авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 |

«В.И. ЕРЫГИНА ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ КАК ИНСТИТУТ ПАРЛАМЕНТАРИЗМА (из истории политико-правовой мысли России конца XIX – начала XX вв.) ...»

-- [ Страница 8 ] --

Однако историческое прошлое свидетельствует о том, что наличие разных партий, провозглашающих различные идеологии, порой приводило к сильной поляризации общества. Но в основном идеологическое противоборство проявлялось там и тогда, когда отсутствовал эффективный парламент и выборы по партийным спискам. Когда же партии заняты избирательными кампаниями, поставленными под контроль закона, они не представляют опасности для государства, и, как правило, снижается накал гражданского противостояния. Эта проблема была вновь поднята в конце XX века профессором В.В. Лапаевой, которая не только заострила на ней свое внимание в работе «Право и многопартийность в современной России», но и показала пути ее решения. Приводя свои аргументы в пользу введения пропорциональной избирательной системы, она писала: «Партии в целом сумели оформить и структурировать энергию общества и в значительной мере взять на себя выражение основных социальных интересов. Потеря же партиями прежних позиций в избирательном процессе приведет к тому, что общество вновь начнет выражать свое недовольство напрямую, в митинговой форме… Вытеснение партий из сферы легальной борьбы за власть подтолкнет их к поиску непарламентских путей к власти» 11.

Легальная борьба партий за власть включает в себя борьбу идеологий и написанных на их основе программ. По мнению М.А. Рейснера, «нет вопроса, которого бы они не касались, нет уголка, куда бы они не проникли».

Партии обращаются к народу с программами, выражающими стремления и желания всей нации и отдельных ее групп отдельно.

В идеале программа любой партии должна строиться из трех основных компонентов. Во-первых, она должна начинаться с оценки существующего положения общества, государства, его правовой системы. Во-вторых, она должна содержать проекты будущего общественно-политического устройства страны, формулировать политические цели и задачи, которые будет решать партия в случае ее прихода к власти. В-третьих, программа должна доказать какой-то определенной группе граждан, что партия намерена работать именно на ее интересы, и она лучше других решит проблемы данной категории населения.

Но когда дело доходит до выборов, партии обычно забывают об интересах «целевой аудитории», пытаясь привлечь на свою сторону «массового избирателя», то есть угадать превалирующие в обществе настроения, в угоду которым они и выстраивают свои программы. А Лапаева В.В. Право и многопартийность в современной России. – М., 1999. – С. 86.

поскольку политические потребности населения относительно невелики, предвыборные программы партий всегда похожи друг на друга. Что касается наличия в этих программах идеологических постулатов или хотя бы четкой политической концепции, то можно констатировать тенденцию к отказу партий от присоединения к традиционным идеологическим направлениям, например либеральному, консервативному, социал-демократическому, и от выработки ясных идеологических формулировок.

Обязанность политических партий опубликовывать свои предвыборные программы согласно федеральному законодательству РФ была введена для того, чтобы дать возможность избирателям сформировать собственное мнение о партиях и сделать более осознанный выбор. Анализ программ позволяет уяснить текущие ориентиры и целевые установки, выявить альтернативные подходы в решении актуальных проблем развития России, определить основные тенденции и перспективы демократических преобразований.

В современных условиях развития демократии, сложившейся в Российской Федерации в начале XXI века, явно вырисовывается тенденция доминирования пропорциональной системы формирования представительных органов власти всех уровней, начиная с Государственной Думы и заканчивая органами местного самоуправления. При этом сокращается число независимых кандидатов, так как вероятность их избрания мала и они не готовы конкурировать с политическими партиями и даже существующий порядок самовыдвижения кандидатов лишь демократический штрих, не влияющий на всю картину выборов. Даже при наличии мажоритарной составляющей избирательных систем в субъектах федерации на выборах в законодательные органы власти кандидаты, выдвинутые по одномандатным избирательным округам, представляют интересы той или иной партии, а нормы, предусматривающие возможность избрания независимых кандидатов, не работают.

В результате сложилось три модели партийного представительства в парламенте. Первая модель – это представление интересов партии отдельными кандидатами в парламенте, прошедшими туда при поддержке партии, в результате выборов по мажоритарной системе, т.е. конкурируя на выборах с другими кандидатами. Вторая модель – это формирование парламента пропорционально количеству голосов, поданных избирателями за списки политических партий, в соответствии с порядком размещения в них кандидатов, которые могут быть как членами партий, так и беспартийными.

Третья модель – это составление списка кандидатов политической партией совместно с общественными объединениями на основе заключенного между ними соглашения, что законодательно пока закреплено только на местном уровне власти при формировании представительных органов местного самоуправления (п.1.1 ст. 26 Федерального закона «О политических партиях», п. 14 ст. 35 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»). Однако уже на выборах в Государственную Думу шестого созыва была применена эта модель на федеральном уровне, не получив еще никакого законодательного закрепления. Новый порядок выдвижения кандидатов, инициированный «партией власти», предусматривал выдвижение не менее 150 человек из числа беспартийных, что в 3 раза больше, чем на предыдущих выборах. У многих граждан, как членов «Единой России», так и представителей общественных объединений, представителей трудовых коллективов, появился реальный шанс войти в список из 600 человек. Но чтобы занять в списке так называемое проходное место и попасть в десятку региональной группы, нужно было активно поучаствовать в предварительных «праймериз», заявить о своей программе.

Тем не менее последнее слово в формировании списка остается за лидером «Единой России» В.В.Путиным, который и предлагает окончательный вариант списка для утверждения на съезде партии. Препятствием на пути реализации пассивного избирательного права граждан является тактика «паровозов», так как в составе общефедеральной части списка и на первых позициях в региональных группах находятся члены федерального правительства, губернаторы, действующие депутаты. Главной целью предварительного голосования было выявление интересных, активных людей, профессионалов своего дела.

На наш взгляд, целесообразно распространить порядок предварительных внутрипартийных голосований на все партии и закрепить его в их уставах, хотя не следует принимать специальный закон и обязывать партии немедленно принимать новые избирательные технологии. Подробно данный порядок был описан еще сто лет назад М.Я. Острогорским в работе «Демократия и политические партии». Он писал: «Процедура голосования в прямых первичных собраниях почти такая же, как на выборах»1. Поэтому предварительное голосование, по его мнению, приведет к полному выявлению всех оттенков мнения избирателей. Оно пройдет так, что «можно будет распознать избирательную почву, которая при теперешней системе чаще всего скрыта от глаз избирателей…». Поэтому «всесторонне осведомленные благодаря результатам предварительного голосования избиратели могут в момент окончательных выборов свободно принимать решения с полным сознанием положения»22. Именно данный способ выбора кандидатов партиями превратит национальное представительство в действительность.

Важнейшей функцией политической партии является участие в выборах, посредством которых раскрывается ее представительская природа.

Образовавшись первоначально из небольшого круга единомышленников, партия получает свою легитимацию в ходе избирательной кампании, расширяя тем самым свой электорат и опираясь в своей деятельности на поддержку избирателей. Поскольку сама партия является частью общества, она выражает интересы определенной социальной группы, которая Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М., 1997. – С. 495.

Там же. – С. 596.

делегирует ей полномочия по представлению ее интересов во власти. Но прежде, чем идти во власть, партия аккумулирует и артикулирует разнообразные частные интересы на первом начальном уровне представительства в рамках отдельной организации. Некоторые партии так и остаются на данной стадии развития, не переходя на следующую ступень представительства во власти. Те же партии, которые заручились поддержкой избирателей и были допущены к распределению депутатских мандатов в законодательных представительных органах государственной власти, становятся парламентскими партиями и представляют теперь все общество и следовательно решают задачи общегосударственного или национального уровня.

Лишь с появлением пропорциональной избирательной системы во многих континентальных европейских странах появилось понятие депутатской группы, которые называются фракциями. Отсюда возникает проблема взаимоотношений между партией и ее фракцией в представительном органе власти, которая имеет теперь совершенно другой круг задач и претензии на самостоятельное существование. По мнению М.

Дюверже, «демократия требует, чтобы парламентарии стояли выше руководителей, избранники – выше членов партии, поскольку в парламенте они представляют интересы избирателей – группы более обширной, чем партия, в которую они сами между тем включены»1. Классик партологии в реальной действительности выявил несколько способов взаимоотношений между партией и парламентариями:

1.тенденция доминирования руководителей партии над парламентариями, 2. совпадение руководителей и парламентариев в одном лице, 3. преобладание парламентариев над партией, Дюверже М. Политические партии / Пер. с франц. – М., 2002. – С.237.

4. соперничество парламентариев и партийных руководителей.

Тот или иной способ взаимоотношений партии и парламентариев зависит от типа партии и способа голосования. При мажоритарной системе парламентарии более независимы, чем при пропорциональной избирательной системе, при которой члены партии получили свой новый более высокий статус депутатов благодаря партии, выдвинувшей их кандидатуры на выборах и включившей в список для голосования.

