авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 9 |

«т"ы * ^Vi GOBE ТОКАЯ ЭТНОГРАФИЯ МЖ' ; Л№ / X -it'. ...»

-- [ Страница 5 ] --

Историки п ридерж иваю тся того мнения, что многочисленные касты, упоминаемые в древних литературны х источниках, действительно сущ е­ ствовали в обществе, а различны е перечни (списки) каст, встречаю щ иеся в разных книгах, о т р аж аю т действительное п оло ж ен ие д ел в разн ы х местностях и в разн ы е периоды времени. Что ж е к а сае тся общественных условий в Б ен гал е в X III и XIV вв., то ученые, о п и р аясь на «Б р и хад д х арм а Пурану», д о каза л и, что все небрахм аны в тот период были р а з ­ делены на 36 каст. Д а ж е сегодня условно принятое число каст в Б ен гал е соответствует этому количеству 27.

V Н евозм ож но точно установить, н асколько интенсивны были в за и м о ­ связи м еж д у различны ми кастам и древнего Б ей гал а. Н о мож но с к азать почти н аверняка, что в тот д алеки й период еще не сущ ествовало той жесткой системы, к отор ая господствовала в XIX в. Хотя в соответствии с обычным правом доминировали браки м е ж д у лицами, п р и н а д л е ж а щ и ­ ми к одной и той ж е касте (эндогам ия), все ж е брачны й союз м еж д у мужчиной из более высокой касты и ж енщ иной из более низкой касты е щ е долгое время п р и зн ав ал ся действительным. Ф актически социальны е 26 К ак видно из некоторых эпиграфических записей (дарственных актов на м ед­ ных пластинках) периода Г упты, множество брахм анов в то время поселилось в р а з ­ личных районах тогдашнего Бенгала, включая Триппуру и Силхет, причем в пропове­ дях некоторых из них обнаруж ивалась явная связь со ш колами Ригведы, Я дж урведы и Самаведы, а сами они относились к готрам Б х ар ад в ад ж а, К анва, Б х ар гава, К аш ья па, Агастья, В атсья и Каундинья.

27 R. С. М a j и ш d а г (ed.), Указ. раб.

О факторах, влияю щ их на соматические особенности бенгальских брахманов огран и чени я на браки и совместное принятие пищи затрагивали прежде всего отношения м е ж д у б р ах м а н а м и и представителям и более низких каст. «В конечном итоге браки стали зак л ю ч ать ся только внутри узкого к р у г а одной из многочисленных подкаст, ответвлений или кланов, на которы е п о д р а зд е л я л а с ь к а ж д а я каста. Подобным ж е образом ограни­ ч и в ал ас ь и з а п р е щ а л а с ь совместная еда с представителям и каст или подкаст, зан и м аю щ и х более низкое общественное положение. Но эта стади я отнюдь не бы ла достигнута к концу XII в. н. э.» 2S.

У чи ты вая социально-исторические условия, описанные выше, можно пред полагать, что только к V I —V II вв. н. э. б рахм аны, принадлежащ ие к различны м готрам, п р а в а р а м и ф и л и алам ведической школы, начали интенсивно и большими группами рассел яться по всему Б е н г а л у 29.

С течением времени они расселились на всей территории провинции и н ачали укреп л ять свои позиции к а к в районах, куда они предпочли поселиться, т а к и в местах, откуда они приш ли в Бенгал. Групповая со­ л и д а р н о с т ь и сознание общности происхождения сыграли, несомненно, реш аю щ ую роль во все более и более тесном сплочении членов различ­ ных б рах м а н с ки х общин в р яд е районов Б ен гал а.

В р езу л ь тате разл и чн ы е группы б рахм анов собственно Б ен гал а дали н а ч ал о следую щ им отчетливым объединениям (п о д кастам ): 1 ) пашчатья в а й д и к а (ведические б рах м аны За п а д н о й И н д ии ), 2) р адхия (брахманы З а п а д н о г о Б е н г а л а ), 3) в арен д р а (брахм ан ы района В арендра в Север­ ном Б е н г а л е ), 4) д а к ш и н а ть я вай ди ка (ведические брахманы Южной И н д и и ), 5) м адхьясрени (б рах м ан ы района М иднапора, который яв л яет­ ся границей м е ж д у Ориссой и собственно Б ен гал о м ), 6) саптасати («семь сотен», которые яв л ял и сь единственными б рахм анам и в Бенгале до его' колон изац ии б рах м а н а м и -и м м и г р ак та м и ). О б ъ я сн яя исключи­ тельное положение, зан и м аем о е б р ах м а н а м и последней группы, у казы ­ ваю т на то, что их мож но найти на крайнем востоке Восточного Бенгала, •особенно на востоке района Н а д и я;

они обычно вступают в брак с пред­ ста в и тел я м и группы рад хи я и практически их можно рассм атривать как часть этой п о д к а с т ы 30.

П р о с л е ж и в а я интересущие нас социальные сдвиги, необходимо еще уп ом ян уть о « К у л а д ж и » («К ула састра» — генеалогические своды), в ко ­ торых р а с см а т р и в ае тся история разви тия брахм анов и других основных к аст именно в Бенгале. Согласно широко распространенному мнению, « К у л а д ж и » с о д ер ж ат полезные сведения о социальных условиях в Б е н ­ гал е второй половины XV в. Н есм отря на большие расхож дения в р а з ­ ных текстах « К у л ад ж и », все они сходятся в одном, а именно, что б рах­ м аны р ад х и я и в ар е н д р а ведут свое происхождение от пяти брахманов, привезенны х п равителем Адисурой. П о уверению радхия, потомки этих пяти им м игрировавш их брахм анов вн а ч а ле поселились вместе, но потом расселились по р азн ы м частям Б ен гал а либо по причине внутренних распрей, либо по п р и к азу рад ж и. С течением времени под эгидой прави­ тел я В а л л а л С ена иммигрировавш ие в Б ен гал брахм аны были разд еле­ ны на четкие территориальны е группы: б рахм аны Р ад х и (Западный Б ен г ал ) и б рах м аны из В арендры (Северный Б е н г а л ). С другой сторо­ ны, по версии б рах м ано в в арен дра, б р ахм аны саптасати (района Радхи) с самого н а ч а л а отдали своих дочерей з а м у ж за этих пятерых брахма­ нов, осевших в Гауде с согласия правителя. П осле смерти каждого из 28 R. С. М a j и ш d а г (ed.), Указ. раб.

29 Больш ое количество надписей, относящихся к V III—X II вв. н. э., помогает выяс­ нить, что брахманы Б енгала были родом из таких далеких земель как Гуджараг, М ахьядеш а, Уттар П рааеш.

30 I. N. B h a t t a c h a r i j a, H indu castes and sects, C alcutta, 1896.

92 Канти Пакраси пяти б рахм анов их сыновья (от первого б р а к а ), которые еще прож и вали в К ан ау д ж е, совершали поминальные обряды (ш р ад д х а ) в обстановке бойкота со стороны других брахманов. Ч увствуя себя униженными, они решили не жить больше рядом со своими сводными б ратьям и в Р ад хе и полностью от них обособились, переселивш ись в новый район — в Ва рендру. Здесь они стали считать себя б р ахм ан ам и в ар ен д р а и отделяли себя от брахманов Р ад хи во всех наиболее в аж н ы х общественных делах, в частности в вопросах б р а к а 31.

