авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 9 |

«МИНИСТЕРСТВО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ГБОУ ВПО «КРАСНОЯРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМ. ПРОФ. В.Ф. ВОЙНО-ЯСЕНЕЦКОГО» ...»

-- [ Страница 3 ] --

**** **** **** **** **** **** **** пожилого старческого старческого ужчины ины сравнения сравнения ины пожилого возраста возраста ужчины ины ужчины возраста возраста группы группы енщ енщ енщ М Ж Ж М М Ж рабочий служащ ий работник с/хозяйство предприниматель руководящ ий работнк домохозяйка Рис. 3.5. Социальный статус (до выхода на пенсию) Примечание: см. рис. 2. У большинства пациентов пожилого (79,2% и 92,5%) и старческого (92,6%-95,2%) возрастов соответственно, работодателем на последнем основном месте работы являлось государственное предприятие (табл. 3.1), при этом достоверно реже в роли работодателя государство выступало у пациентов группы сравнения (61,4% и 75,0%), что вполне объяснимо, из-за нынешней социально-экономической ситуации и различных форм собственности предприятий, чем у пациентов пожилого (р=0,034 и р=0,001) и старческого (р=0,0001 и р=0,002) возрастов, также достоверно чаще трудились на государственных предприятиях мужчины пожилого, чем старческого возраста (р=0.014). При работе на государственных предприятиях у пациентов пожилого возраста, достоверно чаще там работали женщины данной возрастной группы (р=0,005), что вероятно связано с их более ранним выходом на пенсию по сравнению с мужчинами, когда такая форма собственности была основной.

Часть мужчин пожилого возраста (14,3%) и пациентов группы сравнения (27,3% и 10,9%) трудились в частном секторе, удельный вес других пациентов, задействованных в этом секторе экономики невелик – 1,6%-5,2%. Больные с АГ из группы сравнения достоверно чаще трудились в частном секторе, чем пациенты старческого возраста (4,4%, р=0,003 и 1,6%, р=0,032 соответственно). Выявлены достоверные внутригендерные различия среди пациентов пожилого возраста и группы сравнения (р=0,023 и р= соответственно), мужчины этих групп достоверно чаще задействованы в частном секторе, чем женщины (табл. 3.1).

Только 1,5%-10,9% пациентов различных групп являлись индивидуальными предпринимателями (мужчины старческого возраста не указали данный вариант ответа).

Достоверно чаще предпринимателями являются женщины группы сравнения (10,9%), чем пациентки пожилого (1,5%, р=0,0003) и старческого (1,6%, р=0,032) возрастов.

Неофициально на последнем месте работы трудились 1,3% пожилых мужчин, 4,5% и 3,1% пациентов группы сравнения, достоверно чаще женщины группы сравнения, чем пожилого возраста (0%, р=0,040) трудились неофициально. Только по одной женщине в группах пожилого и старческого возрастов (0,7% и 1,6%) не работали – являлись домохозяйками (табл. 3.1).

У большинства пациентов всех возрастных и гендерных групп работа протекала в круглогодичном режиме – 96,7%-100,0%, достоверно чаще такой режим работы был у пациенток пожилого возраста (100,0%), чем у старческого (96,7%, р=0,036). Сезонную работу на основном рабочем месте выполняли только 1,3% пожилых мужчин, 2,2% и 3,3% пациентов старческого возраста, достоверно чаще сезонную работу выполняли женщины данной возрастной группы, чем пожилого возраста (0%, р=0.036). Временная работа по основному рабочему месту была у 1,3% пожилых мужчин, 2,3% и 1,6% пациентов группы сравнения.

Таблица 3. Работодатель на последнем основном месте работы (n (%)) ГРУППА П (n=211) С (n=107) Ср (n=108) ПОЛ М (n=77) Ж (n=134) М (n=45) Ж(n=62) М (n=44) Ж(n=64) государственное 61 (79,2) 127 (92,5) 43 (95,6) 59 (95,2) 27 (61,4) 48 (75,0) p1,2=0,014* p1,2=0,492 p2,3=0,0001* p2,3=0,002* p1,3=0,034* p1,3=0,001* предприятие p=0,005* p=0,924 p=0, частный сектор 11 (14,3) 7 (5,2) 2 (4,4) 1 (1,6) 12 (27,3) 7 (10,9) p1,2=0,089 p1,2=0,235 p2,3=0,003* p2,3=0,032* p1,3=0,080 p1,3=0, p=0,023* p=0,361 p=0,028* индивидуальное 4 (5,2) 2 (1,5) 0 (0) 1 (1,6) 3 (6,8) 7 (10,9) p1,2=0,120 p1,2=0,949 p2,3=0,075 p2,3=0,032* p1,3=0,713 p1,3=0,003* предприниматель ство p=0,119 p=0,392 p=0, работал (а) 1 (1,3) 0 (0) 0 (0) 0 (0) 2 (4,5) 2 (3,1) p1,2=0,443 p1,2=1,000 p2,3=0,148 p2,3=0,161 p1,3=0,269 p1,3=0,040* неофициально p=0,186 p=1,000 p=0, не работал (а) 0 (0) 1 (0,7) 0 (0) 1 (1,6) 0 (0) 0 (0) p1,2=1,000 p1,2=0,575 p2,3=1,000 p2,3=0,308 p1,3=1,000 p1,3=0, p=0,447 p=0,392 p=1, Примечание: см. рис 2. Большинство пациентов пожилого (91,7% и 94,7%) и старческого (95,6% и 98,4%) возрастов прекратили свою трудовую деятельность по причине выхода на пенсию (табл.

3.2), в то же время по этой причине свою трудовую деятельность прекратили только 22,2% и 45,5% пациентов группы сравнения соответственно, что достоверно меньше чем в других возрастах (р=0,0001 во всех группах).

При этом пациенты группы сравнения чаще прекращали работать по причине выхода на инвалидность – 61,1% и 38,7% соответственно, что достоверно чаще, чем в пожилом (6,7%, р=0,0001 и 3,5%, р=0,0001) и старческом (2,2%, р=0,0001 и 0%, р=0,0001) возрастах.

По причине необходимости ведения домашнего хозяйства только небольшая часть женщин пожилого (1,8%), старческого (1,6%) возрастов и группы сравнения (6,5%) оставила рабочую деятельность.

Среди других причин, по которым пациенты оставили свою работу были указаны (табл. 3.2) – уход за другими членами семьи, безработица и сокращение производства, переезд на другое место жительство и т.д. – при этом достоверно чаще по таким причинам оставляли работу мужчины группы сравнения (16,7%), чем пожилого и старческого возрастов (1,7%, р=0,011 и 2,2%, р=0,034), как и женщины группы сравнения (9,7%) перед женщинами старших возрастных групп (0%, р=0,001 и 0%, р=0,014).

Таблица 3. Причина, по которой не работаете в настоящее время (n (%)) ГРУППА П (n=173) С (n=106) Ср(n=49) ПОЛ М (n=60) Ж (n=113) М (n=45) Ж(n=61) М (n=18) Ж(n=31) пенсионер 55 (91,7) 107 (94,7) 43 (95,6) 60 (98,4) 4 (22,2) 14 (45,3) p1,2=0,429 p1,2=0,240 p2,3=0,0001* p2,3=0,0001* p1,3=0,429 p1,3=0,0001* p=0,438 p=0,389 p=0, инвалидность 4 (6,7) 4 (3,5) 1 (2,2) 0 (0) 11 (61,1) 12 (38,7) p1,2=0,290 p1,2=0,137 p2,3=0,0001* p2,3=0,0001* p1,3=0,0001* p1,3=0,0001* p=0,351 p=0,242 p=0, ведение 0 (0) 2 (1,8) 0 (0) 1 (1,6) 0 (0) 2 (6,5) p1,2=1,000 p1,2=0,950 p2,3=1,000 p2,3=0,219 p1,3=0,100 p1,3=0, домашнего хозяйства p=0,300 p=0,388 p=0, другое 1 (1,7) 0 (0) 1 (2,2) 0 (0) 3 (16,7) 3 (9,7) p1,2=0,837 p1,2=1,000 p2,3=0,034* p2,3=0,014* p1,3=0,011* p1,3=0,001* p=0,169 p=0,242 p=0, Примечание: см. рис 2. Среди тех пациентов, кто оставил свою трудовую деятельность имеются достоверные различия, вполне закономерно, что возраст прекращения работы был достоверно выше у пациентов старческого возраста - 65,13 лет (ДИ (62,92-67,35)) и 60, лет (ДИ (58,36 – 61,67)), что достоверно выше чем у пациентов пожилого 60,03 года (ДИ (58,52-61,53)), р=0,002 и 57,29 лет (ДИ (56,39-58,19)), р=0,003 и группы сравнения – 47, лет (ДИ (44,58 – 50,96)), р=0,00001 и 49,84 лет (ДИ (47,67-52,01)), р=0,0001. Кроме этого достоверно выше возраст прекращения работы пациентов пожилого возраста, чем пациентов группы сравнения (р=0.0001 и р=0,0001), а также имеются достоверные внутригендерные различия в трудовом стаже в группах пациентов пожилого и старческого возрастов (р=0,001 и р=0,0001 соответственно).

Прослеживается четкая возрастные различия в тенденции к желанию пациентов работать, которые оставили или в ближайшее время планируют оставить трудовую деятельность. Так 68,0% и 67,5% пациентов группы сравнения хотели бы работать, что достоверно выше, чем среди пациентов пожилого (31,8%, р=0,002 и 20,4%, р=0,0001) и старческого возрастов (11,1%, р=0,0001 и 11,7%, р=0,0001), и среди пожилых мужчин достоверно больше желающих продолжать трудовую деятельность, чем в старческом возрасте (р=0,011), с тенденцией близкой к достоверной можно отметить, что пожилые женщины реже хотели бы продолжать трудиться, чем мужчины их возрастной группы (р=0,086).

Закономерны различия в объеме трудового стажа пациентов различных групп (рис.

3.6). Наиболее высок этот показатель у пациентов старческого возраста - 47,03 (ДИ (44,06 50,00)) и 40,06 (ДИ (37,72 – 42,41)), что достоверно выше чем у пациентов пожилого 41, (ДИ (40,26-43,32)), р=0,0001 и 38,26 (ДИ (36,82-39,70)), р=0,046 и группы сравнения – 30, (ДИ (27,99 – 33,73)), р=0,0001 и 30,77 (ДИ (29,15-32,39)), р=0,0001. Кроме этого достоверно выше стаж пациентов пожилого возраста чем пациентов группы сравнения (р=0.0001 и р=0,0001), а также имеются достоверные внутригендерные различия в трудовом стаже в группах пожилого и старческого возраста(р=0,002 и р=0,0001 соответственно).

Прослеживается четкая тенденция, что у мужчин стаж в этих возрастных группах выше, а учитывая, что средняя продолжительность жизни у мужчин, согласно статистическим данным в РФ, составляет 63-65 лет, возможно длительная трудовая деятельность является предиктором активного долголетия (рис. 3.6).

