержательном виде, который был бы непонятен для подслушивающего, и как обратный ему процесс выведения подслушивающим истинного смысла, который заложил говорящий в свой текст. Цель защиты текста - сделать декодирование текста невозможным для подслушивающего [Андросов 1997: 9].

Глубина текста измеряется необходимым числом объясняющих высказываний [Иванова 1998: 39]. О.Р.Валуйская выделяет глубину текста как семантико-прагматическую категорию, соотносящуюся «с действиями интерпретатора по восстановлению скрытого смысла, не нашедшего вербализованной репрезентации в тексте». Результатом этих действий является совокупность интерпретативных ходов [Валуйская 2002: 9].

Защищенность текста пропорциональна степени использования в нем содержательно-подтекстовой информации. Степень защищенности текста при этом зависит от типа дискурса и жанра текста [Emmott 1997: 5].

Юмористические тексты характеризуются высокой степенью защищенности, необъявленные интертекстуальные ссылки обеспечивают довольно высокую глубину таких текстов. Рассматривая пример 1, можно указать, что для адекватного понимания данного текста необходимо, во первых, знакомство с произведением Ч. Диккенса «Тяжелые времена», что говорит о защищенности текста от «чужих». Во-вторых, для его интерпретации необходимо проделать некторое количество ходов: 1.

определить наличие интертекстуальной ссылки, 2. восстановить в памяти содержание прецедентного текста, 3. сопоставить контекст принимающего текста с содержанием «чужого» текста, 4. сделать выводы об индивидуально авторском видении. Необходимость совершения таких ходов при интерпретации текста, содержащего необъявленные интертекстуальные (* ссылки, говорит о его глубине.

Подробнее о реализации категорий защищенности и глубины текста в англоязычном юмористическом дискурсе см. в 2.3.2.

Категория интертекстуальности Как указано выше, текст является способом объективации знаний о мире. Любой текст объединяет в себе индивидуальное и общие черты, свойственные системе в целом. Текст связан с культурой, являясь сферой ее функционирования.

Любой текст связан с уже имеющимися текстами, это позволяет адресату, используя уже имеющиеся у него знания о мире, понимать новый текст. Е.В.Михайлова выделяют интертекстуальность как системообразующую категорию текста, поскольку все, что было уже сказано, написано, является необходимой предпосылкой и условием существования для вновь создаваемых вербальных текстов [Михайлова 1999].

Категория интертекстуальности как наиболее существенная будет рассмотрена отдельно в 1.4, 1.5.

1.3. ПОНЯТИЕ «КОНЦЕПТ»

Одним из важнейших свойств текста как феномена культуры являются его ценностные характеристики, то есть то, что представляет собой данный текст для людей, знакомых с ним.

Ученые полагают, что при взаимодействии со знаковым комплексом (текстом) у реципиента формируется проекция этого текста, некое ментальное образование. (Н.А.Рубакин, Ю.А.Сорокин, Н.Л.Мусхешвили, Ю.А.Шрейдер) Ю.А.Сорокин называет эту проекцию концептом текста [Сорокин 1985: 5].

Одним из первых в 20х гг. прошлого века к понятию «концепт»

обратился А.С.Аскольдов. Он определил концепт, как "мысленное ментальное образование, которое замещает в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода" [Цит. по Бабушкин 1996: 14] Д.С.Лихачев развил теорию А.С.Аскольдова и представил концепт как "алгебраическое" выражение значения, которым мы оперируем в речи, т.к. охватить значение во всей его полноте человек просто не успевает. Концепт по Д.С.Лихачеву является результатом столкновения словарного значения слова с личным и народным опытом [Лихачев 1997: 281].

Таким образом, состав концепта определяется культурным опытом его носителя. Человек живет, мыслит, общается, действует в мире концептов.

Концепты суть своеобразные культурные гены, входящие в генотип культуры и вероятностно определяющие феноменологическую поверхность культуры, ее фенотип [Ляпин 1997: 11,17].

Концепт представляет собой ментальную единицу, этот термин служит объяснению единиц ментальных или психологических ресурсов нашего сознания [Кубрякова 1997: 90]. Концепт, как указывает Г.Г.Слыппсин, является единицей, которая должна связать научные изыскания в области культуры, сознания и языка, т.к. он принадлежит сознанию, детерминируется культурой и опредмечивается в языке [Слышкин 2000: 9]. Поэтому изучение концептов является также и лингвистической проблемой. Освещение различных сторон концептов и смыслового потенциала соответствующих концептов позволяет изучить культурные доминанты в языке [Карасик 1996:7].

Концепт обладает определенными свойствами, которые необходимо учитывать в лингвокультурологическом исследовании, эти свойства концептов описаны многими отечественными учеными (О.А.Дмитриева, Е.С.Кубрякова, С.Х.Ляпин, Г.Г.Слышкин, Ю.А.Сорокин).

В первую очередь — это многомерность и дискретная целостность смысла. Концепт может транслироваться из одной предметной области в другую, так как он существует в непрерывном культурно-историческом пространстве [Ляпин 1997: 19]. В.И.Карасик выделяет три элемента в структуре концепта как многомерного ментального образования: ценностный, понятийный и образный элементы — в соответствии со сферами бытия человека, в которых концепт может использоваться [Карасик 1996:6].

