авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 14 |

«УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ «ГРОДНЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ ЯНКИ КУПАЛЫ» ПРОБЛЕМЫ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА И ПРОЦЕССА ...»

-- [ Страница 3 ] --

- Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, Установление таможенного союза, сложность регулирования тор говых отношений большим количеством уставов и указов вызывало необходимость кодификации торгового права. В результате был принят в 1848 г. Вексельный Устав и в 1860 г. – Общий герман ский торговый свод. Последний регулировал вопрос относитель но торговых деятелей, торговых обществ, торговых соглашений и морской торговли. Кроме этого, в 1897 г. также был принят новый Торговый свод.

Однако, по нашему мнению, классификация Г. Шершеневича не является совершенной, поскольку в ряде стран торговое законо дательство прошло несколько другой путь своего развития. В час тности, становление торгового законодательства в Киевской Руси, Российской империи и других происходило иначе, чем во Франции иГермании. Этому способствовал ряд условий. Например, отсутствие сословной раздробленности и соответственно сословной борьбы, характерной для Средневековой Европы;

участие в торговых пред приятиях князей и дружинников, «терпимость» церкви к торговому ремеслу;

географические условия, необходимость охранять грани цу от внешних врагов [13, с. 46];

а с возникновением Московского государства – необходимость объединить все силы (все население) для того, чтобы отстоять свою политическую независимость.

Так, в Киевской Руси осуществление торговой деятельности и особенности торговых отношений регулировались нормами меж дународных договоров, которые заключал киевский князь с прави телями других государств, а также нормами Русской Правды. Хотя отдельных специальных актов относительно регулирования торго вых отношений в Киевской Руси не было, эти отношения регулиро вались в общих актах. Например, в договоре киевского князя Игоря с византийским императором (945 г.) купцам из Киевской Руси поз волялось осуществлять торговлю на территории Византии. Кроме того, устанавливалось ограничение относительно покупки шелко вой ткани больше, чем по 50 золотых. «Тот же, кто купит шелковые ткани, пусть показывает их царскому чиновнику, и тот привесит к ткани печать и отдаст их тем, кто купил» [21, с. 33–35].

Русская Правда наряду с регулированием права собственнос ти, заключением договоров торга устно и в присутствии свидетелей или таможенника, заключением договоров покупки-продажи челя ди, уделяет внимание регулированию отношений, в которые вступа ет отдельное сословие – купцы. Так, в ст. 48 Пространной редакции Русской Правды регулируется договор ссуды между купцами, когда кредит предоставлялся для увеличения торгового оборота. Это со глашение учреждалось на доверии, оно не нуждалось в присутствии послухов (свидетелей). В случае спора вопрос решался очиститель - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права ной присягой кредитора. Здесь идет речь о зарождении феодаль ных купеческих обществ «на вере» [4, с. 79–80].

Кроме этого, Пространная редакция Русской Правды достаточ но внимания уделяет регулированию вопросов банкротства купцов.

Причем последствия и процедуры, которые проводились, зависели от причины банкротства. Так, если банкротство купца случилось в результате стихийного бедствия, аварии судна, пожара или разбой ничьего нападения, то есть без вины купца, то купцу предоставлялась отсрочка в уплате долга (ст. 54). Если же купец пропьет или проиг рает чужой товар – кредиторы по своему усмотрению могли или ожидать возвращения долга, предоставив банкроту отсрочку, или продать его в рабство (ст. 54). Ст. 55 Пространной редакции уста навливала частный случай банкротства – злостное банкротство, ког да неплатежеспособный должник, оставленный без кредита своих горожан, брал ссуду у гостя из другого города или чужестранца и не возвращал его. Такой банкрот продавался в рабство. Из полученных денег от продажи банкрота и его имущества прежде всего возме щались убытки князю, потом заезжим гостям, а остаток распреде лялся между местными кредиторами [4, с. 80–81].

Также торговые нормы были закреплены в Псковской Судной Грамоте, Судебниках Ивана III и Ивана IV.

Отдельного внимания заслуживает Устав Г енуэзских колоний, который был принят 24 февраля 1449 года в Г енуе и внедрялся на Черном море в городах-колониях Каффе (современная Феодосия), Чембало (современная Балаклава), в Солдайе (современный Судак) и других. Указанным уставом создавался Торговый хазарский коми тет и определялись его полномочия в торговой сфере, определя лись рыночные и акцизные сборы, ввозная и вывозная пошлина, ог раничение относительно торговли купцов, передачи на откуп соли, относительно товаров, которые оставлены в море, и запрещение розничной торговли иностранцам. Уставом устанавливался запрет перегружать корабль товаром в связи с опасностью для тех, кто плы вет на нем. За невыполнение этой нормы шкипер корабля платил штраф в размере от 100 до 2000 аспров серебром по приговору Торгового комитета. Если случайно товар будет выброшен в море то шкипер и купцы, которые имеют свою часть на этом корабле, обяза ны вознаградить пострадавшего за выброшенные вещи и товар [18, с. 765]. Отдельными нормами устава запрещалось торговать в горо де Каффе иностранцам в розницу вином. Нарушение этой нормы наказывалось штрафом от 50 до 200 аспров.

Особенности развития торгового права на территории укра инских земель характеризуются влиянием норм права других го сударств, в подчинении которых они находились. Так, во времена - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, вассалитета Литвы и (или) Польши большую роль в регулировании торговых отношений сыграло Магдебургское право, большая часть норм которого регулировало торговлю и ремесла, деятельность цехов и купеческих гильдий, отношения собственности на нало гообложение (Киеву Магдебургское право было предоставлено в 1494–1497 годах и применялось в других городах Украины до се редины XIX века (в Галицко-волынской земле – с начала XIV века до середины XVIII века) [11, с. 109–111].

Во второй половине XIV – XV вв. расширилась внутренняя тор говля, основными формами которой были торги и ярмарки. В этот период торговля регламентировалась правилами, которые защища ли интересы небольших торговцев. Осознавая, что Львов соединял украинские земли с Западной Европой, и что через Львов прохо дил единственный европейский путь восточной торговли, тогдашняя власть наделила в 1379 г. город складским правом, которое обязы вало всех купцов, которые проезжали через город, останавливаться, и в течение 14 дней продавать свои товары (кроме соли) [3, с. 80].

Позже в 1460 г. привилегия короля Казимира обеспечила Львову исключительное право оптовой торговли и дорожного принужде ния. Львовские купцы получили льготы по уплате пошлины на терри тории Польского королевства [15, с. 339].

В Решении Люблинского сейма об объединении Польши и Лит вы в одно государство – Речь Посполитую (в 1569 г.) – предусмат ривалась отмена как в Польше, так и в Литве всех торговых пошлин и поборов по земле и воде, под каким названием они бы не были, не брать никаких пошлин с духовных и светских людей благородного звания и с их подданных с любых вещей их собственной работы, но с тем, однако, чтобы они этим путем не способствовали избеганию от купеческих пошлин [21, с. 118].

В XVІ–XVІІ веках в Украине становится распространенным вме шательство гетмана в правила торговли и предоставления как отде льных торговых привилегий отдельным группам, так и установления ограничений и запрещений. Так, 17 января 1654 г. Богдан Хмельниц кий издал «Универсал о запрещении производить и продавать водку в Киеве, поскольку это вредит мещанам и военной казне» [17, с. 317], согласно которому преследовалось производство и торговля водкой (трактирщество). Кроме этого, 18 ноября 1656 г. Богдан Хмельниц кий своим Универсалом предоставил привилегии осуществления торговли сапожному цеху в Козлобороднике [22, с. 547].

Пилип Орлик в 1710 году принял Пакты и конституции зако нов и вольностей Войска Запорожского, которым запретил осво бождать купцов от несения публичных повинностей, поскольку «за житочные купцы, отмеченные гетманскими вольностями, избегают - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права выполнения надлежащих публичных повинностей и отказываются оказывать помощь несчастному простонародью». Кроме того, до кументом было установлено «взыскивать в интересах казначейства плату за ввоз и вывоз лишь тех товаров и в таком объеме, который указан в универсалах, не взыскивая из купцов вообще ничего лиш него. Таким же образом Рыночные Комиссары должны собирать рыночный налог лишь от тех, кто этому подлежит, а не от бедных людей, которые прибывают на рынок, чтобы продать или купить де шевую вещь для домашних потребностей» [19].

После 1654 г. экономическая жизнь Правобережной Украины становится полностью зависимой от политики московского прави тельства: устанавливается государственная монополия на некоторые товары, увеличиваются ставки пошлины на украинскую продукцию и тому подобное [10, с. 81].

Зарождение российского торгового права пришлось на сере дину XVII в. В это время были приняты Соборное Уложение 1649 г., Торговый Устав 1653 г., Новоторговый Устав 1667 г. Особая глава Уложения 1649 г. была посвящена городам. Частновладельческие «белые» слободы в городах передавались из рук феодалов «на госу дарево имя». Посадские люди получили право монопольной торгов ли в городах, постоянная (в лавках) крестьянская торговля в городах была запрещена. Торговый устав 1653 г. установил единую пошлину с продаж. В 1667 г. Новоторговый устав упорядочил вопросы вне шней торговли [2, с. 10].

