авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
-- [ Страница 1 ] --

ИЗ ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ

Коваленко, Елена Викторовна

Языковая актуализация пейоративной оценки

Москва

Российская государственная библиотека

diss.rsl.ru

2007

Коваленко, Елена Викторовна.

   Языковая актуализация пейоративной оценки

[Электронный ресурс] : на материале английского языка :

дис. ... канд. филол. наук

 : 10.02.04. ­ Барнаул: РГБ, 2007. ­ (Из фондов Российской Государственной Библиотеки).

Филологические науки. Художественная литература ­­ Языкознание ­­ Индоевропейские языки ­­ Германские языки ­­ Западногерманские языки ­­ Английский язык ­­ Лексикология ­­ Семантика (семасиология) Германские языки Полный текст:

http://diss.rsl.ru/diss/07/0164/070164024.pdf Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в фонде РГБ:

Коваленко, Елена Викторовна Языковая актуализация пейоративной оценки Барнаул  Российская государственная библиотека, 2007 (электронный текст) 61:07-10/ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Барнаульский государственный педагогический университет»

На правах рукописи

Коваленко Елена Внкторовна Языковая актуализация пейоративной оценки (на материале английского языка) специальность 10.02.04 - германские языки Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Научный руководитель доктор филологических наук профессор Трунова О.В.

Барнаул- СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. Оценка и ценностные ориентиры в деятельности индивида и социума 1.1 Философско-психологический аспект теории оценки 1.1.1. Оценка как философская категория. Теория ценностей 1.1.2. Содержательное наполнение категории оценки 1.1.3. Типология оценок 1.1.4. Оценка и познавательный нроцесс 1.2. Лингвистический аспект категории оценки 1.2.1. Понятие категории. Категориальный статус оценки 1.2.2. Фактивность и оценочность 1.2.3.Внутренняя структура оценки 1.3. Соотношение оценки с другими языковыми категориями 1.3.1. Оценка и модальность в рамках логической теории и в языковой репрезентации 1.3.2. Оценка и эмоция 1.3.3. Оценка и отрицание Выводы по главе 1 ГЛАВА 2. Семантика и прагматика пейоративной оценки 2.1. Общая характеристика оценочных значений.

Мелиоратив / Пейоратив 2.2. Языковые экспоненты оценочного действия 2.2.1. Лексический уровень выражения оценочных значений в диапазоне мелиоратив / пейоратив 2.2.2. Оценочная функция отрицательных местоимений (nothing, nobody) 2.2.3. Деривация и словосложение как способы образования оценочных репрезентантов 2.2.4. Грамматические конструкции, передающие оценочную семантику 2.2.5. Стилистические средства как способы передачи оценочных смыслов 2.2.6. Графические и фонетические средства 2.3. Структура семантического поля пейоративной оценки 2.3.1. Общие положения и приемы анализа 2.3.2. Лексические единицы с внутренней семантикой оценочного негатива 2.3.3. Дериваты с пейоративным оценочным значением 2.3.4. Контекстуально обусловленная пейоративность 2.3.5. Выражение оценочного смысла в смещенном компоненте высказывания 2.3.6. Структуры вхождения пейоративной оценки 2.4. Прагматический потенциал пейоративно-оценочных высказываний Выводы по главе 2 Заключение Библиография Лексикографические источники и справочная литература Материалы глобальной сети «Интернет» Список цитируемых источников иллюстративного материала (глобальная сеть «Интернет») Снисок цитируемых источников иллюстративного материала Список цитируемых публицистических источников Приложение 1 Приложение 2 Введение Являясь неотъемлемой частью познавательного процесса, оценочное действие представляется значимым в силу того, что во многом предопределяет интенсивность действия адаптивных механизмов человека в его приспособлении к окружающей среде, как естественной, так и социальной. Актуализация оценочного действия может быть вербальной и невербальной.

Язык, как знаковая система-репрезентант [К. Бюлер] по определению должна включать единицы номинации оценочного действия и единицы его выражения, или индицирования.

В своем отношении к миру (и к себе в этом мире) субъект оценочного действия имеет диапазон, определяемый границами абсолютных оценочных предикатов «хорошо» - «плохо» (аксиологическая оценка) и «знать» «полагать» (эпистемическая оценка). Настоящее исследование представляет собой попытку выявления тех ситуативных и контекстуальных вербальных средств, которые предопределяют и маркируют отрицательное отношение субъекта оценки к воспринимаемому объекту. Таким образом, область исследования ограничивается рамками аксиологических пейоративов.

Оценочный компонент ифает важную роль в классификации эмоций. Во многих концепциях, как философских, психологических, так и собственно лингвистических, оценочный компонент лежит в основе разделения предикатов эмоционального состояния на положительные и отрицательные. Языковая оценка в зависимости от ее природы и характера может быть трех видов:

мелиоративной (положительной), пейоративной (отрицательной) и нейтральной (нулевой). Мелиоративная и пейоративная оценки рассматриваются как противоположные относительно некой нулевой оценки, выступающей точкой отсчета в процессе оценочной квалификации объекта.

А|сгуалы1ость предпринятого исследования определяется, прежде всего, той значимостью, которую имеет оценочный процесс в обеспечении всех сторон жизнедеятельности индивида и общества. В связи с этим возникает необходимость теоретического лингвистического осмысления проблемы языковой репрезентации пейоративных оценочных смыслов.

Объектом исследования настоящей диссертации являются оценочные предикаты, передающие пейоративные смыслы.

Предмет исследования составляют семантика и прагматика пейоративных оценочных предикатов.

Цель исследования состоит в выявлении языковых ресурсов актуализации пейоративных смыслов и их разностороннего анализа.

Поставленная цель диктует необходимость решения следующих задач:

1) определения приемлемых, достаточных для исследования критериев разграничения оценочных и дескриптивных значений;

2) выявления содержательного наполнения сегмента пейоративности в семантическом поле оценочности;

3) уяснения источников и механизмов порождения пейоративного содержания языковых единиц;

4) определения прагматической нагрузки высказываний с пейоративной оценкой.

Новизна исследования заключается в выборе направления исследования объекта анализа и использовании комплекса приемов семантического анализа лексической единицы на уровне системы и актуализации.

Теоретическая научная значимость состоит в систематизации языковых приемов создания пейоративных смыслов.

Практнческая значимость исследования определяется тем, что выработанные в ходе его проведения положения, касающиеся особенностей языковой актуализации пейоративной оценки, а также выявленные контекстуальные и прагматические факторы, детерминирующие их актуализацию, могут быть использованы в рамках преподавания аспектов грамматики и стилистики.

Материалом исследоваиия послужили примеры (общий корпус порядка 3500 ситуативных словоупотреблений), полученные методом целенаправленной выборки, предполагающей формирование сегмента пейоративности. С этой целью проработано 27 произведений английских и американских авторов (общий объем 11128 страниц), а также 13 американских журналов рекламно публицистического характера (общий объем 2489 страниц).

Методика анализа фактического материала представляет совокупность приемов и процедур, включающих дефиниционный анализ, прием семантического приведения, субституцию, перифраз, пресуппозиционное реконструирование, контекстуальную интерпретацию. Анализ единиц оценочного характера был основан на сравнении данных наиболее авторитетных толковых словарей и тезаурусов современного английского языка: Collins COBUILD English Dictionary for Advanced Learners, Longman Dictionary of Contemporary English, Macmillan English Dictionary for Advanced Learners, Hornby's Oxford Advanced Learner's Dictionary of Current English, Roget's Superthesaurus. С целью повышения экспланаторности в презентации материала используются схемы и таблицы.

Теоретическую базу исследования составили положения теории оценки, представленные в трудах известных философов - Г.Х. фон Вригта, А.А. Ивина, С.Ф. Анисимова и лингвистов - Е.М. Вольф, Н.Д. Арутюновой, согласно которым структура оценочного действия определяется четырехкомпонентной организацией, а ее сущность понимается как состоящая в формировании ценностной ориентации индивида и общества в среде обитания. Кроме того, важным представляется определение базовых понятий лингвистической теории и в первую очередь постулаты языковой категории, в определении статуса которой значимым является характер основания, по которому эта категория образована (Ф.М. Березин, Н.А. Кобрина, О.В. Трунова).

Проведенное исследование позволяет вынести на защиту следующие теоретические иоложеиия:

1. Языковая категория оценки может быть охарактеризована как антропоцентричная по основанию и диффузная по формальной представленности, выражаемая разнопорядковыми языковыми единицами морфемами, лексемами, синтаксическими конструкциями и стилистическими средствами, 2. Оценка взаимодействует с другими категориями языка, такими, как детерминация, модальность, эмоциональность и отрицание. В последнем случае взаимодействие приводит к возникновению новых актуализационных смыслов в рамках пейоративного семантического поля.

3. Семантическое поле пейоративной оценки структурируется с учетом характера и степени отклонения оценочного слова от онтологической и конвенциональной нормы в сторону абсолютного оценочного предиката «плохо».