Средняя продолжительность рабочей недели во всех возрастных и гендерных группах была свыше 5 рабочих дней – 5,05 (ДИ (4,75-5,35)) - 5,47 (ДИ (5,24 – 5,69)), при этом у пациентов старческого возраста - 5,47 (ДИ (5,24 – 5,69)) и 5,36 (ДИ (5,19 – 5,54)) имеет место тенденция к достоверным различиям с больными из группы сравнения - 5, (ДИ (4,75-5,35)), р=0,053 и 5,08 (ДИ (4,81-5,35)), р=0,088 ((рис. 3.6).

**** **** 47, 50 41,79 ** 40, 38, * * ** 40 30,86 30, *** *** 20 10,31 10,52 10, 8, 8,62 8,38 5, 5,27 5,23 **5,36 5,05 5, *** *** 0 пожилого старческого старческого ужчины ины ины сравнения сравнения пожилого возраста возраста ужчины ины ужчины возраста возраста группы группы енщ енщ енщ М Ж Ж М М Ж трудовой стаж (лет) продолжительность рабочего дня (ч.) продолжительность рабочей недели (дн.) Рис. 3.6. Общий трудовой стаж, продолжительность рабочего дня и рабочей недели Примечание: см. рис. При оценке продолжительности рабочего дня у пациентов с АГ имеются достоверные различия между группами пациентов (рис. 3.6), так достоверно выше продолжительность рабочего времени была у больных группы сравнения 10,52 (ДИ (9,09 11,96)) и 10,39 (ДИ (9,18 – 11,60)), чем у пожилых пациентов - 8,62 (ДИ (8,16-9,06)), р=0,007 и 8,38 (ДИ (7,93 – 8,83)), р=0,001 и женщин старческого возраста - 8,84 (ДИ (8,05 9,62)),р=0,028, что отражает современные экономические тенденции.

При анализе профессионального анамнеза пациентов, проанализированы особенности их совместительство на протяжении свыше 1 года. Отмечена тенденция, вероятно, связанная с нынешней социально-экономической ситуацией, что пациенты группы сравнения достоверно чаще работали по совместительству (34,1% и 31,3%), чем мужчины пожилого (16,9%, р=0,031) и женщины старческого (9,7%, р=0,003) возрастов;

женщины пожилого возраста (26,9%) достоверно чаще трудились на нескольких работах, чем женщины старческого возраста (р=0,006), и с тенденцией близкой к достоверной в сравнении с мужчинами своей группы (р=0,098).

Таким образом, среди пациентов пожилого возраста высок удельный вес работающих пенсионеров.

Мужчины всех возрастных групп, в большинстве, являлись представителями рабочих профессий (до выхода на пенсию), а женщины были инженерно-техническими работниками и служащими, У мужчин старших возрастных групп трудовой стаж выше, чем у женщин, они позже вышли на пенсию, можно предположить, что длительная трудовая деятельность является предиктором активного долголетия, несмотря на наличие АГ и других сопутствующих и ассоциированных состояний.

Большинство пациентов всех групп трудились на предприятиях государственной формы собственности, в круглогодичном режиме.

Пациенты пожилого и старческого возрастов, в основном, прекратили свою трудовую деятельность по причине выхода на пенсию, а пациенты группы сравнения чаще прекращали работать по причине выхода на инвалидность.

У пациентов старших возрастных групп отмечена более длительная продолжительность рабочей недели, чем у пациентов группы сравнения, но более короткий рабочий день (кроме мужчин старческого возраста).

Пациенты группы чаще работали по совместительству, чем пациенты старших возрастных групп.

3.3. Основные факторы риска, их особенности в зависимости от возраста и пола пациентов 3.3.1 Наследственность У 19,4%-54,5% пациентов различных возрастных и гендерных групп отец страдал АГ (рис 3.7), достоверно чаще на это указали пациенты группы сравнения (54,5% и 38.1% соответственно), чем пациенты старческого (22,2%, р=0,002 и 19,4%, р=0,021) и мужчины пожилого возрастов (30,3%, р=0,009), тенденция близкая к достоверной отмечена между женщинами пожилого и старческого возрастов, отмечены (31,8%) (р=0,071) внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами группы сравнения (р=0,092). 18,2%-62,2% пациентов затруднились ответить точно о наличии АГ, но отметили, что признаки данного заболевания присутствовали, достоверно чаще на это указали пациенты старческого возраста (62,2% и 61,3% соответственно), чем пациенты группы сравнения (18,2%, р=0.0001 и 31,7%, р=0,001) и женщины пожилого возраста (45,5%, р=0,040), а также мужчины пожилого возраста (46,1%), чем пациенты группы сравнения (р=0,002), тенденция близкая к достоверной отмечена между мужчинами пожилого и старческого возрастов (р=0,085) и женщинами пожилого возраста и группы сравнения (р=0,069) возрастов, достоверные внутригендерные различия между пациентами старческого возраста (р=0,0001).

При оценке анамнеза по поводу АГ у матери, выявлено, что у 28,9%-68,3% пациентов различных возрастных и гендерных групп мать страдала АГ, достоверно чаще на это указали пациенты группы сравнения (52,3% и 68.3% соответственно), чем пациенты старческого возраста (28,9%, р=0,025 и 45,2%, р=0,009), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами всех возрастных групп (р=0,064, р=0,087, р=0,094). 11,1%-42,2% пациентов затруднились ответить точно о наличии АГ у матери, но отметили, что симптомы данного заболевания присутствовали, достоверно чаще на это указали пациенты старческого возраста (42,2% и 33,9% соответственно), чем пациенты группы сравнения (20,5%, р=0,027 и 11,1%, р=0,002), а также женщины пожилого возраста (26,9%), чем пациенты группы сравнения (р=0,013) (рис. 3.7).

34,1%-61,3% пациентов различных возрастных и гендерных групп указали, что их братья и сестры страдали АГ (рис. 3.7), отмечены достоверные внутригендерные различия между пациентами старческого возраста (40,9% и 61,3%, р=0,011) и группы сравнения (34,1% и 59,6%, р=0,011), с тенденцией близкой к достоверной между пациентами пожилого возраста (37,3% и 51,3%, р=0,056). 20,3%-31,8% пациентов затруднились ответить точно о наличии АГ у братьев или сестер, но отметили, что симптомы данного заболевания присутствовали.

При оценке анамнеза по поводу АГ у детей и внуков, выявлено, что у 2,3%-34,1% пациентов различных возрастных и гендерных групп дети и внуки имеют АГ, достоверно чаще на это указали пациенты старческого возраста (22,7% и 34.1% соответственно), чем пациенты группы сравнения (2,3%, р=0,004 и 7,9%, р=0,0001) и пожилого возраста (9,2%, р=0,041 и 18,9%, р=0,019), это объясняется тем, что дети пациентов старческого возраста уже достигли определенного возрастного уровня, в то время, как дети пациентов группы сравнения еще весьма молоды и у них небольшой объем накопившихся болезненных состояний выявлены достоверные различия между женщинами пожилого возраста и группы сравнения (р=0,046), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами пожилого возраста (р=0,061). 4,8%-22,7% пациентов затруднились ответить точно о наличии АГ у детей и внуков, но отметили, что симптомы данного заболевания присутствовали, достоверно чаще на это указали мужчины старческого возраста (22,7%), чем группы сравнения (7,0%, р=0,039) (рис. 3.7).

** 50 ** **** 40 **** ** ** ** * ** 20 ** * *** 10 * ** Мужчины Ж енщины Мужчины Ж енщины Мужчины Ж енщины пожилого пожилого ст арческого ст арческого группы группы в озраст а в озраста в озраст а в озраста срав нения срав нения АГ у от ца АГ у мат ери АГ у братьев /сест ер АГ у детей и в нуков Рис. 3.7. Наличие АГ у родственников (%) Примечание: см. рис. 2. 4,0%-13,0% среди тех пациентов, которые указали, что в анамнезе у их отца не было АГ или они точно затруднились ответить о наличии заболевания, отметили, что у отца было систематическое повышение АД, в то же время 39,1%-82,4% пациентов затруднились ответить о повышении АД у отца, достоверно чаще на это указали пациенты старческого (82,4% и 76,0% соответственно) и пожилого (66,7% и 66,3%) возрастов, чем пациенты группы сравнения (39,1%, р=0,001 и р=0,025 и 47,5%, р=0,005 и р=0,043).

Среди тех пациентов, которые указали, что в анамнезе у их матери не было АГ или они затруднились точно ответить о наличии заболевания, 6,1%-27,3% пациентов отметили, что у матери было систематическое повышение АД, с тенденцией близкой к достоверной это отметили мужчины группы сравнения (23,8%), чем старческого возраста (6,1%, р=0,058), 31,8%-60,6% пациентов затруднились ответить о повышении АД у матери, достоверно чаще на это указали женщины старческого (60,6%) и пожилого (57,8%) возрастов, чем группы сравнения (31,8%, р=0,036 и р=0,035).

4,0%-30,8% пациентов отметили, что у братьев и сестер было систематическое повышение АД (мужчины старческого возраста не указали данный вариант ответа), опрос был проведен среди тех пациентов, которые указали, что в анамнезе у их братьев и сестер не было АГ или они затруднились ответить о наличии заболевания. Достоверно чаще такие подъемы АД у братьев и сестер пациентов группы сравнения (16,7% и 30,8% соответственно), чем у мужчин старческого (0%, р=0,029) и женщин пожилого (8,8%, р=0,012), в то же время 23,1%-61,5% пациентов затруднились ответить о повышении АД у братьев и сестер, достоверно чаще на это указали женщины старческого возраста (52,0%), чем группы сравнения (23,1%, р=0.033) и с тенденцией близкой к достоверной мужчины пожилого возраста (61,5%), чем группы сравнения (36,7%, р=0,063).

Среди тех пациентов, которые указали, что в анамнезе у их детей или внуков не было АГ или они затруднились точно ответить о наличии заболевания, 2,9%-11,9% пациентов отметили, что у детей или внуков было систематическое повышение АД, 5,1% 26,5% пациентов затруднились ответить о повышении АД у детей или внуков, достоверно чаще на это указали женщины старческого (24,4%) возраста, чем группы сравнения (5,1%, р=0,005), отмечена тенденция, близкая к достоверной у мужчин старческого возраста (26,5%) в сравнении с группой сравнения (9,5%, р=0,051) и у пожилых женщин (15,2%), чем у группы сравнения (5,1%, р=0,051).

При оценке анамнеза у пациентов АГ, отмечено, что у 14,5%-33,3% пациентов различных возрастных и гендерных групп отец страдал стенокардией (рис. 3.8), достоверно чаще на это указали женщины группы сравнения (33,3%), чем старческого возраста (14,5%, р=0,014), тенденция близкая к достоверной отмечена между пациентами пожилого возраста (18,4% и 25,8%) с мужчинами группы сравнения (31,8%, р=0,095) и женщинами старческого возраста (р=0,079). 25,0%-66,7% пациентов затруднились ответить о наличии стенокардии, но отметили, что признаки данного заболевания присутствовали, достоверно чаще на это указали пациенты старческого возраста (66,7% и 64,5% соответственно), чем пациенты группы сравнения (25,0%, р=0,0001 и 36,5%, р=0,002) и женщины пожилого возраста (46,2%, р=0,017), а также мужчины пожилого возраста (56,1%), чем пациенты группы сравнения (р=0,001).

