авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |

«В.И. ЕРЫГИНА ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ КАК ИНСТИТУТ ПАРЛАМЕНТАРИЗМА (из истории политико-правовой мысли России конца XIX – начала XX вв.) ...»

-- [ Страница 7 ] --

Русский ученый, правовед и политолог Моисей Яковлевич Острогорский сформулировал свои идеи о политических партиях преимущественно на Западе под влиянием теоретических воззрений о демократическом представительном правлении Дизраэля, Милля, Бентама и др. ученых, а также практики функционирования партийных систем США и Великобритании. Очень важным для Острогорского было переосмысление теории Руссо об «общей воле» или суверенитете народа как простом большинстве. Острогорский развивал политическую философию либерализма Д.С. Милля, считающего, что истинная демократия возможна лишь при отказе общества от тирании большинства, навязывания им своих взглядов остальной части населения, обеспечении интересов и представительства тех групп, которые сегодня оказались в меньшинстве, но могут стать большинством при других обстоятельствах1. Политические партии в борьбе за завоевание парламентского большинства идут на унификацию мнений внутри партии, установление в ней жесткой дисциплины и отсечение инакомыслящих. Для того, чтобы предотвратить запрограммированность поведения депутатов определенной фракции в парламенте, которые становятся выразителями не интересов избирателей, а рупором партийной идеологии, Острогорский предлагает отказаться от выдвижения депутатов по признаку принадлежности к определенной партии (выборы «списком») и практиковать выдвижение их от различных общественных движений, более гибко выражающих разнообразные интересы населения2. Весьма актуально звучат слова Острогорского об избирательной коррупции, о том, что добиться мест в парламенте могут только состоятельные люди, которые ежегодно расходуют свои средства на содержание партийных организаций, а человек весьма выдающийся, но Милль Дж. Ст. Представительное правление. – Спб., 1907. – С. 128.

См.: Медушевский А.Н. Проблемы современной демократии // Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. – С. 37.

несостоятельный не может добиться места в парламенте3. Следствием этого стала угроза разрушения самих основ демократической политической системы, установление новой тирании – тирании масс, подверженных манипулированию извне, со стороны своих организаций и вождей, действующих от имени этих масс. Острогорский был первым мыслителем, сумевшим осознать масштаб проблемы, поставленной торжеством демократии, и увидеть грозящую обществу опасность тирании большинства4.

Член Русского Монархического Собрания, активный участник право монархического движения в Москве Б.В. Назаревский в 1911 г. писал о том, что самым жестоким тираном во всей всемирной истории была «чернь».

Назаревского делает вывод о том, что «парламентский строй зиждется на более или менее ловком обмане близорукой толпы избирателей». Критикуя представительное правление с точки зрения радикального консерватизма, он ссылается на немецкого писателя и общественного деятеля Макса Нордау, говорившего, что «парламентаризм создает условие, очень схожее с условиями патриархальных времен. Депутаты заменили собой патриархов;

власть их также опирается на богатство, состоящее их многочисленных стад;

но в наши дни эти стада составляются не из голов настоящего скота, опускающего в день выборов свои избирательные бюллетени в урну»1.

Продолжая развивать подобные идеи, Н.А. Бердяев уже в 1923 г. В Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. – С. 203.

Медушевский А.Н. М.Я. Острогорский и политическая социология в XX веке // Социологические исследования. – 1992. - № 8. – С. 113-124.

Назаревский Б.В. Основы парламентского строя. – М., 1911. – С.4.

работе «Философия неравенства» негативно оценил демократию как великую ложь, «которая должна быть изобличена»2. Он критикует идеи Ж. Ж. Руссо за то ошибочное мнение, что народ, народное воля – это некое единство, тогда как на самом деле он представляет собой арифметическое сложение. «Из суммирования воль всех не получается всеобщей воли»3. На самом же деле «народ есть иерархический организм, и в нем каждый человек есть разностное существо, неповторимое в своей качественности»4.

Поэтому «всеобщее голосование – негодный способ выражения качеств в жизни народной. В народном суверенитете погибает народ, он тонет в механическом количестве и не находит выражения для своего органического духа, целостного и неделимого. … В народном суверенитете погибает и человек. Ибо самодержавие народа не ограничивает себя неотъемлемыми правами человека и не гарантирует неприкосновенность этих прав»51. Отсюда, делает вывод Бердяев,: «самодержавная демократия» самая страшная из тираний. Также отрицательно Бердяев относится и ко всеобщему избирательному праву. Оно, по мнению мыслителя, не знает конкретных людей с их разными качествами, оно имеет дело с отвлеченными людьми, с атомами.

Бердяев Н. Философия неравенства // Судьба России: Сочинения. – М., 2000. – С. 619.

Там же. – С. 617-618.

Там же. – С. 619.

Бердяев Н. Философия неравенства // Судьба России: Сочинения. – М., 2000. – С. 619-620.

ГЛАВА 6.

ПОЛИТИКО-ПРАВОВАЯ МЫСЛЬ РОССИИ КОНЦА XIX-НАЧАЛА XX ВВ. О ПОЛИТИЧЕСКИХ ПАРТИЯХ КАК ИНСТИТУТАХ ПАРЛАМЕНТАРИЗМА 6.1. Определение понятия «политическая партия» в политико-правовой мысли России второй половины XIX-начала XX вв.

Становление правового демократического государства немыслимо без тесной связи с институтами гражданского общества, активно участвующими в реализации государственной власти на основе принципа представительства, который подразумевает выражение народной воли и интересов в процессе правотворчества и правоприменения. Одним из наиболее организованных устойчивых социальных институтов, выполняющих посреднические и представительские функции во власти, являются политические партии.

Исследованием понятия политической партии и ее роли в качестве посредника между обществом и государством занимались многие российские мыслители, начиная еще со второй половины XIX-начала XX вв., с момента появления этих социально-политических институтов в зарубежных странах и в России. Для того, чтобы раскрыть основные признаки, политико-правовую сущность, юридическую природу и практическую значимость партий для формирования гражданского общества и правового государства, необходимо проанализировать концепции политических партий, сложившиеся в российской юридической науке в указанный период, Среди российских мыслителей второй половины XIX-начала XX вв.

встречается двойственное отношение к политическим партиям. С одной стороны, они считали, что партии в силу их происхождения как части общества разделяют его на враждебные друг другу группы населения, между которыми ведется непримиримая борьба за власть, что, в конце концов, приводит к краху самого государства. С другой стороны, многие ученые сходились во мнении, что политические партии являются необходимыми элементами демократического строя, выражающими политическую волю народа или, по крайней мере, отдельных его групп.

Подобное двойственное отношение к политическим партиям прослеживается во взглядах известного правоведа, профессора А. Д.

Градовского, который наряду с резкой критикой партий и их борьбы вынужден был признать, что они являются необходимыми условиями представительного правления. Последствия образования партий и борьбы между ними, по мнению А. Д. Градовского, таковы, что общество, в конце концов, «распадается на враждебные лагери», в нем появляется «раздвоенность, неприязнь, взаимная ненависть сторон», «возможность междоусобия и расстройства общественного организма». Еще одной негативной стороной образования партий является то, что правительство поставлено «лицом к лицу с систематическою оппозицией», на которую «уходят лучшие силы страны, что парализует правительственное действие» 1.

Вместе с тем одним из необходимых условий образования партий Градовский называет свободное участие населения в политической жизни страны. «Партии вызываются к существованию появлением в обществе вопросов, переданных на его свободное обсуждение». «Партия есть уже мнение, перешедшие на почву действия, следовательно нуждающееся в известной сфере»2.

Политическая борьба необходима, но она, по словам И.А. Ильина, происходит нормально только на публично-правовом пути, т.е. «через планомерную организацию народа – к полномочию властвовать от лица государства»1. Межпартийная борьба «соединяет всех живым образом вокруг единого для всех, полномочно властвующего центра – государственной власти;

этим она заставляет всех реально почувствовать, что мы – одно, именно потому, что у нас у всех один, для всех общий, источник права – наша государственная власть, переходящая в руки самого народа»2. Борьба Жилин А.А. Справка «Записка об ответственности министров». – Пг., 1916. – 31 с.

Градовский А. Политика, история и администрация. – М.;

СПб.: Издание книгопродавца-типографа М.О.

Вольфа, 1871. – С. 45-46.

Ильин И.А. Партийная программа и максимализм. – М.: Изд-во «1917-й год», 1917. – С.6.

Жилин А.А. Справка «Записка об ответственности министров». – Пг., 1916. – С. 7.

между партиями, по мнению мыслителя, должна быть спором различных пониманий общих целей, стоящих перед обществом и государством, а также творческим сотрудничеством разномыслящих.

