авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 ||

«МИНИСТЕРСТВО ОБР АЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕР АЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБР АЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕ ЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБР АЗОВАНИЯ «САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ...»

-- [ Страница 7 ] --

Передача вышла в эфир 28 декабря 1967 г., была широко разрекла мирована и вызвала большой интерес во всей Канаде. Она включала со всем немного фактических сведений об истории, географии, населении, социологии, политике и экономике Севера. Фактически Гульд преднаме Гульд Глен. Избранное: В 2-х кн. – М., 2006. – Кн. 2. – С. 149-151.

ренно включил актуальные темы из своих интервью, подавая их метафо рически, универсально. Он никогда не задумывал рассматривать перспек тивы Севера и его обитателей с позиций местных жителей. Предлагая свои интервью, Гульд обозначил главную тему, интересовавшую его в связи с идеей Севера, – это тема одиночества человеческой жизни, по су ти дела, это было философское эссе о влиянии одиночества и изоляции на человеческую душу. «Это – мой точный портрет», – сказал он о передаче.

Весной 1968 г. Канадская вещательная корпорация поручила Гуль ду сделать еще одну программу, и он с воодушевлением приступил к созданию продолжения «Идеи Севера» – на этот раз о провинции Нью фаундленд. В августе и сентябре, находясь в этой провинции, он собрал тринадцать интервью у местных жителей. Гульд назвал эту документаль ную передачу «Опоздавшие». Надо отметить, что Ньюфаундленд стал канадской провинцией только в 1949 г., и еще в течение двадцати лет бо ролся за равные с другими провинциями права в рамках Конфедерации.

Главный лейтмотив передачи остался прежним – она была посвящена изолированности и отчужденности Ньюфаундленда от жизни остальной Канады.

В техническом отношении программы Гульда отличались новатор ским подходом, в котором использовался очень тонкий и искусный мон таж голосового и музыкального сопровождения. Слушатели отмечали, что его передачи были слишком сложными, чтобы понять глубину зало женного в них содержания с первого прослушивания. Сам Гульд, когда дело касалось радио, был безгранично предан этой работе, проявляя не дюжинную энергию и энтузиазм. Его передачи, сохраненные в виде запи сей, достойны вдумчивого изучения и исследования. Наряду с виртуозным музыкальным исполнением, которым славился Глен Гульд, его работы на радио представляют собой оригинальную и самобытную в творческом от ношении культурную продукцию, которая не до конца оценена даже его поклонниками. Тем не менее, творчество Глена Гульда, который является одним из самых известных культурных брендов Канады, и сегодня вызы вает живейший интерес у его почитателей по всему миру.

Е.В. Белоглазова, Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов ЧТО КАНАДСКОГО В КАНАДСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ ДЛЯ ДЕТЕЙ К вопросу о статусе литературы для детей До недавнего времени преобладало снисходительное отношение к пишущим книги для детей. Занимались этим в основном домохозяйки, учителя и библиотекари, т.е. люди, так или иначе вовлеченные в воспита ние детей. Книги рассматривались как один из инструментов в руках вос питателя. Дидактическое наследие и аура дилетантизма определяли лите ратуру для детей как ремесло и возводили барьер между ней и «высокой литературой» как искусством. В такой ситуации не удивительно, что за детской литературой закрепилась репутация подражательной, отсталой, не достойной внимания серьезного уважающего себя автора и исследователя.

Так обстояли дела еще полвека тому назад (Opie, 1959;

Metcalf, 1997).

Сегодня мы наблюдаем бум в написании, теоретическом изучении и практическом преподавании детской литературы. Дж. Грисвольд приво дит статистику, иллюстрирующую колоссальный рост в объеме продаж детских книг, спросе на них в библиотеках, интересе в академической среде (Griswold, 1997). Канада в этом отношении не является исключени ем, о чем свидетельствует поток публикаций, отражающих работу иссле дователей литературы для детей.

И особое внимание уделяется литературе для самых маленьких чита телей, первым книгам – книгам-картинкам:

Saltman, Judith. Once Upon a Time: Canadian Childrens Picture Book Illustration // CCL: Canadian Children's Literature / Littrature cana dienne pour la jeunesse. – 1988. – № 51. – P. 51-65.

Edwards, Gail. Talking Pics: Evaluating the Artistic Side of Picture Books // CM: Canadian Materials 21. – 1993. – № 2. – Р. 44-52.

Aubrey, Irene E. Pictures to Share: Illustration in Canadian Child ren's Books. – Ottawa: National Library of Canada, 1979.

Treasures: Canadian Children's Book Illustration. – Toronto: The Children's Book Centre, 1986.

Aubrey, Irene E. Canadian Children’s Books: A Treasury of Pictures:

List. Ottawa: National Library of Canada, 1976.

Причем акцент делается на том, что иллюстрации заслуживают не меньшего внимания, чем вербальный компонент книги.

Книжная иллюстрация рассматривается как отдельный жанр живо писи.

Проводятся выставки книжных иллюстраций:

National Library of Canadas exhibition of Canadian childrens books celebrating the International Year of the Child in 1979;

Traveling exhibition of illustrations in Canadian childrens books held through 1990-1991 in Bologna, Rome, Munich, and Paris;

Exhibition «A History of Childrens Book Illustrations 1750–1940»

held at The Gallery Stratford, 1978.

Вышесказанное свидетельствует о радикальном изменении статуса детской литературы, признанной сегодня как искусство, вызывающее пристальное внимание исследователей.

Означает ли это, что с дидактическим прошлым покончено раз и на всегда и литература для детей разделила общую с «высокой литературой»

судьбу искусства ради искусства?

Ответ: Нет. Отмеченное изменение статуса литературы для детей связано как раз с осознанием ее колоссального прикладного значения.

Один человек из ста прочтет научную статью или монографию по эконо мике. Один человек из десяти прочтет обзор или экономическую колонку в газете или журнале. Но ни одного человека не минует детская классика.

А это означает, что в руках общества имеется уникальный инструмент формирующего воздействия на подрастающие умы.

Двоякая идеология литературы для детей Детский возраст – время формирования личности, и задача общества сформировать эту личность так, чтобы она соответствовала его нуждам.

Эту функцию литературы для детей мы обозначили как функция социа лизации. С другой стороны, литературу, служащую исключительно инте ресам взрослых, дети читать не будут. Попробуйте предложить им, на пример, в высшей степени поучительное творение Дж. Баньяна «A Book for Boys and Girls or Country Rhymes for Children» – вряд ли оно их заинте ресует. И дело тут не столько в давности лет, сколько в том, что автор из начально не учитывал интересов собственно детской аудитории. Следова тельно, вторым аспектом идеологии детской художественной литературы будет тот, что обусловлен ее стремлением привлечь и заинтересовать дет ского читателя. Обозначим эту ее функцию как развлечение. Хотя важ ность последней была обоснована еще Дж. Ньюберри, она по-прежнему занимает в целом подчиненное положение яркой обертки или сладкой оболочки для менее вкусной дидактической начинки.