У 20,0%-41,8% пациентов различных возрастных и гендерных групп мать страдала стенокардией (рис. 3.8), тенденция близкая к достоверной отмечена между мужчинами пожилого (34,2%) и старческого (20,0%, р=0,096) возрастов. 23,8%-51,1% пациентов затруднились ответить о наличии стенокардии, но отметили, что признаки данного заболевания присутствовали, достоверно чаще на это указали женщины старческого возраста (40,3%), чем пациенты группы сравнения (23,8%, р=0.048), тенденция близкая к достоверной отмечена между мужчинами старческого возрастов (51,1%) в сравнении мужчинами пожилого возраста (35,5%. р=0,092) и группы сравнения (31,8%, р=0,065) возрастов.

13,6%-41,9% пациентов различных возрастных и гендерных групп указали, что их братья и сестры страдали стенокардией (рис. 3.8), достоверно чаще на это указали женщины пожилого (31,3%) и старческого возрастов (41,9%), чем группы сравнения (14,0%, р=0,013 и р=0,001), тенденция близкая к достоверной отмечена между мужчинами старческого возрастов (29,5%) в сравнении мужчинами группы сравнения (13,6%. р=0,070).

24,6%-36,4% пациентов затруднились ответить точно о наличии АГ у братьев или сестер, но отметили, что симптомы данного заболевания присутствовали.

** % 20 ** ** *** 15 ** * Мужчины Женщины Мужчины Женщины Мужчины Женщины пожилого пожилого старческого старческого группы группы возраста возраста возраста возраста сравнения сравнения стенокардия у отца стенокардия у матери стенокардия у братьев/сестер стенокардия у детей и внуков Рис. 3.8. Наличие стенокардии у родственников (%) Примечание: см. рис. 2. При оценке анамнеза по поводу стенокардии у детей и внуков, выявлено (рис. 3.8), что у 3,2%-16,4% пациентов различных возрастных и гендерных групп дети и внуки имеют стенокардию ((мужчины группы сравнения не указали данный вариант ответа), достоверно чаще на это указали пациенты старческого возраста (13,6% и 16.4% соответственно), чем пациенты группы сравнения (0%, р=0,012 и 16,4%, р=0,013) и женщины пожилого возраста (3,0%, р=0,001), тенденция близкая к достоверной отмечена между мужчинами пожилого (3,9%) и старческого возрастов (р=0,052). 4,8%-22,4% пациентов затруднились ответить точно о наличии стенокардии у детей и внуков, но отметили, что симптомы данного заболевания присутствовали, с тенденцией близкой к достоверной на это указали женщины пожилого (12,9%) и старческого (14,8%) возрастов, чем группы сравнения (4,8%, р=0,081 и р=0,060).

У 6,7%-20,6% пациентов различных возрастных и гендерных групп отец перенес инфаркт миокарда, с тенденцией близкой к достоверной на это указали пациенты группы сравнения (18,2% и 20.6% соответственно), чем пациенты старческого (6,7%, р=0,099 и 9,7%, р=0,088) и мужчины пожилого возрастов (7,9%, р=0,091), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами пожилого возраста (р=0,074). 20,5%-64,4% пациентов затруднились ответить о перенесенном отцом инфаркте миокарда, но отметили, что определенные признаки данного заболевания присутствовали, достоверно чаще на это указали пациенты старческого (64,4% и 59,7% соответственно) и мужчины пожилого возрастов (53,9%), чем пациенты группы сравнения (20,5%, р=0,0001, р=0,0001 и 33,3%, р=0,003), тенденция близкая к достоверной отмечена между женщинами пожилого (46,2%) и старческого возрастов (р=0,080) и группы сравнения (р=0,088).

Мать перенесла инфаркт миокарда у 6,8%-17,9% пациентов различных возрастных и гендерных групп, 23,8%-46,7% пациентов затруднились ответить о перенесенном инфаркте миокарда у матери, но отметили, что признаки данного заболевания присутствовали, тенденция близкая к достоверной отмечена между пациентами старческого возрастов (46,7% и 37,1%) в сравнении с группой сравнения (27,3%, р=0,058 и 23,8%, р=0.095), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами пожилого возраста (р=0,084).

4,5%-25,8% пациентов различных возрастных и гендерных групп указали, что их братья и сестры перенесли инфаркт миокарда, достоверно чаще на это указали пациенты женщины старческого возраста (20,5% и 25,8%), чем группы сравнения (4,5%, р=0,024 и 5,3%, р=0,002), тенденция близкая к достоверной отмечена между пациентами пожилого возраста (9,3% и 14,5%), в сравнении с пациентами старческого возраста (р=0,086 и р=0,057) и женщинами группы сравнения (р=0,070). 21,1%-36,4% пациентов затруднились ответить точно о том, перенесли ли инфаркт миокарда их братья или сестры, но отметили, что симптомы данного заболевания присутствовали.

При оценке анамнеза по поводу перенесенного инфаркта миокарда у детей и внуков, выявлено, что у пациентов старческого (6,8% и 1,6%) и женщин пожилого (2,3%) возрастов дети и внуки перенесли инфаркт миокарда (пациенты группы сравнения и мужчины пожилого возраста не указали данный вариант ответа), достоверно чаще на это указали мужчины старческого возраста, чем группы сравнения (р=0,021), тенденция близкая к достоверной отмечена между мужчинами старческого возраста и группы сравнения (р=0,081). 4,8%-22,4% пациентов затруднились ответить о наличии инфаркта миокарда у детей и внуков, но отметили, что симптомы сходные с данным заболеванием присутствовали, с тенденцией близкой к достоверной на это указали женщины старческого (14,8%) возраста, чем группы сравнения (4,8%, р=0,060), отмечены достоверные внутригендерные различия между пациентами пожилого возраста (22,4% и 10,6%, р=0,022).

У 1,6%-18,2% пациентов различных возрастных и гендерных групп отец страдал ожирением (рис. 3.9), достоверно чаще на это указывали мужчины группы сравнения (18,2%), чем старческого (4,4%, р=0,040) и пожилого (6,6%, р=0,049) возрастов, с тенденцией близкой к достоверной на это чаще указали женщины пожилого (8,3%), чем старческого (р=0,070) возрастов, отмечены достоверные внутригендерные различия между пациентами группы сравнения (р=0,025). 25,0%-62,9% пациентов затруднились ответить о наличии у отца ожирения, но отметили, что определенные признаки избыточной массы тела присутствовали, достоверно чаще на это указали пациенты старческого (62,2% и 62,9% соответственно) и мужчины пожилого возрастов (48,7%), чем пациенты группы сравнения (25,0%, р=0,0001, р=0,011 и 28,6%, р=0,0001), а также между женщинами пожилого (41,7%) и старческого (р=0,006) возрастов, тенденция близкая к достоверной отмечена между женщинами пожилого возраста и группы сравнения (р=0,077).

На ожирение у матери указали 6,5%-27,3% пациентов различных возрастных и гендерных групп (рис. 3.9), достоверно чаще указывали на данную наследственность женщины группы сравнения (19,0%), чем старческого возраста (6,5%, р=0,038), с тенденцией близкой к достоверной на это чаще указали женщины пожилого (15,7%), чем старческого (6,5%, р=0,072) возрастов, а также мужчины группы сравнения (27,3%), чем пожилого возраста (13,2%, р=0,054). 17,5%-46,7% пациентов затруднились ответить о наличии ожирения у матери, но отметили, что характерные признаки этого состояния присутствовали, достоверно чаще на это указали пациенты старческого возраста (46,7% и 33,9% соответственно), чем пациенты группы сравнения (18,2%, р=0,004 и 17,5%, р=0,031),тенденция близкая к достоверной отмечена между мужчинами пожилого (31,6) и старческого возрастов (р=0,097).

11,4%-31,6% пациентов различных возрастных и гендерных групп указали, что их братья и сестры имели ожирение (рис. 3.9), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами группы сравнения (р=0,070). 15,8% 38,6% пациентов затруднились ответить о том, имели ли ожирение их братья или сестры, но отметили, что признаки состояния присутствовали, достоверно чаще на это указали женщины старческого возраста (32,3%), чем группы сравнения (15,8%, р=0,037), тенденция близкая к достоверной отмечена между мужчинами старческого возраста (38,6%) и группы сравнения (20,5%, р=0,062).

При оценке анамнеза по поводу ожирения у детей и внуков (рис. 3.9), выявлено, что у 4,7%-26,2% пациентов различных возрастных и гендерных групп дети и внуки имеют ожирение, достоверно чаще на это указали пациенты старческого возраста (18,2% и 26,2% соответственно), чем группы сравнения (4,7%, р=0,048 и 9,5%, р=0,015) и пожилого возраста (6,6%, р=0,049 и 14,4%, р=0,047), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами пожилого возраста (р=0,089). 4,8% 20,5% пациентов затруднились ответить о наличии ожирения у детей и внуков, но отметили, что симптомы сходные с данной патологией присутствовали, достоверно чаще на это указали женщины старческого возраста (16,4%), чем группы сравнения (4,8%, р=0,035), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами пожилого возраста (р=0,059).

У 2,2%-6,8% пациентов различных возрастных и гендерных групп, как ими было отмечено (рис. 3.9), отец страдал сахарным диабетом. 22,7%-64,4% пациентов затруднились ответить о наличии у отца сахарного диабета, но отметили, что определенные признаки этого заболевания присутствовали, достоверно чаще на это указали пациенты старческого (64,4% и 61,3% соответственно) и мужчины пожилого возрастов (41,7%), чем пациенты группы сравнения (22,7%, р=0,0001, р=0,002 и 30,2%, р=0,0001), а также между женщинами пожилого (41,7%) и старческого (р=0,011) возрастов.

На сахарный диабет у матери указали 6,%-23,3% пациентов различных возрастных и гендерных групп (рис. 3.9), достоверно чаще указывали на данную наследственность женщины группы сравнения (23,8%), чем старческого возраста (8,1%, р=0,018). 15,9% 46,7% пациентов затруднились ответить о наличии сахарного диабета у матери, но отметили, что характерные признаки этого заболевания присутствовали, достоверно чаще на это указали пациенты старческого возраста (46,7% и 35,5% соответственно), чем пациенты группы сравнения (22,7%, р=0,018 и 15,9%, р=0,010),тенденция близкая к достоверной отмечена между пациентами пожилого возраста (39,5% и 27,6%) и группы сравнения (р=0,061 и р=0,064), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами пожилого возраста (р=0,076).

6,8%-22,6% пациентов различных возрастных и гендерных групп указали, что их братья и сестры страдали сахарным диабетом (рис. 3.9), достоверно чаще на это указали мужчины пожилого возраста (22,7%), чем группы сравнения (6,8%, р=0,026). 15,8%-36,4% пациентов затруднились ответить о том, имели ли сахарный диабет их братья или сестры, но отметили, что признаки состояния присутствовали, достоверно чаще на это указали женщины старческого возраста (30,6%), чем группы сравнения (15,8%, р=0,025), отмечены достоверные внутригендерные различия между пациентами группы сравнения (р=0,027).

