авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 13 |

«Е. И. ОВСЯНКИН НА ИЗЛОМЕ ИСТОРИИ События на Севере в 1917-1920 гг. Мифы и реальность Архангельск, 2007 В книге почётного доктора Поморского ...»

-- [ Страница 8 ] --

считаться с этой Жизнь показала несостоятельность правовых притязаний на власть новых деятелей. Многие общественные деятели не придавали никакого значения Учре дительному собранию. Организатор антисоветского переворота в Архангельске Чаплин в своих мемуарах заметил, что на первом же заседании Верховного управления он отверг «авторитетность звания члена «учредилки», созданной «в период смуты под явным давлением большевиков» и что с несуществующей кон ституцией он считаться не намерен 26. Словом, на управление областью претендо вала никем не признанная самозванная власть.

И все же представители левой ориентации на первых порах пришли к управ лению Северной областью. Как же это случилось?

Во-первых, этот блок объединяла идея вооруженного вторжения в Рос сию интервентов. При их помощи он намеревался ликвидировать советскую власть и ненавистный им большевизм. Бывший лидер Временного правительства А.Ф. Керенский даже гордился тем, что именно среди левых сил зародились пла ны этой акции. В письме Н. Чайковскому из Парижа, отправленном в сентябре 1918 года, он утверждал: «Совершенно правильно, что русская инициатива интер венции принадлежит либеральному демократическому блоку» 27.

Керенский знал, о чем писал. В мае 1918 года VIII Совет партии эсеров, оп ределяя курс политики и тактики партии, указал в своих решениях, что «допуска ется вступление союзных войск на русскую территорию». Это решение было сродни заявлению Всероссийского партийного совещания меньшевиков, состо явшегося в Москве в конце мая 1918 года. Меньшевики также поддержали курс на вмешательство в русские дела иноземных сил. Подобные постановления руково дящих органов меньшевиков и эсеров приветствовало большинство ЦК кадетской партии. Член ЦК этой партии Астров, выступая на упомянутом совещании мень шевиков, предложил обратиться к союзникам за помощью в борьбе против Со ветской Республики 28.

С таким подходом к использованию иноземных войск солидаризировались антисоветские силы на местах. В одной из передовых статей Архангельской пра вой газеты «Русский Север» читаем: «Ликвидация большевизма началась с окра ин. Это обстоятельство объясняется, видимо, тем, что только на окраинах могла быть оказана помощь со стороны союзников. Возникшая в Москве в начале года организация «Союз возрождения России» была своевременно осведомлена о планах союзников» 29.

Не менее откровенно о целях своей высадки на Севере заявляли и представи тели союзников. В одной из бесед с русскими офицерами и чиновниками в Архан гельске генерал Айронсайд разъяснял: «Причина высадки десанта — дать опору местному правительству в борьбе с большевизмом в России». Цель союзников, отметил он далее, “ввести порядок в России, которая, в большей своей части, на Цит. по: Голдин В.И., Журавлев П.С., Соколова Ф. Русский Север в историческом пространстве рос сийской гражданской войны. Архангельск: Изд-во “Солти”. 2005. С.84.

Белый Север.. Вып. 1. С. 65.

ГАРФ. Ф. 5805. Оп. 1. Д. 531. Л. 8.

См. Непролетарские партии России. Урок истории. М.: Мысль. 1964. С.302, 305.

Русский Север. 1919. 4 июня.

ходится еще в руках бандитов и разбойников, преступная деятельность которых довела страну до голода и почти до гибели” 30.

Во-вторых, в заговоре против советской власти в Архангельске объедини лись разнообразные силы. Среди них – промонархистски настроенное офицерст во, один из представителей которого, капитан второго ранга Чаплин получил по сле переворота назначение на пост главнокомандующего вооруженными силами Северной области.

В этот союз входили кадеты, представителем которых был Н.А. Старцев. Ча плин тепло отзывался о лидере архангельских кадетов как «человеке исключи тельного ума и энергии». «Н.А. Старцеву, – заметил он, – я во многом обязан ус пехом и в течение полуторагодичного моего пребывания в области меня связыва ло с ним чувство глубокого уважения и дружбы» 31.

Кадеты играли важную роль в составе архангельской правящей элиты. Весь период существования Временного правительства области ключевые посты за нимали Зубов и Старцев.

И, наконец, в блок антисоветских сил вошли социалисты – правые эсеры, занявшие почти все посты заведующих отделами в первом составе ВУСО. Можно сразу отметить, что объединение разнородных сил было непрочным. Опыт пока зал, что этот блок подвергался непрерывным внутренним раздорам и сопровож дался даже военным переворотом.

*** Начальные шаги деятельности Верховного упралени. В огне граждан ской войны возник чисто человеческий протест против кровавой бойни. Средние слои города и деревни, выразителями интересов которых были умеренные социа листические партии меньшевиков и эсеров, выступили против «белой» и «крас ной» диктатуры. Они намеревались вести одновременно борьбу на два фронта: и против большевиков, и против «буржуазно-помещичьей орды». Как уже отмеча лось выше, во имя осуществления «третьего пути» обещали вести политику эсе ровские правительства, сформировавшиеся в 1918 г. в Сибири, на Дальнем Восто ке, в Поволжье и на Севере.

Депутаты эсеровского большинства Учредительного собрания считали его «хозяином земли русской», а после его роспуска ЦК эсеров начал переброску де путатов в Сибирь, Поволжье и другие регионы для организации власти. Так груп па упомянутых выше депутатов оказалась и в Архангельске.

В первом обращении Верховного управления Северной области "К гражда нам Архангельска и Архангельской губернии" говорилось: “Настоящим объявля ется во всеобщее сведение, что отныне носителями Верховной государственной власти в Северном крае является Верховное Управление Северной Области в со ставе: членов Учредительного Собрания, а также представителей земств и городов этой области. Считая себя учреждением временным, Верховное Управление пол ностью и немедленно сложит свои полномочия, как только в России образуется демократическая общегосударственная Верховная Власть и как только установит ся возможность беспрепятственных сношений с нею”.

В этом документе объявлялась программа деятельности ВУСО. Своими це лями Верховное управление определяло: организацию местного управления в Се ГААО. Отдел ДСПИ. 8660. Оп. 3 Д 901. Л. 62;

Вестник ВУСО. 1919. 16 нояб.

Чаплин Г.Е. Указ соч. С. 51.

верной области и "воссоздание... единой всероссийской государственной власти";

оборону Северной области и всей страны от посягательств на ее территорию со стороны Германии, Финляндии и других неприятельских стран;

воссоединение с Россией отторгнутых от нее областей;

"восстановление попранных свобод и орга нов истинного народовластия: Учредительного собрания, земств и городских дум";

установление прочного правопорядка;

"действительное обеспечение прав трудящихся на землю";

охрану интересов труда "в согласии с экономическими и политическими интересами как Северного края, так и всей России";

"устранение голода среди населения".

Таковы были программные заявления новых правителей. Один из первых ис следователей деятельности Верховного управления И. Минц, оценивая его про грамму, не без иронии заметил: “Нельзя сказать, чтобы … она… отличалась осо бой членораздельностью. Под ее туманной и расплывчатой формой могло бы под писаться любое правительство всех времен и народов” 32.

Таким же образом оценивают этот документ и современные историки. Эта «программа, Ї отметила Л.Г. Новикова, Ї ограничивалась заявлениями о необхо димости свержения большевизма и абстрактным лозунгом борьбы за "свободную великую единую Россию", в то время как основные политические вопросы отда вались на усмотрение будущей всероссийской власти» 33.

Чем же ознаменовало свое правление в Архангельске эсеро-кадетское Вер ховное управление?

Среди других выделим три направления работы правительства Чайковского.

Первой проблемой была реконструкция власти в областном центре и на местах.

Много внимания потребовала вторая неотложная задача – формирование собст венных вооруженных сил. Особый блок составлял комплекс экономических про блем. В той или иной мере все эти направления своей деятельности, наряду с ря дом других, ВУСО определило в своих первых документах, о которых говорилось выше.

*** Реконструкция органов власти. Организация органов управления, а также распределение постов были продуманы заранее. Председателем правительства стал народный социалист Чайковский, занявший также должность управляющего отделом иностранных дел. Остальные отделы возглавили: С.С. Маслов – воен ный, А.И. Гуковский – юстиции, П.Ю. Зубов – внутренних дел, почт и телеграфов, Г.А. Мартюшин – финансов, Я.Т. Дедусенко – продовольствия, промышленности и торговли, М.А. Лихач – труда.

Центральной целью реорганизации местных органов власти была борьба правительства с Советами. Как гласило одно из первых постановлений ВУСО, «все органы советской правительственной власти: губернские, уездные и волост ные Советы (совдепы) с их исполнительными комитетами (исполкомами), комис сарами и т.д. упраздняются». Более того, постановление провозгласило: “члены губернских и уездных исполнительных комитетов РСиКД и их комиссары аре стуются, а также арестуются и те члены волостных комитетов и комиссары, арест Минц И. Английская интервенция и северная контрреволюция.. М.-Л. Госиздат. 1931. С. 67.

Новикова Л.Г Власть и общество на антибольшевистском Севере (1918-1920 гг.). Автореф. дисс… канд. ист. наук. М. 2004.

коих будет признан необходимым местной властью” 34. ВУСО объявило также о восстановлении «во всех губерниях, уездах и волостях Северной области» город ских и земских самоуправлений «в прежнем составе», т.е. избранных в 1917 году.