Что канадского в канадской литературе для детей Именно осознание практического потенциала детской литературы заставило канадских исследователей прийти к осознанию важности вос питания новых членов общества именно на национальной канадской ли тературе, т.к. только канадская детская литература может сформировать истинного канадца.

В дальнейшем мы попытаемся выявить наиболее яркие проявления канадскости в произведениях литературы для детей.

В несколько упрощенном виде квинтэссенцию канадскости форму лирует автор «That’s Very Canadian», где повествователь Рейчел рассуж дает, что, если свести вместе на неком подобии герба все самое канадское, то там будут символы коренного населения Канады, полярных жи вотных и две скрещенные хоккейные клюшки.

Однако мало просто сообщить читателю, что все это есть в Канаде.

Важно приобщить его к соответствующим сторонам жизни, чтобы он проникся важностью этих вещей и гордостью за них.

По этой причине мы не рассматриваем достаточно значительный корпус произведений энциклопедического толка, полностью посвященных своеобразию Канады, как, например, серия книг «Wow Canada», написан ных В. Бауэрс.

В фокусе нашего внимания – художественная литература с ее тон ким воздействием на читателя. А, как справедливо отмечает канадская ис следовательница детской литературы К. Карпентер, литература является продуктом культуры, который отражает и в то же время формирует эту культуру.

При этом важно отметить, что тексты произведений детской литера туры радикальным и очевидным образом отличаются от корпуса общей литературы своей поликодовостью, сочетанием вербального (языкового) и невербального (иллюстративного) рядов. Т.е. текст воздействует и на ра зум и на чувства, что, с одной стороны, облегчает восприятие и усвоение читателем информации, поступающей сразу по нескольким каналам и подкрепляющей друг друга, а с другой – позволяет усилить воздействие на читателя за счет ярких образов, накладывающихся на еще ограничен ный опыт ребенка и обогащающих его за счет тщательно отобранных и продуманных, но чужих представлений.

На вербальном уровне эта «канадскость» не может не проявляться, что связано со спецификой Canadian English, который инкорпорировал в себя элементы различных европейских языков и местных говоров:

Skookum – заимствование из чинукского жаргона – пиджина, воз никшего на северозападе тихоокеанского побережья Канады, в котором смешались английский, французский и язык аборигенов чинуков, соста вивший основной массив лексики (e.g. The Adventures of Jasper: Lost in Skookum Valley by Glen Lovett).

Также локальный колорит во многом создается реалиями – словами, описывающими уникальные для данной социокультурной общности предметы и явления, к которым можно отнести:

имена собственные, прежде всего географические названия (Newfoundland, the Rocky Mountains, British Columbia);

названия национальных атрибутов.

Но значительная доля самобытности канадской детской литературы создается именно иллюстративным рядом. Это объясняет и повышенный исследовательский интерес к иллюстрациям детских книг, рассматривае мым как самостоятельный жанр.

При этом, несколько упрощая реальную картину, можно выделить две тенденции в иллюстрировании детских книг.

Условно-нереалистичная. Иллюстрации изображают персона 1.

жей, преимущественно зверей. Люди присутствуют, но очень схематично, стереотипно, вперемешку со зверями. В этой области мы найдем мало специфичного, уникально канадского ни в выборе изображаемых живот ных, ни в манере их репрезентации. («The Lab Rats of Dr. clair» by John Bianchi).

Точные, реалистичные, детальные иллюстрации. Чаще всего 2.

мы находим их в книгах, акцентирующих функцию социализации, и именно в них мы и усматриваем собственно канадскую (не только по на циональности автора, но и по наполнению) литературу.

Своеобразие канадской национальной детской художественной ли тературы проявляется двояко.

Во-первых, в отображении материально-физического окружения, в своеобразном локальном колорите, который конституируется следую щими аспектами:

1. География. Рельеф, специфические пейзажи, характер ными особенностями которых можно назвать простор. В этом от ношении канадскую литературу отличает значительная регио нальность, т.к. в книгах изображаются пейзажи, свойственные одному из многих регионов, и нет усредненного канадского пей зажа:

полярный («A Team Like No Other» by G. Graham);

приморский («My Home Bay» by A. L. Carter);

горный («A trail of broken dreams» by B. Haworth-Attard);

равнинный, лесной («The West is Calling» by S. N. Harvey and L.Buffman);

прерии («Under a Prairie Sky» by A.L. Carter).

2. Климат:

полярный («Northern Lights: The Soccer Trails» by M. Kusugak);

северный, умеренный («Very Last First Time» by J. Andrews and I. Wallacee.

3.Разгул стихии («The Prairie Fire» by M. Reynolds).

Во-вторых, канадскую литературу отличает культурно идеологическое своеобразие, которое проявляется в следующих аспектах:

1. Многонациональность. Так, К. Карпентер (Carpenter, 1996) ха рактеризует канадскую культуру как «этнические наносы со всего света».

Исследователь констатирует мультикультурализм как доминирующую тенденцию в культуре Канады в целом и в литературе для детей в частно сти. Это проявляется в стремлении отображать в литературе общество во всей его многоликости и разнообразии национальностей, рас. В основе этой тенденции лежит представление о том, что предрассудки и дискри минация являются следствием недостаточной осведомленности, каковую проблему легко решить, заменив на первых этапах опыт личного межэт нического общения на опосредованное знакомство через книги.

Эту тенденцию канадская литература разделяет с американской. Но важной чертой именно канадской литературы является изображение ко ренного населения Канады («My name is Seepeetza» by S. Sterling). Многие канадцы также имеют китайские («The Last Flight of the Birdman» by D. Glaze), африканские («Not with Silver» by S. Bedford), азиатские («Saying Goodbye» by E. Sung) корни.

2. Канадский образ жизни. В этом отношении важными чертами канадскости представляются:

любовь к спорту, прежде всего хоккею и футболу («The Mocasin Goalie» by W.R. Brownridge);

на побережье типичным, любимым времяпровождением является рыбалка («The Fishing Summer» by T. Jam);

типично канадским представляется сельский образ жизни, посвя щенный фермерству («The Strongest Man This Side of Cremona» by G. Graham).

Таким образом, национальная канадская литература для детей при звана воспитывать в подрастающем поколении любовь к родине во всем ее географико-климатическом разнообразии, и уважение ко всем людям, невзирая на их корни, населяющим ее. Также литературой вырабатывают ся стереотипы канадского поведения и образа жизни.