Плюралистический подход к анализу политических партий с позиций сравнения аргументов в пользу данного института и против него был характерен и для известного русского ученого Б.Н. Чичерина. Согласно его взглядам, многопартийность – бесспорное благо, источник развития политической жизни. Однако создание политических партий и их деятельность возможна только в свободном обществе, там, где у людей есть возможность собираться вместе, обсуждать насущные политические вопросы и действовать сообща. Однако наличие свободы является необходимым, но недостаточным условием создания политических партий. По словам Б.Н.

Чичерина, помимо свободы необходимо, чтобы «в обществе существовали нужные для партий элементы, чтобы определились направления, чтобы люди группировались около некоторых общих, сознанных ими начал, чтобы выработались политические нравы», т.е. созрело общественное мнение.

Чичерин дает такое краткое определение политических партий: они «суть деятельные орудия политической жизни». Однако, партии, являясь естественной и непременной принадлежностью политической свободы, могут представлять для нее величайшую опасность, которая проистекает, прежде всего, из борьбы и господства партий.

Эту мысль продолжил развивать А.А. Жилин: «С приобщением населения к политической жизни отдельные части его, соединяясь в партии, получают, благодаря своей организованности, известное значение при выборах в парламент и влияние в нем чрез посредство членов парламента, своих приверженцев. Чем меньше народ образован и политически воспитан, чем меньше время он принимает участие в политической жизни, тем больше может быть различие между стремлениями организованных в среде его партий и интересами и желаниями широких народных масс».

Выдающийся ученый, специалист в области исследования партий и парламентаризма в США и Великобритании М.Я. Острогорский в своей работе «Демократия и политические партии» попытался сформулировать понятие «политическая партия» через указание их функций, являющихся смыслом их существования: во-первых, партии по своей природе являются свободными объединениями граждан, т.е. они призваны «объединять различные оттенки общественного мнения, превращая их в единое тело с единой душой», и, во-вторых, «уравновешивая одни другими, обеспечивать регулярную игру политических сил»1. Также партии Острогорский называет группировками граждан во имя политических целей, пересказывая мнение известного английского исследователя Эдмунда Берка, он дает следующую формулировку понятия «политическая партия»: это «частная группировка, основой которой является взаимное согласие относительно определенного принципа, и ее целью является осуществление одного или многих объектов общественного интереса»2.

М.Я. Острогорский был одним из первых российских ученых, который еще в начале XX века определил политическую партию как представительную организацию. Исследовав опыт функционирования политических партий в США, он писал, что большинство американцев смотрят на партии как на своего рода церкви, берущие на себя удовлетворение моральных интересов верующих, заботу об их душе 3, «Партия сделалась своего рода церковью, которая не допускала никакого раскола»1.

Ссылки русских ученых на иностранных авторов объясняются тем обстоятельством, что в зарубежных странах оформились партийные системы значительно раньше, чем в России, следовательно и изучение их началось также в более ранний период. Так, в работе Л.А. Тихомирова «Демократия либеральная и социальная» цитируется высказывание американского ученого Д. Брайса, сравнившего политические партии с живым биологическим Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. - С. 277.

Там же. – С. 325.

Там же.

Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. - С. 323.

организмом и показавшим их тесную связь с органами государственной власти в следующих словах: «Организация партий служит для органов управления почти тем же, чем служит двигательная сила нервов для мускулов, жил и костей человеческого тела. В их руках находится практическое применение конституции и системы управления». Наряду с активной позитивной деятельностью политических партий Брайс отметил и тот факт, что они существуют самостоятельно, не урегулированы правовыми нормами и представляют собой численно фиксированную группу населения:

«Совершенно не предусмотренное конституцией, не регламентируемое ею, не имеющее никакой ответственности, ничем не ограничиваемое, возникает могущественное сословие в 200 000 человек, занимающихся исключительно политикой и добывающих этим способом средства к существованию»2.

Весомый вклад в теоретическую разработку концепции политических партий внес юрист-цивилист Ю.С. Гамбаров, который дал им следующее определение: «Политические партии суть свободные общественные группы, образующиеся внутри правового государства для совместного политического действия на почве общих всем объединенным индивидам интересов и идей 3.

Из этого определения вытекают признаки политических партий, характеризующие их сущность: они являются общественными группами, т.е. представляют собой только часть народа или общества;

не юридический, а только социальный факт, лишенный всякой юридической санкции и предоставленный исключительно действию так называемых «конвенциональных норм»;

образуются внутри правового государства, так как немыслимо ни без признания закона основанием всего порядка общественной жизни, ни без участия самого общества в регулировании этого порядка;

это совместное политическое действие, направленное или на получение в свои руки государственной власти, или достижение решающего Тихомиров Л.А. Демократия либеральная и социальная // Критика демократии / Вступ. статья и комментарии М.Б. Смолина. – М.: Москва, 1997. – С. 110-187.

Там же. – С.3.

влияния на государственное управление;

общность интересов и идей1.

Таким образом, Гамбаров дает развернутое и широкое толкование понятия «политическая партия», которое во многом соответствует современному пониманию сущности данного явления, однако некоторые из перечисленных положений уже не соответствуют реалиям сегодняшнего времени, в частности положение об отсутствии регламентации деятельности политических партий со стороны государства. Во многих странах уже действуют правовые нормы, регулирующие создание и деятельность этих организаций, включая Россию.

Одним из конституирующих признаков партии является наличие программы. Партийная программа должна преследовать общегосударственные цели и задачи, а не выражать интересы только одного класса, что вполне убедительно в своем труде «О сущности правосознания»

показал выдающийся русский мыслитель И.А. Ильин. Он вполне справедливо считает, что «партия, лишенная государственной программы, поддерживающая один классовый интерес, есть противогосударственная партия;

она политически недееспособна;

если она захватит власть, то она поведет нелепую и гибельную политику и погубит государство раньше, чем сила вещей заставит ее наскоро придумать политические добавления ее противополитической программе». Обеспечить партии государственность ее программы может только наличие у нее зрелого правосознания. Тогда партии друг от друга будут отличаться не тем, чьи интересы они представляют, а тем, как они понимают этот единый и общий всем интерес2. По мнению И.А.

Ильина, «партия есть не шайка, не банда, не клика и не котерия, именно постольку, поскольку она стремится создать государственную власть, а не просто захватить власть в государстве». «Поэтому политическая партия не может быть классовою по своей программе: она должна быть непременно Гамбаров Ю.С. Политические партии в их прошлом и настоящем. Изд 2-е. - СПб.: Типография Альтшулера, 1905. – С.1-13.

Ильин И.А. О сущности правосознания // Ильин И.А.. Теория государства и права / Под ред. и с предисловием В.А. Томсинова. – М.: Издательство «Зерцало», 2003. – С. 295.

внеклассовою, и притом сверхклассовою» для того, чтобы добиваться «государственного, всегражданского блага». «Тогда борьба партий, как считает Ильин - является уже не конкурсом классовых претензий, но спором политических пониманий»1.

Ильин отводит партии высокую роль «политического чистилища», так как «она очищает волю своих членов от противогосударственного своекорыстия, отрывая их близорукий взгляд от непосредственных эгоистических задач и заставляя их отыскивать духовные задания родины и государства;

она приучает их побеждать личную и классовую жадность на самом пороге государственного акта: этим она воспитывает их души к государственному воленаправлению и подготовляет торжество политического разума над противополитическую страстью. Первая задача политической партии состоит в том, чтобы взрастить в своих членах верное публичное правосознание и объединить их в государственном единомыслии», что внесет в государственную жизнь, по образному выражению Ильина, «необходимую духовную гигиену, ибо освобождает ее от дурных и слепых страстей. Не ослепленная этими страстями, партия перестает видеть врага в другой партии, но находит в ней сотрудника в деле государственного разумения и строительства»2.

Еще одним свойством программы, по мнению Ильина, наряду с государственностью должна быть и ее осуществимость. Осуществимость мер и реформ, включенных в программы власти, ученый считает одной из аксиом власти. Именно принцип «осуществимости» заставляет партии иметь две программы: «максимальную» и «минимальную». Поэтому совершенно оправданным является разделение программ социалистических партий на два вида: программу-максимум и программу-минимум. Программа-максимум содержит описание идеального и потому желанного строя;

она обозначает далекую цель, которая теперь не может осуществиться. В программе Ильин И.А. О сущности правосознания // Ильин И.А.. Теория государства и права / Под ред. и с предисловием В.А. Томсинова. – М.: Издательство «Зерцало», 2003. – С. 295.

Там же. – С. 296.