25 ** ** 20 *** ** % 15 ** * *** 10 ** ** * 5 * ** сахарный ожирение у ожирение уотца диабет уотца диабет у детей братьев/сестер братьев/сестер детей и внуков диабет у матери сахарный матери ожирение у ожирение у сахарный сахарный и внуков диабет у Мужчины пожилого в озраста Ж енщины пожилого в озраста Мужчины старческого в озраста Ж енщины старческого в озраста Мужчины группы срав нения Ж енщины группы срав нения Рис. 3.9. Наличие ожирения и сахарного диабета у родственников (%) Примечание: см. рис. 2. При оценке анамнеза по поводу сахарного диабета у детей и внуков, выявлено (рис.

3.9), что у 3,9%-16,4% пациентов различных возрастных и гендерных групп дети и внуки страдают сахарным диабетом (женщина группы сравнения не указали данный вариант ответа), достоверно чаще на это указали женщины старческого возраста (16,4%), чем группы сравнения (0%, р=0,0001) и пожилого возраста (5,3%, р=0,011), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами группы сравнения (р=0,084). 4,8%-22,5% пациентов затруднились ответить о наличии сахарного диабета у своих детей и внуков, но отметили, что симптомы сходные с данной патологией присутствовали, достоверно чаще на это указали женщины старческого возраста (14,8%), чем группы сравнения (4,8%, р=0,011), с тенденцией близкой к достоверной на это чаще указали мужчины пожилого возраста (22,4%), чем группы сравнения (р=0,072),отмечены достоверные внутригендерные различия между пациентами пожилого возраста (р=0,034).

У 1,3%-6,3% пациентов различных возрастных и гендерных групп отцы страдали патологией почек. 29,5%-68,9% пациентов затруднились ответить о наличии у отца заболеваний почек, но отметили, что определенные признаки этого заболевания присутствовали, достоверно чаще на это указали пациенты старческого (68,9% и 62,9% соответственно) и пожилого возрастов (50,0% и 48,5%), чем пациенты группы сравнения (29,5%, р=0,0001, р=0,029 и 33,3%, р=0,001 и р=0,046), а также между мужчинами пожилого и старческого (р=0,043) возрастов, тенденция близкая к достоверной между женщинами пожилого и старческого возрастов (р=0,061).

На патологию почек у матери указали 4,8%-15,9% пациентов различных возрастных и гендерных групп, достоверно чаще указывали на данную патологию женщины группы сравнения (15,9%), чем старческого возраста (4,8%, р=0,043), тенденция близкая к достоверной отмечена женщинами мужчинами пожилого возраста (7,5%) и группы сравнения (р=0,068). 19,0%-48,9% пациентов затруднились ответить о наличии патологии почек у матери, но отметили, что характерные признаки этого заболевания присутствовали, достоверно чаще на это указали пациенты старческого возраста (48,9% и 43,5% соответственно), чем пациенты группы сравнения (27,3%, р=0,036 и 19,0%, р=0,003) и женщины пожилого возраста (33,6%),чем группы сравнения (р=0,036).

2,3%-15,8% пациентов различных возрастных и гендерных групп указали, что их братья и сестры страдали патологией почек, достоверно чаще на это указали женщины группы сравнения (15,8%), чем старческого возраста (3,2%, р=0,018). 16,5%-47,7% пациентов затруднились ответить о том, имели ли патологию почек их братья или сестры, но отметили, что признаки состояния присутствовали, достоверно чаще на это указали женщины старческого возраста (46,8%), чем пожилого возраста (24,4%, р=0,002) и группы сравнения (17,5%, р=0,0001), тенденция близкая к достоверной отмечена между мужчинами пожилого (32,0%) и старческого возрастов (47,7%, р=0,055), а также мужчинами группы сравнения (29,5%) и старческого возраста (р=0,052), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами группы сравнения (р=0,097).

При оценке анамнеза по поводу патологии почек у детей и внуков, выявлено, что 3,3%-9,1% пациентов различных возрастных и гендерных групп дети и внуки имеют патологию почек (пациенты группы сравнения не указали данный вариант ответа), достоверно чаще на это указали мужчины старческого возраста (9,1%), чем группы сравнения (0%, р=0,043). 6,5%-25,0% пациентов затруднились ответить о наличии патологии почек у своих детей и внуков, но отметили, что симптомы сходные с данной патологией присутствовали, достоверно чаще на это указали женщины старческого возраста (19,7%), чем группы сравнения (6,5%, р=0,029), с тенденцией близкой к достоверной на это чаще указывали мужчины старческого возраста (25,0%), чем группы сравнения (9,3%, р=0,053),отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами пожилого возраста (р=0,086).

Таким образом, у пациентов старших возрастных групп при изучении их наследственности выявлен высокий удельный вес у родственников АГ, а также стенокардии, инфаркта миокарда (особенно у братьев и сестер), ожирения и сахарного диабета, т.е. состояний способствующих осложненному течению АГ.

3.3.2 Антропометрические данные и индекс массы тела Имеются определенные антропометрические различия у пациентов возрастных и гендерных групп с АГ (рис. 3.10), если у женщин средний рост во всех группах составил 162,44 см. (ДИ (161,35 -165,53)), 161,73 см. (ДИ (59,97-163,48)) и 163,02 см. (ДИ (161,44 163,48)), то между мужчинами старческого возраста 169,53 см. (ДИ (167,83-171,23)) в сравнении с пожилыми мужчинами 174,06 см. (ДИ(172,40-175,73)), р=0,0001 и группы сравнения 175,61 см. (ДИ (173,21-178,02)), р=0,0001, а также отмечены достоверные внутригендерные различия (во всех возрастных группах, р=0,0001). У большинства пациентов во всех группах имеется избыточная масса тела, наши данные совпадают с общепринятой тенденцией (рис. 3.10), что с возрастом масса тела у людей уменьшается [?,?], так достоверно выше масса тела у пациентов группы сравнения - 94,85 кг. (ДИ 87,88 101,83)) и 85,76 кг. (ДИ 81,10-90,43)), чем у пациентов старческого возраста - 79,74 кг. (ДИ 75,56-83,92)), р=0,001 и 77,15 кг. (ДИ 74,12-80,17)), р=0,026 и мужчин пожилого возраста 85,71 кг. (ДИ 82,13-89,28)), р=0,037, отмечена тенденция, близкая к достоверной в массе тела между мужчинами пожилого и старческого возрастов (р=0,060), отмечены достоверные внутригендерные различия среди пациентов группы сравнения, (р=0,033).

Во всех возрастных и гендерных группах у пациентов средняя окружность талии превышает нормативные показатели от 92,27 кг/м (ДИ 89,14 – 95,14) у женщин старческого возраста до 103,49 (ДИ 98,60 – 108,38) кг/м у мужчин группы сравнения, здесь также отмечена тенденция уменьшение окружности талии с возрастом (рис. 3.10), имеются достоверные отличия в окружности талии между мужчинами старческого возраста и группы сравнения (р=0,036), отмечены достоверные внутригендерные различия среди пациентов группы сравнения, р=0,048, а также тенденция близкая к достоверной между пациентами пожилого возраста (р=0,059).

**** 200 **** * ** 180 **** *** *** **** ** 100 ** ** **** **** 40 *** ** ** Мужчины Женщины Мужчины Женщины Мужчины Женщины пожилого пожилого старческого старческого группы группы возраста возраста возраста возраста сравнения сравнения Рост (см) Вес (кг) Окружность талии (см) Индекс массы тела (кг/м).

Рис. 3.10. Антропометрические показатели пациентов с АГ.

Примечание: см. рис. Вполне закономерно, так как у пациентов имеется избыточная масса тела и увеличенная окружность талии, то и индекс массы тела (ИМТ) будет выше нормативных показателей, прослеживается те же тенденции, что с возрастом ИМТ снижается (рис. 3.10).

Имеются достоверные различия между пациентами группы сравнения с больными старческого (р=0,020 и р=0,030) и мужчинами пожилого (р=0,043) возрастов. Выявлены достоверные внутригендерные различия среди пациентов пожилого (р=0,048) и старческого (р=0,026) возрастов.

Таким образом, у большинства пациентов во всех группах имеется избыточная масса тела и окружность талии превышает нормативные показатели, поэтому индекс массы тела будет выше нормы, с возрастом масса тела, окружность талии и индекс массы тела снижаются.

3.3.3 Курение и алкоголь Большинство мужчин всех возрастных групп ранее курили - 68,8%-84,1%, в то время как курение среди женщин составляло отмечены достоверные 9,0%-21,9%, внутригендерные различия во всех возрастных группах (р=0,0001). Достоверно чаще курили женщины группы сравнения (21,9%), чем пожилого возраста (9,0%, р=0,012), с тенденцией близкой к достоверной чаще курили мужчины группы сравнения (84,1%), чем пожилого возраста (68,8%, р=0,064) (рис. 3.11).

**** 80 **** **** * % **** **** * 30 *** **** Мж и ы Жн и ы о и оо с а ч с оо с а ч с оо о и оо ор с а Жн и ы ор с а Мж и ы с ання с ання Жн и ы Мж и ы п жл г т рек г ор с а т рек г ор с а у чн вз ат е щн п жл г вз ат рпы рпы рв еи рв еи е щн у чн е щн у чн вз ат вз ат г уп г уп курение ранее курение в настоящ ее время Рис. 3.11. Курение в анамнезе и в настоящее время (%) Примечание: см. рис. Однако на момент исследования отмечено снижение курения во всех группах, особенно значимо снижение среди мужчин – 6,3%-34,1%, среди женщин в настоящее время курят 2,2%-6,3%. Необходимо отметить, что если, среди мужчин пожилого возраста и группы сравнения сохраняются внутригендерные различия (р=0,0001 в обеих группах), то среди пациентов старческого возраста внутригрупповых различий не выявлено (6,7% и 4,8% соответственно). Достоверно чаще продолжают курить мужчины группы сравнения (34,1%) и пожилого возраста (29,9%), чем старческого (6,7%, р=0,003 и р=0,001) (рис. 3.11).

Среди тех, кто курил ранее или продолжает курить в настоящее время стаж курения в зависимости от возраста и пола различен (рис.3.12). Так имеются достоверные внутригендерные различия среди пациентов пожилого возраста (р=0,016) и группы сравнения (р=0,006) в стаже курения. Вполне закономерно, что стаж курения у мужчин старческого возраста – 35,13 (ДИ(28,07-42,18)) достоверно выше, чем в группе сравнения – 26,48 (ДИ (22,00-30,96)), (р=0,044).

В группе пожилого и старческого возрастов возраст отказа от курения сопоставим, так для мужчин это 51-53 года, для женщин 45-50 лет, имеются достоверные различия между мужчинами пожилого и старческого возрастов и группы сравнения (р=0,004 и р=0, соответственно), такие различия возможно связаны с тем, что пациенты группы сравнения еще не достигли возраста, когда пациенты старших возрастных групп бросили курить, а также с более ранним началом развития АГ, что вынудило их отказаться от пагубной привычки (рис. 3.12).