Правительственный комиссар Старцев, реализуя в жизнь постановления ВУСО, создал или восстановил временные губернские и уездные органы власти. августа он сформировал губернский правительственный комитет, включив в него А.П. Постникова, И.Ф. Едемского и Е.Е. Карасова. В последующие дни началось выстраивание губернской вертикали власти. Быстро были утверждены уездные правительственные комиссары: И. Загребин Ї в Архангельском, Д. Рогачев Ї в Пи нежском, М. Орлов Ї в Мезенском, В. Величкин Ї в Онежском и А. Исупов Ї в Шенкурском уезде 36.

Постановление ВУСО вменяло в обязанность каждому комиссару: «1) общее наблюдение за точным и быстрым приведением в исполнение постановлений Верховного управления на местах;

2) созыв восстанавливаемых и вновь учреж даемых органов управления;

3) наблюдение за законностью действий органов ме стного самоуправления;

4) назначение временных заместителей должностных лиц впредь до избрания или возвращения последних к исполнению своих обязанно стей» 37. Ввиду чрезвычайной обстановки в подчинение правительственного ко миссара уезда передавались органы милиции.

В ряду лиц, упомянутых выше, видное место занимали кадеты, соратники Старцева. Отметим среди них бывших депутатов Государственных дум Н. Мефо диева и А. Исупова. 3 августа Н. Старцев восстановил Архангельскую городскую управу в составе О.И. Антушевича, М.Ф. Макарова, К.Г. Кузовлева и Н.В. Мефо диева;

Н.И. Патрушева утвердил начальником милиции.

7 августа решением правительственного комитета была восстановлена вре менная губернская земская управа. В ее состав вошли М.М. Федоров, П.Н. Пле шанов и Ф.Н. Ильин. Члены управы получили предписание «немедленно вступить в должность» 38. В уездах начали возрождать земство. Для этой цели создавались временные земские управы, перед которыми ставилась задача немедленно созвать гласных прежних уездных земских собраний.

Сразу после переворота новая власть стала создавать и судебные органы. В постановлении от 3 августа Верховное управление Северной области объявило «О сформировании следственных комиссий» при Архангельском губернском прави тельственном комитете в губернском, уездных городах “для предварительного рассмотрения дел об арестованных“.

15 августа 1918 г. была учреждена Особая временная следственная комиссия в городе Архангельске при управляющем отделом юстиции ВУСО «для расследо вания злоупотреблений и противозаконных действий агентов советской власти».

Предыдущие органы упразднялись с передачей дел Особой комиссии, а в уездах Ї временным уездным следственным комиссиям.

Сразу после сформирования комиссии приступили к рассмотрению основа СУР ВУСО и ВПСО. Ст. 2.

СУР ВУСО и ВПСО. Ст. 2,5.

ГАРФ. Ф. 3811. Оп. 1. Д. 1. Л. 1, 8.

СУР ВУСО И ВПСО. № 1. Ст. 3.

ГАРФ. Ф. 3811. Оп. 1. Д. 25. Л. 1,3,8.

ний задержания всех арестованных в связи со свержением советской власти. В их обязанность входило: “…принять все меры к сбору полных сведений в порядке дознания о противозаконных действиях агентов советской власти и их соучастни ков”. Они имели право опрашивать нужных ей лиц, давать поручения городской и уездной милиции, должностным лицам всех учреждений и получать все необхо димые сведения. Члены комиссий получили право "единолично подписывать ор дера о заключении под стражу".

В этом же постановлении ВУСО предупреждало о том, что “все граждане, имеющие сведения о совершившемся или готовящемся преступлении, обязаны довести об этом до сведения подлежащих властей“.

Следственные комиссии появились в Мезенском, Онежском, Пинежском, Холмогорском и Шенкурском уездах, а в Архангельске возникла особая времен ная следственная комиссия 39.

Основными врагами новой власти комиссии считали большевиков, сторон ников советской власти. По признанию очевидцев, А. Постников, один членов Особой следственной комиссии, говорил обвиняемому: “Я отлично знаю, что ты был большевик, а потому сознайся и скажи правду, будешь оправдан, но если бу дешь отпираться – прикажу застрелить, как собаку” 40.

К руководству тюрьмами, милицией, следственными органами были воз вращены старые специалисты, занимавшие эти должности до октября 1917 года.

Так, приказом Н. Старцева бывший начальник губернской тюрьмы В.П. Гумберт занял старую должность “с сохранением за ним права на получение содержания за все время вынужденного отсутствия”. А затем он был повышен в должности и утвержден заведующим тюремным отделом при правительственном комитете.

Должность начальника тюрьмы занял И.Г. Брагин 41.

Таким образом, все эти и другие меры по установлению новой власти в обла стном центре и на местах были пронизаны неприязнью к органам советской вла сти и ее активистам.

*** Необходимое отступление. Антисоветское выступление в Архангельске, вторжение в губернский центр иноземных сил произошло в тот момент, когда V Всероссийский съезд Советов 10 июля 1918 года принял первую в истории России конституцию. Конституция РСФСР ввела новые институты власти – систему Со ветов, провозгласила республиканскую форму правления, федеративное государ ственное устройство, порядок формирования представительных органов власти через избирательную систему и т.д.

Несмотря на существенные недостатки этого документа, он имел все призна ки основного закона страны и был утвержден избранниками народа. Это позволя ет сделать некоторые выводы.

Во-первых, в документах Верховного управления Советская республика и Совнарком РСФСР назывались “преступным сообществом”. Между тем все орга ны советской власти, сформированные на основе нового закона, имели легитим ный характер. И наоборот, Верховное управление являлось самозванным прави СУР ВУСО и ВПСО. Постановления от 3, 15 августа и 4 сентября 1918 г. Ст. 11, 33, ГААО. Ф.1317, Оп.1. Д.75. Л.40-41.

ГААО. Отдел ДСПИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 35. Л. 9.

ГАРФ. Ф. 3811. Оп. 1. Д. 1. Л.4.

тельством. Даже царское посольство России во Франции объявило в 1918 году это правительство “незаконным” 42. А ближайший сподвижник Чайковского спустя месяц после антисоветского переворота охарактеризовал Верховное управление как правительство “…никем не избранное, никому в Северной области не извест ное” 43.

Точно таким же образом самозванное правительство в Сибири произвело морского министра А.В. Колчака в адмиралы и присвоило ему 18 ноября 1918 го да наименование Верховного Правителя, передав в его руки осуществление Вер ховной государственной власти. Разумеется, в обстановке, когда власть захваты валась при помощи вооруженной силы, когда производились верхушечные пере вороты, не приходится говорить о легитимности подобной власти. Газета “Возро ждение Севера” в одном из номеров резонно писала в те дни: “…теперь всякий проходимец пытается захватить власть путем обещания доставить голодному на роду хлеб”. Она ругала офицеров, которые “позволили себе в пьяном виде сверг нуть Директорию”.

Понятно, что органы советской власти имели перед подобными властителя ми явное превосходство.

Во-вторых, ясно (и это было признано большинством современников самых разных убеждений): без вооруженной поддержки войсками союзных России стран Верховное управление не сумело бы захватить власть на Севере.

В письме эсерам юга России один из видных руководителей этой партии Н.

Авксентьев признавал: “…переворот подготовили некоторые из союзников, кото рые имели в Сибири “переворотчика” Нокса, как в Архангельске они имели “пере воротчика” Пуля…” Говоря о причинах, которые мешают успешной пропаганди стской деятельности умеренных социалистов за рубежом, Авксентьев называл среди других “агитацию русских правых элементов» (к ним он причислял и «со вершенно сбившегося с толку Чайковского»). Правые кричат, что эсеры «не рус ские патриоты», ибо «зовут вмешаться во внутренние дела»: «Конечно, это от вратительная ложь и лицемерие, ибо все они сами только и делают, что просят об этом вмешательстве… только не в пользу демократии. В самом деле, просьба по могать антибольшевикам оружием, даже блокировать большевиков, разве это не вмешательство во внутренние дела?» 44. Ясно, что антисоветские силы явились главными виновниками разжигания гражданской войны в Архангельском крае.

В-третьих, Верховное управление, опираясь на штыки иноземных войск, вы ступило силой антипатриотичной, враждебной населению Архангельского Севе ра. С помощью иностранных вооруженных сил оно беспощадно уничтожало за щитников законной советской власти, профсоюзных и советских активистов, в особенности большевиков, и за малейшее неповиновение расстреливало бело гвардейских солдат. Закономерным ответом на эти действия, как будет показано нами, явились восстания в белой армии, переход отдельных рот, батальонов и полков на сторону Красной армии, что обернулось, в конце концов, полным кра хом белого движения на Севере.

Это хорошо понимали грамотные иностранные офицеры. Британский под полковник Д. Шервуд писал в редакцию газеты “Daily Herald”: “Я пришел к убеж Заброшенные в небытие…С. 450.

Белый север… Вып. 1. С. 346.

Письмо эсера Н. Авксентьева к эсерам Юга России //Пролетарская революция. 1921. № 1. С.118-121.

дению, что игрушечное правительство, посаженное нами в Архангельске, не поль зуется ни доверием, ни симпатией со стороны населения и без поддержки англий ских штыков не могло бы просуществовать и часа” 45.

В-четвертых, иностранные войска вступили на северную землю под флагом “невмешательства” во внутренние дела России. Это пространно объясняли заяв ления ВУСО и иноземных генералов. Опубликовав свою программу, Верховное управление заявляло, что выполнение своих задач оно полагало при опоре "на все слои населения" и при помощи "союзных с Россией правительств и народов Анг лии, Америки, Франции и других" 46.

К "русскому народу" с заявлением обратились от имени британского прави тельства и вступившие в Архангельск интервенты. Они пытались убедить населе ние в том, что они пришли в Россию не для того, чтобы захватить хотя бы одну пядь русской земли, "а для того, чтобы помочь противодействовать Германии".

Оккупанты обещали "принести экономическую помощь... разоренной и страдаю щей стране... помочь развитию промышленности и естественных богатств" и за веряли, что не намерены эксплуатировать эти богатства в свою пользу 47.