VI Приведенные выше социально-исторические дан ны е достоверно х а ­ рактеризуют общественные условия, при которых вы сш ая ка ста б р а х м а ­ нов очутилась в непосредственном соседстве с коренным небрахманским населением древнего Б ен гала. О днако возникает вопрос, в какой мере на однородность физического разви тия людей, п р изн аваем ы х б р а х м а н а ­ ми и почитаемых ка к таковые, влияли миграции, эндогамны е огран и че­ ния и внутрикастовое общение. Н асколько б рах м аны к а к узко род ствен ­ ная группа сумели сохранить свою «генетическую стабильность», строго придерж иваясь предписанных ритуальны х брачных законов? Н есмотря на все ограничительные меры д ля у д ер ж а н и я от брачны х отношенигщс представителями других групп, н астаиваю т ли б р ахм аны современного Бенгала на том, что их физические особенности отличаю тся от ф и зи че­ ских особенностей членов других каст? Ч тобы ответить на эти вопросы, специалисты стремились использовать все возможности для проведения эмпирических исследований 32.

И мею щиеся данны е свидетельствуют о том, что самы е ранние ж ители Бенгала, а именно пулинда, хади, дом, ч ан дала, кол, с а в а р а и другие, обозначенные ка к млеччха, являлись вероятнее всего, потомками н еар и й ­ ского населения времен Ригведы. Со временем это коренное население испытало на себе влияние непрерывных волн миграций северо-западны х народов, имеющих отличное от/них физическое строение и более высокую культуру. Н едавние антропометрические исследования н аселени я Б е н г а ­ л а сыграли большую роль в объяснении физического сходства м е ж д у не­ которыми ссЩиальными группами (кастам и и п о д к аст а м и ), вкл ю ч а я б р а х м а н о в 33. В этой связи особо остановимся на самом первом антропо статистическом исследовании, в котором превосходно ан ал и зи р уется р а ­ совое смешение в Бен гале на основании изучения 30 современных ти пи ч­ но эндогамных групп Северной Индии, в том числе б рахм анов, ка ястх а, садгопа, кайварта, р адж бан си, под и багди Б ен г ал а 34.

Не в д а в а я сь в подробности этого исследования, проведенного п р о ф е с ­ сором М ахаланобисом, каж д ы й антропометрист д о лж ен глубоко учесть следующие в аж н ы е выводы, чтобы получить более полное п редставление о «расовой проблеме» в этой провинции:

31 R. С. М a j u m d а г (ed.). Указ. раб.

32 Н. Н. R i s l e у, Указ. раб.;

В. S. G u h a, The racial affinities of the peoples of India, «Census of India», vol. I — India, pt. III-B, E th n o g rap h ic no tes by v ario u s han d s, 1935;

P. C. M ahalanobis, A. Rew ision of R isley’s anthro p o m etric d ata re la tin g to the tribes and castes of B engal. «Sankhya», vol. 1, C alcu tta, 1933;

P. C. M a h a l a n o b i s, D. N. M a p u m d a r, C. R. R a o, A nthropom etric survey of the U nited provinces, 1941.

A statistical study, «Sankhya», vol. 9, C alcutta, 1949;

D. N. M a j u m d a r, Race re a li­ ties in cultural G u jarat, Bombey, 1950;

I. K a r v e. A nthropom etric m easu rem en ts in K arnatak and O rissa and a com parison of these tw o regions w ith M a h a ra stra, «The Journal of the A nthropogolical Society», vol. 8, № d, 4954;

D. N. M a j u m d a r, C. R. R а о, Указ. :раб.

33 D. N. M a j u m d a г, С. R. R а о, Указ. раб.

34 P. С. M a h a l a n o b i s, A nalysis of race m ixture in B engal, « Journal and P rocee­ dings of A siatic Society of Bengal», New series, vol. 23, № 3, C alcu tta, 1927.

О факторах, влияю щ их на соматические особенности бенгальских брахманов 1. Б ен гал ьски е б рахм аны гораздо больше похожи на другие касты Б е н г а л а, чем на касты, ж и вущ и е за пределами этой провинции.

2. Б ен гал ь ски е б рах м аны вы деляю тся ка к единственная каста Б ен ­ г а л а, и м ею щ а я явное сходство с п ан д ж аб ц а м и и существенные черты сходства с высшими кастам и за пределами Б ек гал а.

3. М ож н о считать установленным тот факт, что имело место значи­ тел ь н о е смешение б р ахм анов с другими кастам и Б ен гал а (преимущест­ венно вы сш и м и ), и это позволяет рассм а тр и в ать местных брахманов как подлинно бенгальскую касту.

4. П о р а зи те л ь н а тесная связь м еж д у сходством кого-либо с б р а х м а н а ­ ми Б е н га л а и его социальным статусом. Утверждение «чем выше обще­ ственное положение, тем больш е сходства с б р ахм анам и Бен гал а» сп ра­ ведливо почти д ля к а ж д о й провинции.

5. Интенсивность смешения в пред ел ах Б ен гал а, т. е. смешения внутри провинции зав и сел а от степени культурной близости, так что степень смеш ения б р ах м а н о в с другим и кастам и н аходилась в прямой пропор­ ции к социальном у положению соответствующей касты.

У читы вая эти соображ ения, следует ли антропологам и д алее оста­ вать ся столь ж е консервативными и о тказы в аться привлекать данные исторической науки д л я более глубокого проникновения в межкастовые отнош ения, в лияю щ ие к а к на физическое развитие, так и на развитие об щ ества?

П р и ан а л и зе природы расового смешения в Б ен гал е было д алее у к а ­ за н о на то, что «влияния извне на касты Б ен гала, т. е. межпровинциаль ные смешения, всегда шли двум я определенными, четко прослеж иваем ы ­ ми потоками, один — от каст Северной Индии (в основном Б и х ар а и П а н д ж а б а ), и второй — от коренных племен Чота Н агпура. Влияние североиндийских каст уменьш ается, а влияние коренных племен увели­ ч ивается по мере того, к а к мы спускаем ся по лестнице социальной касто­ вой иерархии... Б р ах м ан ы, каястхи, садгопы и кайварты выступают как настоящ и е индийские касты Б е н г а л а » 33.

Т аким образом, сведения об этнических связях главной эндогамной касты Б е н г а л а (б р ах м ан о в), представленные выше, приобретаю т огром­ ное значение д л я определения тенденции социально-исторического р а з ­ вития среди высшего сословия свящ еннослужителей древней Индии. О д ­ нако не меньший интерес представляет утверж ден и е о том, что брахманы «в основном яв л ял и сь коренными ж и тел ям и Б ен гал а, никогда не были и золированы от других каст и не очень строго придерж ивались правил, з а п р ещ ав ш и х совместную еду и брачные союзы. Эти ограничения, оче­ видно, р азв и в а л и с ь медленно и не были реш аю щ ими в д р евности» 36.

К аки м о б разо м это вы сказы ван ие мож но совместить с антропометриче­ скими данны ми, приводимыми ниже?

С другой стороны, более полувека н а з а д было установлено в резуль­ тате мастерски выполненного ан ал и за социальны х и физических особен­ ностей индо-арийских народов Индии, что б р ахм а н ы Б ен гал а были «бо­ лее тесно» св язан ы с другими кастам и (не б р а х м а н а м и ), чем брахманы внутренних областей 37. И когда аналогичный важ н ы й вывод был сделан в упомянутом выш е подробном и квалиф ицированном антропо-статисти ческом исследовании тридцати разли чн ы х социальных групп страны (каст и п о дк аст), то не мож ет ставиться под сомнение важ ность получе­ ния собственно исторических сведений об этих социальных группах 35 Р. С. М a h а 1 а п о b i s, A nalysis of race m ixture in B engal.

36 R. C. M a j u m d a r (ed.), Указ. раб.

37 R. P. С h a n d а, Указ. раб.

94 Канти Пакраси (кастах). Напротив, такого рода знания позволяю т лучш е судить о меж групповых и внутригрупповых изменениях в физическом типе.

