авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 14 |
-- [ Страница 1 ] --

УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ

«ГРОДНЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМЕНИ ЯНКИ КУПАЛЫ»

ПРОБЛЕМЫ ГРАЖДАНСКОГО

ПРАВА И ПРОЦЕССА

Сборник научных статей

Гродно

ГрГУ им. Я. Купалы

2012

--

УДК 347(08)

ББК 67.404+67.410.1

П78

Рекомендовано Советом юридического факультета ГрГУ им. Я. Купалы.

Редакционная коллегия:

Мартыненко И.Э., кандидат юридических наук, доцент (гл. ред.);

Годунов В.Н., доктор юридических наук, профессор;

Кирвель И.Ю., кандидат юридических наук, доцент;

Станкевич Н.Г., кандидат юридических наук, доцент;

Функ Я.И., доктор юридических наук.

Рецензенты:

Таранова Т.С., зав. кафедрой гражданско-правовых дисциплин, кандидат юридических наук, доцент (БГЭУ);

Колядко И.Н., зав. кафедрой гражданского процесса и трудового права, доцент (БГУ).

Проблемы гражданского права и процесса : сб. науч. ст. / ГрГУ П им. Я. Купалы;

редкол.: И.Э. Мартыненко (гл. ред.) [и др.]. – Гродно:

ГрГУ, 2012. – 439 с.

ISBN 978-985-515-525- В сборнике научных статей, подготовленном кафедрой гражданского права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, опуб ликованы научные статьи специалистов в области гражданского права и процесса, а также смежных цивилистических дисциплин. Кроме того, сборник содержит ма териалы республиканского научного семинара «Новые возможности урегулирова ния и разрешения хозяйственных споров: примирительные процедуры, третейское разбирательство, приказное производство, электронное правосудие», проходившего 6 октября 2011 г. Адресуется всем интересующимся проблемами теории правового регулирования гражданско-правовых отношений и правоприменительной практики, перспективами совершенствования законодательства в современных условиях.

УДК 347(08) ББК 67.404+67.410. © Учреждение образования «Гродненский государственный университет имени Янки Купалы», ISBN 978-985-515-525- ВВЕДЕНИЕ Вниманию читателя предлагается пятый по счету сборник на учных статей, подготовленный по наиболее актуальным проблемам современного гражданского права и процесса, другим смежным цивилистическим дисциплинам. В настоящем сборнике научных статей расширен круг участников, свои статьи направили ученые из стран СНГ, а также ведущие специалисты научных учреждений и практических органов.

В условиях построения в Беларуси правового государства воз никает необходимость совершенствования гражданского, хозяйс твенного и процессуального законодательства. На решение этих проблем направлены предлагаемые читателю научные статьи. Круг рассматриваемых проблем весьма разнообразен. Именно поэтому данный сборник может быть интересен научным и практическим работникам, аспирантам, магистрантам и студентам. Кафедра граж данского права и процесса УО «Гродненский государственный уни верситет имени Янки Купалы» планирует продолжать издание про блемных статей.

Редколлегия надеется, что в последующих сборниках расши рится круг наших авторов – специалистов в разных отраслях права.

Свои замечания и предложения, а также новые, ранее не опублико ванные статьи, отвечающие уровню настоящего сборника, просьба направлять по адресу: 230013, г. Гродно, пер. Доватора, 3/1. E-mail:

civil-grodno@list.ru.

- АВТОРСКИЙ КОЛЛЕКТИВ 1. Александрович Э.И. — преподаватель кафедры гражданс кого права и процесса Гродненского государственного университе та имени Янки Купалы, магистр юридических наук.

2. Амельченя Ю.А. – доцент кафедры гражданского и хозяйс твенного права Академии управления при Президенте Республики Беларусь, кандидат юридических наук.

3. Антоненко Ю.В. – адвокат Гродненской областной колле гии адвокатов, преподаватель кафедры гражданского права и про цесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы.

4. Бакиновская О.А. – доцент кафедры теории и истории го сударства и права Академии управления при Президенте Республи ки Беларусь, кандидат юридических наук, доцент.

5. Бельская И.А. – начальник Главного правового управления Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь, доцент кафедры финансового права и правового регулирования предприниматель ской деятельности Белорусского государственного университета.

6. Белявский С.Ч. – судья Хозяйственного суда Гродненской области.

7. Богустов А.А. — преподаватель кафедры гражданского права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, преподаватель кафедры гражданского и меж дународного права ЧУО «БИП — Институт правоведения».

8. Бодяк Н.Е. — старший преподаватель кафедры граждан ского права и процесса Гродненского государственного универ ситета имени Янки Купалы.

9. Буткевич О.В. – заведующая кафедрой гражданско-право вых и хозяйственно-правовых дисциплин Крымского юридическо го института Национальной юридической академии имени Ярослава Мудрого, кандидат юридических наук, доцент.

10. Валдайцев Д.С. – заместитель председателя Хозяйствен ного суда Гродненской области.

11. Вартанян А.М. — доцент кафедры гражданского права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, кандидат юридических наук.

12. Веленто И.И. – доцент кафедры гражданского права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, кандидат юридических наук, доцент.

- 13. Габриянчик А.Б. — преподаватель кафедры гражданско го права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, аспирант юридического факультета Белорус ского государственного университета.

14. Годунов В.Н. — директор Института переподготовки и по вышения квалификации судей, работников прокуратуры, судов и уч реждений юстиции БГУ, заведующий кафедрой гражданского права Белорусского государственного университета, доктор юридичес ких наук, профессор.

15. Гоев А.В. – доцент кафедры гражданского и трудового права Академии МВД Республики Беларусь, кандидат сельскохо зяйственных наук, доцент.

16. Гриво С.Т. – старший государственный нотариус Первой государственной нотариальной конторы г. Гродно, заведующая фи лиалом кафедры гражданского права и процесса.

17. Дубай С.И. – судья Хозяйственного суда Гродненской облас ти, заведующая филиалом кафедры гражданского права и процесса.

18. Здрок О.Н. — начальник отделения исследований в соци альной сфере Института правовых исследований Национального центра законодательства и правовых исследований Республики Бе ларусь, кандидат юридических наук, доцент.

19. Каменков B.C. — Председатель Высшего Хозяйственно го Суда Республики Беларусь, председатель ОО «Белорусский союз юристов», заслуженный юрист Республики Беларусь, доктор юри дических наук, профессор.

20. Кирвель И.Ю. — доцент кафедры гражданского права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, кандидат юридических наук, доцент.

21. Копыткова Н.В. – заведующая кафедрой гражданско правовых дисциплин Гомельского государственного университета имени Франциска Скорины, кандидат юридических наук, доцент.

22. Король Э.Л. — старший преподаватель кафедры граждан ского права и процесса Гродненского государственного универси тета имени Янки Купалы.

23. Костюкевич В.Е. – председатель Хозяйственного суда Гродненской области, заслуженный юрист Республики Беларусь.

24. Кудель Д.А. — преподаватель кафедры гражданского пра ва и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы.

25. Кулак С.М. – председатель Хозяйственного суда Брест ской области.

- 26. Ластовская О.А. — преподаватель кафедры гражданско го права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, магистр юридических наук.

27. Лапкович А.А. – начальник юридического отдела Грод ненской региональной таможни.

28. Мартыненко И.Э. — заведующий кафедрой гражданско го права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, кандидат юридических наук, доцент.

29. Мороз О.Л. – старший преподаватель кафедры гражданс кого права и гражданского процесса Витебского государственного университета имени П.М. Машерова.

30. Савчук В.В. – председатель суда Пружанского района, кандидат юридических наук.

31. Сарнавская Н.Н. – судья Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь.

32. Скуратов В.Г. – старший преподаватель кафедры граж данско-правовых дисциплин Гомельского государственного уни верситета имени Франциска Скорины.

33. Станкевич Н.Г. – доцент кафедры гражданского права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, кандидат юридических наук, доцент.

34. Степанов В.А. – судья суда Полоцкого района и г. Полоцка.

35. Таболин В.В. – заведующий кафедрой государственно правовых дисциплин Московской академии предпринимательства при Правительстве Москвы, доктор юридических наук, профессор.

36. Таранова Т.С. – заведующая кафедрой гражданско-пра вовых дисциплин Белорусского государственного экономического университета, кандидат юридических наук, доцент.

37. Филипповский В.В. – судья Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь.

38. Функ Я.И. — председатель Международного арбитраж ного суда при Белорусской торгово-промышленной палате, доктор юридических наук.

39. Хацук Ж.В. — доцент кафедры гражданского права и про цесса Гродненского государственного университета имени Янки Ку палы, кандидат юридических наук, доцент.

40. Хотько Е.П. – заместитель председателя Брестского об ластного суда.

41. Черемисин П.Г. – начальник управления информацион ного обеспечения Высшего Хозяйственного Суда Республики Бела русь.