минимум указываются будущие требования, которые будут предъявлены только тогда, когда будет установлен новый политический строй, при котором сложатся классы и партии, призванные начать реализацию программы.

Та партия, которая «максимализирует программу дня, начинает неизбежно, иногда того не замечая, с одной стороны, умалять, искажать и извращать далекую идеальную цель, изображая ее как что-то близкое, простое, легко-доступное;

с другой стороны, - искажать и извращать окружающую действительность, то умалчивая о неблагоприятных явлениях, то выдумывая несуществующее, - преувеличивая одно и преуменьшая другое, и, прежде всего, преувеличивая на словах наличную организованность своей общественной группы», «вступает на путь бессознательной, а иногда и сознательной политической лжи»1. «Партия, стирающая различие между далекою целью, неосуществимою при настоящем положении вещей, и очередною, необходимою реформою, является политически недееспособною. Ибо, включая максимальные пункты в программу дня, она дает избирателям заведомо неисполнимые обещания и призывает их к заведомо безнадежной борьбе;

… она побуждает верить в возможность того, что на самом деле невозможно, и – обманом или самообманом – разжигая страсти, она будит в душах неутолимые притязания и готовит потерпевшим тяжелое разочарование. Таким образом, лидеры таких партий являются максималистами и они вступают на путь бессознательной или сознательной политической лжи и тем подрывают государственное единение, ибо они нарушают необходимое доверие людей друг к другу – и партии к вождям, и партии к другим партиям, и, главное, Ильин И.А. Партийная программа и максимализм. – М.: Изд-во «1917-й год», 1917. – С.4-5.

неорганизованной массы народа к партиям и ко всей политике вообще»1.

Таким образом, анализ научных работ русских мыслителей второй половины XIX-начала XX вв. показывает постепенное обогащение содержания понятия политической партии, выделение характерных признаков данного общественно-политического института, являющегося посредником между обществом и государством. В отечественной политико правовой мысли данное понятие и роль партий оцениваются неоднозначно.

Однако несмотря на разногласия среди ученых, большинство из них признают политические партии в качестве планомерных общественных организаций, посредством которых народ удовлетворяет свои амбиции, политические интересы, потребности участия в жизни государства и общества. Исследователи выделяют партийнообразующие признаки или характерные черты политических партий, среди которых можно назвать следующие: организационное оформление партии, наличие программы, представительство в парламенте, общность политических целей и идеологических убеждений на основе общности социальных интересов.

Среди мыслителей, исследовавших проблемы политических партий в XIX начале XX вв., можно назвать такие имена, как И.А. Ильин, Ю.С. Гамбаров, Л.А. Тихомиров, Б.Н. Чичерин А. Д. Градовский, М.Я. Острогорский и др. В дальнейшем с развитием юридической науки знания о политических партиях переходили на более абстрактный уровень, и политические партии стали трактовать как парламентский институт, институт гражданского общества и правового государства, а с появлением соответствующего партийного законодательства в современной России появились новые трактовки данного явления как правового института. Труды же русских мыслителей второй половины XIX-начала XX вв. создали фундаментальную базу для современных научных исследований в области партийного строительства, Ильин И.А. Партийная программа и максимализм. – М.: Изд-во «1917-й год», 1917. – С.4-5.

взаимоотношений общества, партий и государства.

6.2. Концептуальное обоснование функций политических партий как институтов парламентаризма Создание в современной России новых общественных организаций и коалиций для выполнения функций, свойственных политическим партиям, вызывает потребность в обращении к классикам политико-правовой мысли для того, чтобы соотнести реальные события с теоретическими конструкциями, обосновывающими предназначение и изначальную сущность политических партий. Одним из первых отечественных ученых, кто подробно проанализировал деятельность политических партий как в парламенте, так и за его пределами, был русский ученый М.Я. Острогорский (1854-1919). В своей работе «Демократия и политические партии» на примере функционирования партий в Великобритании и США он сумел выявить их основные типичные направления деятельности.

1. Организационная функция. Важнейшей функцией каждой политической партии во все времена была самоорганизация, объединение единомышленников, формирование организационной структуры, выбор собственных руководящих органов. Согласно теории партийной организации, сформулированной Острогорским, в партии выделяются центральные органы или комитеты во главе с лидером, ассоциации, поддерживающие связи с местными организациями, парламентские «кнуты»

с их бюро для контроля над деятельностью партийных фракций, «Кокусы»

для распространения влияния партии на массы, организации и проведения выборов. Немалый интерес представляет анализ ученым отношений между руководством партии или «Кокусом» и депутатами. В случае разногласий «Кокус» угрожал «диссидентам», т.е. несогласному меньшинству. «Кокус»

создавался как раз для борьбы с меньшинствами в избирательных коллегиях, а затем этим же занимался в парламенте. Острогорский сумел выявить механизм складывания диктатуры в партии, когда на смену колебаниям, сомнениям среди членов партии приходило простое повиновение главе партии, который становился диктатором, а «Кокус» безапелляционно вмешивался в отношения большинства с меньшинством, главы партии с ее членами, депутатов с избирателями, парламента с общественным мнением как судья или господин1, склоняя членов партии к единомыслию, направленному на ограничение свободы мнений и слова.

Идеологическая функция. Данная функция подразумевает 2.

разработку партийной программы, которой занимаются делегаты объединенных ассоциаций на собраниях, определяющих отношение к правительственной политике и формулирующих основные положения политики партии в отношении всех вопросов государственной жизни.

Однако Острогорский показал, что лидеры партии игнорируют мнение рядовых партийцев и не считают себя связанными принятыми на собраниях решениями, поскольку демократический дух не проник глубоко в политические взаимоотношения между членами партии и ее руководителями.

Поэтому партийная программа, как правило, является продуктом творчества центральной партийной организации или лидеров партии.

3. Одной из первых функций политических партий он также называет регистрацию или учет избирателей. Для выполнения этой задачи в XIX в. в Англии партии создавали свои клубы как центры объединения и политической деятельности, ставшие впоследствии партийными комитетами, поддерживающими отношения с местными агентами и ассоциациями путем рассылки им инструкций, формуляров, оказания консультативной помощи по правовым вопросам, а также занимающимися поисками лиц, не имеющих постоянного местожительства, и направления их для записи в избирательные списки соответствующих округов1.

Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. – С. 110-111.

Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. – С.84-86.

4. Воспитательная функция. Для привлечения на свою сторону как можно большего числа сторонников, партия занимается политическим воспитанием избирателей, осуществляемых в форме: митингов, докладов и издания партийной литературы. В ходе постоянной агитации и пропаганды партия заявляет о себе или, как писал Острогорский, «создает шум вокруг себя» для рекламы, для того, чтобы «показать, что она жива и сильна»2. С этой целью проводятся регулярные встречи с избирателями, на которых большое воздействие оказывают речи, доклады ораторов. В роли ораторов выступают председатели, члены и другие руководители местных партийных ассоциаций, а также направленные центральной партийной организацией мастера красноречия, называемые «тяжелыми орудиями», и члены парламента того или другого округа, являющиеся, по словам Острогорского, законодателями3.

«коммивояжерами своей партии», а потом уже Острогорский пришел к выводу, что «местные парламенты являются фактором политического воспитания», так как в ходе их работы депутаты вынуждены знакомиться с политическими проблемами, вникать в суть происходящих событий, быть в курсе фактов и идей. Наконец парламент является местом для дискуссий, в ходе которых люди различных взглядов вступают в прения, знакомятся со своими политическими противниками и убеждаются в том, что и они имеют положительные стороны3.

5. Выдвижение кандидатов. Любая партия стремится прийти к власти, а именно занять места в парламенте, правительстве и как можно дольше удерживать их. Поэтому ее следующей важной функцией является отбор и выдвижение парламентских кандидатов. Выявление кандидатов осуществлялось и продолжает осуществляться несколькими способами: во первых, кандидатов представляла центральная партийная организация, во вторых, их предлагали частные лица, в-третьих, сами кандидаты выдвигали свои кандидатуры. Особенно активно эта деятельность проявляется перед Там же. – С. 186.

Там же. – С. 196-197.

выборами. Тогда первой задачей партийных ассоциаций становится поиск «хорошего кандидата», который, прежде всего должен быть состоятельным человеком. Актуально для сегодняшнего дня звучат слова М.Я.

Острогорского: «Человек несостоятельный, даже если он весьма выдающийся, совершенно не может добиться места в парламенте»11.

Кандидат должен отвечать следующим требованиям: во-первых, он должен исповедовать «партийную веру», во-вторых, должен быть популярен, т.е. его должны хорошо знать избиратели, в-третьих, народный кандидат должен иметь «репутацию щедрости, приятные манеры и вообще симпатичный характер или особенные черты, способные благоприятно подействовать на массу избирателей»2.