Таким же образом объявило о целях своего вторжения на Север России пра вительство США: «Единственной целью американских войск будет охрана воен ных запасов, которые могут понадобиться русским силам, и оказание такой по мощи в организации самозащиты, какая будет принята самими русскими... Глав ной и единственной целью является оказание такой помощи, какая будет принята самим русским народом в его усилиях воссоздать власть над его собственными делами на его собственной территории» 48.

Подобное заявление не было убедительным даже для международной обще ственности. Газета «Манчестер Гардиан» в передовой статье от 5 августа «Втор жение в Россию», проанализировав декларацию США, писала: «Было бы смешно заявлять, что мы не будем вмешиваться во внутренние дела России. Всеми наши ми действиями мы вмешиваемся в них, и весьма возможно, что в силу самих со бытий наше вмешательство будет идти все глубже и глубже… Мы совершаем вещь, бессмысленную с политической точки зрения» 49. Попутно заметим, что “охрана военных запасов”, о которой говорилось в заявлении американцев как “единственной цели” их войск, уже не требовалась. Главная часть этих запасов была вывезена в глубь России.

Примерно так же оценивала эту проблему французская газета “Эко де Пари”.

В номере от 9 сентября 1918 года читаем: “Союзники заявили о своем твердом на мерении не вмешиваться во внутренне дела России. Абсурдное заявление. Мы идем в Россию, чтобы сломить власть большевиков. Хотят они этого или нет, но это означает вмешательство во внутренние дела России. Утверждать обратное – значит хотеть перейти море посуху” 50.

Заброшенные в в небытие… С.457.

СУР ВУСО и ВПСО. С. 6-7.

Интервенция на Севере в документах. С. 7.

Левидов М. К истории союзной интервенции в России. Т. 1. Дипломатическая подготовка.

Л., 1925. С. 177-178.

Там же. С. 179-180.

Газета “III Интернационал”. 1918. 20 октября.

Газета оказалась права в предвидении развития событий. Сразу же после вы садки в Архангельске американских войск генерал Пуль бросил их в бой против отрядов Советской республики 51. А затем иностранные войска и их командование втягивались буквально во все проявления здесь политической, военной и эконо мической жизни. С их одобрения и при их прямой помощи подавлялись выступ ления солдат белой армии против посылки их на фронт, производились аресты всех инакомыслящих, расстрелы сторонников советской власти, создавались кон центрационный лагерь на Мудьюге и каторжная тюрьма на пустынной Иоканьге.

“Несмотря на ряд заявлений всего дипломатического корпуса о невмеша тельстве во внутренние дела области, – отметил в своих воспоминаниях генерал Марушевский, – фактически вся политика области была в тисках иностранного представительства, при явном перевесе даже в мелочах английского влияния” 52.

В свете приведенных выше документов совершенно неуместными и даже наивными выглядят попытки представить вторжение иностранных войск на Севе ре России, как некое “приглашение” их ими же посаженного марионеточного пра вительства.

Этот сюжет заслуживает более пристального внимания. В обращениях ВУСО уверяло народ, что иностранцы пришли «по приглашению» и что они не помышляют о вмешательстве во внутренние дела России.

Британский консул в Архангельске Дуглас Янг, говоря о факте “приглаше ния” союзных войск, писал: “После того как большевики покинули Архангельск, был разыгран спектакль «приглашения» союзников вступить в город. Приглаше ние было послано от каждого из соперничающих претендентов на власть: одно — от Н. Чайковского, «народного социалиста», другое — от банды офицеров из пре словутой «дикой дивизии», которая сразу же после ухода большевиков быстро за хватила сейф военного штаба и начала делить между собой несколько миллионов рублей” 53..

Откровенное признание факта национальной измены дорого обойдется белой власти. Это обстоятельство умело использовала большевистская пропаганда. Она подняла на знамена святую для каждого русского воина идею национальной неза висимости родины, неустанно напоминая народу, что руководство белой армии Севера, предав интересы Отечества, действовало против собственных рабочих и крестьян вместе с иноземцами: англичанами, американцами и французами.

Спустя три надели после вторжения интервентов в нескольких номерах под ряд крупным шрифтом на первых полосах белогвардейские газеты опубликовали правительственное сообщение «Всем, Всем, Всем». В нем можно обнаружить бо лее или менее вразумительную попытку обосновать «законность» высадки ино странного десанта. Обращение утверждало, что союзники «были приглашены вы садиться здесь законным революционным правительством при полном и едино душном согласии местного населения» 54.

Необходимость этого «объяснения» с народом следует рассматривать как противодействие мощному наступлению большевистской пропаганды, в частно См. М. Левидов. К истории союзной интервенции в России. Лю, 1925. С. 115.

Белый Север. Вып. 1. С. 339.

Ротштейн Э. Указ. соч. С. 113.

Вестник ВУСО. 1918. 21—30 августа.

сти, как попытку дать ответ на воззвания Советского правительства, в которых ра зоблачались причины иностранного вторжения на Север.

Однако большевистские доводы были сильнее и убедительнее. Они сыграли, в конце концов, немаловажную роль в разложении белогвардейской и союзниче ской армий на Севере, привлечении народа на сторону советской власти, способ ствовали притоку старого офицерства в Красную армию.

На деле решение о захвате Мурманска и Архангельска было принято Меж союзническим Военно-морским советом еще 23 марта 1918 года. А 3 июня Союз ный Верховный военный совет утвердил план этой акции, указав на необходи мость отправить в эти города до 6 батальонов британских, французских, амери канских или итальянских войск 55. Приглашение войск союзников имело место, но это было жалким фарсом, призванным обмануть народ Севера, который этот шаг ВУСО серьезно не воспринимал.

Что касается помощи союзных стран Северной области продовольствием, их участия в формировании и оснащении белой армии, то все это делалось в недоста точной мере и за деньги, о выплате которых непрестанно напоминали английские власти.

Последующий опыт XX века показал, что подобное вмешательство воору женных сил того или иного государства в дела других стран, будь то вмешатель ство СССР в дела Венгрии, Чехословакии и Афганистана “по приглашению” или США – в жизнь Вьетнама и Ирака как средство навести некий демократический “порядок”, приводило к далеко идущим последствиям. Итогом подобных акций было отравление на долгие годы сознания оккупированных народов духом непри язни по отношению к оккупантам. Таким, на наш взгляд, остался в истории Ар хангельского Севера и опыт вмешательства в его дела соединенных иноземных войск. Недаром самые опытные и осведомленные деятели Севера того времени (Марушевский, Добровольский и др.) называли этот опыт выразительным словом “оккупация”. Они имели в виду участие иностранного военного командования в карательных мероприятиях, направленных против народа, снисходительное отно шение к местным властям, полное презрение его к русским обычаям и порядкам, отсутствие каких-либо знаний о Северном крае и его людях.

*** Первые шаги рабочей политики. На первых порах Верховное управление добивалось, прежде всего, признания его рабочим классом.

6 августа ВУСО на своем заседании утвердило текст обращения "К рабо чим". В этом документе, подписанном управляющим отделом труда М. Лихачом, говорилось, что Верховное управление "не посягает и не посягнет на независи мость и свободу классовых пролетарских организаций", выражалась уверенность в том, что рабочий класс даст этому управлению поддержку и силу, "без которых невозможна его плодотворная работа” 56.

Сразу же после рождения ВУСО состоялась пятая конференция архангель ских эсеров. После доклада их лидера М.Н. Мартынова делегаты заявили о том, что они считают «…необходимостью приступить к организационной работе среди демократических слоев населения с целью сплочения демократии города и дерев Заброшенные в в небытие… С. 444-445.

Там же. Ф. 3811. Оп. 1. Д. 1. Л. 20.

ни вокруг ВУСО». Конференция высказалась за развертывание пропаганды по вступлению населения в ряды народной армии 57.

Чтобы привлечь рабочий класс к сотрудничеству с Верховным управлением, отдел труда приглашал представителей совета профессиональных союзов на свои официальные заседания, различные совещания, включал их во всевозможные ко миссии, запрашивал мнение совета о "выработке срочных мер по поднятию про изводительности труда" и т.д.

От эсеров не отставали архангельские меньшевики, формально не вошедшие в состав Временного управления. “Пролетариат должен всемерно поддержать Верховное управление Северной области. Поддержка же эта не должна выра жаться лишь в резолюциях, а должна быть действительной. Пролетариат должен идти в добровольную народную армию, ибо армия – это та сила, на которую опи рается всякое правительство” 58,— призывала рабочих меньшевистская газета “Северный луч”.

Однако рабочий класс города игнорировал новую власть или, в лучшем случае, отнесся к ней нейтрально. Это проявилось в том, что, несмотря на призы вы руководителей самопрозглашенной Северной области встретить союзные вой ска, архангельские рабочие не приняли участия в этой акции.

Состав встречавшей публики “был очень разнообразным, но преобладала ин теллигенция и буржуазная публика”, — заметил очевидец этого события 59. Один из служащих американского посольства докладывал в госдепартамент о том, что толпа, приветствовавшая иностранные войска, состояла лишь из буржуазии. "Ра бочий класс, Ї отмечал он, Ї явно отсутствовал... Когда офицеры союзных войск проходили по улицам по направлению к правительственному зданию, отсутствие рабочих было еще заметней" 60. "В рабочих кварталах царила мертвая тишина", Ї так характеризовал настроения основной массы населения профсоюзный вестник "Рабочий Севера" 61.

Чуть позже газета меньшевиков "Северный луч" признала, что "отношение рабочего класса к происшедшему выжидательно-неопределенное, настроение же... растерянное. Мы думаем, это объясняется тем, Ї и мы должны это откровенно сказать, Ї что благодаря особым условиям здесь на Севере... большевизм не был рабочей массой изжит" 62.

