авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

«ИЗ ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Абрамов, Алексей Владимирович Оправдание в уголовном процессе Москва ...»

-- [ Страница 3 ] --

В частности, свидетель, также как и потерпевший, не внраве давать заведомо ложные показания либо отказываться от дачи показаний (пункт 2 части 6 статьи 56 УПК РФ). Эксперт не вправе давать заведомо ложное заключение (пупкт часть 4 статьи 57 УПК РФ), а переводчик не вправе осуществлять заведомо неправильный перевод (пункт 1 части 4 статьи 59 УПК РФ).

Кроме того, целая система гарантий оправдания предусмотрена для суда, рассматривающего уголовное дело по существу, в том числе с участием присяжпых заседателей, а также в связи с реабилитирующими последствиями оправдания. Подробно эти процессуальные гарантии будут рассмотрены автором в следующей главе.

Как видим, в современном уголовном нроцессе достаточно средств, обеспечивающих реализацию оправдания при наличии соответствующих условий, однако, количество грубейших нарушений процессуальпого закопа, игнорирующих все гарантии, не становится от этого меньше. В результате, невиновные лица крайне редко добиваются оправдания путем многочисленных жалоб, привлечения внимания институтов гражданского общества и СМИ.

В связи с этим, необходимо проведение кропотливой работы но совершенствованию нравонрименительной нрактики, усиление контроля за деятельностью органов предварительного расследования и жесткая кадровая политика в правоохранительных органах. Позиция каждого дознавателя, следователя, прокурора, судьи должна строиться на понимании того, что за каждым принимаемым решепием стоит не только отчет о проделанной работе и сухие цифры статистики о движении дел, но и, прежде всего, судьба конкретного человека.

Важную роль в развитии системы гарантий оправдания должна сыграть вторая волна судебной реформы.

Стабильность вступившего в силу оиравдательиого приговора.

В случае оправдания, у онравданного возникает комнлекс процессуальных прав, обеспечивающих сохранение в силе законного оправдательного приговора, а также возможность его обжалования нри несогласии с мотивами (основаниями) оправдапия.

Как уже упоминалось в настоящей работе, уголовно-процессуальным законом для отмены оправдательного приговора предусмотрены дополнительные условия, не допускающие возможность такой отмены в апелляционном и кассационном порядке иначе как по представлению прокурора либо жалобе (заявлению) потерпевшего (частного обвинителя) или его представителя (часть 4 статьи 360, часть 1 статьи 370 и часть 1 статьи УПК РФ).

В порядке надзора оправдательный приговор в соответствии с постановлением Конституционного Суда РФ №5-П от 11.05.2005 г. может быть пересмотрен в течение 1 года, если в ходе предыдущего разбирательства было допущено имеющее фундаментальный, принципиальный характер существенное нарушение, повлиявшее на исход дела.

Между тем, трудно полностью согласиться с указанным решением Конституционного Суда РФ, поскольку, расширяя возможности стороны обвинения обжаловать в порядке надзора вступившие в законную силу оправдательные приговоры, оно тем самым умаляет гарантии прав оправданных лиц на окончательность оправдательного решения.

Одним из основных доводов Конституционного Суда РФ в пользу принятого решения является необходимость создания сторонам обвинения равных возможностей в рамках состязательного процесса. Однако, отметим, что, обш,ее правило о равенстве процессуальных полномочий сторон уголовного судопроизводства имеет исключения, направленные на дополнительную заш,иту лиц, подвергаемых уголовному преследованию. В частности, только подозреваемый и обвиняемый обладает правом на бесплатное получение квалифицированной юридической помоп1,и заш,итника, правом отказаться от дачи показаний, а подсудимый также правом последнего слова и др. Тогда как потерпевшего уголовно-процессуальный закон такими правами не наделяет.

Тем не менее, данные элементы процессуального неравенства ни у кого не вызывают возражений.

Предусматривавшаяся статьей 405 УПК РФ гарантия незыблемости вступившего в законную силу оправдательного приговора была направлена на защиту оправданных подсудимых от необоснованного пересмотра оправдательных решений под надуманным предлогом. Сложившаяся ситуация в связи с признанием неконституционной статьи 405 УПК РФ как нельзя более благоприятствует открытию возможностей для пересмотра по требованию стороны обвинения ряда нашумевших уголовных дел. Тем более, что в отсутствие определенности по вопросу признания нарушений процессуального законодательства «суш:ественными», «фундаментальными», отсылка к общим нормам международного законодательства вызывает еще большую уверенность в опасности возможных практических последствий возрождения института пересмотра оправдательных решений в надзорном порядке.

Обращаясь к уголовно-процессуальному опыту стран постсоветского пространства, мы обнаруживаем признание возможности отмены оправдательного приговора в надзорном порядке, в частности, в таких странах как Киргизия, Казахстан и Армения, Впрочем, в Казахстане срок возможного пересмотра ограничен 6. месяцами, а не 1 годом, к которому предлагает вернуться Конституционный Суд РФ. А в УПК Армении особо оговаривается, что оправдательный приговор не может быть отменен по мотиву существенного нарушения уголовно-процессуального закона, если невиновность оправданного не вызывает сомнения.

Постановление Конституционного Суда РФ по статье 405 УПК РФ оставляет много вопросов, которые предстоит разрешить федеральному законодателю при приведении уголовно-процессуального закона в соответствие с принятым решением. Ясно лишь одно - либеральные положения УПК РФ в очередной раз терпят неудачу при их проверке на предмет конституционности. Очевидно, это вызвано общей тенденцией к ужесточению процессуальной нолитики.

Способы прекращения уголовного преследовапия в суде.

Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР понятие «уголовного нреследование» практически не было извест1ю, и появилось в нем лишь однажды в связи с вступлением в силу Федерального закона от 20 марта 2001 г.

№ 26-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод». Этим законом в новой редакции была изложена часть 1 статьи 47 УПК РСФСР, допускавшая возможность участия в деле защитника с начала осуществления любых меры процессуального принуждения или связанных с уголовным преследовапием действий, затрагивающих права и свободы подозреваемого.

Между тем, отечественная наука уголовного процесса успешно оперировала термином «уголовное преследование» в значении разновидности уголовно процессуальной функции, а иногда, и в качестве синонима понятию «обвинение»'^^.

Действующий уголовно-процессуальный закон определяет уголовное преследование как процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (пункт 55 статьи 5 УПК РФ). В соответствии с частью 1 статьи УПК РФ обвинение в суде является одной из форм уголовного преследования.

Как уже отмечалось выше, основания для прекращения уголовного преследования могут быть обнаружены в любой стадии судопроизводства и от существа этих оснований и особенностей соответствующей стадии уголовного нроцесса зависит конкретная процессуальная форма прекращения уголовного преследования. Даже в рамках разных судебных стадий выявление оснований для прекращения уголовного преследования может иметь различные процессуальные последствия для порядка и способа оформления соответствующего решения. А значит, оправдание является неединственным законным средством окончания уголовного преследования в судебном порядке.

Так, в стадии подготовки к судебному разбирательству наличие оснований для прекращения уголовного дела, а значит и уголовного преследования (часть 3 статьи 24 УПК РФ), обусловливает необходимость проведения предварительного слушания.

По результатам предварительного слушания могут быть установлены обязательные основания для прекращения судьей уголовного дела (часть статьи 239 УПК РФ):

• истечение сроков давности уголовного преследования;

• смерть обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умерщего;

• отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой статьи 20 УПК РФ;

Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса, т. 1, с. 192-196.

• отсутствие заключения суда о наличии нризнаков престунления в действиях одного из лиц, указанных в пунктах 1, 3 - 5, 9 и 10 части нервой статьи 448 УПК РФ, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или нривлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в нунктах 1 и 3 - 5 части нервой статьи УПК РФ;

• устранение новым уголовным законом нрестунности и наказуемости деяния до вступления приговора в законную силу (по основанию отсутствия в деянии состава нреступления);

• вследствие акта об амнистии;

• наличие в отношении обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекраш,ении уголовного дела по тому же обвинению;

• наличие в отношении обвиняемого неотмененного ностановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела;

• отказ Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица;

• отказ прокурора от обвинения в порядке, установленном частью седьмой статьи 246 УПК РФ;

и факультативные основания, предоставляюш;

ие судье возможность прекраш;

ения уголовного дела (часть 2 статьи 239 УПК РФ):

• в связи с примирением сторон;

• в связи с деятельным раскаянием.