6. Важнейшей функцией политической партии является участие в выборах, посредством которых раскрывается их представительская природа.

Образовавшись первоначально из небольшого круга единомышленников, партия получает свою легитимацию в ходе избирательной кампании, расширяя тем самым свой электорат и опираясь в своей деятельности на поддержку избирателей. Поскольку сама партия является частью общества, она выражает интересы определенной социальной группы, которая делегирует ей полномочия по представительству ее интересов во власти.

Некоторые партии так и остаются на данной стадии развития, не переходя на следующую ступень - представительство во власти. Те же партии, которые заручились поддержкой избирателей и были допущены к распределению депутатских мандатов в законодательных представительных органах государственной власти, становятся парламентскими партиями и представляют теперь все общество и следовательно решают задачи общегосударственного или национального уровня.

7. Законотворческая функция - функция участия парламентской Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. – С. 203.

Там же. – С. 206.

партии в обсуждении и принятии законопроектов. Острогорский подробно описывает тактику партий в парламенте, их взаимоотношения с правительством и другими партиями. Партийная дисциплина препятствует развертыванию дебатов в парламенте. Они, по заявлению Острогорского, не имеют почти никакого реального значения, не изменяют результатов голосования, «никого не убеждают, так как партийная дисциплина запрещает всякому верноподданному» члену партии дать себя убедить. «Это означает, что Палата общин больше не является обсуждающим вопросы собранием»11.

Это заявление Острогорского вполне напоминает высказывание недавнего спикера российского парламента Б.В. Грызлова, произнесенное спустя сто лет по поводу роли дискуссий в парламенте, сформированном по партийным спискам. И в настоящее время, как правило, все вопросы решены заранее, еще до их рассмотрения на заседании Думы или в партийных фракциях, или в комитетах, или в правительстве, а парламенту остается проголосовать лишь за готовые формулировки законодательных норм. При этом мы забываем еще одно предназначение парламента – политическое образование населения, которое должно знать, чем занимаются их представители во власти, видеть и Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. – С. 285.

слышать позиции своих избранников по различным вопросам.

Таким образом, посредством выделения функций М.Я. Острогорский сформулировал либеральную концепцию политических партий, выделил их конституирующие признаки - наличие партийной дисциплины, выражение интересов и идеалов отдельных социальных групп, борьба за политическую власть и реализацию своей программы и идеологии. Из них и вытекает стратегия и тактика данной партии. Четкое обоснование функций политических партий позволит законодателю более четко определить предмет правового регулирования публично-властных отношений и разграничить правовой статус официально признанных акторов парламентского процесса от неинституционализированных образований.

6.3. Оппозиционные политические партии как необходимое условие развития парламентаризма Отсутствие в российском конституционном праве и законодательстве института оппозиции не является пробелом регулирования, а скорее выражает осознанную позицию законодателя. Умолчание по данному вопросу можно расценивать двояко: и как незрелость теоретических разработок проблемы на доктринальном уровне, и как нежелание правящей элиты искусственно создавать себе оппозицию, стремящуюся ограничить или лишить ее власти. В этой связи полезно обратиться к мировому опыту правового регулирования оппозиции.

Впервые оппозиция получила юридическое признание в Великобритании. В этой стране нет специального закона о политических партиях, а деятельность оппозиции регулирует закон о министрах короны 1937 г., согласно которому лидер официальной оппозиции и два «кнута» ее фракции в палате общин («кнуты» - лица, обеспечивающие дисциплину членов фракции и, прежде всего, их явку на голосование) получают ежегодное жалование из государственной казны. Аналогичные положения предусматривает и законодательство большинства стран британского Содружества (Австралия, Индия, Малайзия, Канада и др.). Конституции ряда стран (Папуа-Новая Гвинея, Сейшельские острова, Фиджи) включают положения о лидере оппозиции, порядке его назначения и правах. В ряде зарубежных стран Европы, например в ФРГ, Швеции, Чехии законодательство определяет правовой статус оппозиционных партий, устанавливает им дополнительные юридические гарантии (в частности, государственное финансирование и право на консультацию по ряду вопросов). Юридическое различие правящих и оппозиционных политических партий проявляется еще и в том, что нередко законодательство современных государств устанавливает особый правовой статус оппозиционных партий. В данном случае речь идет, прежде всего, о предоставлении оппозиционным партиям дополнительных правовых гарантий, необходимых для реализации ими предусмотренных законодательством прав, а существующие в ряде стран отступления от формального принципа равноправия, как правило, имеют своей целью обеспечить возможность их нормального функционирования1. В некоторых странах статус оппозиционных партий определяется не только конституцией или общими законами о политических партиях (Колумбия, Португалия, Гвинея-Бисау), но и специальными законами о правовом статусе оппозиции (Кабо-Верде, Того), которые предоставляют оппозиционным партиям на равных основаниях с правительственными партиями одинаковое эфирное время и одинаковый объем публикаций (Португалия), право участвовать в работе по подготовке или изменению законодательства2. В современной России, несмотря на имеющиеся законопроекты об оппозиционной деятельности мы видим не равноправие партий, а складывание монополии одной партии власти, усиление единовластия, не дающего развиваться политической конкуренции и оппозиционности.

Юдин Ю.А. Политические партии и право в современном государстве. – М., 1998. – С. 58.

Там же. - С. 58-60.

Важным шагом на пути демократизации общества и совершенствования системы парламентаризма является процесс инициирования, обсуждения и принятия законопроектов о парламентской оппозиции. На этот путь уже встали такие бывшие социалистические страны, как Узбекистан и Украина. В парламентах этих государств рассматривается проблема наделения оппозиции рядом прав и определения законодательных рамок ее деятельности. Например, в проектах Конституционного закона «Об усилении роли политических партий в обновлении и дальнейшей демократизации государственного управления и модернизации страны» и Закона Республики Узбекистан «О внесении поправок в отдельные статьи Конституции Республики Узбекистан» предлагаются такие гарантии формирования и развития конструктивной парламентской оппозиции, как возможность объединения фракций политических партий (в том числе и оппозиционных) в блок на основе общих взглядов и целей с сохранением за этим блоком прав, предоставленных отдельным фракциям. Согласно указанным законопроектам, фракция политической партии, объявившая себя парламентской оппозицией, наделяется рядом дополнительных полномочий.

Это внесение альтернативной редакции законопроекта;

занесение в протокол пленарного заседания Законодательной палаты особого мнения по обсуждаемому вопросу, гарантированное участие представителей фракции в согласительной комиссии по отклоненному Сенатом закону;

право на замещение представителем фракции должности заместителя Спикера Законодательной палаты;

участие оппозиционных фракций в консультациях с Президентом Республики Узбекистан по поводу кандидатуры Премьер министра Республики Узбекистан для утверждения Законодательной палатой и Сенатом Олий Мажлиса1. На наш взгляд, учет подобного опыта был бы Проект Конституционного закона и опыт деятельности фракций политических партий в Государственной Думе Российской Федерации // Материалы «круглого стола» по обсуждению проектов Конституционного закона «Об усилении роли политических партий в обновлении и дальнейшей демократизации государственного управления и модернизации страны» и Закона Республики Узбекистан «О внесении поправок в отдельные статьи Конституции Республики Узбекистан». – Ташкент, 2007.

весьма полезен для нашей страны.

России следует воспринять опыт ряда зарубежных стран, в которых гарантируются дополнительные права парламентской оппозиции (в частности, право на внесение альтернативной редакции проекта закона;

на занесение в протокол пленарного заседания нижней палаты парламента своего особого мнения по обсуждаемым вопросам;

на занятие ряда ключевых должностей в парламенте и др.).

Плюрализм мнений может приобрести материальные формы в том случае, если идеи будут институционализированы в конкретных общественных группах, действующих в определенных правовых рамках.

Плюралистические политические интересы материализуются в политических партиях, которые по отношению к государственной власти разделяются на виды. В зависимости от выбранного критерия исследователи выделяют различные классификации и типологии политических партий: «правые», «левые», «центра»;

«консервативные», «либеральные», «радикальные», «крупные» и «малые»;

«сильные» и «слабые», «кадровые» и «массовые»1.

Степень участия партий в общенациональной политике при парламентской системе функционирования государственной власти выявляет такой подход к анализу политических партий, который позволяет определить наличие правящих и оппозиционных партий. «Для европейских ученых, придерживающихся представления о стремлении партий преимущественно к приобретению должностей и живущих в условиях парламентской системы, на первый план выходят процентные доли мест в парламентах и участие в правительствах, т.е. распределение министерских портфелей»2.