Среди шагов по развитию торгового законодательства следует отметить указы Петра Великого об организации лиц, занимающихся торговлей, в особое сословие с сословной юрисдикцией. В 1755 г.

издан Таможенный устав, касавшийся некоторых вопросов матери ального торгового права. Особенно много торговых законов было принято в первой половине XIX в. В 1832 г. издаются Устав о торговом судопроизводстве и судоустройстве, Устав о торговой несостоятель ности и о векселях, именовавшихся нередко «купеческими бумажны ми деньгами». В 1834 г. принимается положение о купеческих книгах, а в 1836 г. – об акционерных товариществах [6, с. 16].

При Екатерине II была образована комиссия для подготовки проекта нового законодательного уложения, результатом работы которой стало принятие Свода законов (1836 г. и 1842 г.), где торго вые законы были помещены под названием «Учреждений и уставов торговых». В издании Свода законов 1857 г. торговые законы по лучили название «Устав торговый». В существенно переработанном виде Устав торговый был издан в 1887 г. (затем – в 1903 г.), одновре менно из него выделен Устав судопроизводства торгового [6, с. 16].

В 1903 г. был принят Устав торгового судопроизводства, который определил порядок создания и деятельности коммер - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, ческих судов, которые решали все споры, связанные с торговым оборотом [2, с. 11].

Начало ХХ века сопровождалось усилением государственного регулирования торговой сферы, что связано с развитием таких не государственных форм торговли, как частная и кооперативная.

Впервые в советские годы всплеск внимания к торговому пра ву был связан с нэпом. Важную роль в развитии кооперации сыграл декрет СНК от 7 апреля 1921 г. «О потребительской кооперации»

[10, с. 81]. Кроме этого, согласно постановления СНК, начиная с 1923 г. велась работа по составлению проекта Торгового свода. Его предусматривалось издать как одну из частей ГК РСФСР. Комиссией под эгидой ВСНХ был составлен проект Торгового свода СССР. Он обсуждался несколько лет. Но после отказа от нэпа все работы над Торговым сводом были прекращены [6, с. 16–17].

Торговое законодательство, как составляющая хозяйственного советского законодательства, формировалось и развивалось в со ставе социалистической правовой системы, где главное внимание уделялось государственным предприятиям, планированию, системе хозяйственных связей. Система хозяйственно-договорных связей была связана с планами производства, материально-технического снабжения, сбыта продукции, перевозки. Договорные связи осу ществлялись на основании и для выполнения плановых заданий, и регламентировались нормативными актами, которые определяли ос новные права и обязанности, требования к качеству продукции, цены (положениями о поставке продукции производственного техничес кого назначения и товаров народного потребления, государственны ми стандартами качества и тому подобное) [11, с. 118–120].

Подводя итоги, можно утверждать, что необходимость регу лирования торговой деятельности возникает с момента появления дополнительного продукта, который вызывает необходимость осу ществления обмена, появление денег и торгового капитала. Одним из первых правовых источников становятся торговые обычаи (при чем наибольшее развитие приобретают морские обычаи), которые потом находят свое отображение в сводах законов: Corpus juris civilis, Ordonnance de commerce, Ordonnance de la marine и др. Кро ме того, распространению обычаев способствовали специальные суды из торговых судей – консулов, которые в ходе рассмотрения спора фиксировали неписаные обычаи в письменную форму. Так, торговые морские обычаи, которые применялись консулами, были объединены в морской судебник Consulato del mare.

Рядом с обычаем достаточно рано появляется и другой источ ник права – правила, установленные царской властью, правительс твом. Сначала нормы торгового права находят свое отображение - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права в общих актах права, потом определенные исторические предпо сылки в странах вызывают необходимость кодификации торгового законодательства правительством в отдельные своды.

Определение периодизации развития торгового права имеет большое значение для понимания основ формирования торгового законодательства в разных странах мира, которые при регулирова нии торговых отношений придерживались основ французского или германского законодательства, или выбирали другой порядок ре гулирования торговых отношений, в зависимости от определенных исторических предпосылок, которые сложились в каждой стране.

В связи с чем, в мире все страны разделяются на страны с дуалис тической системой частного права (в которых частные отношения регулируются Гражданским и Торговым кодексами) и монополисти ческие (в которых частные отношения регулируются Гражданским кодексом). Определенные особенности развития торговое право имело и на территории ряда стран СНГ, что нашло свое отображе ние в действующем законодательстве этих государств (ни в одной из этих стран не принят Торговый кодекс. Справедливости ради под черкнем, что в ряде научных статей учеными разных стран (Б. Пугин ский, Российская Федерация;

О. Покрещук, Украина) обосновыва ется необходимость его принятия, однако свое раскрытие эта тема найдет в последующих научных статьях).

Список литературы 1. Беляневич, О.А. Хозяйственное договорное право Украины (те оретические аспекты): монография / О.А. Беляневич. – Юринком Интер, 2006. – 592 с.

2. Горбухов, В.А. Коммерческое право. Конспект лекций / В.А. Горбу хов. – 2007. – 192 с.

3. Данильева, И. Становление торгового права в Украине: историко методологический аспект / И. Данильева // Предпринимательство, хозяйс тво и право. – 2002. – № 7. – С. 3–6.

4. История государства и права Украины: учебник. В 2 т. / под ред.

докторов юридических наук, профессоров В.Я. Тация, А.И. Рогожина, В.Д. Гончаренко. – Киев: ИнЮре. – 2003. – Т. 1. – 654 с.

5. Каминка, А.И. Очерки торгового права / А.И. Каминка – СПб., 1911. – Вып. 1.

6. Пугинский, Б.И. Коммерческое право / Б.И. Пугинский. – М.: Изд во «Зерцало», 2005.

7. Римское частное право / И.С. Перетерский [и др.]. – М.: Юриспру денция, 1999.

8. Удинцев, В.А. История обособления торгового права / В.А. Удинцев. – Киев: Типография Императорского Университета св. Владимира, 1900. – 217 с.

- Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, 9. Федоров, А.Ф. Торговое право / А.Ф. Федоров. – Одесса: Славянс кая типография, 1911. – 896 с.

10. Хасанова, В. Исторические аспекты развития торговых правоотношений в Украине / В. Хасанова // Предпринимательство, хозяйство и право. – 2004. – № 6. – С. 79–82.

11. Хозяйственное право: учебник / В.К. Мамутов [и др.];

под ред. В.К. Ма мутова. – Киев: Юринком Интер, 2002. – 912 с.

12. Цитович, П.П. Труды по торговому и вексельному праву: в 2 т. Том 1.

Учебник торгового права. К вопросу о слиянии торгового права с граждан ским / П.П. Цитович. – М.: Устав 2005. – 460 с.

13. Шершеневич, Г.Ф. Курс торгового права. Т. 1. Введение. Торговые деятели: монография / Г.Ф. Шершеневич. – 4-е изд. – СПб.: Издание Братьев Башмаковых, 1908. – 515 с.

14. Щекина, Е.А. Правовой обычай международной торговли как ис точник международного частного права / Е.А. Щекина. – Харьков: МП «Шаг», 2007. – 221 с.

15. Экономическая история Украины и мира / под ред. Б.Д. Лановика. – Киев, 1999. – 736 с.

16. Гражданское и торговое право капиталистических государств:

учебник для студ. вузов, обуч. по спец. «Правоведение» / Е.А.Васильев (отв.

ред.) [и др.]. – 3–е изд., перераб. и доп. – М.: Междунар. отношения, 1993.

17. Документы Богдана Хмельницкого. – Киев, 1961.

18. Записки Одесского Общества Истории и Древностей. Т. 5. – Го родская типография Д.Х. Алексомати, 1863 г. – 1017 с.

19. Пакты и конституции законов и вольностей Войска Запорожского между сиятельным господином Пилипом Орликом, новоизбранным Г ет маном Войска Запорожского, и между старшиной, полковниками, а также названным Войском запорожским, принятые публичным постановлением обеих сторон и подтвержденные на свободных выборах установленной присягой названным сиятельным гетманом, году Божьего 1710, апреля 5, при Бендерах // Вестник Киевского университета. Историко-филологичес кие науки / упорядник Л.Г. Мельник. – 1991. – № 2.

20. Сборник Законов царя Хаммурапи // Источники права. Вып. 1. – То льятти: ИИП «Акцент», 1996. – 56 с.

21. Хрестоматия из истории Украинской ССР. Т. 1. – Киев, 1959. – С. 33–35.

22. Универсал о предоставлении привилегий сапожному цеху в Коз лобороднике (18 ноября в 1656 г.) // Документы Богдана Хмельницкого. – Киев, 1961.

In the article the features of origin of commercial law and legal sources which had a direct influence on its becoming and development reveal. In the process of research the author proves that at first the norms of commercial law had the reflection in the general acts of right. Afterwards, under influence of certain historical factors codification of commercial legislation was carried out.