Образная составляющая концепта - это признаки практического знания о концепте, характеристики предметов, явлений, событий и т.п., отраженные в памяти человека. Понятийная сторона концепта - его языковая сторона, его обозначение и описание. Ценностный элемент - его важность для индивидуума и коллектива [Карасик 2002: 154].

Пример TV beasts ate us, whole quicker than a dog on a Dreamsicle, all right. Most talk shows are just Bimbomercials. Connie Chung actually hosted a network news show for a year. And many sitcoms need two longshoremen with a pipe wrench to twist the channel laughter dial. Bright people whom I really used to respect now stay home to watch "Beverly Hills 90210." Why bother? You just know that every week Brandon and Dylan are going to let Kelly jerk them around while Donna and Ray are having yet another abusive spat at the Peach Pit. Ohhh, I hate Ray!

(Miller, Dennis The Rants, p. 24) Дэннис Миллер - известный американский комик и телеведущий. The Rants - книга созданная на основе его телепрограммы Dennis Miller Live, частью которой были его острые монологи на различые злободневные темы it* ""'rants", начинавшиеся с фразы ''now I don't want to get off on a rant here" и заканчивающиеся "of course that's just my opinion, I could be wron^\ В отрывке характеризуется концепт сериала "Beverly Hills 90210". Автор отмечает незаслуженно высокую ценностную значимость данного концепта: "Bright people whom I really used to respect now stay home to watch 'Beverly Hills 90210.''" Понятийная сторона концепта выражена его названием "Beverly Hills 90210", именами героев (Brandon, Dylan, Kelly, Donna. Ray), топонимами {Peach Pit). Образная сторона концепта вошла в текст через ироничное отношение автора к ценности данного концепта. Из отрывка видно, что # ''''Beverly Hills 90210" вечерний сериал, не перегруженный интеллектуальным содержанием. Подразумевается, что читатель знаком со всеми тремя составляющими концепта.

Выделяют лексические, фразеологические (А.П.Бабушкин) и текстовые (Г.Г.Слышкин) концепты. Г.Г.Слышкин в своем исследовании выделяет текстовую концептосферу (по Д.С.Лихачеву — совокупность потенции, открываемая в словарном запасе отдельного человека, как и всего языка в целом), т.е. сферу текстовых концептов, которая включает в себя фактические сведения, ассоциации, образные представления, ценностные установки, связанные в сознании носителя языка с известными ему текстами [Слышкин 1999: 5]. Изучение текстовой концептосферы включает исследование прецедентных текстов, использование различного рода отсылок, цитат, аллюзий, реминисценций на тексты, обладающие ценностными характеристиками, в дискурсе определенной группы.

Используя классификацию ценностей, предложенную В.И.Карасиком, Г.Г.Слышкин выделяет индивидуальные, микрогрупповые, макрогрупповые, национальные, цивилизационные, общечеловеческие концепты.[Слышкин 2000: 14]. Исследование концептов на всех уровнях представляет несомненный научный, в том числе и лингвистический, интерес.

Исследование национальных концептов служит инструментом изучения национальной культуры. По мнению В.П.Нерознака национальные концепты можно объективно выделить как "непереводимое в переводе". Это та часть концептосферы, которая является специфической только для данной национальной культуры.

Пример The former Welsh, being totally bereft, moved down out of the hills and into London. Because they were the only people in the Islands who played flutes instead of bagpipes, they were called Tooters. This made them very popular. In short order, Henry Tooter got elected King and begin popularizing omate, unflattering clothing.

Soon, everybody was wearing omate, unflattering clothing, playing the flute, speaking German with a French accent, pronouncing all their vowels "oouuoo" (which was fairly easy given the French accent), and making lots of money in the wool trade. Because they were rich, people smiled more (remember, at this time, "Beowulf and "Canterbury Tales" were the only tabloids, and gave generally favorable reviews even to Danes). And since it is next to impossible to keep your vowels in the back of your throat (even if you do speak German with a French accent) while smiling and saying "oouuoo" (try it, you'll see what I mean), the Great Vowel Shift came about and transformed the English language.

The very richest had their vowels shifted right out in fi'ont of their teeth. They settled in Manchester and later in Boston.

(http://paul.merton.ox.ac.uk/language/english.html) В приведенном выше примере обыгрывается история английского языка, которую можно рассматривать как национальный или макрогрупповои текстовый концепт, и «большой сдвиг гласных» как элемент этого концепта.

История английского языка характеризуется огромным влиянием французского в результате нормандского нашествия, это французское влияние также выступает в качестве концепта. Полагаем возможным рассматривать указанный концепт как текстовый, так как история английского языка закреплена в виде текстов, концепты которых содержат более или менее сходные образные, понятийные и ценностные составляющие. Этим концептом, к которому производится обращение, очевидно, обладают ученые лингвисты, а также, носители английской культуры, которые имеют хотя бы самое общее представление об этапах истории английского языка. Языковая сторона концепта выражена в тексте следующими словами и словосочетаниями: French accent, vowels, "Beowulf, "Canterbury Tales", Danes, keep your vowels in the back of your throat, the Great Vowel Shift, transform the English Language.

Довольно сложно выделить общечеловеческие концепты, так как такое выделение весьма субъективно и существуют скорее в теории, чем на практике. То, что определенный концепт представлен более или менее одинаково в сознании всех языковых и культурных коллективов, весьма сложно продемонстрировать и проверить. Говорить о цивилизационных концептах, возможно, проще. Так, можно выделить концепты, свойственные для христианской цивилизации.