Итак, остановимся на делении партий на парламентские (или правящие) и оппозиционные подробнее для того, чтобы лучше исследовать Подробнее см.: Исаев Б.А. Теория партий и партийных систем: Учебное пособие. – М., 2008. – С. 118-140.

Джанда К. Понятия, используемые при анализе политических партий // Теория партий и партийных систем: Хрестоматия / Сост.Б.А. Исаев. – М., 2008. – С.113.

сущность парламентаризма. Оппозиционная партия – это такая политическая организация, которая или имеет численное меньшинство депутатских мест в законодательном собрании, или, не набрав необходимого числа голосов избирателей на выборах, не прошла в парламент, стремится или к изменению существующей политики правительства или его состава, критикует правительственный курс, готова войти в состав правительства и взять на себя ответственность за принимаемые ею решения. Из всех видов оппозиции наиболее конструктивной формой, на наш взгляд, является парламентская оппозиция, которая с позиции власти является наиболее управляемой и подконтрольной, а с позиции сил, которые за ней стоят, -наиболее действенным инструментом влияния на принимаемые в государстве решения.

Оппозиция подразумевает наличие конкуренции, реального противостояния политических программ и партий, которые их разделяют.

Только при наличии реально действующей оппозиции можно говорить о наличии многопартийности в стране, являющейся непременным условием парламентаризма.

Теоретические проблемы парламентской оппозиции нашли достаточно полное освещение в зарубежной литературе, однако в работах отечественных юристов они практически не затрагиваются. В научном плане оппозиция может быть объектом изучения многих социальных наук. В настоящее время она исследуется социологами, политологами, историками. Юридическая наука могла бы обосновать конституционно-правовые формы обеспечения оппозиции, тем самым определив правовые рамки и институциональные гарантии ее деятельности.

Конституция Российской Федерации косвенно признает оппозицию, так как согласно статье 13, пункта 3, в России закрепляются «политическое Богачев А.В. Структурная оппозиция в республике Татарстан (на примере регионального отделения политической партии «Российская партия жизни») // Политическая социология / Редкол.: В.Л. Римский (отв.

ред.) и др. – М.,2008. –С.150-151.

многообразие и многопартийность»2. Источники парламентского права:

Федеральный закон «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации»3 и «Регламент Государственной Думы»1 не содержат каких-либо положений, предусматривающих возможность оппозиционной деятельности в Федеральном Собрании РФ.

Как правило, в роли парламентской оппозиции выступают представители оппозиционной партии, получившие депутатские места в законодательном органе государства. Они выражают свои взгляды, которые не совпадают с официальным курсом правительства или мнением большинства парламента. Подвергая критике официальный курс правительства, оппозиционная партия нередко добивается принципиальных уступок от властных структур и корректирует их действия. Можно сказать, что влиятельная оппозиция препятствует чрезмерному смещению курса правительства влево или вправо, гарантируя тем самым социальную стабильность.

Впервые в России теоретическое обоснование проблемы институционализации оппозиции появилось задолго до учреждения парламента и формирования политических партий во второй половине XIX в.

Одним из первых мыслителей в истории политико-правовой мысли России, кто допускал возможность существования оппозиции как силы, сдерживающей бюрократический произвол, был Б.Н. Чичерин. Еще в 1861 г.

он так определял значение оппозиционной партии: «Она стремится расширить свободу, устранить все препятствия к развитию, открыть поприще для всех общественных сил… От нее исходят планы преобразований;

она полагает основы для будущего… Требования власти и порядка слишком Конституция Российской Федерации Конституция Российской Федерации: Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.– М.: ЦИК РФ, 2003.– 62с.

О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации: Федеральный закон от 5.07.1999 г. №133-ФЗ (в ред. от 30.01.2007 г. № 8-ФЗ) // Справочная Правовая система КонсультантПлюс. Законодательство. Версия Проф.

Регламент Государственной Думы // Справочная Правовая система КонсультантПлюс. Законодательство.

Версия Проф.

часто находят в ней прямое противодействие… Для нее свобода составляет исход и конец всего;

она считает ее достаточною для всех потребностей»2.

Некоторые замечания Чичерина по поводу оппозиции оказались пророческими. Он считал, что есть страны, где оппозиционная партия долго «не имеет возможности сама сделаться правительством и приобрести практическое знакомство со значением и условиями власти.… Когда, наконец, открывается поприще для деятельности, предводители оппозиции нередко оказываются неспособными к правлению, а либеральная партия, по старой привычке, начинает противодействовать своим собственным вождям, как скоро они стали министрами»1. Отсюда можно сделать вывод, что оппозиция, придя к власти, использует те же принципы управления, за которые она так сурово еще вчера критиковала власть, а также стремится порой репрессивными методами избавиться от оппозиции уже своему господству. Происходит все это, по мнению Чичерина, потому что «постоянная оппозиция делает человека узким и ограниченным». «Чисто отрицательное отношение к правительству, систематическая оппозиция – признак детства политической мысли», - подчеркивал ученый. Самым разумным способом сосуществования власти и оппозиции является компромисс, взаимная уступчивость, беспристрастное обсуждение вопросов.

Для Б.Н. Чичерина политический плюрализм в форме сменяющих друг друга у власти политических партий совершенно рационален и оправдан как явление, способствующее нормальному развитию общества.

Выгоды от существования партий Чичерин видел во всестороннем обсуждении политических вопросов - неизбежном в условиях межпартийного соперничества, в наличии оппозиции как силы, сдерживающей бюрократический произвол.

Весьма неоднозначно оценивает оппозицию известный русский Чичерин Б.Н. О народном представительстве. – М., 1899. – С.685-686.

Вступительная лекция по государственному праву, читанная в Московском университете 28 октября г. // Чичерин Б. Несколько современных вопросов. – М., 2002. – С.155.

ученый, основоположник партологии М.Я. Острогорский. Оппозицию он воспринимает как средство борьбы за власть в руках партии. «Оппозиция, писал он, - редко движимая принципами, старается, главным образом, затруднить существование партии, находящейся у власти, даже рискуя подорвать правительство страны»2. На примере Великобритании XIX-начала XX веков ученый показал, что первоначально под парламентской оппозицией понимали партию, набравшую меньшее количество голосов на выборах и имевшую численное меньшинство депутатских мест в законодательном собрании. С расширением избирательных прав граждан и появлением внепарламентских организаций понятие оппозиции переместилось в сторону идеологии. И к оппозиции стали причислять теперь тех депутатов, а также членов партии, которые имели свое независимое мнение. Почувствовав угрозу единству партии, Острогорский также уделяет большое внимание проблеме противодействия оппозиции внутри фракции и в партии. В Великобритании в Палате общин партийную дисциплину обеспечивают whip (кнуты), а в самой партии – Кокус (руководящий аппарат партии). Если депутат ведет себя независимо, кнут делает ему предостережение;

если депутат упорствует, Кокус может дать ему отставку и наконец чтобы урезонить независимого депутата, сделать его зависимым, ему выдают пособия из партийной кассы на избирательные издержки или даже на жизнь во время парламентской сессии1. В резких критических тонах Острогорский описывает борьбу с инакомыслием в парламенте США.

«Сопротивляющийся» депутат «обрекает себя на политическое уничтожение в конгрессе, а вслед за этим также в своем избирательном округе: он не будет назначен спикером и организацией палаты в один из тех комитетов, которые действительно имеют какое-либо значение,…его проекты законов будут похоронены в комитетах;

спикер не даст ему даже слова на заседании… на Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. – С.286.

Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. – С.228-229.

будущих выборах он будет отвергнут»2. Таким образом, Острогорский делает пессимистический вывод о бесполезности оппозиции как в рамках парламента, так и внутри партии.

Таким образом, оппозиционная партия необходима, она формулирует и выражает мнение наиболее прогрессивных политических сил общества, а также она не позволяет правительству стоять на месте, а искать новые пути, средства как саморазвития, так и развития общества. Конструктивная критика всегда плодотворна, особенно если это критика власти. И находящиеся у власти должны всегда помнить о том, что их правление временно и во многом зависит от диалога с оппозицией.

К обоснованию необходимости оппозиции пришел в своих рассуждениях о политических партиях известный российский специалист по теории права Ю.С. Гамбаров. Политическую партию он определяет как общественную группу, ссылаясь на этимологию слова «партия» из латинского языка как «часть, группа». Это значит, что «она не представляет собою целого народа или общества и есть только часть народа или общества». Логика его рассуждений сводится к тому, что партия в единственном числе не может существовать. Развитие каждой партии связано с существованием и развитием по крайней мере одной из противных ей партий.1 Гамбаров называет «чудовищем» одну единственную партию в государстве, худшей из тираний. Обеспеченность жизни, свободы, имущества и других, необходимых для человека благ достигается только там, где люди или партии, обладающие властью, знают, что их действия контролируются другими людьми или партиями, которые могут заменить их «у кормила правления» и заставить отвечать за допущенные злоупотребления властью2.