Е.А. Нильсен, Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов КОНЦЕПТ «ВРЕМЯ» ГЛАЗАМИ ЖИТЕЛЕЙ ПОЛЯРНЫХ ШИРОТ КАНАДЫ И ЕГО ЯЗЫКОВАЯ РЕАЛИЗАЦИЯ Как известно, концепт онтологического времени относится к числу центральных в системе базисных представлений человека о мироустрой стве. Время является особо значимым для человеческого бытия, оно мно гогранно, многоаспектно. Всякое изменение совершается и развертывает ся во времени, поэтому время можно трактовать как максимально обоб щенную абстракцию от изменений, то общее, что сводит их вместе, сколь разнородными они бы ни были (Никитин, 2003). Как отмечает В. Эванс, «Time adds an important and necessary dimension to our understanding of the world and our place in it – it seems almost impossible to conceive of what our world of experience might be like in the absence of time;

after all, events hap pen in time» (Evans, 2004. – Р. 3). Время носит универсальный характер, но в то же время является культурно-специфическим феноменом, поскольку его восприятие зависит от коллективного опыта. Всеобъемлемость вре менного континуума дает основание считать время когнитивной доминан той любой культуры. При этом для носителей английского языка концепт времени имеет особое значение, являясь одной из основных ценностей представителей британской и североамериканской культур. Будучи ком понентом константы «Мир», время является базовым конституентом кон цептуальной системы (Степанов, 2001).

С целью выявления специфики восприятия концепта ВРЕМЯ пред ставителями североамериканской культуры было предпринято исследова ние, включающее опрос информантов-жителей Канады, проживающих на территориях за Полярным Кругом и к югу от него. Обобщив полученные результаты, можно прийти к выводу, что семантические признаки, состав ляющие эссенциальную семантику концепта ВРЕМЯ, можно разделить на 7 блоков:

1. Время как ценность.

2. Время как высшая сила.

3. Время как движение (линейное).

4. Время как бесконечность (время абсолютное).

5. Время как вместилище.

6. Время как система измерения.

7. Относительность времени.

Следует заметить, что в ряде случаев информанты затруднялись от ветить на вопросы: «Что такое время?», «С чем Вы можете сравнить вре мя?» и т.п. В частности, можно было получить такой ответ, как Time is difficult to describe. Иногда ответы носили философский характер, напри мер, Time is like …the wind;

it lifts the light and leaves the heavy. / Time is like wind. Like a cloud. Like sand sipping through your hands. / Time is the inevita ble reality we live in. / Time is a subjective restriction. / Time is an illusion.

Иногда высказывания респондентов имели юмористический характер, как, например, Time is like the pain and darkness of living with the same woman for 50 years или «Time's fun when you're having flies» (приведенное респон дентом высказывание героя Маппет-шоу лягушонка Кермита, переделав шего поговорку «Time flies when you're having fun»). Возможно, такого ро да затруднения, а также попытка карнавализации представлений о време ни являются следствием сложности, многогранности и многоаспектности исследуемого концепта, являющегося базовым в системе представлений любого народа.

Ответы респондентов в значительной мере многофакторны, в них фигурируют признаки времени, которые можно соотнести с различными блоками, выделяемыми в структуре понятийной составляющей концепта ВРЕМЯ. Так, например, один из канадских студентов охарактеризовал время следующим образом: Time is like things to do. I judge the passing of time by how many things I’ve accomplished. В этом ответе отражены черты времени, соотносимые с блоками «Время как движение (линейное)» и «Время как вместилище», поскольку информант говорит о движении вре мени (passing of time) и о том, что время должно быть всегда заполнено событиями, делами, которые необходимо сделать.

В другом ответе сочетаются такие характеристики времени, как «Время как система измерения», «Время как вместилище» и «Время как движение (линейное)»: Time is the measurement of an interval of continuum, such as sec., min., hours, days, etc., to mark periods on this continuum relating to past, present, and future. С одной стороны, здесь говорится о том, что время является системой измерения временного континуума, с другой – о том, что оно состоит из множества частей, входящих в этот континуум, таких как секунды, минуты, часы и т.д. В то же время информант отмечает протяженность времени и однонаправленность его движения: от прошлого к будущему.

Обобщим результаты, полученные в ходе опроса более 40 инфор мантов.

К блоку «Время как ценность» можно отнести следующие ответы респондентов: Time is money (такой ответ дали 5 респондентов). / Time is like…a treasured possession. You can never have too much. / Time is of the es sence (ответ 2 респондентов). / Live every day as if it were your last. / Time is like the most important part of our life. / Time is precious. В целом можно от метить, что ответы 11 из 42 опрошенных носителей языка представляется возможным отнести к блоку «Время как ценность».

Полученные результаты согласуются с мнением многих ученых, от мечавших частотность метафорического переноса «время – деньги» в анг лийском языке (Lakoff, Johnson, 1980;

Lakoff, Turner, 1989). Это, в частно сти, выражается в пословицах «Time is money», «Take care of the minutes and the hours will take care of themselves», «A stitch in time saves nine» и других, которые говорят о ценности каждой минуты в жизни человека, так как из минут складываются часы, дни, годы и в конечном счете вся жизнь.

К блоку «Время как высшая сила» относятся: Time is on our side. / Time heals all wounds. / Time is like …the wind;

it lifts the light and leaves the heavy. / Time is like wind. Like a cloud. Like sand sipping through your hands. / Time is the inevitable reality we live in. / Time is like sand slipping through our fingers. / Time is beyond us and it is eternal. / Old Father Time will catch up with you one day. Таким образом, к блоку «Время как высшая сила» отно сятся ответы 8 из 42 респондентов.

Очевидно, что человек воспринимает время как нечто возвышаю щееся над ним, как грозного и неумолимого правителя, имеющего неогра ниченную власть над человеком, как нечто, неподдающееся контролю, но постоянно контролирующее человека, как нечто неуловимое и, в отличие от человека, вечное. В большинстве высказываний, характеризующих время, преобладают отрицательные коннотации (время – это неизбеж ность, оно нас контролирует, не дается в руки, утекая как песок сквозь пальцы и т.д.), поскольку человеку сложно относиться иначе к тому, над чем он не имеет власти, но что имеет безграничную власть над ним. Одна ко некоторые респонденты считают, что время подвластно воли человека и может помочь человеку: Time is on our side. / Time heals all wounds. Сле довательно, время представляется носителям английского языка не только как неумолимый господин, но и как друг, помощник и лекарь.

