авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

«ИЗ ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Хованчук, Ольга Александровна История японского костюма с древнейших времен ...»

-- [ Страница 5 ] --

али без разрешения покидать пределы своих кварталов, а в случае выхода в центр города предписывалось носить шляпу амигаса, скрывавшую лицо, что кроме них делали только преступники.

Однако с 1852 г. костюмы вновь стали ярче. Теперь каждый театр должен был иметь свою костюмерную и обеспечение сценической одеждой актеров стало обязанностью владельцев театра. Смягчилось давление на самих актеров. В этот период девятый представитель династии Итикава Дандзюро (1842 - 1903) большой вклад внес в систематизацию костюмов и ролей Кабуки, подробно описав одежду всех персонажей^^.

Костюм традиционных театров - это сложный ансамбль, характеризующий каждый персонаж. Безусловно, основой для его создания послужила повседневная одежда японцев разных классов общества. Все персонажи как мужские, так и женские, имели свой собственный в основном устоявшийся костюм. Несмотря на существование довольно жестких правил, свобода самовыражения допускалась как в костюме, так и в стиле игры.

''^"' Ткани сантомэ или тодзан (темно-синяя ткань с красными и св. желтыми полосками). Сомэори дзитэн = Словарь ткачества и росписи. Токио, 1996. Статья «сантомэ».

Большое внимание в Кабуки и Но уделялось персоне актера, т.к. именно он делает представление. Мастерство отрабатывалось годами и совершенствовалось постоянно. Одежда тоже являлась частью неповторимого индивидуального стиля актера и создаваемого им образа, ноэтому у всех знаменитых актеров была своя манера носить сценическое одеяние, выражавшаяся в нюансах цветов, орнаментах и дополнительных деталях.

3.4 Развитие технологий окрашивания в период Эдо В области Kara (нреф. Исикава), которая славилась производством шелкового крепа, в 60-х гг. XVII в. был изобретен новый снособ резервированного окрашивания. Этот факт был связан с одним из известных:

художников - Кусуми Морикагэ (1620 - 1690)^°. До 1657 г. Морикагэ жил в Эдо, где имел свою лавку тканей и одеждь^'''. Одним из его близких друзей был Тяя Сиродзиро - сын купца, основного поставш;

ика клана Токугава.

Однажды он подал художнику идею создания изяш;

ных росписей по ткани с иснользованием техник резервированного окрашивания. Морикагэ, изготовил пасту из яичного белка и клейкого риса, которая была гораздо эластичней прежних образцов и позволяла создавать очень тонкую линию. В Киото для росписи применяли пасту из риса и цинкового порошка, однако она не позволяла делать настолько тонкий контур, как паста Kara. Сначала на ткань наносили по рисунку рисовый клей, а затем погружали в краситель несколько раз, и получался темный рисунок на белом фоне, в котором могли присутствовать все оттенки синего. По готовой ткани цветным шелком или металлической нитью вышивали мелкие донолнительные детали^'.

Эта техника, названная тяя-дзомэ, стала чрезвычайно популярной среди самураев в период Канъэй (1624 - 1644). Название «тяя-дзомэ»

возможно происходило от фамилии Тяя Сиродзиро, но документальных "'" Сиродзиро был ровесником и другом Иэясу с детства. В период политических распрей был двойным агентом Токугава и Ода. Затем вел дипломатическую деятельность, сглаживая противоречия Иэясу и Хидэёси.

свидетельств этому нет. Женщины самурайского сословия применяли этот способ окрашивания для летних хлопковых косодэ. Обычно для летней одежды использовали цвет индиго (синий), нотому что он давал ошущение свежести и прохлады, а основным мотивом орнаментов был деревенский пейзаж, травы-цветы и водные потоки.

После переезда в Канадзаву Морикагэ стал известным художником по фарфору, которым славилась провинция Kara, и гордились князья Маэда, под чьим покровительством работал художник. Керамика отличалась яркими орнаментами, которые перешли с поверхности фарфоровых изделий на ткань.

Часто встречавшимся сочетанием в росписях Kara было трехцветие терракотовый-сиреневый-голубой.

Начиная с середины XIV в. здесь производили особый красно коричневый краситель, который получали из коры сливы. «Сливовое окрашивание» - бай-дзомэ - было усовершенствовано, в результате чего на ткани можно было создавать многоцветный рисунок. Отличительной чертой этих росписей были особые цветовые переходы^ и отсутствие ярко-алого цвета^^ Качественно новым в этом методе было то, что Морикагэ разводил минеральные краски не на воде, а на пасте из ферментированных бобов мисо или предварительно пропитывал раствором из бобов ткань перед росписью.

После нанесения красок ткань прогревали, а затем смывали клей. В отличие от водных красок, которые делали ткань жесткой и смывались при стирке, краски, разведенные таким образом, были стойкими, т.к. белок содержащийся в бобах, высыхая, закреплял цвет на ткани. Удавалось создавать очень тонкий изящный орнамент, при этом шелк оставался мягким и цвет не линял.

В середине XVII в. появляется технология росписи юдзэн-дзомэ. (Рис.

56, 60) Основоположником этой техники был Миядзаки Юдзэнсай (1653 1736). Он был выходцем из Kara, где несколько лет изучал живопись и искусство крашения тканей у Морикагэ. Точно не известно, когда Юдзэн "* Мусиба - «поеденные листья». Этот эффект требовал сноровки художника, т.к. краска наносилась точками на ткань и не должна была растекаться.

переехал из Канадзавы в Киото, но его молитвенные таблички в храме Гион появились в 1682 г.'''^ Сначала Юдзэн занимался изготовлением складных вееров с характерным узором цветочных медальонов. Его веера пользовались большим спросом и были известны за пределами Киото. Первые упоминания о художнике Юдзэне появились в книгах орнаментов хинагата-бон, изданных в Киото в 1686 г^^.

В 1688 г. вышла книга орнаментов, полностью составленная из орнаментов Юдзэна, в которой он предлагал клиентам изобразить эти узоры на любой веп];

и в любой технике. Юдзэн мог работать с лаком и золотой фольгой, расписывал ткани и рисовал картины. Благодаря книгам хинагата, которые были подобны средствам массовой информации, мода на узоры Юдзэна быстро распространилась по всей стране. В его стиле сочеталась классическая элегантность и современный динамизм. Используя популярность произведений Юдзэна и его имя, мастера росписи по текстилю стали подражать манере Юдзэна, что говорило о моде на этот стиль дизайна.

Для росниси тканей Юдзэн применял ту же технику, которой обучался на родине, в Канадзаве, однако он не смог достичь той тонкости линий, которой славились росписи Kara. Киотосцы гордились мастером и считали технику Юдзэна юдзэн-дзомэ исконно киотоской, поэтому она получила еш,е одно название кё-дзомэ, что обозначало «столичная роснись»^^. Популярность художника и мода на его произведения заключалась в том, что они отвечали спросу киотосцев, соскучившихся по яркости и живости в орнаменте.

Несмотря на то, что через несколько лет, к началу XVIII в., мода на орнаменты Юдзэна прошла, термин «юдзэн-дзомэ» остался. Он обозначал технологию росписи, с помош;

ью которой создавали эти узоры.

Слава о росписях Киото дошла до Эдо раньше, поэтому росписи Kara получили в столице название кага-юдзэн. Хотя метод немного отличался от киотоской техники, росписи Kara стояли на одном уровне с киотоскими. После ограничительных указов конца XVII в. в Kara продолжали производить богатые расписные шелка, которые пользовались особой популярностью для изготовления свадебных нарядов.

Киотоские росписи кё-дзомэ делились на два вида по районам города.

В северной части города создавали более утонченные росписи камигё-дзомэ, в южной части столицы - более дешевые симогё-дзомэ. Художникам помогала сама природа. Воды реки Камо, протекавшей через Киото, отличались особым химическим составом, который придавал натуральным красителям яркость и стойкость. Суш;

ествовало поверие, что от этой воды любая девушка может стать красавицей, именно поэтому считалось, что в Киото так много красивых женш;

ин™.

Для резервированных росписей чап];

е всего использовали японский креп тиримен. Такой креп, как ни одна другая ткань, оттенял красоту любой технологии окрашивания, которых к концу XVII в. существовало очень много.

Он стал самой распространенной тканью для кимоно в период Эдо.

Шероховатая структура и жемчужный блеск крепа придавали цвету глубину.

Кроме росписей ткани от руки, существовало множество разных технологий стянутого окрашивания сибори-дзомэ. Эти техники были известны еще с древности, но модными они стали лишь в период первых сёгунатов.

Самой эффектной и любимой техникой был «глаз оленя», когда на ткани создавали узор из мелких точек. Эта техника была самой трудоемкой, т.к.

предварительно каждую точку перетягивали ниткой отдельно. Кимоно, полностью выполненные таким способом, были очень дорогими и являлись элементом престижа.

В конце XVII в. в связи с указами бакуфу, запрещавшими использовать шелк и вышивку, в Японию импортировалось много индийского ситца - сараса, тайских и яванских ситцев сямуро, с имитацией индийских узоров. В Киото косодэ из ситца стали очень популярными. Ткани с изящными узорами в технике батик называли каки-сараса, и стоили они ""' Современные ученые провели химический анализ воды и выяснили, что она схожа с французскими источниками Виши. Является прекрасным косметическим средством и действует на натуральные красители, как проявитель и закрепитель на фотобумагу.

довольно дорого, т.к. привозились из-за границы и были очень высокого качества. Хлопчатобумажные ткани начали производить и в Японии, здесь их нередко украшали вышивкой хлопковыми нитями^^. Исходные материалы и методы изготовления подобия индийского ситца отличались от настояш;

их индийских тканей, но результат получался таким же. В конце XVII в. в книгах орнаментов было немало упоминаний того, что технологии окрашивания индийских ситцев сараса и юдзэн-дзомэ одно и то же^^. В XVIII в. в Японии стали активно выраш;

ивать хлопок, однако, этого не было достаточно для промышленного производства, и по-прежнему хлопок был одной из основных статей импорта. Но все же хлопчатобумажные ткани распространились даже в самых бедных слоях крестьянства, постепенно вытесняя конопляные.