- УЧАСТНИКИ РЕСПУБЛИКАНСКОГО СТУДЕНЧЕСКОГО УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКОГО СЕМИНАРА «ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ»

1. Гречихин Александр Вячеславович – студент 4 курса фа культета права Белорусского государственного экономического университета.

2. Жукович Сергей Юрьевич – студент 4 курса юридичес кого факультета Брестского государственного университета имени А.С. Пушкина.

3. Иоскевич Артем Александрович – студент 5 курса Грод ненского государственного университета имени Янки Купалы.

4. Колтинов Майкл Юрьевич – студент 4 курса факуль тета права Белорусского государственного экономического уни верситета.

5. Подоксенова Ксения Михайловна – студентка 4 курса факультета права Белорусского государственного экономического университета.

6. Сижук Игорь Николаевич – студент 4 курса юридичес кого факультета Брестского государственного университета имени А.С. Пушкина.

- ЧАСТЬ ПРОБЛЕМЫ ГРАЖДАНСКОГО И ХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРАВА УДК 348.26:338. Э.И. Александрович СУЩНОСТЬ И ВИДЫ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В СФЕРЕ ТУРИЗМА В статье рассматривается понятие, сущность и существующие направления предпринимательской деятельности в сфере туризма. Ис следуются признаки основных видов предпринимательской деятельнос ти. Анализируются перспективные формы дальнейшего развития пред принимательства в сфере организации и оказания туристических услуг.

Предпринимательская деятельность по оказанию туристичес ких услуг на современном этапе развития общества является одним из самых динамичных секторов как для национальной, так и миро вой экономики. Развитие туризма и туристических услуг позволяет реализовать провозглашенные Конституцией Республики Беларусь права на отдых, охрану здоровья, свободу передвижения, оказывает влияние на сохранение историко-культурного наследия, на оздо ровление и охрану окружающей среды. В соответствии с действую щим законодательством предпринимательская деятельность в сфе ре туризма определяется как туристическая деятельность, а также деятельность по экскурсионному обслуживанию.

Предпринимательская деятельность по оказанию туристичес ких услуг является сферой туризма, так как Закон о туризме по нятие «туризм» определяет как туристическое путешествие, а также деятельность юридических лиц, физических лиц, в том числе инди видуальных предпринимателей, по его организации.

Несмотря на законодательное закрепление данного понятия, вопрос о правовой природе предпринимательства в науке является дискуссионным. В литературе встречаются различные трактовки по нятия предпринимательской деятельности, которые приводят в своих работах В.Ф. Попондопуло, Г.Ф. Шершеневич, А.И. Лукашев, А.В. Шес таков и др. В числе определяющих признаков назывались: самосто - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права ятельность, инициативность, наличие риска, направленность на по лучение прибыли.

Одним из первых ученых, который обосновал положение, что туристическая деятельность – это предпринимательская деятель ность, является И.В. Зорин [4, с. 107].

О.О. Васильева считает, что предпринимательская деятель ность в туристской сфере является особым видом экономической активности, которая основана на самостоятельной инициативе, от ветственности и инновационной идее в определенных социально экономических условиях, которые определяют соответствующий режим деятельности субъектов туристского бизнеса [1, с. 8].

По мнению Ю.В. Темного, предпринимательская сфера турис тической деятельности представляет собой сферу (пространство), в центре которой находится предприниматель, осуществляющий туристическую деятельность, и которая дает ему (предпринимателю) возможность свободно перемещаться (двигаться) в любом ее направле нии, говоря иначе – реализовать экономическую свободу [13, с. 107].

Современное понимание предпринимательской деятельнос ти в сфере туризма, ее основных составляющих и правовой статус субъектов осуществления данной деятельности претерпело опре деленные изменения с момента своего становления. Рассмотрим развитие предпринимательской деятельности в сфере туризма с момента становления Республики Беларусь как суверенного госу дарства. Основой правового регулирования предпринимательской деятельности в сфере туризма был Закон Республики Беларусь «О туризме», от 25.11.1999 г., который определял туристскую деятель ность как туроператорскую и турагентскую деятельность, а также деятельность общественных туристских объединений, детско-юно шеских туристских учреждений, учебных заведений и предприятий по организации путешествий. Данный закон прямо не указывал, что туристская деятельность является предпринимательской и не опре делял правовой статус субъектов туристической деятельности – туро ператору и турагенту.

В последующей редакции рассматриваемого закона от 15.12.2003 г. туристская деятельность также определялась как ту роператорская и турагентская деятельность, а также деятельность общественных туристских объединений, детско-юношеских ту ристских учреждений, учебных заведений и предприятий по орга низации путешествий. В данной редакции законодатель дает опре деление туроператору и турагенту. Так, туроператор – это субъект предпринимательской деятельности, осуществляющий на осно вании лицензии разработку и продвижение туристского продукта, рассчитанного на массовый и индивидуальный потребительский - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, спрос, а также его реализацию турагентам и туристам, а турагент – субъект предпринимательской деятельности, осуществляющий на основании лицензии продвижение и реализацию туристского про дукта и сопутствующих туристских услуг. Так, из вышеприведенных определений можно сделать вывод, что туристическая деятельность туроператоров и турагентов является предпринимательской де ятельностью.

В связи с внесением изменений в рассматриваемый Закон от 09.01.2007 г. анализируемые понятия также претерпели некото рые изменения. Так, понятие «туристская деятельность» заменено на «туристическая деятельность». В юридической науке использование понятия «туристский» не раз подвергалось критике, в связи с тем, что использование прилагательного «туристский», а не «туристический»

с точки зрения лексики русского языка с учетом смысла Закона «О туризме» неуместно.

По мнению авторов, исследовавших правовую природу турис тической деятельности, прилагательным «туристический» обознача ют то, что относится к туризму, а прилагательным «туристский» – то, что относится к туристу [12, с. 170]. Также определения туропе ратор и турагент заменены на определения «турагентская деятель ность» – предпринимательская деятельность юридических лиц или индивидуальных предпринимателей (турагентов) по реализации ту ров, сформированных туроператорами – резидентами Республики Беларусь, участникам туристической деятельности, а также по ока занию консультационно-информационных услуг, связанных с ор ганизацией путешествия и «туроператорская деятельность» – пред принимательская деятельность юридических лиц (туроператоров) по формированию и реализации туров, в том числе сформирован ных другими туроператорами, включая нерезидентов Республики Беларусь, а также по оказанию консультационно-информационных услуг, связанных с организацией путешествия.

В действующей редакции Закона о туризме от 16.06.2010 года турагентская деятельность определяется как предпринимательская деятельность юридических лиц или индивидуальных предпринима телей (турагентов) по продвижению, реализации туров, сформиро ванных туроператорами – резидентами Республики Беларусь, учас тникам туристической деятельности, а также по оказанию отдельных услуг, связанных с организацией туристического путешествия. Туро ператорская деятельность определена как предпринимательская деятельность юридических лиц (туроператоров) по формированию, продвижению, реализации туров, в том числе сформированных дру гими туроператорами, включая нерезидентов Республики Беларусь, а также по оказанию отдельных услуг, связанных с организацией ту -0 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права ристического путешествия. Туристическая деятельность определе на как туроператорская и турагентская деятельность. Законодатель, определив «туристическую деятельность» как туроператорскую и турагентскую деятельность, закрепил только виды туристической деятельности, не указав понятие туристической деятельности, ее сущность и основные признаки. С точки зрения юридической тех ники вывел определение через определение. Вопрос о понятии ту ристической деятельности более глубоко рассматривался автором в научных публикациях.

Закон о туризме четко определяет туристическую деятель ность как предпринимательскую. Гражданский кодекс Республики Беларусь определяет предпринимательскую деятельность как са мостоятельную деятельность юридических и физических лиц, осу ществляемую ими в гражданском обороте от своего имени, на свой риск и под свою имущественную ответственность и направленную на систематическое получение прибыли от пользования имущест вом, продажи вещей, произведенных, переработанных или приоб ретенных указанными лицами для продажи, а также от выполнения работ или оказания услуг, если эти работы или услуги предназнача ются для реализации другим лицам и не используются для собствен ного потребления [7, ст. 1].

Изучая правовую природу туристической деятельности, можно сказать, что туристическая деятельность обладает всеми признака ми, характерными для предпринимательской деятельности. Так, ту ристическая деятельность представляет собой самостоятельную де ятельность субъектов туристической деятельности (туроператоров и турагентов) по формированию, продвижению и реализации ком плекса туристических услуг, а также оказание иных услуг, связанных с организацией путешествия, осуществляемую ими в гражданском обороте от своего имени, на свой риск и под свою имуществен ную ответственность и направленную на систематическое получе ние прибыли от оказания туристических услуг, предназначенных для потребителей (туристов). Туристическая деятельность не является лицензируемой.

Исходя из данного определения можно выделить несколько признаков туристической деятельности как предпринимательской.