В блок «Время как движение (линейное)» входят: Time is …what we use to move through life to accomplish all we set out to do. / Time is a river with an unstoppable stream. / Time is like things to do. I judge the passing of time by how many things I’ve accomplished. / Time is the advance of age. / Time is like…a flying bird. / Time flies when you're having fun / Time is … our past, present & future & is limitless. / Time goes too fast. / Time is like a river (ответ 3 респондентов). / Time is like a ball rolling down a hill;

it seems to pick up momentum, and goes faster and faster. / Time is like a river, always flowing but not always at the same velocity. / Time is the measurement of an in terval of continuum, such as sec., min., hours, days, etc., to mark periods on this continuum relating to past, present, and future. Всего 14 из 42 респон дентов охарактеризовали время как линейное, необратимое. При этом время сравнивается с быстрой рекой, летящей птицей, путником, идущим слишком быстро, и т.д. Время нельзя остановить, повернуть вспять или замедлить его бег. Оно неумолимо движется от прошлого к будущему.

Блок «Время как бесконечность (время абсолютное)» представлен следующими высказываниями информантов: Time is like eternity. / Time is … our past, present & future & is limitless. / Time is like… an endless continuum. / Time is beyond us and it is eternal. Таким образом, ответы респондентов можно охарактеризовать как относящиеся к данному блоку.

Такая трактовка времени созвучна идеям Исаака Ньютона (1642– 1727), механика которого в течение более чем двухсот лет выступала в ка честве фундамента физики. Создание этой теоретической системы соста вило целую эпоху в развитии представлений о категории времени.

И. Ньютон писал о том, что время и пространство – это особые начала, существующее независимо от материи и друг друга. Время само по себе есть нечто абсолютное и ни от чего не зависящее, чистая длительность, равномерно текущая от прошлого к будущему. Оно является пустым вме стилищем событий, которые могут его заполнять, но могут и не заполнять.

Время универсально, одномерно, непрерывно, однородно и бесконечно.

Абсолютные пространство и время непознаваемы и неизмеримы. От абсо лютного пространства и времени И. Ньютон отличал относительное про странство и время, которое является предметом измерения и оценки (Молчанов, 1991).

К блоку «Время как вместилище» относятся: Time is like… goals or tasks achieved. / Time is like things to do. I judge the passing of time by how many things I’ve accomplished. / Time is the measurement of an interval of con tinuum, such as sec., min., hours, days, etc., to mark periods on this continuum relating to past, present, and future. В целом 3 информанта охарактеризова ли время как вместилище. Человек в своем сознании помещает события в определенные временные рамки как в сосуд, наполняя его людьми и их деяниями, прожитыми минутами и часами. И время выступает не только в роли сцены, на которой разворачивается действо, но и хранилища воспо минаний о том, что уже является достоянием прошлого.

В блок «Время как система измерения» вошли 5 высказываний рес пондентов: Time is … how long I have to complete tasks. / Time is the ticking of a clock, the whine of an alarm, the calendar on the wall. / Time is like… a coordinate. Depending on what time it is, you can know where you are at least longitude position. / Time is the measurement of an interval of continuum, such as sec., min., hours, days, etc., to mark periods on this continuum relating to past, present, and future. / Time is a measurement of distances in the fourth di mension.

Присутствие в семантической структуре времени лексико семантического варианта «система измерения», как пишет В. Эванс, обу словлено соотношением между происходящими с определенной периодич ностью явлениями внешнего мира и субъективным восприятием длительно сти человеком. Благодаря этому физические (т.е. визуальные и аудиальные) символы могут использоваться для репрезентации (т.е. измерения) длитель ности, с которой они взаимосвязаны (Evans, 2004;

2006).

Очевидно, что представление о времени как о системе измерения зародилось у человечества очень давно и постепенно развивалось в связи с научным и техническим прогрессом. В наши дни, когда темп жизни все больше ускоряется с каждым годом, невозможно вообразить себе представителя нашей цивилизации, кото рый может себе позволить потерять счет времени и не относиться к своей жизни как к ограниченному от резку времени, отпущенному ему для свершения дел и осуществления планов.

Однако, наряду с приводимыми носителями английского языка оп ределениями, характеризующими время как нечто, имеющее четкие гра ницы, делимое на конвенциональные отрезки и т.д., ряд информантов го ворили о времени как об иллюзорной, трудно определяемой сущности, например: Time is like wind. Like a cloud. Like sand sipping through your hands.

Шесть из 42 информантов охарактеризовали время как нечто отно сительное: Five minutes feel different depending on which side of the bathroom door you are. / Time is … relative. / The youth is hurrying the time, while the age tries reversing it. / Time is relative. / Time is a subjective restriction. / Time is stretchable. Время может как убыстрять, так и замедлять свой ход в за висимости от обстоятельств, от восприятия человека.

Учитывая все вышесказанное, можно прийти к выводу, что концепт ВРЕМЯ играет огромную роль в мировосприятии современного человека.

Понятийная составляющая этого концепта в представлении жителей Ка нады включает такие блоки, как «Время как ценность» (на этот блок при ходится 23% высказываний респондентов), «Время как высшая сила»

(16%), «Время как линейное движение» (30%), «Время как бесконечность (время абсолютное)» – 7%, «Время как вместилище» – 4%, «Время как система измерения» – 9%, «Относительность времени» – 11%.

Значимость каждого из блоков для представителей североамерикан ской культуры обусловлена экстралингвистическими причинами и осо бенностями менталитета нации на определенной стадии развития. Так, на пример, блок «Время циклическое», имевший для англосаксов огромное значение, в представлении носителя современного английского языка ус тупает место блоку «Время линейное». А блок «Время как система изме рения» с каждым годом становится все более значимым благодаря бурно му развитию общества и научно-техническому прогрессу, заставляющему человека увеличить темп жизни, уменьшить отрезки времени, затрачивае мые на принятие решений и достижение тех или иных целей. Такое давле ние, испытываемое членом современного общества ежедневно, приводит к тому, что блок «Время как высшая сила», ставящий человека в жесткие временные рамки, также занимает важное место в представлениях носите лей английского языка о концепте ВРЕМЯ. И, несомненно, время расце нивается ими как высшая ценность, которую нельзя ни купить, ни воспол нить.

Помимо описанных выше особенностей восприятия концепта ВРЕ МЯ жителями Канады в процессе исследования была выявлена некоторая специфика понимания этого феномена информантами, проживающими на территориях за Полярным Кругом. В частности, в сознании граждан Ка нады, живущих на севере страны, в структуру концепта ВРЕМЯ входят такие понятия, как полярная ночь и полярный день, отсутствующие в со ответствующих ментальных образованиях у жителей юга страны. В под тверждении этого тезиса можно привести следующие ответы информан тов-южан на вопросы «What is polar night? How would you define polar night»? и «What is polar day? How would you define polar day»? – Polar night is … a term I've never heard or used. / Polar night is … sorry, never heard of it.