Как видим, круг оснований для прекращения уголовного дела судьей по итогам предварительного слушания достаточно широк. Наряду с нереабилитирующими, перечень также включает в себя и реабилитирующие основания - отказ государственного обвинителя от обвинения;

отсутствие заявления потерпевшего по делу непубличного обвинения;

отсутствие заключения суда или согласия Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда РФ, квалификационной коллегии судей;

наличие вступившего в силу приговора по тому же обвинению, наличие неотмененного постановления о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела;

отказ в даче согласия на лишение или отказ в лишении неприкосновенности Президента РФ.

Кроме того, закоьюм допускается возможность прекращения уголовного дела (преследования) не только в стадии назначения дела, но и непосредственно в судебном разбирательстве (статья 254 УПК РФ).

Основаниями для этого являются те же обстоятельства, что и при прекращении уголовного дела в предварительном слущании. Дополнительно также отмечается, что по уголовным делам частного обвинения неявка потерпевшего без уважительных причин влечет за собой прекращение уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 24 УПК РФ (часть 3 статьи 249 УПК РФ).

В некоторых комментариях также отмечается, что уголовное преследование в судебном заседании прекращается в отношении несоверщеннолетнего, достигшего 14-летнего (или в зависимости от состава 16-летнего) возраста, по основаниям указанным в части 3 статьи 20 УК РФ.'^^ В данной статье речь идет о случаях отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, свидетельствующем о том, что несовершеннолетний во время ' " Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) (под общей ред.

В.И.Радченко) 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юстицинформ, 2004 (ГАРАНТ- справочная правовая система) совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими.

Соглащаясь в целом с тем, что указанное основание предусмотрено законом для прекращения уголовного преследования за отсутствием в деянии состава преступления (часть 3 статьи 27 УПК РФ), в тоже время отметим, что в статьях 239 и 254 УПК РФ не содержится отсылки к соответствующему процессуальному основанию для такого прекращения ни в предварительпом слушании, ни в судебном заседании.

Более того, согласно части 8 статьи 302 УПК РФ, если основания прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования, указанные в пунктах 1 - 3 части первой статьи 24 и пунктах 1 и 3 части первой статьи УПК РФ, в том числе отсутствие состава преступления, обнаруживаются в ходе судебного разбирательства, то суд продолжает рассмотрение уголовного дела в обычном порядке до его разрешения по существу. Таким образом, имеет место существенное противоречие процессуальных норм, в результате которого уголовное преследование по основанию, предусмотренному частью 3 статьи УПК РФ, должно быть прекращено, и, в то же время, не может быть прекращено в судебном заседании. Указанное основание, несмотря на его отнесение некоторыми авторами к числу реабилитирующих, по существу все же не является основанием для оправдания. В целях устранения этого противоречия необходимо дополнить часть 1 статьи 239 УПК РФ после слов «и пунктами 3-6 части первой» словами «, частью третьей», и заменить в пункте статьи 254 УПК РФ слова «и в пунктах 3-6 части первой» словами «, в пунктах 3-6 части первой, в части третьей». Кроме того, целесообразно отредактировать и часть 8 статьи 302 УПК РФ, заменив в ней слова «пунктах ''* См. Химичева Г.П. Прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования как форма окончания нредварительного расследования (http://w\v\v.optim.ru/bh/2003/l/rhimicheva/rhimicheva.asp 02.04.2005 г.);

Полякова М.Ф. Реабилитация невиновных: гарантии чести и достоинства личности // Советское государство и право, 1976, №10. С. 122.

- 3 части первой статьи 24» словами «пунктах 1 и 2 части первой статьи настоящего Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей статьи 27 настоящего Кодекса, пункте 3 части первой статьи 24».

Возвращаясь к вопросу соотношения оснований оправдания и прекращения уголовного преследования, отметим, что уголовно-процессуальным законом справедливо предусмотрены дополнительные гарантии для оправдания невиновного подсудимого, если оправдывающие основания обнаружены в судебном заседании, а равно и в ходе предварительного слушания.

В соответствии с частью 6 статьи 302 УПК РФ обнаружение таких оснований для прекращения уголовного преследования, которые в частности могут служить основаниями для постановления оправдательного приговора, требует от суда в целях оправдания подсудимого продолжения рассмотрения уголовного дела в общем порядке до его разрешения по существу. Это правило, безусловно, является одним из наиболее важных в судебном производстве, поскольку позволяет необоснованно обвиненному подсудимому добиться в отношении себя вынесения оправдательного приговора, как наиболее оптимального процессуального документа, подтверждающего признание его невинов1юсти.

В Уголовно-процессуальном кодексе РСФСР также существовала аналогичная норма (часть 4 статьи 5). Вместе с тем, в силу ноложений статьи 234 УПК РСФСР при проведе1ши подготовительных действий, предшествующих судебному разбирательству, судья был вправе прекратить уголовное дело при наличии как оправдательных, так и иных реабилитирующих и нереабилитирующих оснований, что в итоге умаляло демократичность указанного правила.

Тогда как действующий УПК РФ, также ограничивающий право суда па прекращение уголовного преследования при обнаружении соответствующих оснований непосредственно в судебном заседании, в то же время не предусматривает процессуальной возможности на прекращение судьей дела в отношении обвиняемого по оправдывающим основаниям и в предварительном слушании (статья 239 УПК РФ). А значит, при выявлении по поступившему уголовному делу оснований для вынесения оправдательного приговора судья, не прекраш;

ая уголовное преследование и не проводя предварительное слушание, назначает судебное заседание, по результатам которого может быть вынесен оправдательный приговор.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства при обнаружении реабилитирующих оснований в одних случаях следует прекращение уголовного преследования, в других\/оправдание подсудимого. Указанные способы окончания судебного разбирательства существенно отличаются друг от друга по процессуальному порядку их реализации и форме принимаемого судебного рещения.

Прекращение уголовного преследование по общему правилу, за исключением прекращения в связи с примирением сторон или деятельным раскаянием, не требует проведепия всей судебной процедуры и может быть осуществлено в любой момент судебного разбирательства в порядке, определенном статьей 256 УПК РФ.

О прекращении уголовного преследования суд в совещательной комнате выносит определение (или постановление) в виде отдельного процессуального документа, подлежащее оглашению в судебном заседании. При этом, вопрос о прекращении уголовного дела разрешается в том же порядке, что и иные вопросы, рассматриваемые в судебном заседании, то есть с заслушиванием мнений сторон. В проведении судебного следствия, прений и предоставлении подсудимому последнего слова нет необходимости перед вынесением определения (постановления) суда о прекращении уголов1юго преследования по основаниям, предусмотренным в пунктах 1 и 2 статьи 254 УПК РФ, если они установлены уже в подготовительной части судебного разбирательства.

В то же время, даже при обнаружении явных признаков того, что не уста1ювлено событие престунления или подсудимый не причастен к его совершению, или в его деянии отсутствует состав, оправдание подсудимого осуществляется исключительно через прохождение всех обязательных элементов судебного разбирательства. Оправдательное решение закрепляется в постановляемом от имени государства приговоре, провозглашающем невиновность подсудимого.

Кроме вышеуказанных форм окончания судебного разбирательства, по итогам рассмотрения дела в суде первой инстанции в соответствии с действующим законодательством может быть вынесен и обвинительный приговор, в том числе с освобождением осужденного от наказания или без его назначения. Однако, данное процессуальное решение не является прекращением уголовного преследования и олицетворяет скорее его успешпую реализацию. Еще в начале прошлого века процессуалистами отмечалось что, «приговоры об оправдании подсудимого и освобождении его от суда...отличаются в отношении юридическом. Последствия, связанные с ними, неодинаковы». '^^ Как видим, имеющиеся «альтернативные» варианты окончания судебного разбирательства отличаются от оправдания как формой процессуального решения и порядком их нринятия, так и, что самое главное, - их процессуальными последствиями для подсудимого.

В связи вынесением оправдательного приговора оправданный получает право на возмещения вреда, причиненного ему незаконным привлечением к уголовной ответственности. Тогда как освобождение от наказания характеризует негативное отношение государства к осужденному и признание его вины в совершении преступления, что исключает возможность реабилитации данного лица.

На этом, автор полагает возможным завершить освещение комплекса взаимосвязанных с институтом оправдания проблем науки уголовного процесса ' ' ' Уголовное судопроизводство. Пособие к лекциям Н.Н. Розина. Второе издание, измененное и дополненное.

СПб., 1914. С. 395.

И перейти к основному вопросу исследования - процессуальной сущности оправдания.

§3. Процессуальная сущность института оправдания Вопросы о сущности предмета или явления представляют, как правило, наибольшую сложность при их рассмотрении в рамках любого исследования, так как требуют выявления наиболее важных и глубинных свойств исследуемого объекта, позволяющих дать ему однозначную характеристику и теоретическое определение.

В системе процессуальной науки сущность изучаемых ей объектов прежде всего, процессуальной деятельности, уголовно-процессуальных институтов и норм, обычно рассматривается с точки зрения их назначения, процессуального содержания и формы.