Первый признак заключается в самостоятельности осуществле ния субъектами предпринимательской деятельности от своего име ни. Самостоятельность предполагает непосредственное участие субъектов туристической деятельности в гражданском обороте - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, от своего имени, своей волей и в своем интересе. В соответствии с действующим законодательством субъектами туристической де ятельности является турагент и туроператор. Турагентом могут быть как юридические лица, так и индивидуальные предприниматели, а туроператором могут быть только юридические лица.

Субъекты туристической деятельности действуют по своей воле и в своем интересе, то есть самостоятельно формируют, про двигают и реализуют комплекс туристических услуг, предлагают ус луги потребителю, также по заказу туриста формируют индивиду альные туры.

Говоря о деятельности субъектов хозяйствования в сфере ту ризма, следует отметить различный правовой статус туроператоров и турагентов. Так, в соответствии с законодательством туроператор вправе осуществлять следующие виды деятельности:

- формирование туров;

- продвижение туров;

- реализация туров, своих сформированных туров;

- реализация туров, сформированных туроператорами рези дентами и нерезидентами Республики Беларусь.

- оказание отдельных услуг, связанных с организацией туристи ческого путешествия.

Турагентская деятельность, в свою очередь, состоит из следую щих составляющих:

- продвижение туров;

- реализация туров, сформированных туроператорами – ре зидентами Республики Беларусь;

- оказание отдельных услуг, связанных с организацией туристи ческого путешествия.

Исходя из вышесказанного отметим, что турагенты не форми руют, а только реализуют туры, причем последние могут быть сфор мированы только туроператорами – резидентами Республики Бела русь. Что касается туроператоров, то они могут реализовывать как сформированные ими самими туры, так и туры, сформированные другими туроператорами – резидентами и нерезидентами Респуб лики Беларусь.

Говоря об осуществлении деятельности от своего имени, сле дует отметить, что туроператоры и турагенты заключают с туристами договоры оказания туристических услуг, а туроператоры заключают также договоры возмездного оказания услуг с субъектами турис тической индустрии (перевозчиками, гостиницами, ресторанами и т.д.). Исходя из того, что турагенты не наделены правом самостоя тельно формировать туры, они заключают с туроператорами дого вор на реализацию уже сформированного тура.

-2 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права Правовая природа договорных отношений между туроперато ром и турагентом зависит от характера прав и обязанностей, возлага емых на турагента. В зависимости от указанных обстоятельств могут заключаться договоры поручения, комиссии, возмездного оказания услуг. Наиболее распространенными договорами, использующи мися в отношениях между субъектами туристической деятельности, является договор поручения и комиссии. Вышеуказанные договоры являются двусторонними, консенсуальными.

Право выступать при осуществлении деятельности у тураген та ограничивается в зависимости от вида заключаемого с туропе ратором договора. Так, в случае заключения договора поручения, согласно ст. 861 ГК, турагент обязуется совершить от имени и за счет туроператора определенные юридические действия, права и обязанности по сделке, совершенной турагентом, возникают не посредственно у туроператора. Следовательно, турагент в таких договорных отношениях перед потребителем туристических услуг выступает не от своего имени, а от имени туроператора. В случае заключения между туроператором и турагентом договора комис сии, согласно ст. 880 ГК, турагент обязуется по поручению туропе ратора за вознаграждение совершить одну или несколько сделок от своего имени, но за счет туроператора.

Второй признак заключается в том, что субъекты туристичес кой деятельности действуют на свой риск и под свою имуществен ную ответственность. Исходя из многообразия договорных отноше ний в процессе осуществления предпринимательской деятельности в сфере туризма имущественная ответственность у субъектов турис тической деятельности является достаточно сложной. Так, в случае если между субъектами туристической деятельности заключен до говор поручения, ответственность перед потребителем за ненадле жащее исполнение условий договора оказания туристических услуг ложится непосредственно на туроператора. Если отношения меж ду туроператором и турагентом складываются на основе договора комиссии, то ответственность перед потребителем за ненадлежа щее исполнение условий договора оказания туристических услуг несет сам турагент. Туроператоры для оказания услуг потребителям (туристам) заключают договоры с третьими лицами (субъектами ту ристической индустрии) на предоставление различного рода услуг (например, гостиничные, услуги перевозки, экскурсия), тем самым несут риск понесения убытков перед туристами за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств третьими лицами.

Третий признак связан с тем, что деятельность турагентов и ту роператоров имеет целевую направленность – систематическое получение прибыли. В теории предпринимательского права данный - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, признак является самым главным, конститутивным. Источниками по лучения прибыли субъектами туристической деятельности являются:

- оказание туристических услуг потребителям;

- оказание отдельных услуг, связанных с организацией туристи ческого путешествия.

Под туристическими услугами Закон о туризме понимает ус луги по перевозке, размещению, а также иные услуги (по питанию, организации туристического путешествия, экскурсионные и другие услуги), не являющиеся сопутствующими услугам по перевозке или размещению, оказание которых в комплексе услуг, входящих в тур, позволяет совершить туристическое путешествие в соответствии с его целями и потребностями туриста, экскурсанта.

Субъекты туристической деятельности с туристами заключа ют договор оказания туристических услуг, по которому исполнитель обязуется по заданию заказчика (участника туристической деятель ности) оказать туристические услуги, а заказчик обязуется их опла тить. Договор оказания туристических услуг является разновиднос тью договора возмездного оказания услуг и является публичным договором. Постановлением Совета Министров Республики Бе ларусь от 5 октября 2010 г., № 1431 утверждена типовая форма договора оказания туристических услуг, что делает данный договор договором присоединения.

Говоря о предпринимательской деятельности в сфере туризма, следует отметить, что помимо туристической деятельности выделя ется еще один вид самостоятельной деятельности в сфере туризма – экскурсионное обслуживание. Экскурсионное обслуживание в соответствии с Общегосударственным классификатором Республи ки Беларусь ОКРБ 005-2006 «Виды экономической деятельности»

от 28.12.2006 г. № 65 является экономической деятельностью.

Основой правового регулирования экскурсионного обслу живания является Закон о туризме, который содержит главу «От дельные вопросы организации экскурсионного обслуживания».

Деятельность по экскурсионному обслуживанию является предпри нимательской и обладает всеми признаками, присущими предпри нимательству. Так, экскурсионное обслуживание наделены правом проводить экскурсоводы и гиды-переводчики, прошедшие профес сиональную аттестацию, подтверждающие их квалификацию. Де ятельность указанных лиц не является лицензируемой. Основными направлениями деятельности являются следующие:

- оказание услуг по формированию, организации и проведе нию экскурсий, в том числе на иностранном языке;

- разработка методической документации к экскурсионным маршрутам, в том числе на иностранном языке.

- Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права Экскурсоводы и гиды-переводчики от своего имени заключают с потребителями договоры оказания экскурсионных услуг, а также договоры на оказание услуг непосредственно с туроператорами, выступая по договору в качестве субъекта туристической индуст рии, и несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств.

Также следует отметить, что одним из направлений предприни мательской деятельности в сфере туризма является агроэкотуризм.

Суть агроэкотуризма заключается в оказании субъектами аг роэкотуризма услуг по временному пребыванию агроэкотуристов в сельской местности, малых городских поселениях, на основании заключаемых договоров в целях их отдыха, оздоровления, ознаком ления с природным потенциалом республики, национальными куль турными традициями без занятия трудовой, предпринимательской, иной деятельностью, оплачиваемой и (или) приносящей прибыль (доход) из источника в месте пребывания (п. 2). В соответствии с Ука зом Президента Республики «О мерах по развитию агроэкотуризма в Республике Беларусь» от 2 июня 2006 г. № 372 осуществлять де ятельность по оказанию услуг в сфере агроэкотуризма вправе:

- физические лица, постоянно проживающие в сельской мес тности, малых городских поселениях и ведущие личное подсобное хозяйство;

- сельскохозяйственные организации.

В соответствии с действующим законодательством деятель ность по оказанию услуг в сфере агроэкотуризма не является пред принимательской.

Субъекты агроэкотуризма вправе оказывать следующие виды услуг в сфере агроэкотуризма:

- предоставление жилых комнат для размещения агроэкоту ристов, причем число таких комнат не должно превышать десяти;

- обеспечение агроэкотуристов питанием;

- организация познавательных, спортивных и культурно-раз влекательных экскурсий и программ;

- иные услуги, связанные с приемом, размещением, транспорт ным и иным обслуживанием агроэкотуристов (п. 5).

Исходя из субъектного состава лиц, имеющих право осущест влять услуги в сфере агроэкотуризма и сути оказываемых ими услуг представляется, что деятельность субъектов агроэкотуризма явля ется предпринимательской. Данное положение обосновывалось в научных публикациях автора.