Интерес представляет опыт российской конституционно демократической партии начала XX в., которая набрала большинство голосов на выборах депутатов Государственной Думы I созыва и перед которой естественно впервые в истории нашего государства встал вопрос о взаимоотношениях парламентариев и партии в связи с необходимостью участия в законотворческой деятельности парламента и выстраивания отношений с представителями партии во власти. Вот как, например, рассуждал П.Б. Струве в своем докладе «О взаимных отношениях между партией и парламентской ее фракцией» на втором партийном съезде кадетов в апреле 1906 г.: «Парламентская фракция партии создана всеми избирателями, голосовавшими за членов партии на выборах, т.е. она создана группой, менее определенной, но более широкой, чем партия в смысле ее зарегистрированных членов. С другой стороны, несомненно, что парламентская группа – при существующей избирательной системе – составилась как таковая в известной мере случайно и что в парламент к партии могут примкнуть элементы, которые до сих пор оставались чужды», так как «избиратели, выбирающие депутатов в парламент, существуют как нечто определившееся и связное лишь в момент самих выборов, лишь актом выборов»1.

Кадеты осознавали тот факт, что парламентская фракция партии – Доклад П.Б. Струве «О взаимных отношениях между партией и парламентской ее фракцией» // Cъезды и конференции конституционно-демократической партии. В 3-х тт. / Т.1. 1905-1907 гг. – М., 1997. – С. 252.

крупный фактор в жизни самой партии и всей страны. «Парламентская фракция будет занята такой огромной работой, что привлекать ее не только к руководству, но и к управлению делами партии в стране было бы трудноосуществимо и обременительно», - считал Струве 2.

Однако в собрания фракции по всем делам парламентской деятельности приглашаются с решающим голосом все члены Центрального Комитета партии, и только в случае невозможности такого приглашения фракция решает дела без участия Центрального комитета. Это, по мнению Струве, устраняет возможность для парламентской фракции превратиться в нечто самодовлеющее и потерять связь с теми течениями, какие существуют в стране и которые, в силу самой задачи Центрального комитета, близко его касаются. Участие же Центрального комитета с решающим голосом в парламентской деятельности «в силу его относительной малочисленности, разумеется, не может видоизменять решения парламентской фракции и не нарушит ее самостоятельности, вместе с тем устанавливая тесную связь, столь необходимую между этими частями партии»1.

Еще одна проблема, которую поднимал в своем докладе Струве, касалась взаимоотношений депутатов и избирателей. По его мнению, «через партийные группы парламентская фракция должна всячески поддерживать живую идейную связь с избирателями и вообще с той широкой народной массой, из которой рекрутируется партия в стране». Каждую свободную минуту «члены Думы должны возможно чаще выступать на разных собраниях, исходя при этом из той мысли, что они являются морально обязанными о делах Думы и об исполнении ими своего депутатского долга давать отчет и избирателям, и всей стране»2. При фракции партии народной свободы была создана особая комиссия по выработке мер для поддержания Там же. – С. 253.

Доклад П.Б. Струве «О взаимных отношениях между партией и парламентской ее фракцией» // Cъезды и конференции конституционно-демократической партии. В 3-х тт. / Т.1. 1905-1907 гг. – М., 1997. – С. 254.

Там же.

связи между Государственной думой и населением33.

Струве был убежден, что «политическое верховенство и высшая власть в партии должна принадлежать общегосударственным съездам партийных представителей».

Парламентская фракция является, естественно, как часть партии, подчиненной этой власти, но в этих пределах она автономна и независима от других органов партии. Это «не устраняет необходимости определения взаимных отношений между партией и парламентской фракцией. Это взаимодействие должно вылиться в форму участия членов Государственной думы, принадлежащих к партии, с решающим голосом на общепартийных съездах по самому их званию и в участии исполнительного органа партии – Центрального Комитета с решающим голосом – на заседаниях парламентской фракции. Депутаты от партии должны на местах при всяком случае выступать перед массами»1.

От основанного на доверии взаимодействия между партией и ее парламентской фракцией «зависит успех партии в народном представительстве»22. Сегодня эти слова Струве, как и раньше, актуальны, так как от слаженной работы партии и парламента зависят и качество законов, и реализация предвыборных политических программ, и доверие к законодательной власти со стороны избирателей.

Делегат II съезда кадетов из Томска Вейсман следующим образом раскрыл природу отношений между отделениями партии: «Вся партия – это доверители, члены Думы – поверенные, уполномоченные для защиты интересов страны, Центральный Комитет- глаз партии, орган надзора. Между этими группами возможны, разумеется, коллизии, но и коллизии на почве идей. Вопросы же идей дисциплине не Деятельность комитета по организации партии в стране // Cъезды и конференции конституционно демократической партии. В 3-х тт. / Т.1. 1905-1907 гг. – М.: РОССПЭН, 1997. – С. 519.

Доклад П.Б. Струве «О взаимных отношениях между партией и парламентской ее фракцией» // Cъезды и конференции конституционно-демократической партии. В 3-х тт. / Т.1. 1905-1907 гг. – М.: РОССПЭН, 1997.

– С. 255.

Там же. – С. 255.

поддаются»3.

Большое внимание на съезде уделялось также вопросу о доверии к партии со стороны народных масс. Завоевать это доверие народных масс, стать сильной партия может при условии, если она действительно исполнит свою программу4.

Таким образом, кадеты еще перед началом работы первого российского парламента выстроили четкие отношения между партийной фракцией и самой партийной организацией, между ЦК партии и народными массами, расставив приоритеты будущей парламентской деятельности в следующем порядке:

«1. Политическое верховенство в делах и жизни партии принадлежит всей партии, представляемой общеимперским партийным съездом.

Центральный комитет является единственным органом, управляющим ее делами.

Парламентская фракция партии автономна. Подчиненная 2.

общепартийному съезду, она независима от всяких других органов партии.

3. Управление делами парламентской фракции принадлежит особому комитету, избранному самой этой фракцией»1.

Исторический опыт конституционно-демократической партии имеет как теоретическое, так и практическое значение в современных условиях.

Переход на пропорциональную избирательную систему обязывает парламентариев подчиняться партии. О влиянии избирательного режима на взаимоотношения депутатов и партий напоминает М. Дюверже, который считает, что «голосование по партийным спискам и система пропорционального представительства благоприятствуют доминированию партии» и «соответствуют коллективной структуре коммунистических и фашистских партий»2. При этом партии применяют различные приемы Обсуждение доклада П.Б. Струве //Там же. – С. 258.

Обсуждение доклада П.Б. Струве // Cъезды и конференции конституционно-демократической партии. В 3 х тт. / Т.1. 1905-1907 гг. – М.: РОССПЭН, 1997. – С. 259.

Cъезды и конференции конституционно-демократической партии. В 3-х тт. / Т.1. 1905-1907 гг. – М., 1997.– С. 265.

Дюверже М. Политические партии / Пер. с франц. – М., 2002. – С.254.

подчинения парламентариев партийному руководству: обвязывают отдавать партии депутатское жалованье, разрабатывают законопроекты и проекты реформ в партийных научно-исследовательских центрах. Но самая эффективная мера воздействия на парламентариев – это дисциплина голосования, нарушение которой грозит депутату исключением его из партии13. В некоторых партиях имеются «школы депутатов», где они совершенствую знание принципов партии и одновременно получают в качестве парламентариев специальные директивы. По мнению Дюверже, «такой подход выгоден вдвойне: депутатов готовят к выполнению своих функций, а заодно и ясно дают им почувствовать свою зависимость от партии»1.

В связи с этим Л.А. Нудненко вполне справедливо был поставлен вопрос об ответственности члена депутатской фракции за неподчинение выработанной общей позиции по вопросам, рассматриваемым на заседаниях парламента. «По общему правилу несоблюдение депутатом партийной, фракционной дисциплины не является основание для утраты депутатского мандата. Это обеспечивает свободу парламентария при решении вопроса на заседаниях законодательного органа государственной власти»2.

В соответствии со ст. 4 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации»

депутаты, избранные по списку кандидатов, допущенных к распределению депутатских мандатов в законодательном (представительном) органе государственной власти субъекта РФ, входят в депутатские объединения (во фракции). Депутатское объединение (фракция) включает всех депутатов, как избранных в составе списка кандидатов, так и депутатов, избранных по Исаев Б.А. Теория партий и партийных систем: Учеб пособие для студентов вузов / Б.А. Исаев. – М., 2008.

– С.316.

Дюверже М. Политические партии / Пер. с франц. – М., 2002. – С.257.Исаев Б.А. Теория партий и партийных систем: Учеб пособие для студентов вузов / Б.А. Исаев. – М., 2008.

– С.316.