Значение института оправдания.

Проблема роли оправдания в уголовном процессе получила широкое освещение в советской научной литературе.

М.С. Строгович отмечал, что «оправдательный приговор... - столь же авторитетный, такого же политического, этического и юридического значения акт социалистического правосудия, как и обвинительный приговор...

оправдательный (приговор - А.А.) отвергает неосновательно возведенное на гражданина обвинение, восстанавливает его доброе имя, честь и достоинство»^°°.

М.И. Пастухов предлагал под сущностью оправдания понимать «признание подсудимого несовершивщим преступления в результате установления в судебном заседании отсутствия оснований для его уголовной ^*"' Строгович М. С. Об оправдании ввиду недоказанности участия подсудимого в совершении преступления // Правоведение, 1983., № 5. с. 45.

ответственности».

Глубокому исследованию общественно-политического, этического и воспитательного значения оправдательного приговора, посвящена диссертационная работа Ю.Н. Седлецкого, определявшего оправдание как «специфическое выражение высокой нравственной идеи добра и справедливости, присущих истинному правосудию».

Отличительной особенностью советской юридической науки являлось подчеркивание социалистической сущности отечественной системы права, что также отразилось и на понимании процессуальной сути оправдания как необходимой формы социалистического правосудия^^'' либо как имеющего политическое значение акта государственной власти, при посредстве которого суд реализует в сфере уголовного судопроизводства особую разновидность общественной государственной политики - уголовную политику^^^.

В современных условиях стало очевидно, что идеологическая окраска сущности оправдания не имела под собой рациопальной основы и являлась следствием однопартийного политического режима в нашей стране.

Необходимо признать, что оправдание на всех исторических этапах развития общественных отношений признавалось во всем мире неотъемлемой составляющей уголовного правосудия и имело своим единственным предназначением защиту невиновных от необоснованного осуждения.

Таким образом, оправдание — это триумф социальной справедливости, достигаемый за счет прекращения судом нарушения конституционных нрав человека в связи с необоснованным уголовным преследованием и признания невиновности подсудимого. Оправдание также имеет высокое воспитательное и профилактическое значение, поскольку его эффективная реализация ^'" Пастухов М.И. Процессуально-правовые аспекты оправдания подсудимого. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандндата юридических наук. Минск- 1983. с.6.

^"^ Седлецкин Ю. Н. Оправдательный приговор и его общественно-политическое значение. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва -1988. с.4.

^"^ Строгович М.С. Указ соч. с.5.

^°'' Седлецкий Ю.Н. Указ. соч. с.11.

способствует формированию правовой культуры и повышению общественного самосознания;

содействует формированию авторитета суда и престижа судебной профессии. При вынесении онравдательного приговора, несмотря на все предшествующее уголовное преследование, правосудие все же торжествует.

Кроме того, оправдание стимулирует процесс совершенствования качества предварительного расследования и профессиональной подготовки оперативных, следственных и прокурорских работников.

Процессуальное содержание института онравдания.

Оправдание есть не только выражающийся в факте вынесения оправдательного приговора результат деятельности в судебном разбирательстве участников уголовного судопроизводства, но и в широком смысле сама процессуальная деятельность по достижению оправдательного результата по делу.

Данный тезис подтверждается положениями уголовно-процессуального закона, в тексте которого используются формулировки типа «при оправдании»

(часть 9 статьи 132 УПК РФ), «за оправдание» (часть 1 статьи 301 УПК РФ) и «оправдание означает признание подсудимого невиновным и влечет его реабилитацию» (часть 3 статьи 302 УПК РФ), указывающие на «деятельный»

характер оправдания.

Процессуальная деятельность по оправданию подсудимого, которую автор также предлагает именовать оправдательной деятельностью, включает в себя как действия со стороны защиты но обоснованию онравдательной позиции, так и действия со стороны обвинения по обеспечению законности и обоснованности государственного обвинения. К оправдательной деятельности также относится и комплекс процессуальных действий, совершаемых судом в интересах оправдания. При этом, необходимо четко отграничивать -|- оправдательную деятельность от оправдательпого уклона нри судопроизводстве, поскольку если первое означает осуществление публичного назначения правосудия, то второе является не чем иным как уголовно процессуальным нравонарушением.

Как уже отмечалось в нашем исследовании, деятельность суда по оправданию подсудимого начинается с момента обнаружения оправдывающих фактов и заключается в совершении ряда процессуальпых действий: по назначению судебного заседания, выяснению в судебном разбирательстве существа оправдывающих подсудимого оснований, по разрешению уголовного дела по существу и по вынесению и провозглашению справедливого оправдательного приговора.

В то же время, оправдательный приговор является процессуальным решением, в котором судом фиксируется результат оправдательной деятельности, также как в обвинительном приговоре отражается факт успешной реализации деятельности по уголовному преследованию. Поэтому автор категорически возражает против отождествления понятий онравдание и онравдательный приговор, допускаемое в научной литературе^^^.

М.Ф. Маликов довольно снраведливо отмечает, что «с точки зрения объема содержаний... терминов оправдание и оправдательный приговор находятся в таком соотношении, в каком находятся структура и его (видимо, имелось ввиду, ее - А.А) основной элемент»^^^.

Между тем, оправдательная деятельность суда является, на наш взгляд не менее важным «элементом» оправдания, чем и онравдательный приговор. Ведь ' она выражается, кроме вышеперечисленного, также и в немедленном освобождении в зале суда подсудимого, находящегося под стражей (нункт статьи 311 УПК РФ). Данное действие не является ни реабилитацией, ни исполнением приговора. Немедленное исполнение в части, касающейся освобождения подсудимого из-под стражи, предусмотрено только для ^°^ Якупов Д.А. Проблема обвинительного и оправдательного уклонов в уголовном судопроизводстве.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва —1999. с.9.

^"^ См. Седлецкий Ю.Н. Указ. соч.

^°' Маликов М.Ф. Эффективность приговора в советском уголовном процессе. Вопросы теории и практики / Под ред. д.ю.н. М.С. Брайнина. Саратов. 1982. с. 48.

определения (постановления) суда о прекращении уголовного дела (часть статьи 391 УПК РФ). Между тем, УПК РСФСР предусматривал немедленное приведение в исполнение и оправдательного приговора (часть 6 статьи 356).

Институт оправдания и фуикции уголовного ироцесса.

Проблема классификации функций уголовного процесса занимает центральное место в отечественной процессуальной науке.

В действующем УПК РФ получила закрепление известная еще дореволюционной теории уголовного процесса концепция трех основных функций — обвинения, защиты и разрешения уголовного дела (часть 2 статьи 15). Вместе с тем, понятие «функция» в законе не раскрыто.

Для определения места оправдания в системе уголовно-процессуальных функций автор полагает возможным согласиться с позицией А.П. Лобапова, верно отметившего, что «...использование понятия «уголовно-процессуальной функции» как научной категории, имеющей собственное строго очерченное содержание, только тогда является оправданным, когда каждая из них характеризует какое-либо о с н о в н о е (разрядка наша - А.А.) нанравление уголовно-нроцессуальной деятельности. К основным направлениям могут быть отнесены те виды деятельности, которые нредназначены для решения задач уголовного судопроизводства и осуществляемые органами, должностными лицами, ведущими уголовное судопроизводство, либо той группой субъектов, которые относятся к иным участникам уголовного судопроизводства»^^^.

Оправдание, вне всяких сомнений, символизирует одно из основных направлепий деятельности по защите личности от незаконного необоснованного обвинения и осуждения и тем самым способствует реализации предназначения уголовного судопроизводства. Вместе с тем, оправдательная деятельность реализуется в результате различных действий ^°^ Лобанов А.П. Функции уголовного преследования и защиты в российском судопроизводстве. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук. Москва- 1996. с. 18- всех участников уголовного процесса - начиная от стороны защиты, суда и заканчивая стороной обвинения.

В связи с этим, было бы, мягко говоря, неверно говорить о наличии самостоятельной функции оправдания в отсутствие ее единого носителя.

Поэтому автор предлагает выделять в рамках каждой из трех основных/ функций специальную подфункцию оправдания.

Подфункция оправдания реализуется в уголовном процессе подсудимым и его защитником и выступает частным выражением более общей уголовно процессуальной функции защиты по уголовпому делу.

В этой связи следует критически отнестись к высказыванию И.Р. Кузуба, рассматривавшего защиту личности от незаконного ограничения ее прав и свобод, незаконного обвинения и осуждения, а равно и ее реабилитацию в качестве одной из сторон выделяемой им уголовно-процессуальной функции охраны прав и законных интересов лиц, совершивших преступление.