В целях дальнейшего развития туризма и предприниматель ской деятельности в сфере туризма была принята Государственная программа развития туризма в Республике Беларусь на 2011– - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, годы. В соответствии с данной программой туризм признается од ной из важнейших сфер современной экономики, данный вид де ятельности направлен на удовлетворение потребностей людей в ознакомлении с историей, культурой, обычаями, духовными и рели гиозными ценностями различных стран и их народов. Объем плат ных туристических и экскурсионных услуг, оказанных населению, составил 468,7 млрд рублей и увеличился в фактических ценах в раз по сравнению с 2005 годом. Программа закрепляет основные направления совершенствования деятельности в сфере туризма.

Также следует отметить, что кардинально новые меры по раз витию туризма и туристической деятельности закреплены в Про грамме социально-экономического развития Республики Беларусь на 2011–2015 годы. Данная программа, с целью повышения конку рентоспособности и туристического потенциала Республики Бела русь, предусматривает создание до настоящего времени не сущес твующей организационной формы деятельности и сотрудничества субъектов туристической деятельности – туристических кластеров.

Создание туристических кластеров является одним из перспектив ных направлений развития предпринимательской деятельности в сфере туризма. Однако следует отметить, что данное положение предусмотрено только в вышеназванной программе и на сегодняш ний день отсутствует законодательное закрепление понятия «клас тер», его основных признаков;

правовой механизм регулирования порядка создания и деятельности кластеров вообще, в том числе и туристических кластеров.

В современном экономическом словаре кластер определен как совокупность однородных элементов, идентичных объектов, образующих группу единиц.

С точки зрения М. Портера, «кластер – это сосредоточение в географическом регионе взаимосвязанных предприятий и учреж дений в границах отдельной области».

В Российской Федерации определение кластера закреплено в Методических рекомендациях по реализации кластерной поли тики в субъектах Российской Федерации от 26 декабря 2008 г., в соответствии с которым кластеры – это объединение предприятий, поставщиков оборудования, комплектующих, специализированных производственных и сервисных услуг, научно-исследовательских и образовательных организаций, связанных отношениями террито риальной близости и функциональной зависимости в сфере произ водства и реализации товаров и услуг.

Исходя из вышеперечисленных определений, а также учиты вая субъектный состав участников туристической деятельности, ос - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права новные направления предпринимательской деятельности в сфере туризма в Республике Беларусь, можно предложить определение туристического кластера как формы сотрудничества всех участни ков деятельности по организации и оказанию туристических услуг (субъектов туристической деятельности, субъектов туристической индустрии, туристических информационных центров), расположен ных в определенном регионе с целью развития международного и внутреннего туризма в данном регионе, повышения конкурентоспо собности и эффективного взаимодействия его участников.

Вопрос создания туристических кластеров является новым, требует более глубокого изучения и может стать одним из самых эффективных способов развития предпринимательской деятель ности в сфере туризма.

Исследовав понятие и сущность предпринимательской де ятельности в сфере туризма, можно сделать вывод, что основными направлениями предпринимательской деятельности являются:

– туристическая деятельность;

– деятельность по экскурсионному обслуживанию;

– деятельность по оказанию услуг в сфере агроэкотуризма.

Новым и перспективным направлением развития предприни мательской деятельности в сфере туризма является создание турис тических кластеров.

Список литературы 1. Васильева, О.О. Стратегическое планирование предприниматель ской деятельности в туристской сфере: автореф. дис. … канд. юрид. наук:

08.00.05 / О.О. Васильева. – СПб., 2009. – 23 с.

2. Государственная программа развития туризма в Республике Бела русь на 2011–2015 годы: утв. постановлением Совета Министров Респуб лики Беларусь, 24 марта 2011 г., № 373 // Консультант Плюс: Беларусь [Электрон. ресурс] / ООО «ЮрСпектр». – Минск, 2011.

3. Гражданский кодекс Республики Беларусь, 07 дек. 1998 г., № 218-З:

в ред. Закона Респ. Беларусь от 10.01.2011 г. // Консультант Плюс: Беларусь [Электрон. ресурс] / ООО «ЮрСпектр». – Минск, 2011.

4. Зорин, И.В. Туризм как экономическая деятельность: учебник / И.В. Зорин. – М.: Финансы и статистика, 2001. – 109 с.

5. Методические рекомендации по реализации кластерной политики в субъектах Российской Федерации: утв. Министерством экономического развития Российской Федерации, 26 декабря 2008 г., № 20615-ак/д19 // Кон сультант Плюс: Технология 3000 [Электрон. ресурс] / ООО «ЮрСпектр». – М., 2011.

6. О мерах по развитию агроэкотуризма в Республике Беларусь: Указ Президента Республики Беларусь, 2 июня 2006 г., № 372: в ред. Указа Пре зидента Респ. Беларусь от 26 ноября 2010 г. // Консультант Плюс: Беларусь [Электрон. ресурс] / ООО «ЮрСпектр». – Минск, 2011.

- Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, 7. О туризме: Закон Республики Беларусь, 25 ноябр. 1999 г., № 326-З:

в ред. Закона Республики Беларусь от 16.06.2010 г. // Консультант Плюс: Бела русь [Электрон. ресурс] / ООО «ЮрСпектр». – Минск, 2011.

8. Об утверждении типовой формы договора оказания туристических ус луг: постановление Совета Министров Респ. Беларусь, 5 окт. 2010 г., № 1431 // Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. – 2010. – № 239. – 5/32591.

9. Общегосударственный классификатор Республики Беларусь ОКРБ 005-2006 «Виды экономической деятельности»: постановление Государс твенного комитета по стандартизации Республики Беларусь, 28.12.2006 г., № 65 // КонсультантПлюс: Беларусь [Электрон. ресурс] / ООО «Юр Спектр». – Минск, 2011.

10. Портер, М. Конкуренция / М. Портер;

пер. с англ. – М.: Изд. дом «Вильямс», 2001. – 234 с.

11. Программа социально-экономического развития Республики Бе ларусь на 2011–2015 годы: утв. Указом Президента Республики Беларусь, 11 апр. 2011 г., № 136 // Консультант Плюс: Беларусь [Электрон. ресурс] / ООО «ЮрСпектр». – Минск, 2011.

12. Райзберг, Б.А. Современный экономический словарь / Б.А. Райз берг, Л.Ш. Лозовский, Е.Б. Стародубцева. – М.: ИНФРА-М, 2006. – 760 с.

13. Темный, Ю.В. Экономика туризма: учебник / Ю.В. Темный, Л.Р. Тем ная. – М.: Советский спорт, 2003. – 416 с.

14. Тозик, Е.В. О предмете договора возмездного оказания услуг по ту ристическому обслуживанию / Е.В. Тозик // Промышленно-торговое право. – 2005. – № 6.

Александрович Эмма Ивановна – преподаватель кафедры граж данского права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, магистр юридических наук.

УДК 347. А.А. Богустов СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ КАТЕГОРИЙ «ДОКУМЕНТАРНАЯ ЦЕННАЯ БУМАГА»

И «БЕЗДОКУМЕНТАРНАЯ ЦЕННАЯ БУМАГА»

В статье исследуются существующие в странах СНГ теоретичес кие и легальные определения понятий «ценная бумага» и «бездокументар ная ценная бумага», проводится их сравнительно-правовой анализ.

Необходимость анализа понятия «ценная бумага» обусловлена тем, что оно является обобщающим для целой категории объектов - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права гражданского права, охватывающим понятия акции, облигации, ко носамента, складского свидетельства, чека, векселя и иных подоб ных объектов.

Национальное право всех государств – участников СНГ исполь зует указанный термин, но единого определения ценной бумаги не существует как в законодательстве, так и в правовой доктрине. Все разнообразие легальных и доктринальных подходов к определению этого понятия в конечном итоге можно свести к трем основным: 1) ценная бумага трактуется как документ, выражающий обязательс твенные права;

2) ценная бумага рассматривается как совокупность имущественных прав;

3) понятие ценной бумаги легально не опре деляется, но при этом законодательство содержит дефиниции их отдельных разновидностей. При этом ни один из этих подходов в настоящее время не используется в чистом виде.

Первый подход к определению правовой природы ценной бу маги состоит в рассмотрении ее как документа, выражающего обя зательственные права. Он основан на теоретических разработках германских ученых-юристов XIX века Jacobi и Brunnera. Эти ученые определяли ценную бумагу как документ, «предъявление которо го необходимо для осуществления выраженного в нем права» [3, с. 182]. Эта теоретическая конструкция оказала впоследствии серь езное влияние на доктрину и законодательство европейских стран.

Например, Л. Эннекцерус высказывал мнение, что ценная бумага имеет место тогда, когда имущественное право «длительно связано с документом, так что… продолжение существования и осуществле ния зависит от правовой и фактической власти распоряжения доку ментом» [61, с. 26].