Нудненко Л.А. Конституционно-правовой статус депутата законодательного органа государственной власти в Российской Федерации. – СПб., 2004. – С. 270. Дюверже М. Политические партии / Пер. с франц. – М., 2002. – С.257.

одномандатным или многомандатным избирательным округам. Депутат может быть членом только той политической партии, в составе списка кандидатов которой он был избран. Депутат, избранный по одномандатному или многомандатному избирательному округу и входящий в депутатское объединение, может быть членом только той политической партии, в депутатскую фракцию которой он входит. Несоблюдение указанных требований влечет за собой досрочное прекращение депутатских полномочий3.

Более подробно вопросы организации и деятельности депутатских фракций регулируются Федеральными законами «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации», «О политических партиях», регламентах Государственной Думы ФС РФ, законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов РФ, а также в положениях о фракциях.

Поддерживаю позицию В.И. Фадеева и М.В. Варлен, считающих, что лишение депутата права перейти из одной фракции в другую не вполне соотносится с принципом свободного депутатского мандата, со статусом депутата как полномочного представителя народа в парламенте. Вместе с тем считаю, что депутаты должны обладать свободой в вопросах голосования, так как обсуждение законопроектов на заседаниях Думы теряет всякий смысл, если уже всё будет решено во фракциях. Так же целесообразно введение партийного контроля за деятельностью парламентариев. Как показывает зарубежный опыт, если депутат не участвует в работе парламента без уважительных причин, он может быть лишен депутатского мандата.. В большинстве государств в случае нарушения парламентарием обязанностей и запретов, к нему могут быть применены меры конституционной или дисциплинарной ответственности. С целью улучшения кадрового состава Фадеев В.И. Депутатский мандат в российской Федерации: конституционно-правовые основы: учеб пособие / В.И. Фадеев, М.В. Варлен. – М., 2008. – С. 321.

парламентов целесообразно закрепить в регламентах, что партия имеет право отзыва или замены депутата, который не работает, лишив его при этом права повторно баллотироваться в состав представительного органа власти.

6.5. Идеи пропорционального представительства в России Теория пропорциональной избирательной системы зародилась в Швейцарии в конце XVIII-начале XIX вв. Затем она была подхвачена революционной Францией во времена Великой французской буржуазной революции. С этого времени существуют два противоположных взгляда по вопросу о правовой сущности избирательного права, сущность которых удалось выявить немецкому ученому Георгу Еллинеку. Согласно одному из них, «избирательное право есть строго индивидуальное право, присущее каждому человеку, как члену государства». Другое мнение гласит, что «избирательное право не есть право индивидуальное, а общественная функция;

избиратель своим избирательным актом действует не во имя личного интереса, а интересов, общественных, что ядро избирательного права – это обязанность, как и во всех других функциях, которую человек выполняет в интересах целого»1. «Целью плюрального избирательного права» является «ограничение всеобщего и широко распространенного избирательного права через введение постепенности при пользовании правом голоса избирателей»2. В XIX веке движение в поддержку пропорциональной системы выборов было широко распространено во многих странах Западной Европы: Швеции, Бельгии, Англии, Франции и др. В настоящее время пропорциональная система получает все большее распространение в современном мире. Она применяется в Нидерландах, Израиле, Венесуэле, Португалии, Дании, Бельгии, Турции, Австрии, Швейцарии, Польше, Литве, Украине и других странах1. В России пропорциональная избирательная система впервые была использована на выборах в Учредительное собрание в 1917 г. И спустя 90 лет в 2007 году именно эта система была применена на Еллинек Г. Плюральное избирательное право / Перевод с нем. П. Барской. – Киев, 1906. – С. 9.

Там же. – С. 12.

выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации пятого созыва. В связи с этим весьма актуальным является изучение эволюции идеи пропорционального представительства в России, с момента ее зарождения и до настоящего времени.

Идеи пропорционального представительства в России появились в первой половине XIX века. Одним из первых русских мыслителей, кто высказал идею о том, что представители народа в законодательном органе власти должны выражать интересы всей страны, являлся декабрист Н.И.

Тургенев. В своем главном труде «Россия и русские» он утверждал, что представители страны должны действовать только на пользу общества, всегда ставя гражданские интересы выше блага отдельной личности, сословия или «узкого кружка»2. В парламенте, как органе общенародного представительства, должны быть представлены общезначимые интересы, а не интересы отдельных социальных групп. На наш взгляд, выражать подобные интересы способны только организации общегосударственного значения, к которым относятся политические партии. Несомненно, рассматриваемые идеи, относящиеся к середине XIX в., весьма актуальны для настоящего времени, и, по сути, в длительном споре о том, какой вид избирательной системы лучше использовать при выборах в законодательный представительный орган власти, являются веским аргументом, оправдывающим переход к пропорциональной избирательной системе.

По мнению немецкого ученого-правоведа А. Текленбурга, впервые мысль о замене выборов большинством голосов пропорциональными выборами была высказана английским адвокатом Томасом Гаре в его произведении «The election of representatives» (1 выпуск был сделан в 1859 г., 4 выпуск - в 1873 г.). Текленбург также предложил юристам при исследовании пропорциональной системы выборов использовать не уже известные им правовые методы, а математический подход, «так как идеальные выборы бывают тогда, когда голоса взвешиваются, а не считаются». Он увидел также и политическую опасность этой избирательной системы, которая заключается, во-первых, в том, что «вся власть может очутиться в руках вождей партии, что не соответствует духу нашего народа», а, во-вторых, пропорциональные выборы «тормозят образование больших, способных к деятельности партий»2.

В конце XIX - начале XX вв. не умолкали споры о необходимости политических партий, об их роли в формировании и функционировании парламента. Так, по мнению Б.Н. Чичерина: «Средоточием партий и главным поприщем их борьбы является представительное собраний, но значение их в последнем определяется тою поддержкой, которую дает им общество;

чтобы получить перевес в представительстве, они должны склонить на свою сторону избирателей»3. Профессор В.М. Гессен писал: «Для того, чтобы народное представительство являлось действительно представительством народа, необходимо отказаться от мажоритарной системы, не выражающей народную волю. Только при системе пропорциональных выборов народное представительство становится тем, чем оно должно быть по своей природе:

политической картой, или зеркалом страны… Пропорциональные выборы предполагают существование в стране организованных политических партий»4. Н.М. Коркунов в свою очередь считает, что в условиях несформированной многопартийной системы именно пропорциональной представительство «прежде всего… дает избирателям возможность свободно группироваться по сходству и различию их воззрений и интересов»5.

Однако были и противники создания партий и наделения их функциями представительства интересов народа. К их числу относится публицист М.Н. Катков, который не только не видел необходимости, но и считал вредным создание партий как посредников между Верховной властью и народом. А партийное представительство, по его мнению, «будет выражением не народа, а чуждых ему партий и неизбежно станет орудием их игры, которою так легко овладеет всякого рода интрига. Боже избави нас от партий и очисти от их игры наши правительственные сферы». Таким образом, Катков считал, что партии сеют в народе «растлевающий дух», интриги и обман, а действуют только ради частных интересов. Единственной текленбург А. Пропорциональные выборы как идея права / Перевод с нем. – СПб., 1907. – С. 13-17.

силой для него, способной стоять на страже прав и заботиться о пользах государства, является «Верховная Власть» самодержца6. Действительно, в монархических государствах партии ведут скорее к расколу общества и нарушают единство власти, т.е. ее сосредоточение в руках одного правителя.

Однако в демократически развитых странах именно политические партии являются основными коллективными субъектами избирательного процесса. Они «предназначены не для выражения отдельных групповых (корпоративных) интересов, а для учета политического смысла различных частных интересов, выявления в них общезначимого начала и перевода их на общегосударственный уровень»7. Тем не менее, отечественная концепция избирательной системы характеризуется существованием трех радикально противоположных позиций: 1) партии не отражают в полном объеме интересы своих избирателей, поэтому только мажоритарная система обеспечивает устойчивую связь между избирателями и кандидатами, 2) смешанная избирательная система выполняет свою роль конституционного механизма формирования действительно представительного парламента, 3) пропорциональная система в большей степени способствует сохранению государственного единства страны, обеспечивает согласованность в постановке общенациональных, региональных, местных проблем и определении путей их решения.

Анализ развития избирательного законодательства Российской Федерации последних лет свидетельствует о том, что законодатели целенаправленно сузили круг субъектов избирательного процесса, ограничив его только политическими партиями, для того чтобы вошедшие в Государственную Думу депутаты решали общегосударственные задачи, а не сосредотачивались только на решении местных или корпоративных проблем.

На сегодняшний день российское избирательное законодательство уже закрепило переход к пропорциональной системе выборов, которая должна способствовать формированию более дееспособного эффективного парламента.