/ Polar night is … Not familiar with the term. / Polar day is … is a term I've never heard or used. / Polar day is … sorry, never heard of it. / Polar day is … Not familiar with the term.

Ответы информантов, проживающих на территориях Канады за По лярным Кругом, можно условно разделить на две группы. В первую вой дут ответы, носящие «научный характер», во вторую – отражающие лич ный опыт носителей языка. В частности, к первой группе можно отнести следующие высказывания, описывающие полярную ночь: Polar night is a typical event in Northern countries from the 15th of December till the 15th of January. / Polar night is the night lasting more than 24 hours, usually inside the polar circles. / Polar night is a natural phenomenon of the earth circling around the sun. / Polar day and polar night, relating to the North Pole and South Pole of our planet, have to be measured by a time period of 24 hours from one "day" to the next, as there are times when the sun shines or is absent for longer periods of interval, due to the spin and rotation and the fact that at certain times of the year, the earth leans increasingly toward/away from the sun, resulting in exact opposites on the Polar Regions. / Polar night is when night lasts for more than 24 hours. В этих ответах превалирует научный подход к объяснению природного феномена «полярная ночь». В них от мечаются такие особенности полярной ночи, как продолжительность бо лее суток, географическая соотнесенность с Полярным Кругом, время, ко гда можно наблюдать этот феномен (с середины декабря по середину ян варя) и т.д.

Ко второй группе относятся следующие высказывания, содержащие субъективную оценку полярной ночи и связанные с ней ассоциации: Polar night is boring. / Polar night is long. / Polar night is northern light. / Polar night is sleeping, sleeping, sleeping. And having babies. / Polar night is long and dark.

/ Polar night is …a night that never gets completely dark. / Polar night is when it is constantly dark, like in the north of the Arctic Circle. Very depressing yet maybe beautiful. Носители языка оценивают полярную ночь как скучную, длинную, вызывающую депрессию и желание вздремнуть. Однако, помимо негативных оценок, встречаются юмористические (Polar night is sleeping...

And having babies.) и положительные, связанные с возможностью возник новения Северного сияния (Polar night is northern light. / …maybe beautiful).

Описывая полярный день, респонденты также выбирали один из двух упомянутых выше способов описания: «научный» или содержащий субъективную оценку, основанную на личном опыте. К первой группе можно отнести следующие описания полярного дня: Polar day is a typical event in Northern countries from the 15th of June till the 15th of July. / Polar day is a natural phenomenon of the earth circling around the sun. / Polar day is when the day lasts for more than 24 hours.

Во вторую группу вошли: Polar day is party for a whole month. / Polar day is …a day that never gets light. / Polar day is 24 hours of light in the sky.

Hard to sleep. / Polar day is …bighting frost. / Polar day is … when the sun stays above the horizon for a long time. / Polar day is staying awake and alert for some, and insomnia for others. Sun above your head 24/7. Unusual sha dows. / Polar day is short and sunny. / Polar day is short. Очевидно, что по лярный день вызывает у жителей северных территорий Канады более при ятные ассоциации, чем полярная ночь. Описывая полярный день, они го ворят о том, что в это время можно веселиться месяц напролет, можно быть активным и бодрым. Однако многие говорят и об обратной, непри ятной стороне этого природного явления: во время полярного дня сложно заснуть, многие страдают бессонницей, температура даже летом не под нимается достаточно высоко, чтобы человек мог почувствовать себя тепло и комфортно, полярный день слишком краток по сравнению с ночью.

Обобщив все сказанное выше, можно говорить о том, что, как пока зывают результаты исследования, основными характеристиками времени, по мнению жителей Канады, являются, в первую очередь, его необрати мость и ценность. Время также рассматривается ими как высшая сила, как бесконечность, вместилище событий, как система измерения. Ряд носите лей языка отмечает относительность времени.

Отличительной чертой концепта ВРЕМЯ в системе знаний о мире граждан Канады, проживающих на территориях за Полярным Кругом, яв ляется наличие в его структуре представлений о полярной ночи и поляр ном дне, отсутствующих в соответствующих ментальных образованиях у жителей юга страны.

Литература 1. Молчанов В.И. Феноменология // Современная западная фило софия: Словарь / Сост. В.С. Малахов, В.П. Филатов. – М.: Политиздат, 1991. – С. 414.

Никитин М.В. Основания когнитивной семантики. – СПб., 2003.

2.

Степанов Ю.С. Константы: словарь русской культуры. – М., 3.

2001.

4. Evans V. How We Conceptualise Time: Language, Meaning and Temporal Cognition. – Sussex, 2006.

5. Evans V. The Structure of Time. Language, Meaning and Temporal Cognition. – Amsterdam / Philadelphia, 2004.

6. Lakoff G., Johnson M. Metaphors We Live by. – Chicago: Uni versity of Chicago Press, 1980.

7. Lakoff G., Turner M. More than Cool Reason: a Field Guide to Poe tic Metaphor. – Chicago: University of Chicago Press, 1989.

О.И. Хайрулина, Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов РОССИЯ И КАНАДА: ПАРАЛЛЕЛИ СУДЬБЫ Для меня слово параллель в данном контексте – ключевое. И дейст вительно, наши государства раскинулись на великих, огромных, необъят ных территориях седого Севера параллельно, разделенные океаном. Так же и нити судеб наших двух стран на общем мировом гобелене образуют узор, более параллельный, чем сплетающийся в сетях конфликтов и кри зисов.

Пожалуй, такой параллелизм, близкий и дружелюбный, вызван уди вительным подобием во многих аспектах нашего существования в Север ном полушарии планеты. С географических позиций наши территории близки, как ни с каких иных. Ведь и Россия, и Канада, будучи двумя са мыми обширными странами, практически в одинаковой степени владеют арктическими территориями, имеют выходы к северным морям и Полюсу.

Несомненно, особенности холодного климата не могут не сказы ваться на характере людей. Северян отличает уравновешенность, спокой ствие, внутренняя улыбка, доброта, толерантность, строгость. Суровые жизненные условия помогают развивать такие замечательные качества, как упорство, выдержка, сила духа, настойчивость. Именно благодаря та ким подаркам судьбы наши народы и смогли покорить суровый север и найти свое место среди лесов и студеных озер. Освоение / mastering – в обоих наших языках есть именно то слово, которое отражает суть взаи модействия человека и природы. Когда, занимая новые, неизведанные территории с неласковым климатом, дремучими лесами, выстуженными камнями и свинцовым небом, человек делал их своей родиной, землей, к которой он относится с нежностью и заботой. Относится по-хозяйски и бережет, уважает и гордится своей принадлежностью к рожденным на этом куске суши.