4. Прагматическая нагрузка пейоративной оценки выявляется в создании отрицательных эмоциональных реакций, состояний и отношений (презрения, пренебрежения, уничижения, отвращения, порицания, осуждения и так далее).

Структурно текст диссертации организован в рамках двух глав, введения и заключения. К работе прилагается библиография, включающая список научной литературы (всего 183 названия: из них 17 - на иностранном языке, источника - материал глобальной сети «Интернет»), список лексикографических источников и справочной литературы (14 наименований) и список источников иллюстративного материала, список иллюстративного материала глобальной сети «Интернет» (21 наименование), а также список публицистической литературы.

В первой главе «Оценка и ценностные ориентиры в деятельности индивида и социума» уточняется понятийный аппарат исследования, определяется сущность понятия оценки и ее соотношение с понятием ценности, рассматривается оценка в философском, психологическом, логическом и лингвистическом аспектах, формируется теоретическая база исследования.

Во второй главе «Семантика и прагматика пейоративной оценки»

рассматриваются средства выражения оценочных значений на всех языковых уровнях, проводится структурный анализ семантического поля пейоративности, даются классификации лексических средств выражения отрицательной оценки.

a также определяется прагматическая значимость лексических единиц пейоративной семантики.

В заключении подводятся итоги, излагаются основные выводы по результатам проведенного исследования и намечаются возможные перспективы дальнейшей работы над проблемой.

Аиробация работы.

Материалы и результаты исследования были представлены в виде докладов на международной научно-практической конференции «Проблемы межкультурной коммуникации в теории языка и лингводидактике», посвященной 5-летию ЛИИН (Барнаул 2006 г.), международной научно практической конференции «Изучение иностранных языков в аспекте взаимодействия культур» (Уссурийск 2006 г.), VI Региональной научно практической конференции «Язык и мировая культура: Взгляд молодых исследователей» (Томск 2006 г.). Основные положения диссертации изложены в четырех публикациях.

Глава 1. Оценка и ценностные орнентнры в деятельностн нндивнда н соцнума.

1.1. Фнлософско-нснхологнческнй аснекттеорни оценки.

1.1.1. Оценка как фнлософская категорня. Теория ценностей.

Становление системной парадигмы исследования языка, определение форм существования языковых единиц и специфики категориальной организации создало условия для последовательного изучения механизмов функциональной вариативности и комбинаторики, осуществляющих переход от значения к смыслу и коннотативному расширению последнего. Таким образом, оказалась воплощенной идея трихотомии «язык - речь - речевая деятельность», обозначенная в концепции Ф. де Соссюра [Соссюр 2004].

Две последних составляющих в рамках названной трихотомии представляют собой актуализацию системы. Это значит, что в анализ включается так называемый «человеческий фактор» [Серебренников 1988;

Телия 1991], который, хотя принципиально и подразумевался в соположенности «система — реализация», но до полного описания системы не предполагал достаточных оснований для учета его воздействия на все актуализационные модификации. Произошедший переход от изучения значения к изучению смысла обозначил важность прагматических показателей для состоятельности акта коммуникации и выдвинул в качестве одной из основных позиций ценностную ориентацию «пользователя» в реализации всех функций языка - номинативной, коммуникативной, когнитивной и мыслеоформительской [Никитин 1988, 2000;

Трунова 1990;

1991] Особое внимание к тому, что названо «человеческим фактором в языке», позволило увидеть, что человек именует объект (действие, признак) и одновременно - эксплицитно или имплицитно - устанавливает его значимость для удовлетворения собственных жизненных потребностей.

В связи с этим становится понятным тот интерес, который уделяется рассмотрению проблем оценочного действия [Никитин 1988, 2000;

Вольф 1985] и его языковой репрезентации [Виноградова 2004;

Германов 2006;

Чекулай 2006]. Особый акцент в этом плане делается на разграничении фактивного (дескриптивного) и оценочного в вербализации познавательных приемов [Арутюнова 1988, 1999;

Коваленко 2006а: 69].

Необходимость философского осмысления ценностного отношения человека к явлениям действительности, понятиям, связанным со смыслом его жизнедеятельности и истории человечества в целом, а также ценностного подхода к установлению критериев доброго, прекрасного, должного, святого в культуре, поведении и жизни - физической и духовной - положило начало развитию аксиологии как абстрактной философской теории ценности и оценки.

Отражение действительности в человеческом сознании происходит в форме познавательных и ценностных субъект-объектных отношений. В отличие от познавательного отношения (процесса, истины как его результата) ценностное отношение, как установлено, стало объектом философского исследования лишь в конце XIX века [Анисимов 2001: 4-18].

Данная теория имеет огромное практическое значение, что обусловлено насущной потребностью в адекватной интересам человека оценке, в установлении критериев оценки, в определении шкалы отсчета ценностей жизни и культуры индивида и социума. Основное понятие обозначившейся теории - это понятие ценности.

Ценностями считаются любые явления действительности, которые являются индивидуально, социально или культурно значимыми [ФЭС 1983:

765]. Естественно, что в зависимости от культурных, моральных, этических норм определенного социума это понятие получило неоднозначные толкования, равно как и другое базовое понятие этой области - понятие нормы [Коваленко 2006а: 69].

Вопросы, связанные с происхождением норм, их логическим обоснованием и строением, особенностями их социального функционирования, взаимоотношениями с ценностями, рассматривались в работах как зарубежных [Wright 1965;

Ван Цзунху 2003], так и отечественных исследователей [Ивин 1970, 2004;

Вольф 1985;

Арутюнова 1999;

Болдырев 2000;

Анисимов 2001;

Александров 2004;

Куликова 2004 и другие].

В общем определении норма представляет собой «требование к совершению какой-либо деятельности, необходимое для достижения ее цели, распространимое на определенное множество однотипных действий»

[Анисимов 2001: 101].

Согласно традиционной точки зрения нормативная картина устанавливается на основе стереотипного представления о явлениях и процессах реальной действительности [Арутюнова 1999], а также типичных социальных связей и отношений, характерных для большинства представителей определенного класса или социальной группы и одобренных ими [Бабаева 2003]. С этих позиций норма рассматривается как «адгерентный признак объекта», приписываемый индивидом в процессе сравнения его с другими объектами окружающего мира, собственными представлениями об этом, а также в процессе оценки объекта с точки зрения его полезности для индивида [Козлова 2003: 120].

Норма является наиболее близким понятием по отношению к ценности.

Вместе с тем, не следует отождествлять эти понятия. Основные различия между ними видятся в следующем.

• Ценности представляют собой абстрактные эталоны, а нормы конкретные правила, необходимость соблюдения которых ожидается в определенной ситуации.

• Ценности являются общими ориентирами общества, согласно которым определяется линия поведения людей, и происходит оценка событий. Социальные нормы связаны с конкретными ролями и позициями в обществе.

• Ценности указывают на желательное поведение в процессе достижения цели. Нормы определяют конкретные рамки поведения человека.

• Ценности рассматриваются в рамках «хорошо - плохо», а нормы «правильно - неправильно» [Бабаева 2003: 11-13].

Таким образом, сопоставление ценностей и норм выявило сущностные характеристики каждого феномена.

Ценности в различных ракурсах рассматривались во многих областях научного знания: психологии, антропологии, культурологии, социологии, педагогике и других. Как философская теория учение о ценностях опирается па этику, эстетику, логику, науковедение, философию религии, представляющие фундамент общей теории ценностей в генерализованном, обобщенном смысле.

С позиций психологического подхода понятие ценности исследовалось А.

Мейнонгом [Meinong 1894] и Дж.Сантаяной [Santaina 1988]. В аспекте «натуралистической» аксиологии ценностями занимались Р.Б. Перри [Репу 1954] и Дж. Дьюи [Дьюи 2003]. Логико-семантический и семиотический анализ ценностей осуществляли Дж. Мур [Мур 1984], Б. Рассел [Рассел 2001], Л.

Витгенштейн [Витгенштейн 1958], Ф. де Соссюр [Соссюр 2004], Я.

Мукаржовский [Мукаржовский 1994] и другие. Серьёзную разработку аксиология получила в феноменологической философии М. Шелера [Шелер 1994], Н. Гартмана [Гартман 2004], поскольку именно эти исследования выявили одну из наиболее важных аксиом аксиологии - интенциональность ценностного отношения. Данное направление в аксиологии указывает на объективную область ценностей, противопоставляя её сфере бытия. Ценности здесь рассматриваются как объекты уникального самостоятельного рода, имеющие идеальный характер, способные образовывать то, что обозначается как kosmos, noetos, сфера «идеального в себе бытия». Мистическая область ценностей, созданная в феноменологии, есть продукт метафизического отрыва ценности, как от ее носителя, так и от субъекта. С одной стороны, ценность какого-либо объекта не есть сам объект. С другой стороны, ценность независима от произвола субъекта. В результате метафизического преувеличения этих моментов, возникает идея о том, что поле ценностей вневременное и не зависит ни от субъекта, для которого нечто составляет ценность, ни от объекта, ценностью которого это нечто является [Василенко 1964:8].