Народное домашнее ткачество развивалось самостоятельно.

Небольшие станки имелись практически в каждом доме, на них изготавливали ткани для одежды, постельных принадлежностей и других веш;

ей, необходимых в хозяйстве. Основным сырьем для производства домашних тканей была конопля. Со второй половины XVII в. стали использовать и хлопок. Ношеная одежда горожан попадала в деревню через старьевш;

иков. Те веп1;

и, которые уже нельзя было носить, раснарывали, распускали на нити и из них ткали новую материю. Она была плотной и прочной, что было чрезвычайно важно для небогатых жителей деревни.

Ткани чаш;

е всего окрашивали в синий цвет, т.к. краситель индиго был самым дешевым и доступным. В зависимости от того, сколько раз ткань погружали в красяш;

ий раствор, можно было получить различные опенки синего. Кроме индиго использовали коричневый пигмент и черный. От такого цветового спектра крестьянская одежда выглядела мрачной.

Нопулярной народной техникой окрашивания являлся трафарет катаэ-дзомэ. Использовали как трафаретные доски кёкэти, так и деревянные или каменные печати для оттисков. Очень популярной в народе в период Эдо стала техника трафаретного окрашивания бингата - «красные узоры»^^. Эта технология была изобретена специально для жен правителей Рюкю, и в XVIII в. распространилась по всей Японии. На ткань через трафарет наносили слой рисовой пасты, после чего раскрашивали промежутки вручную. Цветовая гамма, которая применялась для бингата, была очень яркой: красный, синий, зеленый, желтый, сиреневый.

Также на островах Рюкю появилась технология окрашивания, названная икат. Это был один из видов технологии касури, имевшей чрезвычайно широкий ареал распространения. Начиная с Индии, практически во всех странах Южной и Юго-восточной Азии производили ткани, выполненные в этой технике. Нити окрашивали по орнаменту до того, как из них соткут материю. Таким образом создавали различные узоры, но их контур на ткани получался нечетким, японское название этой техники произошло от глагола «касуру» - «покрываться дымкой»^°. Орнамент и-гасури напоминал сруб колодца, а я-гасури - оперение стрелы. Эта техника окрашивания была популярна среди самураев всех рангов. Из конопляных и хлопковых тканей с узорами касури изготавливали одежду под доспехи.

Цветное ткачество тоже получило определенное развитие. Домашние станки были простыми и позволяли ткать материю только полотняного и диагонального переплетения - холст и сатин. На таких станках можно было создавать все виды полосатых и клетчатых тканей, а также материю с мелким геометрическим узором. Жители деревни привозили ткани на продажу в город, где их охотно покупали для рабочей и повседневной одежды небогатые слои горожан.

В начале XVIII в. в Эдо появилась новая техника окрашивания комон - мелкий узор на темном фоне. Орнамент создавался множеством белых точек, настолько мелких, что издалека ткань казалась однотонной. Чтобы создать такой эффект, рисовую пасту наносили на ткань через трафарет, изготовленный из двух слоев толстой вош;

еной бумаги, между которыми была проложена шелковая сетка. Когда клей высыхал, окрашивали фон.

Технику комон использовали для декора повседневной одежды^'.

в 1731г. в хинагата появился термин «сироагари» - белые узоры - так назывался новый метод окрашивания. (Рис. 58) Орнамент рисовали на ткани рисовым клеем, после чего ткань красили, а узор оставался белым. Чтобы орнамент было лучше видно, фон окрашивали в темные цвета. Кимоно с такими орнаментами были не яркими, но эффектными^^.

В начале XVIII в. в Японии начинается промышленное производство текстиля. Это было связано с установлением системы заложничества санкин котай, когда самураи приезжали в Эдо с большой свитой, в том числе и ремесленниками. В столице мастера показывали свои достижения и учились новым технологиям. Через столицу шел обмен информацией и товаром.

Открывались фирменные магазины тканей и одежды. Самым крупным оставался Кариганэя в Киото, но его влияние постепенно ослабевает, вместе с тем как киотоский стиль в одежде вытеснялся стилем новой столицы Эдо.

Указы сёгуната, ограничивавшие роскошь, негативным образом сказывались на текстильном производстве. Ошутимый спад был вызван законами 30-х гг. XIX в., т.к. реформы годов Тэмпо (1830 - 1843) упраздняли малые текстильные гильдии, которые составляли конкуренцию крупным цехам и не позволяли устанавливать монополию в некоторых видах производства.

Также в ходе реформ издавались указы, запреш;

авшие большинству населения носить шелковые ткани, на которых специализировался Нисидзин.

Периферийные центры специализировались на определенных видах тканей и развивались благодаря поддержке крупных землевладельцев. Производители пытались хоть как-то снизить стоимость расписных тканей, поэтому в 1830 г.

произошли изменения в технике резервированной росписи. Если ранее клеем наносили только контуры, а затем заполняли промежутки краской, то теперь сначала поле орнамента полностью покрывали клеем, окрашивали фон, а затем работали с мелким рисунком. Это новшество значительно ускорило и удешевило процесс росписи.

Период стабильности и мира благотворно сказался на экономике, культуре и других сферах общественной жизни. Шел активный взаимообмен между всеми слоями населения. Народные эстетические взгляды проникали в пределы императорского дворца, а некоторые аристократические традиции постепенно распространялись среди простолюдинов. В этом движении важную роль сыграли представители военного сословия, имевшие доступ ко двору, и одновременно близко общавшиеся с горожанами и крестьянами. Они были связующим звеном, без которого такой информационный обмен не мог состояться. Аристократия впервые обратилась к городскому костюму, и взяла его за основу в создании нового светского стиля. Этот стиль вобрал в себя традиции аристократии и энергию молодого поколения.

Знакомство с европейской культурой также стимулировало творческую активность японцев. В отличие от заимствований из Китая в древности и средневековье, западные заимствования воспринимались как элемент моды и престижа, но не как часть системы государственных иерархических отношений. В связи с этим изменился характер ограничительнык указов. Они стали такими же, как в Европе, т.е. закрывали доступ низких слоев общества к использованию тех ткапей и видов одежды, которые считались модными среди высших слоев.

Процесс разделения одежды на мужскую и женскую завершился к концу XVII в., когда мужской костюм стал более консервативным, и с женской одеждой его уже трудно было спутать. Эта тенденция брала начало в культуре самурайства, в которой мужественность стала одним из эстетических принципов. Знакомство с европейской культурой, где женское и мужское было четко разделено, несколько ускорило движение в этом направлении, однако традиционные японские идеалы женственной красоты пока еще удерживали прочные позиции.

Стремление следовать моде охватило все слои общества, что породило новое отношение к изготовлению одежды. Книги орнаментов превратились из простых рабочих записок в средство массовой информации, которое формировало вкусы людей, наподобие современных журналов мод. В городской среде в начале XVII в. формировался тот вид костюма, который впоследствии назвали кимоно: два - три халата, одетых один на другой и подвязанных поясом.

ПРИМЕЧАНИЯ ' Sansom G.B. Japan: A Short Cultural History / G.B. Sansom. - Tokyo : Tuttle, 1997. P. ^ Ихара Сайкаку. Новеллы / Сайкаку Ихара. - М.: Государственное издательство художественной литературы, 1959. С. ^ Там же. С. " История культуры Японии : обзор / Ютака Тадзава, Сабуро Мапубара, Сюнсукэ Окуда, Ясунори Нагахата.

- Токио : МИД Японии, 1992. С. ^ Хигути Киёюки. Фукусёку хэн = Атлас одежды Эдо - Токио : Юсанкаку, 1994. - (Эдо дзисё = Атлас эпохи Эдо. Т. 6.) С. ^ Kennedy А. Japanese Costume : History and Tradition / A. Kennedy. - Paris: Konecky & Konecky, 1990. C. ^Каваками Сигэки. Мияко-но модо: кимоно-но дзидай = Столичная мода: эпоха кимоно // Мияко-но модо:

кимоно-но дзидай = Столичная мода : эпоха кимоно : каталог выставки / сост. Мураками Акира. - Киото :

Национальный музей Киото, 1999. С. * Николаева Н.С. Декоративные росписи Японии XVI-XVIII веков / Н.С. Николаева. - М. : Изобразительное искусство, 1989. С. ' Накамура Кодзиро. Кёто монсё дзёэси = Киотоские художники по гербам // Нихон монсё дайдзукан = Атлас японских гербовых эмблем. 1978. № 1. - Токио: Хякунэнся. - (Дзусэпу хякка = Атласы про все на свете) С. '" Minnich Н.В. Japanese Costume and the Makers of it's Elegant Tradition / H.B. Minnich. - Tokyo : Tuttle, 1963.

C. " Т а м ж е. C. '^ Кокуси дайдзитэн = Большая историческая энциклопедия. Т. 12. - Токио : Ёсикава кобункан, 1991. С. " Хигути Киёюки. Указ. соч. С. ''' Каваками Сигэки. Указ. соч. С. '^ Kennedy А. Указ. соч. С. '^ Куланов А. Самураи: столетия на пути смерти. //Япония сегодня, 1998, № 7. С. '^ Кокуси дайдзитэн = Большая историческая энциклопедия. Т. 8. - Токио : Ёсикава кобункан, 1987. С.

769- '* Minnich Н.В. Указ. соч. С. '^ Каваками Сигэки. Указ. соч. С. ^^ Кокуси дайдзитэн = Большая историческая энциклопедия. Т. 9. - Токио : Ёсикава кобункан, 1988. С. ^' Книга самурая : Юдзан Дайдодзи. Будосёсинсю ;

Ямамото Цунэтомо. Хагакурэ ;

Юкио Мисима. Хагакурэ нюмон. - С П б. : Евразия, 1998. С. " Там же. С. ^"^ Там же. С. ^^Тамже. С. ^' Ц.О. Самураи восточной столицы. //Япония сегодня, 1998, № 5. С.24-26.