У пропорциональной системы выборов есть один недостаток: это слабая связь партийных депутатов с избирателями. Для того, чтобы лучше понять данную проблему, необходимо обратиться к специальным исследованиям тех ученых, которые одними их первых глубоко проанализировали этот вопрос. В частности, по мнению Н.И. Тургенева, при пропорциональной системе «избранные депутаты становятся представителями страны и должны действовать свободно, в меру своей просвещенности и честности. Они не являются и не могут являться исполнителями поручений избирателей. Если избиратели дают своему представителю особые наказы, и он их принимает, то это следствие пороков не избирателей, а органических недостатков самих институтов», в частности, избирательной системы8.

Мыслитель затронул очень злободневную проблему о системе контактов депутата и избирателей, а по сути дела о свободном и императивном депутатском мандате. При прежней мажоритарно пропорциональной системе выборов депутат обязан был думать о своих избирателях, а последние в свою очередь надеялись на то, что их представитель в Государственной Думе будет отстаивать их интересы.

Однако по новой избирательной системе территориальное представительство остается только на выборах в региональные законодательные органы государственной власти и органы местного самоуправления, главным же принципом формирования Государственной Думы становится принцип партийного политического представительства народа. Партийные депутаты слабо связаны с избирателями, несмотря на то, что в региональные части партийных списков кандидатов входят представители региональных отделений политических партий, которые должны работать в соответствующих субъектах Российской Федерации. В связи с этим возникает вопрос, чьи интересы должны отстаивать эти партийные представители, если главное призвание Государственной Думы – заниматься общегосударственными проблемами, а задача партийных депутатов выполнять программу своей партии?

Возникают сомнения и по поводу представительности будущей Государственной Думы, поскольку в российских политических партиях состоит около 1 процента населения страны. Но, вероятно, чтобы обеспечить представительный характер нижней палаты парламента, наши законодатели сделали избирателей заложниками партийных пристрастий, так как они, чтобы выполнить свой гражданский долг, имеют право или отдать свой голос одной из партий, или вообще не проголосовать, тем более, что выборы состоятся при любой явке избирателей. И как правильно отметил С.А.

Авакьян в одной из своих статей: «Да здравствуют выборы депутатов от партий избирателями – членами партий!»9.

Тем не менее, следует признать, что пропорциональная система выборов повышает значение партий в качестве посредников между государством и обществом, о чем писали ученые еще в начале XX века.

Политические партии выполняют громадную работу, которая, по словам профессора правоведения М.А. Рейснера, заключается в том, чтобы «выяснить наличие социальных, политических и национальных противоположностей для превращения бессознательной, стихийной и глухой борьбы в сознательное и открытое состязание враждующих сторон при помощи мысли и слова. Все, что лежало издавна неопределенной и темной массой в народном сознании, все, что давило подобно кошмару народную грудь, все неопределенные веяния и подпольные ходы, все туманные призраки и ночные страхи – все это, благодаря партиям и их борьбе, выходит на божий свет, становится доступным оценке, исследованию, взвешиванию, измерению»3. Русский мыслитель в начале XX век, исследовав деятельность политических партий в ряде зарубежных стран: Австрии, Бельгии, Германии и др., сумел определить главную сущность политических партий, сформулированную спустя 100 лет в Федеральном законе Российской Федерации «О политических партиях», - это общественные объединения, созданные для формирования и выражения политической воли граждан.

Политическая партия - это коллективный разум, аккумулирующий и переваривающий в себе различные идеи, отражающий настроения народа, положительно влияющий на политическое самоопределение общества, способствующий наполнению его политическими идеалами и целями.

Однако, выполняя свои посреднические функции, политическая партия оказывает как положительное, так и негативное влияние на общество. В частности, партии нивелируют людей, насаждая им определенные стандарты мышления. Это особенно болезненно отражается на людях с неординарным, нестандартным мышлением. Поэтому философы, как правило, не являются членами партий, иначе партия, используя их умственный потенциал, ограничила бы их свободу мышления и подчинила политической целесообразности. Исходя из этого, нельзя идеализировать способность партий направлять разрозненную политическую энергию народа в русло организованной парламентской деятельности, что присуще некоторым российским ученым. Так, например, Рейснер явно преувеличивал роль партий, считая главным смыслом их деятельности «создание из хаоса системы, из множества и разнообразия – единство». По его мнению, партии «объединяют разрозненных, собирают единомышленников, организуют армию, преданную одному делу, верующую в один катехизис. И ни одно миросозерцание, ни один символ веры, имеющий общественное значение, не остается непредставленным. Идеология заступает место смутных инстинктов и стихийных тяготений, и каждая партия стремится выставить законченную, не только политическую, но и социальную, культурную и моральную программу. Частные интересы очищаются от временного и случайного и возводятся к принципу общего блага»10.

Однако историческое прошлое свидетельствует о том, что наличие разных партий, провозглашающих различные идеологии, порой приводило к сильной поляризации общества. Но, в основном, идеологическое противоборство проявлялось там и тогда, когда отсутствовал эффективный парламент и выборы по партийным спискам. Когда же партии заняты избирательными кампаниями, поставленными под контроль закона, они не представляют опасности для государства и, как правило, снижается накал гражданского противостояния. Эта проблема была вновь поднята в конце XX века профессором В.В. Лапаевой, которая не только заострила на ней свое внимание в работе «Право и многопартийность в современной России», но и показала пути ее решения. Приводя свои аргументы в пользу введения пропорциональной избирательной системы, она писала: «Партии в целом сумели оформить и структурировать энергию общества и в значительной мере взять на себя выражение основных социальных интересов. Потеря же партиями прежних позиций в избирательном процессе приведет к тому, что общество вновь начнет выражать свое недовольство напрямую, в митинговой форме… Вытеснение партий из сферы легальной борьбы за власть подтолкнет их к поиску непарламентских путей к власти»11.

Легальная борьба партий за власть включает в себя борьбу идеологий и написанных на их основе программ. По мнению М.А. Рейснера, «нет вопроса, которого бы они не касались, нет уголка, куда бы они не проникли»12. Партии обращаются к народу с программами, выражающими стремления и желания всей нации и отдельных ее групп отдельно.

В идеале программа любой партии должна строиться из трех основных компонентов. Во-первых, она должна начинаться с оценки существующего положения общества, государства, его правовой системы. Во-вторых, она должна содержать проекты будущего общественно-политического устройства страны, формулировать политические цели и задачи, которые будет решать партия в случае ее прихода к власти. В-третьих, программа должна доказать какой-то определенной группе граждан, что партия намерена работать именно на ее интересы, и она лучше других решит проблемы данной категории населения.

Но когда дело доходит до выборов, партии обычно забывают об интересах «целевой аудитории», пытаясь привлечь на свою сторону «массового избирателя», то есть угадать превалирующие в обществе настроения, в угоду которым они и выстраивают свои программы. А поскольку политические потребности населения относительно невелики, предвыборные программы партий всегда похожи друг на друга. Что касается наличия в этих программах идеологических постулатов или хотя бы четкой политической концепции, то можно констатировать тенденцию отказа партий от присоединения к традиционным идеологическим направлениям, например, либеральному, консервативному, социал-демократическому, и от выработки ясных идеологических формулировок.

Обязанность политических партий опубликовывать свои предвыборные программы согласно федеральному законодательству РФ была введена для того, чтобы дать возможность избирателям сформировать собственное мнение о партиях и сделать более осознанный выбор. Анализ программ позволяет уяснить текущие ориентиры и целевые установки, выявить альтернативные подходы в решении актуальных проблем развития России, определить основные тенденции и перспективы демократических преобразований.

6.6. Влияние зарубежных идей и международных стандартов на становление и развитие теории парламентаризма и политических партий в России В условиях международной интеграции и глобализации возрастает потребность в разработке и принятии международных стандартов, содержащих определенные правила для государств-участников мирового сообщества и способствующих сближению и взаимопроникновению правовых систем. Отнесение права той или иной страны к определенной правовой семье и распространение на эту страну международных стандартов влечет за собой унификацию, подчинение частных общегосударственных интересов интересам общеевропейским или общемировым. Неизбежен ли это процесс подпадания государств под действие единых норм? В связи с этим остро встает вопрос о соблюдении принципа государственного суверенитета, когда правила поведения субъектов политики диктуются извне мировым сообществом. Проблема сочетания глобальной открытости и национальной идентичности является одной из самых непростых как в деятельности государства, так и всех общественных институтов, включая политические партии1.

Политические партии не могут существовать изолированно от общества, их создавшего, и хотя они являются продуктом конкретных государств, тем не менее они подчинены различным видам всеобщих законов общественного развития и имеют общие черты, характерные для политических партий всех или большинства стран.