-0 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права Буткевич Ольга Васильевна – заведующая кафедрой гражданско правовых и хозяйственно-правовых дисциплин Крымского юридического института Национальной юридической академии имени Ярослава Муд рого, кандидат юридических наук, доцент.

УДК 347.44(476) А.М. Вартанян О ВОЗМОЖНОСТИ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ЮРИДИЧЕСКИМИ ЛИЦАМИ, КОТОРЫМ ИМУЩЕСТВО ПРИНАДЛЕЖИТ НА ПРАВЕ ХОЗЯЙСТВЕННОГО ВЕДЕНИЯ ЛИБО НА ПРАВЕ ОПЕРАТИВНОГО УПРАВЛЕНИЯ, ДОГОВОРОВ, НАПРАВЛЕННЫХ НА ПЕРЕДАЧУ ИМУЩЕСТВА В СОБСТВЕННОСТЬ В статье рассмотрены вопросы, касающиеся возможности заклю чения юридическими лицами, которым имущество по гражданскому за конодательству Республики Беларусь может принадлежать только на праве хозяйственного ведения либо на праве оперативного управления, договоров, направленных на передачу имущества в собственность. Ав тор анализирует действующее законодательство и сложившиеся в юридической литературе точки зрения. По результатам проведенного исследования сделаны предложения по внесению изменений и дополнений в законодательство с целью его совершенствования.

Коммерческие организации, а в случаях, предусмотренных законодательством, и некоммерческие организации, осуществляя предпринимательскую деятельность, производят и реализуют про дукцию, оказывают различного рода услуги, выполняют работы и осуществляют иную деятельность, связанную с предпринимательс твом. В процессе совершения перечисленных действий субъекты хозяйствования вступают в различные правоотношения, многие из которых регулируются посредством заключения с контрагентами соглашений, именуемых в гражданском праве договорами. Однако возможность заключения отдельных гражданско-правовых дого воров некоторыми юридическими лицами представляется весьма спорной, в силу их особого правового положения. Речь идет об унитарных предприятиях, учреждениях и государственных объеди - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, нениях, правовой режим имущества которых в соответствии с дейс твующим гражданским законодательством существенно отличается от остальных коммерческих и некоммерческих организаций. В на стоящее время весьма неоднозначным является ответ на вопрос о возможности заключения указанными юридическими лицами граж данско-правовых договоров, в основе которых лежит переход права собственности на предмет этих договоров. Все это свидетельствует об ограниченной правоспособности таких субъектов по сравнению с другими организациями. В связи с этим представляется необходи мым, проанализировав действующее гражданское законодательс тво в данной области, выработать практические рекомендации по его совершенствованию, что в свою очередь будет способствовать улучшению правового положения юридических лиц, которым иму щество принадлежит на праве хозяйственного ведения либо на пра ве оперативного управления, и предотвращению неоднозначного толкования правовых норм.

В соответствии с п. 1 ст. 113 Гражданского кодекса Республи ки Беларусь [1] (далее – ГК Республики Беларусь) унитарным пред приятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником иму щество. Из смысла ст. 113 ГК Республики Беларусь также следует, что в зависимости от вида унитарного предприятия имущество этой коммерческой организации может принадлежать на праве хозяйс твенного ведения или оперативного управления. Таким образом, собственником имущества унитарного предприятия является его учредитель, а самому унитарному предприятию имущество прина длежит на одном из ограниченных вещных прав, т.е. праве хозяйс твенного ведения или праве оперативного управления.

В п. 1 ст. 120 ГК Республики Беларусь закреплено понятие уч реждения, в соответствии с которым учреждением признается ор ганизация, созданная собственником для осуществления управлен ческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера и финансируемая им полностью или частично. А из смыс ла п. 1 ст. 277 ГК Республики Беларусь следует, что имущество уч реждению принадлежит на праве оперативного управления.

Понятие же государственного объединения закреплено в п. ст. 1231 ГК Республики Беларусь, где государственным объедине нием (концерном, производственным, научно-производственным или иным объединением) признается объединение государствен ных юридических лиц, государственных и иных юридических лиц, а также государственных и иных юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, создаваемое по решению Президента Респуб лики Беларусь, Правительства Республики Беларусь, а также по их -2 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права поручению (разрешению) республиканскими органами государс твенного управления либо по решению органов местного управле ния и самоуправления. Статьей 1233 ГК Республики Беларусь уста новлено, что имущество государственного объединения находится в государственной собственности и принадлежит ему на праве хо зяйственного ведения либо на праве оперативного управления.

Кроме того, в соответствии с п. 1 ст. 217 ГК Республики Бела русь право хозяйственного ведения и право оперативного управле ния отнесены к вещным правам лиц, не являющихся собственника ми. В связи с этим лица, которым имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения либо на праве оперативного управления, в полной мере не обладают правомочиями, которыми обладает собс твенник в отношении принадлежащего ему имущества.

Гражданский кодекс Республики Беларусь не содержит по нятия права хозяйственного ведения либо права оперативного уп равления. Однако нормы ГК Республики Беларусь устанавливают пределы владения, пользования и распоряжения имуществом, при надлежащим на одном из названных прав.

Так, в соответствии со ст. 276 ГК Республики Беларусь унитар ное предприятие или государственное объединение, а в случаях, определяемых Президентом Республики Беларусь, иное юридичес кое лицо, которым имущество принадлежит на праве хозяйствен ного ведения, владеют, пользуются и распоряжаются этим имущест вом в пределах, определяемых в соответствии с законодательством.

Собственник имущества в соответствии с законодательством решает вопросы создания унитарного предприятия, определения предмета и целей его деятельности, его реорганизации и ликвидации, назна чает руководителя унитарного предприятия, осуществляет контроль за использованием по назначению и сохранностью принадлежаще го унитарному предприятию имущества. Собственник имущества, находящегося в хозяйственном ведении, осуществляет контроль за использованием по назначению и сохранностью этого имущества, а также имеет право на получение части прибыли от его использова ния. Юридические лица не вправе продавать принадлежащее им на праве хозяйственного ведения недвижимое имущество, сдавать его в аренду, в залог, вносить в качестве вклада в уставный фонд хозяйствен ных обществ и товариществ или иным способом распоряжаться этим имуществом без согласия собственника. Остальным имуществом, принадлежащим юридическим лицам на праве хозяйственного ве дения, они распоряжаются самостоятельно, за исключением случаев, установленных законодательством и собственником имущества.

Статья 277 ГК Республики Беларусь содержит норму, в соот ветствии с которой казенное предприятие, учреждение или госу - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, дарственное объединение, за которыми имущество закреплено на праве оперативного управления, в отношении закрепленного за ними имущества осуществляют в пределах, установленных за конодательством, в соответствии с целями своей деятельности, за даниями собственника и назначением имущества права владения, пользования и распоряжения им. Собственник имущества, закреп ленного за казенным предприятием, учреждением или государс твенным объединением на праве оперативного управления, вправе изъять излишнее, неиспользуемое либо используемое не по на значению имущество и распорядиться им по своему усмотрению.

Кроме того, п. 1 ст. 278 ГК Республики Беларусь устанавливает, что казенное предприятие вправе отчуждать или иным способом рас поряжаться закрепленным за ним имуществом лишь с согласия собственника этого имущества.

Таким образом, в отношении унитарных предприятий, учреж дений и государственных объединений о праве собственности на закрепленное за ними имущество говорить не приходится, т.к. зако нодатель четко определил правовой режим такого имущества, в со ответствии с которым для перечисленных субъектов существенно ограничивается правомочие по распоряжению этим имуществом.

В связи с этим возникает вопрос, возможно ли заключение субъектами правоотношений, которым имущество не может при надлежать на праве собственности, гражданско-правовых догово ров, направленных на передачу имущества в собственность, если эти субъекты будут выступать в качестве стороны, принимающей это имущество?

В соответствии с ГК Республики Беларусь к договорам, направ ленным на передачу имущества в собственность, относятся все виды купли-продажи, мена, дарение, рента, заем, кредит. Как видим, это достаточно большая группа договоров, используемых в хозяйствен ной деятельности и жизненно необходимых для осуществления такой деятельности. Законодательное запрещение использования какого-либо из перечисленных договоров в хозяйственной де ятельности того или иного субъекта повлекло бы для него серьез ные негативные правовые и экономические последствия. Однако на практике для таких субъектов гражданских правоотношений, как унитарные предприятия, учреждения и государственные объедине ния, такие негативные последствия являются вполне реальными.

Рассмотрим возможность заключения некоторых из перечис ленных выше договоров унитарными предприятиями, учреждения ми и государственными объединениями.