^' Хигути Киёюки. Указ. соч.С. ^^Сэнгоку Мунэхиса. Дзюнихитоэ-но ханаси = Рассказы о дзюнихитоэ. - Токио : Фудзёкай сюппанся, 2000.

С. ^'Каваками Сигэки. Указ. соч. С. ^° Kennedy А. Указ. соч. С ^' Minnich Н.В. Указ. соч. С. ^^ Китамура Фумико. Кимоно га суки ни нару хон = Книга, которая научит любить кимоно. - Токио : Оридзин.

1994. С. " Minnich Н.В. Указ. соч. С. ^^ Kennedy А. Указ. соч. С. ^' Кокуси дайдзитэн = Большая историческая энциклопедия. Т. 9. - Токио : Ёсикава кобункан, 1988. С. ^^Minnich Н.В. Указ. соч. С. ^' Каваками Сигэки. Нихон-но сисю = Японская вышивка - Киото : Кёто сёин, 1993. - (Нихон-но сомэори = Ткачество и росписи Японии. Т. 7.) С. ^^ Там же. С. ^' Ватанабэ Сосю. Нихон фукусе бидзюцуси = История эстетики японского костюма. Т. 2. - Токио :

Юсанкаку, 1973. С. "" Каваками Сигэки. Мияко-но модо: кимоно-но дзидай = Столичная мода : эпоха кимоно // Мияко-но модо:

кимоно-но дзидай = Столичная мода : эпоха кимоно : каталог выставки / сост. Мураками Акира. - Киото :

Национальный музей Киото, 1999. С. '" Minnich Н.В. Указ. соч. С. ''^ Ихара Сайкаку. Указ. соч. С. "^ Сато Тайко. Эдо-но букэ косодэ то госёдоки моё = Косодэ военного сословия периода Эдо и орнаменты госёдоки // Уцукусий кимоно = Красивое кимоно : журнал мод. - Токио : Ашет фудзингахо, 1999, Зима, № 190. С. 74.

'^ Нихон бидзюцуси = История японского искусства / сост.Цудзи Тадао. - Токио : Бидзюцу сюппанся, 1999.

С. 149.

'*' Кокуси дайдзитэн = Большая историческая энциклопедия. Т. 11. - Токио : Ёсикава кобункан, 1990. С. '^^ Кокуси дайдзитэн = Большая историческая энциклопедия. Т. 1. - Токио : Ёсикава кобункан, 1979. С. *' Кокуси дайдзитэн = Большая историческая энциклопедия. Т. 10. - Токио : Ёсикава кобункан, 1989. С. '^^ Kennedy А. Указ. соч. С. "' Minnich Н.В. Указ. соч. С. ^° Такацукаса Кумико. Фукусо бункаси = История костюма. - Токио : Асакура сётэн, 1999. С. 73- ^' Кимоно-но би = Великолепие кимоно. - Токио : Хэйбонся, 1989. - (Бэссацу Тайё = альманах Солнце.

№64). С.ЗЗ ^^ Kennedy А. Указ. соч. С. '^ Хигути Киёюки. Указ. соч. С. ^'^ Фукусоси = История костюма / сост. Аоки Норио. - Токио: Сакэи сётэн, 1998. С. " Minnich Н.В. Указ. соч. С. ^^ Кимоно-но монъё = Орнаменты кимоно / сост. Кирихата Кэн. - Токио : Коданся, 1983. - (Нихон-но би то бунка = Японская культура и эстетика. Т. 16.) С. " Minnich Н.В. Указ. соч. С. ^*Там же. С. ^' Kennedy А. Указ. соч. С. ^^ Шмелев А. Кимоно // Япония сегодня. 1998, № 1. С. 17.

^' Minnich Н.В. Указ. соч. С. " Shaver R.M. Kabuki Costume / R.M. Shaver. - Tokyo : Tuttle, 1990. C. ^^Кабуки исё = Костюм театра Кабуки : каталог выставки / сост. Окадзаки Тэцуо. - Токио : Сётику, 1998. С.

" Shaver R.M. Указ. соч. С. " Т а м же С. '^ Хигути Киёюки. Указ. соч. С. " Там же. С. *^ Shaver R.M. Указ. соч. С. *' Кабуки исё = Костюм театра Кабуки : каталог выставки / сост. Окадзаки Тэцуо. - Токио : Сётику, 1998. С.

™ Там же. С. " Kennedy А. Указ. соч. С. '^ Кокуси дайдзитэн = Большая историческая энциклопедия. Т. 9. - Токио : Ёсикава кобункан, 1988. С. '^ Мотои Тикара. Нихон хифуку бункаси = История японского костюма. - Токио : Косэйкан, 1969. С. ^^ Кокуси дайдзитэн = Большая историческая энциклопедия. Т. 13. - Токио : Ёсикава кобункан, 1992. С. " Мотои Тикара.Указ. соч.. С. "^ Minnich Н.В. Указ. соч. С. " Ватанабэ Сосю. Указ. соч. С. ^^ Такэгути Дзюнко. Указ. соч. С. ^' Рюкю фукусо но кэнюю = Одежда архипелага Рюкю. - Осака : Кансай исэйкацу кэнкюкай, 1991. С. ^^ Ясуэ Коси. Адзиакасури бункакэн-но кэйсэй то Рюкю Окинавакасури (итири)-но бункатэки кёи = Формирование азиатской технологии «касури» и ареал распространения окинавской версии «касури» // Рюкю рэтто сякайтэки бункатэки неттоваку но кэнкю = Исследования общественных и культурных взаимосвязей архипелага Рюкю. — Наха : Хосэйдайгаку Окинавабунка кэнкюдзё, 2003. С. ^' Minnich Н.В. Указ. соч. С. ^^Каваками Сигэки. Мияко-но модо: кимоно-но дзидай = Столичная мода : эпоха кимоно // Мияко-но модо:

кимоно-но дзидай = Столичная мода : эпоха кимоно : каталог выставки / сост. Мураками Акира. - Киото :

Национальный музей Киото, 1999. С. *^ Kennedy А. Указ. соч. С. ГЛАВА 4. Заключительный этап формирования янонского костюма.

4.1 Проблема влияния традиций западного костюма на одежду янонцев в эпоху Мэйдзи.

В то время как Янония продолжала поддерживать политику изоляции, действия европейцев и американцев в Азиатско-тихоокеанском регионе были довольно агрессивными. Колониальный режим был установлен практически во всех странах Южной и Юго-восточной Азии и в Китае. Ониумные войны, проходившие не так далеко от японских берегов, взволновали страну. В середине XIX в. под давлением США Янония открыла свои порты для торговли с европейцами, что означало прекраш;

ение нолитики изоляции, которая длилась больше двух столетий. Японцы были вынуждены присносабливаться к новым условиям жизни в открытом для мира обществе.

Государство пыталось влиться в мировое сообщество, перенимая культурные и технические новшества Европы.

Военные первыми решили перенять форму, которую использовали в европейской армии. Еще до открытия Японии военное правительство осознало необходимость изменений в стране, чтобы не оказаться среди колонизованных стран. В спешном порядке издавались указы о реформировании армии по европейскому образцу, об использовании огнестрельного оружия нового образца, о нересмотре в целом военной науки. По предложению Такасима Сюхан' в мае 1851 г. на окраине Эдо были проведены учения с новым оружием, в которых участвовали 129 человек, после чего состоялся смотр отрядов перед сегуном. Такасима предложил использовать вместо традиционных доспехов, которые не соответствовали требованиям новых условий ведения боя, суконный костюм, состоявший из узких брюк и мундира с узкими рукавами, и металлическую лакированную каску. Однако правительство сочло это нововведение преждевременным и ответило отказом.

' Такасима Сюхан (1798 -1866) - являлся одним из первых специалистов по артиллерии и огнестрельному оружию в японской армии. Был также известен под именем Такасима Сиродаю.

Позднее в Нагасаки была построена база японской флотилии, где для солдат организовали занятия но военному делу и проводили учения.

Военачальникам приходилось отказываться от некоторых видов костюма по причинам, о которых говорил ранее Такасима, но изменения были лишь частичными и касались они лишь пехоты.'В 1866 г. Эномото Такэаки" решил ввести на флоте европейск5то форму, для чего были закуплены швейные машины и организован пошив новой одежды^.

Эпоха Мэйдзи (1868 - 1912) стала одним из самых значимых периодов в истории Японии. Мятеж Тобафусими в 1868 г. повлек за собой государственный переворот, который привел к ликвидации военного правительства и самурайского сословия. Император вновь нолучил статус полноправного правителя и пост главнокомандуюш;

его японской армии.

Благодаря министрам и советникам была сформулирована новая политическая концепция государства: Япония должна была стать одной из передовых держав мира. Для этого надо было как можно скорее достичь культурного, политического и экономического уровня западных стран. Вестернизация постепенно охватила все сферы жизни народа. В эпоху Мэйдзи Япония была прилежным учеником европейской цивилизации: у Германии была заимствована система образования, у Франции - устройство армии, у Америки - почтовая система.

Модернизация, которую провозгласило правительство Мэйдзи, началась с реформирования армии по европейскому образцу. В ходе преобразований была заимствована и европейская военная форма. В 1870 г.

военно-морские силы Японии заимствовали форму английского образца, а сухонутные войска - форму французского легиона.

Мужчины, особенно нредставители высших сословий, первыми испытали результаты политики вестернизации. В 1870 г. Японию посетил герцог Эдинбургский, которого императорский двор встретил одетым во " Эномото Такэаки - вице-адмирал японского военно-морского флота, последний защитник сёгуната в правительстве. В 1892-1893 гг. занимал пост министра иностранных дел Японии.