Точка зрения на ценную бумагу как документ, выража ющий субъективные гражданские права, была господству ющей и в советской правовой науке. Например, по мнению М.М. Агаркова, «ценной бумагой называется документ, предъяв ление которого необходимо для осуществления того права, ко торое в нем выражено» [3, с. 139]. В дальнейшем это определе ние воспроизводилось без существенных изменений в учебной [23, с. 86;

24, с. 280] и справочной [62, с. 756] юридической лите ратуре советского периода. Аналогичной позиции придерживается и большинство современных исследователей. Например, в работах Е.Ю. Трегубенко [56, с. 6] и В.Б. Чувакова [59, с. 5] высказывается мысль, что ценная бумага – документ, предъявление которого необ ходимо для реализации (осуществления) воплощенного в нем субъ ективного гражданского права. По мнению С.Г. Абрамова, ценная бумага – это «оборачиваемый документ, удостоверяющий с соблю дением предусмотренной формы и установленных реквизитов иму - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, щественные права, осуществление (реализация) которых возможно только при предъявлении его подлинника» [1, с. 6]. С.А. Сазонов ут верждает, что ценной бумагой является «документ, удостоверяющий субъективные права ее владельца, при условии соблюдения обяза тельных реквизитов» [53, с. 9]. Казахский ученый Ф.С. Карагусов в теоретическом определении ценной бумаги в качестве основного признака также указывает на неразрывность связи документа и вы раженного в нем права. По его мнению, ценная бумага представляет собой «один из видов объектов гражданских прав, который в качес тве особого способа документального (вещественного) подтверж дения имущественных прав обеспечивает оборотоспособность этих прав в соответствии с правилами, специально установленными в отношении указанного вида объектов гражданских прав» [30].

Рассматриваемая нами точка зрения имеет широкое приме нение в нормативных актах. В § 965 Швейцарского Обязательс твенного Закона (далее – ШОЗ), в 1936 году впервые закрепившим понятие ценной бумаги, установлено, что ценной бумагой «является всякий документ, с которым какое-либо право связано так, что оно без этого документа не может быть ни осуществлено, ни передано другому лицу» [25, с. 204].

Можно обнаружить традиционную взаимосвязь между опре делением ценной бумаги в законодательстве стран германской под системы континентального права и стран СНГ. Эта связь проявилась в том, что определение, закрепленное ШОЗ, практически дословно воспроизводилось в п. 1 ст. 31 Основ гражданского законодатель ства Союза ССР и республик 1991 г. [49], а затем с небольшими из менениями это определение было включено в ст. 189 Модельного ГК для государств – участников СНГ [10] (далее – Модельный ГК).

Модельный ГК (п. 1 ст. 189) определяет ценную бумагу как «до кумент, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении. С передачей ценной бумаги переходят все удостоверяемые ею права в совокупности». В свою очередь, положения ст. 189 Модельного ГК без каких-либо изменений восприняты большинством националь ных законодательств государств бывшего СССР. Эта норма дословно воспроизведена в ГК Армении [15] (ст. 146), Беларуси [16] (ст. 143), России [21] (ст. 142), Таджикистана [19] (ст. 157), Узбекистана [20] (ст. 96), а также в гражданских кодексах Приднестровья [13] (п. 1 ч.

1 ст. 154 ГК) и Абхазии [14] (п. 1 ст. 142).

Приведенное выше определение понятия «ценная бумага» ока зало влияние и на законодательство государств, не использовавших Модельный ГК в качестве основы национального гражданского за -20 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права конодательства. Например, в праве Украины (п. 1 ст. 194 ГК Украи ны [22], ч. 2 ст. 163 Хозяйственного Кодекса [58], п. 1 ст. 3 Закона «О ценных бумагах и фондовом рынке» [46]) ценная бумага опре деляется как документ установленной формы с соответствующими реквизитами, который подтверждает денежное или иное имущес твенное право и обозначает взаимосвязь между лицом, которое его выпустило (выдало), и собственником, и предусматривает ис полнение обязательств согласно с условиями его выпуска, а также возможность передачи прав, которые вытекают из этого документа, иным лицам.

Рассматриваемое нами определение ценной бумаги как доку мента, выражающего субъективные гражданские права, является, таким образом, достаточно устоявшимся и широко распространен ным и в целом отвечающим обеспечению потребностей гражданс кого оборота. Об этом свидетельствует также тот факт, что опреде ление документарных ценных бумаг не подвергается существенной трансформации и в ст.142 Проекта федерального закона о внесе нии изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации [51] (далее – Проект изменений и дополнений в ГК РФ), который трактует ценные бумаги как «соответствующие установленным законом тре бованиям документы, удостоверяющие обязательственные и иные права, осуществление или передача которых возможны только при их предъявлении».

Проведенный анализ показывает, что законодательство и право вая доктрина исследуемой группы государств исходят из того, что цен ная бумага: 1) относится к числу особых объектов гражданского права;

2) определяет присущие ей свойства через свойства документа.

Но при этом весь комплекс проблем, возникающих в процес се правового регулирования выпуска и обращения ценных бумаг, не может быть разрешен при рассмотрении ценных бумаг исклю чительно как вещей – объектов гражданского права. В частности, за рамками данной концепции остаются вопросы возникновения и реализации выраженных ценными бумагами субъективных граж данских прав. Решение этих проблем возможно только с учетом обязательственной природы прав, выраженных ценной бумагой, то есть признания за ценными бумагами не только свойств вещей, но и свойств обязательств. На этом базируется теория двойствен ной («двуединой») природы ценных бумаг. Одним из первых разра ботчиков этой теории был русский ученый XIX века Н.О. Нерсесов.

Теория «двуединой» природы ценных бумаг состоит в том, что цен ная бумага «представляет собой документ (вещь) с информацией об обязательственном праве. Вещная природа ценных бумаг способс твует защите интересов ее кредиторов, обязательственно-право -2 Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, вая соответствует интересам их должников. Следовательно, разре шая вопросы, связанные с обращением ценных бумаг – сменой их кредиторов – необходимо руководствоваться нормами о вещных правах. При разрешении же вопросов о возникновении и прекра щении прав по ценным бумагам руководством к действию должны становиться нормы обязательственного права» [4, с. 10]. На двойс твенную природу ценных бумаг указывают и современные авторы.

Например, Л.В. Щенникова рассматривает ценные бумаги как вещи особого рода: «В этом условном сочетании может быть выражена двойственная природа ценной бумаги: с одной стороны, обладаю щей материальной формой, с другой – выполняющей в гражданс ком обороте служебную роль не за счет нее, а за счет выраженного в ней права требования» [60, с. 55].

На наш взгляд, признание двойственной природы ценных бумаг может оказать влияние на определение их места в системе граж данского права. Примером этому может служить законодательство Азербайджана. ГК Азербайджана (ст. 987.1) [11] с незначительны ми изменениями воспроизводит положения п. 1 ст. 189 Модельно го ГК, устанавливая, что ценной бумагой является документ, «удос товеряющий с соблюдением установленной формы любое право, осуществление или передача которого возможны только при его предъявлении. С передачей ценной бумаги переходят все удосто веряемые ею права в совокупности». Но при этом ГК Азербайджана регулирует ценные бумаги в рамках обязательственного права. Как особый институт обязательственного права регулируются ценные бумаги и в ГК Грузии [12].

При таком подходе к определению места ценных бумаг в сис теме гражданского права возникает определенное противоречие.

Ценная бумага, определяемая в национальных правовых системах и доктрине в качестве документа, удостоверяющего субъективные гражданские права, может быть отнесена действующим законо дательством как к числу вещей, так и к числу обязательств. На наш взгляд, противоречие между концепциями «ценная бумага – вещь»

и «ценная бумага – обязательство» может быть разрешено приме нением теории «двуединой» природы ценных бумаг не только к их правовой природе, но и к определению их места в системе граждан ского права. Если законодательство трактует ценную бумагу в качес тве особого объекта гражданского права, то на первый план будет выходить регулирование процесса их обращения. Если же институт ценных бумаг рассматривается в рамках обязательственного права, то основной целью законодателя является урегулирование порядка возникновения и прекращения прав по ценным бумагам.

-22 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права Вторым подходом к определению правовой природы цен ных бумаг в национальном законодательстве и доктрине является рассмотрение их в качестве совокупности имущественных прав.

Например, по мнению Нгуен Киеу Занга, следует отходить от тра диционного понимания «эмиссионной ценной бумаги как «вещи материального мира» и рассматривать ее как имущественное право (совокупность имущественных прав), закрепленное в документарной или в бездокументарной форме» [35, с. 7]. Д.В. Григорьев указывает на то, что «суть ценной бумаги как вещи имеет производный характер, ос новное и единственное назначение которой — быть носителем субъ ективных гражданских прав» [26, с. 9].

В таком качестве ценная бумага определяется и в законодатель стве ряда стран СНГ. Эта доктрина на практике находит воплощение в законодательстве Кыргызстана, которое исходит из того, что ценной бумагой является не только документ, но и «иной установленный законом способ фиксации прав, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права» (п.1 ст. 37 ГК Кыргызстана [18]). Но наиболее ярко эта тен денция проявилась в праве Казахстана. Первоначально определе ние ценной бумаги в ГК Казахстана от 27 декабря 1994 г. [17] было аналогично п. 1 ст. 189 Модельного ГК. Но в соответствии с внесен ными в 2003 г. изменениями [36] ценная бумага стала определять ся как «совокупность определенных записей и других обозначений, удостоверяющих имущественные права» (п. 1 ст. 129 ГК Казахстана).