Классовая интуиция рабочих была безошибочной. Даже профсоюзные лиде ры из числа "правительственной" партии эсеров чувствовали зыбкость положения Верховного управления и его политическую немощность.

Бессилие правительства можно подтвердить многими примерами. Приведем один из них. Пытаясь доказать, что они остаются на страже интересов революции, новые правители, как уже отмечалось выше, отдали распоряжение: всюду выве сить по два флага: старый царский и рядом красный. Военное командование ин тервентов, только что обещавшее не вмешиваться во внутренние дела, тут же "одернуло" новоиспеченную власть, категорично потребовав, чтобы, "кроме воен Возрождение Севера. 1918. 15 августа.

Северный луч. 1918. 4 сентября.

ИАОИРС. 1919. № 10-11-12. С. 236.

Цит. по: Ротштейн А. Когда Англия вторглась в Советскую Россию. М., 1982. С. 114.

Рабочий Севера. 1918. № 1.

Северный луч. 1918. 30 авг.

ного андреевского и национального (белый, синий, красный), другие флаги не поднимались” 63.

Впрочем, и действия самого Верховного управления вскоре доказали, что недоверие к ним со стороны рабочих было обоснованным. Вслед за перечислен ными выше появились приказы об отмене рабочего контроля над производством, о восстановлении военных трибуналов и введении смертной казни, о возврате на ционализированного торгового флота прежним владельцам, об отмене всех совет ских декретов, касающихся социального страхования, об упразднении губернско го совета народного хозяйства. При этом проведенная советской властью нацио нализация промышленных, транспортных и кредитных предприятий характеризо валась как мера, приведшая к "несказанному развалу всего народного хозяйства, массовой безработице, голоду и вымиранию рабочего класса" 64.

Декрет Советской власти о рабочем контроле отменялся “немедленно” и оп ределялся так же, как мера, "дезорганизовавшая русскую промышленность и при несшая неисчислимые бедствия рабочему классу" 65.

Верховное управление организовало комитет внешней торговли Северной области, сосредоточив в его руках все нити этого вида деятельности и передав, та ким образом, местным буржуа управление одним из важнейших механизмов эко номики края. И это было не случайно: дав буржуазии возможность использовать северные богатства, "верховники", как им казалось, заручились ее поддержкой. За этой поддержкой Временное управление обратилось уже на четвертый день сво его существования. В этот день состоялось общее собрание Архангельского гу бернского торгово-промышленного союза.

Перед собравшимися предстали глава правительства Н.В. Чайковский, а также управляющий отделом финансов Г.А. Мартюшин и его помощник Ф.И.

Шмелев. На собрании обсуждался вопрос о “займе доверия“. Эту идею выдвинул в своем выступлении Г.А. Мартюшин, призывая архангельских бизнесменов "быть Миниными, спасать Россию". В ответ на это торгово-промышленный союз постановил: "Все свои свободные наличные денежные знаки обратить в кратко срочный пятипроцентный заем". Он собрал полтора миллиона рублей наличными.

Более щедрыми оказались кооперативные организации, давшие до двух миллио нов рублей. Уже к 14 августа подписка на заем доверия составила 3,5 миллиона рублей 66. Архангельская буржуазия, таким образом, на первых порах оказала оп ределенный кредит доверия новой власти. Верховное управление, подсчитав воз можности местной буржуазии, намеревалось получить от займа 10 миллионов рублей.

Тем временем механизм государственной власти приходил в движение.

Постановления нового правительства активизировали антисоветские силы, круп ных предпринимателей и просто обозленных обывателей. Уже в первые дни окку пации, согласно официальным данным, было арестовано 388 человек 67, в том чис ле руководители совета профессиональных союзов Н.В Левачев и А.П. Диатоло Интервенция на Севере… С. 17.

СУР ВУСО и ВПСО. 1918. Ст. 10.

Там же. Ст. 29.

Возрождение Севера. 1918. 17 авг.

Рабочий Севера. 1918. 25 авг.

вич, 9 профсоюзных активистов профсоюза транспортных рабочих и другие 68. Как заметил чуть позднее профсоюзный журнал «Рабочий Севера», аресты в то время «производили все, кому было только не лень» 69.

Печать той поры называла наиболее активных исполнителей этой акции.

Среди них офицер В. Минейко, назначенный военным комендантом 2-го района, а также В. Бидо, Н. Кыркалов, братья Бурковы 70. Эти и другие, как правило, моло дые люди, сыновья архангельских предпринимателей сводили арестованных к местам заключения. Они, очевидно, действовали по каким-то заранее составлен ным спискам, и в момент ареста о предъявлении обвинительных документов об “уголовно-наказуемых деяниях“ не могло быть и речи. Через день эта же группа активистов белого движения явилась в помещение совета профсоюзов и потребо вала снять со здания красное знамя 71.

Верховное управление, обсудив специально вопрос об арестованных и увезенных в Москву городских и земских деятелей, объявило всех заключенных советских активистов заложниками. Сообщая об этом решении, оно в телеграмме, направленной в Совнарком, заявляло о том, что “в случае применения репрессив ных мер против увезенных большевистской властью архангельских земских и го родских деятелей и рабочих, такие же меры постигнут немедленно и большеви ков, арестованных в Архангельске” 72.

Волна репрессий прокатилась и по уездам. В Архангельск со всех концов гу бернии поступали вести об арестах советских активистов. Комендант Пинежского уезда, сообщив о взятии под стражу нескольких жителей, сделал вывод: "...этих лиц нисколько не жаль... их надо убрать совсем, сырой земли много. Иначе они опять собьют народ на советскую власть" 73.

Пинежский уездный комиссар доносил, что среди 18 арестованных много “ярых большевиков”. Среди них будущий организатор Архангельского лесотехни ческого института, известный лесовод Василий Горохов и его жена Надежда, Яков Мягконосов, Андрей Блохин, Павел Панкратов, Федор Абрамов. Все они выступали против записи в белую армию или занимали при советской власти оп ределенные должности 74. В начале августа в этом же уезде оказались в заключе нии члены уездного исполкома и волисполкомов, комитетов бедноты Н.А. Анто нов, Г.Т. Визжачий, Е.Я. Мерзлый, А.Н. Никулин, П.И. Полонский, И.Д. Рубцов, В.О. Щепоткин и другие лица как «советские комиссары, главные проводники системы контрибуций и террора» 75.

Аресты советских активистов во многих местах проходили не гладко. Значи тельная часть крестьян не поддерживала действия властей. Комиссар Пинежского уезда Д. Рогачев первоначально не справлялся с выполнением закона об аресте членов исполкомов волостных советов, ибо не имел в распоряжении реальной си лы – воинского отряда. В деревне Остров, например, он не сумел арестовать бывшего члена волостного совета, так как крестьяне заявили: “Он был во время Вестник ВУСО. 1918. 18 августа.

Там же. 1918. 15 сентября.

Русский Север. 1919. 2 августа.

ГААО.Ф. 218. Оп. 2. Д. 39. Л.3.

ГАРФ. Ф.16. Оп. 1. Д.1. Л. 12;

Возрождение Севера. 1918. 11 авг.

ГАРФ. Ф. 3811. Оп. 1. Д. 25. Л. 7,8..

РГВА. Ф. 39450. Оп. 1. Д. 295. Л. 6;

ГААО Ф. 1317. Оп. 1. Д. 75. Л. 4, 105.

ГААО. Ф.1317 Оп.1 Д.75 Лл.4, 105.

советской власти избранником народа, и потому только сам народ может судить его”. В селе Верколе он не мог по той же причине арестовать братьев Ставровых.

И таких примеров было много 76.

Анализ документов, сохранившихся в фондах комиссий, свидетельствует о том, что среди других рассматривались такие категории преступлений, как принудительные взыскания денежных контрибуций с частных лиц и торговых предприятий, реквизиции товаров и иного частного имущества, помещений, аре сты лиц, обвиняемых в агитации против союзников и др. Любое неосторожное слово в то время могло быть истолковано как недо вольство новой властью. Так, в начале августа в Соломбале был арестован купле тист Л. А. Сокольский за исполнение куплетов, "порочащих честь и доброе имя наших союзников", вместе с ним оказался в тюрьме и владелец ресторана "Вул кан" Ї за то, что допустил петь такие куплеты 78. Брали за все Ї "за соучастие", "за недоносительство", "за укрывательство" и т.п.

Первая волна арестов продолжались до конца 1918 года. Как отметил в одном из своих приказов генерал Марушевский, в тюрьму поступали люди без документов либо с указанием вины “за принадлежность к большевизму”, а у большинства арестантов, присланных из уездов, не было никаких указаний, кроме того, что задержан комендантом 79.

Сразу же в Северной области начала складываться широкая сеть репрессив ных органов. Право арестовывать и разбирать дела с течением времени получили несколько ведомств. Среди них союзная разведка (т.н. союзный контроль), воен но-регистрационный отдел, военная канцелярия генерал-губернатора, следствен ные комиссии, главный военный прокурор области и начальник губернии. Позже специальная комиссия отметит, что во всех этих ведомствах "без всякой опреде ленной системы, соблюдения законного срока разбираются дела об арестован ных".

Особое усердие проявляла союзная контрразведка, которая, по свидетельству правительственного комиссара В. Игнатьева, "арестовывала и сажала кого угод но". Так, уже в сентябре на основании приказов генерала Пуля от 6 августа на рассмотрение военного были переданы дела о гражданах Иване Каулине, Михаи ле Прокопьеве, Николае Панове, Александре и Евгении Михайловских, Максиме Рябко, Николае Семенчикове, Иване Кузнецове, Иване Позднякове, Александре Морозове и других. Часть из них обвинялась в незаконном хранении оружия, другая – в пропаганде большевизма 80.