Феноменологическая аксиология модифицировалась в различные толкования ценности в экзистенционализме. Здесь встала проблема разграничения данности и осмысления данности, разграничения между статусами «быть» и «казаться», что в дальнейшем привело к необходимости установления и разграничения объективного и субъективного. Так, немецкий философ, М. Хайдеггер считал, что «всякое оценивание, даже когда оценка позитивна, есть субъективация. Она оставляет не "быть", а - на правах объекта оценки - всего лишь "считаться"» [Хайдеггер 1993: 212].

Однако сущность ценности не может заключаться в бытии в той только трактовке, которую дал М. Хайдеггер, сводя ценность к субъективной оценке:

«В "ценности" мыслится оцениваемое и оцененное как таковое» [Хайдеггер 1993: 164]. Такая трактовка оценки М. Хайдеггером объясняется общим принципом его ранних философских воззрений, принципом существования бытия как такового, или " экзистенции" [Столович 2004: 89;

Коваленко 2006а:

70].

В процессе познания объективной картины мира значения (ценности) находят свое отражение в форме оценок - субъективных переживаний, представлений человека об объектах / явлениях материального мира, понятий о законах объективного существования и суждений о значениях. Оценка может передаваться в чувствах и эмоциональных реакциях (восхищение, удивление, отвращение). Для осознанной оценки всегда характерно оценочное суждение, вербальной формой которого является предложение.

В рамках теории ценностей считается важным разграничение понятий ценности и оценки. В связи с этим необходимо определить отношение оценки к ценности в целом.

Очевидным можно признать тот факт, что ценностное представление об объекте может реализоваться только в оценке. Однако, отождествление понятий ценности и оценки, как это происходит у В. Брожика, когда он пишет.

что «возможна фиктивная ценность, то есть неадекватная оценка» [Брожик 1982: 68] недопустимо. Как представляется, ошибочность данного утверждения заключается в том, что оценка может быть ложной, в то время как значение (в смысле «значимость», или ценность) не может быть фиктивным. Ценности могут подвергаться разным оценкам как истинным, так и ложным, они могут квалифицироваться в меньшей или большей степени, но ни фиктивными, ни ложными быть не могут. Из этого следует, что ценность и оценка - это разные аксиологические понятия [Анисимов 2001: 86].

В соответствии с этим, интересной представляется точка зрения Т.И.

Пороховской на взаимосвязь ценностных значений и оценок, которая также отмечает, что ценность проявляется в оценке, но она не попадает в зависимость от сознания индивида [Пороховская 1988: 78]. Это, скорее всего, социологический подход, в русле которого признано, что ценность связана с обшественной значимостью объекта, а оценка с конкретной значимостью для отдельного субъекта. Ценность, являясь общезначимой, выступает в качестве объективно данного и общепризнанного таковым. Субъект ценностного отношения - общество. Субъектом конкретной оценки является индивид или группа людей. Объектом ценностного отношения могут быть объекты и их свойства, имеющие значение для людей. Предмет, лишь опосредованно, через свою значимость, может рассматриваться как объект оценки. В результате, с философских позиций оценка является суждением не конкретно о предмете, а о его значимости. Следовательно, ценности и оценки отличаются не только субъектно, но и объектно.

Однако объективные основания ценностной ориентации человека в мире (физическом, социальном, духовном), по всей видимости, существуют.

Считается, что ценности объективны и независимы от человека, его разума, истории и действительности, поскольку они порождаются этими универсальными началами. Индивид объективен по отношению к социуму, а социум, в свою очередь, объективен по отношению к индивиду, как части этого социума. История объективна по отношению к действительности и личности, живущей в ней;

действительность и человек также объективны но отношению друг к другу [Кравченко 2005: 3]. Иными словами, возникновение ценностей происходит лишь в совокупности объективных факторов, где эти ценности сами становятся объективными но отношению к индивиду и социуму.

Разум участвует в формировании представлений о ценности и в создании действенной силы ценностей. Они осмысливаются, осознаются в качестве норм (сознания, новедения и бытия). Нормативность вносит объективный смысл в ценности. Объективность и нормативность делают цен1юсти универсальными. Вместе с тем без субъективизации, то есть релятивизации субъекту, ценности объективные оставались бы, как предполагается, виртуальными или нотенциальными [Кравченко 2005: 4].

Потому ценности становятся фактом сознания индивида или социума только в результате их «присвоения», или более точно, индивидуализации в актах восприятия, осмысления, оценки и признания. Всю схему формирования ценностных отношений и принципов можно определить следующим образом:

Схема Формирование ценностных отношений Первичное осмысление в выявление восприятие индивида сопоставлении значимости установление перевод в «подписание договора» о достояние социума социальных конвенциях статуса нормы формирование возникновение общественно значимого директив Ценности, как и любые иные осознаваемые сущности, нодвержены эволюции. Получая признание в пределах одного социального, культурного, политического или национального сообщества и раснространяясь в границах всеобщего признания, они стремятся стать всеобщим достоянием.

Широкое обращение к категориям ценностного отношения в разных сферах человеческой деятельности и сознания осмысляется современными теоретиками. Ценности рассматриваются как необходимая составляюшая любой деятельности независимо от её форм [Ивин 1997: 152]. Очевидно поэтому была выдвинута идея ценности как междисциплинарного понятия, в силу его важности для различных отраслей знания, особенно в психологии, социологии, социальной психологии, педагогики, искусствознании [Леонтьев 1996: 16].

Таким образом, можно заключить, что оценка является философской категорией в силу своей всеобщности. Учеными подчеркивается философский характер понятия ценности и его важность для корректного применения [Столович 2004: 87]. Ценностными отношениями связаны обширные системы в обществе. Каждая система имеет ценностное значение для другой системы или систем, ту особую ценность, без которой они не могут функционировать. Так, политика невозможна без экономики или права, идеологии;

экономика невозможна без политики. Эти системы составляют совокупность ценностей различного содержания, но с общими универсальными свойствами. Очевидно, что эти ценности, принимаемые индивидом и обществом, неравнозначны.

Важным условием формирования и функционирования концептуальной основы системы ценностей являются базисные ценности. Все базисные ценности социальны, поскольку они обусловлены интересами, потребностями, взглядами индивида и социума. Совокупность социальных базовых ценностей создают социально-политические и гражданские ценности (свобода, равенство, право);

моральные (совесть, честь, порядочность);

этические (активность, целеустремленность);

политические (способность управлять, исполнять, решать);

познавательные (интеллектуальность, интуиция);

общественные (мир, порядок, стабильность);

ценности цивилизации, отдельных эпох, быта, культуры [Коваленко 2006а: 70-71].

Классификация ценностей существует и в лингвистической аксиологии. Здесь, в частности, предлагается различать ценности прагматические и ценности относительные (в последние включаются трансцендентные или метафизические, витальные, эстетические, этические, познавательные, а также ценности восприятия), причем обе группы ценностей могут быть как позитивными, так и негативными [Вендина 1997:

41-42].

Особое место в классификации ценностей необходимо отвести ценностям общечеловеческим. Общечеловеческая ценность «золотого правила нравственности» («Не делай другому того, чего не желаешь себе»), как и библейских заповедей, состоит в том, что они представляют собой условие благополучного существования любого общества. Ценность этой заповеди не колеблется, несмотря на то, что её часто нарушают. Нарушение её приводит ко многим бедствиям для людей, что доказывает её общечеловеческую значимость. Ценность библейских заповедей определяется, конечно, не их божественным нроисхождением. Само их появление есть, скорее всего, результат наблюдения, осмысления, типологизации жизненных ситуаций, определения оптимальных условий, возводимых в ранг нормы.

Очевидно, что всякая ценность уникальна. Индивидуальные ценности не подчинены ценностям коллектива, хотя ценность индивида, личности, может выражаться и в служении национальным, религиозным или социальным ценностям. Социальные и национальные ценности не могут раствориться в ценностях общечеловеческих. Индивидуальные и коллективные ценности, которые не соответствуют общечеловеческим ценностям, квалифицируются как псевдоценности [Столович 2004: 95;

Коваленко 2006а: 71].

Оценки считаются высказываниями о ценностях. Само слово «ценность»

может отождествляться с термином «положительная ценность» или «добро».

Предмет ценен в том случае, если он является добром, объектом положительного интереса, стремления или желания [Ивин 1970: 12]. Ценность как момент практического взаимоотношения человека и мира может характеризоваться с качественной и количественной стороны. По некоторым определениям ценности подразделяются на положительные, отрицательные и нулевые [Ивин 1970;

Коваленко 20066: 90]. Отмечается, что общество в своём существовании породило то, что философы склонны называть «негативными ценностями», сюда относятся: неравенство, бесчестие, бесправие, нарущение закона, отсутствие свобод и так далее [Кравченко 2005: 14]. Однако, в данном случае речь идет скорее всего не о ценностях, а о наличии определенных явлений, которые в восприятии и осмыслении получают отрицательную оценку [Коваленко 2006а: 72]. Явления, способствующие субъекту в выполнении профаммы его жизнедеятельности, обладают положительной ценностью.