** *** ** лет 30 **** **** Мужчины пожилого старческого старческого Женщины возраста пожилого возраста Женщины сравнения сравнения Мужчины Женщины Мужчины возраста возраста группы группы Стаж курения Возраст прекращения курения Рис. 3.12. Стаж курения и возраст прекращения курения (лет) Примечание: см. рис. 2. Среди тех, кто курил или продолжает курить ежедневное потребление табачных изделий в возрастных и гендерных группах было различным, так ежедневное потребление табачных изделий у мужчин пожилого возраста и группы сравнения составило около одной пачки – 19,78 (ДИ (15,87-23,69)) и 19,56 (ДИ (15,26-23,85)) штук табачных изделий соответственно, в то же время женщины всех возрастных групп потребляли менее половины пачки табачных изделий – от 6,20 (ДИ (2,14 – 10,26)) женщины пожилого возраста до 9,50 (ДИ (3,61 – 15,39)) в группе сравнения, выявлены достоверные внутригендерные различия среди пациентов пожилого возраста (р=0,003) и группы сравнения (р=0,007) (табл. 3.3).

Таблица 3. Количество потребляемого табака (шт/день) ГРУППА П (n=41) С (n=19) Ср (n=33) ПОЛ М Ж М Ж М Ж Количеств n=36 n=5 n=14 n=5 n=27 n= о табачных 19,78 (15,87 – 6,20 (2,14 – 13,50 (12,87 – 9,00 (-3,72 – 19,56 (15,26 9,50 (3,61 – изделий, 23,69) 10,26) 22,13) 21,72) – 23,85) 15,39) p1,2=0,504 p1,2=0,752 p 2,3=0,480 p2,3=0,575 p1,3=0,887 p1,3=0, (95% ДИ) p=0,003* p=0,114 p=0,007* Примечание: см. табл. 2.1. Данные представлены как средние (95% ДИ).

При исследовании объема потребления алкоголя были получены весьма парадоксальные результаты, так мужчины всех возрастных групп практически в 100% употребляют алкоголь, в настоящее время, не реже одного раза в месяц (так как целью нашего исследования не было уточнения характера употребляемых алкогольных напитков и объема потребления, то более глубокое изучение этой проблемы проведено не было), при этом самыми «активными в этом процессе» оказались пожилого и старческого возраста (96,1%, 97,8% и 95,5% соответственно). Среди женщин выявлены достоверные различия между пациентками группы сравнения (82,8%) и старческого возраста (61,3%, р=0,007), отмечена тенденция близкая к достоверной между женщинами пожилого возраста (71,6%) и группы сравнения (р=0,088). Выявлены достоверные внутригендерные различия во всех возрастных группах (р=0,0001, р=0,0001, р=0,047 соответственно).

Только незначительное количество пациентов принимали алкоголь в течение последней недели, это связано, в том числе, с тем, что часть больных с АГ находились в ЛПУ на стационарном лечении или были выписаны из них в этот временной промежуток, поэтому статистически возможно было рассчитать потребление алкоголя за указанный период только у мужчин пожилого возраста и группы сравнения, и (что достаточно парадоксально) у женщин старческого возраста. При расчете количества потребленного алкоголя за последние 7 дней на всех пациентов в возрастных и гендерных группах получается весьма низкий объем принимаемых спиртных напитков. Выявлены достоверные внутригендерные различия у пациентов пожилого возраста (р=0,003) и группы сравнения (р=0,002). Женщины группы сравнения не употребляли алкоголь в течение последней недели. Мужчины группы сравнения и пожилого возраста за последнею неделю употребляли около 30 мл. алкоголя ежедневно, объем потребляемый мужчинами и женщинами старческого возраста сопоставим – около 5 мл.

Как видно из представленной таблицы (табл. 3.4.), среди тех, кто употреблял алкоголь за последние 7 дней, пациенты пожилого возраста принимали ежедневно около 300 мл алкогольных напитков, группы сравнения чуть более 200 мл. и женщины старческого возраста – свыше 100 мл.

Таблица 3. Количество ежедневного приема алкоголя за последние 7 дней (мл.) ГРУППА ПОЖИЛЫЕ (n=10) СТАРЫЕ (n=5) КОНТРОЛЬНАЯ(n=7) ПОЛ М (n=8) Ж (n=2) М (n=2) Ж(n=3) М (n=6) Ж(n=0) Количеств 300,00 (35,63 --- --- 116,67 (-73,06 208,33 (44,35 -- p1,2=1,000 p 2,3=0,252 p1,3=- о (95% – 564,37) – 306,40) – 372,32) p1,2=0,239 p2,3=-- p1,3=0, ДИ) p=1, p=0,0239 p=- Примечание: см. табл. 2.1. Данные представлены как средние (95% ДИ).

Таким образом, большинство мужчин всех возрастных групп ранее курили, в то время как курение среди женщин составляло небольшой удельный вес - 9,0%-21,9%, на момент исследования отмечено значительное снижение курения во всех возрастных и гендерных группах.

Возраст у мужчин, в группах пожилого и старческого возрастов, когда они бросили эту привычку составляет 51-53 года, для женщин этих возрастов - 45-50 лет.

Большинство мужчин (95,5%-97,8%) и женщин (61,3%-82,8%) всех возрастных групп употребляют алкоголь не реже одного раза в месяц, 3.3.4. Питание Во всех возрастных и гендерных группах отмечено потребление овощей и фруктов ниже уровня, рекомендуемого ВОЗ (5 и 4 порции в сутки соответственно - 1 порция соответствует в среднем 100 гр. продукта) (рис. 3.13). Только 1,3% мужчин, 1,4% женщин пожилого возраста, 2,3% мужчин, 1,6% женщин старческого возраста и 1,6% женщин группы сравнения указали на то, что потребляют среднее количество овощей, согласно указанного норматива и выше, а в группе сравнения все мужчины с АГ потребляют овощи меньше нормы. Тревожной тенденцией является тот факт, что 15,6% мужчин и 17,7% женщин старческого возраста, а также 15,9% мужчин группы сравнения указали, что в их ежедневном рационе овощи вообще отсутствуют, в других группах этот показатель несколько ниже 10,9% у женщин группы сравнения, 7,8% и 7,5% у мужчин и женщин пожилого возраста соответственно. В среднем, в рационе питания преобладала ежедневная порция – 100 гр., так от 35,9% женщин группы сравнения до 55,8% мужчин пожилого возраста указали именно этот объем потребления овощей. Женщины пожилого возраста потребляют достоверно выше по 2 порции овощей в день – 32,1%, по сравнению с женщинами старческого возраста – 17,7% (р=0,037). Женщины группы сравнении достоверно чаще потребляют 3 и 4 порции овощей – 21,6% и 3,1%, по сравнению с женщинами пожилого возраста – 6,7% и 0% соответственно (р=0,002 и р=0,040). В других возрастных и гендерных группах значимых различий в потреблении овощей не выявлено (рис. 3.13).

При оценке структуры потребления пациентами с АГ фруктов выявлено, что только у 10,4% мужчин, 1,7% женщин пожилого возраста, 2,2% мужчин, 4,8% женщин старческого возраста 9,1% мужчин и 9,4% женщин группы сравнения употребляют среднее количество фруктов, согласно указанного норматива и выше. Относительно невысок удельный вес пациентов АГ, которые ежедневно не используют в пищу фрукты – этот показатель находится в диапазоне от 3,7% у женщин пожилого возраста до 7,8% у женщин группы сравнения.

2, 1, 1,93 1, 1, 2 1,77 1, 1,68 1, порций/день ** 1,43 **** 1,53 1, 1,5 1, 0, Мужчины Женщ ины Мужчины Женщ ины Мужчины Женщ ины пожилого пожилого старческого старческого группы группы возраста возраста возраста возраста сравнения сравнения овощ и фрукты Рис. 3.13. Характеристика питания геронтов – объем потребления овощей и фруктов (порций/день) Примечание: см. рис. 2. В среднем, в рационе питания больных с АГ преобладала ежедневная порция – гр. фруктов, во всех возрастных и гендерных группах, кроме женщин группы сравнения;

женщины этой группы указали, как наиболее частый ответ - 2 порции фруктов в день.

Женщины группы сравнения достоверно выше ежедневно потребляют 2 и 4 порции фруктов – 37,5% и 4,7% по сравнению с женщинами пожилого возраста 23,9% и 0% соответственно (р=0,047 и р=0,012), в то же время женщины пожилого возраста достоверно чаще – 20,9% - потребляют в среднем 3 порции фруктов в день по сравнению с женщинами из группы сравнения – 9,4% (р=0,044). В других возрастных и гендерных группах значимых различий в потреблении фруктов не выявлено.

При оценке снижения питания, вследствие финансовых проблем, либо нехватки пищи респонденты отметили практически полное отсутствие таких проблем – от 77,4% женщин старческого возраста до 93,2% мужчин из группы сравнения никогда не питались меньше, чем нужно из-за нехватки пищи, а от 88,7% женщин старческого возраста до 98,7% пожилых мужчин никогда не были голодны из-за нехватки денег, что в какой то мере разрушает широко устоявшийся миф «о жизни впроголодь стариков». В то же время женщины из группы сравнения достоверно чаще каждый месяц едят меньше, чем женщины пожилого и старческого возраста (р=0,003 и р=0,045), что связано с тем что в этой группе были одинокие безработные женщины, не имеющие поддержки от государства и социальных служб.

При оценке регулярности питания отмечено (табл. 3.5), что мужчины пожилого возраста достоверно чаще питаются 3 раза в сутки (р=0,010) по сравнению с женщинами своего возраста, в то время как женщины данной возрастной группы достоверно чаще (р=0,015) по сравнению с женщинами старческого возраста питаются 4 раза в день.

Таблица 3. Структура регулярности приема пищи (%) ГРУППА П (n=211) С (n=107) Ср (n=108) Регулярность М (n=77) Ж (n=134) М (n=45) М (n=77) Ж (n=134) М (n=45) питания 3 раза в день (%) 53,2±5,7 35,1±4,1 55,6±7,4 43,5±6,3 38,6±7,3 31,3±5, p1,2=0,805 p1,2=0,255 p2,3=0,110 p2,3=0,154 р1,3=0,122 р1,3=0, p=0,010* p=0,220 p=0, утром и вечером 3,9±2,2 3,7±1,6 2,2±2,2 3,2±2,2 2,3±2,3 1,6±1, p1,2=0,616 p1,2=0,859 p2,3=0,987 p2,3=0,540 р1,3=0,631 р1,3=0, (%) p=0,952 p=0,742 p=0, утром и днем (%) 2,6±1,8 0,7±0,7 4,4±3,1 1,6±1,6 0±0,0 0±0, p1,2=0,258 p1,2=0,575 p2,3=0,157 p2,3=0,308 р1,3=0,281 р1,3=0, p=0,274 p=0,381 p=1, днем и вечером 5,2±2,5 0,7±0,7 4,3±3,0 1,6±1,6 11,4±4,8 7,8±3, p1,2=0,853 p1,2=0,575 p2,3=0,222 p2,3=0,102 р1,3=0,213 р1,3=0,007* (%) p=0,041* p=0,381 p=0, 4 раза в день (%) 11,7±3,7 24,6±3,7 8,9±4,2 9,7±3,8 13,6±5,2 25,0±5, p1,2=0,629 p1,2=0,015* p2,3=0,478 p2,3=0,084 р1,3=0,919 р1,3=0, p=0,023* p=0,516 p=0, не 18,2±4,4 28,4±3,9 24,4±6,4 32,3±5,9 29,5±6,9 26,6±5, придерживаюсь p1,2=0,408 p1,2=0,578 p2,3=0,588 p2,3=0,483 р1,3=0,149 р1,3=0, четкого p=0,099 p=0,379 p=0, распорядка питания (%) затрудняюсь 3,9±2,2 1,5±1,1 0±0,0 1,6±1,6 2,3±2,3 3,1±2, ответить (%) p1,2=0,180 p1,2=0,949 p2,3=0,309 p2,3=0,578 р1,3=0,631 р1,3=0, p=0,269 p=0,392 p=0, 5 и более раз в 1,3±1,3 4,5±1,8 0±0,0 6,5±3,1 2,3±2,3 3,1±2, день (%) p1,2=0,443 p1,2=0,559 p2,3=0,309 p2,3=0,381 р1,3=0,686 р1,3=0, p=0,215 p=0,082 p=0, Прочие режимы 0±0,0 0,7±0,7 0±0,0 0±0,0 0±0,0 1,6±1, питания (%) p1,2=1,000 p1,2=0,495 p1,2=1,000 p1,2=1,000 p1,2=1,000 р1,3=0, p=0,447 p=1,000 p=0, Примечание: см. табл. 2.1.