Понятие договора купли-продажи содержится в п. 1 ст. 424 ГК Республики Беларусь, в соответствии с которым по договору купли - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права продажи одна сторона (продавец) обязуется передать имущество (вещь, товар) в собственность, хозяйственное ведение, оперативное управление (далее для целей настоящего раздела – в собственность, если из существа обязательства и статуса стороны в обязательстве не вытекает иное) другой стороне (покупателю), а покупатель обя зуется принять это имущество и уплатить за него определенную де нежную сумму (цену). Как видим, данная норма предусматривает возможность передачи имущества не только в собственность, но и в хозяйственное ведение или оперативное управление. Таким обра зом, ни унитарные предприятия, ни учреждения, ни государствен ные объединения не ограничены в праве заключения договора куп ли-продажи как в качестве продавца, так и в качестве покупателя.

Что касается остальных договоров, направленных на передачу имущества в собственность (мена, дарение, рента, заем, кредит), то возможность их заключения перечисленными субъектами в качес тве принимающей имущество стороны договора ставится под сом нение.

Это связано с тем, что договоры мены, дарения, ренты, займа и кредита в соответствии с ГК Республики Беларусь предусматрива ют передачу имущества только в собственность, а не в хозяйствен ное ведение или оперативное управление, как это предусмотрено нормами о договоре купли-продажи. В связи с тем, что унитарному предприятию, учреждению или государственному объединению имущество может принадлежать только на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, эти субъекты не могут быть в данных договорах стороной, которой это имущество передается в собственность.

Однако не все правоведы разделяют данную точку зрения.

Например, Г. Жуковская отмечает, что сторонами договора да рения могут быть все субъекты гражданского права, за исключени ем случаев, запрещения и ограничения дарения, предусмотренных ст.ст. 546, 547 ГК Республики Беларусь [2, с. 34]. Таким образом, ав тор считает, что законодательство не ограничивает возможность за ключения договора дарения, если на стороне одаряемого выступа ет юридическое лицо, имущество которому принадлежит на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, а дарителем является гражданин или некоммерческая организация.

Подобной точки зрения придерживается С. Шолохов, обосно вывая возможность заключения договора дарения унитарным пред приятием и приводя следующие аргументы. На основании ст. 543 ГК Республики Беларусь договор дарения определяется как договор, по которому одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собствен - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, ность, либо имущественное право (требование) к себе или третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущест венной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Таким образом, в определении договора дарения, предметом которого является вещь, ГК Республики Беларусь указывает на переход права собственности на эту вещь от дарителя к одаряемому. При совер шении этой сделки унитарным предприятием происходит лишь пе реход ограниченных вещных прав (права хозяйственного ведения или оперативного управления). При этом С. Шолохов считает, что отсутствие факта перехода права собственности не означает от сутствие признаков договора дарения. Дело в том, что ГК Респуб лики Беларусь содержит некоторые положения, которые, на его взгляд, свидетельствуют о том, что безвозмездная передача права хозяйственного ведения или оперативного управления также явля ется договором дарения.

Так, п. 1 ст. 424 ГК Республики Беларусь, определяющий понятие договора купли-продажи, содержит положение, согласно которо му по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать имущество (вещь, товар) в собственность, хозяйственное ведение, оперативное управление другой стороне (покупателю). В этом же пункте говорится, что для целей настоящего раздела поня тия «собственность», «хозяйственное ведение», «оперативное управ ление» далее употребляются как «собственность», если из существа обязательства и статуса стороны в обязательстве не вытекает иное.

Несмотря на то, что упомянутая норма содержится в статье, определяющей понятие договора купли-продажи, она определяет объем понятия передачи вещи в собственность, с учетом того, что:

- делается ссылка на весь раздел ГК Республики Беларусь, а не на гл. 30 «Договор купли-продажи»;

- основания приобретения и прекращения права хозяйствен ного ведения и оперативного управления в целом совпадают с осно ваниями приобретения и прекращения права собственности.

Указанное положение, на взгляд С. Шолохова, следует тракто вать следующим образом: под передачей в собственность для целей раздела ГК Республики Беларусь «Отдельные виды обязательств» (в том числе и главы «Договор дарения») следует понимать также пе редачу в хозяйственное ведение, оперативное управление, если из существа обязательства и статуса стороны в обязательстве не вы текает иное. «Иное» из существа обязательства и статуса стороны в обязательстве не следует, поскольку ст. 547 ГК Республики Бела русь прямо предусматривает возможность заключения договора дарения, дарителем по которому является унитарное предприятие.

В силу отсутствия в законодательстве изъятий из правосубъектнос - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права ти унитарных предприятий, унитарное предприятие может быть по сделке дарения также и одаряемым [3, с. 70–71].

Подобной точки зрения, только в отношении возможности заключения унитарным предприятием договора займа, придержи вается А. Кумейша. Автор подвергает критике точку зрения, в соот ветствии с которой исходя из существа договора займа деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, передаются заемщику в собственность (п. 1 ст. 760 ГК Республики Беларусь), а поскольку коммерческая организация, созданная в организацион но-правовой форме «унитарное предприятие», правом собствен ности на закрепленное за ней собственником имущество не на делена, то с правовой точки зрения сама природа договора займа (поступление денежных средств или других вещей в собственность заемщика) противоречит правовому режиму имущества, принадле жащего унитарному предприятию на праве хозяйственного ведения.

Стало быть, для использования договора займа в правоотношениях юридических лиц указанной организационно-правовой формы нет оснований.

В обоснование своей позиции А. Кумейша отмечает, что глава ГК Республики Беларусь «Заем и кредит» посвящена не только реаль ным договорам займа, но и консенсуальным кредитным договорам, к которым согласно п. 2 ст. 771 ГК Республики Беларусь применяют ся правила названной главы с учетом особенностей кредитования, установленных законодательством. И поскольку Банковским кодек сом Республики Беларусь [5] и Инструкцией о порядке предоставле ния (размещения) банками денежных средств в форме кредита и их возврата, утвержденной постановлением Правления Национального банка Республики Беларусь от 30 декабря 2003 г. № 226 [6] никаких «особенностей» в отношении права собственности на кредитные средства не установлено, то они, как и заемные, должны считаться передаваемыми в собственность кредитополучателей. Автор счита ет, что если следовать логике приведенного выше разъяснения, по лучается, что для унитарных предприятий невозможно и получение банковских кредитов. Но на каком же основании в таком случае кредитовались и кредитуются в банках практически все республикан ские унитарные предприятия [4, с. 56–57]?

Справедливости ради следует отметить, что до сих пор среди специалистов банковской сферы сохраняется мнение о том, что кредит предоставляется кредитополучателю в пользование. Одна ко пользование как простое извлечение полезных свойств из вещи не может однозначно распространяться на отношения с денежны ми средствами. Извлечь полезные свойства из денег можно, только оплатив ими какой-либо товар или передав их в виде кредита или - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, займа другому лицу, иными словами распорядившись ими, а право распоряжения – это один из элементов содержания права собс твенности. Кроме того, в ГК Республики Беларусь возмездному поль зованию имуществом посвящена глава 34 «Аренда». В связи с этим, если считать, что денежные средства в рамках кредитного договора предоставляются в пользование за определенную плату (процент за пользование кредитом), то логично было бы считать кредитный договор разновидностью договора аренды. Основным препятстви ем, не позволяющим считать кредитный договор одной из форм договора аренды, является то, что теорией права и законодательс твом четко определены объекты аренды. В соответствии со ст. ГК Республики Беларусь в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и иные имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудо вание, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непот ребляемые вещи). То есть объектом аренды могут быть только инди видуально-определенные вещи. Эта особенность договора аренды объясняется тем, что по прекращении договора арендатор должен возвратить арендодателю то же имущество в том состоянии, в кото ром он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Имущество, определенное родовыми признаками, не может выступать предметом договора аренды, за исключением случаев, когда объектом аренды является предпри ятие в целом как имущественный комплекс. Исходя из изложенного можно сделать вывод о том, что предоставление кредита в пользо вание практически невозможно. Кредит предоставляется банком кредитополучателю в собственность [7, с. 29–30].

Кроме того, поскольку согласно ст. 768 ГК Республики Беларусь отношения займа могут оформляться векселем или облигацией, по лучается, что унитарные предприятия, в принципе, не могут привле кать средства под свои векселя или облигации. Видятся проблемы и с возможностью предоставления унитарному предприятию ком мерческого займа в форме предоплаты или отсрочки оплаты по до говорам купли-продажи, подряда, возмездного оказания услуг, ибо правила главы 42 ГК Республики Беларусь распространяются и на эти случаи, если иное не предусмотрено законодательством.

Одним из возможных решений проблемы является то, что заем может быть взят самим собственником имущества унитарного пред приятия (учредителем) и передан унитарному предприятию в хо зяйственное ведение (не вкладывая это имущество в уставный фонд).

Но зачем учредителю это нужно? Ведь деньги необходимы не ему, а самостоятельному субъекту гражданского права, в данном случае – - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права юридическому лицу организационно-правовой формы «унитарное предприятие» [4, с. 57]. Кроме того, обязательство по возврату займа и уплате процентов перед займодавцем в данном случае возникнет у собственника (учредителя) унитарного предприятия как заемщика, и ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение этого обязательства будет нести также собственник-заемщик, т.к. в соответствии с ч. 2 п. 8 ГК Республики Беларусь унитарное предпри ятие не несет ответственности по обязательствам собственника его имущества.