Научный анализ природы взаи м освязей м е ж д у этническими, геогра­ фическими и культурными ф ак то рам и н уж д аетс я в более подробном логическом обосновании д л я в ы явлени я действительного п олож ения дел Таблица Измерение кастовых различий между брахманами Бенгала (100) и другими 29 кастами Северной Индии, включая Бенгал С оциальн ое Ч исло П р о в и н ц и я и к а ста D2 С п олож ени е и сс л ед о в ан н ы х Бенгал. Каястха Высш. 0, 100 10,8.

Бенгал. Садгопа Средн. 48 0,319 9,3.

Бенгал. Каиварта Средн. 100 0,351 16, П анджаб. Кхатри Высш. 0, 60 14, Бенгал. Под Средн. 100 21, 0, Бихар. Брахман Высш. 67 0,496 18, Бихар. Гоала Средн. 0, 100 28, Бенгал. Мусульмане Н изш. 185 0,595 3 7, Панджаб. Уухра Низш. 80 27, 0, Бенгал. Раджбанси Средн.. 0,6 9 100 33, Северо-Запад, пров.3 Брахман Высш. 100 3 9, 0, Панджаб. Патхан Высш. 0,8 0 80 34, Бихар. Дом Низш. 100 0,841 4 1, Бенгал. Багди Низш. 0,857 41. Бихар. Досадж Низш. 1,155 56, Дарджилинг. Лепча Абор. 57 3 9, 1. Чота-Нагпур. Курми Абор. 1,284 6 3, Северо-запад, пров. Дом Низш. 1,397 6 8, Чота-Нагпур. Ораон Абор. 1.411 6 9, Северо-запад, пров. Каястха Высш. 1,454 71, Чота-Н агпур. Сантал Абор. 88, 1,781.

Читтагонг. Магх Абор. 1,792 8 8, Северо-запад, пров. Гоала Средн. 1,875 9 2, Чота-Нагпур. Бхуийа Абор. 100 ],998 9 8, Чота-Нагпур. Мунда Абор. 2, 100 100, Читтагонг. Чакма Абор. 2, 100 126, Чота-Нагпур. Мал Пахари Абор. 126, 100 2, Северо-запад, пров. Чамар Низш. 133, 2, Чота Нагпур. Мале Абор. 2,983 148, 1 Т а б л и ц а с о с т а в л е н а п о д а н н ы м, п р и в е д е н н ы м в к н.: Р. С. M a h a l a n o b i s, A n a l y s i s o f r a c e v n x tu r e in B e n g a l, « J o u r n a l a n d p r o c e e d in g s o f A s i a ti c s o c ie ty o f B e n g a l », v o l. 23, № 3, C a l c u t t a 1927, tb l. 1. В е р о я т н а я п о г р е ш н о с т ь С (С. R. L ) — 0,23.

2 У двух каст, очень б л и зки х д р у г д р у гу, к о эф ф и ц и ен т касто во го р а зл и ч и я б у д ет очень м ал ;

с д ругой стороны, у к а с т с р азл и ч н ы м и х ар а к те р и с т и к а м и к о эф ф и ц и ен т к а сто во го р а з л и ч и я б уд ет больш им. И ндекс D явл яется одним из таки х коэф ф и ц и ен тов кастового р азл и ч и я, а и н декс С п р ед ­ с т а в л я е т с о б о й « к о э ф ф и ц и е н т р а с о в о г о с х о д с т в а », и с п о л ь з у е м ы й Д ж. М. М о р а н т о м и д р. (Р. С. M a ­ h a l a n o b i s, У к а з. р а б., с т р. 304). В э т о й ''* т а б л и ц е у к а с т, р а с п о л о ж е н н ы х в в е р х н е й п о л о в и н е, к а с т о в ы е р а з л и ч и я н е в е л и к и, т. е. о н и б л и ж е б р а х м а н а м Б е н г а л а, ч е м к а с т ы, р а с п о л о ж е н н ы е в й и з у.

С л е д о в а т е л ь н о, к а я с т х и, с а д г о п ы, к а и в а р т ы Б е н г а л а и м е ю т о т н о с и т е л ь н о м е н ь ш и е р а з л и ч и я (б о л е е н и зкое зн ач ен и е D) и б о л ее б л и зк и б р а х м а н а м Б е н г а л а, чем к х а т р и П а н д ж а б а, б р а х м а н ы Б и х а р а и л и б р а х м а н ы С е в е р о - З а п а д н о й п р о в и н ц и и ( б о л е е в ы с о к и е з н а ч е н и я D ).

3 С е в е р о - З а п а д н а я п р о в и н ц и я в х о д и т т е п е р ь в с о с т а в З а п а д н о г о П а к и с т а н а.— Прим.. ред.

в отношении различного физического р азви тия изучаемы х народов (см.

табл. 1). С казанн ое не представится простой игрой слов, если п рисл у­ ш аться к следующему вы сказы ванию о социальны х аспектах ф изическо­ го развития каст Б ен гал а : «Это пред ставл яет собой последовательную и упорядоченную систему, в которой важ н у ю роль играет культурное сход­ ство и культурный отбор. Горизонтальное слияние (представителей н и з­ ших каст с низшими, а высших каст с высшими) более ярко вы раж ен о, чем вертикальное — ф акт, обуславливаю щ ий стабильность социальной системы. Общ ина индусов в Бенгале, с одной стороны, не п о д тв ер ж д а ет U факторах, влияю щ их на соматические особенности бенгальских брахманов 9о гого, что о р то д о ксаль н ая система сущ ествования строго изолированных каст, не д о п у с к аю щ ая никаких сношений м еж д у ними, является логи­ чески совершенной системой;

с другой стороны, она не носит аморфного или хаотического хар а ктер а. Ее структура основана к а к на культурных, т а к и физических различиях, однако б л а го д а р я этим разли чи ям постоян­ но происходит процесс синтеза под влиянием культурной и географиче­ ской б л и з о с т и » 38.

Автор другого антропометрического исследования отметил, что «нет зам етной разницы в росте б рахм анов радхия, вар ен д ра и пашчатья в ай ди ка. О д н ако б рахм аны д ак ш и н ать я-ва й д и к а несколько более рослые (приблизительно на 13 мм), чем все другие. Д л и н а головы у них так ж е одинакова, однако все три группы отличаются от дакш ин атья-вайди ка несколько большей длинноголовостыо (около 3 мм). По ширине головы, однако, рад х и я и в ар е н д р а входят в одну, а две подкасты в а й д и к а — в другую группу;

последние имеют меньшую ширину головы (на 1,3— 1,6 мм ). О д н ако эти разл и чи я в длине и ширине головы не очень сущ е­ ственны. С ледовательно, в то в рем я к а к меж ду брахм анам и радхия и в ар ен д р а н аб лю д ае тся много общего, б рахм аны паш чатья и дакш инатья в ай д и к а по некоторым п р и зн ак ам отличаю тся д руг от друга. И снова очевидным я в л яе тся то, что п аш ч ать я-ва й д и ка более схожи с б р а х м а н а ­ ми р ад х и я и вар ен д ра, чем с представителям и второстепенных родствен­ ных подгрупп» зэ. В этой связи к статье п рилагается табл. 2 д л я освеще­ ния х а р а к т е р а соматического сходства брахманов.

Таблица Средние показатели некоторых антропометрических измерений радхия, варендра, паш чатья-вайдика и дакшинатья-вайдика брахманов Б е н гал а П аш чатья- Д ак ш и н а ть я Ф и зи ч е с к а я х а р а к т е р и с т и к а Р а д х и я (167) В арен д ра (179) в а й д и к а (114) вай д и к а (ЮО) Рост, ММ 1661,4 1658, 1658,8 1675. Продольный диаметр головы 184,9 184,5 184,6 182Д Поперечный диаметр головы 145, 146,9 145, 147, Головной указатель 79,5 78, 80,1 79, 54, Высота носа 55,3 5 4,8 5 4. Ширина носа 35,9 36,1 35,3 3 6, Носовой указатель 6 5,8 6 5,3 64.1 67, 1 В т а б л и ц е и с п о л ь з о в а н ы д а н н ы е и з раб.: Т. С. R o y c h a u d h u r i, T h e r a c i a l p ro b le m o f B e n g a l, « P r o c e e d in g s о t th e 39 t h In d ia n S c ie n c e C o n g ress», P r e s id e n t ia l a d re s s e s, 1952, p. 2, tb. 1.