Необходимость обособления оправдательной подфункции, по мнению автора, обусловлена спецификой осуществления судебной защиты при наличии онравдательной позиции по делу, то есть при полном непризнании подсудимым вины в предъявленном ему обвинении и намерении постановки защитой вопроса о его оправдании.

Уголовно-процессуальная подфупкция оправдапия определяется значительностью процессуальных полномочий защитника и подсудимого в стадии судебного разбирательства и уникальностью соответствующих гарантий правосудия для беспристрастного разрешения уголовного дела. Более того, эта подфункция характерна исключительно для судебной стадии и, в принципе, не может быть реализована в досудебном производстве.

Основу оправдательной подфункции составляет стремление защиты достигнуть постановления в отношении невиновного подсудимого ^"^ Кузуб И.Р. Уголовно-процессуальная функция охраны прав и законных интересов лиц, совершивших преступление. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Ижевск 2000. с. 6.

оправдательного приговора посредством совершения не запрещенных уголовно-процессуальным законом действии, направленных на установление оправдывающих оснований.

Вместе с тем, подфункция оправдания, прежде всего, характерна и для деятельности судебных органов, осуществляющих разрешение уголовного дела по существу.

В рамках судебной деятельности оправдательная и осуждающая подфункции непосредственно соседствуют друг с другом, а их реализация обеспечивает отправление справедливого правосудия. В данном виде осуществление подфункции оправдания наиболее ярко высвечивает процессуальную сущность оправдания.

Определенные элементы оправдательной деятельности обнаруживаются и в комплексе возможных процессуальных действий представителей со стороны обвинения. К таковым в частности, можно отнести отказ государственного обвинителя от поддержания обвинения.

Таким образом, содержание оправдания составляет процессуальная деятельность всех участников уголовного судопроизводства по оправданию невиновного подсудимого и оправдательная сторона уголовно-процессуальных фупкций защиты, обвинения и разрешения уголовного дела.

Процессуальная форма оправдания.

Форма оправдания подчинена общим требованиям процессуальной формы, установленным в уголовно-процессуальном законе, но, в то же время, обладает и отличительными особенностями, позволяющими констатировать наличие специального процессуального порядка оправдания невиновных лиц и процессуальных оснований для оправдания.

В противовес вышеизложенным выводам, формально, онравдание осуществляется только судом, и результаты оправдания фиксируется в особом виде судебного приговора. Особенности процессуального порядка постановления оправдательного приговора и перечень оправдательных оснований подробно будут рассмотрены нами в следующей главе.

Говоря о форме оправдания, в связи с дискуссионностью проблемы дифференциации процесса думается, что процедура оправдания должна предусматривать уголовно-процессуальные гарантии оправдания и также быть адекватной нормальной возможности защиты реализовать свою оправдательную подфункцию в процессе.

В системе уголовного процесса нормы, регулирующие порядок, условия и процессуальные последствия оправдания, в целом образуют самостоятельный крупный уголовно-процессуальный институт оправдания, действующий в рамках основной процессуальной стадии - судебного разбирательства.

В связи с этим, под сущностью оправдания предлагается понимать уголовно-процессуальный институт, определяющий 1) порядок осуществления процессуальной деятельности, 2) условия реализации уголовно-процессуальной подфункции по оправданию невиновных лиц, а также 3) особенности постановления и провозглашения судом оправдательного приговора.

Принимая за основу такое понимание сущности онравдания, и обобщая выводы по рассмотренным теоретическим проблемам оправдания, дадим следующее определение оправданию - это судебный порядок установления оправдательных оснований и вынесения оправдательного приговора, которым от имени государства нризнается невиновность подсудимого и закрепляется право оправданного на реабилитацию.

Глава 2: Механизм реализации института оправдания в современном российском уголовном процессе § 1. Основания и виды оправдания В статье 309 УПК РСФСР, устанавливавшей виды приговоров и основания для вынесения оправдательного приговора, на первое место законодатель ставил обвинительный приговор: «Приговор суда может быть обвинительным или оправдательным». Описание случаев онравдания предварялось определением правил постановления обвинительного приговора достоверность фактов («обвинительный приговор не может быть основан на предположениях»), доказанность в ходе судебного разбирательства вины подсудимого в совершении преступления;

и указаьшем условий для вынесения обвинительного приговора без назначения наказания.

Оправданию отводилась лишь третья часть указанной статьи. В определенной степени это свидетельствовало о явных предпочтениях законодателя к обвинительной функции уголовного процесса^'°.

Юридическая техника построения статьи 302 действуюш;

его УПК РФ гораздо совершеннее, так как отодвигает процедуру постановления обвинительного приговора на второй план, нредоставляя суду реальную возможность для решения первоначального вонроса о наличии или отсутствии оснований для оправдания подсудимых.

Аналогичные правила установлены в § 376 Закона об уголовном процессе Норвегии^'', Разделе II УПК Республики Албания^'^ и в уголовно процессуальном законодательстве ряда других стран.

Часть 3 статьи 309 УПК РСФСР называла три основания для оправдания:

^'^ Сходные контуры процессуальной политики прослеживаются в правиле 120 Судебного регламента Филиппин http://w\vw.chanrobles.com/revisedriilesofcriniinalproccdurc.htm/RUl.E%2012() (03.02.2005 г.), части § 267 УПК Германии littp://\v\v\v.datenscluitz-berlin.de/reclit/dc/rv/szprecht/stpo/index.htm (04.02.2005 г.), статье 314 УПК Киргизии, статье 374 УПК Казахстана.

^" litlp://vv-vv\v-.ub.uio.no/uiiir/ulovdata/lov-l9810522-025-eng.doc (03.02.2005 г.) ^'^ http://pbo.snia.keiUla\v.edu/rcsources/leKal/albania/cn"in pro.htm (03.02.2005 г.) 1) «не установлено событие преступления»;

2) «в деянии подсудимого нет состава преступления»;

3) «не доказано участие подсудимого в совершении преступления».

Современное уголовно-процессуальное законодательство содержит усовершенствованные формулировки оснований для постановления оправдательного приговора, которые мы также предлагаем именовать оправдательными основаниями.

Формулировка оснований оправдания.

Лингвостилистические вопросы процессуальных формулировок, определяющих основания для оправдания, стали классической проблемой науки уголовного процесса. Необходимость корректного и адекватного обозначения в уголовно-процессуальном законе условий, наличие которых влечет постановление оправдательного приговора, общепризнана в научной среде. Для оправданного лица важен не только сам факт подтверждения его невиновности, но и конкретная мотивировка оправдания, то есть, благодаря чему оно оправдано. Так в американской процессуальной доктрине вопросам разграничения оснований оправдания по мотивам на «justification» и «excuse»

посвяш;

ены многочисленные научные работы.^''' Уголовно-процессуальный кодекс РФ называет четыре основания для оправдания подсудимого (часть 2 статьи 302):

1) не установлено событие преступления;

2) подсудимый не причастен к совершению преступления;

3) в деянии подсудимого отсутствует составь я Ixlt-i"^^' и иСШСчР^ 4) в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей вынесен оправдательный вердикт.

^" См. Gur-Arye, М. Should the criminal law distinguish between necessity as a justification and necessity as an excuse? // Law quart, rev. - L., 1986. - Vol. 102. - S. 71-89;

Smith, J.C. Justification and excuse in the criminal law. L.: Stevens, 1989. - XII, 133 p - (Hamlyn lectures. 40th ser.) Ind.: p. 131-133;

Mitchell N. Berman, justification And Excuse, Law And Morality, 53 Duke L. J. 1 (2004);

Westen P., Mangiafico J. The Criminal Defense of Duress: A Justification, Not an Excuse—And Why It Matters (http://winiis.buffalo.edu/law/bclc/bclrarticles/6/2/westen.pdf 17.01.2005 Г.) Вопросы сущности оснований для оправдания и их классификации начали подробно рассматриваться в уголовно-процессуальной науке еще в 60-70-е годы XX века^'"* и до настоящего времени сохраняют живейший интерес для исследователей^'^. При этом сложилось несколько научных мнений по ключевой проблеме оснований оправдания — их природе.

М.Ф. Маликов, признавая «доказательственную» сущность оснований оправдания, отмечал, что таковыми являются лишь всесторонне проверенные и оцененные судом конкретные фактические данные, свидетельствующие о несостоятельности предъявленного обвинения^'^.

Тогда как, по мнению М.И. Пастухова, оправдательный и обвинительный приговор, должны быть основаны не только на доказанности обстоятельств дела, но и на самих обстоятельствах.^''^ Под основанием оправдания М.И.

Пастуховым предлагалось понимать «возникшую в результате судебного разбирательства дела ситуацию доказывания, свидетельствующую о неподтверждении предъявленного подсудимому обвинения».