Пример "Blessed are they who can laugh at themselves, for they shall never cease to be amused."

(http://www.xs4all. nU-jcdverha/scijokes/index. html) Это высказывание содержит отсылку к "Блаженствам" Евангелия от Матфея, известную большинству представителей культур, связанных с христианством. Интертекстуальная ссылка легко узнаваема по первым словам Blessed are they who, a также по синтаксическому строению предложения:

придаточное определительное, придаточное предложение причины...who..., for....

Итак, тексты представлены в сознании носителя языка концептами, то есть сложными ментальными образованиями,.f содержащими ценностный, образный и понятийный элементы. В контексте лингвокулыурного изучения текста целесообразно в качестве объекта исследования рассматривать именно концепт, как отражение текста в сознании носителя языка. Изучение концептов позволяет глубже понять культуру их носителей. Изучение национальной текстовой концептосферы соответственно позволяет исследовать область культуры, связанную со знаниями о мире.

1.4. ПОНЯТИЕ ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТИ И ИНТЕРТЕКСТА Щ' Будучи частью системы языка, сферой функционирования культуры, тексты являются частью сложной системы, и в этом состоит то общее, что их объединяет. С другой стороны, каждый текст имеет индивидуальные черты.

Каждый текст неповторим, поскольку он является продуктом творчества, он создан конкретной языковой личностью с определенной целью и при обращении к определенной другой языковой личности. Об индивидуальном и общем в тексте одним из первых написал М.М.Бахтин. "За каждым текстом стоит система языка. В тексте ей соответствует все повторимое и воспроизводимое, все, что может быть дано вне данного текста (данность). Но одновременно каждый текст (как высказывание) является чем-то ^ индивидуальным естественным и неповторимым, и в этом весь смысл его (ради чего он создан)" [Бахтин 1986: 475]. З.Я.Тураева отмечает, что в тексте совмещаются типолого-генетические и индивидуальные черты. Системность есть результат давления системы, жанра, литературного направления, всего историко-культурного контекста. Индивидуальность текста есть проявление языковой личности художника [Тураева 1994: 106].

Историко-культурный контекст, о котором говорит З.Я.Тураева, и сам включает в себя огромное количество текстов, знаков, текстовых концептов, которые неизбежно взаимодействуют и переплетаются в культуре. В результате каждый текст несет следы других текстов или их концептов, которые входят в данную культуру. Таким образом, речь идет о связях между ь текстами.

Первым исследовал явление взаимодействия текстов М.М.Бахтин.

Каждый текст связан с другими текстами особыми диалогическими отнощениями. "Произведение — звено в цепи речевого общения;

как и реплика диалога, оно связано с другими произведениями - высказываниями:

и с теми, на которые оно отвечает, и с теми, которые на него отвечают....

Как бы ни было высказывание монологично, оно не может не быть в какой-то мере и ответом на то, что уже сказано о данном предмете, по данному вопросу ".[Бахтин 1979: 254, 272] Текст — диалог автора с читателем и со всей предшествующей культурой. Этот диалог проявляется в аллюзиях, цитатах и реминисценциях [Бахтин 1986: 475]. Понятие диалогизма Бахтина в первую очередь относилось к диалогу голосов внутри одного определенного текста [Pfister 1987: 197].

В подобном русле рассматривают проблему Ю.М.Лотман и его школа.

Ю.М.Лотман называет «текстом в тексте» специфическое риторическое построение, при котором различие в закодированности разных частей текста делается выявленным фактором авторского построения и читательского восприятия текста. Основой генерирования смысла становится в этом случае переключение из одной системы семиотического осознания текста в другую на каком-то внутреннем структурном рубеже. Чужой голос у Ю.М.Лотмана означает часть текста, закодированную отличным от остального текста образом. Таким образом, "текст в тексте" может реализовываться в виде отрезков текста, созданных самим автором, используя разные системы "кодов" (пьеса, созданная принцем Гамлетом, внутри самого произведения "Гамлет";

переплетение двух фабул и двух эпох в "Мастере и Маргарите";

стихи Пастернака в "Докторе Живаго" и т.п.), а также в виде различных цитат, аллюзий и реминисценций, т.е. отрывков действительно других "чужих " текстов [Лотман 1981: 13].


Проблема текста в тексте изначально была литературоведческой. В этом направлении исследования "текста в тексте" и развивались далее представителями литературоведческого деконструктивизма (Ю.Кристева, Р.Барт, Ж.Деррида). Одной из первых проблему диалогизма М.М.Бахтина исследовала в конце 60-х годов Ю.Кристева. Она ввела термин "интертекстуальность" для описания связей между текстами. Понятие интертекстуальности, согласно Ю.Кристевой, подразумевает, что каждый текст существует в своей связи с другими текстами. «Any text is constructed of a mosaic of quotations;

any text is tiie absorption and transformation of another»

[Kristeva 1980]. Термин "интертекстуальность" используется сейчас для ^ описания того, что М.М.Бахтин назвал диалогизмом.

Деконструктивизм выработал такое понятие, как «авторитет текста». Он обосновывается авторитетом других текстов (интертекстуально), т.е.

«имеющимися в исследуемом тексте ссылками и аллюзиями на другие тексты, уже приобретшие свой «авторитет» в результате закрепившейся в.рамках определенной культурной среды традиции воспринимать их как источник безусловных и неоспоримых аксиом» [Ильин 1996: 188].