фраки и накрахмаленные сорочки. В 1871 г. европейский костюм стал форменной одеждой почтовой службы и полиции. По указу императора Мэйдзи с 1872 г. все чиновники должны были носить европейский кocтюм^ Император мотивировал отказ от старого платья тем, что придворный костюм эпохи Эдо был не исконно японским, а заимствованным из Китая. Китай пребывал в упадке, поэтому использование такого костюма автоматически ставило Японию на ступень развития Китая. Император призывал не копировать бездумно все, что попадет на глаза, а использовать европейский костюм как источник информации, перенять и совершенствовать его. Этим же указом упразднялись все придворные ведомства, которые с XV в. следили за гардеробом императора.

Некоторые самураи высоких рангов не хотели отказываться от идеалов и принципов культуры, созданной военными, и продолжали следовать им. Они сохраняли традиции военного костюма, самурайской этики и эстетики. В г. самураям предписывалось срезать хвост их традиционной прически тёммагэ. Однако для военньк это было сравнимо с потерей чести. Если полиция задерживала их на улице и принудительно отрезала волосы, то некоторые даже лишали себя жизни.

Восстание в Сацума 1877 г. стало последней попыткой протеста против новых порядков и насаждаемой европейской культуры. Все участники мятежа были одеты в традиционную одежду и доспехи. Несмотря на то, что восстание жестоко подавили, Сайго Такамори стал для японцев национальным героем, который до конца остался верен национальным традициям. Носле мятежа Токио захлестнула мода на одежду, которая ассоциировалась с Сайго Такамори. Особенно популярным был орнамент сацума-касури и оливково коричневый цвет (угуису-тя), который получил название «цвет Сайго».

Многие лидеры воинского сословия сохранили свое положение и заняли руководяш,ие посты в новой военной системе Японии. Большинство же представителей самурайства стали гражданскими, но продолжали сохранять родовые традиции, в том числе и связанные с одеждой. Гербовые эмблемы, именные орнаменты и цвета, доспехи передавались по наследству и чтились потомками, как символ многовековой культуры.

В первые десятилетия Мэйдзи (1868 - 1883) правительством была объявлена политика цивилизованности и просвещения буммэй кайка. В этот период все атрибуты западной цивилизации, в том числе й одежда, были символом приобщенности к передовой цивилизации и образованности.

Предметы японского и западного гардероба смешивались, рождая порой причудливые сочетания.

После открытия Японии коммодором Пэрри в середине XIX в. японцы вплотную столкнулись с новой эстетической культурой, в которой существовала четкая нолярность мужского и женского. Японский император и придворные вынуждены были неренять западные эстетические традиции, чтобы не выглядеть, по крайней мере, странно на фоне евронейских монархов.

Император Мэйдзи как глава государства должен был во всем быть примером для своего народа. Во-первых, были отвергнуты принципы женственной красоты и утонченности, бытовавшие среди аристократии. Из имнератора решили сделать настоящего мужчину, как по внешнему виду, так и по характеру. Правитель всегда имел много жен, среди которых он обычно и находился, поэтому в 1872 г. 36 наложниц императора были уволены, и его единственной женой осталась императрица Сёкэн"^. Имнератор стал общаться с военными, нолитиками, просветителями.

В Европе существовал обычай обмена портретами между монархами.

Несмотря на то, что японский правитель считался священной особой, и на него занрещалось смотреть, в 1872 г. была сделана первая фотография императора Мэйдзи. Па ней он был занечатлен с косметикой на лице и в традиционном церемониальном костюме икан. Только в 1873 г. император подстригся и перестал белить лицо. После этого по западной традиции того времени его повседневной одеждой стал военный мундир сухонутных войск, и он пытался выработать манеры поведения, соответствующие этой одежде. В октябре г. император Мэйдзи сфотографировался вновь. В этот раз он был в парадном мундире, со шпагой. Министры пытались представить Мэйдзи как уверенного • в себе монарха, однако поза, прическа и выражение лица не соответствовали этому образу. (Рис. 91) Всю церемониальную и повседневную одежду император заказывал за границей у европейских портных. Многие современники замечали, что мундир сидел на императоре Мэйдзи мешковато. В связи с тем, что император оставался свяш;

енной особой, к нему нельзя было прикасаться, поэтому костюм шили на глазок или по меркам другого человека, похожего телосложения^. Естественно, что не все чиновники могли позволить себе шить одежду во Франции или Англии, поэтому стали появляться мастерские по пошиву костюмов по западному образпу для чиновничьего аппарата^.

Все правители вплоть до Коме в 1846 г. восходили на престол в красном одеянии комбэн, копировавшем китайский императорский костюм.

(Рис. 89-90) Однако император Мэйдзи критиковал аристократию за использование неподобаюш;

их, по его мнению, китайских форм придворного костюма, введенных при императоре Сёму. На церемонию коронации Муцухито надел халат хо золотисто-коричневого цвета {кородзэн-но хо), который считался японизированным видом императорской парадной одежды.

Это был первый шаг отхода от старых форм придворного костюма.

В 1873 г. императрица Сёкэн перестала чернить зубы и сбривать брови, но традиционное платье носила до 1888 г. В таком виде она была запечатлена на парной фотографии к портрету императора Мэйдзи. Однако это не означало, что императрица совсем не имела европейских платьев. Хроники сообп];

али, что она училась верховой езде, для чего требовалась соответствующая одежда западного покроя''.

В Японии не было такого понятия, как «императорская чета». По древним японским традициям нравитель воспринимался сам по себе, и появляться на публике с супругой было пе обязательно. В нрежние эпохи, включая Мэйдзи, жены не присутствовали на коронациях правителей. Именно поэтому император и императрица были запечатлены на отдельных снимках.

Однако в конце 1880 гг. министр иностранных дел Сандзё Санэтоми объявил, что без реформирования женского придворного костюма невозможно достичь цивилизованности страны в целом, ноэтому императрица полностью перешла на европейское платье. В 1890 г. она в европейской одежде впервые выехала в открытом экипаже вместе с мужем.

В конце 1880-х гг. встал вопрос о новой фотографии императора. К этому времени он изменился и возмужал, однако был чрезвычайно болезненным, страдая от расстройства пищеварения и диабета. Он не любил позировать для фотографий, кроме того, на ней бы сразу было видно реальное состояние императора. Тогда был приглашен итальянец Эдуардо Кьоссонэ (Edoardo Chiossone), который являлся известным художником, создававшим портреты высочайших особ в технике гравюры. Его попросили изобразить императора Мэйдзи так, чтобы на портрете он предстал идеальным мужчиной и монархом. В 1889 г. с этого портрета была сделана фотография, которую и разослали правителям других стран.

Вместе с этим в обш;

естве распространялись новые эстетические взгляды. Впервые появилось противопоставление образов мужественности и женственности, которые должны были оттенять и дополнять друг друга. Пока император воспринимался как бесполое суш;

ество, ему не нужно было присутствие супруги. Но теперь это стало совершенно необходимым, т.к. жена императора, находясь рядом, обеспечивала гармонию образа супружеской пары.

Несмотря на все усилия, которые прилагала Япония в ходе политики модернизации для улучшения положения в стране, государство все же находилось в неравном положении с другими иностранными державами.

Европейцы продолжали пользоваться правом экстерриториальности, кроме того, только они могли устанавливать пошлины на ввозимые товары. Эти два факта очень беспокоили правительство Мэйдзи, которое считало, что данные права были предоставлены державам только потому, что Япония на момент заключения неравноправных договоров являлась отсталой, нецивилизованной ^ страной. Однако государственные деятели были уверены, что если японцы покажут всему миру свою цивилизованность, то европейцы сами отменят эти привилегии и примут Японию в европейское обш;

ество в качестве равноправного члена.

Именно для этих целей в 1883 г. был построен дворец для императорских приемов Рокумэйкан, где исполняли европейскую музыку и обедали за столами по западной традиции^. Весь период с 1883 до начала 1890 X гг. историки также часто называют Рокумэйкан. Он характеризовался попытками полностью заменить янонскую традиционную одежду европейской. Кимоно, в числе других пережитков «старой» культуры, было отброшено за ненадобностью. Самыми настойчивыми проводниками новьгх идей были политики Иноуэ Каору и Ито Хиробуми. Они заставляли своих родственниц учить английский язык, носить европейское платье, есть мясо и заниматься танцами, чтобы на международньгх приемах в Рокумэйкане они могли достойно выглядеть на фоне английских и французских дам. Жены и дочери нолитиков, как истинные японские женш;

ины, беспрекословно подчинялись, несмотря на неизвестные, а потому пугаюп];

ие, перспективы этого обучения. Поэтому даже самые радикальные последователи этой политики шли на большие уступки в отношении женш;

ин, чтобы только они не отказались выполнять их указания'".

Императрица Сёкэн призвала всех женш,ин перейти на более «современный» ансамбль одежды - блузку и юбку, вместо кимоно и юбки хакама^. Тем не менее фрейлины во дворце носили ансамбль кэйко, который состоял из халата утики с имитацией многослойности и хакама длиной до пола. К этому костюму полагались европейские туфли. Таким образом, кэйко стал одним из примеров сочетания традиций и нововведений"^. (Рис. 94) С начала 1880-х гг. дамы высших сословий на светские приемы в Рокумэйкане стали носить корсет, который выявлял формы тела. Они '" Министры покупали дочерям и женам традиционную одежду из дорогих тканей, за то, что они на приемы надевали европейские платья. Такэда Сатико. Ифуку дэ ёминаосу нихонси = История Японии по-новому через историю костюма. Токио: Асахи симбунся, 1998. С. чувствовали себя очень неловко в декольтированных платьях, не зная, как себя в них вести. Императрица Сёкэн предпочитала закрытые платья, а для всех французских нарядов ей изготовили кружевные съемные воротники и рукава.