Такое двуединое материальное и процессуальное понимание ос1юваний оправдания позволило выработать в науке следующую классификацию:

• Недоказанность, недостаточность фактических данных для вывода о существовании подлежащих установлению обстоятельств;

• Доказанность, установление отсутствия искомых фактов (события преступления);

• Отсутствие состава преступления в деянии подсудимого^'^.

^ ^ См. Фаткуллин Ф. Оправдательный приговор.// Сов. юстиция, 1966, № 8;

Скворцов Н. Оправдание за • ' неустановлением события преступления.// Сов. юстиция, 1970, № 10;

Оганесян Р. М. Оправдательный приговор в советском уголовном процессе. Ереван, 1972;

Либус И., Резник Г. Основания оправдания в уголовном процессе // Сов. юстиция, 1974, № 12;

Мотовиловкер Я. Измеиение обвинения судом и частичное оправдание подсудимого // Сов. юстиция, 1977,.№ 12.

^" См. Овсянников И. Основания оправдания в суде присяжных (критический анализ судебной практики) // «Российская юстиция», 1999, N 7;

Овсянников, И. Ос1ювания оправдательного приговора: сокращать или расширять? //Уголов, право. - М., 1999. - N 3. - С. 85-91.

^'^ См. Пастухов М.И. Оправдание подсудимого. М., 1985. с.42-43.

^" Там же.

^'* Пастухов М.И. Процессуальио-правовые аспекты оправдания подсудимого. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Минск - 1983. с.11.

^'^ Пастухов М.И. Оправдание подсудимого. М., 1985. с.42-43.

Более развернутую классификацию нредлагал Н.Г. Стойко, выделяя также в дополнение к назва1Н1ым в законе основаниям оправдания:

• недоказанность и отсутствие вины обвиняемого (подсудимого) в совершении инкриминируемого ему деяния;

• и недоказанность участия подозреваемого в совершении преступления и непричастность обвиняемого (подозреваемого) к совершению Я.О. Мотовиловкер также классифицировал оправдательные основания в зависимости от доказанности соответствующих обстоятельств и их наличия и выделял следующие ситуации:

• Отсутствие деяния, в совершении которого лицо обвинялось;

• Недоказанность наличности такового деяния;

• Непричастность лица к преступлению;

• Недоказанность участия в совершении преступления;

• Отсутствие состава преступления в деянии подсудимого^^'.

Действительно, результаты доказывания имеют важнейшее значение для ведения всего процесса и непосредственно отражаются на процессуальных выводах, тогда как сами обстоятельства уголовного дела, являясь предметом доказывания, в то же время пересекаются с процессуальными основаниями постановления судебного приговора.

В судебной практике при оправдании подсудимых нередко известную сложность представляет выявление адекватных онравдательных оснований, которые должны быть положены в основу оправдательного приговора в качестве мотивов.

В связи с этим в судах первой инстанции, особенно в делах, рассматриваемых мировыми судьями и районными судами, имеют место ^^° Стойко Н.Г, Окончание уголовного дела производством ввиду недоказан1юсти его фактических обстоятельств. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук.

Ленинград-198 I.e. 14.

^^' Мотовиловкер Я.О. Основания прекращения уголовного дела по реабилитирующим лицо мотивам // Советское государство и право, 1972, J^o9. С,91..

ошибки в выборе соответствуюш;

его основания для оправдания подсудимого, на недопустимость которых Верховный Суд РФ неоднократно обращал внимание в обзорах судебной (кассационной и надзорной) практики по уголовным делам.

В Обзоре кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ за 2003 год отмечается, что «из-за невыполнения положений ст. 305 УПК РФ, обязываюш;

их суд изложить в описательно мотивировочной части оправдательного нриговора основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения, отменены оправдательные приговоры в ряде судов России»^^^.

В судебной практике также имеют место случаи изложения в онравдательном приговоре противоречивых выводов в отношении оснований онравдания. Так, Оренбургским областным судом оправданы Ходаков по п.»б»

ч.З ст. 131, п.»б» ч.З ст. 132, пп,»в», «ж», «к» ч.2 ст. 105 УК РФ и Кузнецов по п.»б» ч.З СТ.131, п.»б» ч.З ст. 132, ПП.»Б», «Ж», «К» Ч.2 СТ. 105 УК РФ за отсутствием состава преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев данное в дело в кассационном порядке, выявила допущенные судом нротиворечия между описательной и резолютивной частями приговора. В описательной части суд сослался на отсутствие доказательств вины подсудимых, тогда как в резолютивной части указал об их оправдании за отсутствием состава преступления.

Иногда суды пренебрегают необходимостью определения в оправдательном приговоре основания для оправдапия. Так, Приморский краевой суд, оправдывая Силинчук в покушении на умышленное нричинение тяжкого вреда здоровью (ч.З ст.ЗО, н.»в» ч.З стЛП УК РФ), в описательной части приговора ^^^ См. Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации, сентябрь 2004 г., N ^^^ Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ за 1999 год // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации, 2000 г., N 9, с. отметил, что других доказательств, кроме показаний потерпевшего Емельянова, по данному обвинению нет, а если такой факт был, то Силинчук добровольно отказалась от совершения преступления. При рассмотрении дела судом кассационной инстанции было отмечено, что из этой мотивировки неясно, по какому основанию Силинчук оправдана: отсутствуют доказательства в деле или состав иреступления в ее действиях. В резолютивной части приговора суд вообще не указал оснований оправдания Силинчук^^"^.

В настояш,ем параграфе мы рассмотрим суш;

ество каждого из четырех предусмотренных УПК РФ оснований для оправдания на предмет их применения в соответствующей судебной ситуации, которую мы также предлагаем именовать оправдательной ситуацией.

Анализируя нормативную классификацию оснований оправдания, не будем забывать, что текстуально формулировки, закрепленные в процессуальном законе, во многом обусловлены запросами практического характера.

К примеру, в албанском уголовном процессе предусматривается щесть различных оснований для оправдания:

• событие не существует либо не доказано, что он существует • деяние не составляет уголовного преступления • деяние не предусмотрено законом как уголовное преступление • уголовное престунление совершено человеком, который не может быть обвинен или осужден • не доказано, что нодсудимый совершил преступление, в котором он обвинялся • деяние было совершено на законных либо ненаказуемых основаниях, а равно и при наличии сомнений в их существовании.'^^^ Тогда как китайский УПК, в принципе не выделяя оправдательные ^^'' Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ за 1998 год// Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации, 1999 г., N 11, с. ^^^ Article 388 Criminal Procedural Code of the Republic of Albania (http://pbosnia.kentlaw.edii/resources/lefyal/albania/crim pro.htm 03.02.2005 r.) основания, лишь однажды упоминает о необходимости при оправдании подсудимого ввиду недостаточности доказательств и необоснованности обвинения указывать соответствующую причину оправдания (часть 3 статьи Формулировки оснований оправдания во многом являются отражением традиционных начал процессуальной деятельности и особенностей судебной этики и правовой культуры общества. Поэтому при решении вопроса о необходимости их законодательного усовершенствования необходимо учитывать весь комплекс имеющих значения обстоятельств, а не только благозвучие соответствующих выражений или их концептуальную точность.

Поэтому автор при обосновании собственной позиции по данной теме попытается избежать чрезмерного усложнения процедуры постановления оправдательного приговора и избыточного расширения перечня оправдательных оснований.

Оправдание в случае, если ие устаиовлеио событие преступления (пуикт части 2 статьи 302 УПК РФ).

В уголовно-процессуальном законе событие преступления указывается в составе других обстоятельств, подлежащих доказыванию (пункт 1 части статьи 73 УПК РФ). Одновременно, закрепляется, что ситуация, когда не установлено событие преступления, влечет оправдание подсудимого (пункт 1 части 2 статьи 302 УПК РФ).

В связи с этим, Н.Г. Стойко признавал самостоятельный характер недоказанности события преступления как основания для онравдания.

Н.Я. Шило и П.Н. Скворцов, напротив, считали, что установление отсутствия события преступления, наряду с выявлением того, что событие ^^'' Criminal Procedure Law of the People's Republic of China (http://\v\vw.lawinfochina.com/dispfree.asp?db=l&id=347 09.04.2005 r.

^^' Стойко Н.Г. Понятие недоказанности в уголовном процессе // Известия Вузов. Сер. Правоведение, 1980, fe С.86.

нрестунления вообще является фикцией, вымыслом, либо не вызвано преступным деянием человека или другого человека^^^ равносильно неустановлению неправомерности деяния, в совершении которого обвинялся Следуя логике Н.Н. Скворцова, отсутствие события нрестунления как деятельности свидетельствует о том, что не имеется взаимосвязи с поведением человека или вторжение человеческого фактора в сферу охраняемых уголовным законом общественных отношений как таковое отсутствует. Иными словами, социально онасное событие может иметь место и при отсутствии события преступления, но в то же время абсолютное отсутствие «события вообще» влечет безусловное нризнание факта отсутствия события преступления.