Очевидно, никогда не удастся полностью установить потери, которые нанес самозванный режим трудовому народу Севера. Каждый уезд терял лучших акти вистов. Приведем лишь один пример. В таком малолюдном уезде, каким был Устьвашский, из 18 членов исполкома девять, ровно половина были расстреляны или погибли в каторжных тюрьмах. Семь из них нашли свой конец на Иоканьге:

А.Е. Андреев, Т.И. Бельков, П.Я. Задорин, В.Н. Малышев, Ф.П. Уткин, С.Р. Смо ГАРФ. Ф. 3811. Оп. 1. Д. 42. Л. 7.

ГААО. Ф.1317 Оп.1 Д.49, 70 Лл.8-9, 13-14, ДД.17, 39, 57, 70 Лл.25-25об., ДД.19, 22, 25-30, 32-35, 37-38, 41, 43, 47-48, 51-52, Д.1.Л.10, Д.5. Л. 21, 40, 45.

ГАРФ. Ф. 3811. Оп. 1. Д. 95. Л. 3.

ГААО Отдел ДСПИ.ф. 8660. Оп. 3. Д. 901. Л. 79.

ГААО. Отдел ДСПИ.Ф. 8660. Д. 901. Оп. 3. Л. 21,60.

родин. М.И. Ляпунов умер в Архангельской тюрьме, В.П. Парфенов – на Мудью ге 81.

В первый день своего правления правительство Северной области распоря дилось о восстановлении "попранных большевиками" свобод: совести, слова, пе чати, собраний и союзов, а также "о восстановлении деятельности кооперативных, профессиональных и других организаций" 82.

Антисоветские силы смели эти обещания. Правительственный комиссар гу бернии Старцев издал постановление, гласящее: «...всем типографиям воспреща ется без моего разрешения печатать какие-либо воззвания к населению как от имени политических партий, так и от имени организаций и частных лиц». Еще бо лее грозен был приказ генерала Пуля, который объявил: «Всякие... митинги и про чие собрания как на улицах, так и в общественных местах и частных квартирах — запрещаю. Неисполнение или нарушение сего приказа влечет за собой предание виновных военно-полевому суду» 83. И все эти предписания не были пустой угро зой. Так, 25 августа одновременно были оштрафованы редакторы четырех газет:

“Северного утра“ М.Л. Леонов, “Возрождения Севера” Г.А. Кашин, “Вестника Вер ховного управления Северной области“ Е.Д. Дацкевич и “Северного луча“ А.Н.

Вечеславов “за помещение заметки в отделе хроники и объявление о собрании со циал-демократов и строительных рабочих без разрешения союзного контрольного отдела“ 84.

Разрешение генерала Пуля потребовалось даже для проведения конференции «правительственной» партии эсеров, цензуре подвергались доклады членов Вер ховного управления.

Кадетская команда Старцева, позволив проведение собраний в рабочих кол лективах, ввела правило, согласно которому на каждое собрание требовалось осо бое разрешение, которое следовало получить не менее чем за 48 часов до заседа ния. При этом цензуре подвергались тексты всех докладов. На собраниях запре щалось касаться текущего момента. На каждом из них должен был присутствовать милиционер. За нарушение этого правила полагался штраф до 3000 рублей или арест организатора собрания на срок до 1 месяца. Протоколы профсоюзных соб раний сохранили десятки примеров, свидетельствующих о том, как представите ли власти останавливали ход собрания, прерывали выступавших, обвиняя их в антиправительственных выступлениях, в нарушении запретов и т. п. 85.

Особенно жестоким гонениям подверглись профсоюзы. Наступление на них велось буквально со всех сторон. Старцев потребовал предоставить ему списки всех профсоюзных активистов города.

Предприниматели, крупные и мелкие, включая владельцев небольших за кусочных, лавок, бань и тому подобных заведений, категорически отказались признавать законными какие-либо требования профсоюзов. Так, профсоюз офи циантов в письме в совет профсоюзов сообщал, что «предприниматели трактирно го промысла в буквальном смысле чувствуют себя вне зависимости от профессио нальных союзов и не желают выполнять тех или иных постановлений союза». Со Поташев Ф.И. Мадонна Беломорья. Ростов-на-Дону. 2007. С. 54.

Интервенция на Севере… С. 17.

ГААО..Ф. 5915. Оп. 1. Д. 1. Л.18.

Голос отечества. 1918. 28 августа.

ГААО. Ф. 218. Оп. 2. Д. 39, Л. 60,61, 76 и др.

держательница столовой, некая Акулова, сократив штат с пяти до двух человек, заявила профсоюзу: «Власть теперь совсем другая, и я ваших союзов не признаю, а служащих из союза [на работу] не возьму. Возьму со стороны, и буду платить не 320, а 200 рублей».

Подобные примеры приводили другие профсоюзы, умоляя совет профсоюзов «прийти на помощь в борьбе с очевидным злом со стороны предпринимателей».

Сразу после издания решения о ликвидации рабочего контроля союз архан гельских лесопромышленников заявил о том, что «управление заводами является целиком и полностью делом и правом предпринимателей со всеми вытекающими из этого последствиями». Этим же решением владельцы заводов освобождались от выплаты средств на содержание председателей и секретарей заводских комите тов. Лесопромышленники направили отношение всем профсоюзным комитетам, заявив о том, что с 17 августа выплата жалованья профсоюзным активистам пре кращается. Союз лесопромышленников предупредил, что “собрания рабочих для обсуждения… вопросов должны отныне производиться исключительно в свобод ное от работ время” 86.

Председатель союза лесопромышленников Е. Шергольд в своем отношении в отдел труда пояснял, что, мол, профсоюзы в Архангельске не были професси ональными объединениями рабочих, а превратились «в агентов большевистской власти, разжигающих классовую рознь и вносящих полную дезорганизацию в производство», и поэтому в новых условиях они «не имеют никаких прав вмеши ваться в увольнение и наем рабочих и служащих» 87.

Буржуазия при поддержке союзного командования изгоняла профсоюзы из занятых ими помещений. Заводы и прочие предприятия, а также дома возвраща лись их прежним владельцам. И при этом генерал Пуль заявил, что «горячо при нимает к сердцу интересы рабочего класса и надеется на поддержку со стороны рабочих» 88.

С первых дней прихода к власти Верховного управления буржуазия саботи ровала установленный Советской властью закон о социальном страховании, отка залась от внесения средств на медицинскую помощь рабочим. Постановлением от 13 сентября «все изданные Советской властью декреты, касающиеся различных видов страхования рабочих» на территории Северной области, были официально отменены 89. В Архангельске была упразднена городская больничная касса, кото рая объединяла 16699 рабочих (без членов семей) 90, предприняты и другие меры, направленные на ликвидацию социальных завоеваний, претворенных в жизнь по сле Октября 1917 года.

Объясняя причины ликвидации кассы, союз лесопромышленников заявил о том, что это учреждение, введенное большевистской властью 22 декабря 1917 го да, “потеряло всякое значение, как незаконное учреждение” 91. Это заявление под держал старший фабричный инспектор губернии В. Гарин, подчеркнув, что касса Там же. Ф. 110. Оп. 3. Д. 331, Л. 20;

Северное утро. 1918. 18 августа.

Там же. Ф. 110. Оп. 1. Д. 331, Л. 7,8.об;

Северное утро. 1918. 18 августа..

Там же. Ф. 218. Оп. 2. Д. 39, Л. 91.

Вестник ВУСО. 1918. 15 сент.

ГААО. Ф. 110. Оп. 1. Д. 331. Л. 27 об.

Там же. Ф. 110. Оп. 1. Д. 331. Л. 35.

была организована “на основании мало продуманного и нарушающего экономиче ские условия промышленности декрета”.

В ответ на прекращение союзом лесопромышленников выплаты на содер жание председателей и секретарей заводских комитетов заведующий отделом труда М. Лихач заверил, что он “вполне разделяет общие положения, выраженные в резолюции лесопромышленников”. Одновременно он напомнил о том, что “эта оплата явилась не в результате распоряжения какого-либо органа власти, а вслед ствие добровольного соглашения между представителями союза лесопильных ра бочих и союза лесопромышленников. Результатом точно такого же согласия про исходил сбор процентов отчислений с заработков в пользу профсоюзов”. “Ввиду этого, Ї полагал Лихач, Ї является справедливым и целесообразным, чтобы отмена настоящего порядка была проведена тем же путем” 92.

Лихач довел до сведения промышленников намерение правительства о том, что изменения о взаимоотношениях между предпринимателями и рабочими в не продолжительном времени будут разработаны и опубликованы отделом труда. И вскоре постановление правительства появилось в печати. По докладу Лихача пра вительство приняло решение об учреждении смешанного комитета из предста вителей отдела труда, предпринимателей и рабочих «для разрешения спорных взаимоотношений работодателей и рабочих». Комитету вменялось в обязанность не только решение спорных вопросов между работодателями и рабочими, но и пе ресмотр существующих постановлений об охране труда и составление новых норм в той же области 93.

В состав комитета входило по 6 представителей от рабочих и предпринима телей, по 1 представителю от отделов Верховного управления: торговли и про мышленности, финансов и труда. Таким образом, большинство в этом комитете приходилось на долю буржуазии. Понятно одно: правительство не смогло вме шиваться во взаимоотношения между предпринимателями и рабочими. Оно не выступило защитником интересов рабочего класса, получившего при советской власти значительные права. Следует признать, что некоторые из них были осуще ствлены в то время поспешно, порой без анализа реальных возможностей пред принимателей. Но как бы то ни было, рабочий класс, профсоюзы обрели в то вре мя шансы влиять на лесопромышленников, добиваться улучшения условий труда.