Еще Карамзин в своих «Письмах русского путешественника» делал отсылки на дикость канадских лесов, а ведь это удивительно, поскольку русский север, Русская Сибирь тем и славятся, что сплошь заросли дикой тайгой. Однако же эти суровые края становились домом для тех, кто более не мог и не хотел жить в старых условиях или же не находил простора для своей души на плотно заселенных территориях Европы или средней Рос сии. Я процитирую Карамзина: «Дикий, переселенный из мрачных канад ских лесов в великолепный город Европы, на сцену всех блестящих ис кусств, видит богатство и пышность – видит и пленяется;


но через минуту очарование исчезает – хлад остается в его сердце, и он желает возвратить ся в бедные шалаши лесов канадских, где грудь его согревалась питатель ными лучами любви и дружбы» (Н.М. Карамзин. Избранные сочинения в двух томах. – М.;

Л., 1964. – Р. 509). Вообще, прилагательное, более всего подходящее Северу, – чистота. Также и новгородцы, изгнанные Иваном Грозным со своих родных мест, и те, кто не нашел в себе сил принять но вые церковные правила, старообрядцы и раскольники, находили свое при бежище на Русском Севере, равно как и эмигранты старого Света стреми лись на Североамериканский континент в поисках счастья. Говоря о Рус ском Севере, я более всего подразумеваю Европейский север, земли По моров, поскольку провела там большую часть своей жизни и знаю те чер ты северного характера, о которых упоминаю, не понаслышке. Уверена, что проблемы освоения Севера, с которыми русский народ столкнулся на несколько веков раньше, чем пионеры Канады, одинаковы. Это и суро вость климата, и скупость земли, и взаимоотношения с коренными наро дами. Все эти проблемы русский покоритель севера познал на несколько веков раньше европейского переселенца в Новый свет, но от этого они не стали менее животрепещущими.

Вот почему так охотно переселенцы ХХ века выбирали Канаду своей второй родиной в момент тяжелого перелома. Еще одна черта Севера – толерантность. Русский Север в Средневековье принимал разных людей, главное, чтобы человек чтил его законы, так и Канада в Новое Время ста ла домом для всех тех, кому необходимо было найти новое пристанище.

Смею предположить, что в такой стране снега, озер и лесов русскому эмигранту было гораздо комфортнее, чем на южных берегах, и ностальгия саднила не столь остро.

Канада является гостеприимным домом для многих переселенцев, принадлежащим к разным социальным слоям и вероисповеданиям.

В стране существует программа заселения необжитых территорий, коих в Канаде, как и в России, имеется большое количество. Переселенцам предоставляются льготные условия, что позволяет представителям раз ных стран и наций свободно образовывать общественные объединения и диаспоры, причем государственная политика исключает конфликты ме жду ними. Среди переселенцев многочисленные позиции занимают по селенцы из Китая, Украины, России. Несмотря на разнообразие вероис поведаний, культур и языков, переселенцы с большой толерантностью относятся к друг другу. Такой же процесс шел в России в XIX веке, так, например, казаки заселяли Дальний Восток, обживали Аляску. В этом отношении страны с суровым климатом повторяют путь России в деле осваивания незаселенных и малозаселенных территорий, природных ре сурсов.

Суровость климата является немаловажным фактором для привлечения любителей экстремального туризма, здесь, как и в России, широко распространены охотничий туризм и рыболовство, что является немаловаж ным фактором для привлечения людей, склонных к риску.

Дешевизна земли является заметным фактором для людей, склонных к отшельничеству, так, много православных эмигрантов нашли свое от шельническое жилище именно в этой стране. Большинство людей, живу щих в северных широтах, предпочитают жить в своих домах, что характе ризует их как свободолюбивых и независимых, в том числе и готовых бросить вызов суровым условиям северной жизни. Взаимопомощь в диас порах очень велика, это еще раз подтверждает факт, что суровый климат и условия проживания объединяют людей.

Большую долю в экономике составляет сырье, в том числе лес. Мно гие люди едут туда на заработки в лесозаготовительную промышленность, рыболовство, так, например, наряду с Россией, Канада является крупным экспортером красной икры, пушнины и лесного сырья.

Вот так, параллельно в пространстве и времени происходило поко рение северных земель, расположенных так далеко относительно экватора и так близко через Северный Полюс. Это очень мудрое решение о дружбе и сотрудничестве, поскольку опыт есть самое дорогое из человеческих бо гатств, будь то опыт решения проблем малых народов, арктической эколо гии, морских шельфов или строительных технологий для районов Крайне го Севера.

И.Ю. Вострикова, Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов КОНЦЕПТ «СЕВЕРНОСТЬ» В КАНАДСКОЙ ПОЭЗИИ Концепт «северность» – неотъемлемая естественная составляющая канадского коммуникативно-культурного пространства. Важную роль в доминантности этого явления играют и природные причины, как, напри мер, географическое положение Канады, и исторические факторы, и поли тико-экономические как актуальная на сегодняшний день тематика аркти ческих территорий. В лингвистическом плане концепт «север» постоянно присутствует, например, в топонимах (материк Northern America, канад ская федеральная территория Northwest Territories, Canadian Arctic Archipelago) и названиях канадских компаний (концерн «Nordicity», авиа компания «Canadian North airlines», телекомпания «Television Northern Canada» и др.).

Непосредственно как термин «северность» (nordicity) возникла в Ка наде в 60-х годах XX века. «Северность» – широкий концепт, охватываю щий сферу воспринимаемых, реальных и предположительных явлений, событий и предметов в регионах высокой широты. Концепт включает раз нообразный спектр тематических направлений – от природно географических до культурно-антропологических. Каждый из «полярных факторов» (климатический, биологический, психологический и др.) оце нивается и получает балл по 100-балльной шкале;

после сложения баллов по всем факторам вычисляется общее значение «северности» для кон кретной зоны (так называемый VAPO index).

Тем не менее, концепт «северность» относится не только к измере нию географической широты, температуры и описанию тундры, он также выражает отношения и чувства, которые север вызывает у людей. Как отмечает Р. Вибе, в век великих географических открытий Канада цели ком и полностью воспринималась как «север», настолько неприветливой и холодной землей она показалась первооткрывателям. Постепенно в процессе освоения и заселения северных районов индекс «северности»

снижался как территориально, так и психологически. Так, например, в 1941 году неосвоенная территория центрального Квебека и Лабрадора оценивалась в 533 балла по VAPO, а 25 лет спустя этот индекс уже со ставлял 295 баллов.

В период с 1911 по 1941 год активные минеральные разработки и развитие сельского хозяйства привели к формированию нордического ме гарегиона, включавшего западные части Канады и так называемый регион Алсама (Альберта – Саскачеван – Манитоба).