Отрицательную ценность представляют явления, препятствующие его жизнедеятельности и выступающие причиной его гибели. Традиционное употребление слова «ценность» связано с представлением о чем-то положительном. Однако, реальная противоречивость явлений для человеческой жизнедеятельности требует введения такого понятия, как отрицательная оценка.

Использование понятия отрицательной оценки позволяет принять во внимания тот факт, что такие явления и процессы, как эпидемии, катастрофы, природные бедствия, экономические кризисы, войны являются отрицательными факторами разрущения и гибели [Коваленко 20066: 91]. К понятию «отрицательной ценности» приходят также ученые, рещающие проблемы ценности в теории информации. Считается, что «отрицательную ценность имеет такая информация, которая, увеличивая исходную неопределенность, уменьщает возможность достижения цели» [Харкевич 1960:

55]. Таким образом, рассматриваемое в этом ракурсе «любое явление может быть классифицировано как благо - то есть имеющее положительную ценность, или з л о - т о есть отрицательно-ценное» [Василенко 1964: 6].

Среди бесконечного множества окружающих человека явлений есть такие, взаимодействие субъекта с которыми отсутствует вообще, либо оно настолько слабо, что ценность подобных объектов равна нулю. Они ценностно нейтральны [Коваленко 20066: 90].

Сказанное позволяет заключить, что отождествление ценности с ценностным объектом, предметом, явлением или событием, выступающим носителем цешюсти, не всегда является правомерным, так как ценность не является естественным свойством предметов в природе. Тем не менее, ценность неразрывно связана со своим носителем и немыслима без него.

Таким образом, ценность как момент практического взаимодействия субъекта и объекта столь же немыслима без субъекта, как и без объекта. Вне отношения к человеку предметы и явления внешнего мира теряют свою ценность.

Разница между ценностью и оценкой состоит в том, что ценность непреходящая сущность. Отношение к ней общества не меняет её значимости.

То есть ценность трансцендентна, в то время как оценка зависит от смены формаций, эволюции мысли, изменения отношений в обществе. Например, ценность человеческой жизни неоспорима во времени. Сегодняшняя ситуация в обществе обесценивает данную ценность в нашем осмыслении и восприятии.

Происходит сдвиг из области ценностей в область антиценностей. Изменяется основание оценки (но не ценность сама по себе), и происходит сдвиг ценностной шкалы.

Иллюстрируя сказанное, приведём один пример. В одной из программ В. Соловьёва «К барьеру!» шла речь о ситуации на дорогах и повышении ответственности за нарушение правил. Один из депутатов привел пример из жизни западного общества, где автомобилисты не покрывают, а вскрывают и подтверждают факты нарушения. Реакция одного из экспертов программы звучала так: «Не самое хорошее качество». Последнее и есть пример формирования ложных ценностей, когда сокрытие правонарушения ставится выше, чем предотвращение создаваемой аварийной ситуации.

Смещение шкалы ценностей приводит к ценностной дезориентации и возникновению антиценностей. «Антиценность» - это то, что противостоит ценности: зло, безобразие, несправедливость. «Псевдоценности» превращают ценности в антиценности. В них ценностный знак замещается противоположным: истина заменяется ложью, и ложь истиной, добро рассматривается как зло, и наоборот, безобразное выдается за красоту, а красота подменяется безобразным и так далее [Коваленко 2006а: 72]. Так, например, в Германии в 30-40 годах XX века безнравственные и бездуховные ценностные ориентации и установки охватили целый народ и были превращены в официальную идеологию государства.

Формируясь как понятийные антропные сущности, ценностные представления и принципы выражаются в языковых формах. Прежде всего это оценочные суждения, передаваемые структурно соответствующими этой мыслительной форме языковыми единицами - предложениями. Оценочные смыслы, прежде всего, содержатся в лексических единицах [Коваленко 2006а:

72], например:

(1) "I usually don't like mouthy women, but you've got a tongue like a whip, my lady. It can cut a man clear down to the bone. Makes me wonder what else it can do "(K. Smith, 105).

(2) The heightened colour on his cheeks told her how excited he was to meet such distinguished persons (S. Maugham (b), 163).

Сказанное позволяет сформулировать следующие исходные положения:

1) отношения в рамках диады «человек - мир» основываются, в первую очередь, на ценностной ориентации воспринимающего мир человека;

2) отношение человека к миру фактов и созданных им артефактов определяется существующей на каждый данный момент и принятой обществом шкалой оценок;

3) ценность общечеловеческая, универсальная - непреходящая.

Ценность индивидуальная, сиюминутная - подвижна. Ценность неградуируемое понятие, в то время как шкала оценок имеет два полюса, выражающихся в абсолютных аксиологических предикатах «хорошо» и «плохо».

1.1.2. Содержательное наполнение катсгорнн оценкн.

Понятия, связанные с ценностями (достоинство, хорошее, плохое, достойное, недостойное) и предопределяемые этими ценностями обязательностью (долг, долженствование, правильность поступка) появились в фокусе философов не случайно. Проблема системного описания этих факторов сводится к установлению связей между классами понятий и выявлению возможности определения одних из них в терминах других, В деонтологических теориях этики и в логике оценок первичным считается концепт ценности, добра, а понятие обязанности - производным от него.

Аксиологические понятия образуют ценностные суждения, а деонтические нормативные. Однако, как отмечается, четкого разграничения между этими понятиями нет [Ивин 1970;

Коваленко 20066: 88], Понятие добра последовательно рассматривалось в ранних работах Аристотеля по этике и аксиологии, В своих трудах он использовал три концепта добра (хорошего): благо (agaphon), счастье, блаженство, «эвдемония»

(eydaimonia) и удовольствие (hedys). Он противопоставил благо - худу (дурному, злу), эвдемонию - жизненному краху (неудаче), удовольствие страданию [Аристотель 1984, т,4]. Согласно данной концепции, у видов добра отсутствует некое общее свойство, которое могло бы служить основанием для их объединения. При анализе значения оценочных слов по аналогии с дескриптивными предикатами предпринимались попытки найти общность между видами добра в идентифицируемых признаках, но ответ на вопрос: «в каком же смысле говорят "блага"?», так и не был найден, С точки зрения языкового выражения Аристотель подошел к выделению двух проблем, связанных с оценочными значениями: 1) вопроса о видах объектов, получающих оценочную квалификацию, и 2) вопроса о значении прилагаемых к ним оценочных предикатов, С позиций сегодняшнего состояния науки о языке очевидно, что первая проблема имеет отношение к денотации, а вторая к сигнификации. Очевидно также и то, что оценочные слова и дескриптивные предикаты отличаются друг от друга по своей природе.

Исходя из этого, можно предположить, что свойства предметов могут не иметь ничего общего между собой, а их оценочная квалификация может совпадать, потому что оценка, хотя и включается как неотъемлемый компонент в процесс освоения человеком мира, всё-таки следует «чуть-чуть за»

констатацией наблюдаемого: видим темные тучи, делаем предположение о возможности осадков, берем зонт. Модель работы сознания: осознание факта -* оценка - принятие решения. Следовательно, в оценивание встраивается комплекс жизненных интересов человека. Именно это наблюдение Аристотеля привело к попыткам поиска субъективного (присуш;

его только человеку) психологического эквивалента, через который можно было бы сформулировать определение, применимое ко всем видам добра и худа [Арутюнова 1988: 135;

Коваленко 20066: 89].

Концепции, связанные с понятиями добра и зла (хорошего и плохого) рассматривались в трудах таких философов, как Т. Гоббс и Дж. Локк, которые утверждали, что понятия добра и зла (хорошего и плохого) могут выражаться в эмоциональной сфере через простые страсти: любовь, желание, ненависть, отвращение, радость, горе и так далее. [Гоббс 1964, т.2: 88]. Добром или благом признавались вещи, являющиеся предметом влечения, а вещи, которых человек избегает, трактовались как зло [Гоббс 1964, т.1: 239].

Важно отметить, что оценочные понятия изначально принимаются в философии как полярные. Хорошее и плохое определяются через свойства желания и отвращения. Хорошее рассматривается как желаемое, а плохое как нежелательное. Желание и отвращение, являясь психологическими показателями и будучи сопоставленными хорошему и плохому, не являются абсолютными. Отвращение имеет отношение к настоящему и, возможно, прошлому, а желание, в большей степени, связано с будущим. Относительность данного концепта исходит из определения хорошего через модус желания.

Согласно представленной концепции, слова, связанные с субъективной оценкой, должны быть исключены из логических рассуждений. Коль скоро объекты имеют собственную значимость, приписываемую им субъектом восприятия, то и обозначающие эти свойства и признаки слова, помимо собственных значений, имеют значения, обусловленные наклонностями и интересами человека. Таковы, например, «имена добродетелей и пороков, ибо то, что один называет жестокостью, другой - справедливостью;

один мотовством, другой - великодушием;

один - серьезностью, а другой тупостью» [Гоббс 1964, т.2.: 74]. Именно поэтому считается, что такие имена никогда не могут быть основаниями для какого-либо умозаключения.