В узком смысле "авторитет" текста может означать использование цитат в функции обращения к авторитету, демонстрации эрудиции. Однако и при использовании отсылок к ранее созданным текстам в другой функции, м, интертекстуальная насыщенность все-таки увеличивает «авторитет» текста.

Обращение автора к другим авторитетным текстам культуры, очевидно, является некоторым сигналом значимости для компетентного реципиента, приобщает уже созданный текст к другим "значимым" текстам культуры.

Пример... and why companies like Coca-Cola suffer palpitations when they see a passage like this (from John Steinbeck's The Wayward Bus):

"Got any coke?" another character said.

"No," said the proprietor. "Few bottles of Pepsi-Cola. Haven't had any coke for a month... It's the same stuff. You can't tell them apart."

^ (Bryson, B. Made in America, p.242) Билл Брайсон англо-американский автор юмористических бестселлеров о путешествиях и английском языке. Made in America - юмористическая история Америки. В отрывке автор обращается к произведению Дж.Стейнбека для того, чтобы продемонстрировать довольно распространенную бытовую ситуацию, неразличение Пепси и Колы. При этом он особо подчеркивает источник включения {from John Steinbeck's The Wayward Bus). Целью такого приема, очевидно, является повышение авторитета текста, завоевание доверия читателей, используя уже заслуженную положительную репутацию известного текста, С точки зрения М. Грессе интертекстуальность является составной частью культуры вообще и неотъемлемым признаком литературной деятельности в частности: любая цитация, какой бы характер она ни носила, — а цитирование, по его мнению, всегда неизбежно, вне зависимости от воли и желания писателя,— обязательно вводит его в сферу того культурного контекста, опутывает его той "сетью культуры", ускользнуть от которых не властен никто [Цит. по: Ильин 1996: 228].

Использование цитат и аллюзий на предшествующие тексты — показатель включенности нового текста в культуру, он определяет, насколько текст является «авторитетным». Интертекстуальность литературного дискурса — признак историчности литературы и свидетельство ее взаимосвязи со всеми дискурсами эпохи. На это указывает В.Г.Гак, отмечая, что культурно национальная специфика особенно ярко проявляется, когда в переносной функции используются формулы повседневной жизни, официальных докладов, военной речи, рекламы, литературные и другие реминисценции [Гак 1994: 33]. Это еще одно подтверждение тому, что средства интертекстуальности, а именно цитаты, литературные аллюзии, реминисценции, способствуют объективации знаний о мире и культуры в текстах.

Отметим, что представители деконструктивизма рассматривают понятие интертекстуальности достаточно широко, с точки зрения философии языка, всей языковой деятельности человека и культуры в целом. Более узко рассматривается интертекстуальность в отечественной лингвистике (Ю.М.Лотман, И.В.Арнольд, Е.В.Михайлова). Традиционным взглядом на интертекстуальность является интерпретативный подход, который включает в себя исследование межтекстовых связей, выявление их интегрирующей или разрушительной функции в тексте через рассмотрение оппозиции текст контекст [Михайлова 1999: 35].

И.В.Арнольд понимает интертекстуальность как включение в текст целых других текстов с иным субъектом речи, либо их фрагментов в виде цитат, реминисценций и аллюзий. Автор отмечает, что интертекстуальность в узком смысле является композиционно-стилистической проблемой.

Литературоведы рассматривают ее с точки зрения литературных влияний, стилисты исследуют цитаты и аллюзии как формы функционирования интертекстуальности. И.В.Арнольд также отмечает неразработанность проблемы интертекстуальности в связи с большим разнообразием форм и функций включений другого голоса [Арнольд 1999: 351-352].

Е.В.Михайлова рассмотрела термин интертекстуальность как категорию текста. Интертекстуальность в ее понимании представляет собой многомерную связь отдельного текста с другими текстами по линиям содержания, жанрово-стилистическйх особенностей, структуры, формально знакового выражения, является системообразующей категорией дискурса.

Автор вьщеляет горизонтальные и вертикальные взаимоотношения между текстами. Горизонтальные отношения возникают в пределах совокупности текстов, содержательно и ситуативно объединенных вокруг единого текста.

Вертикальные связи подразумевают использование иной знаковой системы (другой язык, другая система символов и т.п.) [Михайлова 1999: 2].

Можно вьщелить два типа вертикальных связей: 1) когда текст содержит отсылку к тексту, функционирующему в другой знаковой системе, 2) а также интертекстуальные связи внутри одной знаковой системы, реализованные средствами иной знаковой системы (видеообразы, иллюстрации, референции посредствам музыки и т.п.) Пример вертикальных связей первого типа:

Пример б Even though my music is the theme from Chariots of Fire and Ennis's theme is "Bidin' My Time", I began taking him out to tracks with me when he was fourteen and I was forty-six.

(Cosby, B. Time Flies, p. 118) Билл Козби известный американский комик, шоумен и филантроп. Time Flies - автобиография Билла Козби. Р1нтертекстуальные ссылки {Chariots of Fire, Bidin' My Time) являются вертикальными, поскольку устанавливают связь печатного текста с музыкальными произведениями, которые являются частью кинодискурса и песенного дискурса соответственно. Компетентный читатель не просто узнает название "внешних" текстов, но и обладает дополнительной информацией об этих текстах, что необходимо для понимания принимающего текста. Chariots of Fire - известный художественный фильм о двух спортсменах, задавшихся целью победить на Олимпийских играх, ассоциации, возникающие в связи с этим текстом - бег, упорство в достижении цели, труд. Bidin' My Time — известная песня, вызывает в сознании американского слушателя ассоциации с ленью и бездействием. Контраст между элементами указанных концептов вызывает комический эффект.