Одновременно с промышленно-географическим развитием арктиче ских и приарктических районов выкристаллизовывалась гуманитарно политическая концепция «северности». На данный момент выделяют два основных подхода к пониманию «северности»:


эксплуатационную (nordicity of use);

нормативную (normative nordicity).

Первый подход охватывает экономические и политические факторы успешности и активности предпринимательства в северных условиях, раз работку методов эффективного функционирования бизнеса, отличных от южных стандартов.

Второй подход фокусируется на видении блага для севера, основан ном на тройственном принципе культурного, экологического и регио нального понимания «северности».

Несмотря на противостояние двух концепций, их распространение привело к ряду мер на правительственном уровне, как, например, призна ние прав исконных народов в 1975 году (James Bay and Norther Quebec Agreement), развитие технологий, адекватных для северных условий, из менения в порядке административного управления, обновление образова тельных программ, адаптированных для северных культур и др.

Конечно, такой аутентичный для Канады концепт, как «северность», не мог не найти отражения в национальной литературе. В поэтике и худо жественной прозе «северность» осознавалась авторами в ключе романти ческого национализма. Например, тема мифической северной земли рас крывается в стихотворении Френсиса Скотта «Laurentian Shield», где он связывает родную землю как с эволюционно-историческими процессами, так и с чувственно-гуманитарным восприятием родины.

Северный характер и северное сознание возникают в воображении писателей, поэтов и их читателей как обобщенный стандарт идеального ге роя-первооткрывателя, преодолевающего трудности севера и одновремен но восхищенного его нетронутой суровой красотой. В XX веке движение феминизма боролось за преодоление стереотипа «мужественности» в дан ном образе, поскольку не только отважные мужчины, но и сильные жен щины участвовали в подвиге освоения севера. Одновременно разворачива ется движение за признание прав коренных народов, таким образом, образ северного характера обогащается чертами аборигенов северной Канады (например, литературную обработку приобретают легенды и сказания инуитов). Исследователи отмечают, что в связи с вышесказанным в своем современном мультифакторном состоянии концепт «северность» невоз можно не поставить в центр канадского национального самосознания.

В области поэтики обсуждаемый концепт претерпел романтическо мистическую интерпретацию, особенно на первых стадиях индустриаль ного освоения севера. В постколониальной литературе наблюдается об ратный процесс демифологизации севера: стремясь избавится от рафини рованного образа севера и рассказать читателю правду, писатели, поэты и журналисты путешествуют в северные провинции, изучают людей и вы дают новые тексты о севере, основанные на дорожных заметках.

Творчество поэтов-романтиков периода, следующего за Канадской Конфедерацией (вторая половина XIX века – начало XX века), глубоко связано с художественными устремлениями «Группы семи» – альянса ху дожников, изображавших канадские северные пейзажи в стиле и технике импрессионистов (среди них – Лорен Харрис, А. Джэксон, Артур Лизмер, Фредерик Варли, Джеймс Макдональд, Фрэнсис Ханс Джонсон и Франк лин Кармайкл). Поэты и художники выдвигали идею неприкосновенности природы, протестуя против индустриализации, а древнюю геологию и географию Канады считали полноправной заменой недостаточного исто рического контекста. Их романтическая национальная эстетика стала сплавом естественного канадского ландшафта и современной художест венной техники. И до сегодняшнего дня творчество «Группы семи» и по эзия их современников являются ярким выразителем национального ха рактера канадской природы, в особенности концепта «северной Канады»

или «Канады как Севера». В их работах север представал в качестве той чистой страницы, или tabula rasa, на которой предстоит еще оставить след просвещенному человечеству.

Влияние работ «Группы семи» на творчество канадских поэтов пер вой половины XX века неоценимо. Необычная экспериментальная худо жественная техника «Группы семи» особенно вдохновляла авторов, сти мулируя свободу рифмы и разнообразие образов (Ф.Р. Скотт, В.В. Росс, А.Дж.М. Смит и др.).

Артур Джеймс Маршалл Смит в «The Lonely Land» воспевает суро вую северную природу в следующих строках (1902–1980):

This is a beauty of dissonance, this resonance of stony strand, this smoky cry curled over a black pine like a broken and wind-battered branch when the wind bends the tops of the pines and curdles the sky from the north.

This is the beauty of strength broken by strength and still strong.

Красота северной земли предстает как неоднозначное явление, по строенное на антонимических понятиях «beauty» – «dissonance», «broken by strength» – «still strong». Это красота, рожденная в борьбе стихий. Ритм, за данный аллитерацией внутри строк («stony strand», «black pine like a broken and wind battered branch», «beauty of strength broken by strength and still strong»), заменяет отсутствующую рифму и рождает образы порывов ветра.

Метафоричная и аутентичная реализация концепта «северности» на ходит свое выражение в поэзии Френсиса Реджиналда Скотта (1899– 1985).

I scratch the frosted pane with nails of love and faith and the crystalled white opens a tiny eye reveals the wide, the shining country.

Избегая употребления лексики, непосредственно означающей арте факты «северности», Скотт все же ссылается на образы, связанные с суро вым климатом (frosted, crystalled white), творчески передавая таким обра зом легкость и светозарность образов и эмоций. Эксперименты с аллите рацией, заменяющей рифму, и длиной строк в строфе возвращают читате ля к древним образцам поэзии, первым героическим сагам, воспевающих красоту и силу стихий.

Необычайно лирично метафорическое описание Канады в стихотво рении «Laurentian Shield». Используя лексику семантического поля «се вер» (snow, arctic), Скотт возвращается к идее северной земли как tabula rasa (empty as paper). Одновременно маркеры «северности» окружаются лексикой семантического поля «таинственности» (wonder, something we cannot hear, inarticulate).

Hidden in wonder and snow, or sudden with summer This land stares at the sun in a huge silence Endlessly repeating something we cannot hear.

Inarticulate, arctic, Not written on by history, empty as paper.

Само название произведения отражает восхищение поэта древней шей геологической историей природы Канады. Лаурентийский (Канад ский) щит – выступ докембрийского складчатого фундамента, занимаю щий северную половину Северо-Американской (Канадской) платформы, включая Гренландию, и богатый природными ископаемыми.

В этом стихотворении поэт сравнивает Канаду с загадочной, спящей женщиной, которую ради ее процветания и развития должны пробудить ото сна любовь и красота поэзии. Образы, созданные Скоттом в этом про изведении, на много лет стали поэтическим маркером канадского природ ного характера для критиков и литературных творцов.

А. Дж. Смит (1902–1980), поэт, также воспевавший красоту и одно временно одиночество канадской северной земли. В стихотворении «To Hold in a Poem» он говорит, что северную землю нужно описывать слова ми «as crisp and as white/ as our snow».

To hold in a verse as austere As the spirit of prairie and river, Lonely, unbuyable, dear, The North, as a deed, and forever.