Достаточным своеобразием отличается определение понятия «цен ная бумага» в законодательстве Туркменистана. В п. 1 ст. 1 Закона «О ценных бумагах и фондовых биржах в Туркменистане» [45] установ лено, что ценная бумага есть «имущественное право, удостоверяемое определенным документом и осуществляемое в порядке, указанном в таком документе». Таким образом, данное определение в качестве существенного признака называет лишь неразрывную связь имущест венного права и документа и не указывает на свойства формализма и публичной достоверности. Из этого можно сделать вывод, что ценная бумага рассматривается прежде всего как «имущественное право». В данном случае ценную бумагу можно трактовать как институт обяза тельственного права.

Практическим последствием признания ценной бумаги сово купностью прав может являться изменение порядка подтверждения прав управомоченным лицом. Документом, подтверждающим пра ва, в этом случае может выступать сертификат, который сам ценной бумагой не является. Выпуск сертификатов национальное законо дательство связывает чаще всего с эмиссионными ценными бумага ми. Например, ст. 1 Закона Азербайджана «О ценных бумагах» [42] -2 Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, определяет, что сертификат эмиссионной ценной бумаги – это «до кумент, выпущенный эмитентом, или, по его поручению, соответс твующим депозитарием и подтверждающий совокупное право на ценные бумаги, количество которых указано на сертификате. Вла делец ценных бумаг имеет право на основании такого сертификата потребовать выполнения обязательств эмитента». Закон Кыргызста на «О рынке ценных бумаг» (ч. 27 ст. 2) [37] определяет сертификат как «документ, выдаваемый эмитентом и удостоверяющий сово купность прав на указанное в сертификате количество ценных бумаг.

Владелец ценных бумаг имеет право требовать от эмитента исполнения его обязательств на основании такого сертификата». На аналогичном подходе к определению функций сертификата ценных бумаг строится законодательство Молдовы (ст. 3 Закона «О рынке ценных бумаг» [38], ст. 21–23 Закона «Об акционерных обществах» [47]).

Очевидно, что сертификат не имеет всех характеристик цен ной бумаги-документа. В сертификате не существует неразрывной связи с выраженным ценной бумагой правом. То есть бездокумен тарная ценная бумага – совокупность прав, существующих в виде записи на счете, а документарная ценная бумага – совокупность прав, закрепляемых сертификатом. Показательным является тот факт, что подобное определение документарной ценной бумаги применяется в ст. 6 Модельного закона о рынке ценных бумаг [39] и законодательстве некоторых из тех стран, которые восприняли трактовку ценной бумаги, закрепленную Модельным ГК. Например, такое правило содержится в законах о рынке ценных бумаг России (ч. 10 ст. 2) [41] и Приднестровья (п. 17 ст. 2) [40]. Это, на наш взгляд, свидетельствует о дифференциации понятия «ценная бумага» в на циональном законодательстве. Трактовка ценных бумаг как сово купности имущественных прав позволяет решить ряд теоретических вопросов, связанных с определением правовой природы бездоку ментарных ценных бумаг и характеристики прав на них.

Третий подход к определению ценных бумаг состоит в том, что их обобщающее легальное определение отсутствует, но законода тель закрепляет дефиниции их отдельных разновидностей. Более того законодательное закрепление обобщающего понятия ценной бумаги является для зарубежного права скорее исключением. По справедливому замечанию А.Ю. Бушева, в подавляющем большинс тве государств документы, квалифицируемые в отечественном пра ве как ценные бумаги, «обычно классифицируются на относительно самостоятельные группы: оборотные (долговые) документы, това рораспорядительные документы, инвестиционные (эмиссионные) документы и (или) права и интересы» [8, с. 3]. Подобный подход явля ется традиционным для права ряда стран не только англо-американс -2 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права кой, но и континентальной системы права. Например, Л. Эннекцерус, обосновывая необходимость регулирования ценных бумаг отде льными отраслями права, писал, что «имеется лишь небольшое число норм, которые одинаково касаются всех ценных бумаг» [61, с. 26].

Необходимость отказа от обобщающего понятия ценной бу маги обосновывается и некоторыми отечественными исследовате лями. Например, А.В. Габов исходя из того, что все признаки, выделя емые законодательством и доктриной, не являются универсальными для ценных бумаг всех видов, предлагает сформулировать опре деление ценной бумаги «исходя из перечисления основных видов ценных бумаг в самом ГК и указания на то, что ценными бумагами признаются иные права, в отношении которых в установленном за коном порядке принято решение об их квалификации в качестве ценных бумаг» [9, с. 12–13]. Сходных взглядов придерживается и Е.В. Агапеева, которая на основании многообразия видов и форм ценных бумаг предлагает в качестве определения ценной бумаги за крепить лишь то, что «форма фиксации не является неотъемлемым признаком ценной бумаги и имеет лишь значение для осуществле ния и защиты удостоверенного ценной бумагой права ее владельца.

Ценная бумага независимо от носителя информации представляет собой ценность как титул прав, сосредоточение информации о на личии прав и их принадлежности. При этом требуется подготовить и принять специальные законы, посвященные отдельным видам цен ных бумаг, в которых должны содержаться определения этих видов, исходя из особенностей экономического назначения» [2, с. 9–10].

Универсальное определение ценной бумаги отсутствует и в за конодательстве некоторых стран бывшего СССР. ГК Грузии содер жит общие положения о ценных бумагах (гл. 24 ст. 911–929), но не закрепляет их легального определения. Главное внимание ГК Грузии уделяет особенностям исполнения обязательств, вытекающих из предъявительских, ордерных и именных ценных бумаг. Определе ние ценных бумаг в праве Грузии содержится в ст. 2 Закона «О рынке ценных бумаг» [43], которая определяет ценные бумаги как «пере даваемые финансовые инструменты и права, которые могут пред лагаться публике в форме ценных бумаг капитала, долговых ценных бумаг, любой ценной бумаги, которая может конвертироваться в ценную бумагу или которая предоставляет право подписываться на ценные бумаги или приобретать их, инвестиционные контракты, и другие инструменты и права, связанные с ценными бумагами». Ука занное определение, испытывающее сильное влияние правовой доктрины стран англо-американской системы права также не имеет универсального характера и применяется лишь для нужд публично го оборота ценных бумаг.

-2 Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, Обобщающее определение ценной бумаги отсутствует и в праве Молдовы. Так, ст. 1 Закона Молдовы «О рынке ценных бумаг»

[38] определяет лишь эмиссионную ценную бумагу как «финансо вый документ, удостоверяющий имущественные или неимущест венные права одного лица относительно другого лица, которые не могут быть реализованы или переданы без представления этого до кумента и внесения соответствующей записи в реестр владельцев именных ценных бумаг, или в учетные документы номинального владельца этих бумаг». Обобщенного определения понятия ценной бумаги не содержится и в ГК Туркменистана.

По мнению автора, отказ от обобщенного законодательного закрепления понятия ценной бумаги может быть объяснен как объ ективными, так и субъективными причинами. Объективные причины имеют универсальный характер и оказывают влияние на развитие законодательства большинства стран мира, состоят в том, что: 1) римское частное право, являющееся основой для большинства сов ременных кодификаций, хотя и разработало некоторые положе ния, используемые в современной теории ценных бумаг, но не зна ло ни самого термина «ценная бумага», ни тем более его легального закрепления;

2) существует множество часто взаимоисключающих друг друга доктрин о гражданско-правовой сущности ценных бумаг, а законодатель, закрепляя положения об отдельных видах ценных бумаг, стремится уйти от научных дискуссий о правовой природе этого понятия, регулируя порядок выпуска и обращения акций, об лигаций, векселей и т.п.

Субъективные причины обусловлены особенностями соци ально-экономического развития стран СНГ на современном этапе.

К их числу можно отнести принятие наряду с гражданскими кодек сами специальных законов, определяющих понятие ценных бумаг и введение в гражданский оборот новых разновидностей ценных бумаг, без обеспечения их соответствия признакам ценной бумаги, закрепленных в гражданских кодексах.