В приведенном выше примере рассматривалась интертекстуальная связь печатного текста с такими сложными видами текстов как кинотекст и песенный текст, при этом опора делалась на лингвистическую часть текстов.

Ссылки могут указывать также и на невербальную часть сложных текстов.

ф Пример From the other side of the curtain there is an expectant hubbab. KEMPE leads the dog into the wings and rummages in a box of props. He finds a skull. He has one foot on the box, his elbow on his knee, he looks at the skull... in other words he reminds us Hamlet. We see this from POV of WILL, who is just entering through a door backstage.

(Shakespeare in Love, 11) Shakespeare In Love романтическая комедия Марка Нормана и Тома t Стоппарда, получившая премию «Оскар» в 7 номинациях. В фильме Шекспир изображен как молодой драматург, постоянно сталкивающийся с недостатком денег, проблемами с женщинами и отсутсвием вдохновения.

Многие герои фильма и события взяты из реальных работ Шекспира и вдохновляют молодого Шекспира в фильме на создание его произведений. В отрывке из сценария описываются невербальные интертекстуальные средства, с помощью которых авторы создают отсылку к пьесе "Гамлет" Шекспира или к ее экранизации. Поза актера напоминает зрителю сцену на кладбище (Акт 5, сцена 1). Вертикальные связи такого типа относятся к области исследований креолизованных текстов. Сигналы в тексте {skull, he looks at the skull, he reminds us of Hamlet) позволяют активизировать концепт «Гамлет» в сознании реципиента.

Исследователи вьщеляют следующие формы интертекстуальных включений: (1) цитаты и аллюзии на ранее созданные тексты (2) включение в текст "чужого голоса", реально созданного самим же автором, признаком интертекстуальности здесь будет различие в закодированности (Ю.Лотман, Е.В.Михайлова) или смена субъекта речи (И.В.Арнольд);

Введение чужого голоса используется во многих произведениях. Так, введение в текст стихотворений, анекдотов или писем можно рассматривать как явление интертекстуальности. Примером может служить "Женщина в Белом" У.

Коллинза, где автор ведет повествование от лица нескольких персонажей, вводя в текст различные документы в качестве "показаний свидетелей". (3) невербальные включения при понимании текста в широком смысле как любого знакового комплекса. (О.В.Мишина, Ю.С.Чаплыгина) И.В.Арнольд также отмечает, что наряду с собственно интертекстуальностью существуют близкие, но не тождественные ей явления.

К ним автор относит литературное влияние одного писателя или целых литературных направлений на других, а также бродячие сюжеты, которые возникают независимо от автора текста, а не диалогически [Арнольд 1999:


395].

В данной работе интертекстуальность будет рассматриваться как многомерная связь текстов, которая включает тексты в сферу культуры.

В соответствии с интерпретативным подходом будут выявлены межтекстовые связи в юмористическом дискурсе и проанализирована их роль в понимании этого вида дискурса. При этом будут рассмотрены как горизонтальные, так и вертикальные интертекстуальные связи. Мы вьщеляем 2 типа вертикальных связей текста в зависимости от того компонента текстов, смешанных видов дискурса, которые активизируются с помощью ссылки. В сферу лингвистического исследования попадают такие виды вертикальных связей, когда невербальные компоненты интертекста выражаются вербальными средствами. Здесь и далее текст, содержащий интертекстуальную ссылку, будем называть принимающим текстом, текст, на который делается ссылка текстом-источником.

Интертекст Разработка идеи интертекстуальности подвела к возникновению понятия "интертекст". Классическое определение интертекста Р.Барта:

«Каждый текст является интертекстом;

другие тексты присутствуют в нем на различных уровнях в более или менее узнаваемых формах: тексты предшествующей культуры и тексты окружающей культуры. Каждый текст представляет собой новую ткань, сотканную из старых цитат. Обрывки культурных кодов, формул, ритмических структур, фрагменты социальных идиом и т. д. — все они поглощены текстом и перемешаны в нем» [Цит.

по:Ильин 1996: 226].

Термин «интертекст» является, однако, многозначным.

Проанализировав работы постструктуралистов, Т.В.Цырендоржиева выявила три основных понятия интертекста: 1. Непосредственно анапизируемый текст, который абсорбирует множество текстов, имея собственный смысл;

2. тексты вне анализируемого, с которыми анализируемый текст входит в семантически продуктивные отношения, 3. Общий текст, который может быть интертекстом любого текста [Цырендоржиева 1999: 35]:

1. Принимающий текст, связанный с множеством других текстов и в то же время имеющий собственный смысл, превращается в интертекст. Как указано выше, любой текст несет печать культуры, которая выражается в том, что каждый текст содержит отсылки к различным концептам и связан с множеством других текстов культуры, таким образом, любой текст является интертекстом. Проанализировать переплетение всех концептов и текстов представляется практически невозможным, как и составить перечень составляющих культуру компонентов. Тем не менее, на уровне цитат и аллюзий, осознаваемых как автором, так и читателем, пример интертекста в указанном смысле привести довольно просто. Художественный фильм "Влюбленный Шекспир" является таковым, поскольку включает многочисленные ссылки на произведения В.Шекспира и современных ему авторов. Сеть этих отсылок создает особый контекст, который позволяет: 1.