Следующим автором, эстетизировавшим образ «севера», стал Эл Пэрди (Альфред Вэллингтон Пэрди, 1918–2000). Однако Пэрди отказыва ется от романтической традиции описания арктических широт и противо поставляет свое творчество поэзии, находившейся под влиянием «Группы семи».

Listening To Myself see myself staggering through deep snow lugging blocks of wood yester day an old man almost falling from bodily weakness – look down on myself from above then front and both sides white hair – wrinkled face and hands it's really not very surprising that love spoken by my voice should be when I am listening ridiculous yet there it is a foolish old man with brain on fire stumbling through the snow.

Критикуя предшественников, Пэрди настаивает на важности выра жения собственных чувств и впечатлений, а не следовании чужому эсте тическому видению. Поэт обращает особое внимание на культуру и обы чаи исконных народов, простых людей, а не героев, изучает этнографиче ские особенности и бытовые условия во время путешествий в Арктику, раскрывая в своих произведениях не чувствительную романтику северно го одиночества, а трудности выживания жителей севера, темы смерти и бессмертия («The mirror is broken / (glass is fragile anyway) / …all heroes die» from «Heroes»).

В том же ключе демифологизации пишет Мордехай Рихлер (1931– 2001), канадско-еврейский поэт и драматург, поднимая в рамках концепта «северность» расистскую и национальную тематику. Прежде всего, он ли шает романтического флера овеянную легендами арктическую экспедицию Франклина в своем эпическом «Solomon Gursky was here» («Соломон Гор ский был здесь»), описывая в сатирическом ключе само предприятие, наде ляя своих героев довольно инфантильными чертами и, кроме того, делая основными действующими лицами евреев. Тем не менее, великолепный ав торский стиль, сложность характеров и маркесовская нотка «магического реализма» выделяют роман из общего поля канадской литературы.

Спиральное развитие художественного творчества и законы литера турной наследственности в конечном итоге привели к возвращению ро мантической концепции восприятия «северности». В этой связи необхо димо отметить работы Роберта Кроэтца (р. 1927), чей знаменитый мани фест гласит «to write is, in some metaphoric sense, to go to North. To go to North is, in some metaphoric sense, to write. One goes North at that very point on the page where the word is in the process of extending itself onto the blank ness of the page». Непосредственно процесс написания, создания художе ственного произведения метафорически напоминает ему путешествие на север – наполнение человеческой деятельностью белизны страницы. Ав тор переосмысляет в ключе постмодернисткой эстетики ставшую уже сте реотипической метафору Скотта «север, пустой как страница бумаги»:

«North …was the very geography of my desire. It was the landscape of my unspeakable narrative intention». Поход на север, кроме прочего, символи зирует разрыв с обществом, устоявшимся бытом, жажду приключений и трудностей, что концептуально близко поэтическо-художественному бун ту и поиску новых путей креативности.

Второй особенностью нового направления в понимании концепта «северность» в канадской литературе стал интерес к этнографии и индей ским легендам. Говард ОХаган (1902–1982) в своем первом романе «Tay John» представляет художественную обработку одной из красивейших ле генд о светлоголовом горце, история которого дала название Yellowhead Pass (горному переходу Йеллоухэд). Постмодернистская обработка леген ды взывает к национальному канадскому самосознанию, напоминая о корнях и истории народа.

Среди других выдающихся авторов можно назвать Барри Лопеза «Arctic Dreams», Арита ван Херк «Places far from Ellesmere» и др.

Интересным полем литературного освоения севера стала поэзия по этов-иммигрантов из других стран. Например, Ринци Круз, родившийся в Шри-Ланке и ставший гражданином Канады в 1965 году, создает причуд ливую мозаику из образов обеих близких для него стран, создавая такие стихотворения, как «Elephant and Ice».

В поэме «In the Idiom of the Sun» видно восприятие севера южным человеком:

Here is this white land, The senses forged in iron silence, The mind trapped in a snow boot, I must hold my black tongue.

Говоря об Арктике и «северности» в целом, современные поэты и писатели вплетают политические мотивы в традиционное романтическо мифическое понимание севера.

because we have torn a hole in the ionosphere, because we are pouring out 100 million tons of sulphur dioxide a year, because we have soaked the Arctic pole in a pollution haze that pilots cannot fly through, because we have blamed it on everybody else, because we have said that poetry will be only small lyrics of pastoral love… Руди Вибе (р. 1934) в своем стихотворении «Song to the Rising Sun»

делает поэзию орудием политической борьбы, раскрывая насущные про блемы экологического состояния севера.

Таким образом, мы рассмотрели определенный период эволюции концепта «северность» в канадской поэзии. Два повествовательных типа характеризовали осмысление данного концепта: реалистический и роман тико-постмодернистский. Современные авторы преследуют двойственный подход: с одной стороны, стремятся отображать север как можно более реалистично, в соответствии с собственными впечатлениями от путешест вий, а с другой стороны, опираясь на литературное наследие, продолжают развивать несуществующий метафизический север с его мифологией и ге роизмом.

Почему же сам концепт стал настолько важным для канадского са мосознания? Канадские исследователи отмечают, что «северность» как концепт, исторически и географически присущий стране и нации вообще, органически преодолевает региональную и культурную неравномерность канадского общества, давая ту объединяющую платформу, на которой ос новывается общий национальный опыт переживания и ощущения севера.

Кроме того, осознание и переживание «северности» породило одну из са мых красивых лирических традиций в канадской литературе.

Литература 1. Canadian Poetry. The World for a Country: An Edited Interview with Frank Scott. – 1978. – V. 2.

2. The Lonely Land. A Digital History of Canadian Poetry by Heather Pyrcz // www.youngpoets.ca.

3. Rene Hulan. Northern Experience and the Myths of Canadian cul ture, 2002.

4. Rienzi Crusz. Beatitudes of Ice. – TSAR Publications. 1995/96.

5. Louis-Edmond Hamelin. Canadian Nordicity: It's Your North, Too, 1979.

6. Margaret Atwood. Strange Things: The Malevolent North in Cana dian Literature, 1995.

7. Материалы энциклопедии en.wikipedia.org.

Научное издание ПРОБЛЕМЫ КАНАДОВЕДЕНИЯ В РОССИЙСКИХ И ЗАРУБЕЖНЫХ ИССЛЕДОВАНИЯХ Сборник статей Выпуск Редактор С.А. Кабедева Подписано в печать 28.09.10. Формат 60х84 1/16.

Усл. печ. л. 13,5. Тираж 100 экз. Заказ 438. РТП изд-ва СПбГУЭФ.

Издательство СПбГУЭФ. 191023, Санкт-Петербург, Садовая ул., д. 21.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.