В доказательство возможности заключения унитарным пред приятием договора займа А. Кумейша ссылается на упоминавшуюся выше ст. 424 ГК Республики Беларусь, в соответствии с которой по нятия «собственность», «хозяйственное ведение» и «оперативное уп равление» для целей раздела 30 ГК Республики Беларусь, в который входит и глава 42 «Заем и кредит», отождествляются [4, с. 59–60].

Важным моментом для разъяснения ситуации с возможностью заключения договора займа с унитарным предприятием и учрежде нием, выступающими заемщиками, является официальная позиция Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь, сформулиро ванная в разъяснении от 2 мая 2005 г. № 03-24/850 «О разъяснении положений нормативных правовых актов» [8], в соответствии с кото рым Высший Хозяйственный Суд пояснил, что с правовой точки зре ния природа договора займа (поступление денежных средств или других вещей в собственность заемщика) противоречит правовому режиму имущества, принадлежащего унитарному предприятию или учреждению на праве хозяйственного ведения или оперативного управления. В связи с этим для использования договора займа в пра воотношениях юридических лиц с указанной организационно-пра вовой формой нет оснований.

Представляется, что заключение договора займа унитарным предприятием, учреждением или государственным объединением на стороне заемщика может стать основанием для предъявления исков об установлении факта ничтожности сделки, как не соответс твующей требованиям законодательства, со ссылкой на ст. 169 ГК Республики Беларусь и п. 6 постановления Пленума Высшего Хо зяйственного Суда Республики Беларусь от 28 октября 2005 г. № «О некоторых вопросах применения хозяйственными судами законо дательства, регулирующего недействительность сделок» [9].

Следует отметить, что в отличие от действующего ГК Республики Беларусь, Основы гражданского законодательства Союза ССР и рес публик, утвержденные постановлением Верховного Совета СССР от 31 мая 1991 г. [10], вопрос о предоставлении займа в хозяйствен ное ведение либо оперативное управление решали однозначно. Так, - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, в соответствии со ст. 113 Основ гражданского законодательства Со юза ССР и республик по договору займа (кредитному договору) за имодавец (кредитор) передает заемщику (должнику) в собственность (полное хозяйственное ведение или оперативное управление) деньги или вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется своевременно возвратить такую же сумму денег или равное количес тво вещей того же рода и качества.

Аналогичные трудности могут возникнуть и с заключением уни тарным предприятием, учреждением или государственным объеди нением договора мены или ренты, когда указанные субъекты будут выступать в качестве стороны, принимающей имущество.

Таким образом, вопрос о возможности заключения юриди ческими лицами, которым имущество принадлежит на праве хо зяйственного ведения либо на праве оперативного управления до говоров, направленных на передачу имущества в собственность, в законодательстве остается нерешенным. Среди ученых-юристов также не сложилось единой точки зрения по данному вопросу.

Практика же показывает, что вопреки нормам гражданского зако нодательства подобные договоры заключаются указанными юриди ческими лицами.

На наш взгляд, отсутствие в законодательстве четкой нормы, регламентирующей возможность заключения договоров, в осно ве которых лежит переход права собственности на имущество (за исключением договора купли-продажи) юридическими лицами, которым такое имущество может принадлежать только на праве хо зяйственного ведения либо на праве оперативного управления, яв ляется существенным недостатком и может негативно отразиться на возможности осуществления такими юридическими лицами своей хозяйственной деятельности. Отсутствие подобной нормы в зако нодательстве – это ничто иное, как ограничение правоспособности юридических лиц. Остается только не ясным вопрос, какова цель ограничения этой правоспособности, когда ГК Республики Бела русь предусматривает возможность перехода имущества по дого вору купли-продажи не только в собственность, но и в хозяйствен ное ведение либо оперативное управление, а при заключении иных, относящихся к этой же группе договоров, возможность перехода имущества в хозяйственное ведение либо оперативное управление не предусмотрена, либо хотя и предусмотрена (п. 1 ст. 424 ГК Рес публики Беларусь), но Высшим Хозяйственным Судом Республики Беларусь толкуется не в пользу субъектов хозяйствования.

В связи с этим, полагаем, что из п. 1 ст. 424 ГК Республики Бела русь фразу «далее для целей настоящего раздела – в собственность, если из существа обязательства и статуса стороны в обязательстве не -0 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права вытекает иное» следует исключить, а п. 1 ст. 538, п. 1 ст. 543, п. ст. 554 и п. 1 ст. 760 ГК Республики Беларусь после слова «собс твенность» дополнить словами «хозяйственное ведение, оператив ное управление».

Что же касается вопроса о переходе права собственности на имущество, приобретенное по рассматриваемым договорам юри дическими лицами, которым имущество может принадлежать толь ко на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, то его решение содержится в п. 2 ст. 280 ГК Республики Беларусь, в соответствии с которым право собственности на имущество, при обретенное унитарным предприятием, учреждением или государс твенным объединением по договорам или иным основаниям, при обретает собственник имущества указанных юридических лиц.

Список литературы 1. Гражданский кодекс Республики Беларусь: принят Палатой пред ставителей 28 окт. 1998 г.: одобр. Советом Респ. 19 нояб. 1998 г. // Ве дамасцi Нац. сходу Рэсп. Беларусь. – 1999. – № 7–9. – Ст. 101;

Нац.

реестр правовых актов Респ. Беларусь. – 2000. – № 69. – 2/190;

2001. – № 46. – 2/750;

2002. – № 7. – 2/828;

№ 62. – 2/853;

№ 75. – 2/862;

№ 84. – 2/877;

№ 128. – 2/897;

2003. – № 1. – 2/908;

№ 8. – 2/932;

№ 74. – 2/960;

2004. – № 4. – 2/1016;

№ 137. – 2/1065;

2005. – № 73. – 2/1106;

№ 122. – 2/1141;

2006. – № 6. – 2/1173;

№ 18. – 2/1196;

№ 78. – 2/1212;

№ 106. – 2/1234;

№ 107. – 2/1235;

№ 114. – 2/1247;

№ 122. – 2/1257, 2/1259;

2007. – № 4. – 2/1290;

№ 118. – 2/1309;

№ 132. – 2/1330;

№ 305. – 2/1397, 2/1398;

2008. – № 157. – 2/1444;

№ 170. – 2/1463;

2010. – № 6. – 2/1648, 2/1650;

№ 183. – 2/1719;

№ 184. – 2/1724;

2011. – № 8. – 2/1793.

2. Жуковская, Г. Договор дарения / Г. Жуковская // Судовы веснік. – 2001. – № 4. – С. 33–35.

3. Кашин, Р. Круглый стол. Тема для обсуждения: «Договор дарения между унитарными предприятиями, принадлежащими одному собственни ку» / Р. Кашин // Юрист. – 2008. – № 7 (86). – С. 65–73.

4. Кумейша, А. Заем унитарным предприятием: возможно ли такое / А. Кумейша // БНПИ. Юридический мир. – 2005. – № 18. – С. 56–60.

5. Банковский кодекс Республики Беларусь: принят Палатой предста вителей 3 окт. 2000 г.: одобрен Советом Респ. 12 окт. 2000 г. // Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. – 2000. – № 106. – 2/219;

2002. – № 128. – 2/897;

2006. – № 113. – 2/1243;

2007. – № 305. – 2/1398;

2008. – № 172. – 2/1466, 2/1469;

№ 175. – 2/1494;

2009. – № 145. – 2/1574;

2010. – № 15. – 2/1666;

№ 147. – 2/1684.

6. Об утверждении Инструкции о порядке предоставления (разме щения) банками денежных средств в форме кредита и их возврата: поста новление Правления Нац. банка Респ. Беларусь, 30 дек. 2003 г., № 226 // Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. – 2004. – № 19. – 8/10459.

- Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, 7. Горбач, П. Кредитный договор в системе гражданских правоотноше ний на современном этапе / П. Горбач // БНПИ. Юридический мир. – 2005. – № 14. – С. 26–33.

8. О разъяснении положений нормативных правовых актов: разъяс нение Высш. Хоз. Суда Респ. Беларусь, 2 мая 2005 г., № 03-24/850 [Элект ронный ресурс]. – 2011. – Режим доступа: http://www.levonevski.net/pravo/ norm2009/num21/d21101.html – Дата доступа: 29.04.2011.

9. О некоторых вопросах применения хозяйственными судами законо дательства, регулирующего недействительность сделок: постановление Пле нума Высш. Хоз. Суда Респ. Беларусь, 28 окт. 2005 г., № 26 // Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. – 2005. – № 193. – 6/464.

10. Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик:

утв. Верх. Сов. СССР, 31 мая 1991 г., № 2211-1 // Консультант Плюс [Элект ронный ресурс]. – 2011. – Режим доступа: http://www.consultant.ru/online/ base/?req=doc;

base=LAW;

n=972 – Дата доступа: 29.04.2011.