Принятие наряду с гражданскими кодексами специальных законов, определяющих понятие ценных бумаг, приводит к тому, что зачастую даже при наличии легального обобщенного понятия ценной бумаги, содержащегося в гражданских кодексах, происхо дит фактический отказ от его использования. Специальные законы принимались в разное время и не всегда полностью соответствуют действующим ГК. Например, согласно п. 1 ст. 3 Закона Армении «О рынке ценных бумаг» [44], помимо установленных ГК, ценными бу магами считаются в том числе депозитарные расписки и документы, подтверждающие права на подписку или на приобретение ценных бумаг, доли в инвестиционных фондах или любые подобные доку -2 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права менты, подтверждающие участие в последних, соглашение на рас пределение прибыли, а также документ, подтверждающий участие в таком соглашении, инструменты денежного рынка, производные инструменты, любое иное инвестиционное соглашение, принятое с целью привлечения капитала (средств), которое включает все свойства или часть свойств вышеупомянутых ценных бумаг. В этом определении ценная бумага лишается всех конститутивных призна ков, указанных в п. 1 ст. 189 Модельного ГК и ст. 146 ГК Армении, и становится лишь носителем функции документа – доказательства существования права. Таким образом, возникает ситуация, при ко торой специальный закон и гражданский кодекс содержат несовпа дающие определения ценной бумаги. При этом дефиниция ценной бумаги, содержащаяся в ГК, размывается и происходит фактический отказ от ее обобщающего определения.


Причиной фактического отказа от обобщающего понятия цен ной бумаги может выступать и возникновение новых видов ценных бумаг, не известных ни дореволюционному законодательству, ни законодательству времен НЭПа. Этот процесс указывает на то, что высказываемое некоторыми авторами [33, с. 8] предположение о стремлении современного гражданского законодательства к умень шению числа ценных бумаг не находит подтверждения на практике.

При этом национальное законодательство, вводя в оборот новые нетипичные разновидности ценных бумаг, зачастую считает доста точным лишь закрепить за подобными документами этот статус, не заботясь о соответствии их признакам ценной бумаги. Это, в част ности, относится к так называемым производным ценным бумагам.

На взгляд автора, введение в гражданский оборот таких нетипичных ценных бумаг является результатом заимствования правом стран СНГ правовых институтов свойственных странам англо-американс кой системы права. Это является частным проявлением тенденции сближения континентальной и англо-американской правовых сис тем, которая, по мнению некоторых ученых [48, с. 14], идет с 50-х годов ХХ в.

Однако этот объективный процесс имеет и негативные прояв ления. Одним из таких проявлений, свойственным законодательству о ценных бумагах, является неопределенная гражданско-правовая природа вновь вводимых в оборот объектов. В этой связи возникает проблема разграничения ценных бумаг и иных документов. В науке высказывается мнение, что одна из главнейших проблем современ ной теории ценных бумаг заключается «в выработке критериев, по которым возможно ограничение собственно ценных бумаг от про чих документов, в первую очередь от «безымянных» документов и знаков» [33, с. 19]. Например, возможность выпуска и обращения -2 Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, производных ценных бумаг закрепляется в национальном законода тельстве нормативными актами разной юридической силы.

К числу наиболее важных тенденций развития законодатель ства о фондовом рынке всех стран бывшего СССР относится при знание возможности существования бездокументарных (дематери ализованных) ценных бумаг. Эта тенденция имеет универсальный характер и проявляется в законодательстве большинства стран мира.

Впервые возможность «дематериализации» ценных бумаг была за креплена во Франции, в 1981 г. был принят закон о финансах [25, с. 144]. Этот закон (ст. 94-II) легализовал эмиссию акций и облигаций в безбумажной форме [5, с. 13]. Процесс дематериализации ценных бумаг был вызван совокупностью объективных причин – развитием новых средств передачи информации, повсеместным распростране нием компьютерной техники, ростом объемов торговли ценными бумагами на бирже. Но в постсоветских странах на развитие это го процесса большое влияние оказали и причины субъективного характера. Например, в юридической литературе высказывается мнение о том, что на широкое распространение бездокументар ных ценных бумаг в России повлиял процесс приватизации, сопро вождавшийся «выпуском в обращение большого числа акций. При этом документарная форма выпуска акций изначально была связана с дополнительными сложностями для эмитента» [54, с. 12]. Неко торые авторы указывают на ключевую роль экономических при чин появления бездокументарных ценных бумаг. В случае с ними «нет необходимости выпускать дорогостоящие бланки ценных бумаг (сертификаты), что, в свою очередь, удешевляет, упрощает и ускоряет переход прав к новому обладателю» [6, с. 9].

В настоящее время возможность выпуска бездокументар ных ценных бумаг закрепляется в ст. 194 Модельного ГК, нацио нальными ГК Азербайджана (ст. 996), Армении (ст. 152), Беларуси (ст. 150), Казахстана (ст. 135), Кыргызстана (ст. 39), Российской Феде рации (ст. 149), Таджикистана (ст. 163), а также ГК Абхазии (ст. 149) и Приднестровья (ст. 161). Кроме того, эта возможность признается национальным законодательством о рынке ценных бумаг и акци онерных обществах. При этом отличия в легальных определениях бездокументарных ценных бумаг носят лишь технико-юридический характер.

В ч. 1 ст. 5 Модельного закона «О рынке ценных бумаг» установ лено, что бездокументарными ценными бумагами являются имен ные ценные бумаги, права по которым удостоверяются записью на счете в реестре владельцев ценных бумаг либо записью на счете ценных бумаг у депозитария, выступающего в качестве номинально го держателя. Данное определение практически дословно воспро -2 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права изводится в законах Российской Федерации (ст. 2) и Кыргызстана (ч. 2 ст. 2) о рынке ценных бумаг и в законах Азербайджана (ст. 1) и Приднестровья (п. 15 ст. 2) о ценных бумагах.

В ст. 996.1 ГК Азербайджана бездокументарная ценная бумага определяется как форма ценной бумаги, позволяющая определить владельца недокументарной ценной бумаги на основе записи, име ющейся в счете депо в депозитарии. В праве Казахстана (п. 4 ст. Закона «О рынке ценных бумаг») закреплено, что бездокументарная ценная бумага – ценная бумага, выпущенная в бездокументарной форме (в виде совокупности электронных записей). В законода тельстве Молдовы определяется, что нематериализованные имен ные ценные бумаги представляют собой «записи на лицевых счетах зарегистрированных лиц, в том числе выполненные на электронных носителях» (ч. 2 ст. 6 Закона «О рынке ценных бумаг»). Право Таджи кистана (ч. 4 ст. 3 Закона «О ценных бумагах и фондовой бирже») за крепило, что бездокументарная форма выпуска ценных бумаг – форма выпуска, при которой «имущественные права на именные ценные бу маги фиксируются в специальном реестре (обычном или компьюте ризированном)». Законодательство Узбекистана (ч. 1 ст. 4 Закона «О рынке ценных бумаг») устанавливает, что бездокументарные ценные бумаги выпускаются «в виде записей в учетных регистрах депозита рия». В соответствии со ст. 2 Закона Грузии «О рынке ценных бумаг»

бездокументарная ценная бумага существует «как запись на счете в регистре ценных бумаг или центральном депозитарии независимо от имени выгодоприобретателя или номинального держателя цен ных бумаг».

Сходное с вышеприведенными определение бездокументар ных ценных бумаг закреплено в Проекте изменений и дополнений в ГК РФ. В ч. 2 п. 1 ст. 142 Проекта установлено, что ценными бу магами признаются также обязательственные и иные права, закреп ленные в решении о выпуске или ином акте лица, выпустившего или выдавшего ценные бумаги в соответствии с требованиями закона, осуществление и передача которых возможны только с соблюде нием правил учета этих прав.

Анализ вышеприведенных определений приводит к выводу о том, что законодательство стран СНГ при определении бездоку ментарных ценных бумаг лишь фиксирует их внешние признаки и не раскрывает их правовой природы, в частности возможности при менения к ним положений о документарных ценных бумагах.

За время существования бездокументарных ценных бумаг и юридическая наука не выработала единого мнения об их правовой природе. Определение правовой природы бездокументарных цен ных бумаг имеет не только теоретическое, но и практическое зна -2 Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, чение. По мнению М.М. Агаркова, теория ценных бумаг не может быть сведена ни к юридическим конструкциям, объясняющим отде льные особенности ценных бумаг, ни к формулировке оторванных от практической цели института общих принципов. Он писал, что «в конечном итоге каждая юридическая проблема сводится к выявле нию тех целей, которые поставлены тому или иному институту или действующим правопорядком (догматическая точка зрения), или же соображениями о желательных изменениях или дополнени ях последнего (политико-правовая точка зрения)» [3, с. 222–223].

При этом отсутствие разработанных теоретических обоснований юридической природы любого правового института влечет не определенность содержания правоотношения и возникновение сложностей при реализации его участниками своих законных прав и интересов.

В связи с этим, на наш взгляд, нельзя согласиться с предложе нием о необходимости отказа от использования категорий бездо кументарных и документарных ценных бумаг. Например, А.В. Габов, признавая основной проблемой бездокументарных бумаг несовер шенство правовых средств защиты, указывает на то, что: «Основой для дискуссий о природе бездокументарных ценных бумаг является определение, которое базируется на признаках ценных бумаг. Ис ключение такого определения снимает основание для соответс твующих дискуссий» [9, с. 13–14]. Однако предлагаемое автором деление ценных бумаг на сертифицированные (ценные бумаги, для осуществления и передачи которых обязательна презентация ма териального носителя, на котором фиксируются права) и несерти фицированные (ценные бумаги, права, удостоверенные которыми, исполняются в отношении лиц, учтенных организациями учетной системы) [9, с. 13–14] также не решает проблемы защиты прав вла дельцев ценных бумаг.