Одной из таких черт является идеологическая составляющая. В политологии принято делить партии на либеральные (центристские), консервативные («правые»), коммунистические («левые») и различные промежуточные организации с нечетко выраженной идеологической составляющей. Эти идеологии космополитичны, они ломают искусственные границы государств наряду с всемирным рынком, религиями и сплачивают людей одного мировоззрения, например Коммунистический Интернационал был единой организацией для всех коммунистических партий. Идея коммунизма была своего рода религией, объединившей свято в нее верящих людей, надеющихся на построение светлого будущего. Следующей универсальной составляющей, диктующей свои правила игры, являются избирательные стандарты, выборные системы, в которые вписываются политические партии. Политические партии немыслимы также без таких понятий, как «демократическая культура», «вовлеченность населения в политический процесс», «парламентаризм». Еще в 1798 г. Т. Джефферсон сделал вывод: «Политические партии существенно необходимы демократии»1. Вопрос о роли политических партий в условиях интервенции демократии по всему миру имеет не только практическую, но и научную значимость.

В результате выявления общих универсальных черт политических См.: Лебедев, В.А., Киреев, В.В. Суверенная демократия: проблемы партийного строительства в России XXI века: монография. Челябинск, 2009. С. 37.

Джефферсон Т. О демократии. СПб., 1992. С. 78.

партий появилась теория, разработчиков которой интересуют не конкретные организации в разных странах, например в России, США, Великобритании, а общие закономерности их образования, деятельности и влияния на государство, право, политику и власть, абстрагируясь от конкретных географических и временных рамок. К числу таких теоретиков по праву можно отнести М. Дюверже, И. Розенкранца, Э. Ваксмута, А. Лоуэлла, Р.

Михельса и др.

Теория политических партий в России зарождается под влиянием западноевропейских идей еще в конце XIX века, до появления самих этих организаций,. Российская политическая элита, радикально настроенная по отношению к действующей власти, была хорошо знакома с политическими системами стран Европы. Она была также осведомлена о роли политических партий во всех странах Западной Европы, где утвердилась практика выборов, что позволяло ей проводить сравнение форм и систем правления разных стран. Наиболее частыми были обращения к Англии и Франции, однако Австрия, Германия, США также включались в контекст сравнительного анализа государственного права этих стран2. Некоторые российские исследователи политических партий М.Я. Острогорский, М.М.

Ковалевский, Ю.О. Мартов, В.М. Чернов и другие сами выезжали за границу для их более глубокого и непосредственного изучения в тех странах, где они эффективно функционировали (Великобритания, Франция, Бельгия, Германия, Швейцария). Таким образом, на зарождение и начальный период развития российской государственно-правовой науки о политических партиях и парламентаризме значительное влияние оказала европейская и американская школы политических партий. Многих зарубежных авторов интересовал опыт их функционирования в Соединенных Штатах Америки. В частности, английский историк, правовед и политический деятель Джеймс Брайс в конце XIX в. впервые применил системный подход к исследованию политических партий, которые «вносят двигательную силу в сферу См.: Селунская Н. Зарождение демократической культуры: Россия в начале XX в./ Н. Селунская, Р.

Тоштендаль. М., 2005. С.95.

управления и определяют направление, в котором действуют органы власти»1.

правительственной Будучи длительное время послом Великобритании в США, он на примере американских партий описал функции (цели) политических партий: 1) поддержание единства и профилактика расколов;

2) вербовка новых членов;

3) агитация избирателей;

4) выдвижение кандидатов на выборах и агитация за них2. Французский ученый Алексис де Токвиль, посетивший Америку в 1831-1832 гг., главным признаком партии считал различие взглядов на проблемы, интересующие в равной степени все регионы страны, например общие принципы государственного правления. Разочаровавшись в деятельности политических партий, он назвал их злом, свойственным демократическому правлению, в основе которого лежат различные побуждения. Русский ученый, правовед и политолог Моисей Яковлевич Острогорский сформулировал свои идеи о политических партиях преимущественно на Западе, под влиянием теоретических воззрений Дизраэля, Милля, Бентама и других. ученых, а также практики функционирования партийных систем США и Великобритании. Очень важным для Острогорского было переосмысление теории Руссо об «общей воле» или суверенитете народа как простом большинстве. Острогорский развивал политическую философию либерализма Д.С. Милля, считающего, что истинная демократия возможна лишь при отказе общества от тирании большинства, навязывания им своих взглядов остальной части населения, обеспечении интересов и представительства тех групп, которые сегодня оказались в меньшинстве, но могут стать при других обстоятельствах большинством1. Политические партии в борьбе за завоевание парламентского большинства идут на унификацию мнений внутри партии, установление в ней жесткой дисциплины и отсечение инакомыслящих. Для того чтобы Брайс Дж. Американская республика: В 3 ч. Ч.II. М.,1890. С. 267.

Исаев Б.А. Теория партий и партийных систем: Учеб. пособие для студентов вузов/ Б.А. Исаев. М., 2008. С.

17.

Токвиль Алексис де. Демократия в Америке. М., 1992. С. 144.

Милль Дж. Ст. Представительное правление. Спб., 1907. С. 128.

предотвратить запрограммированность поведения депутатов определенной фракции в парламенте, которые становятся выразителями не интересов избирателей, а рупором партийной идеологии, Острогорский предлагает отказаться от выдвижения депутатов по признаку принадлежности к определенной партии (выборы «списком») и практиковать выдвижение их от различных общественных движений, более гибко выражающих разнообразные интересы населения2. Весьма актуально звучат слова Острогорского об избирательной коррупции, о том, что добиться мест в парламенте могут только состоятельные люди, которые ежегодно расходуют свои средства на содержание партийных организаций, а человек весьма выдающийся, но несостоятельный не может добиться места в парламенте 3.

Хотя труд Острогорского посвящен главным образом анализу политических партий, однако он выходит за пределы чисто партийной проблематики.

Самой жизнью была подсказана проблема утверждения демократических институтов власти и политических свобод граждан. Однако с введением всеобщего избирательного права в ряде стран Европы и США обнаружилось, что, решив одну проблему, человечество столкнулось с другой, более сложной – растущим противоречием между огромным влиянием масс на политический процесс, с одной стороны, и неадекватным ему уровнем их общей и политико-правовой культуры - с другой1.

Следствием этого стала угроза разрушения самих основ демократической политической системы, установление новой тирании – тирании масс, подверженных манипулированию извне, со стороны своих организаций и вождей, действующих от имени этих масс. Острогорский был первым мыслителем, сумевшим осознать масштаб проблемы, поставленной торжеством демократии, и увидеть грозящую обществу опасность тирании большинства2. Член Русского Монархического Собрания, активный участник См.: Медушевский А.Н. Проблемы современной демократии // Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. М., 1997. С. 37.

Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. М., 1997. С. 203.

Малов Ю.К. Введение в теорию политических партий (обзор идей и концепций). М., 2005. С. 8.

Медушевский А.Н. М.Я. Острогорский и политическая социология в XX веке // Социологические исследования. 1992. № 8.

право-монархического движения в Москве Б.В. Назаревский в 1911 г. писал:

«Превосходство парламентского строя было доказываемо Монтескьё, Руссо всё свое политическое учение построил в принципе народовластия, на самодержавии народа»4. Однако самым жестоким тираном во всей всемирной истории, по словам Назаревского, была «чернь». Ссылаясь на Токвиля и Брайса, он отмечает, что в классической стране свободы Америке, где существует выборное правительство, тем не менее лучшие люди упорно остаются в стороне и занимаются частными своими делами, ведя, через общественное мнение строгий контроль за избранными им правительством.

Среди многих причин того обстоятельства, что самые даровитые люди не избираются в президенты, Брайс называет вечную зависимость от партии, которая сумела выдвинуть своего кандидата на высшую должность в республике. И теперь на должности назначаются те, кто подавал за него голоса и поддерживал на выборах. А Назаревский делает вывод о том, что «парламентский строй зиждется на более или менее ловком обмане близорукой толпы избирателей». Критикуя представительное правление с точки зрения радикального консерватизма, он ссылается на немецкого писателя и общественного деятеля Макса Нордау, говорившего, что «парламентаризм создает условие, очень схожее с условиями патриархальных времен. Депутаты заменили собой патриархов;

власть их также опирается на богатство, состоящее их многочисленных стад;

но в наши дни эти стада составляются не из голов настоящего скота, опускающего в день выборов свои избирательные бюллетени в урну»1.

Продолжая развивать подобные идеи, Н.А. Бердяев уже в 1923 г. в работе «Философия неравенства» негативно оценил демократию как великую ложь, «которая должна быть изобличена»2. Он критикует идеи Ж. Ж. Руссо за то ошибочное мнение, что народ, народнае воля – это некое единство, но на самом деле он представляет собой арифметическое Назаревский Б.В. Основы парламентского строя. М., 1911. С.4.


Назаревский Б.В. Основы парламентского строя. М., 1911. С. 11.

Бердяев Н. А. Философия неравенства // Судьба России: Сочинения. М., 2000. С. 619.