создать атмосферу времени, а следовательно, и культуры;

2. превратить фильм в увлекательную загадку для зрителя, отгадывание которой доставляет удовольствие и заставляет смеяться.

2. Множество "внешних" текстов, с которыми связан принимающий текст, отсылки к которым выражены различными средствами, также могут рассматриваться как интертекст. Т.В.Цырендоржиева предлагает разделить их на специфические, имеющие ограниченное количество объектов референции, с которыми анализируемый текст входит в семантические продуктивные отношения, и универсальные (корпус всех других литературных текстов, «пробужденных» анализируемым текстом). В этом значении те тексты, на которые осуществляются ссылки в виде цитат, аллюзий, реминисценций, создают связь данного текста с предшествующей культурой и тем самым являются интертекстом данного текста.

Текст фильма "Влюбленный Шекспир" содержит многочисленные отсылки к текстам произведений Шекспира. Все тексты, на которые делаются # отсылки, представляют собой интертекст в данном рассматриваемом значении.

Пример Viola: You would not leave me.

Will: I must. Look... how pale the window.

Viola: (Pulling him down) Moonlight!

Will: No, the morning rooster woke me.

Viola: It was the owl... come to bed.

Will: (giving in) Oh, let Henslow wait.

f Viola: (pausing, pushing him away) Mr. Henslow?

Will: (persisting) Let him be damned for his pages.

Viola: Oh,... no, no!

Will: (kissing her) There is time. It is still dark.

Viola: It's broad day. The rooster tells us so!

Will: It was the owl. Believe me, love, it was the owl.

Интертекстом данного отрывка является диалог Ромео и Джульетты:

JULIET Wilt thou be gone? it is not yet near day:

It was the nightingale, and not the lark.

That pierced the fearftil hollow of thine ear;

Nightly she sings on yon pomegranate-tree:

Believe me, love, it was the nightingale.

ROMEO It was the lark, the herald of the mom, No nightingale: look, love, what envious streaks Do lace the severing clouds in yonder east:

Night's candles are burnt out, and jocund day Stands tiptoe on the misty mountain tops.

I must be gone and live, or stay and die.

В тексте фильма воспроизводится сцена прощания влюбленных из произведения Шекспира. Однако простое повторение даже в новой ситуации не интересно, не приводит к комическому эффекту, субъективность автора (авторская модальность) должна выражаться в каком-либо изменении.

Условием распознавания интертекстуальных отсылок является знание текста источника, узнавание сходных ситуаций в принимающем тексте и интертексте: раннее утро, влюбленные, не желая расставаться, спорят о том, какая птица поет в саду. Это знание позволяет получателю сообщения должен обнаружить две антитезы: rooster — owl и nightingale —lark - последняя является частью интертекста. В прецедентном тексте используются птицы, считаюпщеся возвышенными символами: соловей - птица влюбленных, жаворонок - вестник утра. В принимающем тексте эти символы отсутствуют и используются названия птиц, в которых такие возвышенные ассоциации отсутствуют. Новое входит в принимающий текст в виде отсутствия компонента ситуации «смертельная опасность» (/ must be gone and live, or stay and die), a также за счет изменение ролей в конце диалога: Виола вспоминает о практической стороне дела, когда речь заходит о выгоде, она начинает торопить своего любовника {Will (persisting) Let him be damned for his pages. / Viola Oh,... no, not). Узнавание текста, a главное трансформаций в нем, заставляет зрителя улыбнуться.

"Универсальные тексты" как интертекст содержатся в любом дискурсе, они являются проявлением "повторимого и воспроизводимого" (по М.М.Бахтину) в тексте. Этот интертекст представлен на уровне системы языка, на уровне стиля, жанра и т.п. Такой интертекст можно назвать контекстом, на который опирается любой адресат, или пресуппозициями, которые используются в дискурсе получателем и отправителем любого сообщения. Контекст, пресуппозиции или "универсальные тексты" могут не осознаваться участниками дискурса, а могут специально использоваться как особый прием. Снова обратимся к художественному фильму "Влюбленный Шекспир". В начале фильма на экране появляется текст:

Пример In the glory days of the EHzabethan theatre two playhouses were fighting it out for writers and audiences. North of the city was the Curtain Theatre, home to England's most famous actor, Richard Burbage. Across the river was the competition, built by Phillip Henslowe, a business with a cash flow problem...

Прием использовгшия письменного текста в фильме как форма экспозиции характерен для старого немого кино, в современном кинодискурсе он является знаком того, что речь пойдет о "давно минувших днях".

Некоторые лексические средства также способствуют созданию второго плана. Первая фраза "In the glory days of the Elizabethan theatre two playhouses were fighting" является ссылкой на произведения Шекспира и других представителей эпохи позднего Возрождения. Понятия "competition", "business", "cash flow" принадлежат к другому плану, у этих слов есть устойчивая связь с современной жизнью, современными экономическими системами.

Пример The telephone book of a middle-aged man is like Walt Disney's view of America: everyone forever living happily together.