(Рис. 93) Все придворные дамы носили такие же закрытые платья, от чего пошли слухи, что большинство из них куртизанки и гейши, которые так скрывают шрамы на шее от белил. С другой стороны, зачастую так и происходило, потому что жены и дочери высокопоставленных сановников просто стыдились обш;

аться с мужчинами и развлекать их, как это было принято на Западе, и отказывались от посеп];

ения приемов. Гейши, наоборот, умели это делать очень хорошо, поэтому государство приглашало их для создания необходимой атмосферы. (Рис. 102) На первых приемах в Рокумэйкане светские дамы появлялись в традиционной придворной одежде {косодэ, хакама, китайская накидка), и даже через три года современники замечали, что среди дам только половина была в европейских платьях. В 1886 г. после того, как императрица сама надела западный наряд, все придворные дамы последовали ее примеру, в результате чего мода на новый стиль женской одежды распространилась очень быстро.

(Рис. 95) В январе 1887 г. было опубликовано ее высочайшее мнение о реформировании женской одежды. Императрица мотивировала переход к использованию западного платья тем, что в нем не было ничего противоречившего японским традициям. Европейское платье тоже состояло из верхней и нижней части, как кимоно и хакама, к тому же оно давало большую свободу движений. Также она призывала использовать ткани японского нроизводства, чтобы поддержать местную промышленность'^ В результате достигались две цели: цивилизованный внешний вид и развитие национальной экономики. Несмотря на то, что в указах первых годов Мэйдзи император называл традиционный аристократический костюм пережитком прошлого, императрица восстановила культурную значимость национального ансамбля одежды - «кимоно+оби», объявив его трансформированной формой исконно японской одежды. В результате этой политики на рубеже 1880 - 1890-х гг.

большинство женщин высших сословий надели европейские платья.

На рубеже XIX-XX вв. начался третий период, который был отмечен движением «возврата к старине». После более тщательного знакомства японских политиков и просветителей с американской и европейской культурой, с начала 1890-х гг. в обществе появились тенденции к возвращению и сохранению некоторых японских традиций как основных элементов самоидентификации и гордости. Правительство осознало перегибы политики всеобщей вестернизации. Государственные идеи о внедрении западной одежды постепенно соотносились с реальностью, в связи с чем изменились взгляды мужчин и женщин относительно того, что они носят.

Кроме того мода на японский стиль захлестнула страны Запада, поэтому женское кимоно не вызывало никаких отрицательных чувств у европейцев.

Наоборот, японский костюм и ткани стали престижной веш;

ью в Европе.

На улицах японских городов все чаще встречались женщины в кимоно, однако светские дамы продолжали носить платья S-образного силуэта с объемными рукавами по западной моде. Европейцы откровенно замечали, что эти платья не идут японкам, выявляя их непропорциональную фигуру. Кроме того, мода в Европе менялась чрезвычайно быстро, и японские дамы не поспевали за ней, из-за чего всегда выглядели старомодно'^.

Принятие первой японской конституции усилило в людях чувство национальной гордости и единства, что отчасти ускорило возвращение к национальной одежде. Правительство пыталось сплотить граждан для осуществления новой государственной политики. Для этого политические деятели по-новому трактовали традиционную культуру, придавали ей особую значимость, видя в ней средство объединения японцев. Чиновники агитировали за обращение к национальным истокам, но сами при этом продолжали носить накрахмаленные сорочки. Словосочетание «high collar»

(«высокий воротничок»), которое в японской транскрипции звучало, как «хайкара» приобрело двойной смысл. Этим словом обозначали все, что соответствовало передовой моде. Однако иногда его использовали сатирики, чтобы высмеять молодежь родовитых семейств, которые выезжали за границу на учебу, но научились там лишь правильно носить европейскую одежду.

Женп];

ины же полностью перешли на традиционный костюм и стали хранителями японской культуры"*^.

В 1894 г. был основан праздник Дзидай мацури (Праздник эпох), для которого но приказу правительства были восстановлены по историческим документам все виды японского костюма, суш;

ествовавшие с III в.'"^ Процессия шествовала по улицам города и должна была внушать чувство национальной гордости. Оно егце более возросло после победы в японо-китайской войне - 1895 гг. Кимоно стало символом силы нации. В узорах все чаш,е появлялось изображение сакуры, которая олицетворяла стойкость воинского духа, и хризантема - гербовая эмблема императорского дома - ставшая символом патриотизма. (Рис. 96-98) Очередным поводом расширения движения в поддержку национальной одежды была коронация нового императора в 1912 г., когда императрица Тэймэй надела на церемонию традиционное нлатье дзюнихитоэ'^ Вновь двор обратился к услугам школ Ямасина-рю и Такакура-рю, которые на протяжении многих веков следили за гардеробом императора. Для основных дворцовых церемоний - встреча нового года, совершеннолетие, свадьба - использовали традиционное нлатье. Император, как и прежде, надевал белые одежды для нроведения синтоиских ритуалов. (Рис. 107-110) Во всех остальных случаях представители императорской семьи носили европейский костюм. В связи с техническим прогрессом и развитием коммуникаций связи, западные модные веяния попадали в Японию нрактически сразу после возникновения, поэтому имнератор и императрица выглядели, как другие монархи мира. В период Тайсё оформились основные принцины придворного костюма, которые суп];

ествуют до сих нор. Жена императора Тайсё впервые стала принимать участие во всех важных церемониях включая коронацию и обряд поклонения нредкам. В повседневной жизни японские императоры стали соблюдать правила европейского монархического этикета.

4.2 Изменения одежды горожан.

Контакты с иностранцами, которые начались еш;

е в XVI в., хоть и вносили изменения в культуру костюма, однако именно в эпоху Мэйдзи японцы осознали национальную самобытность своей одежды, в результате чего появился термин «вафуку» - «японская одежда» и «кимоно» - «одежда»

(традиционная в противовес европейской ёфукуУ^.

В середине XIX в., когда центральное правительство только определяло для себя, как же вести дела с Западом и какой политики придерживаться, известный японский просветитель Фукудзава Юкити (1835 1901) посетил страны Европы и Америку в составе первой миссии, отправленной заграницу в 1860 г. Все члены делегации были одеты в церемониальную японскую одежду - косодэ, штаны хакама и накидку хаори, как и полагалось по этикету. Однако большинство европейцев посчитали японцев странными из-за их внешнего вида. По возврап];

ении Фукудзава Юкити написал книгу «Одежда, пиш;

а и жилиш;

е на Западе», чтобы познакомить широкие массы японцев с европейскими обычаями и традициями'^. (Рис. 101) В книге были подробно описаны все виды европейской одежды, приведены их названия и изображения. По суш;

еству, эти заметки стали первым руководством для японских портных, когда им поступили заказы на изготовление нового платья. Пошив японской одежды не требовал особых знаний и умений, поэтому специальных мастерских не было, равно как и профессиональных портных. Па рынке традиционно продавали стандартные отрезы ткани, рассчитанные на один косодэ, из которых в домашних условиях изготавливали необходимые веп];

и. Для стирки их всегда распарывали, а затем сшивали вновь, т.е. навыки шитья имели все женш;

ины без исключения. Когда появилась необходимость шить костюм совершенного нового типа, в Японии не было специалистов, которые могли бы переквалифицироваться с пошива японской на пошив европейской одежды.

Сильное стремление как можно быстрее перенять европейское платье приводило к бездумному копированию и появлению часто уродливых веш;

ей, в которых японцы выглядели достаточно комично. Европейские ткани, орнаменты, стиль кардинально отличались от японских, и их популярность была так велика, что производство традиционной одежды быстро теряло 1 Я.

престижность. Европейские орнаменты появились на поясах оби и тканях для традиционного костюма, что иногда создавало дисгармоничное впечатление.

Многие жеипщЕЫ воспринимали западные предметы одежды лишь как аксессуар в дополнение к косодэ. В этот период японки стали использовать европейские полотенца в качестве шарфов, однако, узнав об их истинном предназначении, мода на них исчезла, оставив только чувство смуш;

ени:я и неловкости в сердцах модниц. С 1880 г. стали популярными шерстяные шали, причем их носили как женп];

ины, так и мужчины в дополнение к одежде всех стилей.

Из-за дороговизны шерстяных тканей и трудностей в поисках портного полный ансамбль европейского костюма получался чрезвычайно дорогим для большинства населения. Именно поэтому многие пытались приобш;

иться к передовой культуре, используя лишь отдельные детали евронейской одежды.

Часто мужчины дополняли традиционный костюм шляпой, кожаными ботинками или зонтом. Идеи просвеп1;

ения коснулись и причесок. В 1873 г.

императорским указом было предписано стричься по европейской моде, т.к.

короткая мужская стрижка считалась прогрессивпой и более подобаюпдей цивилизованному человеку.

Европейские кринолины не получили в Японии широкого распространения среди горожан, только куртизанки и гейши иногда надевали платья с кринолинами для привлечения иностранцев. Обш;

ество отзывалось резко негативно, когда гейши рука об руку с клиентами появлялись на улицах города. Однако европейцы, наоборот, обраш;

ались с ними с присуш;

ей джентльменам галантностью. В изменившихся условиях гейши остались основными законодательницами мод. Киотоские гейши, которые тщательно соблюдали древние традиции, тоже надевали европейские платья, хотя и не так часто, как это было в Токио'^.

В 1874 г. правительство издало указ, касавшийся женской одежды. В качестве рабочей и ученической формы женщинам предписывалось носить косодэ и мужские штаны хакама^^. Европейская одежда повлияла на способы использования традиционных форм костюма. Пара «кимоно+юбка-хакама»

соотносилась с европейской парой «блуза+юбка» и широко распространилась среди студенток и работающих женщин. Девушки и женщины среднего класса активно поддерживали новый ансамбль костюма и сами создавали новые виды одежды. Так благодаря горожанкам в обиход вошла верхняя одежда амагото, нечто среднее между японской накидкой хаори и европейским пальто. Накидка хаори, которая в прежние времена была частью гардероба знатных людей, теперь стала повседневной одеждой всех сословий и несла те же функции, что и европейский пиджак или плащ.