Б р а х м а н ы Б е н г а л а были, кроме того, исследованы под другим углом — с точки зрения принадлежности к различны м районам провин­ ции. Ройчоудхури не затр аги в ает этого вопроса в своей работе. Поэтому д л я освещ ения природы межгрупповых различий в соматических п р и зн а­ ках были обследованы брахманы, ж и ву щ и е в различных районах Б е н г а ­ л а, в Р а д х е (З а п а д н ы й Б е н г а л ), В арен д ре (северная часть Ц ентральн о­ го Б е н г а л а ), В анге (Восточный Б е н г а л ), Ч а ттал е (Юго-Восточный Б ен гал ) и С а м а т а т е ( д е л ь т а )40. В результате этого исследования был сделан в а ж н ы й вывод, что физические в ари ац ии к а к з длине туловища, 38 Р. С. М a h а 1 а п о b i s, A nalysis of race m ix tu re in Bengal.

39 Т. C. R o y c h a u d h u r i, The racial problem of B engal. «Proceedings of the 39th In d ian Science C ongress», P resid e n tial addresses, 1952.

40 A. N. С h a 11 e r j e e, The v ariatio n in sta tu re and cephalic index am ong Bengalee college stu d en ts, «P roceedings of the 25-th In d ian Science C ongress», pt. II — P resid en ­ tial addresses, 1948.

96 Канти Пакраси Таблица Рост и головной указатель брахманов из различных районов Бенгала (1922— 1928) Г оловной Ч и сл о Р ост Район у казател ь 166,4 + 0, Варендра 178 80,1 ± 0,3 0 5 166,7 + 0, Радха 379 7 9,7 ± 0,2 0 9 Саматата 1515 167,4 ± 0,1 4 7 0 8 1,3 ± 0, Ванга 650 165,9 ± 0,2 3 2 2 7 9,6 ± 0,1 5 0 Чаттала 37 164,6 ± 0,7 4 9 6 77,7 ± 0,6 3 2 Калькутта 167,9 ± 0, 266 8 1,0 ± 0,2 3 6 1 В т а б л и ц е и сп о л ьзо ва н ы, д ан н ы е и з к н.: А- N. С h a t t е г j i, T h e v a r ia tio n in s ta t u r e a n d c e p h a lic in d e x a m o n g B e n g a le e c o lle g e s tu d e n ts, « P ro c e e d in g s o f th e 2 5 th In d ia n S cien ce C o n g ress», p t. II — P r e s id e n ta l a d d re s s e s, 1948, p. 164, tb. 15.

Таблида Процентное распределение данных роста в связи с головным указателем у различных групп брахманов шести районов Бенгала (1922— 1928) Р ост вы сокий Р о с т средн и й Р о с т н ев ы со к и й Ч и сл о Р ай о н обслед о­ Ь Ь3 а Ь с а с с в ан н ы х а 2,25 12,92 10, 23, Варендра 3,37 4,4 9 7,87 28, 7, 5,5 4 11, 5,0 2 11,35 21,38 12, Радха 25, 379 2,11 5,2 2,2 2 15,32 14, 5,85 4,5 0 25,27 28, Саматата 0,6 1488 3, 5,5 4 9,6 11,54 21,69 9,8 Ванга 3,6 9 28, 2,46 7,3 5,41 5,41 0,0 24,32 21, Чаттала 5,41 0,0 0 29, 37 8,1 19,92 17, Калькутта 24,43 1, 5,6 4 6,01 20, 266 0,3 8 3,3 j i, 1 Т аб л и ц а со с та в л е н а п э д ан ны м А- N. C h a t ~ e r У к а з. р а б., р. 163, tb. 16. »

2 Д л я долихокефалов.

3 Д ля мезокефалов.

4 Д ля брахикефалов.

так и в форме головы очень значительны у б рахм анов, п ро ж и ваю щ и х в районах: t a) С а м та т а и Ванга, б) С а м та та и Ч а т т а л а, в) К ал ькутта (более позднее географическое о б разован ие в Д ел ьте ) и В ан га, г) К а л ь ­ кутта и Ч а т т а л а. А разли чи я в головных у к а з а т е л я х в значительной сте­ пени проявляю тся только у брахм анов из районов: а) С а м а т а т а и Р а д х а, б) С ам а тат а и В арендра, в) К ал ь к у тта и Р а д х а, г) В а р ен д р а и Ч а т т а л а или д) Р а д х а и Ч а т т а л а (см. табл. 3, 4 и 5).

Научное значение такой ситуации у б рахм ан о в Б е н г а л а было под­ вергнуто глубокому рассмотрению компетентными учеными в их совм ест­ ной попытке объяснить расовый состав бенгальцев 41, и нет необходи­ мости снова вникать в те ж е детали. П о ж а л у й, полезнее привести с л е­ дующую цитату, чтобы д ать оценку проблеме, обсуждавхмой в нашей р а ­ боте. «Б рах м ан ы повсеместно п роявляю т тенденцию к б р ахи кеф ал ии (средне- и высокорослые индивидуумы взяты вм есте), за исключением Калькутты и С ам а тат ы, где она у них практически на одном уровне с другими кастами. У членов касты каястха, однако, зам етен большой процент низкорослых брахикеф алов, чем у б рахм ано в всех районов (кроме Калькутты, недавно образован но й ). По росту б р ахм а н ы т а к ж е 41 К. P. C h a t t o p a d h y a y. The racial com position of B engalees. In «The castes and tribes of W est B engal», ed. by A. M itra, «C ensus P ub licatio n 1931», vol. V I, Alipore, 1953;

S. N. S e n g u p t a, The racial com position of B engalees. A fa rth e r note, Там же.

О факторах, влияю щ их на соматические особенности бенгальских брахманов Таблица Измерения брахманов и каястхов Бенгала, проведенные Риели Брахманы Брахманы Брахманы (N=100) (N=68) ( N = 32) Каястхи Признаки Суммарная (Западный (Восточный (N=100) характери­ Бенгал) Бенгал) стика (Бенгал) Рост (средн.) 1670 1653 1658 макс. 1734 1792 1792 мин. 1550 1474 1474 Головной указатель (средн.) 7 8,2 7 9,0 78, макс. 87 88 88 мин. 72 70 70 Ширина головы (средн.) 142,6 143,4 143,1 142, макс. 151 151 мин. 135 134 134 Д лина головы (средн.) 182,2 181,5 181,0 182, макс. 195 195 195 мин. 171 170 170 Носовой указатель (средн.) 7 1,9 70,3 7 0,8 70, макс. 100 85 100 мин. 58 56 Ширина носа (средн.) 3 4,9 35,1 3 5,0 35, макс. 40 42 мин. 29 28 Высота носа (средн.) 48,5 4 9, 4 9,9 50, макс. 54 59 мин. 40 36 А.