Вероятно, загруженность на рабочем месте женщин группы сравнения не позволяет части из них питаться регулярно, так достоверно выше число пациенток, чем в пожилом возрасте, питающихся два раза в сутки (р=0,007) также высок удельный вес мужчин пожилого возраста – 5,2%, питающихся в таком же режиме, что достоверно выше, чем режим питания у женщин данной группы – 0,7% (р=0,041). Необходимо отметить, что почти треть женщин во всех возрастных группах - от 26,6% до 32,3% не придерживаются четкого распорядка питания, у мужчин этот показатель ниже от 18,2 до 29,5% (табл. 3.5).

В рационе питания пациентов старших возрастных групп отмечено разнообразие используемых в питании продуктов (табл. 3.6). Выявлен ряд возрастных различий в потреблении продуктов – так женщины старческого возраста достоверно меньше потребляют овощей и фруктов по сравнению с женщинами пожилого возраста (р=0,037), у них же отмечается достоверно более низкое потребление мяса по сравнению с женщинами группы сравнения и мужчинами своей группы (р=0,021 и р=0,005 соответственно). У мужчин старческого возраста отмечается достоверно выше потребление круп по сравнению с мужчинами пожилого возраста (р=0,015) и тенденция к достоверности с мужчинами группы сравнения (р=0,053).

90 **** **** **** 80 * ** овощи и фрукты мучные изделия крупы мясо картофель консервированные рыбопродукты продукты Мужчины пожилого возраста Женщины пожилого возраста Мужчины старческого возраста Женщины старческого возраста Мужчины группы сравнения Женщины группы сравнения Рис. 3.14. Частота потребления основных продуктов питания (%) Примечание: см. рис. Среди особенностей приготовления пищи (допускалось несколько вариантов ответов) у опрошенных можно отметить традиционное разделение функций ведения хозяйства, где женщины-респонденты в основном готовят пищу в основном самостоятельно (89,6%, 83,9%, 90,6% женщин), в то время как самостоятельно готовят только 33,8%, 37,8%, 43,2% мужчин (во всех группах отмечена высокая достоверность по этому показателю между гендерными подгруппами, р=0,0001).

В то время, как мужчинам готовят жены в 74,0% у пожилых пациентов, 68,2% в группе сравнения, однако в старческом возрасте этот показатель достоверно ниже - 44,4% по сравнению с указанными группами (р=0,001 и р=0,024 соответственно), что связано с демографическими показателями и преобладанием одиноко проживающих мужчин этой группы (39,1% лиц являются вдовцами), вполне закономерно, что в этой возрастной группе как среди мужчин, так среди женщин достоверно выше удельный вес помощи в приготовлении пищи среди детей и внуков - 22,2% и 37,1% (у женщин этот показатель достоверно выше, чем в других группах р=0,008 и р=0,032 соответственно;

у мужчин показатель достоверно выше, чем в пожилом возрасте р=0,023).

В группе пациентов с АГ пожилого возраста дети и внуки достоверно чаще помогают в приготовлении пищи женщинам, чем мужчинам (р=0,024). Это можно объяснить тем, что среди пациентов этой группы 48,5% респондентов являются по своему семейному статусу вдовами, в то время как вдовцами в этой возрастной группе является только 13% мужчин. Характерно, что для опрошенных старших возрастных групп низок удельный вес помощи со стороны социальных работников, которые оказывают незначительную помощь в этих группах (1,3-4,3%). Возможно, это связано с тем, что большинство пациентов старших возрастных групп еще способны к самообслуживанию.

Таким образом, оценив пищевое поведение пациентов старших возрастных групп с артериальной гипертонией можно заключить, что лица пожилого и старческого возрастов потребляют овощей и фруктов меньше необходимого. Во всех возрастных группах не выявлено дефицита потребления основных продуктов питания, как из-за финансовых проблем, так и от отсутствия пищи. В группе пожилого возраста у мужчин преобладает трехразовое питание, у женщин данной возрастной группы высока доля приема пищи – четыре раза в сутки. Высок удельный вес пациентов во всех возрастных группах, которые не придерживаются четкого графика питания. В рационе питания у женщин старческого возраста снижено потребление овощей и фруктов по сравнению с пожилыми женщинами, а также мяса по сравнению с группой сравнения и мужчинами своего возраста. У мужчин старческого возраста отмечается достоверно высокий удельный вес потребления круп по сравнению с пожилыми пациентами. Большинство пациентов во всех возрастных группах готовят пищу дома сами, либо с помощью членов семьи. С возрастом достоверно повышается помощь в приготовлении пищи от детей и внуков. Помощь со стороны социальных работников в группах пациентов старших возрастных групп крайне низка.

3.3.5 Физическая активность 24,2%-61,4% пациентов различных возрастных и гендерных групп указали, что они выполняют работу, связанную с интенсивными физическими нагрузками. Достоверно чаще на это указали мужчины пожилого возраста (55,8%) и группы сравнения (61,4%), чем старческого возраста (26,7%, р=0,002 и р=0,001), тенденция близкая к достоверной отмечена между женщинами пожилого (37,3%) и старческого возрастов (24,2%, р=0,070).

Выявлены достоверные внутригендерные различия среди пациентов пожилого возраста (р=0,009) и группы сравнения (р=0,001).

Ежедневно выполняют работу, связанную с умеренными физическими нагрузками 42,2%-84,4% пациентов с АГ. Достоверно чаще на это указывали пациенты группы сравнения (84,21% и 84,4% соответственно) и мужчины пожилого возраста (74,0%, р=0,0001), чем пациенты старческого возраста (42,2%, р=0,0001, р=0,0001 и 56,5%, р=0,0001), тенденция близкая к достоверной отмечена между женщинами пожилого (84,3%) и старческого возрастов (р=0,069). Отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами пожилого возраста (р=0,069).

Не было получено значимых различий между группами, среди тех, кто указал, что выполнял работу, связанную с интенсивными физическим нагрузками (рис.. 3.15), при этом средняя ежедневная нагрузка составляла во всех возрастных и гендерных группах свыше двух часов.

Среди тех, кто указал, что выполнял работу связанную с умеренными физическим нагрузками (рис. 3.15) имеются достоверные различия между женщинами группы сравнения – 180,79 мин.(ДИ (141,46-220,12)) и старческого возраста – 109,86 мин.

(ДИ(82,44-137,28)), р=0,018, в остальных группах значимых различий между ними получено не было, средняя ежедневная нагрузка составляла в группах свыше двух часов (рис. 3.15).

Имеются достоверные различия между пациентами пожилого и старческого (р=0, и р=0,003) возрастов, среди тех, кто указал, что выполнял ежедневную ходьбу пешком, (рис. 3.15), тенденция близкая к достоверной отмечена между женщинами пожилого возраста и группы сравнения (р=0,050), в среднем ежедневно пациенты ходили пешком свыше одного часа в сутки (рис. 3.15).

Как видно из представленной таблицы (табл. 3.6), среди тех, кто указал, что ежедневно активно отдыхал имеются достоверные различия между мужчинами группы сравнения – 81,18 мин (ДИ (32,51-129,85)) и пожилого – 144,81 (ДИ(83,28-206,35)), р=0,0025 и старческого возрастов – 233,85 мин. (ДИ(99,48-368,21)), р=0,038, в остальных группах значимых различий между ними получено не было. Наибольшее количество времени за активным отдыхом проводят мужчины старческого возраста, вероятно, эти пациенты посчитали, что данный вид нагрузки они выполняют на приусадебном участке, однако, так как эта сезонная нагрузка, то распространить ее на повседневную жизнь пациента не совсем корректно (табл. 3.6).

* ** мин * Мужчины Ж енщины Мужчины Ж енщины Мужчины группы Ж енщины группы пожилого пожилого ст арческого старческого срав нения срав нения в озраста в озраст а в озраста в озраст а интенсив ные физические нагрузки умеренные физические нагрузки ходьба Рис. 3.15. Объем физических нагрузок (мин./день) Примечание: см. рис. Таблица 3. Время выполнения работы (среди выполнявших) (мин.) ГРУППА П С Ср ПОЛ М Ж М Ж М Ж активный n=27 n=44 n=13 n=14 n=17 n= отдых (95% 144,81 (83,28 100,68 (77,41 – 233,85 (99,48 102,50 (50,05 81,18 (32,51 – 72,62 (46, ДИ) – 206,35) 123,95) – 368,21) – 154,95) 129,85) – 98,32) p1,2=0,362 p1,2=0,636 p 2,3=0,038* p2,3=0,474 p1,3=0,025* p1,3=0, p=0,238 p=0,102 p=0, менее n=24 n=28 n=5 n=10 n=17 n= активный 89,79 (64,16 – 81,07 (53,33 – 143,00 (-53,11 82,50 (37,47 – 73,24 (40,40 – 67,14 (41, отдых (95% 115,42) 108,82) – 339,11) 127,53) 106,07) – 92,57) p1,2=0,576 p1,2=0,973 p 2,3=0,233 p2,3=0,630 p1,3=0,298 p1,3=0, ДИ) p=0,435 p=0,386 p=0, нахождени n=75 n=132 n=45 n=62 n=44 n= е сидя или 309,47 274,62 (247,99 369,11 (312,30 323,23 (272,85 281,59 (232,13 256, полулежа(9 (267,67 – – 301,25) – 425,92) – 373,60) – 331,05) (214,01 – p1,2=0,164 p 2,3=0,030* p2,3=0,056 p1,3=0, 5% ДИ) 351,26) 295,11) p1,2=0,119 p1,3=0, p=0,153 p=0, p=0, Примечание: см. рис.. 2.1. Данные представлены как средние (95% ДИ) Среди тех, кто указал, что ежедневно отдыхал менее активно или занимался спортом средней интенсивности (табл. 3.6) значимых различий между группами получено не было, Как видно из представленной таблицы, наибольшее количество времени отдыхая данным образом проводят мужчины старческого возраста – 143,00 мин (ДИ(-53,11-339,11)), вероятно эти пациенты посчитали, что данный вид нагрузки они выполняют на приусадебном участке, однако, так как эта сезонная нагрузка, то распространить ее на повседневную жизнь пациента (так же как и показатели активного отдыха) не совсем корректно (табл. 3.6).