сложение. «Из суммирования воль всех не получается всеобщей воли»3. На самом же деле народ является иерархическим организмом, и «в нем каждый человек есть разностное существо, неповторимое в своей качественности»4.

Поэтому «всеобщее голосование – негодный способ выражения качеств в жизни народной. … Уже одно то, что ваше царство демократии раздирается борьбой партий и что партиям отданы в нем судьбы государств, свидетельствует против вас и не позволяет верить, что народ находит в нем свое выражение. … Тирания партий редко бывает аристократией. Там не происходит подбора лучших и способнейших. В народном суверенитете погибает народ, он тонет в механическом количестве и не находит выражения для своего органического духа, целостного и неделимого. … В народном суверенитете погибает и человек. Ибо самодержавие народа не ограничивает себя неотъемлемыми правами человека и не гарантирует прав»5. Отсюда, делает неприкосновенность этих вывод Бердяев, «самодержавная демократия» - самая страшная из тираний. Отрицательно Бердяев относится и к всеобщему избирательному праву. Оно, по мнению мыслителя, не знает конкретных людей, с их разными качествами, оно имеет дело с отвлеченными людьми, с атомами. Всеобщее избирательное право, основанное на ложном равенстве есть «отрицание человека». Поэтому нужна более сложная система представительства, не столь механическая и уравнивающая людей, как система всеобщего избирательного права. Бердяев предлагает использовать принцип ценза, более человеческий, качественный, а не количественный, который будет способствовать подбору лучших и способнейших людей, учету таких качеств, как образование, общественный и культурный опыт, историческая преемственность. Творчество Ж.-Ж. Руссо оказало значительное влияние на развитие отечественной общественной мысли. Расцвет в изучении наследия Руссо Там же. С. 617-618.

Бердяев Н.А. Философия неравенства // Судьба России: Сочинения. М., 2000. С. 619.

Там же. - С. 619-620.

Бердяев Н. А. Философия неравенства // Судьба России: Сочинения. М., 2000. С. 621-622.

связан с именем одного из крупнейших российских ученых XIX в. Б.Н.

Чичерина32. Однако в отличие от своего предшественника Чичерин объявил идеалом человека, «не имеющего отношения к себе подобным» с целью освобождения человека из-под власти государства.

Основываясь на представлениях о партиях как естественном и необходимом явлении в обществе, развивающемся по естественным законам, Чичерин выводит необходимость существования в каждом обществе охранительной и прогрессивной партий. Чичерин исходил из того, что организация партий должна базироваться на необходимости их парламентской и внепарламентской деятельности, включать центральную (парламентскую) и местную структуру, отвечающую за подготовку и проведение выборов.

Для того чтобы сформулировать понятие парламентаризма, С.А.

Котляревский проанализировал современную ему государственно-правовую литературу, труды зарубежных юристов Ж. -Ж. Руссо, Ш. Монтескье, Л.

Штейна, М. Ориу, Л. Дюги, Г. Еллинека и др., а для того, чтобы выявить характерные черты парламентского строя, он изучил опыт зарубежных стран, иностранное законодательство. По словам самого ученого, важность парламентаризма как явления новейшей конституционной жизни и отсутствие определенной теории парламентаризма заставили его «сделать один из предварительных шагов по пути создания этой теории и найти определение парламентаризма» 1.

Котляревский находился под воздействием взглядов французского теоретика права Дюги, центральной идеей которого была концепция солидаризма. От идеи «общественной солидарности» Дюги перешел к идее политической солидарности. Рассуждая о роли парламента в системе государственной власти, Дюги делает вывод о том, что эта роль может быть чрезмерной или «тиранической». Способом предотвращения подобного Занин С.В. Идеи Ж.-Ж. Руссо в России (вторя половина XVIII – начало XX века) // Россия и Франция.

XVIII-XX вв. Вып. 4. М., 2001. С. 15.

Котляревский С.А. Сущность парламентаризма. М., 1913. С. 1-2.

«всемогущества парламента» мыслитель считает «разделение властей», под которым он понимает их сотрудничество2.

По мнению Котляревского, «солидарность у Дюги приобретает облик гармонии»3.

своеобразной предустановленной Идею социальной солидарности Котляревский привносит в проблематику обсуждения природы публичной власти и его большой заслугой является возведение этой идеи в принцип взаимоотношения между парламентом и правительством.

Изучение опыта конституционной монархии в Англии, знание произведений зарубежных авторов и революционные события в России способствовали формированию у российских мыслителей различных теорий взаимоотношения правительства и органа народного представительства. По словам Котляревского, в то время, когда «в современных европейских обществах уже установлено во всех главных чертах единогласие относительно существа свободного государственного устройства, великий вопрос ближайшего будущего касается существа свободного управления, т.е.

отношения исполнительной власти к законодательной, указа к закону»4. По убеждению немецкого либерального мыслителя XIX века Л. Штейна, государство тогда сможет выполнить свою главную роль, «когда исполнительная власть в государстве будет верно и надежно служить власти законодательной. В этой субординации – гарантия превращения просто государства в государство правовое и залог сохранения им данного качества»1. Однако Штейн выступал против чрезмерной зависимости министров от народного представительства по той причине, что законодатели, а, следовательно, и законодательство всегда партийны, всегда отражают в себе ту борьбу различных сил и тенденций, которая наполняет собою жизнь общества.

В отличие от распространной на Западе идеи возвышения Дюги Л. Конституционное право. Общая теория государства. М., 1908. С. XXXVIII.

Котляревский С.А. Власть и право. Проблема правового государства. СПб.: Изд-во «Лань», 2001. C. 92.

Там же. - C. 64.

История политических и правовых учений. Учебник для вузов / Под общей ред. В.С. Нерсесянца. М.: Изд.

группа ИНФРА.М-КОДЕКС, 1995. С. 488.

законодательной власти, выражающей волю народа, над исполнительной, представляющей собой бюрократическую организацию чиновников, российские ученые считали, что носителем власти является государство в целом, а его органам предоставлено право лишь распоряжения единой государственной властью, выполнения ее различных функций. Нам представляется вполне убедительным вывод доктора юридических наук В.Н.

Корнева о том, что русские государствоведы в целом отрицательно относились к возможности и необходимости разделения единой государственной власти, аргументируя это тем, что существование самостоятельных властей ведет не к их уравновешиванию и взаимному сдерживанию, а, напротив, противодействию друг другу, ничем не оправданной и опасной конкуренции и, в конечном счете, к столкновению2.

В отличие от либеральных мыслителей, рассматривающих политические партии как форму самоорганизации масс на основе идейной общности, марксистская идеология исходит из социально-классового принципа строительства и деятельности партии. В «Манифесте коммунистической партии» К. Маркс и Ф. Энгельс определили роль коммунистической партии в пролетарской борьбе за политическое господство как «самой решительной, всегда побуждающей к движению вперед» части рабочего класса1. В.И. Ленин пошел в этом отношении дальше, обосновав в работе «Что делать?» идею авангардной роли партии профессиональных революционеров, призванную не только организовать и возглавить стихийный поток революционной активности пролетариата, но и внести в него социалистическое сознание. История послереволюционной России показала, что партия большевиков превратилась из политического авангарда в средство манипулирования массами, в диктатуру над пролетариатом, а затем и всем обществом.

Таким образом, на протяжении одного XX столетия партийно Корнев В.Н. Проблемы теории государства в либеральной правовой мысли России конца XIX – начала XX века. М.: Изд-во «Юрлитинформ», 2005. С. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. – Т.4. –М., 1955.

политическая система в России эволюционировала от зародышей демократии, многопартийности и появления парламентаризма при монархическом строе под влиянием, прежде всего западноевропейской культуры до тирании одной партии и затем к возрождению идейно политического плюрализма в конце XX в. Отличительной особенностью политических партий в демократической политической системе является их функционирование в конкурентной среде, в атмосфере состязательности как в период выборов, так и в межвыборный период. Однако в целом общественная система, государственная власть оставались на протяжении всего прошлого столетия «деспотическими», трудно поддававшимися изменениям. Вот поэтому в России и сложилась своеобразная модель «управляемой демократии», при которой гражданское общество контролируется центральной властью и то, что ей выгодно, она допускает, а то, что ей препятствует, волевым решением отменяется.

Права политических партий подлежат защите как международными нормами, так и внутригосударственным законодательством наряду с защитой и охраной прав и свобод человека, так как «политические партии представляют собой форму ассоциации, жизненно необходимую для надлежащего функционирования демократии».1 Однако государство может вводить ограничения прав политических партий, но делать это нужно сбалансированно, с учетом сохранения основных ценностей и принципов демократии и реальной оценки ущерба, который может быть причинен партиями конституционному строю. Социалистическая партия и другие против Турции. Решение Европейского суда по правам человека от мая 1998 г. // http://www.neps.ru/node/ См.: Резолюция 1308 (2002) Парламентской ассамблеи Совета Европы «Об ограничениях на деятельность политических партий в государствах – членах Совета Европы» (Страсбург, 18 ноября 2002 года) // Международные избирательные стандарты. Сборник документов / Отв. ред. : А.А. Вешняков;


научн. ред.:

В.И. Лысенко. М., 2004. С. 623.