Это позволяет говорить о субъективности в употреблении оценочных слов в силу неустойчивости их дескриптивного значения. А ещё более точно это говорит о субъективности в подходе к оценочному объекту. Иногда можно услышать «у нас с Вами разное представление о порядочности». Это значит, что у собеседников разные критерии оценки поступка и разные ценностные шкалы.

«Хорошее» и «плохое» могут быть представлены как философские категории сознания, а не чувственного опыта. Вещи рассматриваются как добро и зло только в отношении к удовольствию и страданию. «Добром»

названо то, что вызывает или увеличивает удовольствие, либо то, что уменьшает страдание и позволяет сохранить обладание каким-либо благом.

«Зло» трактуется как нечто, способное лишить человека какого-либо блага, уменьшить его удовольствие и причинить страдание [Локк 1960, т.1: 242].

Данное определение делает очевидным тот факт, что хорошее и плохое градуировапо. Градуирование аксиологических категорий в концепции Дж.

Локка связано со сравнением, поскольку то, что называется «благом и «злом», зависит в большей степени от сравнения, поскольку «причины каждой меньшей степени страдания так же, как причины всякой большей степени удовольствия, имеют характер блага, и, наоборот» [Локк 1960, т. 1: 268].

Сопоставление рассмотренных концепций позволяет сделать вывод о том, что аксиологические понятия недескриптивны. Кроме того, они чаще всего относительны (конвенционально обусловлены). Их значения зависимы от рода объектов (по Аристотелю), от различий во мнениях субъекта (по Гоббсу), от их природы сравнения (по Локку).

1.1.3. Типология оценок.

В ряду имеющихся классификационных описаний оценки наибольший лингвистический интерес представляет классификация, предложенная финским логиком Г.Х. фон Вригтом [Wright 1963]. Одним из основных положений концепции Г.Х. фон Вригта является единство «добра». Собственно классификация основана на анализе употребления английского прилагательного good и его антонимов. В большинстве случаев принимается во внимание такое использование базового слова, при котором прилагательное good эквивалентно более конкретным его синонимам, таким как useful, beneficial, pleasant, efficient, healthy. (Заметим, что подобная замена не всегда допустима) [Коваленко 20066: 89].

Моделируя формы добра, Г.Х. фон Вригт различает следующие типы оценок: инструментальные, технические, благоприятствования, утилитарные, медицинские, гедонистические и этические, рассматривая последние как производные от оценок благоприятствования, что может быть наглядно представлено в следующей схеме:

Схема Типология оценок по Г.Х. фон Вригту оцеик:

\ благонриятствоваиия технические у^ \ / утилитарная / \ этическая \ / медицинская гедониетичеекая инструментальная Инструментальные оценки в качестве основания имеют степень пригодности определенного объекта для выполнения предназначенного действия. Например: хороший утюг, хорошая ищейка.

(3) "You'll find they make quite good bedroom slippers" (S, Maugham (c), 187).

Технические оценки или оценки мастерства основаны на функциональном принципе. Они даются лицам по профессиональному признаку и связаны с натренированностью человека в определенном виде деятельности, его умением и ловкостью. Например: хороший механик, хороший бухгалтер.

(4) А good cook does wonders and that I know you have (0. Wilde, 169).

Оценки благоприятствования основаны на том, что полезно для человека и его здоровья в частности. В отдельных случаях добро благоприятствования может быть направлено на достижение положительного эффекта с целью создания желательного положения дел.

(5) "I'm glad you think it good sport, brother", she continued, groping wildly through this amazement (W. Thackeray, 191).

(6) "It's no good trying to force oneself. You're tired out. It's my fault;

I ought to have insisted on your taking a holiday long ago. What you want is a good rest" (S. Maugham (b), 222).

Основанием для утилитарной оценки служит выбор того, что может рассматриваться как полезное, и способствовать выполнению определенной задачи. Данный вид оценок не связан с объектами, принадлежащими к специализированному классу. Например: хороший город, хороший рассказ.

(7) She told many а good story about Miss Crawley's illness in after days stories which made the lady blush through her artificial carnations (W.

Thackeray, 171).

(8) "I promised we wouldn't be late. She's got a very good scene almost at the beginning" (S. Maugham (b), 202).

Медицинские оценки связаны с основными функциями организма. Они характеризуют физические органы и психические способности человека.

Например: хорошие легкие, хорошая память.

(9) Не had а fresh colour, а good skin and small well-shaped teeth (S.

Maugham (b), 12).

(10) "You know nothing of the matter. That is all to be forgotten. Perhaps I did not always love him so well as I do now. But in such cases as these, a good memorv is unpardonable. This is the last time I shall ever remember it myself (J. Austin (c), int. res.).

(11) "He's the best company on earth, to talk secrets in," said John. "I have reasonable good lungs, but he tries 'em, I can tell you. Sit down, sir. All friends here, and glad to see you!" (Ch. Dickens, int. res.) Гедонистические оценки связаны с тем, что может вызвать ощущение приятного, удовольствие. Например: хороший ужин, хороший вкус.

(12) What good dinners you have - game every day, Malmsey-Madeira, and no end of fish from London (W. Thackeray, 109).

Этическая оценка классифицируется как производная от оценки благоприятствования. Например: добрая воля, хороший поступок.

(13) As my Lady Crawley was not one of these personages and a woman, moreover, so indolent and void of character as not to be of the least consequence in good-will her own house, Rebeca soon found that it was not at all necessary to cultivate her - indeed, impossible to gain it (W.

Thackeray, 111), Очевидно, что данная классификация, прежде всего, построена по разным основаниям. В случаях оценок благоприятствования, инструментальной и технической в качестве отправного момента избраны обобщенно-нормативные признаки объектов, в утилитарной и медицинской - ингерентные свойства объектов, в этической - конвенции социума. Кроме того, по мнению самого автора, данная классификация не исчерпывает многообразия употребления оценочных предикатов, а лишь выделяет опорные категории. Однако, отдавая должное известному философу и логику, следует отметить, что это была одна из первых попыток построения типологии оценок, давшая начало всем последующим изысканиям в этой области.

Концептуальный анализ оценочных предикатов (аксиологических, деонтических и психологических) - это результат изучения прагматики их функционирования. По всей видимости, то, что для дескриптивного предиката является областью семантики, для оценочных слов относится к сфере прагматики.

В отличие от Аристотеля Г.Х. фон Вригт рассматривал не виды, а формы хорошего. В своей концепции он отказывается от возведения форм хорошего к общему источнику и указывает на невозможность выбора значения, которое могло бы соответствовать этому источнику. Считается, что исследование Г.Х.

фон Вригта основано на идее Л. Витгенштейна об объединениях на основе «фамильного сходства» [Арутюнова 1999: 188;

Коваленко 20066: 90].

1.1.4. Оценка и познавательный пронссс.

Человек, представляя живую материю, отличается от других объектов онтологического мира способностью познавать этот мир. Такая двойственность вхождения человека в мир предопределяет особенности представления о мире [Трунова 1991: 52], который представляется в виде определенной картины, либо абстрактно отстраненной от познающего ее индивида, либо зацентрованной на него. В большинстве случаев этот признак берется за основу вычленения объективной и субъективной картин мира.

Познание как психический процесс начинается с ощущений, которые, складываясь, создают в восприятии (в сознании) определенные представления [Рубинштейн 1999]. Однако, как было отмечено выше, познавательный процесс не может быть просто констатирующим, поскольку адаптация к условиям существования предполагает оценку воспринимаемого.

Существует и прямо противоположное мнение, согласно которому вся познавательная деятельность, а, следовательно, и передающие ее языковые структуры могут рассматриваться как оценочные. При этом реализация языковой системы осуществляется в речи таким образом, что сфера речи становится сферой оценочности. Оценочный момент содержится в любом познавательном акте, являющимся по своей природе фрагментом человеческого мышления. Оценка есть операция мыслительной деятельности субъекта над предметом высказывания (понимание, обобщение, заключение, оценка). Таким образом, оценка есть везде, где субъект познания соприкасается с объективной действительностью, и где имеет место языковое выражение этого процесса [Колшанский 1974: 28]. Отмечается, что данный подход имеет незначительную эвристическую ценность, так как не учитывает факта неполного совпадения категории оценки и субъективности [Иванов 2003: 69].

Исследования подтверждают, что индивидуальная концептуальная картина мира (понятийное представление о мире) складывается у человека в процессе познаьшя объективной действительности через отражение.

проходящее стадии восприятия и осмысления [Павиленис 1983: 9;

см, также Годфруа 1999, т. 1], Известная постепенность и последовательность познания, невозможность охватить мир сразу во всех проявлениях создают предпосылки, в силу которых концептуальной картине мира свойственен собирательный характер, основанный на соответствующей периоду ее создания платформе знаний, которые обеспечены уровнем развития общества, его культурных, моральных ценностей и установленных правил существования данного общества [См. Попова, Стернин 2003].