{Cosby, B. Time Flies, p. 126) Еще один пример интертекста, представленного целым корпусом текстов определенного жанра. В приведенном отрывке содержится ссылка на фильмы Уолта Диснея. Они рассматриваются как особый концепт, одним из ^ компонентов которого является понятие happy end = "everyone forever living happily together".

3. Общий текст, который может быть интертекстом любого текста. В таком рассмотрении интертекстом становится вся культура, все когда-либо созданные тексты. В этом смысле интертекст выступает как совокупность знаний о мире (по О.А.Каменской) и охватывает культуру целиком.

Именно последнее значение интертекста позволило теоретикам постструктурализма (в области литературоведения в первую очередь Р. Барт, Ж. Лакан, М. Фуко, Ж. Деррида и др.) отождествлять сознание человека с письменным текстом. Вся человеческая культура стала рассматриваться как ^ единый интертекст, который в свою очередь служит предтекстом всех новых текстов [РЪтьин 1996: 21, 224]. Итак, самосознание человека, согласно постструктуралистам, — некоторая сумма текстов, входящих в совокупность различньлх текстов, составляюыщх человеческую культуру.

Принимая все вышеизложенные определения интертекста, в данной работе мы будем использовать термин "интертекст" в значении особый вид контекста. Рассматривая интертекст как множество "внешних" текстов, с которыми связан принимающий текст, нужно принять тот факт, что интертекст связан ассоциативными связями и с "внешним", и с "принимающим" текстом, являясь частью и того, и другого. Понимание интертекстуальных включений зависит от культурной компетенции читателя, ^ при отсутствии необходимого знания он остается незамеченным. В результате взаимодействия содержательно-фактуальной и содеражтельно концептуальной сторон информации появляется подтекст, это своего рода диалог между этими видами информации: «Два потока сообщения... идут РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ.БИБЛИОТЕКА параллельно и в некоторых точках сближаются, дополняют друг друга, иногда вступают в противоречия.» [Гальперин 1981:48].

Подтекст характеризуется бисоциативностью, требованием восприятия информации одновременно на двух уровнях. Подтекст является производным от объема историко-культурного контекста и ведет к углублению или f изменению семантического и/или эмоционального содержания текста без увеличения его объема, но за счет увеличения объема контекста, в который помещен текст [Атлас 1987: 16]. Подтекст представляет собой индивидуально авторское отношение, субъективную оценку, видение, которое необходимо увидеть получателю сообщения, для того чтобы разделить и оценить его, что безусловно важно в юмористическом дискурсе.

Интертекст представляет собой часть содержательно-контекстной информации, знание которой позволяет читателю понять текст во всей его полноте, для того, чтобы осознать индивидуально авторское понимание отношений между явлениями и событиями, описанными средствами содержательно-фактуальной информации.

Считаем возможным рассматривать понятие "интертекст*' в любом из 3 значений, описанных выше. В данной работе мы, однако, будем использовать этот термин для обозначения вида контекстной информации, содержащей внешние тексты, с которыми связан принимающий текст. Знание интертекста того или иного текста позволяет читателю получить наиболее полное представление о замысле автора текста.

1.5. СРЕДСТВА И СПОСОБЫ ФОРМИРОВАНР1Я ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТИ 1.5.1. Средства создания интертекстуальности V Интертекстуальность как многомерная связь текста с другими текстами создается с помощью различных отсылок к ранее созданным текстам (или их концептам). Эти отсылки существуют в виде различных цитат, аллюзий, реминисценций и т.д. Все эти явления объединяют в одну общую категорию интертекстуальных средств [Цырендоржиева 1999: 49]. Такое объединение аллюзии, цитат и смежных им форм является целесообразным, поскольку позволяет снять полемику по поводу разграничения между этими явлениями.

В лингвистической литературе используется ряд терминов для обозначения этих явлений: текстовые реминисценции (А.Е.Супрун, З.Г.Минц), текстовые преобразования (Ю.Н.Караулов), аллюзивные цитаты (А.Г.Мамаева), скрытые * цитаты (К.П.Сидоренко, В.П.Андросенко), квазицитация (Е.А.Земская) и т.д.

Многообразие терминов, предложенных исследователями для обозначения переплетения "своей" и "чужой" речи, явной и имплицитной, говорит, во-первых, о том, что пока не существует единой терминологии для описания этих явлений. Во-вторых, сами явления включения "чужой речи" в текст принимают разнообразные формы, и границы между ними не всегда могут быть четко проведены. В средствах интертекстуальности выделяют различия на уровне грамматики, функций, семантики и прагматики. Сущность этих различий сводится к объему и степени сохранности / искаженности чужой речи, целям ее введения в текст, а также степени и способу ее II выделенности из новой для нее "среды обитания" [Человеческий фактор в языке 1992: 64].

Наиболее очевидным и хорошо изученным, особенно в стиле научной литературы, средством интертекстуальности является цитата. Цитата в узком понимании трактуется как точное воспроизведение в новом контексте текста-источника при обязательной графической отмеченности последнего.

С.Моравски указывает в качестве основного признака цитаты ее дословность, при этом цитата должна быть легко отделима от принимающего текста, то есть реципиент не должен испытывать никаких затруднений в выделении интертекстуального включения - цитаты. Ученый рассматривает текст в широком понимании, как любой связный знаковый комплекс. "Цитата — дословное воспроизведение литературного текста определенной длины или набора образов, звуков, движений или комбинация всех или некоторых из этих элементов или комбинация некоторых из них с литературным текстом, при этом то, что воспроизводится, является составляющей частью какого-либо произведения и может легко быть отделено от нового целого, в которое оно включается" [Morawski 1970: 691].