И разовое лишение того, что они имели, вызывало их недовольство, создавало напряжение в рабочей среде.

Понятно, что меры, проводимые буржуазией, ставили тружеников лесозаво дов в бесправное положение. А рост цен и начавшаяся безработица оборачива лись голодом. В этой ситуации рабочие пытались отстаивать свои позиции, завое вания, добытые в результате революции.


*** “Наша сила – в единстве”. Единственной силой, способной защитить свои интересы, национальное достоинство и попранные новой властью права профсою зов выступил архангельский рабочий класс.

Позиция архангельских профсоюзов нашла свое выражение в документах собрания представителей правлений 17 профсоюзов, состоявшегося 2 и 3 августа.

В архивных фондах сохранился протокол собрания от 3 августа. Кроме 54 активи Там же. Ф. 218. Оп. 2. Д. 39. Л. 45.

ГААО.. 218. Оп. 2. Д. 39. Л. 71;

СУР ВУСО и ВПСО. Ст. 20.

стов, на нем присутствовал также управляющий отделом труда Верховного управления Северной области Лихач.

Даже сухая протокольная запись свидетельствует о накале страстей, отра зивших недовольство рабочих, их возмущение действиями антисоветских сил. Это нашло отражение даже в порядке дня собрания, точнее – в очередности рассмот рения вопросов повестки дня. Протокол гласит: «Порядок принимается следую щий: 1. Об аресте председателя совета профессиональных союзов. 2. О вооруже нии рабочих. 3. Об отношении к новой власти» 94.

Казалось, что главной в тот момент должна быть проблема отношения к власти. Но уже первые сутки существования Верховного управления убедили ра бочих в том, что обстановка в городе далека от обещаний правительства.

Несколько человек приняло участие в обсуждении первого вопроса. Доклад чик – председатель Совета профсоюза Ф. И. Наволочный – сообщил о том, что утром 3 августа, готовясь к совещанию, он распорядился вывесить над зданием совета красный флаг. Через короткое время в помещение ворвался инженер Дере бизо и, угрожая револьвером, ударил Наволочного, потребовав снять флаг.

Представитель Верховного управления Лихач сразу же сделал заявление:

«Этот инцидент явился просто недоразумением и недопустимой выходкой неиз вестного правительству лица, которое будет арестовано и привлечено за это к от ветственности». Он заверил собравшихся в том, что «в дальнейшем все аресты будут производиться только по ордеру Верховного управления».

Профсоюзные активисты на основании этого заявления решили немедленно вывесить красный флаг и приняли умеренную резолюцию. Собравшиеся сочли объяснения Лихача удовлетворительными, но настаивали на немедленном задер жании лиц, производивших аресты, и предании их суду.

Лихач не забыл этого инцидента и 4 августа поставил его на обсуждение Верховного управления. Правительство приняло решение: «Граждане вольны вы вешивать любые флаги, любых комбинаций цветов, кроме флагов враждебных го сударств». Указывая на конкретный случай, происшедший в совете профсоюзов, правительство постановило: «Направить офицера в совет профсоюзов и заявить, что он имеет право вывешивать красный флаг» 95.

Между тем, пока обсуждался первый вопрос, на собрание явились Левачев и секретарь Архангельского совета профсоюзов Диатолович, только что выпущен ные из тюрьмы по просьбе совета профсоюзов. Им было немедленно предостав лено слово. Тот и другой потребовали освободить из заключения профессиональ ных активистов, заверили собравшихся в том, что они будут выступать за интере сы рабочих, что они «в настоящее время сочувствуют идее большевизма и будут проводить ее и в дальнейшем» 96.

Эти заявления знаменательны: ни тот, ни другой оратор никогда не были большевиками. И можно представить себе тот резонанс, который вызвали выступ ления двух хорошо известных в городе профсоюзных лидеров, уже вкусивших плоды эсеровской демократии.

На собрании не раз подавал свой голос представитель Верховного управле ния Лихач. Напирая на необходимость установления порядка и законности, он по Там же. Ф. 336. Оп. 1. Д. 67. Л. 1об.

ГАРФ. Ф. 16. Оп.1. Д.2. Л.3об.

ГААО. Ф. 336. Оп. 1. Д. 67. Л. 2.

требовал от собрания прежде всего «выявить свое политическое лицо». После го рячих выступлений по вопросу «об отношении к власти» были внесены две резо люции: Гальперина и Бечина.

Первый предложил «оказать должную поддержку в перевороте, совершен ном во имя торжества народовластия», и призвал «рабочих к сплочению вокруг своих классовых организаций в целях борьбы за направление политики власти в интересах рабочего класса».

Более энергичной являлась резолюция Бечина: «Совет профессиональных союзов… будет стоять исключительно на классовой точке пролетариата до того момента, пока власть не будет исключительно социалистической».

Большинством голосов (32-за при 16 против и одном воздержавшемся) соб рание приняло резолюцию М. Бечина. За нее голосовали пять членов руководяще го органа Совета профсоюзов: Наволочный, Скрылев, Диатолович, Шестаков и Березин, а также лидеры крупных профсоюзов: рабочих и служащих лесопильных предприятий, работников водного транспорта, архитектурных рабочих, электро монтеров, транспортных рабочих, печатников и др.

Острой была полемика по вопросу о вооружении рабочих. Цейтлин настаи вал на том, чтобы организовать через профсоюзы распределение оружия среди ра бочих и «образовать отдельную дисциплинированную рабочую организацию».

Климович заявил о необходимости новому правительству осуществить «всеобщее вооружение» рабочих, если оно хочет держать опору на трудовой народ. Если же оно не может соблюдать эти интересы, то следует порвать с ним и перейти к под польной борьбе.

Пытаясь примирить крайние точки зрения, Диатолович внес предложение:

«ввиду отсутствия в руках пролетариата оружия потребовать от власти немедлен ного разоружения тех элементов, на которые рабочий класс положиться не мо жет». Ни одно из предложений не было принято: первая резолюция получила голосов, вторая – пять, предложение Диатоловича – 16. На настроение собрав шихся повлияло выступление Лихача, заявившего, что «вооружение рабочих без всякого порядка не принесет никакой пользы» 97.

В целом же можно сказать, что главный выразитель настроения рабочих – совет профессиональных союзов – отказал в доверии правительству.

*** Анализ решений, принятых по этому вопросу, показывает, что совет проф союзов хорошо чувствовал обстановку в городе и настроение рабочего класса.

Труженики не только заводов и мастерских, но и мелких заведений – сферы об служивания, типографского дела и т.п. проводили собрания, на которых выражали свое отношение к «текущему моменту».

С этой точки зрения показательна резолюция, принятая профсоюзным соб ранием официантов 6 августа. Работники сферы питания заявили о возможности поддержки новой власти лишь при условии, если она «будет только социалисти ческой, будет опираться на пролетариат и трудовое крестьянство и поддержит наши завоевания за 1917-1918 гг.» 98.

Днем раньше профсоюз печатников резко и резонно заявил: «Выносить аван сом доверие или недоверие к власти нельзя. Необходимо увидеть, насколько она Там же. Ф. 336. Оп. 1. Д. 67. Л. 2, 3.

Там же. Ф. 218. Оп. 2. Д. 9. Л. 83.

будет проводить те лозунги, которые будут провозглашены во время вступления в управление областью» 99.

Профсоюз металлистов на своем собрании, обещая поддержку новой власти, “пока она будет стоять на страже политических и экономических интересов про летариата”, в то же время предупредил ее: “Малейшее уклонение от задач, предна значенных к проведению в жизнь в скорейшем времени, повлечет за собой отказ в поддержке и доверии к таковой” 100.

Несмотря на запрет властей обсуждать текущий момент, рабочие находили способ выражать свое отношение к событиям. Рабочие лесозавода Кыркалова августа пришли к мнению: «Мы будем держаться всех завоеваний Октябрьской революции и держать в руках свое красное знамя». Они потребовали возвращения «завоеваний 1917-1918 гг., свободы слова, печати и собраний, социалистической власти». Собрание ответило категорическим отказом на призыв правительства записываться в ряды народной армии 101.

В ответ на упразднение всех органов советской власти в решении общего со брания союза металлистов подчеркивалось: «Профсоюз считает необходимым создать Совет рабочих депутатов, как выявителя воли пролетариата и его полити ческой платформы, а поэтому предлагает всем союзам составить комиссию для создания такового в самый ближайший срок» 102.

«Настаиваем на организации Совета рабочих депутатов, контролирующих настоящую власть» 103, – поддержали их активисты профсоюза рабочих и служа щих лесопромышленных предприятий. Резолюцию такого же содержания приняло 5 августа общее собрание профсоюза строительных рабочих.

В резолюции упомянутого выше собрания содержалось категоричное требо вание об освобождении членов профсоюзов, которые были арестованы как сто ронники советской власти. Собрание считало, что судить их должны сами рабо чие, “которые выделят своих представителей в суд”, а также нужно “предоставить пропорциональное число мест профсоюзам в следственной комиссии по этому де лу”. Рабочие требовали создания вооруженных отрядов для “немедленного разо ружения белогвардейцев, бывших полицейских чинов”. Строители заявили о не допустимости вмешательства в дела профсоюзов и хозяйственно-экономических органов, созданных при советской власти 104.

Множество подобных документов поступало в совет профессиональных союзов, непосредственно в Верховное управление, некоторые из них проникали на страницы печати. Содержание их свидетельствовало о том, что рабочий класс твердо отстаивал свои интересы и практически отвергал одно из главных поста новлений Верховного управления “Об упразднении всех органов советской вла сти” и аресте их активистов.

*** В архивных делах сохранился яркий документ – обращение Н.В Левачева, адресованное «всем товарищам рабочим лесозаводов города Архангельска и его Северный луч. 1918. 11 августа.