В «Руководящих принципах запрета и роспуска политических партий», принятых Европейской комиссией «За демократию через право» (больше известной как Венецианская комиссия) 10-11 декабря 1999 г., указывается, что «запрет или роспуск политической партии должен быть в демократическом обществе крайней мерой. Если компетентные государственные органы принимают решение обратиться по вопросу запрета политической партии в судебный орган, они должны иметь достаточные доказательства существования реальной угрозы конституционному строю или основополагающим правам и свободам граждан, того, что соответствующая политическая партия проповедует насилие (включая такие его специфические проявления, как расизм, ксенофобию и нетерпимость) или очевидно вовлечена в террористическую либо другую подрывную деятельность» (часть III, ст. 14, 15)3.

Рекомендации Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека предписывают государствам для того, чтобы гарантировать честные выборы и предотвратить политическую дискриминацию, принять законы, предоставляющие равные стартовые возможности для политических партий, предусмотреть одинаковый доступ к средствам массовой информации.

Руководящие принципы запрета и роспуска политических партий (Венеция, 10-11 декабря 1999 года) // Международные избирательные стандарты. Сборник документов / Отв. ред. : А.А. Вешняков;

научн. ред.:

В.И. Лысенко. М., 2004. С. 623.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Российские ученые конца XIX - начала XX вв. внесли большой вклад в разработку теории парламентаризма. Это был первый период в становлении и развитии отечественной политико-правовой мысли о парламентаризме, для которого характерно наличие различных направлений исследования сущности и политической ценности парламентарной формы правления.

Выделились два главных течения: одно горячо защищало идеи министерской ответственности перед парламентом, формирования правительства из числа членов победившей на выборах партии, отражало взгляды либерально настроенной интеллигенции и было увлечено английскими парламентскими порядками. Другое же течение, представленное в основном сторонниками консервативного направления, исходило из необходимости сохранения в России неограниченного самодержавия. В целях гарантии власти монарха представители данного течения политико-правовой мысли наводили жесткую критику парламентаризма на страницах своих научных трудов и периодических изданий. Они делали это в не менее блестящей форме, нежели либеральные мыслители, доказывая, что парламентаризм России не нужен и невозможен. Многие ученые-юристы считали, что парламентаризм будет особенно эффективен в условиях значительного политического развития широких слоев населения и существования немногих хорошо организованных и крупных отечественных политических партий.

В начале XX века было еще третье идеологическое течение– революционно-демократическое. Среди социал-демократов, стоящих на позициях марксизма, не было единства взглядов по вопросу о необходимости в России представительного правления. Противники парламентаризма считали, что парламенты по своей природе предназначены для того, чтобы быть средством господства класса капиталистов. Условием же торжества пролетариата, по их мнению, является переход от парламентского к народному законодательству. Для Российской социал-демократической рабочей партии (большевиков) первый российский парламент (Государственная дума) в идеале являлся организационным центром революции, а не высшим государственным законодательным (представительным) органом власти. Эта партия, не отвергая в принципе парламентскую борьбу и законодательную работу, видела в парламенте, прежде всего, политическую трибуну, орудие пропаганды, агитации и организации революционных сил для осуществления в стране полного социального переворота. Ее идеолог В.И. Ленин в работе «Государство и революция» (1917 г.) даже выдвигал тезис о полном уничтожении парламентаризма. Вслед за К. Марксом он видит в нем только орудие подавления народных масс господствующим классом.

Вместо парламентаризма, т.е. «…вместо того, чтобы один раз в три или в шесть лет решать, какой член господствующего класса должен представлять и подавлять народ в парламенте», Маркс, а затем и Ленин предлагали превратить представительные учреждения из «говорилен в работающие учреждения». Под ними они понимали коммуны, являющиеся не парламентарными, а реально работающими корпорациями, в одно и то же время и законодательствующими, и исполняющими законы, где «свобода суждения и обсуждения не вырождается в обман, ибо парламентарии должны сами работать, сами исполнять свои законы, сами проверять то, что получается в жизни, сами отвечать непосредственно перед своими избирателями». При новом строе представительные учреждения Ленин предлагал оставить, но парламентаризма как особой системы разделения законодательных и исполнительных функций с привилегированным положением депутатов, по его мнению, быть не должно. «Без представительных учреждений мы не можем себе представить демократии…, без парламентаризма можем и должны».

В трудах В.И. Ленина содержится аналогичное классовое восприятие и парламента. Это «есть машина для подавления миллионов трудящихся кучками эксплуататоров», -считал он. Поэтому, стоя на методологических позициях марксизма, он в принципе отрицал и парламент, и демократию, и всеобщее избирательное право как орудия буржуазного государства. Тем не менее, Ленин указывал: «Мы не утописты. Мы не «мечтаем» о том, как бы сразу обойтись без всякого управления, без всякого подчинения…. Но подчиняться надо вооруженному авангарду всех эксплуатируемых и трудящихся – пролетариату».

Анализ работ дореволюционных непролетарских мыслителей позволяет выделить три теоретические модели парламентаризма. Первая, сформулированная М.М. Ковалевским, А.А. Жилиным и другими авторами, трактовала парламентаризм как режим, при котором правительство формируется из членов политической партии или коалиции партий, имеющих большинство в парламенте, и ответственных перед ним. Исходя из этой модели, законодательная власть явно возвышается над исполнительной.

Вторая модель была выстроена С.А. Котляревским, который считал, что суть парламентаризма состоит в идее солидарности правительства и общественного представительства.

Третью модель можно выявить на основе исследования трудов А.А.

Алексеева, в которых парламентская форма правления представлена как определенная система взаимоотношений между министерствами и парламентом,. Она построена по теории разделения властей, но вместе с тем базируется на идее, согласно которой правительство не тольуо независимо в своей деятельности от партий и законодательного органа власти, но даже стоит выше него из-за его беспартийности и воплощения в нем самой идеи государства.

Наряду с достоинствами парламентаризма ученые не могли не видеть его недостатков. Главными минусами они называли при этом партийность, нередко приводящую на деле к «олигархическому правлению кучки политиков-профессионалов», а также неустойчивость правительства, неизбежную в государствах с многопартийным составом народного представительства. Одной из причин неудач попыток введения парламентаризма в Германской империи, Швеции, Японии, Австрии ученые прямо называли многопартийность.

Возрождение интереса к идеям парламентаризма и многопартийности в современной России началось только спустя более семидесяти лет в начале 90-х гг. прошлого столетия в трудах современных ученых в связи с формированием российского постсоветского парламента. Новый этап в развитии отечественной науки конституционного права немыслим, однако без достижений классиков государствоведения прошлого, чьи идеи и труды являются ее фундаментом и даже в настоящее время не потеряли своей актуальности. К числу таких достижений можно отнести разработку понятий «парламентаризм», «солидарное министерство», «политическая партия», учений о «министерской ответственности», формах правления государства, особенностях парламентарного режима.

В настоящее время, хотя либеральные идеи в России не имеют твердой опоры в политико-правовой традиции, в национальной этике тем не менее на конституционном уровне закреплено, что современная Россия – это демократическое правовое государство, власть в котором основана на принципе разделения, политического и идеологического многообразия и многопартийности, а двухпалатный парламент является представительным и законодательным органом Российской Федерации. Следует отметить, что и сегодня идеи либеральных мыслителей прошлого не потеряли своей актуальности. Они служат своеобразным ориентиром в научном исследовании проблем повышения роли парламента, его легитимности и доверия к нему среди населения. Исходя из теоретической модели парламентаризма, предложенной российскими государствоведами начала XX века, напрашивается вопрос, а есть ли в современной России такие условия, чтобы страна перешла к парламентарному политическому режиму и может ли реализоваться предложение Президента РФ об обновлении политической системы уже в следующем году.

Во-первых, для того, чтобы парламент играл ведущую роль в механизме государственной власти, он должен обладать доверием со стороны избравшего его населения. Очевидно, что нынешняя избирательная система, расстановка политических сил в стране, монополизм «правящей партии» не только в федеральном парламенте, но и в региональных законодательных собраниях, превалирование исполнительной власти над законодательной не способствуют росту доверия народа к народным представителям. Мнения населения по самым злободневным вопросам власть не спрашивает, а следовательно оно не учитывается при принятии решений законодательными органами власти.