Между тем, отталкиваясь от предложенной Н.Н. Скворцовым теории, проблематично разграничить основания оправдания за отсутствием события или состава преступления при установлении происхождения «события вообще»

от рук человека. Очевидно, что неустановление неправомерности равнозначно констатации правомерности, а равно и отсутствию в деянии признаков состава преступления, тогда как само событие, ставшее предметом уголовного разбирательства, фактически имело место. В то же время, основанием оправдания за отсутствием события нреступления, вопреки позиции Н.Н.

Скворцова, следует считать исключительно отсутствие самого «события деяния».

Автор не считает возможным согласиться с изложенной в работах Н.Н.

Скворцова и Н.Я. Шило позицией, поскольку она не основана на системном понимании понятия «событие нрестунления». В материально-нравовом смысле событие преступления нредставляет собой виновно совершенное общественно ^^* Например, симулирование «потерпевшим» кражи отсутствовавшей у него веши.

^^' Например, смерть в условиях стихийного бедствия или в результате действий самого потерпевшего (самоубийство).

" " Щило Н.Я. Проблема реабилитации на предварительном следствии. Ашхабад., 198I.e. 82;

Скворцов И.

Оправдание за неустаиовлением события преступления // Советская юстиция, 1970, №10. С. 9.

опасное уголовно наказуемое деяние;

тогда как в процессуальном смысле под событием преступления признается деяние, в связи с которым возникли уголовно-процессуальные правоотношения.

Многие ученые в целях устранения двусмысленности рассматриваемого основания оправдания предлагали его отредактировать через формулировки «оправдание за отсутствием события (деяния), предположение о наличии которого послужило основанием возбуждения уголовного дела»^^' или «деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый, отсутствовало»^"'^.

Данный тезис справедливо замыкает термин «событие преступления» на систему поводов для возбуждения уголовного дела. Таким образом, оправдание за неустановлением события преступлепия это оправдание ввиду изначальной ошибочности уголовного преследовапия по «мнимому» преступлению, которого фактически не было (или которое не установлено), либо оно не является рукотворным результатом человеческой деятельности (или не доказано обратное).

Между тем, следует признать, что законодательная формулировка, несмотря на определенные лексические недостатки, все же более правильно^"'"' отражает соответствующий процессуальный результат - не установление в судебном заседании, что событие преступления имело место.

Вопрос о наличии события преступления является первоначальным в уголовном судопроизводстве и выясняется еш:е на начальной стадии нроцесса при проверке поводов и устаповлении оснований для возбуждения уголовного дела, уточняется в ходе и по окончании предварительного расследования, при назначении судебного заседания, обсуждается в судебном разбирательстве и разрешается при постановлении приговора, В соответствии со статьей 24 УПК РФ отсутствие события преступления ^ " Карнеева Л.М. Прекращение уголоппого дела за отсутствием состава и события преступлепия // • Социалистическая закопность, 1970, №5. С.54;

Шило Н.Я. Указ. Соч. с.83.

^'^ Пастухов М.И. Процессуальпо-правовые аспекты оправдания подсудимого. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Минск - 1983. с. 13.

"^ Учитывая принципиальные положения о состязательности.

рассматривается в качестве одного из главных оснований для отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела. В научно практической литературе правильно отмечается, что отсутствие события преступления «предполагает отсутствие самого факта (события), для расследования которого ведется производство по делу».

При возбуждении уголовных дел, несмотря на предписание закона о том, что основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления (часть 2 статьи 140 УПК РФ), достаточность усматривается уже в наличии объективной стороны преступления, что в свою очередь не исключает возможной ошибочности первоначально установленного преступного факта.

Отечественный уголовный процесс традиционно признает институт возбуждения уголовных дел не в отношении конкретного лица, а по факту совершения преступления, то есть в связи с обнаружением события преступления и при отсутствии достаточной доказательственной информации о совершившем его лице. В начале расследования причастность конкретного лица к преступлению не всегда очевидна.

Если впоследствии в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела по существу не будет установлено, что положенное в основу обвинения преступное событие существовало, подсудимый должен быть оправдан в связи с неустановлением события преступления. Так, например, если подсудимый обвинялся в совершении убийства, но судом было установлено, что в действительности имел место факт самоубийства потерпевшего, подтвержденный рядом доказательств, в том числе и его предсмертной запиской, то событие преступления вовсе не существовало, несмотря на то, что уголовное дело могло быть возбуждено по факту убийства.

Рассматривая отсутствие события преступления в качестве основания для ^•'' Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) (под общей ред.

В.И.Радченко) 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юстицинформ, 2004 (ГАРАНТ- справочная правовая ситема).

прекращения уголовного дела, Г.П. Химичева справедливо отмечает, что «уголовные дела должны прекращаться в связи с отсутствием события преступления:

1) когда не имел места сам факт, по которому возбуждено уголовное дело;

2) когда факт, по которому возбуждено уголовное дело, в действительности существовал, однако не носил характера деяния, т.е. не имел субъективного момента, а явился результатом естественных нриродных нроцессов;

3) когда факт, по которому возбуждено уголовное дело, находится в непосредственной причинно-следственной связи с действиями самого потерпевшего при отсутствии вины других лиц»^''^.

Используя предложенную классификацию, не трудно выделить соответствующие оправдательные ситуации, свидетельствующие о не установлении события преступления в судебном разбирательстве:

• фиктивность события;

• отсутствие в событии признаков деяния;

• «самодеятельность» деяния.

В качестве нримера оправдания подсудимого в связи с тем, что не установлено событие преступления, приведем уголовное дело J\22-87/97, рассматривавшееся но первой инстанции Нижегородским областным судом при участии коллеги автора по адвокатской работе адвоката И.А. Коврижных.

Подсудимые Рыбакова Г.А., Комлев К.А., Миронов О.А, и Шамберов А.В., действовавшие группой лиц, договорились совершить убийство любого из двух очень похожих друг на друга братьев Безманов Бориса и Марка. Мотивом преступления являлась месть за обиду, ранее нанесенную этими братьями Рыбаковой. Убит был один из братьев Борис, ошибочно онознанный подсудимыми непосредственно перед совершением преступления по фотографии своего брата Марка. После реализации своего преступного замысла ^'^ Химичева Г.П. Прекращение уголовиого дела и (или) уголовиого преследования как форма окончания предварительного расследования (http://w\vw.optim.ru/bh/2003/l/rliiiTiicheva/rhimicheva.asp 02.04.2005 г.) подсудимые уже не намеревались разыскивать второго брата. В обвинительном заключении по делу указывалось, что обвиняемые имели умысел на убийство Марка Безмана, но ошибочно совершили убийство его брата. Вместе с тем из показаний самих подсудимых и свидетелей судом было установлено, что у Рыбаковой Г.А. было лишь желание отомстить братьям, или кому-либо из них, но конкретные действия были совершены в отношении Бориса, в отношении же Марка Безмана покушения на убийство не установлено.

Следственная квалификация действий подсудимых как убийство одного человека и покушение на убийство другого подверглась справедливой критике в судебном приговоре. Ошибка в объекте преступления была признана не имеющей юридической значимости, а доказательств того, что на другого брата было совершено покушение, в деле не имелось. В этой части обвинения подсудимые были оправданы за неустановлением события покушения на убийство.

Оправдание в случае, если подсудимый ие причастеп к совершепию иреступлепия (иуикт 2 части 2 статьи 302 УПК РФ).

В УПК РСФСР факт недостижения познавателыюго результата по вопросу о причастности подсудимого к преступлению был определен явно некорректно как «недоказанность участия подсудимого в совершении преступления». В связи с этим, редакция пункта 3 статьи 309 УПК РСФСР неоднократно 237 г-г подвергалась аргументированной критике в процессуальной литературе. При этом большинство авторов склонялись к одобрению формулировки оправдания «за непричастностью к совершению преступления», предложенной Ю.А.

^'^ Приговор Нижегородского областного суда от 24 июля 1997 г., оставленный онределением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 ноября 1997 г. без изменения.