Вестник ВУСО. 1918. 17 августа.

ГААО. Ф. 336. Оп. 1. Д. 23. Л. 210 об.

Вестник ВУСО. 1918. 17 августа.

ГААО. Ф. 218. Оп. 2.Д. 33. Л. 166 об.

Отечество. 1919. 11 марта.

районов». В воззвании проявился талант организатора, наметившего программу действий профсоюзов в новой обстановке.

Отметив, что в дни переворота профсоюзам был нанесен тяжелый удар, Ле вачев констатировал, что на многих заводах в результате «получился хаос», коми теты фактически не существуют, а это привело к тому, что «все темные силы пы таются удушить рабочий класс, отнять у него все революционные завоевания, до бытые в 1917-1918 гг.».

Предупреждая о том, что капиталисты попытаются и дальше «идти на рабо чий класс», сделать его таким же бесправным, как до 1917 года, Левачев призы вал: «Товарищи! Медлить невозможно, промедление смерти подобно. Необходи мо как можно скорее опомниться от нанесенного нам удара, как можно скорее сплотиться и взять на себя работу по организации рабочего класса… дать долж ный отпор зарвавшимся капиталистам». При этом он подчеркнул, что только в единстве состоит сила рабочих 105.

Идеи, сформулированные Левачевым, нашли выражение в решении много людного собрания рабочих и служащих 18 лесозаводов Маймаксы, состоявшегося 7 августа 1918 года. Выступая на этом собрании, Левачев говорил о том, что «не успели просохнуть афиши», в которых новое правительство оставляло за рабочи ми право свободы слова, печати, собраний и союзов, как появился приказ, по сути, отменяющий все свободы 106.

В резолюции о текущем моменте собрание отметило, что «физиономия пра вительства, несмотря на все его заявления, остается неясной». Оно утвердило про грамму действий рабочих, которая состояла из 12 пунктов. В них, в частности, со держались такие требования к рабочим: «Оставаться на своих классовых позициях борьбы с капиталом до полной победы социализма…. Ни в коем случае не отсту пать и не отдавать обратно завоеванных в тяжелой и упорной борьбе прав и улуч шений…. Не оказывать никакой поддержки власти, в составе которой находятся капиталисты – наши вечные враги».

«Со всякой властью, которая будет посягать на нашу свободу и права, – за являли далее участники собрания, – будем бороться всеми имеющимися у нас средствами…. Ни один гражданин не может быть арестован за принадлежность к той или иной политической партии… Работники профсоюзного движения, незави симо от принадлежности к политической партии, а также члены исполкома Май максанского Совета рабочих депутатов, арестованные по распоряжению ВУСО, должны быть освобождены» 107.

Резолюцию приняли ( лишь двое воздержались), но инициатор проведения собрания Левачев был арестован при всех собравшихся и уведен в городскую тюрьму.

Подобные резолюции принимались многими профсоюзами. 10 августа совет профсоюзов, выражая настроение рабочих города, направил дипломатическому корпусу официальный протест, в котором содержалось предупреждение, что аре сты создают «глухое, стихийное брожение масс, готовое каждую минуту вылиться наружу грозным потоком». «Мы считаем необходимым, – говорилось в докумен те, – обратить внимание дипломатического корпуса на недопустимость вмеша ГААО. Ф. 218. Оп. 2. Д. 33. Л. 115.

ГААО. Ф. 218. Оп. 2. Д. 33. Л. 166-166об.

Там же. Л. 46.

тельства в наши внутренние дела…, производства каких-либо арестов граждан, стеснять свободу печати и т.д., ибо этим затрагивается не только личность, но и наша национальная честь».

Надо было обладать незаурядным мужеством, чтобы в дни, когда шли мас совые аресты бывших советских и профсоюзных работников, выступать с такими заявлениями.

Профсоюзы резко противились всем ограничениям, касавшимся проведения собраний, организации лекций и т.п. мероприятий. Так, предписывалось заранее предоставлять сведения о повестке дня собраний, времени их проведения. Совет профсоюзов не без иронии ответствовал правительственному комиссару, что бу дет сообщать все это «только лишь явочным порядком для сведения, так как пред ставлять повестку дня… крайне затруднительно, а иногда и невозможно» 108. По добный же ответ исполком совета профсоюзов дал на запрос начальника первой части милиции города: «дать немедленно справку о составе правления профсою зов с указанием звания, имени и возраста». Исполком ограничился присылкой списка людей, добавив к нему приписку: «Что же касается звания, то по понятиям исполкома все люди ныне граждане и только. Других сведений об их звании не имеется. Точно так же нет сведений о летах» 109.

Профсоюзы пытались использовать в своей борьбе легальные возможности, свободы, обещанные в постановлениях Верховного управления. Совет профсою зов искал у последнего поддержки в своей борьбе.

Приведу лишь два примера. Сразу же после совещаний профсоюзных акти вистов, которые состоялись 2 и 3 августа, совет профессиональных союзов потре бовал от Верховного управления выполнять свои обещания, т.е. прекратить аре сты невинных рабочих, не стеснять профсоюзную деятельность, использовать без всяких ограничений красный флаг, не ограничивать завоеванную ранее свободу и т.д.

Второе требование руководителей рабочего класса состояло в том, чтобы правительство приняло меры против надвигавшегося на рабочие массы голода.

Указывая на непомерный рост цен на предметы первой необходимости, председа тель совета профсоюзов сообщал Верховному управлению о том, что надо немед ленно повысить тарифные ставки, и указывал на то, что предприниматели всяче ски уклоняются от решения этой проблемы.

Совет профсоюзов конкретизировал свои требования в октябре 1918 года в письме Чайковскому за подписью председателя Наволочного. “Непомерный рост цен на предметы первой необходимости давно уже поставил на очередь вопрос о необходимости пересмотра прожиточного минимума и основанной на нем табли цы окладов жалованья… Мы исчерпали все попытки войти в соглашение с пред принимателями, уклонившимися от участия в работе согласительной комиссии, которая мирно и безболезненно разрешила бы конфликт между интересами рабо чих и работодателей….” Отметив далее, что “полуголодное существование рабо чих масс порождает тягостную атмосферу”, совет профсоюзов просил Верховное управление выступить в качестве беспристрастного посредника в разрешении во проса о повышении ставок. При этом совет добавлял: “Мы учитываем финансо Там ГАОО. Ф. 218. Оп. 2. Д. 33. Л. 112.

Там же. Ф. 218. Оп. 2. Д. 37. Л. 60.

вый кризис, мы принимаем во внимание положение промышленности и сокраща ем свои притязания до пределов возможного…” 110.

Как же прореагировали новые власти на эти требования?

Руководство области, отвечая на первую группу требований, по сути дела повторило пышные слова своей первой декларации. В одном из пунктов своего пространного ответа оно объявляло “полную свободу рабочих и профессиональ ных организаций”, заверяло в том, что “принимает на себя заботу по охране прав и интересов трудящихся“. В ответ на требование рабочих прекратить аресты и вы пустить на свободу невинно арестованных профсоюзных работников говорилось:

“Так как задачей Верховного управления является восстановление свободы и пра ва, попранных большевистской властью, то лишение свободы какого-либо граж данина Верховное управление рассматривает как меру, которую могут применять надлежащие власти лишь в случае предъявления данному лицу конкретного обви нения, но отнюдь не за самый факт принадлежности его к той или иной партии, группе, союзу и т.д.“ Аресты проводились, сообщалось далее в ответе Верховного управления, “лишь в случае, если против известного лица имелись веские кон кретные подозрения или оно застигнуто на месте преступления…” 111.

В обстановке, когда в городе и уездах шли повальные аресты советских ак тивистов, и в особенности большевиков, подобная риторика не могла убедить ру ководителей рабочего класса губернии. Издевательством над смыслом событий являлись слова о том, что обвинения не предъявлялись за факты принадлежности граждан к партии или какому – либо союзу.

Не больше ясности вносили ответы руководителей губернии и города о по вышении тарифных ставок и борьбе с надвигающимся голодом. Управа городской думы разъясняла, что многократные обращения к Верховному управлению и со юзному командованию об увеличении хлебных поставок наталкивались на сопро тивление и указание на малые ресурсы, имевшиеся в запасе. Свою лепту в разъяс нение сути проблемы и путей ликвидации голода внес Пуль. Генерал назвал глав ными виновниками голода на Севере большевиков, которые преградили путь дос тавки хлеба из Сибири. Поэтому он призвал рабочих вступать в ряды формируе мой армии, чтобы быстрее пробиваться на железную дорогу и привезти хлеб из Сибири.

Таким образом, вразумительного ответа на свои законные просьбы и реаль ной помощи рабочие города не получали.

Верховное управление знало о настроении рабочих и так или иначе пыталось на первых порах решать рабочий вопрос.

Уже 6 августа М. Лихач доложил на заседании правительства о том, что «производятся произвольные аресты рабочих, выселение профсоюзов из помеще ний, расчет членов фабрично-заводских комитетов, закрытие примирительных камер». Все эти факты, отмечал он, создают «тревожную атмосферу в рабочих кругах». Лихач внес ряд предложений по урегулированию острых вопросов. Он предложил провести переговоры с предпринимателями, учредить особый сме шанный комитет из представителей отдела труда ВУСО, предпринимателей и ра ГААО. Ф. 218. Оп. 2. Д. 39. Л. 112, 115.

Там же. Ф. 218. Оп. 2. Д. 39. Л. 40-41.

бочих «для разрешения спорных отношений между работодателями и рабочими», принять другие меры 112.

Члены правительства поддержали предложения, ибо они, по сути, ни к чему не обязывали: прав предпринимателей не ущемляли, в то же время и рабочих в их законных требованиях как будто не ограничивали.