Представления о мире могут быть представлены в различных формах:


вербальных (языковая картина мира), абстрактных (научная картина мира) в виде формул, таблиц, схем и графиков, а также могут быть воплощены в музыке, танце, архитектуре и живописи (культурная картина мира) [Трунова 1991;

Виноградова 2003]. Очевиден факт, что язык, как неотъемлемый компонент сознания и его инструмент, выступает «посредником между индивидом и концептуальной картиной мира», отображенной в виде языковых форм [Телия 1986: 103]. Язык является орудием познания, позволяющим выйти за рамки эмпирического опыта благодаря релятивизации системы значений единиц языка (или их смысла, реализуемого в речи, а тем самым «личностного», по Выготскому) к системе значений - концептуальной системе [Павиленис 1983: 113-117;

Телия 1986: 103].

Отражение объективной действительности индивидом является креативным процессом, и наличие «индивидуального / личностного в акте оценивания способствует адекватному выражению субъективного отношения к оцениваемому объекту» [Стефанович 2003]. Поэтому оценочная деятельность тесно связана с мировоззрением индивида, его социальным статусом, уровнем его материального благосостояния, а также рядом индивидуальных особенностей (пол, возраст, род деятельности, вкусы и наклонности) [Стефанович 2003: 291]. Оценочная деятельность является наиболее высоким видом любой ментальной активности - познавательной, креативной, констатирующей и так далее и играет огромную роль в организации того, что составляет разноплановые компоненты общей картины мира [Виноградова 2003:31-32].

Таким образом, оценка как вид человеческой деятельности непосредстве1пю связана с познавательным процессом. С помощью познавательно-рецептивных актов, познавательных понятий и суждений создается модель объективного мира самого по себе. В акте оценки осознается ценность сущего для человеческой жизнедеятельности. Оценка должна представить объект в его отношении к потребностям и нуждам человека.

Поскольку человек как существо сознательное ожидает и предвидит оценку, она способна влиять и воздействовать на его деятельность, направлять её в ту или иную сторону, повышая или снижая ее уровень. Однако сама оценка осуществляется на основании результатов деятельности, включая ее достижения и провалы, достоинства и недостатки, поэтому она сама должна быть результатом, а не целью деятельности. Для достижения положительной оценки необходимо идти по направлению цели своих действий. Если оценка становится самостоятельной целью субъекта, к которой он идет, минуя цель самого действия, происходят те или иные нарушения и отклонения [Рубинштейн 1999:468].

Характер воздействия оценки на деятельность человека зависит от того, насколько правильно его отношение к тому, что он делает. Влияние установки на оценку как мотив деятельности зависит от характера отношения между действующим субъектом и оценивающим его окружением. Доброжелательная атмосфера позволяет человеку проявить себя с лучшей стороны, а недоброжелательная заставит испытывать неловкость, скованность, неуверенность. Важно подчеркнуть, что уровень притязания личности влияет на чувствительность к той или иной оценке в пределах значимой сферы деятельности. Характер и уровень притязаний человека обыч1ю зависят от уровня его достижений в этой области. Как правило, чем выше уровень достижений личности, тем выше уровень его притязаний. Обобщая сказанное, можно заключить, что результаты деятельности изменяют условия этой деятельности. Становится очевидным влияние оценочных факторов на протекание действий.

Рассматривая оценку как сущность мыслительного действия, необходимо отметить, что в оценочной деятельности сознания вслед за ощущением и восприятием на интуитивном уровне происходит обработка информации объектов в сфере реальных и возможных интересов субъекта оценки, с целью достижения определенного количества знаний об объекте. Поскольку мышление по своему характеру в большей степени является оценочным, то мыслительные операции принимают форму оценок. Оценка представляет собой суждение о качественных и количественных характеристиках вещей и событий, но оно не всегда достоверно и точно, В процессе оценивания знание субъекта об объекте опирается на интуицию, поэтому способ получения этого знания достаточно экономный, а результаты весьма ненадежные [Никитин 2000: 7;

Коваленко 20066: 91].

Достоинство интуиции заключается в быстроте ее реакции на предметы и события в мире. Ее предназначением является принятие оценочного решения задач прагматической направленности.

Таким образом, в мыслительном процессе оценка тесно связана с интуицией. Прагматическая оценка осуществляется в сознании через интуицию, В области когниции интуиция взаимодействует с рационально логическим мышлением. Под действием такого мышления происходит уточнение оценочных высказываний [Никитин 2000: 10;

см, также Hunston, Thompson 2000].

Таким образом, можно заключить следующее:

1. Оценка является неотъемлемой частью познания, непосредственно сопровождая констатацию факта восприятия.

2. Оценка определяет отношение человека к миру: его приятие или неприятие. В последнем случае человек либо адаптируется, вписываясь в среду, либо пытается привести эту среду в желаемое состояние.

3, Оценивая объект, человек исходит из сформировавшихся представлений о ценностях вообще.

4. Оценка определяет физическое и социальное поведение человека.

1.2. Лингвистический аспект категории оцеики.

1.2.1. Понятие категории. Категориальный статус оцеики.

Философское определение понятия категории представляет ее как широкоохватную сущность, «в которой отражены наиболее общие и существенные признаки и отношения предметов в объективном мире [Кондаков 1967: 142]. Однако понятие категории используется не только в философии и логике. Оно является базовым, исходным для многих научно теоретических дисциплин и парадигм. В том числе оно является чрезвычайно значимым н для лингвистики. Здесь существуют два момента, которые необходимо четко определить при переносе термина из одной сферы или области научного знания в другую. Прежде всего, перенос термина должен быть адаптивным, то есть должна учитываться специфика системы, в которую он входит. Отмечается, например, что элементы логической триады «понятие суждение - умозаключение» не получают в языке «соответствующих только им форм выражения» [Кобрина 1989: 41]. Понятно также и то, что лингвистика не может решать проблемы философии и логики [Трунова 1989: 106]. Вместе с тем, следует признать, что представление о том, что лингвистика должна заниматься только изучением языковых понятий и не затрагивать мышление, входящее в компетенцию логики, психологии и других специальных наук в последние двадцать лет в значительной мере изменилось [Кацнельсон 1986:

145]. В настоящее время лингвистика представляет собой «науку, которая изучает не только язык, но и отражаемые в языке аспекты мышления - через язык, через языковые значения» [Бондарко 1983: 63]. Несмотря на естественное непрекращающееся внимание к проблемам языковых категорий [Уорф 1960;

Бондарко 1976;

Блох 1986;

Адмони 1988;

Трунова 1991;

2004], все-таки остается достаточно много нерешенных вопросов, начиная от терминологического толкования понятия «категория».

В настоящем исследовании мы придерживаемся постулатов языковой категории, изложенных в трудах отечественных ученых Ф.М. Березина [Березин 1975] и А.И. Смирницкого [Смирницкий 1959]. Одним из основных признаков определения характера языковой категории будем - вслед за О.В.

Труновой [Трунова 1991] - считать основание категории, которое может быть онтологическим (например, для языковой категории числа) и антропологическим (например, для языковой категории детерминации [См.

также Семкина 2006].

Категориальный статус некоторого языкового явления устанавливается на основе его соотнесенности с другими одно- и разнопорядковыми ему явлениями. Поэтому для определения того, что представляет собой оценка в языке, необходимо очень кратко изложить теорию языковых категорий.

Следует отметить, что в этой области лингвистики существует много разных мнений относительно того, что можно считать языковой категорией и на основе чего признавать явление таковым. Наиболее изученными являются грамматические категории [Адмони 1988;

Плунгян 1998;

Смирницкий 1959].

По принципу уровневости языковой системы грамматическим категориям противопоставляются лексические. В отечественной русистике развивается теория «функционально-семантических категорий» [Бондарко 1978], которая восходит к учению о понятийности.

В отечественном языкознании теоретическое обоснование «понятийная категория» получила в трудах И.И. Мещанинова [Мещанинов 1978], который разграничил грамматические категории и понятийные категории.

Грамматическая категория обладает определенными «формальными показателями». В соответствии с этим, «грамматическая категория включается в число грамматических понятий, которые в свою очередь оказываются грамматически выраженными понятийными категориями» [Мещанинов 1978:

237]. Понятийные категории определяются как «семантически выделяемые в языке категории» (Мещанинов), имеющие свойство быть «отразителями в языке действующих норм сознания». Понятийная категория отражается в различных языковых системах: лексической, морфологической или синтаксической [Мещанинов 1978: 237- 238].

Понятийные категории могут быть представлены также как «мыслительный аппарат, необходимый для существования системы средств и правил их актуализации в структурах, и механизм, необходимый для осуществления конкретного высказывания» [Кобрина 1989: 43].