1 В т а б л и ц е и сп о л ьзо в а н ы д ан н ы е и з к н.: М i t г a. T r ib e s a n d c a s te s of W e st B e n g a l, 1953, p. 403, Таблица Сопоставление данных Риели и Гуха по брахманам Бенгала С та н д ар тн ы е С редн ие Ф и зи ч е с к а я х а р а к т е р и ­ отклонени я с т и к а б р ах м а н о в Риели 2 Гуха 3 Р и ел и Гуха Рост • 165,6 168,0 50,3 53, Д лина головы 181,8 186,4 6,0 6, Ширина головы 143,2 147,0 4,6 5, Головной указатель 7 8,8 7 8,9 3,6 3, Высота носа 4 9,7 5 4,2 4,1 3, Ширина носа 3 5,0 36,6 2,6 3, Носовой указатель 7 0,4 67,7 6,3 6, 1 В т а б л и ц е и с п о л ь з о в а н ы д а н н ы е А. М i t г a, T r ib e s a n d c a s te s o f W e st B e n g a l, 1953, p. 403, tb. 1. »

2 X. Р и е л и и зм е р и л 100 б р ах м ан о в, 32 — и з З ап а д н о го и 68 — и з В о сто ч­ н о го Б ен гал а.

3 Б. С. Г у х а п р о в ел обм еры 50 б р ах м а н о в Р а р х и и з 24 пар ган (р ай о н о в Ц ентральн ой дел ьты ) Б ен гал а.

превосходят каястхов во всех районах, кроме Ч ат тал а. Все эти факты, вместе взятые, у к а з ы в аю т на то, что высокорослые и брахикефальные элементы происходят от предков народа, известного сейчас ка к высокая каста б рахм анов» 42.

42 К. P. C h a t t o p a d h y a y, Указ. раб.

7 Советская этнография, № 98 Канти Пакраси SUMMARY E ndogam y has historically been developed as a reg u la tin g device to sa fe g u a rd bio* logical (physical) and social distinctions of the social g roups c o n stitu tin g H indu society W ithin the B rahm anic system of H indu society m atrim o n ial allian ces can n o t act effi­ ciently if the «social area» of choice of p a rtn e rs in m a rria g e rem ain s undefined. As such,, in ter-caste as well as in tra-c aste relationships have a sig n ifican t role to play in d em ar­ c a tin g such ’social a re a ’.

In this paper, in order to u n d erstan d social genesis of a very im p o rta n t endogam ous group of India, nam ely the B rahm ins, an a ttem p t h as been m ade to o utline the historical evolution of the said group;

sim ultaneously the significance of such evolution an d su b se­ quent dispersions of the constitu en t m em bers of th e said group w ithin In d ia h as been discussed from sociological and anth ro p o m etrical stan d p o in t. A nthropom etrically, it has been established th a t «the B engal B rahm ins resem ble the other castes fa r m ore clearly than they (the B rahm ins) resem ble castes from outside B engal» and ag ain, «the B engal B rahm ins stan d out prom inently as th e only caste in B engal w hich show s definite evi­ dence of resem blance w ith upper castes outside Bengal». Several h istorical-social fa c ts have been discussed in the paper to show how and in w h a t context the B engal B rahm ins, acquired such physical resem blance w ith other social g roups liv in g w ithin and w ithout B engal. A nthropom etric d ata so far available on th e B engal B rahm ins have been given in a supplem ent to the paper for read y reference. ДИСКУССИИ И О БСУЖ ДЕН ИЯ t А. А. Ш е н н и к о в РАСПРОСТРАНЕНИЕ ЖИВОТНОВОДЧЕСКИХ ПОСТРОЕК У НАРОДОВ ЕВРОПЕЙСКОЙ РОССИИ (К ДИ СКУССИ И ОБ АГРОЭТНОГРАФИИ) Эволю ция способов зимнего сод ерж ан ия скота в Европейской России изучена слабо. С читается аксиомой, что с н езап ам ятн ы х времен господ­ ствовало стойловое сод ерж ан ие скота, т. е. содерж ание животных в з а ­ кры ты х утепленных помещениях. С сы лаю тся обычно на употребление сл ов а «хлев» в «П р а вд е Русской» 1 и на археологические находки ж е ­ л езны х кос, свидетельствующие о заготовке сена на зиму.

В действительности, в крестьянском хозяйстве всех народов Европей­ ской России з а исторически обозримое время техника зимнего со д ер ж а­ ния скота претерпела значительные изменения.

О наличии и составе животноводческих построек в крестьянских (и не только крестьянских) у садь б ах XVI — н ач ал а XVIII в. можно су­ дить по многочисленным документам этого времени, содерж ащ им опи­ сания крестьянских усадеб или их деталей (купчие, порядные, описи конфискованных имений, некоторые писцовые книги, судебные дела о п ож ар а х, г р а б е ж а х и иных происшествиях в усадьбах, и т. п.). И сследо­ вания этих документов нами оп у б л и к о в ан ы 2. Здесь ограничимся кр а т­ кими выводами.

В северной половине Европейской России до конца XVI в. у крестьян всех народностей п р е о б л а д а л о бесстойловое зимнее содерж ание скота в откры ты х д во р а х — под навесами или просто под открытым небом (при наличии навесов ж ивотны е укры вали сь под ними только ночью и в непо­ году). Этот способ сод ер ж ан и я скота давно замечен этнограф ам и у рус­ ских и других народов в С и б и р и 3.

Только в самы х северных районах Европейской России у русских кре­ стьян в XVI в. хлевы и конюшни были несколько более распространены, а в районе Холмогор и А рхангельска у ж е н ачали появляться те двух­ этаж н ы е крытые дворы с сеновалом во втором этаж е, которые затем рас­ 1 «П равда Русская», т. I, М.— Л., 1940, стр. 398.

2 А. А. Ш е н н и к о в, Крестьянские усадьбы- в X VI—XVII вв. (средняя и южная части Европейской России), сб. «Архитектурное наследство», № 14, М., 1962;

е г о ж е.

Крестьянские усадьбы XVI—XVII вв. (Верхнее П оволжье, северо-западная и северная части Европейской России), сб. «Архитектурное наследство», № 15, М., 1963;

е г о ж е, О русских крестьянских усадьбах XVI в., сб. «Д оклады отделения этнографии Геогра­ фического общ ества СССР», вып. 2, Л., 1966;

е г о ж е, О понятии «этнографический комплекс», сб. «Д оклады отделений и комиссий Географического общества СССР», вып. 3, Л., 1967.

3 Е. Э. Б л о м к в и с т, Крестьянские постройки русских, украинцев и белорусов, «Труды И н-та этнографии АН СССР», нов. серия, т. XXXI, М., 1956, стр. 208—209.

7* lOu А. А. Шенников пространились по всему северу Европейской России у русских, карел, вепсов и к о м и 4.

П о южной части Европейской России нет достаточных данных XVI и XVII вв. Но, например, в начале XVIII в. в К ромском и Елецком уездах не более трети крестьянских дворов имели хлевы или конюшни, около трети — только сараи (под которыми могли подразу м еваться и навесы), и не менее трети не имели никаких построек д ля скота, хотя имели скот.

Несомненно, что.ранее, до н ач ал а XVIII в., в южной части Европейской России бесстойловое содерж ание скота во двор ах было еще более рас­ пространено 5.

К началу XVIII в. тип крестьянской усадьбы с д ву хэтаж ны м крытым двором занял у ж е почти всю ту территорию, на которой он известен по этнографическим данным XIX в. К югу и ю го-западу от а р е ал а двух­ этажного двора начал ф ормироваться тип усадьбы с одноэтаж ны м кры­ тым двором.

По крайним западным и восточным районам Европейской России мы пока не имеем данных XVI — н ач ал а XVIII в. По среднему Поволжью таких данны х мало, но стоит все ж е упомянуть перепись одной чуваш­ ской деревни в Симбирском уезде, 1670 г., где на 17 дворов было 16 «кард» (открытых загонов д ля скота) и всего одна к о н ю ш н я 6.

Верно ли мы понимаем использованные нами источники? Всегда ли отсутствие упоминаний о постройках для скота означает отсутствие самих построек? Есть подворные переписи селений, где чередуются усадьбы без построек д ля скота и усадьбы с постройками (например, упомянутые м атери алы по К ромскому, Елецкому, С им бирскому уездам).