Там же. – С.462.

Гамбаров Ю.С. Политические партии в их прошлом и настоящем. – 2-е изд. – СПб., 1905. – С.3.

Там же. – С.4.

Только в правовом государстве при системе парламентаризма политические партии могут достичь своей цели и не только завоевать, но и удержать власть конституционным путем. По мнению российского специалиста по теории права начала XX в. Ю.С. Гамбарова, одним из существенных условий успеха парламентаризма является разделение парламента на два противостоящих лагеря: с одной стороны господствующая партия, с другой - оппозиционная ей партия или коалиция таких партий 1.

Гамбаров подчеркивает важность наличия оппозиции в парламенте. Однако абсолютизирует английскую и американскую системы разделения парламента только на две большие партии2, под которыми ученый подразумевает фракции.

Учение о парламентской оппозиции развивает еще один видный юрист начала XX в. В.М. Гессен. Он высказывает мысль о том, что парламентская оппозиционная партия должна действовать в рамках закона, иначе она будет похожа на экстремистскую организацию. В парламентарных государствах, по его мнению, «оппозиционная партия, соперничающая с правящей, должна быть конституционной, ее программа должна стоять на почве существующего конституционного строя», а не призывать к смене формы правления3.

В современной научной литературе необходимость существования парламентской оппозиционной партии не ставится под сомнение. Однако большую практическую значимость имеет исследование условий, способствующих созданию и нормальному развитию политической оппозиции.

Во-первых, для того чтобы была признана оппозиция, нужна в обществе соответствующая политическая культура и толерантность. Именно по отношению в обществе к оппозиции можно судить о формировании в См.: Гамбаров Ю.С. Политические партии в прошлом и настоящем. – 2-е изд., - СПб., 1905. - С. 3.

Там же. – С.27-28.

Гессен В.М. Теория правового государства. Статья из сб. «Политический строй современных государств».

- СПБ., 1913. – С. 54.

стране либерально-демократической гражданской культуры.

Во-вторых, приходу к власти оппозиции благоприятствует режим парламентаризма, как правило, существующий или в парламентской республике или в конституционной монархии.

В-третьих, необходим механизм ротации или смены находящихся у власти политических партий. По мнению В.В. Лапаевой, «главным признаком того, что в стране есть реальная многопартийность, является фактическое существование политической оппозиции, имеющей шансы победить на выборах нынешнюю «партию власти» (или хотя бы наличие правовых условий для появления такой оппозиции)»1.

В-четвертых, необходимо дать возможность существования малым партиям на политическом поле государства, не создавая искусственно законодательных барьеров, предусматривающих привилегии для крупных партий или партий, находящихся у власти. Наоборот, следуя принципу формального равенства, государству необходимо поддерживать слабых, чтобы уравнять их стартовые возможности с сильными, а в отношении последних применять законодательные ограничения. «Но это должно быть не произвольное ограничение, продиктованное соображениями политической целесообразности или морально-нравственными идеями взаимопомощи, а правовое ограничение, направленное на обеспечение формального равенства субъектов правового взаимодействия путем преодоления действия принципа преимущества»12.

накопляемого Хотя первоначально этот принцип формального равенства был направлен на регулирование отношений между людьми, его можно распространить и на политическую сферу отношений между объединениями граждан. Можно согласиться с мнением Лапаевой, которая, рассмотрев ситуацию с правовым регулированием многопартийности и избирательного процесса в Российской Федерации под углом зрения действия принципа накопляемого преимущества, пришла к Лапаева В.В. Различные типы правопонимания: анализ научно-практического потенциала // Законодательство и экономика. – 2006. -№ 4.

Лапаева В.В. Правовой принцип формального равенства // Журнал российского права. – 2008. - № 2.

выводу о том, что все наиболее принципиальные новеллы Федерального закона от 11 июля 2001 г. № 95-ФЗ «О политических партиях» и нормы избирательного законодательства способствовали созданию преимуществ для партий, которые к этому времени успели закрепиться на политической сцене. К таким преимуществам относились освобождение партий, имеющих фракции в парламенте, от необходимости в период выборов собирать подписи в поддержку выдвинутых ими кандидатов;

запрет на создание блоков (что позволило бы небольшим партиям сохраниться в политике) и т.п.

На этом примере хорошо видно, что там, где закон не вводит жесткие правовые требования по уравниванию шансов отдельных партий, вступает в свои права принцип накопляемого преимущества, в соответствии с которым привилегии доминирующих в данном социальном пространстве субъектов обеспечивают для них еще большие привилегии1.

Весьма противоречивые точки зрения встречаются в современной научной литературе и по вопросу равноправия парламентских фракций. Так, Г.Н. Комкова, с одной стороны, указывает на необходимость обеспечения равенства политических партий в парламентской деятельности, а с другой считает вполне допустимым неравенство между фракциями, так как более многочисленные фракции имеют поддержку большего числа населения страны и соответственно выражают его мнение при принятии тех или иных законодательных решений2. На наш взгляд, необходимо последовательно реализовывать принцип равноправия политических партий в законодательстве, подтверждать его в решениях органов правосудия и закреплять в регламентах законодательных собраний равное право фракций формулировать и высказывать свою позицию по конкретным вопросам. К.

Лапаева В.В. Правовой принцип формального равенства // Журнал российского права. – 2008. - № 2.

Комкова Г.Н. Пропорциональная избирательная система и обеспечение равенства фракций в российском парламенте // Конституционное и муниципальное право. – 2006. - № 7. - С.32-33.

Хессе указывает, что «равенство политических партий является в принципе условным равенством: юридическое различие больших и малых, правящих и оппозиционных партий – недопустимо. Однако юридическое равенство шансов партий не может гарантировать их фактического равенства, поскольку неодинаковой является степень поддержки их финансирующими органами или лицами, союзами или частично прессой, не поддающаяся правовому регулированию» 1.

В-пятых, необходимо создание условий для образования новых политических партий. Однако Закон «О политических партиях»

ориентирован на сохранение в стране только крупных партий с определенным количеством членов. Можно прислушаться к мнению бывших депутатов Государственной Думы С.Н. Юшенкова и А.В. Шишлова, предлагавших считать главным критерием влиятельности партий не их численность, а результаты выборов в различные органы власти. В. Никонов считал, что введение фиксированного членства совершенно не обязательно и даже противопоказано крупным электоральным партиям. Если обратиться к мировой практике, требования к нормам о численности партий не являются типичными2.

Анализ необходимых условий для создания и развития в государстве оппозиционных партий показывает, что сильная президентская власть в Российской Федерации негативно влияет на политические партии. Они не имеют навыков и опыта несения всей полноты политической ответственности, а равно ответственного поведения в положении оппозиционности3. Парламентский режим предоставляет политическим партиям большую свободу, чем президентский. При парламентском режиме не имеет такой силы административный ресурс, который поддерживает авторитет и силу одной правящей партии в президентской республике. При Хессе К. Основы конституционного права ФРГ. – М., 1981. – С. 95.

Лебедев В.А. Партии на выборах: опыт, проблемы, перспективы / В.А. Лебедев, П.М. Кандалов, Н.Н.

Неровная. – М., 2006. – С. 63-64.

Краснов М.А., Шаблинский И.Г. Российская система власти: треугольник с одним углом. – М., 2008. - С.

39.

парламентском режиме первостепенное значение для прихода партий к руководству государством имеют выборы, и существование правительства зависит от поддержки нижней палаты парламента. При президентской или парламентско-президентской республике результаты выборов, как правило, предопределены заранее (какую партию не создадут, все равно получается КПСС).

Первые попытки правовой институционализации политической оппозиции в нашей стране были предприняты в царском Манифесте октября 1905 г., Указе о временных правилах об обществах и союзах от марта 1906 г. и в Постановлении Временного правительства о собраниях и союзах от 12 апреля 1917 г. В этих законодательных актах провозглашалась свобода союзов, разрешалось создание разного рода объединений, включая и политические партии, хотя никакого специального закона о них ни тогда, ни позже в России принято не было. Издание этих документов способствовало формированию в России многопартийности и становлению легальной оппозиции. Но, несмотря на все законодательные инициативы, механизм взаимоотношений между властью и оппозицией так и не сложился.