The questions concerning the possibility of a legal entities, which the property under the civil legislation of the Republic of Belarus can only belong to the right of economic management or operational management, agreements to transfer property ownership. The author examines the existing legislation and established in the legal literature point of view. According to the results of the study made suggestions for changes and additions to legislation in order to improve it.

Вартанян Авак Михайлович — доцент кафедры гражданского права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, кандидат юридических наук.

УДК. 347. И.И. Веленто СОДЕРЖАНИЕ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ Как известно, содержание правоотношения может быть пони маемо двояко. Во-первых, им является регулируемое правом обще ственное отношение, в данном случае экономическое отношение собственности. Во-вторых, содержание правоотношения составля ют права и обязанности сторон.


В правовом отношении собственности на одной стороне на ходится собственник, а на другой – все окружающие его лица, ибо всякий и каждый обязан воздерживаться от нарушений прав собс твенника. В понимании этого возможны ошибки двоякого характе ра. С одной стороны, неправильно понимать правовое отношение -2 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права собственности таким образом, что участником его, обязанным ли цом становится лишь тот, кто посягает на права собственника, кто нарушит их и к кому, в соответствии с этим, собственник может предъявить претензию. Субъективное право, безразлично, абсо лютное или относительное, нельзя сводить к притязанию. У носи теля права появляется возможность в предъявлении требований к обязанному лицу лишь при нарушении его права, при невыполнении обязанным лицом своих обязанностей, иногда – при угрозе нару шения [2, с. 142]. Это происходит и при самозащите – выполнении кредитором обязанности должника и т.п. Но это означает наруше ние нормального хода дел, которое, по сравнению с общей мас сой течения дел, когда отсутствуют основания для правопритязания осуществляющихся в гражданском обществе отношений, не так уж часто встречается. При таком взгляде оказалось бы, что во время нормального субъективного права не существует. Получилось бы, что правового отношения собственности нет до тех пор, пока пра во собственности не нарушено. Отсюда появляются представления о существовании субъективного права вне правоотношения, с чем трудно согласиться. В последнее время подобная позиция нашла отражение в работах К.И. Скловского. Так, он утверждает, что «во многих случаях право вполне успешно реализуется воздействием на тот или иной материальный … предмет без какого-либо участия иных лиц, которые в таком случае оказываются не обязанными…» [5, с. 78]. С таким методологическим подходом согласиться невозмож но. Представляется, что стимулирующее и мотивационное влияние права вне правоотношения нереально ввиду отсутствия соответству ющего механизма, например, субъективного права и субъективной обязанности. Праву, кроме собственно юридических функций, не присущи неправовые функции. Воздействие права на обществен ные отношения как раз и исчерпывается правовой формой в рамках правового регулирования. Вот почему нормативное воздействие невозможно вне правоотношения.

С другой стороны, неправильно понимать правовое отноше ние собственности как отношение каждого собственника со всем населением страны. Пассивными участниками этого правоотноше ния являются лишь лица, которые имеют фактическую возможность нарушения прав собственника и обязаны воздерживаться от этих нарушений [4, с. 92].

Если одно лицо нарушило право собственности другого, то тут два лица, никакого третьего нет;

представляется очевидным, что нарушитель права собственности и до нарушения не был третьим лицом. Третьи лица появляются в тех случаях, когда к рассматривае мому правоотношению примыкает еще какое-то правоотношение, - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, участника которого, в отличие от сторон первого правоотношения, называют третьим лицом. Например, собственник передал во вре менное пользование вещь другому лицу, а то лицо ее потеряло и вещь оказалась во владении третьего лица, от которого вещь могут истребовать как собственник, так и временный владелец (второе лицо). Если же собственник непосредственно потребует вещь от незаконного владельца в правоотношении собственности на осно вании ст. 282 ГК, то третьим лицом окажется уже временный владе лец, потерявший вещь.

Правовое отношение собственности считается односторон ним. Обязанная сторона должна быть полностью пассивна – не на рушать прав собственника. В тех случаях, когда говорят об обязан ностях окружающих что-то сделать по отношению к собственнику, имеет место уголовное или административное правоотношение.

Поэтому содержание правоотношения собственности очерчивает ся только изложением прав собственника.

Если то, что может сделать собственник, охватывается владе нием, пользованием и распоряжением, то на эти действия при пра вовом регулировании собственник должен иметь соответственно субъективные права, право владения, право пользования и право распоряжения, составляющие содержание права собственности.

Взгляд на элементы собственности и права собственности в виде владения, пользования и распоряжения (соответственно пра ва владения, пользования и распоряжения) является достаточно ус тановившимся в экономической и юридической литературе. Когда говорят о праве собственности и тем самым исходят из наличия правового регулирования, то содержание собственности не может не отражать содержания собственности. Фактические действия, со вершаемые собственником и без правового регулирования, полу чают правовую форму.

Ю.К. Толстой определяет экономические отношения собствен ности как совокупность владения, присвоения и распоряжения [10, с.153]. Он находит, что «пользование как экономическая категория совпадает с присвоением», хотя в другом месте усматривает в от ношениях собственности «не только пользование и распоряжение средствами и продуктами производства, но и присвоение их», то есть различает пользование и присвоение. Что же касается права собс твенности, то Ю.К. Толстой по-прежнему указывает на правомочия владения, пользования и распоряжения, поясняя, что правомочия присвоения не может быть, потому что если оно не совпадает ни с распоряжением, ни с пользованием, то выступает как юридический факт, в результате которого право собственности только еще воз никает [10, с. 187].

- Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права Как уже отмечалось, использование не может рассматриваться в качестве одного из элементов собственности, поскольку оно ох ватывает и пользование, и распоряжение.

Относительно присвоения понимание его, как известно, явля ется различным. Во всяком случае, присвоение не может рассмат риваться в качестве одного из элементов собственности, потому что в одних случаях оно совпадает с пользованием, в других – с распо ряжением, а когда не совпадает ни с тем, ни с другим, то лежит за пределами данного отношения собственности.

Поэтому следует признать, что элементами собственности яв ляются владение, пользование и распоряжение, а элементами права собственности – права владения, пользования и распоряжения.

Владение на первый взгляд можно определить как фактическое господство лица над вещью. Такое определение не может быть при нято, прежде всего потому, что понятие господства лица над вещью является нежелательным для правовой теории, рассматривающей отношения между людьми, а не отношения между людьми и веща ми. Кроме того, говоря о господстве, нужно было бы еще сказать, в чем оно выражается, иначе применение этого определения остав ляет все-таки неясным ответ на вопрос, существует в определенном случае владение или нет.

Нельзя сводить владение к обладанию.

Таким образом, владение теснейше связано с пользованием.

Тем не менее владение может существовать и при отсутствии поль зования. Для фактического владения важна возможность пользовать ся вещью, независимо от того, пользуется ею владелец в настоящий момент или нет. Следовательно, владение существует во всех случа ях, когда лицо имеет фактическую возможность пользоваться вещью.

Наоборот, пользование, как правило, возможно лишь при наличии владения, но не обязательно собственности. Пользование отделяется от владения лишь в тех случаях, когда предоставляется пользователю вещь, находящаяся во владении наймодателя (ст. 577 ГК).

Право владения означает наличие правового основания, озна чает наличие правовой охраны владения, возможности его защиты.

Вопрос же о праве пользования разрешается в зависимости от харак тера юридического основания, лежащего в основе права владения.

Так, право владения, принадлежащее собственнику или нанимателю, связано с их правом пользования вещью, а право владения, принадлежа щее залогодержателю, хранителю или перевозчику, существует при отсутствии у этих лиц права пользования данной вещью.

Собственник всегда обладает правом владения и, как правило, осуществляет фактическое владение принадлежащими ему вещами.

Однако фактическое владение не является необходимым для сущес - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, твования права владения. Право собственности, а следовательно, и пра во владения, может возникнуть у приобретателя в случаях, предусмот ренных законом или договором, до передачи ему вещи (п. 2 ст. 224 ГК).

Вещь может быть передана собственником во владение другого лица по договору найма, безвозмездного пользования имуществом, хране ния, перевозки, комиссии, экспедиции, подряда – без передачи права собственности, с сохранением этого права в полном объеме за собс твенником, включая и правомочие владения, и с возникновением этого права у титульного владельца. Вещь может быть изъята у собственника помимо его воли в случаях, предусмотренных законом, с сохранением за ним права собственности (арест), вещь может быть изъята у собс твенника незаконно, наконец, собственник может временно оставить вещь вне места своего пребывания, не осуществлять фактического вла дения вещью без передачи ее другому лицу – во всех этих случаях собс твенник сохраняет право владения.