Если бы постройки д ля скота имелись во всех дворах, то было бы трудно объяснить, почему переписчики отмечали эти постройки в одних дворах и не отмечали в других. Очевидно, эти постройки не отмечались там, где ;

их действительно не было. Некоторые серии описаний, например пере- j писи XVI в. по Тверскому уезду и по району г. Корелы, относятся к за- j пустевшим усадьбам, где часть построек могла не сохраниться к моменту j составления о п и сан и й 7. Но есть и описания обитаемы х усадеб (те же материалы по К рояском у, Е лецкому и С им бирскому уездам, многочис­ 4 Б ольш ая часть исследованных документов опубликована -в следующих изданиях:

сб. «Писцовые книги Московского государства», ч. I, отд. 2, СПб., 1877;

«Акты Хол­ могорской и Устюжской епа.рхий», сб. «Русская историческая библиотека», тт. 12, и 25, СПб., 1890— 1908;

И. С у в о р о в, Ш естой выпуск описания собрания свитков, на­ ходящихся в Вологодском Епархиальном древнехранилищ е, В ологда, 1903;

Д. Я. С а м о к в а с о в, Архивный материал, т. 2, М., 1909;

В. П. Ш л я п и н. Акты Велико-Устюж­ ского Михаило-Архангельского монастыря, ч. I, Великий Устюг, 1912;

«Сборник грамот Коллегии экономии», т. I, Пг., 4922;

то же, т. 2, Л., 1929;

В. Г. Г е й м а н, Материалы по истории Карелии X II—XVI вв., П етрозаводск, 1941;

М. В. К л о ч к о. в, Крестьяне, Севера XVII в. по порядным грамотам, сб. «Ростовский-на-Дону университет, Труды историко-филологического факультета», вып. 3, Ростов-на-Д ону, 1945;

Р. Б. М ю л л е р, Карелия в XVII в., П етрозаводск, 1948, Г. Н. О б р а з ц о в, Оброчные и порядные за­ писи Антониеву-Сийскому.монастырю X VI—XVII вв., сб. «Исторический архив», т. 8, М., 1953;

сб. «М атериалы по истории крестьян в Русском государстве XVI в.», Л„ 1955;

Более подробные ссылки на эти и некоторые другие источники см. в указ. статье автора: «Крестьянские усадьбы X VI—XVII вв. (верхнее П оволж ье, северо-западная и северная части Европейской России)».

5 Сведения по Кромскому и Елецкому уездам см.: сб. «М атериалы по истории крестьянского и помещичьего хозяйства первой четверти X V III в.», М., 1951, стр. 79— 84 и 144— 164. Анализ этого и других источников по южной и отчасти по средней ча­ стям Европейской России см. в указ. статье автора: «Крестьянские усадьбы в XVI— XVII вв. (средняя и ю ж ная части Европейской России)».

6 Сб. «М атериалы исторические и юридические района бывшего приказа Казан­ ского дворца», т. 2, Симбирск, 1898, стр. 68—69.

7 «Писцовые книги Московского государства», стр. 291—403;

Д. Я. С а м о к в а с о в, Указ. раб., стр. 59— 122.

Распространение животноводческих построек у народов Европейской России ленные купчие по разны м местностям), а т а к ж е договорные документы на строительство новых усадеб (крестьянские п орядны е), где построек д ля скота значится не больше, а местами и меньше, чем в запустевших усадьбах.

Н а ш и выводы дополнительно подтверж даю тся многочисленными описаниями усадеб светских и церковных феодалов XVI — начала XVIII в. Там стойловое со д ерж ан ие скота было распространено ненамно­ го больше, чем у крестьян, и то в основном лиш ь в крупных усадьбах.

Н екоторы е предварительны е д анны е об этом о п у бл и ков ан ы 8, более под­ робный разбор этих м атери алов д о лж ен стать предметом специальных публикаций.

Техническая возможность бесстойлового содерж ан ия скота в к л и м а­ тических условиях Европейской России вплоть до крайнего севера д о ­ к а зы в ае тся опытом такого содерж ан ия в более суровом климате Сибири.

Впрочем, преж де чем сомневаться в достоверности источников XVI — н ач ал а XVIII в., обрати м ся к более поздним данным. И з литературы второй половины XVIII и н а ч а л а XIX в. и из некоторых рукописей того ж е времени, ан ал и з которых нами опубликован, выясняется, что в это время зимнее содерж ание скота в открытых дворах под навесами было еще обычным явлением в Московской, В ладимирской, К азанской губер­ ниях, а в более южных и юго-восточных местностях в содержании скота ещ е не зам еч ал о сь прогресса по сравнению с началом XVIII в. К востоку от Волги и К ам ы в н ач ал е XIX в., местами и позже, н ар я­ ду с со держ ан ием скота в открытых дворах, д л я части скота (лошадей) прим ен ялась тебеневка (зимняя п аст ь б а). Это отмечено не только у баш кир, о чем этнограф ы знают, но и у крестьян других народностей, не и скл ю ч ая русских 10. З а п а д н ее Волги тебеневка отмечена во второй поло­ вине XVIII в. на юге Воронежской г у б е р н и и 11, а в 1840-х годах о ней ещ е помнили в центральны х уездах С аратовской губернии 12. По-види­ мому, незадолго д о конца XVIII в. тебеневка п рактиковалась еще везде, где она бы ла технически возм ож на, т. е. практически во всей степной зоне Европейской России. П остепенная зам ена тебеневки бесстойловым содерж анием животны х во дво рах была вы зван а ростом плотности насе­ ления и распаш ко й степных пастбищ.

8 А. А. Ш е н н и к о в, Крестьянские усадьбы в X V I—XVII вв. (средняя и южная части Европейской России), стр. 67.

9 Л а н г е л ь, К раткое медико-физическое и топографическое обозрение Казанской губернии, К азань, 1817, стр. 39;

J. E r d m a n n, B eitrag e zur K enntniss des Inneren von R ussland, Т. 1, R iga — D orpat, 1822, S. 123, 319;

А. А. Ш е н н и к о в, Крестьянские усадьбы конца X V III и начала XIX вв. в Европейской России, сб. «Доклады отделений и комиссий Географического общ ества СССР», вып. 5, Л., 1968.

10 А. Л е о п о л ь д о в, Историко-статистическое описание Заволж ского края С а­ ратовской губернии 1837 года, сб. «М атериалы для статистики Российской империи», СПб., 1839, стр. 116;

е г о ж е, Скотоводство в Саратовской губернии, «Ж урнал Минис­ терства государственных имуществ», 1844, ч. 10, стр. 111;

Г е р н и В а с и л ь е в, Воен­ но-статистическое обозрение Оренбургской губернии, «Военно-статистическое обозре­ ние Российской империи», т. 14, ч. 2, СПб., 1848, стр. 62;

«Статистический очерк совре­ менного состояния сельского хозяйства и промыслов в Оренбургской губернии», «Орен­ бургские Губернские Ведомости», 1871, № 46, стр. 202;

«Заметки англичанина о сель­ ском хозяйстве восточной России», «Сельское хозяйство и лесоводство», 1878, ч. 79, стр. 49.

1 «П родолжение ответов, на предложенные в первой части трудов Вольного Эко­ номического О бщества вопросы, о нынешнем состоянии в разных губерниях и провин­ циях земледелия и домостроительства, по Острогожской провинции», «Труды Вольно­ го Экономического Общества», 1768, ч. 8, стр. 177.

12 A. von H a x t h a u s e n, S tudien uber die inneren Z ustande, das Volksleben und insbesondere die landlichen E in rich tu n g en R usslands. T. 2, H annover, 1847, S. 58.