Вслед за С. Моравски М.И.Булах выделяет дискретность и дословность как основные характеристики цитаты и дает свое определение: "цитата — семантическое единство, буквально передающее чужое высказывание, и отличающееся дис1фетностью" [Булах 1978: 116]. Дискретность, как указание на "чужесловность", может выражаться в графическом оформлении цитаты, что позволяет реципиенту (прежде всего читателю) легко отделить интертекстуальное включение от остального текста.

К.Н.Даирова полагает, что цитата есть заимствование как формы, так и мысли и характеризуется законченностью и графической выделенностью.

"Классическое употребление этого приема можно отметить в научном стиле, когда цитация отвечает всем требованиям, характеризуется смысловой завершенностью, соответствием оригиналу, графической выделенностью, i ссылкой на источник" [Даирова 1983]. И.В.Алещанова указывает, что графическая невыделенность или потеря авторства трансформируют цитаты в реминисценции, делая их достоянием общей речи, где допускаются различные деформации в исходной модели [Алещанова 2000: 52]. Таким образом, выделяют следующие признаки цитаты, которые отличают ее от других способов представления чужой речи: 1) структурно-семантическое тождество с соответствующим фрагментом текста-источника ("передача как формы, так и мысли");

2) дискретность/ графическая оформленность;

3) ссылка на автора или источник.

^, Если представить цитату как один из двух полюсов интертекстуальных средств, обладающий всеми вышеуказанными признаками, то на другом полюсе расположится аллюзия, как самое имплицитное интертекстуальное средство. Определение аллюзии И.Р.Гальперина стало классическим: allusion is an indirect reference, by word or phrase, to a historical, literary, mythological, biblical fact or to a fact of everyday life made in the course of speaking or writing [Гальперин 1981: 187].

В.В.Овсянников, беря за основу определение И.Р.Гальперина, указывает на существование прямых и косвенных аллюзий, при этом прямые аллюзии представляют собой упоминание имен и названий фактов (название ^ литературного произведения, имя персонажа, прямое указание события и т.п.), а KOCBeifflbie представляют собой включение текста в текст в виде цитаты (то есть использование отрезка "чужого" текста дословно или в измененном виде) [Овсянников 1990: 43]. Так называемые литературные аллюзии, таким образом, включают в себя упоминание названий произведений, имен персонажей, автора, событий и т.д., а также отрывки "чужого текста", то есть любые ссылки на созданный ранее текст.

Многие авторы рассматривают цитату в более широком смысле, не ограничивая ее указанными признаками (дискретность, структурно семантическое тождество, ссылка на источник). Упоминание произведения в тексте, например, иногда называют нулевой цитатой [Сорокин, Михалева ш 1997:18].

Литературная аллюзия и цитата тесно связаны. Если рассматривать цитату и смежные ей формы как средство интертекстуальности, то есть средство включения одного текста в другой, как символ текстового концепта, то понятие цитаты существенно расширяется. З.Г.Минц рассматривает цитату или реминисценцию как "представителя "чужого текста", метонимический символ-заместитель его" и полагает, что цитатами могут быть:

1) точно воспроизведенные отрывки "чужого текста", цитаты в собственном смысле;

Пример When she turned fifty, Gloria Steinem said, "this is what fifty looks like", so I simply look my age.

{Cosby, B. Time Flies) В примере содержится цитата высказывания американской писательницы Глории Стайнем, цитата взята в кавычки и представляет собой дословное воспроизведение отрывка речи источника. У подготовленного читателя цитата, вероятно, вызовет ассоциации с личностью Глории Стайнем, ее участием в феминистском движении, таким образом, данная текстовая реминисценция выступает как знак всего дискурса данной личности.

2) перифразировки "текста-источника";

Пример I try best to eat it, honest I do. I think of how hungry I'll be at Lough Derg. I imagine I'm in prison. I slice off a forkfiil of gravy and pretend it's squid, but it's too rubbery to be realistic. So I'm on the horns of a painfiil dilemma here, the eternal and exquisite agony of the Englishman abroad, or at home for that matter: to complain, or not to complain?

(McCarthy, P. McCarthy's Bar, p. 181) Книга П. МакКарти юмористическое описание путешествия автора в Ирландию. В приведенном отрывке содержится перефразировка прецедентного текста "Гамлет" to be or not to be? — to complain, or not to complain?. Реминисценция узнаваема только по синтаксическим признакам: to infmitive or not to infmitive. В тексте содержатся единицы, поддерживающие эту ассоциацию (а painful dilemma, the eternal and exquisite agony).

3) сокращенные знаки-указания на тот или иной "чужой" текст (имена, художественные предикаты, атрибуты, "мифемы") [Минц 1973: 393-394].

Пример When he turned fifteen, Ennis was six feet tall and loose and springy and still didn't want to run. He kept giving me excuses, which I heard with all the sensitivity of Fred Flintstone. You know all that sensitivity of mine that you read about in Fatherhood?

(Cosby, B. Time Flies, 119) В отрывке 2 интертекстуальных ссылки: Fred Flintstone — персонаж серии мультфильмов, чрезвычайно популярных в 60-е и 70-е годы в США.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.