^" Резник Г. Оправдание за недоказанностью // Сов. юстиция, 1969, № 15;

Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса, т. 2, с. 175;

Седлецкий Ю. Н. Оправдательный приговор и его общественно-политическое значение. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва -1988;

Соловьев В.В. Недоказанность участия обвиняемого в совершении преступления как основание прекращения уголовного дела в стадии расследования. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва-1990.


no Впрочем, известно и противоположное мнение, согласно которому отстаивалась справедливость формулировки «оправдание за недоказанностью участия». Так, например, Н.Г. Стойко отмечал, что «проблема в плане совершенствования формулировок... не может быть решена в ушерб правильному отражению в законе... существенных признаков недоказанности обстоятельств уголовного дела».'^"'^ Аналогичную позицию по этому вопросу занимал и Т.Т. Таджиев: «принятие приведенных формулировок на практике вызовет больше ошибок, чем при применении установленного законом основания...оправдания в суде «за недоказанностью участия обвиняемого в совершении преступления».^'*^ Как видно из содержания действующего уголовно-процессуального закона, верх одержали сторонники первой точки зрения. В формулировке «недоказанность участия» по нашему мнению усматривалось хоть и ненавязчивое, скрытое, но все же сомнение в невиновности онравданного. В литературе по уголовному процессу справедливо отмечалось, что такому восприятию «...способствует стилистическая иллюзия, которая создается в результате слияния частицы «не» с началом корня слова «доказанность» - «до».

Это слияние визуально образует сложную приставку «недо», указывающую на 241 т.

неполноту, недостаточность действия или качества». То есть недоказанность участия в совершении преступления на бытовом, а иногда подсознательном уровне понималась как неформальная виновность или формальная невиновность.

Новая законодательная формулировка «за непричастностью»

лингвистически несет более благоприятный для репутации оправданного ^•" Иванов Ю. А. Воспитательное воздействие советского предварительного следствия. М., 1967.

^ ^ Стойко Н.Г. Окончание уголовного дела производством ввиду недоказанности его фактических • ' обстоятельств. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук.

Лешшфад-1981.с.15.

^'"' Таджиев Т.Т. Проблемы реабилитации в советском уголовном процессе. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук. Ташкент-1991. с. 23.

^'" См. Касумов. Ч.С. Последствия реабилитации по советскому праву. — Баку, 1991. С.61-62.

Ill характер и исключает сомнение в его невиновности. В то же время, в данной формулировке сохраняется прямое указание на мотив оправдания.^"*^ Следует признать, что изменение формулировки сказалось не только на стилистике, но и процессуальном смысле рассматриваемого основания для оправдания, под которое теперь подпадает не только ситуации недоказанности вины подсудимого в совершении преступления, но и непосредственное установление непричастности. На такое понимание нас ориентирует соответствующее определение понятия «непричастность», закрепленное в пункте 20 статьи 5 УПК РФ.

В учебной литературе ранее отмечалось, что оправдательный приговор по мотиву недоказанности участия подсудимого в совершении преступления выносится при условии, что судебными доказательствами не подтверждается или исключается совершение преступления подсудимым.'^'*^ Автор применительно к действовавшему тогда уголовно-процессуальному закону критически относился к этому тезису, отмечая, что «наличие доказательств, указывающих на несовершение подсудимым преступного деяпия..., дает основание утверждать о несостоятельности предъявленного лицу обвинения и отсутствии в действиях подсудимого состава преступления»244.

В действующей системе оправдательных оснований дублирование ими одних и тех же процессуальных ситуаций, нанротив, признается нормой. В связи с чем достоверное подтверждение в судебном заседании алиби подсудимого одновременно свидетельствует и о его непричастности к совершению нреступления, и об отсутствии в его действиях какого бы то ни было состава преступления ввиду того, что подсудимый не является совершившим преступление субъектом.

^'*^ в дальнейшем мотивы оправдания будем также иазывать оправдательными мотивами.

•• Уголовно-процессуатьное право Российской Федерации: Учебник / Отв. Ред. П.А. Лупинская - М., 1998.

^' ' С.450.

^'^'* Абрамов А.В. Проблемы оправдания в уголовном процессе РФ. Нижний Новгород, 2001. с. Прежняя формулировка «за недоказанностью участия» исключала такое пересечение оснований для оправдания, поскольку относилась исключительно к ситуациям так называемого «информационного равновесия».

Тем не менее, учитывая правило преимущественного действия специальных норм перед общими, полагаем, что в практической деятельности судьям в вышеуказанной ситуации следует руководствоваться пунктом 2 части 2 статьи 302 УПК РФ и выносить оправдательный нриговор по тому основанию, что подсудимый не причастен к совершению преступления. При этом автор считает целесообразным направление судам соответствующих разъяснений Пленума Верховного Суда РФ.^"*^ Вновь обратившись к уже упоминавшейся работе Г.П. Химичевой, отметим имеющееся в пей предложение выделять 4 условия правомерности применения рассматриваемого оправдательного основания:

«1) доказанность события и состава преступления;

2) припятие решения в отношении подозреваемого или обвиняемого;

3) исчерпанность всех возможностей для собирания дополнительных доказательств;

4) отсутствие других реабилитирующих оснований прекращения уголовного С данным мнением можно согласится лишь частично, поскольку оно справедливо лишь в отношении непричастности, нроявляющейся в традиционной форме недоказанности участия (неустановленной причастности).

Между тем, под доказанностью состава преступления понимается установление его не только объективных, но и субъективных составляющих, в том числе причастности к преступлепию конкретного лица. Тем самым непричастность к совершению нреступления в ее установленной форме ^""^ в азербайджанском уголовном процессе такие основания оправдания как непричастность обвиняемого к совершенному преступлению и недоказанность его виновности носят самостоятельный характер и прямо названы в законе (статья 42 УПК Азербайджанской республики) http://nadzor.pk.rii/commeiits/show article.php?id~519&papc= 18 03.06.2005 г.

^'"^ Химичсва Г.П. Указ соч.

представляет собой частный случай отсутствия в деянии состава преступления.

Иными словами, доказанность состава, в отличие от доказанности события преступления, не всегда является обязательным условием для правомерного применения рассматриваемого основания, в том числе и для оправдания подсудимого.

По этой же причине представляется не совсем правильной точка зрения Г.П.

Химичевой и в отношении четвертого условия. Нет сомнений в том, что в правоприменительной практике может иметь место сочетание нескольких оправдательных ситуаций. Однако, не во всех из них иные реабилитируюш,ие основания имеют преимуш,ество в применении перед основанием непричастности.

Как уже отмечалось, непричастность как основание для оправдания имеет специальный характер по отношению к отсутствию состава преступления при доказанной непричастности подсудимого. При этом, если состав преступления отсутствует не только по причине непричастности подсудимого, но и по другим обстоятельствам, то, безусловно, оправдание осуш,ествляется по мотиву отсутствия состава преступления, а не в связи с непричастностью.

В действуюш;

ем уголовно-процессуальном законе онравдание в случае, если подсудимый не причастен к совершению преступления, предусмотрено лишь применительно к отрицательному ответу на вопрос о его участии в совершении преступления.

В тоже время в советской науке уголовного нроцесса имелось мнение, согласно которому недоказанность относилась и к другим обстоятельствам дела - элементам и признакам состава преступления, в доказывании которых существует определенная проблематичность^"^^.

Впрочем, недоказанность состава преступления, не всегда означает неустановление причастности лица к деянию, а лишь указывает на отсутствие в Шило Н.Я. Проблема реабилитации на предварительиом следствии. Ашхабад., 1981. с. 107.

этом деянии иных элементов состава преступления.^"*^ Также как и непричастность подсудимого к совершению преступления может не исключать преступного характера самого деяния, отражая выводы суда лишь о том, что нет доказательств в совершении преступления подсудимым, которое могло быть совершено другим лицом.

Согласно УПК РСФСР, принципиально исключалась возможность оправдания за недоказанностью участия в совершении преступления по уголовному делу, возбужденному в отношении конкретного подсудимого (например, о дезертирстве, заведомо ложном доносе, оставлении погибающего военного корабля, побеге из мест лишения свободы и т.д.). Это правило вытекало из прежней конструкции оправдательного основания, поскольку предположение о совершении преступления неким другим лицом лишалось всякой логики. Поэтому при недостаточности доказательств об обстоятельствах совершения преступления судебное разбирательство должно было оканчиваться оправданием подсудимого за отсутствием состава преступления.

Новая трактовка рассматриваемого оправдательного основания в отдельных случаях позволяет выносить оправдательный приговор подсудимому по мотиву непричастности и по делам, возбужденным в отношении конкретных лиц.

Эта возможность вытекает из смысла формулы «установленная непричастность», свидетельствующей об отсутствии в действиях подсудимого состава преступления. Так при установлении алиби подсудимого, в отношении которого уголовное дело об изнасиловании было возбуждено в связи добросовестным заблуждением потерпевшей относительно личности преступника, он подлежит оправданию в связи с его непричастностью. Такое основание для оправдания не оставляет сомнения на оправданном подсудимом и не лишает возможности осуществлять меры по установлению и розыску виновного лица.