На волне реформаторства некоторые отчаянные даже осмеливались остричь волосы, но таких были считанные единицы. Большинство представительниц прекрасного пола продолжали носить длинные волосы, которые они укладывали в прически, как у девушек из знаменитой труппы Даны Гибсон. (Рис. 99-100) Волосы аккуратно зачесывали наверх, где укладывали в простой узел-шишку. Для создания такой прически не нужны были многочисленные шиньоны, шпильки, гребни и масло, поэтому она считалась более «цивилизованной и просвещенной». Затылок получался полностью открытым, поэтому кимоно стали надевать так, чтобы воротник плотно прилегал к шее.

В эпоху Эдо все взрослые женщины чернили зубы и сбривали брови, что являлось ноказателем их социального статуса, однако после того, как императрица Сёкэн вышла в свет с нечернеными зубами, вслед за ней так ' После переезда императора из Киото в Эдо в 1868 г., столица была переименована.


сделали и другие женщины. Отмена этих традиций позволила японкам вновь почувствовать себя молодыми. В их сознании появилось чувство освобождения от строгих правил прежпих эпох^°.

На рубеже XIX - XX в. среди мужчин практичный европейский костюм для повседневной службы приобрел большую популярность. Через '20 лет после начала реформ даже в деревне все мужчины ходили с остриженными волосами и в узких брюках. В период 1880-х гг. японцы научились носить западный костюм так, как это делали европейцы, постепенно исчезало причудливое смешение японского и европейского стилей. Кимоно стало одеждой для дома и отдыха. Мужчины вели своеобразную двойную жизнь: на работе подчинялись законам западной цивилизации, дома возвращались к традициям. Большинство японцев продолжали проживать в традиционных домах с татами, а кимоно для такого дома все-таки было практичнее. Японская одежда изначально была приспособлена к жизни на полу, а европейский костюм к использованию стульев.

В конце XIX в. среди мужчин в качестве основной одежды окончательно закрепился стандартный европейский костюм, а женщины вновь обратились к национальному платью. В ходе активных попыток научить японок носить корсет возникло мнение, что он вреден для здоровья, поэтому женщины отказались от корсета очень легко и вернулись к кимоно.

Ученицы старших школ указом правительства вновь были переодеты в кимоно, такая форменная одежда сохранялась до начала 1920-х гг. Мальчики ходили в школу в форме европейского стиля, а домашней и повседневной одеждой было кимоно и хакама. На рубеже веков эту повседневную одежду чаще шили из хлопковых тканей с характерным узором в горошек. Накидки хаори, для зимы, были тоже в горошек или черные с пятью фамильными гербами.

Среди студентов появлялись свои модные тенденции. В 1899 - 1900 гг.

молодежь носила длинные завязки из белого хлопкового шнура для накидок хаори. Мода быстро прошла, и уже в 1902 г. о них никто не вспоминал, но современники писали, что завязки были настолько длинными, что их иногда завязывали на шее. После яноно-китайской войны в моду вошли удлиненные хаори, которые называли «школьными»^\ В последуюш;

ие годы студенты носили японскую одежду, чаш;

е всего штаны хакама: В каждом университете была принята форма европейского типа - китель с металлическими пуговицами, под него надевали рубашку.

Таких комплектов полагалось два - летний и зимний, однако не все могли позволить себе ее купить, поэтому в форме ходили редко. На церемонию выпуска в Токийском университете все обязательно должны были приходить в парадной форме. Однако даже там не все могли позволить себе летний комплект и надевали зимний китель. В 1907 г. на церемонию выпуска запретили приходить в хакама и кимоно. Студенты университета Кэйо носили модную дорогую одежду - хаори из шелкового крепа и бамбуковые сандалии дзори. Студенты Васэда - нотертые костюмы в горошек или старые хлопковые хаори с гербами.

Наиболее распространенной обувью среди студентов были деревянные сандалии итадзори, у которых подошву делали из деревянных планок толщиной примерно полтора-два сантиметра. Так как для дождя и снега они не годились, в ходу были также сапоги и деревянные сандалии такаасида на высоких нодставках с кожаными ремешками^^.

В начале XX в. в высших учебных заведениях ввели форменные головные уборы, как в американских университетах: круглый околыш, над ним квадратный верх с кисточкой на одном конце. Шапочки украшали вышитыми золотом эмблемами университетов. В сочетании с японской одеждой такие головные уборы выглядели довольно странно. Студенты-модники носили фетровые шляпы, но большинство предпочитали круглые студенческие фуражки. В 1904 г. отменили все головные уборы, кроме форменных квадратных фуражек, которые были гибридом между обычной фуражкой и квадратной шапочкой бакалавра. Головные уборы такой формы впервые появились в Токийском университете, где их носили еще с конца XIX в.

в конце эпохи Мэйдзи четко прослеживаются две тенденции, зародившиеся ранее: европейский костюм для работы - японский для отдыха, и европейский костюм для мужчин - японский для женщин. Женщины носили кимоно в соответствии с той схемой, которая установилась в первые годы Мзйдзи: для определенных случаев надевали особый ансамбль кимоно. Четко определялось качество тканей и орнаменты для каждого случая, (таблица 3) Женщины средних сословий в течение последних лет XIX в. унифицировали ансамбль «кимоно+оби», и он в целом приобрел стандартную форму, однако пока кимоно не превратилось в тот застывший ансамбль, которым оно является сейчас.

В последующие годы большую роль в развитии национального костюма сыграли горожанки, которые использовали сохраненные традиции и весь опыт, приобретенный за время знакомства с европейской одеждой. Постепенно менялись способы надевания кимоно и его вид в целом. (Рис. 103-106) В период Эдо (1603 - 1868) все замужние женпщны завязывали пояс бантом спереди как обозначение своего статуса, однако к концу XIX в. все японки, независимо от социального положения, стали завязывать пояс сзади. Только куртизанки и пожилые матроны продолжали следовать старой традиции.

Самое значительное отличие костюма начала XX в. от современного состояло в том, что он был более многослойным. Обычно надевали несколько слоев контрастных нижних халатов, к которым подшивали дополнительные узорчатые воротники. Повседневную и церемониальную одежду продавали сразу комплектами из двух-трех, а то и более, слоев. Верхнее косодэ и одно три нижних, сочетавшихся по цвету - именно такой комплект и называли «кимоно»^^ В течение нескольких веков женщины разбогатевших купеческих семей, куртизанки практически не выходили из дома, и одежда со шлейфом была для них совершенно привычной. В эпоху Мэйдзи они продолжали носить шлейф, который, как считалось, подчеркивал грациозность походки, поэтому он стал неотъемлемым эстетическим элементом женского костюма. Край подола подбивали ватой, чтобы со шлейфом было удобнее справляться. Ватные валики обрабатывали контрастной материей, они были еще одним напоминанием о средневековой аристократической моде на многослойные одежды. Величина ватной подбивки зависела от возраста женщины и случая, для которого предназначалось Юные девушки красовались в кимоно.

нескольких фурисодэ, каждое из которых с подбивкой до 5 см. Многие женщины скрывали свой возраст, делая ватный валик чуть больше, чем им было положено по возрасту, но не настолько, чтоб их уличили. К концу XIX в.

значимость шлейфа и подбивки подола кимоно в определении статуса женщины постепенно сошла на нет, и такую одежду надевали в основном только на свадебную церемонию.

Оставался вопрос: что же делать с лишней длиной кимоно! Ее стали собирать напуском на талии, в результате чего образовалась складка о-хасёри, которая не несла никакой функциональной нагрузки, но стала новым декоративным элементом костюма. Одежда сидела на женщине более плотно, что давало большую уверенность и свободу движений, кроме того, такой ход позволял надевать одно и то же кимоно людям разного роста.

До середины XIX в. существовало чрезвычайно много видов поясов оби и способов их завязывания, однако к началу XX в. осталось несколько стандартных способов завязывания банта. Самым распространенным и простым был бант тайко в виде плоской подушки^. (Рис. 117) Цветовой колорит верхней одежды был не слишком броским: все оттенки синего, коричневого, серого цветов. Среди орнаментов преобладала полоска и клетка, которая создавала монотонное впечатление. Нижние же слои костюма были ^ Этот вид банта придумали гейши из района Фукагава в Эдо. В столице был большой пожар, в котором сгорел один из красивейших мостов Эдо Тайко-баси. Когда мост был отстроен заново в 1817 г., гейши из Фукагава решили сходить посмотреть на него. Событие было очень радостным для всего города, поэтому они завязали банты своих поясов так, что одна сплошная полоса пояса образовывала изгиб, походивший на форму моста. Их увидел актер кабуки Асэгава Кикунодзё и стал использовать такой бант в своих представлениях, благодаря чему он получил широкое распространение среди горожанок, особенно замужних, так как был прост и удобен. С другой стороны он давал возможность показать красоту пояса, т.к. на довольно большой плоскости банта орнамент хорошо был виден. Китамура Фумико. Кимоно га суки ни нару хон = Книга, которая научит любить кимоно. Токио: Оридзин. 1994. С. ярких цветов, и даже пожилые женщины носили ярко-красные или лиловые нижние косодэ с узорчатыми воротниками и подолом.

В каждой социальной группе существовали несколько отличные друг от друга эстетические вкусы, что влияло на манеру носить одежду.

Представительницы старых торговых кварталов Эдо, окраинных районов ситамати («нижнего города») надевали кимоно не так, как жительницы центра Токио в районах яманотэ («верхнего города»), которые испытывали сильное влияние традиций самурайской знати. Например, жительницы центра города, в большинстве своем образованные женщины знатного происхождения, под кимоно надевали нижнюю белую одежду, а жительницы торговых и ремесленных окраин - цветную и на основное кимоно пришивали черный воротник. Как бы то ни было, модные тенденции последующих годов рождались именно в центральной, более консервативной части столицы. В первые годы Мэйдзи среди женщин купеческого сословия самым модным считалось желтое в клетку кимоно с атласным черным воротником, который подчеркивал белизну кожи. Однако дамы из районов яманотэ считали черный воротник элементом костюма простолюдинов, будто они придумали его, чтобы скрыть следы грима и масла на основном воротнике кимоно.