Пришедшие же к власти большевики в принципе отвергли саму идею политического плюрализма в масштабах всего общества и допускали первоначально лишь борьбу мнений в своих рядах. По этому поводу известный французский политолог М. Дюверже иронически замечал, что русская коммунистическая партия развивает довольно оригинальный вид оппозиции в форме «самокритики»1.. Но и этот весьма ограниченный «плюрализм» существовал в СССР приблизительно до 1934 г., после чего установилось жесткое идеологическое единство в рядах КПСС.


История нашей страны показывает, к каким последствиям приводит запрет оппозиции или ее игнорирование. Россия перешла от многопартийности к однопартийной системе, а затем к появлению такого Дюверже М. Политические партии / Пер. с франц. – М., 2002. – С.498.

феномена как «партия власти». Понятие «партия власти» широко используется в российской политической лексике, однако в научном плане трактуется неоднозначно. В широком смысле слова «партия власти» обычно отождествляется с правящей политической элитой, влияющей на развитие политического процесса, разработку, принятие и реализацию важнейших решений, контролирующей деятельность различных партий и движений. В узком смысле слова «партия власти» понимается как объединение партийного типа, непосредственно создаваемое находящейся у власти политической элитой1.

Важнейшим принципом, определяющим правовой статус политических партий в демократическом государстве, является принцип равноправия, когда все политические партии имеют равные права и обязанности.

Федеральный закон от 11 июля 2001 года №95-ФЗ (в ред. от 30.12. №274-ФЗ) «О политических партиях» подтверждает, что российские партии в своей деятельности должны основываться на принципе равноправия2. Эта норма Закона основана на положениях ч.4 ст.13 и ч.1 ст.19 Конституции РФ3 и означает как равенство прав граждан, объединившихся в политическую партию, так и равенство партий перед законом.

Следовательно государство в своей деятельности должно создавать равные возможности для реализации конституционного права на объединение, на выражение своих политических взглядов и на участие в выборах4. Задача государства – установить юридические гарантии равенства и способствовать их обеспечению.

Однако принцип равноправия партий является лишь декларацией, так как российское законодательство закрепляет их неравенство. Нарушение принципа равенства предусматривает норма о финансировании политических Рябов А.В. «Партия власти» в политической системе современной России // Формирование партийно политической системы в России. –М., 1998. – С.81.

О политических партиях: Федеральный закон от11 июля 2001 года №95-ФЗ (в ред. от 30.12.2006 №274-ФЗ) // Справочная Правовая система КонсультантПлюс. Законодательство. Версия Проф.

Конституция Российской Федерации Конституция Российской Федерации: Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.– М.: ЦИК РФ, 2003.– 62с.

См.: Комментарий к Федеральному закону «О политических партиях» / Под ред. В.В. Лапаевой. – М., 2002.

– С.35.

партий, которые по результатам выборов набрали не менее трех процентов голосов избирателей, принявших участие в голосовании. Финансирование партий является своеобразной формой государственного самовыражения.

Есть ли в России оппозиция и нужен ли специальный Закон об оппозиции? По мнению политологов, долгое время к оппозиции себя причисляли КПРФ, СПС, «Яблоко». В настоящее время, как считает политолог Т.Н. Митрохина, политические партии вне государства немыслимы, они являются продуктами целенаправленного законотворческого процесса. Большинство партийных организаций создаются и управляются «сверху» и открыто именуются не партиями, а «партийными проектами». Управляемый процесс партстроительства имеет целью получить определенный состав Государственной Думы 2007-2011 гг.

Существует пессимистическая точка зрения, согласно которой уход в жесткую оппозицию заранее срежиссирован и является предметом производства кремлевской администрации1.

Попытки создать новую оппозиционную партию, противостоящую монополии «Единой России», скомпонованную из трех партий и названную «Справедливой Россией», можно рассматривать как образование партии власти номер два2. Ее создание способствует формированию «двухпалатной»

партийной системы, так как «Единая Россия», руководимая Б. Грызловым, контролирует прохождение законов через Государственную Думу, а «Справедливая Россия» под руководством С. Миронова – через Совет Федерации. Таким образом, поскольку создание партий имеет искусственный характер, следовательно и оппозиция будет управляемая, а общественные проблемы, ею поднимаемые, так и останутся нерешенными.

Митрохина Т.Н. «Диктатура» закона «О политических партиях» как фактор формирования партийной системы Российской Федерации // Правовая политика и правовая жизнь. – 2006. - №4. – С.114.См.:

Комментарий к Федеральному закону «О политических партиях» / Под ред. В.В. Лапаевой. – М., 2002.

– С.35.

Барахова А. Тройная вместо «Единой» // Коммерсантъ. «Власть». – «006. - № 39. – С.30.

Даже если реальной парламентской оппозиции нет, ее нужно создать искусственно как необходимый элемент демократической парламентской системы. Следует воспринять опыт ряда зарубежных стран, в которых гарантируются дополнительные права, в том числе парламентской оппозиции1.

В современной России вопрос о законодательном закреплении правового статуса политической оппозиции уже неоднократно поднимался представителями оппозиционных политических сил. Очередной проект Федерального закона «Об основных гарантиях оппозиционной деятельности в Российской Федерации» был разработан и внесен на рассмотрение Государственной Думы 26 января 2007 года фракцией КПРФ. Законопроект определяет оппозиционную деятельность как социально значимую, правомерную деятельность граждан России, объединившихся для того, чтобы распространять взгляды и мнения, не совпадающие с позициями и решениями органов государственной власти, местного самоуправления, а также их должностных лиц, предлагать иные пути разрешения проблем, стоящих перед обществом и государством. Особо оговариваются в законопроекте права парламентской оппозиции2. На наш взгляд, данный проект является свидетельством разумного поиска цивилизованных форм и институтов сотрудничества власти и оппозиции. Принятие подобного закона стало бы важным шагом на пути демократизации политической жизни страны, ее встраивания в общеевропейское правовое пространство. Правовая институционализация парламентской оппозиции это показатель степени свободы общества, его демократичности и зрелости.

Юридическая наука могла бы обосновать конституционно-правовые Юдин Ю.А. Политические партии и право в современном государстве. – М., 1998. – С.58.

Об основных гарантиях оппозиционной деятельности в Российской Федерации: Федеральный закон (проект) // Правда. – 2007. – 16-19 марта. – С.4.

формы обеспечения оппозиции, тем самым определив правовые рамки и институциональные гарантии ее деятельности.

6.4. Модели выборного партийного представительства в парламенте в правовой теории и практике Теория пропорциональной избирательной системы зародилась в Швейцарии в конце XVIII-начале XIX вв. Затем она была подхвачена революционной Францией во времена Великой французской буржуазной революции. В XIX веке движение в поддержку пропорциональной системы выборов было широко распространено во многих странах Западной Европы:

Швеции, Бельгии, Англии, Франции и др. В настоящее время пропорциональная система получает все большее распространение в современном мире. Она применяется в Нидерландах, Израиле, Венесуэле, Португалии, Дании, Бельгии, Турции, Австрии, Швейцарии, Польше, Литве, Украине и других странах. В России пропорциональная избирательная система впервые была использована на выборах в Учредительное собрание в 1917 г. И спустя 90 лет в 2007 году именно эта система была применена на выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации пятого созыва. В связи с этим весьма актуальным является изучение эволюции идеи пропорционального представительства в России с момента ее зарождения и до настоящего времени.

Идеи пропорционального представительства в России появились в первой половине XIX века. Одним из первых русских мыслителей, кто высказал идею о том, что представители народа в законодательном органе власти должны выражать интересы всей страны, являлся декабрист Н.И.

Тургенев. В своем главном труде «Россия и русские» он утверждал, что представители страны должны действовать только на пользу общества, всегда ставя гражданские интересы выше блага отдельной личности, сословия или «узкого кружка». В парламенте как органе общенародного представительства должны быть представлены общезначимые интересы, а не интересы отдельных социальных групп. На наш взгляд, выражать подобные интересы способны только организации общегосударственного значения, к которым и относятся политические партии. Несомненно, рассматриваемые идеи, относящиеся к середине XIX в., весьма актуальны для настоящего времени, и, по сути, в длительном споре о том, какой вид избирательной системы лучше использовать при выборах в законодательный представительный орган власти, являются веским аргументом, оправдывающим переход к пропорциональной избирательной системе.

По мнению немецкого ученого-правоведа А. Текленбурга, впервые мысль о замене выборов большинством голосов пропорциональными выборами была высказана английским адвокатом Томасом Гаре в его произведении «The election of representatives» (1-й выпуск был сделан в г., 4-й выпуск - в 1873 г.). Текленбург также предложил юристам при исследовании пропорциональной системы выборов использовать не уже известные им правовые методы, а математический подход, «так как идеальные выборы бывают тогда, когда голоса взвешиваются, а не считаются». Он увидел также и политическую опасность этой избирательной системы, которая заключается, во-первых, в том, что «вся власть может очутиться в руках вождей партии, что не соответствует духу нашего народа», а, во-вторых, пропорциональные выборы «тормозят образование больших, способных к деятельности партий»1.