При правомерном изъятии вещи у собственника без лишения его права собственности право владения сохраняется за ним и одно временно возникает у лица, осуществляющего владение в силу закона или договора. В этой связи М.В. Самойлова справедливо считает, что пе редача собственником одного или нескольких принадлежащих ему правомочий вообще невозможна, как невозможно признание сущес твования неполной собственности, неизвестной нашему законодатель ству. Передача правомочия означала бы тождественность правомочия собственника с одноименным правомочием несобственника, к кото рому оно перешло. Между тем в этом случае «право собственности на вещь временно усложняется наличием известного права на ту же вещь у контрагента по договору, что не лишает, однако, собственника его права в целом или правомочия владения в отдельности, а ограничивает осуществление права собственности. Отношения по поводу вещи оп ределяются теперь совокупностью нескольких правовых характеристик.


В отношении одной и той же вещи оказываются сосуществующими два различных правомочия владения: владение собственника и договорно го владельца. Через владение последнего осуществляет правомочие владения также и собственник» [8, с. 66].

Собственник не осуществляет фактического владения, но не те ряет права владения, если остается собственником. Следует отметить, что собственник, временно лишившийся возможности использовать принадлежащие ему правомочия, не лишается их, а лишь временно ог раничивается от них. Если вещь изъята у собственника помимо его воли, безразлично, правомерно (при аресте) или незаконно, то собствен ник не лишается правомочий;

если же собственник передает владение нанимателю, то последний в это время является единственным титуль ным владельцем. Между тем одинаково лишь ограничение правомочий, - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права но не утрата их имеет место, как в случае ареста имущества, так и в случае предоставления имущества в пользование другому лицу. По этому следует признать, что «носитель права собственности исполь зует свои правомочия самостоятельно и независимо от прав других лиц на эту вещь». Если другие лица имеют какие-либо права на ту же вещь, то ни собственник, ни эти лица не могут использовать свои права независимо друг от друга. Данное правило, например, рас пространяется на учреждения, финансируемые собственником.

В литературе имеется достаточно общих определений пользо вания. Удачным представляется определение, даваемое профессо ром Агарковым:

«Пользованием является употребление вещи для достижения тех или иных целей, в частности, для удовлетворения каких-либо потребностей, а также для извлечения доходов» [1, с. 41].

Близко к этому определение М.К. Васюнина: «Пользование оз начает фактическое применение объектов присвоения в соответс твии с их назначением в качестве средств производства или пред метов потребления, извлечение из них полезных свойств». Однако он не считает пользование «стороной или моментом собственнос ти (как его считают в юридической литературе)». К сожалению, он почти так же определяет владение: «во-первых, фактическое ис пользование работником (членом общества) объектов присвоения в процессе труда и, во-вторых, частичное присвоение результатов трудовой деятельности».

Пользование может выражаться в разнообразных действиях и бездействии.

Под распоряжением понимается совершение действий, вле кущих за собою существенное изменение самой вещи (вплоть до перехода ее в иное состояние) либо ее правовой принадлежнос ти, а также предполагающих возможность такой перемены. Такими действиями могут быть: отчуждение вещи, отказ от нее, залог, пере работка, уничтожение и т.д. [7, с. 267–268].

Распоряжение и пользование тесно связаны между собой. Ког да собственник сам осуществляет пользование и распоряжение, то вопрос о том, что относится к пользованию, а что к распоряжению, носит отвлеченный характер и практического значения не имеет.

Если собственник, например, переделает свои часы из карманных в наручные или наоборот, то спор о том, что он осуществил в данном случае, пользование или распоряжение, носил бы схоластический характер. Но когда пользование предоставляется другому лицу, то практически важно установить, что охватывает одно понятие, а что другое. Если лицо имеет право пользоваться вещью, но не имеет права ею распоряжаться, то такие действия, как в приведенном при мере, оно осуществлять не может [9, с. 274].

- Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, Пользование и распоряжение, подобно владению, могут быть связаны с правом собственности, могут быть осуществляемы на иных правовых основаниях, и могут встретиться такие случаи, когда пользование и распоряжение осуществляются без какого либо правового основания, незаконно. Следовательно, пользова ние и распоряжение могут быть соединены с правом пользования и правом распоряжения и могут быть отделены от правомочий.

Д.Ф. Еремеев, видящий различие между фактическими дейс твиями и их правовой формой, проводит, однако, это различие недостаточно четко. Он говорит, что следует «различать распо ряжение в юридическом смысле (передача прав на имущество другому лицу) и в смысле фактическом (потребление) [3, с. 10].

Такое противопоставление проводить нельзя, и неудивительно, что дальше Д.Ф. Еремеев говорит, что и потребление носит право вой характер [3, с. 47]. Передача имущества представляет собой фактическое действие, распоряжение, а передача прав на иму щество – действие юридическое, осуществление права на рас поряжение. Потребление носит фактический характер, но оно влечет за собой исчезновение объекта права и потому имеет юридическое значение.

Собственник осуществляет пользование и распоряжение на пра вовом основании, он имеет право пользования и право распоряжения, входящие необходимыми составными элементами в право собствен ности.

Владение не является ведущим признаком собственности [10, с. 63]. Во-первых, собственником можно стать, не получив вещи во владение и в дальнейшем не владея ею. Во-вторых, владельцами при знаются и не собственники, также нередко не владеющие вещью.

Для каких целей, удовлетворения каких потребностей осуществля ются пользование и распоряжение – это решается самим собственником.

Характер и границы осуществления права собственности опреде ляются принципами права, важнейшими из которых являются при нципы разумности и добросовестности.

Возможно предоставление собственником принадлежащих ему вещей в пользование другим лицам. Предоставляя вещь в пользова ние другому лицу, собственник предоставляет ему тем самым и право пользования данной вещью, сохраняя за собой право собственнос ти и лишь ограничивая свои правомочия. В этом отношении не име ет значения, предоставляется ли вещь другому лицу в пользование за плату или бесплатно. Ни в том, ни в другом случае получатель не стано вится собственником предоставленной ему в пользование вещи. Среди - Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права них А.И. Смирнов, отстаивающий взвешенную точку зрения. По его мнению, «прямая рецепция конструкции двойственной собственности из системы общего права, скорее всего, невозможна. Но существует вполне успешный опыт заимствования модифицированных трастовых конструкций стран континентального права. Эти конструкции облека ются в форму либо уже известных моделей учреждения и фонда, либо при помощи создания новых, например, модели трастового предпри ятия... Вполне достойный пример для подражания и, главное, не требу ющий в рамках российского права существенного изменения законо дательства» [6, с. 61].

Список литературы 1. Агарков М.М. Основные принципы советского гражданского пра ва / М.М. Агарков // Сов. гос-во и право. – 1947. – № 11. – С. 41.

2. Гурвич, М.А. Право на иск / М.А. Гурвич. – М.: ГосЮрЛитИздат, 1949. – С. 352.

3. Еремеев, Д.Ф. Право личной собственности в СССР / Д.Ф. Еремеев // М.: ГосЮрИздат, 1958. – С.152.

4. Гражданское право. Часть первая: учебник для юрид. вузов / отв. ред.

Я.Ф. Миколенко, П.Е. Орловский. – М.: Юр. издат. НКЮ СССР, 1938. – 280 с.

5. Скловский, К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы / К.И. Скловский. – М., 2004. – С. 78.

6. Смирнов, А.И. О перспективах «двойственной» собственности (траста) в России / А.И. Смирнов. – Правоведение. – 2005. – № 2. – С. 61.

7. Иоффе, О.О. Советское гражданское право: Т. I / О.О. Иоффе. – М.:

Юридическая литература, 1950. – 539 с.

8. Самойлова, М.В. Законное владение в советском гражданском пра ве/ М.В. Самойлова // Правоведение. – 1965. – № 4. – С. 64–67.

9. Сб. пост. Пленума и опр. коллегий Верх. Суда Союза ССР за 1944 г. – 274 с.

10. Толстой, Ю.К. Понятие права собственности / Ю.К. Толстой // Про блемы гражданского и административного права. – Л., 1962. – С. 187.

11. Гражданское право / М.М. Агарков [и др.];

под ред. М.М. Агаркова и Д.М. Генкина. Том 1. – М.: Юр. издат. НКЮ СССР, 1944. – 409 с.

Веленто Иосиф Иванович – доцент кафедры гражданского права и процесса Гродненского государственного университета имени Янки Ку палы, кандидат юридических наук, доцент.

- Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, УДК В.Н. Годунов ДОГОВОР КОНТРАКТАЦИИ КАК ПРАВОВАЯ ФОРМА РЕАЛИЗАЦИИ ПРОИЗВЕДЕННОЙ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОЙ ПРОДУКЦИИ В статье рассматривается история возникновения и развития от ношений по контрактации сельскохозяйственной продукции. Обосновыва ется необходимость в современных условиях договора контрактации как правовой формы реализации произведенной сельскохозяйственной продук ции. Предлагается уточнить в законодательстве договорные формы реа лизации сельскохозяйственной продукции для государственных нужд.

Договор контрактации относится к сложившимся гражданско правовым договорам. Вместе с тем на различных этапах развития нашего государства контрактация сельскохозяйственной продукции, возникнув в форме договора, претерпевала серьезные изменения.