Представительницы молодой буржуазии предпочитали белые съемные воротнички. Женщины-учителя надевали под кимоно белые блузки со стойкой, украшая ее брошью так, как это делали английские гувернантки. Белый воротник нижнего кимоно появился под влиянием западной культуры и закрепился как элемент национального костюма.


Многие писатели и японские просветители, такие как Футабатэй Симэй, Пацумэ Сосэки, Фукудзава Юкити, Исибаси Тандзан и другие, достаточно подробно рассказывали о моде и костюме современников в своих произведениях. В книге «Очерки о кимоно» японский драматург Хасэгава Сигурэ писал:

Мода центральных районов отнюдь не считалась изящной, однако девушки с окраин столицы не могли не следовать ей, потому что простой белый воротник стал символом новых знаний, к которым все так стремились. Поэтому они сменили свои цветные вышитые воротнички на белые. (...) Было еще украшение для волос, которое хотела иметь каждая жительница из «ситамати» - серебряная роза с секретом. Если нажать на небо1[ьп1ую кнопку на конце стебелька, то роза ггревращалась в бутон, а если потянуть за нее, то лепестки цветка вновь раскрывались. Всякий раз, когда видишь девушку в желтом кимоно, подпоясанном легким сиреневым поясом, когда ее воротничок чисто белого цвета, а волосы уложены в изящный узел на макушке, так хочется, чтобы ее голову украшала именно эта роза.

Это был облик молодой женщины с окраины, которая, нарочито или нет, пыталась показать свое стремление к знаниям и желание вырваться из четырех стен отчего дома^^.

В начале XX в. четкие внешние различия костюма разных сословий исчезли. Магазины одежды издавали журналы мод, на обложках которых появлялись известные гейши в самых модных нарядах. Любая женщина, независимо от социального положения, теперь могла позволить себе свободно носить те вещи, которые предлагал рынок. Студентка могла надеть то же, что и знатная дама.

Различия в костюме теперь зависели только от его назначения. Все виды одежды делились на две категории по уровню официальности: рякуги домашняя одежда из простой ткани;

и рэйсо - церемониальный костюм из расписного шелка с изображениями гербов. К концу периода Мэйдзи появляется ансамбль хомонги - «платье для посещений», который получил широкое распространение благодаря универсальности. Такой ансамбль подходил для всех случаев, когда женщине необходимо было выйти из дома.

(Рис. 112) В эпоху Мэйдзи японцы осознали, что кимоно является неповторимым феноменом культуры их страны, поэтому ансамбль «кимоно+пояс-оби»

официально стал считаться национальным костюмом. Однако именно в этот период западные традиции сыграли немаловажную роль в формировании нового менталитета японцев относительно их собственного костюма. Под влиянием европейцев невесты стали надевать белоснежные кимоно на свадебную церемонию, хотя издавна предпочтительными считались яркие кимоно, отделанные золотом и серебром. В период траура японцы по европейской традиции надевали только однотонные черные одежды (Рис. 118), в то время как ранее главным условием было отсутствие орнамента на траурной одежде. Наибольшие изменения произошли в манере надевания кимоно, что и зафиксировалось в ансамбле национальной одежды: длина не стесняла движений;

плотный запа'х лифа акцентировал внимание на лице;

широкий пояс играл роль корсета и призван был придавать фигуре стройность.

Эти новые эстетические критерии активно влияли и на последуюш,ее развитие костюма.

В период Тайсё (1912 - 1925) политика модернизации постепенно сменилась движением за «улучшение жизни». Активно продолжалась популяризация национальной культуры. Наиболее видными деятелями этого движения были Номура Сёдзиро и профессор из Киото Эма Цутому^^. Он и его студенты выпускали книги и нериодические издания, посвяп];

енные традиционной одежде, организовывали выставки. Часто нроводили уроки рисования в древних храмах, где им позировали известные гейши в одеждах разных эпох. Развивалось коллекционирование, открывались торги-аукционы, в которых участвовали коллекционеры-знатоки.

Среди горожанок стал очень популярным новый ансамбль кимоно сярэги - «изяп];

ное платье», которое было ближе к парадному костюму. У женш;

ин ноявилось больше возможностей выйти из дома, где их могли видеть окружаюш;

ие в том кимоно, в котором был отражен их собственный вкус, поэтому они использовали все средства, чтобы всегда выглядеть индивидуально. Одежда такого стиля была немного ярче и разнообразнее в орнаментах, чем хомонги. В моде были орнаменты в стиле Огата Корина и классические аристократические мотивы, а также светлые богато расшитые воротники. Пояс повязывали очень высоко, так что его верхний край оказывался на линии груди. (Рис. 99) Мужчины, которые прошли службу в армии, чаш;

е надевали европейскую одежду, а женш,ины нродолжали носить кимоно. В 1918 г. в Янонии появились мужские сорочки современного типа. Все больше молодых людей в качестве церемониальной одежды использовали фраки и сюртуки.

Возникло женское движение «синих чулок». Образованные представительницы прекрасного пола носили чулки синего цвета в знак своей приверженности передовым идеям обш,ества. Большинство женш,ин оставались домохозяйками, но те, кто поступал работать на предприятия и в фирмы, носили европейское платье. Форма- западного образца была установлена для учениц и учителей школ.

Открывались магазины одежды, портновские мастерские, создавались женские клубы для обучения и воспитания необходимых качеств в женп];

инах нового обш,ества. Первое учебное заведение по обучению кройке и шитью европейской одежды было основано в 1906 г. при поддержке фирмы Зингер, которая поставила необходимое оборудование. Много подобных школ возникло в 1920-х гг.

В 1923 г. землетрясением был разрушен практически весь Токио. Город застраивали зданиями европейского стиля, что стало причиной более широкого раснространения одежды западного типа, т.к. она была лучше приспособлена для пребывания в новом интерьере. Одной из причин распространения западного платья среди женп],ин стало то, что его было гораздо прош;

е надевать, чем традиционную многослойную одежду, с другой стороны ими руководило стремление просто выглядеть модно. Костюм стилей art deco и art nouveau, зародившихся в Европе, отчасти основывался на эстетических традициях Китая и Японии. Силуэты западного платья, скрывавшие очертания фигуры, мода на плоскую грудь, - все это отвечало эстетическим принципам японцев, поэтому многие горожанки охотно носили европейские платья. Мода на европейскую одежду распространялась также благодаря кинематографу.

Женщин и мужчин, одетых по моде, называли модангару (modem girl) и моданбой (modem boy). В 1929 г. была популярна песня, в которой авторы описали внешний вид типичного «модного парня»: «В голубой сорочке и с алым галстуком на шее. В фетровой шляпе с ложбинкой и в пенсне.

ОТ Мешковатые брюки, как у матросов...». Очень модными считались мужские пиджаки в клетку и полоску. Многие мужчины носили бакенбарды, а девушки короткие стрижки. Модницы ш;

еголяли в платьях тюбикообразного силуэта с юбкой до колен и туфлях на высоких каблуках. Образ завершала короткая стрижка, которая позволяла практически не ухаживать за прической, в отличие от длинных волос, которые требовали тш;

ательной ежедневной укладки. В г. в Японии появилась перманентная завивка, которая набирала популярность вместе с распространением западного платья.

Пожар в токийском универмаге Симбаси Сирагия 1932 г. сыграл важную роль в истории японского костюма новейшего времени. Несмотря на широкое использование женш;

инами европейской одежды, многие продолжали носить кимоно, под которое надевали традиционное белье, т.е. запашную юбку. Когда в магазине начался пожар, единственным способом выхода из горяш;

его здания был пожарный шест, по которому можно было быстро спуститься на первый этаж. Однако женш;

ины, одетые в кимоно постеснялись это сделать и погибли.

После этого инцидента государство издало указ об обязательном использовании европейского белья даже с традиционным костюмом.

Повые государственные цели, связанные с военной экспансией в регионе, требовали сплочения и активизации сил всего народа. Кимоно, на которое шло слишком много ткани, было признано непозволительной роскошью. Костюм европейского стиля стал повседневной одеждой для всех слоев обп1;

ества. Традиционные формы одежды - кимоно и хакама - являлись важной частью государственной политики воспитания патриотизма, поэтому они были изменены в соответствии с требованиями времени. Рукава кимоно сделали узкими, как в европейском костюме. Хакама тоже стали более узкими и превратились в мешковатые штаны момпэ, широкие у талии и узкие у ш,иколотки. Хаки был объявлен цветом национальной обороны.

С началом японо-китайской войны в 1937 г. правительство призвало народ направить все силы на обеспечение нужд этой войны. В 1939 г. вышел указ о запрете иметь длинные волосы школьницам и делать электрозавивку всем женш;

инам. Появились ограничительные законы, продиктованные новым временем, в которых говорилось, что настояш;

ему патриоту Родины не подобает следовать моде. К концу 1930-х гг. по заказу государства были разработаны несколько типов костюма для женш;

ин и мужчин, студенческая и школьная форма. С помош,ью однотипного костюма правяп];

ие круги пытались достичь объединения нации. Создатели ансамбля обновленного платья надеялись дать традиционному костюму вторую жизнь. В результате появилась «одежда нации» - кокуминфуку, которую должны были носить все без исключения. Она была разработана в соответствии с принципами экономии и функциональности. Этот ансамбль стал символом патриотизма, хотя он бьш некрасив и практически полностью потерял национальную самобытность^^.

4.3 Технологии изготовления тканей в конце XIX начале XX вв.

Сразу после открытия страны текстильный район Нисидзин, потерял большую часть клиентов и испытывал не лучшие времена. Цены на шелк сильно возросли и часто местные ткачи не могли закупать сырье для производства, кроме того, традиционный костюм постепенно терял значимость, т.к. в стране распространялось европейское платье^^.