В конце XIX - начале XX вв. не умолкали споры о необходимости политических партий, об их роли в формировании и функционировании парламента. Так, по мнению Б.Н. Чичерина, «средоточием партий и главным поприщем их борьбы является представительное собрание, но значение их в последнем определяется тою поддержкой, которую дает им общество. Чтобы получить перевес в представительстве, они должны склонить на свою Текленбург А. Пропорциональные выборы как идея права / Перевод с нем. – СПб., 1907. – С. 13-17.

сторону избирателей». В.М. Гессен писал: «Для того, чтобы народное представительство являлось действительно представительством народа, необходимо отказаться от мажоритарной системы, не выражающей народную волю. Только при системе пропорциональных выборов народное представительство становится тем, чем оно должно быть по своей природе:

политической картой, или зеркалом страны… Пропорциональные выборы предполагают существование в стране организованных политических партий». Н.М. Коркунов в свою очередь считал, что в условиях не сформировавшейся многопартийной системы именно пропорциональное представительство «прежде всего… дает избирателям возможность свободно группироваться по сходству и различию их воззрений и интересов»1.

Однако были и противники создания партий и наделения их функциями представительства интересов народа. К их числу относится публицист М.Н. Катков, который не только не видел необходимости, но и считал вредным создание партий как посредников между Верховной властью и народом. А партийное представительство, по его мнению, «будет выражением не народа, а чуждых ему партий и неизбежно станет орудием их игры, которою так легко овладеет всякого рода интрига. Боже избави нас от партий и очисти от их игры наши правительственные сферы». Таким образом, Катков считал, что партии сеют в народе «растлевающий дух», интриги и обман, а действуют только ради частных интересов. Единственной силой для него, способной стоять на страже прав и заботится о пользах государства, является «Верховная Власть» самодержца2. Действительно, в монархических государствах партии ведут скорее к расколу общества и нарушают единство власти, т.е. ее сосредоточение в руках одного правителя.

Однако в демократически развитых странах именно политические партии являются основными коллективными субъектами избирательного процесса. Они «предназначены не для выражения отдельных групповых (корпоративных) интересов, а для учета политического смысла различных Коркунов Н.М. Русское государственное право. – СПб., 1904. –С. 402.

Катков В.М. О самодержавии и конституции. –М., 1905. – С.38-39.

частных интересов, выявления в них общезначимого начала и перевода их на общегосударственный уровень»3. Тем не менее отечественная концепция избирательной системы характеризуется существованием трех радикально противоположных позиций: 1) партии не отражают в полном объеме интересы своих избирателей, поэтому только мажоритарная система обеспечивает устойчивую связь между избирателями и кандидатами;

2) смешанная избирательная система выполняет свою роль конституционного механизма формирования действительно представительного парламента;

3) пропорциональная система в большей степени способствует сохранению государственного единства страны, обеспечивает согласованность в постановке общенациональных, региональных, местных проблем и определении путей их решения.

Анализ развития избирательного законодательства Российской Федерации последних лет свидетельствует о том, что законодатели целенаправленно сузили круг субъектов избирательного процесса, ограничив его только политическими партиями чтобы вошедшие в Государственную Думу депутаты решали общегосударственные задачи, а не сосредотачивались только на решении местных или корпоративных проблем. На сегодняшний день российское избирательное законодательство уже закрепило переход к пропорциональной системе выборов, которая должна способствовать формированию более дееспособного эффективного парламента.

У пропорциональной системы выборов есть один недостаток: это слабая связь партийных депутатов с избирателями. Для того, чтобы лучше понять данную проблему, необходимо обратиться к специальным исследованиям тех ученых, которые одними их первых глубоко проанализировали этот вопрос. В частности, по мнению Н.И. Тургенева, при пропорциональной системе «избранные депутаты становятся представителями страны и должны действовать свободно, в меру своей просвещенности и честности. Они не являются и не могут являться Лапаева В.В. Право и многопартийность в современной России. – М., 1999. – С. 98.

исполнителями поручений избирателей. Если избиратели дают своему представителю особые наказы и он их принимает, то это следствие пороков не избирателей, а органических недостатков самих институтов», в частности избирательной системы.

Мыслитель затронул очень злободневную проблему о системе контактов депутата и избирателей, а по сути дела о свободном и императивном депутатском мандате. При прежней мажоритарно пропорциональной системе выборов депутат обязан был думать о своих избирателях, а последние, в свою очередь, надеялись на то, что их представитель в Государственной Думе будет отстаивать их интересы.

Однако по новой избирательной системе территориальное представительство остается только на выборах в региональные законодательные органы государственной власти и органы местного самоуправления, тогда как главным же принципом формирования Государственной Думы становится принцип партийного политического представительства народа. Партийные депутаты слабо связаны с избирателями, несмотря на то, что в региональные части партийных списков кандидатов входят представители региональных отделений политических партий, которые должны работать в соответствующих субъектах Российской Федерации. В связи с этим возникает вопрос, чьи интересы должны отстаивать эти партийные представители, если главное призвание Государственной Думы – заниматься общегосударственными проблемами, а задача партийных депутатов выполнять программу своей партии?

Возникают сомнения и по поводу представительности будущей Государственной Думы, поскольку в российских политических партиях состоит всего около 2 процентов населения страны. Но, вероятно, чтобы обеспечить представительный характер нижней палаты парламента, наши законодатели сделали избирателей заложниками партийных пристрастий, так как они, чтобы выполнить свой гражданский долг, имеют право или отдать свой голос одной из партий или вообще не проголосовать, тем более что выборы состоятся при любой явке избирателей. И как правильно отметил С.А. Авакьян в одной из своих статей, «да здравствуют выборы депутатов от партий избирателями – членами партий!»1.

Тем не менее следует признать, что пропорциональная система выборов повышает значение партий в качестве посредников между государством и обществом, о чем писали ученые еще в начале XX века.

Политические партии выполняют громадную работу, которая, по словам профессора правоведения М.А. Рейснера, заключается в том, чтобы «выяснить наличие социальных, политических и национальных противоположностей для превращения бессознательной, стихийной и глухой борьбы в сознательное и открытое состязание враждующих сторон при помощи мысли и слова. Все, что лежало издавна неопределенной и темной массой в народном сознании, все, что давило подобно кошмару народную грудь, все неопределенные веяния и подпольные ходы, все туманные призраки и ночные страхи – все это, благодаря партиям и их борьбе, выходит на божий свет, становится доступным оценке, исследованию, взвешиванию, измерению». Русский мыслитель в начале XX век, исследовав деятельность политических партий в Австрии, Бельгии, Германии и других странах, сумел определить главную сущность политических партий, сформулированную спустя 100 лет в Федеральном законе Российской Федерации «О политических партиях»: партии - это общественные объединения, созданные для формирования и выражения политической воли граждан.

Политическая партия - это коллективный разум, аккумулирующий различные идеи, отражающий настроения народа, положительно влияющий на политическое самоопределение общества, способствующий наполнению его политическими идеалами и целями. Однако, выполняя свои посреднические функции, политическая партия оказывает как Авакьян С.А. Какая избирательная система лучше? // Российская Федерация сегодня. – 2004.- № 23. – С. 3.

положительное, так и негативное влияние на общество. В частности, партии нивелируют людей, насаждая им определенные стандарты мышления. Это особенно болезненно отражается на людях с неординарным, нестандартным мышлением. Поэтому философы, как правило, не являются членами партий, иначе партия, используя их умственный потенциал, ограничила бы их свободу мышления и подчинила политической целесообразности. Исходя из этого, нельзя идеализировать способность партий направлять разрозненную политическую энергию народа в русло организованной парламентской деятельности, что присуще некоторым российским ученым. Так, например, Рейснер явно преувеличивал роль партий, считая главным смыслом их деятельности «создание из хаоса системы, из множества и разнообразия – единство». По его мнению, партии «объединяют разрозненных, собирают единомышленников, организуют армию, преданную одному делу, верующую в один катехизис. И ни одно миросозерцание, ни один символ веры, имеющий общественное значение, не остается непредставленным. Идеология заступает место смутных инстинктов и стихийных тяготений, и каждая партия стремится выставить законченную, не только политическую, но и социальную, культурную и моральную программу. Частные интересы очищаются от временного и случайного и возводятся к принципу общего блага».



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.