Характеризуя понятийные категории, следует иметь в виду два положения. Прежде всего, необходимо четко определить, что понятийность это область сознания. Всякое взаимодействие человека с миром происходит через осознание и формирование представлений и понятий и только потом репрезентируется языковыми экспонентами (отсюда и известный семантический треугольник Огдена Ричардса и трихотомия «человек - язык мир»). Таким образом, неправомерно определять понятийные категории как языковые. Второе положение касается основания языковых категорий, которое может быть онтологическим (для грамматических языковых категорий времени, наклонения, числа, степеней сравнения) или антропологическим (для грамматических категорий детерминации, отрицания) [Трунова 1995].


Таким образом, в основе любой языковой категории имеется некий понятийный субстрат, общее представление, концепт. В связи с этим, следует различать понятийные категории, способные существовать независимо от степени их категоризации в языке, и языковые категории, имеющие понятийную, ментальную сущность. В языке существует ряд антропоцентрических категорий, понятийных по своей природе и неспособных существовать без и вне человека. К их числу относится и категория оценки, не мыслимая в языке без оценивающего объективный мир субъекта [Трунова 1991: 48]. Понимание статуса оценки как понятийной категории составляет концептуальную основу настоящего исследования. Это предполагает возможность существования в языке разных форм, средств и приёмов выражения оценочного значения.

1.2.2. Фактивпость и оцеиочность.

Одним из центральных вопросов в области оценки является проблема различий между оценочными и фактическими суждениями. Существует мнение, согласно которому необходимо отменить противопоставление «нормативного или оценочного / фактическому» [Остин 1986: 117]. Однако, как представляется, непризнание различия между фактом и оценкой может привести к подмене одного понятия другим. Во-первых, сложность состоит в том, что, как считается, в фактивном и оценочном прослеживаются общие черты, а именно способность к передаче чисто фактической информации, использование фактов и оценок в дидактических целях, а также близость в относительной точности передачи информации [Хэар 1985: 184-186], как, например, в сочетаниях: "маленький бегемот", "большая муха", "маленький завод". Ясно, что хотя все бегемоты являются животными, маленький бегемот это не маленькое животное, большая муха не является большим насекомым, а маленький завод не есть маленькое здание. Соответственно, оценка имеет место во всех перечисленных словосочетаниях: "маленький бегемот", "большая муха", "маленький завод".

Во-вторых, как утверждается, «факты не дескриптивны». Они необходимы для того, чтобы «устранить частные характеристики события и сохранить его бытие» [Арутюнова 1988: 156].

Рассмотрим подробнее проблему противопоставления дескриптивного значения оценочному. Данное противопоставление обусловлено тем, что оценка и её описание относятся к разным типам языкового значения.

Выражение оценки имеет место в прагматическом, или интерактивном аспекте коммуникации, а её описание принадлежит понятийному, или концептуальному значению. Различия между дескрипцией и оценкой прослеживаются в целях их функционирования. Цель дескриптивного описания - сделать так, чтобы слова соответствовали действительному миру, а цель оценочного высказывания - сделать так, чтобы мир соответствовал словам [Баяртуева 2001: 6]. Иначе говоря, дескриптивные высказывания фиксируют соотнесенность высказывания с окружающим миром, а оценочные (референциальные значения) характеризуют отношение между действительным миром и его идеализированной моделью, наличие или отсутствие соответствия между этими мирами, отражение одного в другом [Арутюнова 1999;

Коваленко 2006в].

О недопустимости отождествления оценочного значения с дескриптивным свидетельствует тот факт, что каким бы информативным ни было дескриптивное значение, считается, что оно всегда «производно и вторично по отношению к оценочному», поскольку оценочное суждение постоянно, оно известно с детства, а дескриптивное способно меняться с течением времени, оно зависит от изменения критериев оценки, различного рода стандартов. Дескриптивное значение узнается всю жизнь, оно оказывает влияние на оценку, но не меняет сущности дела [Hare 1964: 118].

С коммуникативной точки зрения, дескриптивные и оценочные речевые акты различаются по своей иллокутивной функции. Основная функция дескриптивного высказывания - это описание действительности, оценка же предназначена для того, чтобы влиять и воздействовать на адресата, его деятельность, направлять её в ту или иную сторону, повышая или снижая её уровень. Оценка способна вызывать у адресата определенное психологическое состояние [Ковалепко 2006в]. Цель оценочных суждений состоит в том, чтобы «выражать эмоции и отношения, хвалить или ругать, льстить или оскорблять, рекомендовать или советовать, отдавать приказы и руководить» [Searle 1976:

13;

Серль 1986: 126].

Как любая понятийная сущность, оценка имеет множественную репрезентацию в языке. Оценочное значение - это та информация, которая содержит сведения о ценностном отношении субъекта речи к определенному свойству некоторого объекта [Телия 1986: 54]. Таким образом, носителями оценочного значения являются недескриптивные слова (логические связки, дейктические и личные местоимения, модальные частицы, оценочные предикаты). Если речь идет о словах, не содержащих собственного дескриптивного содержания (типа good, bad, like), принято говорить об общеоценочном значении. Когда же слова содержат, наряду с оценочной семантикой, описание того или иного аспекта, служащего фокусом оценки (типа delicious, catastrophe, adore), они рассматриваются как частнооценочные значения [Ивин 1970;

Арутюнова 1983;

Вольф 1985;

Белова 2001;

Коваленко 2006в].

Предварительный анализ языкового материала, его соотнесение с теорией вопроса позволяют говорить о том, что языковыми формами выражения оценки могут выступать:

1) лексические единицы оценочной семантики:

(14) Не remembered every moment with Octavia - every sweet, aching, awkward moment (K. Smith, 80).

2) синтаксические конструкции:

(15) Mv child, vou are far too voung to think of falling in love (0. Wilde, 84).

(16) He was thirty-one now, not too old, but old enough to be lonelv (N.

Sparks, 10).

(17) It was no good trying not to think of Hugo (A. Christie (b), 86).

3) стилистические приемы (метафора, эпитет):

(18) His mother, who had been a tower of guilt all his life was suddenly wearing a halo...Instead of torturing him, she was a source of comfort (D.

Steel (a), 193).

(19) He was wonderfully handsome still, after all he was only thirty-six, but he was not a boy any more;

with his close-cropped hair and weather-beaten skin, little lines beginning to mark the smoothness of his forehead and to show under his eyes, he was definitely a man (S. Maugham (b), 65).

Таким образом, можно заключить, что оценка является диалектической категорией, находящей своё отражение только в субъекто-объектных отношениях. Логическим основанием данной понятийной категории является сравнение результатов опыта, накопленного человечеством с психологическими категориями квалификативной сферы познавательной деятельности индивида и вынесения суждения о ценности данного объекта, то есть этим основанием является сравнение с некоторой нормой. Согласно этому, норма может быть как личной, так и социально-детерминированной, а оценки как объективными (социально-детерминированными), так и субъективными.

Вышеупомянутые оценки могут как совпадать, так и не совпадать. Социально детерминированные оценки релятивны, так как в каждом обществе существуют свои критерии оценки. Относительный характер оценки объясняется также тем, что один и тот же объект может быть по-разному оценен в зависимости от его значимости для оценивающего субъекта. Оценка определяется социальными факторами, поскольку человеческая деятельность немыслима без социума [Пазыч 1986: 8-9].

Релятивность оценки, как и ценностей, ограничена природой субъекта оценки, его психо-социальными свойствами. Отрицание этого приводит к односторонности понимания зависимости оценки и её истинности только от свойств оцениваемого явления, предмета [Анисимов 2001: 91;

Коваленко 2006в].

Проведенный анализ оценки с лингвистических позиций позволяет говорить о том, что:

1) оценка отражает характер отношения человека к миру вообще. Не существуя как данность первичной онтологии, оценка представляет собой сугубо понятийную категорию;

2) основную оценочную нагрузку в языке несут лексические единицы;

3) формализация оценочных отношений в языковой системе происходит на уровне синтаксиса. При этом синтаксические конструкции с оценочным значением всегда включают лексические единицы оценочной семантики.

Механизмом формирования оценочного значения структуры является иррадиация значения с лексической единицы на конструкцию в целом;

4) одну из основных проблем при рассмотрении оценки составляет разграничение дескриптивных и оценочных значений.

1.2.3. Внутренняя структура оценки.

К обязательным компонентам оценочных выражений относятся следующие: субъект и объект оценки;

свойства оценочного предиката;

шкала оценок, оценочный стереотип, аспект оценки, аксиологический / эпистемический предикат. Периферийные составляющие оценочной ситуации включают: мотив оценки, оценочные классификаторы, референция [Коваленко 2006в]. При этом, например, шкала оценки и оценочный стереотип фактически никогда не эксплицируются. В импликации обычно остаются мотив (основание) и оценочные классификаторы. Может опускаться или отстраняться также субъект оценки [Вольф 1985;

Москаленская 1987;

Карасик 2002].