Достоверно больше времени затрачивали на данный вид времяпрепровождения, среди тех, кто указал, что ежедневно находился в положении сидя или полулежа (табл. 3.6) мужчины старческого возраста, чем группы сравнения мужчины (р=0,030), тенденция близкая к достоверной отмечена между женщинами группы сравнения и старческого возраста (р=0,056). Прослеживается закономерная тенденция, увеличения пребывания в таком состоянии с возрастом, в среднем ежедневно пациенты всех возрастных и гендерных группах находились в положении сидя или полулежа около пяти-шести часов в сутки (не считая времени, затрачиваемого на сон).

Таким образом, значительная часть пациентов старших возрастных групп с артериальной гипертонией выполняют физические нагрузки различной интенсивности, что не влияет на течение и осложнения заболевания.

ГЛАВА 4.

КЛИНИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРОЯВЛЕНИЙ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТОНИИ У ПАЦИЕНТОВ СТАРШИХ ВОЗРАСТНЫХ ГРУПП 4.1. Причины ухудшения состояния при артериальной гипертонии Пациенты могли одномоментно указать несколько причин состояния своего здоровья.

Так возраст, как причину указывают 31,8%-95,6% пациентов, при этом достоверно чаще такую причину вполне закономерно указывали пациенты старческого возраста (95,6% и 90,3% соответственно), чем пожилого (62.3%, р=0,0001 и 63,4%, р=0,0001) и группы сравнения (31,8%, р=0,0001 и 42,2%, р=0,0001), а также пациенты пожилого возраста, чем группы сравнения (р=0,001 и р=0,005).

Неудовлетворительное экологическое состояние места проживания причиной расстройства своего здоровья считают 6,7%-19,4% пациентов, с определенной тенденцией к достоверности так считают мужчины пожилого возраста и группы сравнения (по 18,2%), чем старческого возраста (6,7%, р=0,076 и р=0,099) (рис. 4.1).

Неудовлетворительными санитарными и экологическими условиями своего рабочего места причиной нынешнее состояние здоровья объясняет 1,6%-13,6% респондентов, отмечается определенная тенденция к достоверности в группе пациентов пожилого (8,2%) по сравнению со старческим (1,6%, р=0,073) возрастами. Отсутствие регулярного отдыха, ежегодного отпускного периода считают проблемой в состоянии своего здоровья 6,7%-31,8% респондентов, при этом достоверно чаще такая проблема беспокоит пациентов группы сравнения (31,8% и 21,9%), чем пациентов пожилого (7.8%, р=0,001 и 11,2%, р=0,047) и старческого ( 6,7%, р=0,003 и 8,1%, р=0,030) возрастов (рис.

4.1).

**** 60 *** * *** *,**** *** *** 20 **** ** *** ** ** ** ** ** плохие условия отсутствие регулярного плохое отношение к плохое качество конфликты дома конфликтына работе проживания отдыха своему здоровью медицинской помощи Мужчины пожилого возраста Ж енщины пожилого возраста Мужчины старческого возраста Ж енщины старческого возраста Мужчины группы сравнения Ж енщины группы сравнения Рис. 4.1. Причины расстройства здоровья (%) Примечание: см. рис. 2. Небольшой удельный вес респондентов считают причиной данной самооценки своего здоровья плохое питание (низкого качества, не содержащее необходимых продуктов и т.д.) – 4,7%-14,5% (мужчины старческого возраста не указали данный вариант ответа), достоверно чаще женщины старческого возраста считают эту причину значимой (14,5%), женщины пожилого возраста (5,2%, р=0,027) и мужчины своей возрастной группы (0%, р=0,008), а также с тенденцией к достоверности, чем женщины группы сравнения (4,7%, р=0,060), в свою очередь мужчины старческого возраста (0%) достоверно реже, чем группы сравнения (9,1%, р=0,038) и с тенденцией к достоверности в сравнении с мужчинами пожилого возраста (7.8%, р=0,055) указали данный вариант ответа.

Длительную конфликтную ситуацию дома (рис. 4.1) посчитали причиной данного состояния здоровья – 1,6%-13,6% (мужчины старческого возраста не указали данный вариант ответа), достоверно чаще такую причину указали мужчины группы сравнения (13,6%), чем мужчины пожилого (2,6%, р=0,019) и старческого возрастов (0%, р=0,010).

Длительная конфликтная ситуация на работе является причиной данного состояния здоровья у 1,6%-20,5% пациентов, достоверно чаще такую причину указали мужчины группы сравнения (20,5%), чем мужчины пожилого (5,2%, р=0,009) и старческого возрастов (0%, р=0,006) и женщины своей возрастной группы (6,3%, р=0,026) (рис. 4.1).

Выявлены определенные возрастные и гендерные отличия при указании такой причины, как наличие вредных привычек и внимание к своему здоровью (рис. 4.1). Так среди мужчин прослеживается четкая тенденция, что с возрастом значимость этой причины снижается (56,8%, 31,2% и 13,3% соответственно), в то время как у женщин эта причина сопоставима во всех группах (29,0%-34,4%). Достоверно чаще эту причину указали мужчины группы сравнения (56,8%), чем пожилого (31,2%, р=0,006) и старческого (13,3%, р=0,006) возрастов, имеются достоверные внутригендерные различия среди пациентов группы сравнения (р=0,021) и тенденция к достоверности у пациентов старческого возраста (р=0,055).

Достаточно часто причиной состояния своего здоровья пациенты указали недоступность качественной медицинской помощи – 23,4%-27,4% пациентов (рис. 4.1), только мужчины старческого возраста крайне редко считали актуальной данную причину (6,7%), т.к. эти пациенты имеют более высокий льготный статус и ряд преференций, в связи с чем, этой группе больных чаще проводят дополнительную диспансеризацию на дому, вменяют в обязанность ежемесячное профилактическое посещение участковым терапевтом и узкими специалистами – в связи с чем они достоверно реже, чем мужчины пожилого возраста (23,4%, р=0,018), группы сравнения (27,2%, р=0,009) и женщины своей возрастной группы (27,4%, р=0,007) указали данный вариант ответа.

Считают проблемой своего здоровья - наследственную предрасположенность 8,9% 26,6% пациентов, мужчины группы сравнения считают это значимой проблемой достоверно чаще (25,0%), чем пожилого (7,8%, р=0,009) и старческого (8,9%, р=0,042) возрастов, что говорит о слабой осведомленности или утрате связей с родственниками у пациентов этих групп. Пациенты пожилого и старческого возраста указали, что причинами их данного состояния здоровья могут являться последствия ВОВ, так считают 3,9% и 5,2% пациентов пожилого и 20,0% и 35,5% больных старческого возрастов, достоверно чаще так считают пациенты старческого возраста, чем пожилого (р=0,004 и 0,0001) возраста и группы сравнения (0%, 0,002 и 0%, р=0,001), имеется тенденция к достоверности внутри группы больных старческого возраста (р=0,081), а также между женщинами пожилого возраста и группы сравнения (р=0,063).

Также пациентами были названы другие причины (материальное положение, наличие большого количества сопутствующих и ассоциированных состояний и т.д.) – 2,2% 5,2% (мужчины старческого возраста не указали данный вариант ответа).

Только около половины пациентов всех групп – 51,9% и 47,0% пожилого, 53,3% и 59,7% старческого возрастов, 50,0% и 57,8% группы сравнения находятся на диспансерном наблюдении с АГ у участкового терапевта или кардиолога (рис. 4.2).

Однако далеко не все пациенты, которые находятся на диспансерном учете проходят ежегодное диспансерное обследование, только 75,0% и 60,3% пожилых, 83,3% и 64,9% старческого возраста и 72,7% и 78,4% пациентов группы сравнения ежегодно проходят ежегодный диспансерный осмотр (рис 4.2) 83, 90 78, 75 72, 64, 70 60,3 59,7 57, 53, 51, 60 Мужчины Женщ ины Мужчины Женщ ины Мужчины Женщ ины пожилого пожилого старческого старческого группы группы возраста возраста возраста возраста сравнения сравнения состоят на диспансерном учете проходят диспансерное обследование (из состоящ их).

Рис. 4.2 Нахождение на диспансерном учете и прохождение диспансерного наблюдения (%) Примечание: см. рис. 2. Отмечена вполне закономерная тенденция, что с возрастом количество лиц, которые не имеют инвалидность уменьшается (рис. 4.3). Так не имеют инвалидности 61,4% и 50,0% пациентов группы сравнения, 35,1% и 55,2% пожилого и 15,6% и 32,2% старческого возрастов. Таким образом достоверно реже не имеют группы инвалидности пациенты старческого возраста, чем пожилого (р=0,020 и р=0,003) и группы сравнения (р=0,0001 и р=0,043), также имеются достоверные различия между мужчинами пожилого возраста и группы сравнения (р=0,005) и женщинами своей возрастной группы (р=0,005), отмечена тенденция к достоверности внутри группы старческого возраста (р=0,050) (рис. 4.3).

В процессе оформления инвалидности во время исследования находились 1,3%-9,4% пациентов различных возрастных и гендерных групп, при этом женщины группы сравнения с тенденцией к достоверности (9,4%, р=0,055) проводили оформление инвалидности чаще, чем пожилые женщины (3,0%) (рис. 4.3).

*** **** ** 60 * 50 * ** **** * * % ** * 20 ** **** *** * ** **** не имеют оформляют III группа II группа II группа II группа инв алидност и инв алидност и инв алидност и инв алидност и (рабочая) Мужчины пожилого в озраст а Ж енщины пожилого в озраст а Мужчины ст арческого в озраст а Ж енщины ст арческого в озраст а Мужчины группы срав нения Ж енщины группы срав нения Рис. 4.3. Наличие группы инвалидности (n (%)) Примечание: см. рис. 2. Третью группу инвалидности 8,1%-14,1% пациентов всех групп, вторую группу с правом работы 9,1%-12,5% пациентов (мужчины старческого возраста не указали данный вариант ответа), при этом данную группу достоверно чаще имели мужчины пожилого возраста (10,4%, р=0,025), группы сравнения (9,1%, р=0,038%) и женщины старческого возраста (9,7%, р=0,032) по сравнению с мужчинами старческого возраста (0%). Вторую группу инвалидности без права работы имеют 10,9%-60,0% пациентов, достоверно чаще такую группу имеют пациенты старческого (60,0% и 43,5%), чем пожилого возраста (36,4%, р=0,011 и 21,6%, р=0,002) и группы сравнения (11,4%, р=0,0001 и 10,9%, р=0,0001), также достоверно чаще такая группа присвоена мужчинам (р=0,003) и с тенденцией к достоверности женщинам (р=0,068) пожилого возраста, чем группы сравнения, мужчины старших возрастных групп чаще, чем женщины (р=0,028 и р=0,093) имеют данную группу инвалидности (рис. 4.3).