^""^ Рыжаков А.П. Научно-практический коммеитарий к Уголовно-ироцессуальному кодексу РСФСР. М., 1999.

С. 475.

Таким образом, в рассматриваемом основании для оправдания обнаруживаются две стороны непричастности подсудимого к совершению преступления:

1) установленная непричастность;

2) неустановленная причастность.

При этом именно вопросы о неустановленной причастности, как правило, представляют наибольший интерес в нрактике деятельности судов, поскольку соответствующие ситуации, прежде всего, характерны для сложных дел, доказательственная база по которым построена на косвенных уликах.

В сущности, при не установлении причастности подсудимого к совершению преступления в обычном судопроизводстве обоснованное оправдание является результатом противоречивой процессуальной позиции государственного обвинителя, выражающейся в поддержании обвинения при отсутствии доказательств вины подсудимого и исчерпании всех возможностей для их собирания.

Такое процессуальное поведение прокурора недопустимо, поскольку согласно части 7 статьи 246 УПК РФ если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное нодсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа.

Так Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев в кассационном порядке уголовное дело в отношении О., К., X, осужденных приговором Краснодарского краевого суда за терроризм к различным срокам наказания и одновременно оправданных по части предъявленного обвинения за непричастностью к совершению преступлений, справедливо отметила следующее. «Доводы, указанные в донолнительном кассационном представлении, в части онравдания О. по эпизоду от 6 марта 2001 года являются несостоятельными. Государственный обвинитель в представлении ссылается лищь на доказательства, указывающие на наличие события преступления и не приводит никаких доказательств, кроме показаний О., данных на предварительном следствии, не приводит никаких других доказательств, которые подтверждали причастность О. в совершении террористического акта и посягательства на жизнь сотрудников правоохранительных органов. Суд, припимая решение об оправдании О. в совершении террористического акта и посягательства па жизнь сотрудников правоохранительных органов, обоснованно указал, что показания О., данные на предварительном следствии, о совершении преступления, которые не подтверждаются другими доказательствами и от которых он отказался в судебном заседании, не могут быть положены в основу обвинительного приговора».

Оправдание в случае, если в деянии нодсуднмого отсутствует состав (нункт 3 части 2 статьи 302 УПК РФ).

Отечественное процессуальное право, в отличие от зарубежного^^^, традиционно употребляет в качестве формулировки мотива оправдания именно отсутствие состава преступления, не выделяя в качестве отдельных оснований отсутствие тех или иных его элементов. При этом УПК РФ также не допускает оправдания лиц, совершивших запреш;

енное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости (статья 443). Тогда как, например, в итальянском уголовном процессе такая возможность прямо предусмотрена (часть 1 статьи 530 УПК Италии)^^'.

Прежняя формулировка «нет состава преступления», содержавшаяся в УПК РСФСР, практически ничем не отличается от современной. Она также ^'" Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 5 марта 2003 г. N 18кп003- (ГАРАНТ- справочная правовая система).

^^° В пунктах с) и d) части 3 параграфа 259 УПК Австрийской республики в качестве самостоятельных случаев постановления оправдательного приговора называются выявление обстоятельств, которые устраняют наказуемость деяния или исключают противоправиость, вину или наказуемость, а также выявление малозначительности деяния (См. Бутов В.Н. Уголовное судопроизводство Австрийской республики: опыт н проблемы организации и деятельности. Екатеринбург, 1999. с. 201-202) ^'' di procedura penale(http://wvvw.studiocelentano.it/codici/cpp/ 03.02.2005 г.) однозначно отражала оправдательную ситуацию, когда налицо событие, послужившее основанием для возбуждения уголовного дела, известен его фигурант и установлена его причастность к данному событию, но, в то же время, в деянии подсудимого не усматривается совокупности элементов, образующих состав преступления.

Законодатель, используя в УПК РФ видоизмененную формулировку указанного основания для оправдания, фактически приводил ее в соответствие с формулировкой основания отказа в возбуждении уголовного дела (прекращения уголовного дела) (пункт 2 части 1 статьи 24).

В научной литературе уже отмечалась необходимость приведения к единообразию формулировок оспований оправдания и прекращения дел по реабилитирующим основаниям.^^^. Так, например, в армянском уголовном процессе для оправдания подсудимого не предусмотрено особых оснований, оправдательный приговор постановляется на основании обнаружения обстоятельств, исключающих производство по уголовному делу и уголовное преследование (пункты 1-3 части 1 статьи 35 и часть 2 статьи 366 УПК Армении).

Как следует из действующей редакции УПК РФ, формулировки таких оснований не полностью идентичны и сохранили некоторые текстуальные особенности. Так, если в статье 24 отсутствие в деянии подсудимого состава преступления как основание для прекращения уголовного обозначено в наиболее полной грамматической форме, то в статье 3,02 используется короткая формула «в деянии подсудимого отсутствует состав^ При этом не уточняется, А, ^ состав чего отсутствует в деянии подсудимого. Разумеется, в Кодексе речь идет о составе преступления, однако допущенное в тексте статьи 302 УПК РФ упрощение, по мнению автора, некорректно, так как в юридической науке категория состав употребляется применительно не только к преступлениям, но ^^^ Левинова Т.А. Прекращение уголовных дел по реабилитирующим основаниям в механизме достижения цели уголовного процесса. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. И.

Новгород-1999. с. 16.

И административным правонарушениям (пункт 2 статьи 24.5 КоАП РФ).

Отсутствие в деянии подсудимого состава преступления как основание для оправдания является итогом анализа обстоятельств уголовного дела, устанавливаемых посредством доказывания.

Однако, существо рассматриваемого оправдательного основания не может быть ограничено исключительно соответствующими результатами доказывания. Отсутствие состава преступления в действиях подсудимого есть не только итог доказательственной деятельности, но и, прежде всего, правовая оценка поведения человека на основе имеющихся фактов.

Постановка вопроса о доказанности или недоказанности подобной оценки не допустима, поскольку состав преступления или есть, или его нет. Юридическая оценка о наличии преступного состава является логической аргументацией присутствия всех его элементов.

Поэтому оправдание по мотиву отсутствия в деянии состава есть не столько следствие доказывания обстоятельств уголовного дела в пользу подсудимого, сколько результат исследования этих обстоятельств на нредмет наличия состава преступления.

Вопрос о наличии или отсутствии в деянии нодсудимого состава преступления правомерен в уголовном процессе при условии, что достигнут положительный познавательный результат относительно установления события преступления и доказанности совершения деяния нодсудимым, что подтверждается очередностью постановки вопросов, разрешаемых судом при постановлении приговора (пункт 3 части 1 статьи 299 УПК).

В юридической науке общепринятым признается выделение четырех элементов состава преступления: объекта, объективной стороны, субъекта и субъективной стороны. Каждый элемент представляет собой неотъемлемую часть состава преступления. Связанные с составом преступления и его элементами теоретические проблемы скрупулезно рассматриваются в науке уголовного права;

тогда как процессуальная теория изучает эти вопросы в общем виде, как способ правового обоснования принимаемых процессуальных решений по существу уголовного дела.

Как известно, состав преступления представляет собой фактическое основание уголовной ответственности, реализация которой возможна лищь при условии, что установлены все элементы состава. Отсутствие любого из них влечет признание уголовного преследования необоснованным, а в условиях судебного разбирательства — оправдание подсудимого.

Оправдание за отсутствием в деянии подсудимого состава преступления правомерно в следующих ситуациях.

1) «Неполный» состав преступления, то есть отсутствуют некоторые обязательные элементы, что характерно для случайьюго причинение вреда, так называемого «казуса»:

Так, Шкотовским районным народным судом Приморского края Левжинский был оправдан в совершении преступления, предусмотренного ст.

106 УК, за отсутствием в его действиях состава преступления, поскольку он, пробегая под окном зимовья с заряженным пистолетом, дуло которого было направлено вниз, не предвидел и не мог предвидеть, что не заметит ведро, споткнется о него, падая, взмахнет руками, непроизвольно нажмет на спусковой крючок и произойдет выстрел в сторону окна зимовья, которым будет смертельно ранен Салахов. Законность и обоснованность приговора была проверена судами кассационной и надзорной инстанций, в том числе Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ, оставившим приговор суда первой инстанции без изменения.'^^'' 2) Малозначительность деяния (ч.2 ст. 14 УК);

3) Совершение деяния при обстоятельствах, исключающих его преступность, например при необходимой обороне, в условиях крайней необходимости и других, нредусмотренных Главой 8 УК РФ.

Так, Сахалинским областным судом Соколов В. по п. «з» ст. 102 УК РСФСР Определение СК Верховного Суда РФ от21 апреля 1993 г. (ГАРАНТ-справочная правовая система).



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.