Все многообразие современных теорий, объясняющих право вую природу бездокументарных ценных бумаг, базируется на одной из следующих точек зрения: 1) бездокументарных ценных бумаг не существует, они представляют собой юридическую фикцию;

2) без документарных ценных бумаг не существует, они представляют со бой лишь способ фиксации прав;

3) бездокументарная и докумен тарная ценная бумага имеют лишь юридико-технические отличия, поскольку они представляют собой совокупность имущественных прав, закрепленных в особой форме.

Следует отметить, что каждая из этих теорий основывается на изучении легальных определений бездокументарных ценных бумаг и практики их применения. Но при этом они ограничиваются анализом лишь некоторых черт, присущих бездокументарным ценным бума гам, и в силу этого они не могут дать их целостную характеристику.

-0 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права На наш взгляд, бесспорно утверждение о том, что бездокумен тарные ценные бумаги представляют собой юридическую фикцию.

Например, Л. Ефимова справедливо указывает, что «при отсутствии соответствующего законодательства запись на счете сама по себе ничего не выражает, однако закон предписывает, чтобы все сделки с ними осуществлялись бы как с наличными ценными бумагами» [29, с. 48]. И.Н. Бутина, исследуя природу бездокументарных акций, также обосновывает необходимость использования приема юридической фикции. Ею подчеркивается, что «фиктивна не сама акция как объект гражданского права, сознательно игнорируется лишь различие меж ду этим объектом и документарной ценной бумагой» [7, с. 7].

Некоторые исследователи фактически признают фиктивную природу бездокументарных ценных бумаг, обращая внимание на то, что использование такого термина является не более чем данью традиции. Например, по мнению Р.К. Ходыкина «по поводу бездоку ментарных ценных бумаг не может сложиться никаких вещно-пра вовых отношений, не работают здесь и классические подходы, раз личающие «право на бумагу» и «право из бумаги», поскольку первое носит обязательственно-правовой, а не вещно-правовой характер.

По поводу этого своеобразного объекта гражданских прав склады ваются обязательственно-правовые отношения» [57, с. 84–87].

Однако, по нашему мнению, объявление бездокументарной ценной бумаги фикцией является не объяснением ее правовой при роды, а лишь констатацией факта.

Во-первых, в юридической науке существует мнение, что клас сическая конструкция ценной бумаги как документа, выражающе го субъективные гражданские права, также является не более чем юридической фикцией. Например, по мнению М.М. Агаркова, за висимость между бумагой и соответствующим правом, овеществле ние права в бумаге является не более чем образным выражением, «порой весьма удобном при обособлении ценных бумаг, но ни в коей степени не обладающем той степенью точности, которая не обходима в юридических построениях» [3, с. 178]. С этим соглаша ются и современные авторы, придерживающиеся взгляда на бездо кументарные ценные бумаги как юридическую фикцию. Например, И.Н. Бутина делает вывод, что распространение вещного режима в отношении классической ценной бумаги посредством использова ния документа также является «не более чем юридико-техническим приемом» [7, с. 7]. Однако фиктивная связь документа и выражен ного в нем права является в соответствии с требованиями ст. Модельного ГК и соответствующих статей национальных ГК конс титутивным признаком ценной бумаги. Следовательно, признание бездокументарных ценных бумаг юридическими фикциями само по - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, себе не способно объяснить их правовую природу, поскольку это не может служить отличием их от документарных ценных бумаг.

Во-вторых, бездокументарная ценная бумага, являясь юриди ческой фикцией, выступает экономической и социальной реаль ностью, признанной правоприменительной практикой. Такое при знание было вызвано существованием объективных потребностей гражданского оборота, что, в свою очередь, требует четкого опре деления места бездокументарных ценных бумаг в системе объектов гражданского права. Однако одно лишь признание бездокументар ной ценной бумаги фикцией не способно решить этой задачи. На пример, это не может дать ответ на вопрос о способах защиты прав их владельцев.

В-третьих, само понятие юридической фикции является обоб щающим, поскольку ее использование может преследовать различ ные цели. Например, по мнению Е.А. Джазояна, целями использо вания фикций может выступать «приравнивание (распространение правового режима);

совершенствование структуры фактических составов;

изменение имущественно-правового положения лица;

признание несуществующего существующим (или наоборот);

ис кусственное конструирование субъекта гражданского права» [27, с. 8]. Следовательно, определение бездокументарной ценной бу маги как юридической фикции является неполным без проведения анализа ее функций в таком качестве.

Сущность следующей точки зрения на бездокументарные цен ные бумаги состоит в том, что они представляют собой лишь способ фиксации прав. Одним из первых в отечественной правовой науке эту точку зрения высказал Е.А. Суханов, который писал, что бездоку ментарные ценные бумаги не являются ценными бумагами в прямом смысле слова, а представляют собой лишь способ фиксации иму щественных прав [53, с. 94–95].

Сторонники этой точки зрения указывают на отсутствие какого либо сходства между документарными и бездокументарными цен ными бумагами. В работах Е.Ю. Трегубенко [56, с. 6] и Б.В. Чувакова [59, с. 5–6] обосновывается мнение о том, что бездокументарные и документарные ценные бумаги не могут быть приравнены, посколь ку присущие ценной бумаге признаки (воплощение в бумаге оп ределенного субъективного гражданского права и необходимость предъявления бумаги для его осуществления) отсутствуют у бездо кументарных ценных бумаг. К сторонникам указанной концепции можно отнести и Ф.С. Карагусова, по мнению которого бездокумен тарные ценные бумаги «представляют собой удостоверяемые осо быми формами самостоятельные категории имущественных прав.

Попытки же идентифицировать бездокументарные ценные бумаги -2 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права в качестве формы бесперспективны с позиций правового регули рования обращения ценных бумаг» [30]. Е.В. Агапеева, обосновывая некорректность термина «ценная бумага» в отношении электронно го документа, указывает на наличие у него «функции фиксации юри дических фактов» [2, с. 10].

На наш взгляд, указание на бездокументарную ценную бума гу как на способ фиксации прав является лишь достаточно точным описанием ее внешних признаков. Однако само по себе признание бездокументарной ценной бумаги способом фиксации прав не мо жет объяснить правовой природы данного правового института, пос кольку слово «фиксировать» означает «закреплять». Следовательно, при помощи бездокументарных ценных бумаг происходит закреп ление субъективных гражданских прав. Однако то, что закрепляет какую-либо информацию, является юридическим документом. Нам представляется справедливой точка зрения С.Е. Долгаева о том, что «дуализм ценных бумаг относителен, так как элементы материально го воплощения прав присутствуют и в случае с бездокументарными ценными бумагами, а легальному определению понятия «документ»

соответствуют электронные (магнитные) носители информации;

за кон же не определяет ценную бумагу как «бумагу» [28, с. 7]. Таким образом, признание бездокументарной ценной бумаги способом фиксации прав ставит задачу ее характеристики как юридического документа.

Ряд исследователей исходят из того, что бездокументарная ценная бумага – это совокупность прав, удостоверяемых ею и за крепленных в особой форме. Эта точка зрения базируется на том, что не следует искать различия в документарных и бездокументар ных бумагах, а необходимо найти те общие черты, которые позволят их отождествить. Такими общими чертами выступают: 1) права, вы ражаемые документарными и бездокументарными ценными бума гами. Например, Д.В. Мурзин высказал мнение, что «единственным признаком, связывающим обычную и бездокументарную ценную бумагу, является имущественное право, удостоверенное ценной бу магой» [33, с. 9];

2) необходимость фиксации прав, способ осущест вления которой в отношении документарных и бездокументарных ценных бумаг имеет лишь юридико-технические отличия.

Такая точка зрения на правовую природу бездокументарных ценных бумаг получила в настоящее время широкое распростране ние. Например, по мнению А.А. Петрова, различия в удостоверении документарных и бездокументарных ценных бумаг сводятся к раз нице в техническом осуществлении закрепленных в ценной бумаге прав. На основании этого ценная бумага определяется в качестве «неделимой совокупности имущественных прав удостоверенных - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, либо установленной формой с обязательным соблюдением рекви зитов, необходимых для реализации или передачи прав по ценной бумаге, либо фиксацией указанной совокупности прав в специаль ном реестре (обычном или компьютеризированном)» [50, с. 5]. На наш взгляд, к числу приверженцев рассматриваемой точки зрения относится и Ж.В. Коршунова. В результате анализа бездокументар ных ценных бумаг она пришла к выводу о том, что «субстанцией электронной (безбумажной) ценной бумаги является воплощенное в ней субъективное гражданское право (ее ценность), а ее матери альный носитель – электронная система учета прав на ценные бума ги, фиксирующая информацию о праве, – выступает ее пространс твенной границей;



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 14 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.