Основные элементы оценочной рамки представлены в виде формулы АгВ где А - субъект оценки, В - ее объект, а г - оценочное отношение, которое имеет значения «хорошо / плохо» (Е.М.Вольф). В естественном языке, как указывалось, "г" может быть выражено различными способами: отдельными лексическими единицами (good, bad, offensive, immoral, worthless, approve, criticize, disagree) или содержанием высказывания в целом. Предикат "г" в формуле А г В, на которой основана структура оценки, обладает признаками эмотивности, эмоциональности/рациональности, аффективности [Вольф 1985:

12]. Данные признаки выражают особенность оценочного отношения субъекта к объекту.

В связи с этим А.А. Ивин выделяет следующие компоненты оценки:

субъект, предмет, основание и характер оценки [Ивин 1970: 21;

Ивин 2004:136;

Коваленко 20066: 93]. В структуре акта оценки субъектом может выступать лицо или (социум), определяющие ценность того или иного предмета путём оценочного суждения. Это может быть «конкретно-исторический индивид, определенная социальная группа и общество в целом» [Василенко 1964: 5].

Например:

(20) "Let me be frank just this once, father. I've been foolish and wicked and hateful. I've been terribly punished. I'm determined to save my daughter from that" (S. Maugham (c), 268).

(21) Society considered woman like Black Sally beneath their notice, no better than dirt under their shoes, yet who of the ton would sacrifice themselves to catch a murderer (K. Smith, 22).

(22) She knew that he had desperately wanted her to bear a child, but she had never suspected from his reticence that he was capable with a baby of showing without embarrassment a charming and playful tenderness. Most men were sillv and awkward with babies. How strange he was! (S.

Maugham (c), 134).

Объектом оценки может быть любой объект, попадающий в поле сравнения по своей обычной или возможной деятельности, пригодности или своему поступку [Вендлер 1981: 550;

см. также Карасик 2002]. Нод предметами оценок понимаются объекты, наделенные ценностным содержанием, или объекты, ценностные характеристики которых можно сопоставить [Ивин 1970:

22]. Считается, что наряду с упомянутыми определениями объекта оценки, существует мнение, что объектом может выступать не сам предмет, а его значение, точнее - качество его ценностного отношения, и лищь опосредованно, через данное качество отношения, сам предмет становится объектом оценки. Следовательно, оценкой является не суждение непосредственно о предмете, а суждение о его значении [Анисимов 2001: 86].

Отсутствует единое мнение относительно центрального компонента в структуре оценки. С позиций эмоционального подхода [Ауег 1936, Stevenson 1960] основным элементом считается субъект оценки, поскольку человек испытывает эмоции, которые вызывает оценка «хорошо/плохо» или вызывают 41 Гос',;

-^"" ' ~ оценку «хорошо/плохо». С позиций функционального подхода [Nowell-Smith 1957, Wright 1963] главная роль в акте оценки принадлежит объекту, хотя наличие субъекта в оценке не отрицается [Вольф 1985: 24].

В лингвистических работах по аксиологии основанию оценки уделяется гораздо меньше внимания, чем остальным элементам структуры оценки.

Отсутствует единство во взглядах лингвистов относительно его определения и отношения с другими компонентами. Две разных точки зрения отмечены в работах А.А. Ивина и Е.М. Вольф. Согласно первой, основаниями могут быть позиции, доводы, склоняющие субъектов к одобрению, порицапию или выражению безразличия по разным причинам [Ивин 1970: 27]. Согласно второй, основание представлепо как «свойство объекта, допускающее соответствующую квалификацию» [Вольф 1985: 67].

(23) "Do you believe that as well?" she asked solemnly. "About a revolution?" She trusted his judgment completely. "Not for a moment", Nikolai answered her. I don't think there is the remotest chance of a revolution here. Russia is too powerful for something like that to happen. And so is the Czar" (D.Steel (b), 82).

В данном случае объектом оценки явилась целая Российская империя и её царь. Основанием оценки служит факт, убеждающий в том, что Россия является слишком могущественной державой. Поэтому, при наличии сильного государственного аппарата, насильственное свержение власти (революция, переворот) невозможно.

В зависимости от того, какие признаки актуализируются в оценочном акте, основания оценки принято дифференцировать на внутренние и внешние.

Внутренние основания выражают эмоциональную сферу говорящего, его чувства, ощущения, положительные и отрицательные эмоции, связанные с психической сферой симпатий и антипатий. Внешние ориентированы на когнитивную сферу говорящего, они отражают знания субъекта, формируемые отношением ментальной и социальной природы окружающей человека действительности [Вендина 1997: 42;

Коваленко 20066: 93-94].

Характер оценки может быть как положительным, так и отрицательным, а в ряде случаев - нейтральным:

(24)"Have you ever seen her dance?" Madame Markova asked with mournful eyes. "Only once, Giselle. It was lovely", he said kindly..."She is even better in Swam Lake, and Sleeping Beauty,"she said with the sad smile (D. Steel (b), 47).

Очевидно, что в этом примере характер оценки положительный.

(25) It was an unforgettable night for Madame Markova, of sorrow and despair, and also fever, delirium, and terror for Danina (D. Steel (b), 47).

В примере (25) характер эмоциональной оценки отрицательный. Через прилагательное "unforgettable" и существительные "sorrow", "despair", "fever", "delirium" и "terror" передается страх, волнение и беспокойство за тяжелобольную девушку. Само по себе прилагательное "unforgettable" не несет ни положительных, ни отрицательных коннотаций, то есть, можно сказать, что в оценочном плане оно нейтрально. Его передвижение по шкале оценок в сторону отрицательного, негативного значения обусловлено контекстуальными факторами, а именно - наличием лексических единиц с негативными коннотациями.

С коммуникативной точки зрения четырехчленная оценочная схема не в полной мере соответствует устройству естественного речевого акта [Иванов 2003]. В коммуникативном общении оценочное высказывание имеет адресата.

Иногда его роль принадлежит говорящему. Это особенно характерно для ситуации внутреннего диалога (самоубеждения, например). Практически всегда основной целью оценочного суждения является оказание воздействия на адресата, «инициирование изменений в его когнитивной и / или волюнтативно операциональной сфере». В сравнении с объектом и оценочным средством, адресат оценки может принадлежать к периферийным компонентам оценочной структуры. Особенность адресата заключается в том, что он выступает обычно независимым элементом оценочного акта и лишь иногда совпадает с субъектом. Так происходит, например, при самооцепке [Иванов 2003: 75;

см.

также Федотова 1987].

(26) "... Something seemed to tell me that I was on the verge of a terrible crisis in my life. I had a strange feeling that Fate had in store for me exquisite joys and exquisite sorrows... I take no credit to myself for trying to escape" (O. Wilde, 12).

С позиций коммуникативно-прагматического подхода это позволяет включить в структуру оценочного высказывания пятый компонент - адресат, который в общем смысле, видимо, всегда подразумевался во всех ранее проводимых исследованиях оценки, но никогда не включался в её структуру, как имплицитная составляющая. Однако в диалоге (равно, как и в письме, адресной инструкции, указаниях, рекомендациях) адресат речи может быть обозначен, и в этом случае становится ясной направленность иллокутивной силы высказывания. Эксплицированным может быть и перлокутивный эффект, как, например, в следующих примерах:

(27) Look, James,...It's too bad that your grandmother didn't return your love enough to entrust you with that knowledge..." "She did a better thing.

Temperance..." (J. Deverang, 170-171) (28) "...Well, well, what a beautiful place you've got for yourself, Mr.

O'Neill, and will you be making a home of it or what?" (M. Binchy, 65) При рассмотрении оценочных отнощений как разновидности «ментального познавательного отношения между субъектом и объектом когниции» в структуру оценки помимо обязательных компонентов (субъекта и объекта) могут быть также включены основание, модус, норматив и релятив [Никитин 2000: 14]. Определения субъекта и объекта в данной концепции трактуются традиционно, согласно упомянутым выше определениям [Ивин 1970;

Вольф 1985]. Под основанием понимается некий признак денотата, относительно которого происходит оценивание. Данные признаки могут располагаться в разных сферах: онтологических, эпистемических, прагматических и репрезентационных. Модус оценки - это её разновидность.

зависящая от цели оценивания денотата. Согласно целям оценочного рассмотрения модусы подразделяются на:

1) экзистенциональные или бытийные:

(29) It would probably offer the best shopping before we went into the highlands of the Wahgi Valley, the small towns of Lae and Madang, or the primitive villages dotting the Sepic River (E, Bombeck, 6), 2) классификационные:

(30) They were hardly ordinary employers... It was hard to believe that she was that antisocial (D. Steel (b), 76).

3) идентификационные:

(31) "It was Meryl Streep, definitely Meryl Streep."... "No way," says Moon.

"It was Susan Sarandon." It was not, Clarissa thinks, Susan Sarandon. It may have been Vanessa Redgrave but it was certainly not Susan Sarandon (M. Cunningham, 50).

4) дескриптивные, или квалификационные:

(32) "You're just duU and sombre and sordid like the business men at home. I don't know why you're here at all. You should be at home placidly vegetating as a banker's clerk or... or.." "A shopkeeper's assistant, thank you" (J. London (a), int. res.).

5) количественные:



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.