На следующий день Верховное управление утвердило текст воззвания отдела труда ко всем рабочим города и Северной области. Напомнив, что «ВУСО ставит своей задачей восстановление единства России, утверждение народовластия и спасение революционных завоеваний народа», оно выразило уверенность в том, что «рабочие массы, кровно заинтересованные в спасении и единстве революци онной родины, пойдут всемерно навстречу правительству в исполнении принятой им на себя огромной работы» 113.

На деле рабочий класс города не встретил действенной поддержки со сторо ны Верховного управления. Вследствие этого рабочие пытались самостоятельно решить некоторые проблемы. Так, в целях оказания помощи семьям арестован ных профсоюзных работников совет профсоюзов создал денежный фонд помощи остро нуждающимся, но этот фонд был крайне мал и мог удовлетворить нужды немногих. Кроме того, из-за усиливавшейся безработицы он практически не по полнялся.

*** Таким образом, с первых дней своего существования Верховного управления в городе сложилась крайне противоречивая ситуация. Актив рабочего класса отка зался признать авансом новую власть, заявив о поддержке завоеваний, осуществ ленных в течение 1917-1918 гг.

Шатким и неуверенным было положение самого правительства. Михаил Лихач, обещая профсоюзным активистам арестовать белогвардейца Деребизо, разрешив им немедленно вывесить красный флаг во время совещания, еще не предполагал, что это уже не являлось компетенцией местной власти. Вскоре по следовал приказ генерала Пуля о снятии красных флагов.

Столь же жалкими были обещания от имени управления выпустить на сво боду арестованных профсоюзных активистов. Как уже было отмечено выше, спустя всего четыре дня после проведения совещания, о котором речь шла выше, Н. Левачев вновь был брошен за решетку. Все попытки рабочих воздействовать на власти, новая волна их требований об освобождении своего руководителя были тщетными. Группа профсоюзных активистов после долгих мучений в тюремном заключении и в концентрационном лагере на Мудьюге была расстреляна.

* ** ВУСО и настроение крестьян. Как же реагировали крестьяне губернии на переворот и очередную перестройку органов местной власти?

Процесс признания Верховного управления Северной области, а также соз дания новых органов власти на местах происходил трудно. Сразу же после рож дения ВУСО заведующий военным отделом С. Маслов совершил длительный рейд по Северной Двине и Ваге. После возвращения в Архангельск Маслов рас сказал корреспонденту одной из газет: «Местные деятели решительно отказыва лись от всяких постов в структуре новой власти. Каждое назначение производи ГАРФ. Ф. 16. Оп. 1. Д. 2. Л. 9.

Там же. Ф.16. Оп. 1. Д. 1. Л. 20.

лось с трудом... Причина – в непрочности нового строя. Чем ближе к линии фрон та, тем меньше устойчивость в настроении. В Шенкурске к нам обратились с просьбой дать надежную охрану по возможности из союзников» 114.

Легко понять людей, с которыми вел речь военный министр: они отдавали себе отчет в том, что в дальнейшем их могут ожидать неприятности. Так оно и случилось : за службу белым многие из них заплатили жизнью.

В течение августа в уездах состоялись крестьянские собрания и сходы, на которых в качестве основного обсуждался «текущий момент». На них речь шла об отношении к Верховному управлению Северной области и о предстоящих пере менах в жизни губернии. Резолюции этих собраний, донесения из волостей и уез дов, на первый взгляд, дают одноцветную картину Ї одобрение власти ВУСО и прихода на Север иноземных войск. Исследователи подсчитали, что 90 волостей из 119 Архангельской губернии продемонстрировали поддержку правительства Н.В. Чайковского и его политики 115.

Этот подсчет не вызывает сомнения. Но анализ подобных резолюций, при нимавшихся в то время по рекомендациям представителей той и другой стороны, показывает, что этот процесс происходил по одинаковой схеме. И “белые”, и “красные”, чаще всего военные люди или пропагандисты, собирали крестьянский сход, предлагали текст резолюции, и крестьяне, попав в подобное положение, го лосовали за ее принятие. Какова была их подлинная позиция – об этом можно су дить лишь только по догадкам.

Реакция крестьян на события была не однозначной. Покажем это на примере Шенкурского уезда, где в основном и разворачивались события.

Резолюции собраний в двинских волостях уезда отличались политизирован ностью. Так, волостной сход Власьевской волости этого уезда в своей резолюции заявил, что он приветствует и поддерживает «Верховное управление, союзников, пришедших для наведения порядка, объединения распадающейся России и осво бождения от германского засилья, наложенного Брестским миром, через герман ских агентов-большевиков». Этот документ включил в себя весь набор штампов белогвардейской прессы тех дней. Понятно, что такой текст был завезен в дерев ню заезжим эмиссаром новой власти.

Резолюции собраний в волостях, расположенных вокруг Шенкурска, были более краткими и взвешенными по содержанию. 18 августа жители Устьпаденьг ской волости Шенкурского уезда постановили: «ВУСО признать до воссоздания единой Всероссийской Государственной демократической власти». Часть кресть янства выразила «условную поддержку» новой власти. Крестьяне Смотроковской волости того же уезда, признав Верховное управление, внесли в резолюцию ого ворку о том, что этому правительству крестьяне будут оказывать доверие лишь «постольку, поскольку оно является выразителем и исполнителем интересов и во ли трудящихся» 116.

С оговорками признал новую власть шенкурский земский уездный съезд, состоявшийся в конце сентября 1918 года. После прений гласные решили привет ствовать Верховное управление, выразив надежду на то, что его первейшей зада чей будет «установление народоправства и охрана его со всех сторон» и что этот Возрождение Севера. 1918. 31 августа.

Данные приведены в книге Н.А. Макарова “Николай Васильевич Чайковский”. Архангельск. 2002. С. 149.

За народ. (Шенкурская газета). 1918. 1 октября.

орган позаботится о поддержке его системой демократических управлений, из бранных после 1 августа. В ходе обсуждения резолюции была сделана важная по правка. «Приветствуем, Ї говорилось в ней, Ї армию союзных с нами народов, прибывших на территорию Северной области не с целью вмешательства во внут ренние дела, а для борьбы против Германии и Бреста». Поправку приняли, но го лосовавшие разделились поровну: 20 - за, 9 - против и 10 воздержались 117.

Осмотрительно действовали те крестьяне и органы местной власти, которые откладывали проведение подобных собраний, а собравшись, находили повод затя нуть дело с ответом. Жители Ямскогорской волости, например, собрались на свой сход лишь 8 сентября 1918 года. Решение же, принятое ими, гласило: «Вопрос о признании ВУСО оставить до решения его на уездном земском собрании и при бытия оттуда наших представителей».

Особенно неуютно чувствовали себя жители прифронтовых деревень. Пожа луй, наиболее ярким примером оценки ситуации явилось решение крестьян Су ландской волости. Отметив, что волость находится посреди боевой линии, кресть яне единогласно постановили: «Остаемся нейтральными, не будем примыкать ни в ту, ни в другую сторону, ни к земству, ни к Совету. Наш же волостной орган должен впредь именоваться волостной управой» 118.

Примерно так же реагировали крестьяне Нижнепуйского общества. На об щем собрании 23 августа они решили резолюции о власти пока не выносить, а ждать ее дальнейшего закрепления. В ответ на вопрос об их мнении о названии будущего органа местной власти они заявили: «Для нас, небольшого общества, безразлично Ї Совет или земство. Были бы истинно народные, справедливые, че стные, не попирающие права трудового народа органы».

Для более ясного понимания сложности ситуации сошлемся на деятельность в эти тревожные дни самого крупного в Шенкурском уезде Ровдинского волост ного Совета. Общее собрание, состоявшееся 18 августа, обсудив вопрос о «заня тии англичанами Севера», единогласно постановило: «оставить вопрос открытым ввиду неясности положения».

На собрании разгорелись нешуточные страсти, убедительно подтверждаю щие вывод члена Верховного управления Маслова после его поездки по уездам губернии. Председатель волисполкома настойчиво просил уволить его от должно сти. Собрание пыталось избрать председателя из числа членов Совета, но все при сутствовавшие отказались от такой чести. Отказался от должности и секретарь во лисполкома, но после упорного упрашивания односельчан он согласился рабо тать до 25 августа. А на заседании 25 августа обстановка еще более накалилась.

Первым члены Совета обсудили предписание уездных властей об аресте бывшего председателя Совета И. А. Шилова. Решили при 12 голосах за, 9 против и 3 воз державшихся создать комиссию из 3 человек «для расследования причин ареста».

После прений по вопросу «О текущем моменте» члены Совета опять, как и рань ше, решили «никакой резолюции пока не принимать» 119. Стремление людей, ока завшихся в таком положении и попытавшихся остаться в стороне, уберечь свои семьи, имущество, по-человечески понятно.

Овсянкин Е. Огненная межа. Архангельск. 1997. С. 113.

ГААО. Ф. 1869. Оп.1. Д. 107. Л. 52.

ГААО. Ф. 1999. Оп. 1. Д.10. Л.3об., 4, 5.

По наблюдениям свидетелей тех событий, нейтральную позицию заняла значительная часть крестьянства. Гласный А.И. Коржавин, выступая 11 сентября 1919 года на губернском земском съезде, поделился своими впечатлениями о на строениях шенкурских крестьян: «Уезд разбился на отдельные части. Одни волос ти держат сторону большевиков. Другие же, наиболее пострадавшие, проявляют ярую оппозицию, большая же часть населения все-таки пока держится нейтраль но» 120.

Каковы причины разброса мнений среди крестьян самого населенного уезда, в состав которого в то время входила значительная часть двинских волостей, а также нынешнего Вельского района?



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 13 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.