Впервые договор контрактации появился в практике органи зации Советским государством заготовок сельскохозяйственной продукции в начале 20-х годов прошлого века после замены про дразверстки продналогом. К заключению таких договоров стали прибегать перерабатывающие предприятия для обеспечения себя сельскохозяйственным сырьем. В качестве другой стороны догово ра выступали крестьянские хозяйства. В соответствии с договором крестьянское хозяйство обязывалось сдать выращенную на опреде ленной площади продукцию, а предприятие брало на себя обязан ность принять от хозяйства произведенную продукцию и оплатить ее. В необходимых случаях хозяйству выдавался денежный аванс и предоставлялись семена [1, с. 13–14].

Система договоров контрактации сыграла в тот период важ ную роль в развитии экономики страны. Договоры контрактации способствовали подъему сельского хозяйства, стимулировали рост продуктивности сельскохозяйственного производства, оказывали благотворное влияние на развитие отраслей перерабатывающей промышленности. Построенные на добровольных началах, предус матривающие оказание помощи хозяйствам со стороны заготови телей, они отвечали интересам и крестьян, и государства. Договоры контрактации явились отражением и выражением товарно-денеж ных отношений между городом и деревней.

Однако с конца 1932 г. формы заготовок сельскохозяйствен ной продукции радикально меняются. В итоге контрактацию заме -0 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права нили обязательные поставки, что нашло закрепление в постановле нии ЦК ВКП (б) и Совнаркома СССР от 7 апреля 1940 г. «Изменения в политике заготовок и закупок сельскохозяйственных продуктов» [2].

В юридической литературе советского периода причины пе рехода от договоров контрактации к обязательным поставкам сель скохозяйственной продукции либо обходили стороной, либо объ ясняли недостаточно глубоко. Так, Г.Н. Полянская видела причину изменений форм заготовок сельскохозяйственной продукции в пе рестройке управления сельским хозяйством в годы сплошной кол лективизации [1, с. 37–41]. И.Б. Новицкий объяснял ограничение применения договора контрактации общими изменениями в дерев не и в методах заготовки сельскохозяйственных продуктов. В свое время контрактационный договор сыграл немалую роль в качестве средства воздействия государства на перевод сельского хозяйства на социалистический путь развития. Но с окончательной победой колхозного строя это значение договора отпало. Кроме того, кон трактация перестала быть необходимой, поскольку заготовки стали осуществляться в порядке обязательных государственных поставок, децентрализованных заготовок и колхозной торговли [3, с. 311].

На наш взгляд, причины перехода от контрактации к обязатель ным поставкам сельскохозяйственной продукции лежат глубже и обусловлены различными факторами. Прежде всего эти факторы определяются теми условиями, в которых происходило развитие Советского государства после окончания гражданской войны. Как и в промышленности, положение в сельском хозяйстве страны было крайне тяжелым. Политика военного коммунизма больше не могла продолжаться.

Подъем сельского хозяйства находился в прямой зависимос ти от степени заинтересованности крестьян в развитии своего хо зяйства. Крестьянское хозяйство могло развиваться, интерес у крес тьянина мог появиться только при свободе сбыта произведенной продукции на рынке в обмен на промышленные товары. Советская власть решила достичь этого путем замены продразверстки продна логом.

В изменившихся условиях получили интенсивное развитие то варно-денежные отношения между городом и деревней, промыш ленностью и сельским хозяйством. Товарно-денежным отношениям требовалась адекватная их содержанию правовая форма. Такой пра вовой формой стал договор контрактации. С развитием товарно-де нежных отношений между городом и деревней, промышленностью и сельским хозяйством он получал все большее распространение.

Иная экономическая ситуация сложилась в нашей стране во второй половине 20-х годов прошлого века. В СССР набирала тем - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, пы индустриализация, быстро росли промышленность и города. А сельское хозяйство, как и прежде, было технически отсталым, бази ровалось в основном на ручном крестьянском труде.

Возникла диспропорция между ростом потребностей страны в продукции сельского хозяйства и возможностями их удовлетворе ния мелкокрестьянским производством. Но вместо учета объектив ных закономерностей развития сельского хозяйства руководство страны встало на путь администрирования.

Проведение провозглашенной коллективизации в принуди тельном порядке, массовое «раскулачивание» привели к падению сельскохозяйственного производства. Во многих сельских райо нах даже разразился голод. Трудности с продовольствием вынуди ли государство перейти к нормированному снабжению населения городов, введению карточной системы. В таких условиях наиболее приемлемой формой заготовок сельскохозяйственной продукции государство сочло обязательные плановые поставки. Сказались так же игнорирование действия законов рынка, недооценка роли до говора в регулировании экономических отношений. Причиной же перехода от контрактации сельскохозяйственной продукции к ее обя зательным поставкам была объявлена едва ли не сама контрактация. В упоминавшемся постановлении от 7 апреля 1940 г. ЦК ВКП (б) и СНК СССР просто указали, что контрактация как средство государственных заготовок сельскохозяйственных культур потеряла свое значение, что этот метод не обеспечивает достаточного роста производства сель скохозяйственных продуктов.

Обязательные поставки сельскохозяйственной продукции продолжали действовать и в послевоенное время. И лишь в соот ветствии с постановлением Совета Министров СССР от 30 июня 1958 г. № 690 «Об отмене обязательных поставок и натуроплаты за работы МТС, о новом порядке, ценах и условиях заготовок сель скохозяйственных продуктов» [4] с 1 июля 1958 г. были отменены обязательные поставки колхозами государству зерна, семян мас личных культур, картофеля, овощей, мяса, молока, яиц, шерсти и сена. В постановлении предусматривалось, что начиная с 1958 г. го сударственные заготовки сельскохозяйственной продукции в кол хозах будут производиться в порядке государственных закупок. Но государственные закупки, как и обязательные поставки, оставались бездоговорными.

Возвращение к заготовкам сельскохозяйственной продукции в форме договоров контрактации произошло в 1961 г. Постанов ление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 25 февраля 1961 г.

№ 175 «О перестройке и улучшении организации государствен ных закупок сельскохозяйственных продуктов» [5] установило, что -2 Часть 1. Проблемы гражданского и хозяйственного права с 1961 г. закупки зерна, технических культур, мяса, молока и других сельскохозяйственных продуктов и сырья должны осуществляться на основе договоров контрактации, которые являются заказом кол хозам и совхозам на необходимую государству продукцию. Таким образом, была признана объективная необходимость договорного оформления заготовок сельскохозяйственной продукции.

В дальнейшем законодательство о договорах контрактации развивалось и совершенствовалось. Нормы о договоре контрак тации получили закрепление в Основах гражданского законода тельства Союза ССР и союзных республик 1961 г. [6] и ГК союзных республик [7]. Были разработаны типовые договоры контрактации и правила (инструкции) по сдаче-приемке отдельных видов сель скохозяйственной продукции, утверждено Положение о порядке заключения и исполнения договоров контрактации сельскохозяйс твенной продукции (впоследствии оно неоднократно изменялось).

И вплоть до прекращения существования СССР в законодательство о договорах контрактации вносились изменения и дополнения по совершенствованию планирования и стимулирования закупок сель скохозяйственной продукции, заключению и исполнению догово ров контрактации.

В юридической литературе и в советский период высказыва лись отдельные предложения об отказе от договора контрактации, так как он не отличается принципиально от договора поставки [8, с. 74;

9, с. 28]. С развитием рыночных отношений вновь появились сомнения в перспективах развития договора контрактации как пра вовой формы реализации производителем сельскохозяйственной продукции. В частности, по мнению В.Ф. Попондопуло, государс твенные закупки сельскохозяйственной продукции следует осу ществлять в соответствии с законодательством о поставках продук ции и товаров для государственных нужд. Реализация же остальной сельскохозяйственной продукции может производиться посредс твом договоров купли-продажи, мены, комиссии. Это позволит сторонам самим определять особые условия своих взаимоотноше ний [10, с. 159]. Некоторые авторы поводом для полного отрица ния практического значения договора контрактации сочли то, что коммерческая практика, сообразуясь с частноправовыми началами гражданского законодательства, отказалась от изживших и дискре дитировавших себя командно-административных методов в сфере реализации сельскохозяйственной продукции [11, с. 368].

Хотим обратить внимание на следующие моменты.

Отрицание необходимости договора контрактации не мо жет связываться с переходом к рыночной экономике. Безуслов - Проблемы гражданского права и процесса: сборник научных статей. – Гродно: ГрГУ, но, существовавшая в бывшем СССР административно-командная система управления оказывала в определенных случаях воздейс твие на дифференциацию гражданско-правовых договоров че рез детальное регулирование соответствующих отношений, в первую очередь между организациями. Но это был далеко не главный фактор в появлении тех или иных договоров. Ведь воз никновение того же договора контрактации было обусловлено именно развитием рыночных отношений по реализации сельско хозяйственной продукции. С другой стороны, и рынок не исклю чает детального правового регулирования отношений. Оно вызы вается усложнением всей системы экономических и иных связей:



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 14 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.