Первую группу инвалидности имеют 0,7%-11,1% пациентов, имеются достоверные внутригендерные различия в наличии данной группы у пациентов пожилого возраста, мужчины чаще являются инвалидами первой группы (6,5%), чем женщины (0,7%, р=0,0016) (рис. 4.3).

Таким образом, по мнению пациентов старших возрастных групп основными причинами ухудшения стостояния является возраст, а также недоступность качественной медицинской помощи. Отмечено, что среди мужчин с возрастом наличие вредных привычек и внимание к своему здоровью, как причина низкого уровня здоровья снижается.

Только около половины пациентов и старческого возрастов находятся на диспансерном наблюдении с АГ у участкового терапевта или кардиолога, однако не все пациенты проходят ежегодное диспансерное обследование.

Выявлена закономерная тенденция, что с возрастом количество лиц, которые не имеют инвалидность уменьшается.

4.2. Клинические проявления артериальной гипертонии Средние максимальные цифры систолического АД зафиксированные за последний месяц во всех возрастных и гендерных группах (кроме женщин старческого возраста) составляли 182-183 мм. рт.ст. (рис. 4.4), только у женщин старческого возраста максимальные цифры подъема АД значительно достоверно выше (194,32 (ДИ (186,96 – 201,69)), чем у женщин пожилого возраста (р=0.007) и группы сравнения (р=0,010), а также по сравнению с мужчинами своей возрастной группы (р=0,010).

Несмотря на то, что количество пациентов, указавших ДАД было ниже, чем САД (т.к. пациенты привыкли «фокусироваться» на САД), но отмечена четкая тенденция – снижение с возрастом ДАД, что соответствует концепции о ИСАГ (рис. 4.4). Так если в группе сравнения ДАД составляло 104,86 (ДИ (100.30-109,41)) и 106,29 (ДИ (102,25 110,34)) мм.рт.ст. соответственно, то в пожилом возрасте уже 102,42 (ДИ (98,61 – 106,23)) и 100,53 (ДИ (97,87 – 103,20)), а в старческом 98,29 (ДИ(94,28 – 102,29)) и 101,93 (ДИ (96, – 106,97)), выявлены достоверные между мужчинами старческого возраста и группы сравнения (р=0,041), и женщинами пожилого сравнения и пожилого возраста (р=0,024) (рис. 4.4).

194, 183, 182,45 181,38 182,39 182, 200 ** мм.рт.ст * **** 150 106, 104, 102,42 101, 100,53 98,29 *** 100 ** Женщины ужчины пожилого пожилого Женщины старческого старческого возраста возраста сравнения сравнения Женщины ужчины Мужчины возраста возраста группы группы М М САД ДАД Рис. 4.4. Максимальные цифры АД зафиксированные за последний месяц (мм.рт.ст) Примечание: см. рис. 2.1 Данные представлены как средние (95% ДИ) Выявлено закономерное увеличение количества гипертонических кризов с возрастом (рис. 4.5), а также определенные гендерные различия, если в группе сравнения у мужчин отмечено около одного криза в течение года, то у женщин свыше двух, в пожилом возрасте практически сравниваются, однако в старческом возрасте среди женщин отмечается преобладание среднего количества гипертонических кризов в течение года.

Достоверно больше кризов отмечается у женщин старческого возраста, чем в группе сравнения (р=0,035), а а также между мужчинами пожилого возраста и группы сравнения (р=0,049).

ГК за год 3, ** 3, 2, 2,5 2, 2, 2, 1,5 *** 1, 0, Мужчины Женщ ины Мужчины Женщ ины Мужчины Женщ ины пожилого пожилого старческого старческого группы группы возраста возраста возраста возраста сравнения сравнения ГК за год Рис. 4.5. Количество зарегистрированных гипертонических кризов за последний год (шт.) Примечание: см. рис. 2.1 Данные представлены как средние (95% ДИ) Свыше половины пациентов отметили наличие у них за последний месяц периодических эпизодов потоотделения не связанных с физической нагрузкой, высокой температурой – 50,0%-67,2%, между женщинами старческого возраста и группы сравнения отмечается тенденция к достоверности (р=0,050).

У большинства пациентов – 80,5%-85,9% за последний месяц отмечались эпизоды головных болей и головокружения. Также высок удельный вес пациентов во всех возрастных и гендерых группах, кто за последний месяц отмечал мелькание мушек перед глазами, пятен и кругов – 63,6%-81,3%.

Пациенты могли одномоментно указать несколько характеристик головных болей, которые возникали у них при подъеме АД (табл. 4.2). Пульсирующие боли отметили 15,6% 54,8% пациентов, достоверно реже такие боли отмечали мужчины пожилого возраста (15,6%), чем пациенты старческого возраста (31.1%, р=0,043) и группы сравнения (45,5%, р=0,001), а также женщины пожилого возраста, по сравнению со старческим возрастом (54,8%, р=0,002). Выявлены достоверные внутригендерные различия между пациентами пожилого (р=0,012) и старческого (р=0,015) возрастов. 32,8%-44,4% пациентов считают, что у них головные боли ноющего характера, головные боли на фоне эмоционального напряжения выявлены у респондентов, отмечены достоверные 8,9%-30,6% внутригендерные различия между пациентами пожилого (р=0,015) и старческого (р=0,007) возрастов, головные боли усиливаются к вечеру у 15,6%-37,1% пациентов с АГ, достоверно чаще такой характер головных болей проявляется у женщин старческого возраста (37,1%), чем в пожилом возрасте (17,9%, р=0,003) и в группе сравнения (17,2%, р=0,012), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами старческого возраста (р=0,057) (табл. 4.2).

У 13,6%-34,4% пациентов головные боли сильны при пробуждении, достоверно чаще такой вид болей отмечали мужчины пожилого возраста (29,9%), чем пациенты группы сравнения (13,6%, р=0,044), с определенной тенденцией близкой к достоверной между женщинами старческого возраста (21,0%) и группы сравнения (34,4%, р=0,093), отмечены достоверные внутригендерные различия между пациентами группы сравнения (р=0,016) (табл. 4.2).

Затруднились ответить 2,3%-10,4% пациентов (у мужчин старческого возраста описания характера головных болей не вызывало затруднений), достоверно чаще затруднились определиться мужчины пожилого возраста (9,1%), чем старческого (0%, р=0,037), чаще с тенденцией близкой к достоверной затрудняются ответить женщины пожилого возраста (10,4%) и группы сравнения (10,9%), чем старческого (2,3%, р=0,086 и р=0,093), отмечены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами группы сравнения (р=0,091). Другой характер головных болей (давящие, без точной локализации, утренние и т.д.) отмечают 1,6%-3,2% респондентов (пациенты пожилого возраста не указали данный вариант ответа), отмечены достоверные различия между женщинами пожилого (0%) и старческого возрастов (3,2%, р=0,037), 3,1%-9, пациентов не отмечали головные боли (женщины старческого возраста не указали данный вариант ответа), достоверно чаще не отмечали головной боли отмечали женщины пожилого возраста (6,0%), чем старческого (0%, р=0,049), имеются достоверные внутригендерные различия между пациентами старческого возраста (р=0,039) (табл. 4.2).

Таблица 4. Характер головных болей при подъеме АД (n (%)) ГРУППА П (n=211) С (n=107) Ср (n=108) ПОЛ М (n=77) Ж (n=134) М (n=45) Ж (n=62) М (n=44) Ж (n=64) пульсирующие 12 (15,6) 42 (31,3) 14 (31,1) 34 (54,8) 20 (45,5) 26 (40,6) p1,2=0,043* p1,2=0,002* p2,3=0,164 p2,3=0,110 p1,3=0,001* p1,3=0, p=0,012* p=0,015* p=0, ноющие 28 (36,4) 44 (32,8) 20 (44,4) 27 (43,5) 18 (36,4) 19 (29,7) p1,2=0,378 p1,2=0,147 p2,3=0,736 p2,3=0,106 p1,3=0,620 p1,3=0, p=0,603 p=0,927 p=0, на фоне 11 (14,3) 39 (29,1) 4 (8,9) 19 (30,6) 9 (20,5) 17 (26,6) p1,2=0,381 p1,2=0,826 p2,3=0,122 p2,3=0,612 p1,3=0,380 p1,3=0, эмоционального напряжения p=0,015* p=0,007* p=0, усиливаются к 12 (15,6) 24 (17,9) 9 (20,0) 23 (37,1) 9 (20,5) 11 (17,2) p1,2=0,533 p1,2=0,003* p2,3=0,957 p2,3=0,012* p1,3=0,496 p1,3=0, вечеру p=0,665 p=0,057 p=0, сильны при 23 (29,9) 40 (29,9) 10 (22,2) 13 (21,0) 6 (13,6) 22 (34,4) p1,2=0,359 p1,2=0,193 p2,3=0,292 p2,3=0,093 p1,3=0,044* p1,3=0, пробуждении p=0,998 p=0,876 p=0,016* затрудняюсь 7 (9,1) 14 (10,4) 0 (0) 2 (3,2) 1 (2,3) 7 (10,9) p1,2=0,037* p1,2=0,086 p2,3=0,309 p2,3=0,093 p1,3=0,147 p1,3=0, ответить p=0,751 p=0,224 p=0, другое 0 (0) 0 (0) 1 (2,2) 2 (3,2) 1 (2,3) 1 (1,6) p1,2=0,189 p1,2=0,037* p2,3=0,987 p2,3=0,540 p1,3=0,184 p1,3=0, p=1,000 p=0,788 p=0, не отмечались 7 (9,1) 8 (6,0) 3 (6,7) 0 (0) 2 (4,5) 2 (3,1) p1,2=0,638 p1,2=0,049* p2,3=0,664 p2,3=0,161 p1,3=0,359 p1,3=0, p=0,396 p=0,039* p=0, Примечание: см. рис. 2.1.

Снижение остроты зрения отмечают 43,2%-75,8% пациентов, при этом достоверно чаще это отмечают мужчины старческого возраста (75,6%), чем пожилого (59,7%, р=0,037) и группы сравнения (43,2%, р=0,002), отмечена тенденция близкая к достоверной между мужчинами пожилого возраста и группы сравнения достоверные (р=0,079), внутригендерные различия выявлены между пациентами группы сравнения (р=0,003).

На плохой сон и раздражительность 65,9%-91,9% респондентов, отмечена тенденция близкая к достоверной между мужчинами пожилого возраста (85,1%) и группы сравнения (65,9%, р=0,079), выявлены достоверные внутригендерные различия между пациентами старческого (р=0,037) и группы сравнения (р=0,001).

46,7-61,9% пациентов отмечают периодические эпизоды непроизвольной тревоги, депрессии, не связанные с происходящей вокруг ситуацией. На возникавшие эпизоды сердцебиений, не связанные с физической нагрузкой за последний месяц указали 72,7% 87,5% пациентов, выявлены внутригендерные различия с тенденцией близкой к достоверной между пациентами группы сравнения (р=0,052).

Эпизоды мышечной слабости, болей в мышцах за последний месяц отмечали 56,8% 69,4% пациентов. 43,2%-60,0% пациентов различных возрастных гендерных групп отмечают наличие перемежающейся хромоты, похолодания конечностей в течение последнего месяца перед исследованием.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.