102 А. А. Шенников В середине XIX в. зимнее содерж ание скота в открытых дво рах п р а к ­ тиковалось примерно в тех ж е местностях, что и на полстолетия ранее, хотя число дворов с таким содерж анием сокращ алось. В конце XIX и н а ­ чале XX в. область бесстойлового содер ж ан ия скота стал а отодвигаться к югу.

У кажем несколько крайних северных точек, где в конце XIX и н ачале XX в. еще отмечались хотя бы единичные случаи сод ер ж ан и я скота в от­ крытых дворах с навесами. С за п а д а на восток — это Р осл авл ьски й уезд Смоленской гу б е р н и и 13, Звенигородский и Бронницкий уезды М осков­ ской губернии 14, Покровский у езд В ладимирской губернии 15, Р язан ск ий у е з д 16, М алмы ж ский и Е л аб у ж ск и й уезды Вятской губернии (татары, удмурты, мари) 17, Осинский, С оликамский и Кунгурский уезды П е р м ­ ской губернии (удмурты, коми-пермяки, русские) 18.

Южнее этих пунктов случйи бесстойлового сод ерж ан ия скога в стре­ чались все ч ащ е и ч ащ е и п р ев р ащ ал и сь у ж е в систему. Много сведений об этом имеется по губерниям Тульской, Орловской, Р язан ск ой, Т а м б о в ­ ской, К азанской, Симбирской, С амарской, Уфимской (их подробный об­ зор невозможен в данной статье). В ю жны х у езд ах губерний Курской, Воронежркой и Саратовской бесстойловое сод ерж ан ие скота ещ е господ­ ствовало, бедняки д е р ж а л и скот д а ж е без навесов, под откры ты м не­ бом 19.

М атериалы конца XVIII, XIX и н а ч а л а XX в. не только подтверж даю т правильность нашего понимания документов XVI — н ач ал а XVIII в., но и позволяют узнать много технических деталей, недостаточно ясных из старинных документов. Мы знаем теперь всю эволюцию ж и вотноводче­ ских сооружений от открытого загон а с простейшей изгородью до д в у х ­ этажного крытого двора, со всеми местными вариациям и. Н а м известна целая гам м а переходных, смешанных способов содерж ан ия скота, когда, 13 Н. М е р г е л ь, Очерк санитарных условий деревень в Смоленской губернии, сб. «Протоколы заседаний 5-го съезда земских врачей Смоленской губернии», Смо­ ленск, 1887, приложение, стр. 67.

14 С. Ф р и д о л и н, О скотных дворах в деревнях М осковской губернии и их не­ достатках, «Известия Московской губернской земской управы», 1913, вып. 10, стр. 11— 12 и рис. 2.

15 Сб. «Исследование современного состояния скотоводства в России. Рогаты й скот», вып. 1, М., 1884, стр. Д-92.

16 А. М а л ь ш и н, Медико-статистическое описание Р язанского уезда, Чернигов, 1891, стр. 56.

17 О. Ж и р н о в, Очерк экономического полож ения татар Кошкинской волости М алмыжского уезда, Вятка, 1896, таблицы;

сб. «М атериалы по статистике Вятской гу ­ бернии», т. 6, Вятка, 1890, стр. 51.

18 Н. Т е з я к о в, Вотяки Болыне-Гондырской волости, «Земский врач», 1891, № 40.

стр. 586;

И. Ш и ш к о в с к и й, Краткий ветеринарно-топографический очерк С оликам ­ ского уезда, сб. «Труды 3-го съезда ветеринарных врачей Пермской губернии», Пермь, 1889, стр. 136;

П. В о р о н и л, Н авозное удобрение в Кунгурском уезде, «Сборник П ер м ­ ского земства», 1892, № 1—2, стр. 157.

19 А. В. В е л ь я м и н о в - З е р н о в, Качественное изучение крупного рогатого скота в Курском уезде, Курск, 1909, стр. 15;

Ф. Щ е р б и н а, Крестьянское хозяйство по Острогожскому уезду, Воронеж, 1887, стр. 185—1188;

А. И. В е р е в к и н, И сслед о ва­ ние крестьянского скотоводства в Валуйском уезде Воронежской губернии, сб. «Труды 2-го совещания земских ветеринарных врачей Воронежской губернии», Воронеж, 190!, стр. 184— 186;

К а н о н н и к о в, Краткие сведения о состоянии скотоводства в О стро­ гожском уезде Воронежской губернии, «Ветеринарная хроника Воронежской губернии», 1903, № 2, стр. 1139;

Е. С. Х е й ф е ц, О состоянии крестьянского скотоводства в Н ово хоперском уезде, там же, стр. 143;

М. М. П л о т н и к о в и В. М. М о р о л е в, С веде­ ния по скотоводству (Н ижнедевицкий уезд), там же, № 3, стр. 193;

П о п о в, К раткие сведения по скотоводству в П авловском уезде, там же, № 9— 10, сгр. 518;

сб. «И ссле­ дование крестьянского скотоводства в Саратовской губернии», т. 2, С аратов, 1897, стр. 34—378.

Распространение животноводческих построек у народов Европейской России например, одни виды скота находились ещ е на бесстойловом, а д р у г и е — на стойловом содерж ании, или когда животных помещ али в закрытые постройки не на всю зиму, а только в сильные морозы, и т. д. Известна эволю ция технологии кормления скота и содерж ан ия молодняка. В част­ ности, выяснено, что при бесстойловом содерж ании обязательно кормили в избе всех животных, вплоть до лош адей;

там ж е доили коров и подол­ гу д е р ж а л и молодняк. Это сильно в л и яло на эволюцию избы и вообще ж и л ы х помещений.

Теперь ясно, что до XVI в. во всей Европейской России (включая районы, не входившие тогда в состав собственно Руси) стойловое содер­ ж а н и е скота было редкостью и практиковалось, по-видимому, лишь в х озяй ствах крупных ф еодалов (светских и церковных). Только в таком смысле и мож но понимать упоминания о хлевах в русской домонголь­ ской письменности. Н аходки кос вообще не являю тся признаком стой­ л о вого со д ер ж ан и я скота, ибо сено заготовлялось и при бесстойловом содерж ан ии.

И так, стойловое сод ерж ан ие скота в Европейской России — явление сравн и тельно новое, получившее значительное развитие лишь с XVI в., и то тол ько в лесной зоне, на юге ж е т а к и не ставшее преобладающим вплоть д о н а ч а л а нынешнего столетия.

Если бесстойловое содерж ание было технически возможно, то почему все-таки стало р азви ваться стойловое содержание, и притом именно с XVI в.?

Этому могли способствовать многие факторы;

стремление к повы­ шению мясной и молочной продуктивности скота, ж елани е убрать скот из избы, в какой-то степени, мож ет быть, и вековые изменения климата.

О чевидно, д о л ж н ы были о к а зы в ать влияние наличие или недостаток строительного леса, экономическое полож ение крестьян и другие мест­ ные- условия.

Но эти ф акторы объясняю т не все. Почему-то, например, д в у х э таж ­ ные кры ты е дворы не получили распространения в Сибири, несмотря на суровы й климат, на наличие л еса и отсутствие крепостничества, и д а ж е н есм отря на то, что зн ачительная часть переселенцев ш л а туда из о б ла­ стей, где так ие дворы имелись. Стремление к повышению продуктивности ск о та было связан о с ростом товарности животноводства, с выходом его з а п ределы крестьянского натурального хозяйства, что на большей части территории Европейской России было характер н о д ля XIX— XX вв., а не д л я XVI в. И к а к ни неприятно было д ля крестьян содерж ание скота в избах, одного этого обстоятельства о казал о сь недостаточно для р а з ­ вития стойлового со д ерж ан и я на юге России. Видимо, действовали еще какие-то факторы.

В лесной зоне Европейской России п ар о в ая система земледелия с трехпольны м севооборотом невозмож на без навозного удобрения. В л е ­ состепной и степной зонах эта система могла существовать на черноземе без удобрения несколько десятилетий (в среднем, с местными в а р и а ­ ц и я м и ), но ран о или поздно и там треб овал ся навоз.