Во-вторых, доверие к парламенту во многом зависит от того, доверяют ли избиратели тем политическим партиям, за которые они голосуют на выборах в парламент и которые будут представлять интересы граждан при разработке, обсуждении и принятии законов. Реализация данного условия зависит от работы политических партий после выборов со своими избирателями, от выполнения этими партиями их предвыборных обещаний, от способности парламентских фракций отстаивать свои взгляды и интересы граждан. В настоящее время норма распределения депутатских мандатов между партиями, получившими от 5 до 7% голосов на выборах, не обеспечивает равенства возможностей парламентских партий и не гарантирует избирателям справедливости их волеизъявления, так как для них важно не просто наличие их представителя в парламенте, а его возможность выступать там наравне с другими депутатами, вносить свои предложения от имени представляемой им партии и избирателей.

В-третьих, политические партии должны функционировать в правовом пространстве, позволяющем свободно реализовывать гражданам свои права на объединение и участие в управлении делами государства.

Законодательство создает преференции для парламентских партий и вытесняет из электорального пространства малые партии.

В-четвертых, политические партии должны действовать в условиях конкуренции, так как они сами представляют собой явления, порожденные электорально-парламентской средой и производные от выборов. Отсутствие в стране реальной политической конкуренции порождает застой и гибель правящей партии, тогда как другие же партии, не видя смысла участвовать в выборах, маргинализируются. Конкуренция предполагает наличие сильной и имеющей поддержку избирателей оппозиции, а также различных идейных платформ. Пока же реальной оппозиции нет, и правовых гарантий она не имеет. Если мы хотим реально модернизировать нашу политическую систему, то нужно согласиться с тем, что в стране существует «кадровый голод» и что необходимо во всех партиях ввести обязательную процедуру отбора кандидатур на партийных собраниях, обязать партии участвовать в дебатах и дискуссиях, чтобы на выборах в Государственную Думу, в региональные законодательные собрания и муниципальные органы власти прошли профессионалы, способные впоследствии создать и возглавить ответственную и реальную оппозиционную партию.

Таким образом, при нынешней расстановке политических сил в стране, отсутствии порядка формирования правительства по итогам парламентских выборов и его ответственности перед парламентом, развитой правовой культуры избирателей и воли Президента РФ, убежденного в необходимости кардинальных преобразований, парламентаризм в классическом виде в России невозможен. Возможно, Россия изберет своеобразную модель парламентаризма, при которой будет не разделение властей, а их сотрудничество. Парламентское большинство будет определять состав и стратегию деятельности правительства, учитывая то обстоятельство, что граждане, проголосовав на выборах за победившую партию, тем самым поддержали конкретную партийную программу, надеясь на то, что она будет реализована не только на законодательном уровне, но и в текущей деятельности правительства.

Права граждан на объединение, реализуемые в виде создания ими политических партий, являются важным демократическим институтом. Они должны гарантироваться государством и защищаться как законом, так и независимыми судебными органами. При этом необходим и механизм защиты прав политических партий как особых видов общественных объединений, имеющих важнейшие функции посредничества между властью и обществом и формирования высших органов государства. В демократическом обществе недопустима дискриминация в отношении малых партий под видом кампании борьбы с экстремизмом.

Однако его сравнение с международными стандартами в области прав человека и зашиты основных ценностей и принципов парламентской демократии позволяет сделать вывод о том, что Российская Федерация находится на стадии перехода к демократии. Законодательство допускает преференции в отношении крупных политических партий, сдерживает свободу объединения граждан, осуществляет цензуру выступлений кандидатов в период выборов и печатной продукции партий, ограничивая тем самым свободу слова и право выражения своего мнения. Поэтому при решении вопроса о критериях ограничения прав политических партий в результате проявления в их деятельности признаков экстремизма нельзя абстрагироваться от международных обязательств Российской Федерации и выработанных международным сообществом стандартов и рекомендаций, содействующих демократизации общества.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ Абакумов С.А. Авторская серия «На пути к гражданскому обществу». Книга IV. «Гражданское общество в России (от Древней Руси до наших дней)». – М.: «Галерея», 2005. – 320 с.

Авакьян С.А. Какая избирательная система лучше? // Российская Федерация сегодня. – 2004. - № 23. – С.3-5.

Бекназар-Юзбашев Т.Б. Партии в буржуазных политико-правовых учениях.

–М.: Наука, 1988. – 176 с.

Бентам И. Тактика законодательных собраний. Перевод М. К. Издание Л. А.

Велихова. - СПб., 1907.

Бердяев Н.А. Россия и Запад // Антология мировой политической мысли. В 5т. – Т.4.-М.:Мысль, 1997. – С.593-599.

Болингброк Г. С. Д. Рассуждение о партиях // Политические институты, избирательное право и процесс в трудах западноевропейских мыслителей XVII – начала XX века: Хрестоматия / Отв. ред. А.А. Вешняков. – Калуга, 2003. – С. 165-185.

Борисов И. Партии на будущих выборах. Новое законодательство / Борисов И., Заславский С. – М.: Издательство «Европа», 2005 – 344 с.

Борисов И. Партии на выборах / Борисов И., Заславский С. – М.:

Издательство «Европа», 2007 – 128 с.

Брайс Дж. Американская республика. В 3 ч. Ч. II. – М., 1890. – 502 с.

Василевский Л.М. Политические партии на Западе и в России. В 2 ч. – СПб., 1906.

Валицкий А. Философия права русского либерализма / Анджей Валицкий;

пер. с англ. О.В. Овчинниковой, О.Р. Пазухиной, С.Л. Чижкова, Н.А.

Чистяковой / под науч. ред. С.Л. Чижкова. – М., 2012. – 567 с.

Виноградов В.Д. Социалистическая партийная система: автореф. Дис... д-ра философ. Наук. – Л., 1987.

Корф С.А. Избирательное право // Вестник права. – 1904. - № 1. – С. 133-176.

Вебер М. Избранные произведения: Пер. с нем. – М.: Прогресс,1990. –671 с.

Вебер М. Политика как призвание и профессия // Избранные произведения:

Пер. с нем. /Сост., общ. ред. и послесл. Ю.Н. Давыдова. - М., 1990. – С. 659 673.

Гамбаров Ю.С. Политические партии в их прошлом и настоящем. – СПб., 1905.

Гегель Г. Английский билль о реформе 1831 года // Политические институты, избирательное право и процесс в трудах западноевропейских мыслителей XVII – начала XX века: Хрестоматия / Отв. ред. А.А. Вешняков. – Калуга, 2003. – С. 438-457.

Гессен В.М. Основы конституционного права. Пг., 1918 // Учебное пособие в 2-х частях. Ч.II Конституционно-правовая мысль XIX-XX вв. (Хрестоматия по общему конституционному праву). – М., 1994. – С.216-219.

Гессен В.М. Теория правового государства // Политический строй современных государств. – Спб.: Типолитография И. Трофимова, 1913. – С.

53-54.

Гоббс Т. Левиафан, или материя, форма и власть государства церковного и гражданского // Избранные произведения в двух томах. Т.2. М., 1964. Даниленко В.Н. Политические партии и буржуазное государство. – М., 1984.

Зарубежное избирательное право: Учебное пособие. – М., 2003.

Заславский С.Е. Формирование многопартийности и реформа избирательной системы // Формирование партийно-политической системы в России / Под ред. М. Макфола, С. Маркова, А. Рябова. – М., 1998. – С. 20.

Заславский С.Е. Политические партии России: проблемы правовой институционализации.- М.: Институт права и публичной политики, 2003. – 300 с.

Заславский С.Е. Организационно-правовые основы участия политических партий в выборах / Заславский С.Е., Зотова З.М. – М.: РЦОИТ, 2007. – 240 с.

Зотова З.М. Избирательная кампания политических партий в схемах.

Выпуск1. - М.: РЦОИТ, 2007. – 224 с.

Егоров А. (Мартов). Зарождение политических партий и их деятельность // Общественное движение в России в начале XX века. – Т. I. – СПб., 1909. – С.

372-422.

Еллинек Г. Общее учение о государстве. Пер. под ред. В.М. Гессена и Л.В.

Шаланда. – СПб., 2004..

Зотова З.И. 100 лет российской многопартийности. – М.: РЦОИТ, 2006.

Исаев Б.А. Теория партий и партийных систем: Учеб. Пособие для студентов вузов / Б.А. Исаев. – М.: Аспект Пресс», 2008. – 367 с.

Исаев Б.А. Практическая партология: генезис партий и партийно политических систем. – СПб.: ИД «Птрополис», 2010. – 514 с.

История политических и правовых учений. Учебник для вузов / Под общей ред. В.С. Нерсесянца. – М.: ИНФРА.М-КОДЕКС, 1995. – 736 с.

Кара-Мурза А. Российская политическая культура и проблемы становления партийного плюрализма // Формирование партийно-политической системы в России / Под ред. М. Макфола, С. Маркова, А. Рябова. – М., 1998. – С. 7-19.

Карапетян Л.М. Политические партии в судьбе России. – СПб.:

Издательство Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2009. – 266 с.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.