Введение военной формы западного образца после реставрации Мэйдзи в 1868 г. сразу же сказалось на текстильной промышленности Киото и Японии в целом. Форму шили из сукна, но в Японии шерстяные ткани делать пока не умели, поэтому их в большом количестве импортировали из-за границы, отчего местное традиционное производство несло большие убытки.

в ходе политики поддержки и развития отрасли в 1869 г.

правительство выделило ткачам Нисидзина ссуду, чтобы лучшие мастера могли поехать во Францию на стажировку для изучения европейских тканей и технологии их производства. Необходимость обеспечить армию новой формой требовала промышленного выпуска тканей, поэтому в 1876 г. на государственные деньги в Европу была отправлена еш,е одна миссия для изучения оборудования ^°. Правительство приглашало западных инженеров, которые налаживали ткацкие станки и обучали японцев работать на них.

Наряду с крупными цехами Нисидзина, которые переориентировались на промышленный выпуск тканей, продолжали работать и домашние мастерские, где сохранялись традиции ткачества парчи и узорчатых шелков но старинным образцам. Единственный ткач Китагава Хэйхати продолжал традиции ткачества и был последователем мастера Таварая, который изобрел японскую технологию производства узорчатого шелка кара-ори. Китагава приложил не мало усилий для возрождения этой технологии, которая была практически утеряна. Один из его станков был объявлен свяш;

енным и на нем мастер ткал только парчу ямато-нисики для императорской семьи и храма Исэ^^ После того как в Нисидзине установили жаккардовые станки, станок Китагава остался единственным экземпляром древнего типа, где была необходима помош;

ь еш;

е одного человека, который, сидя высоко на раме, поднимал нити для создания орнамента. Когда Китагава работал на этом станке, он считал, что отправляет священный обряд. Во время работы он ни с кем не разговаривал, постоянно совершал церемонию очип];

ения и надевал только белоснежные одежды. Нити он окрашивал растительными красителями из собственного сада, приготовленными по старинным технологиям. Орнаменты Китагава тш;

ательно копировал с древних образцов.

Спрос на костюм западного стиля повлиял на развитие экономики в целом. Большие прибыли приносила торговля шерстью и импортными шерстяными тканями. Большинству горожан они были недоступны, но после организации местного фабричного производства шерстяные ткани широко раснространились среди населения. Из них шили одежду как европейского, так и японского покроя, что стало дальнейшим стимулом развития текстильной промышленности, план преобразования которой японцы заимствовали у Англии периода технической революции.

Благодаря государственной политике поддержки Нисидзии смог занять определенную нишу в производстве тканей и удержал свои позиции на рынке. В нериод между мировыми войнами в его цехах насчитывалось около 17000 станков, и оборот текстильной промышленности на 1924 г.

составлял около 70 млн. иен. Суш;

ествовало также много небольших цехов в среднем на 20 станков. Однако действительно роскошную парчу производили только частные семейные мастерские, где сохранились старые деревянные станки. Нисидзин постепенно превраш;

ался в музей, который хранил традиции и знакомил людей с древним ткацким искусством.

В начале XX в. резервированное окрашивание стали производить машинным способом с применением трафаретов. Появились анилиновые красители, которые предоставляли художникам гораздо более широкую цветовую гамму, чем раньше, кроме того, они не выгорали и хорошо переносили стирку. Ёкогама стала одним из крупньгх центров промышленно ткачества, где не только производили ткани, но и активно продавали их за границу. На Западе японские ткани пользовались большой популярностью.

В XX в. художники вновь обратились к созданию новых орнаментов.

Теперь в их распоряжении находились многочисленные каталоги с узорами Запада и Востока. Художники, как и ткачи, осознавали, что необходимо сопротивляться активным заимствованиям иностранной культуры для сохранения своей. В Киотоской высшей технической школе давали строгие указания по всем направлениям обучения, по декорированию и ткачеству.

Студенты и преподаватели тш;

ательно собирали материал по декоративному искусству разных стран, но большее внимание, несомненно, отдавали японской традиции. Художники обычно не ностунали на постоянную работу на текстильные фабрики. Они работали в личных мастерских и регулярно организовывали выставки своих работ^^ После нервой мировой войны ткацкая промышленность достигла мирового уровня технологий и оснащенности. В межвоенный нериод развитие всех отраслей промышленности Японии, в том числе и текстильной, осуш;

ествлялось в соответствии с целями, поставленными государством.

Политика экономии привела к тому, что фабрики изготавливали дешевые ткани из натурального сырья, которые в основном шли на обеспечение нужд растущей армии. В этот период проводились активные исследования химических волокон, из которых можно было бы создавать недорогие, красивые и прочные ткани. Средства массовой информации рекламировали новую продукцию, и люди охотно ее покупали. Однако непосредственно перед второй мировой войной в продажу стала поступать одежда из некачественной материи, поэтому среди горожан росло недоверие к искусственным тканям.

Повое развитие получило домашнее ткачество, т.к. в деревнях сохранилось немало домашних ткацких станков, на которых производили плотные ткани из старой материи. Касури и полоска были основными узорами, а техники резервированного и стянутого окрашивания применяли в основном для нижней и детской ^^ " Модернизация по европейскому образцу, попытки догнать Запад в развитии были характерны для многих стран Азии. Япония не стала исключением. Пекоторыми чертами она была похожа на китаизацию японского государства в раннее средневековье. Простое копирование не привело к достижению цели - равенству со странами Запада. Пачался период переосмысления значения национальных и заимствованных традиций.

Возвращение к национальным корням в одежде дало позитивные перемены.

Традиционное кимоно силами горожан было сохранено и приспособлено к изменившимся условиям жизни. Процесс шел очень естественно, без ломки эстетических принципов, поэтому изменепный ансамбль оказался жизнеспособным, и смог возродиться после второй мировой войны.

ПРИМЕЧАНИЯ ' Хигути Киёюки. Фукусёку хэн = Атлас одежды Эдо - Токио : Юсанкаку, 1994. - (Эдо дзисё = Атлас эпохи Эдо. Т. 6.)С. ^ Там же. С. ^ Такэда Сатико. Ифуку дэ ёминаосу нихонси = История Японии по-новому через историю костюма. Токио : Асахи симбунся, 1998. С. ''Тамже, С. ^ Там же. С. ^ Dalby L. Kimono : Fashioning Culture / Liza Dalby. - Berkshire : Vintage, 2001. С ^ Кагаякасики Мэйдзи-но би = Сверкающая красота Мэйдзи : каталог выставки по случаю 80-летия храма Мэйдзи дзингу / сост. Окабэ Сёко. - Токио : Санкэй синбунся, 2000. С. * Там же. С. ' Там же. С. '° Сэнгоку Мунэхиса. Дзюнихитоэ-но ханаси = Рассказы о дзюнихитоэ. - Токио : Фудзёкай сюппанся, 2000.

С. " Dalby L. Указ. соч. С. '^ Кагаякасики Мэйдзи-но би = Сверкающая красота Мэйдзи : каталог выставки по случаю 80-летия храма Мэйдзи дзингу / сост. Окабэ Сёко. - Токио : Санкэй синбунся, 2000. С. " Dalby L. Указ. соч. С. '" Кокуси дайдзитэн = Больщая историческая энциклопедия. Т. 6. - Токио : Ёсикава кобункан, 1985. С. '^ Minnich Н.В. Japanese Costume and the Makers of it's Elegant Tradition / H/B/ Miimich. - Tokyo : Tuttle, 1963.

С '^ Dalby L. Указ. соч. С. '^ Там же. С. '^ Такэда Сатико. Указ. соч. С. '^DalbyL.yKa3. соч.С. '^° Такэда Сатико. Указ. соч. С. ^' Исибаси Тандзан. Воспоминания премьер-министра Япошш / Тандзан Исибаси;

пер. с яп. Кручины Е.Н. М. : Макс Пресс, 2003. С. ^^ Там же. С. " Dalby L. Указ. соч. С. ^^ Там же. С. ^' Хасэгава Сигурэ. Дзуйхицу кимоно = Очерки о кимоно. - Токио : Кангёно нихонся, 1936. С. ^^ Dalby L. Указ. соч. С. ^' Фукусоси = История костюма / сост. Аоки Норио. - Токио : Сакэи сётэн, 1998. С. ^* Иноуэ Масахито. Ёфуку то нихондзин = Европейская одежда и японцы. - Токио : Косайдо, 2001. С. ^'Тамже. С. '" Minnich Н.В. Указ. соч. С. ^'Тамже. С. ^^ Фукай Акико. Дзяпанидзуму ин фассён = Японский стиль в истории моды. - Токио : Бондзинся, 1994. С.

81.

" Minnich Н.В. Указ. соч. С. ^'^ Такацукаса Кумико. Фукусо бункаси = История костюма. - Токио : Асакура сётэн, 1999. С. ЗАКЛЮЧЕНИЕ В истории японского костюма происходили как общие процессы, характерные для других культур, так и частные, специфические. Особое отношение государства к одежде и связанная с этим законодательная деятельность, формирование эстетических взглядов и появление моды находят аналогии в других культурах. Однако в Японии эти процессы проходили со своими особенностями.

Костюм является отражением эпохи. Каждая политическая и социальная ситуация в Японии влияла в том числе и на внешний вид одежды людей. Правительство, пытавшееся сохранить свое положение, и сильные слои обш;

ества, пытавшиеся получить власть и привилегии, вносили изменения не только в политическое устройство государства, но и в бытовую сферу жизни. Например, тенденция возврата к национальным культурным корням и необходимость клана Фудзивара в эпоху Хэйан получить влияние при императоре через матримональные связи привела к появлению многослойного костюма, который был построен на традиционных основах кроя и эстетики. Войны XV в. между военными кланами требовали наглядности военного костюма, в результате появилась одежда с очень крупными гербовыми изображениями. По мере того, как устанавливался мир в стране, размеры гербовых эмблем уменьшались.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.