Но навоз в необходимом количестве и долж ного качества получается только при стойловом содерж ании скота. В непокрытых дворах и заго­ нах навоз зимой промерзает, перемеш ивается 0 снегом, весной промы­ вается водой (а при осенней вывозке, вдобавок, еще пересыхает летом), и в итоге очень сильно, иногда д а ж е полностью теряет свою эффектив­ ность к а к удобрение. П од навесами навоз получается немного лучшего качества, чем под открытым небом, но все ж е еще значительно хуже, чем в зак ры ты х помещениях, причем, ка к уж е сказано, животные при бесстойловом содерж ании не все время находятся под навесами.

104 А. А. Шенников Из этих элементарных обстоятельств, давно известных агрономам, следует, что в лесной зоне Европейской России не могло быть и речи о господстве паровой системы до ш ирокого распространения стойлового содерж ан ия скота. Не значит ли это, что именно потребность в интен­ сификации земледелия и яви лась главны м стимулом д ля р ас п р о с тр ан е­ ния стойлового содерж ан ия скота в лесной зоне? Если бы это было так, то стала бы понятной и за д е р ж к а разви тия стойлового сод ер ж ан и я на юге Европейской России, где, к а к известно, во многих местах навозное удобрение не употреблялось до н ач ал а XX в.

Но тогда надо признать, что п ар о в ая система зем леделия в кресть­ янском хозяйстве лиш ь к XVI в. достигла такого распространения, что потребовалось усоверш енствование производства навозного удобрения.

Несколько лет н а за д такое предположение п оказал о сь бы невероятным, ибо историки считали, что пашенное зем леделие с паровой системод и трехпольем на Руси повсеместно господствовало по крайней мере с д о­ монгольских, а по некоторым мнениям — д а ж е с докиевских времен. Е1о в последние годы н ачался пересмотр этих взглядов. П ереход от преоб­ лад ан и я подсеки к господству трехполья теперь относят к XIV— XV вв., а для отдельных районов — и к XVII в. 20 Конечно, вопрос требует д а л ь ­ нейшего изучения. Но нельзя не заметить, что приведенные выше факты определенно подкрепляют новейшие представления о позднем и посте­ пенном распространении трехполья в крестьянском хозяйстве лесной зоны Европейской России.

В связи с этим зас л уж и в а ю т внимания исследования Е. Е. Еромова, из которых видно, что в крестьянском хозяйстве лесной зоны были ш и ­ роко распространены ком бинированные системы, сочетавш ие паровую систему на бли ж айш их к селениям полях с подсечной системой на более удаленных у ч а с т к а х 21. Л егко представить себе, что до тех пор, пока эта бли ж н яя («удворная») паш ня была невелика, на нее х в ат ал о плохого навоза из открытых дворов и из-под навесов, и стойлового сод ер ж ан и я скота не требовалось.


* * * Из изложенных фактов следует ещ е много выводов, интересных для этнографов. Здесь мы коснемся проблемы, затронутой в дискуссионной статье Е. F. Еромова и Ю. Ф. Н ови кова,— п роблемы взаимоотношений между историей сельскохозяйственной техники и этнической и ст о р и ей 22.

Среди всех факторов, определявш их развитие техники зимнего сод ер­ ж ан и я скота у народов Европейской России, мы не о б н аруж и ли лиш ь одного ф актора — этнического.

Конечно, если изучать способы зимнего с о д ер ж ан и я скота лиш ь в к а ­ кой-то один исторический момент, эти способы могут п о к аза тьс я с в я з а н ­ ными с теми или иными этническими группами населения. Именно так, вследствие изучения этнографических м атери алов только конца XIX и начала XX в. (без учета более ранних данны х) могли появиться п р ед ­ ставления о том, что, например, крытые скотные дворы специфичны д ля русских с «окающими» говорами, открытые дворы с хлевам и и конюш 20 «История СССР с древнейших времен до наших дней», т. 2, М., 1966, стр. 65, 106— 108;

т. 3, М., 1967, сгр. 19—20.

21 Г. Г. Г р о м о в, П одсечно-огневая система земледелия крестьян Новгородской области в XIX—XX вв., «Вестник Московского университета», историческая серия,.

1958, № 4;

е г о ж е, География пахотных орудий русских крестьян в XIX в., «Доклады по этнографии Географического общ ества С ССР», вып. 5, Л., 1967, стр. 32— 36.

22 Г. Г. Г р о м о в и Ю. Ф. Н о в и к о в, Некоторые вопросы агроэтнографических исследований, «Сов. этнография», 1967, № 1.

Распространение животноводческих построек у народов Европейской России ним,и—'Для «акаю щ их» русских, бесстойловое содерж ание скота во дво­ р а х — д л я русских-сибиряков, т е б е н е в к а — д ля башкир и других полу­ кочевников и т. д.

Н о едва лиш ь мы переходим от статического изучения явлений к из­ учению их в д ин ам ик е сра зу за несколько столетий, немедленно выяс­ няется, что техника зимнего сод ер ж ан и я скота у всего крестьянства Европейской России р азв и в а л а с ь по законам, не имеющим ничего об­ щего с зак о н а м и эволюции язы ков или с законам и этногенеза. Ареалы типов и вари ан тов животноводческой техники лиш ь изредка, кое-где, ненадолго и явно случайно совп адали с ар е а л а м и народностей, языков или диалектов. К а к правило, таких совпадений не было.

Так, в конце XIX и н ач ал е XX в. ю ж н а я граница ар е ал а одноэтаж ­ ных кры ты х дворов бы ла б ли зка к южной границе «окающих» говоров, но всего л иш ь за 100 лет д о того ещ е не было такого совпадения, а за 200 и более лет одноэтаж ны х кры ты х дворов у крестьян вообще не было. К ры ты е дворы в крестьянских у са д ь б ах были явлением гораздо более новым, чем все этнические или лингвистические группы на данной территории;

они не имели никакого отношения ни к новгородской коло­ низации севера, ни к каким-либо более ранним этническим п ро ц ессам 23.

Бесстойловое со д ерж ан ие скота во д во р а х было стадией развития, через которую прош ло крестьянское хозяйство всех оседлых народов Европей­ ской России, в одних местах раньше, в других позже. В степной зоне т а ­ кой ж е стадией бы ла и тебеневка.

В ыводы Г. Г. Громова и Ю. Ф. Н овикова, сделанные главным образом на прим ере пахотных орудий, вполне подтверж даю тся нашими выводами _ д а м а тер и ал е из другой области сельскохозяйственной техники — зимнего со д ер ж ан и я скота: в обоих случаях эволюция сельскохозяйственной техники о к а за л а с ь практически независимой от этнических традиций.

О на была св яза н а в основном с физико-географическими и хозяйствен­ но-экономическими ф акторам и.

Нелегко пересм атривать установивш иеся представления. Поэтому мож но понять недоумение Л. М. Сабуровой, считающей, что, по Г. Г. Громову и Ю. Ф. Новикову, «сельскохозяйственная техника — это область народной культуры, не им ею щ ая ничего общего с этносом, т. е.

с народом». «Отделение этнических традиций от культурных» ей к а ж е т ­ ся сп о р н ы м 24.

Д а, в ся к ая этническая традиция в культуре есть культурная т р ад и ­ ция, но д ал еко не всяк ая культурная тр ад и ц и я есть трад и ци я этническая.

« Н а р о д н а я тр ад и ц и я» — не об язател ьн о тр ад и ци я этнической группы.

Эго мож ет быть и трад и ци я группы населения, выделенной не по языку и не по этническому самоопределению, а по какому-нибудь иному при­ знаку. В данном случае мы имеем д ел о с группами населения, связан­ ными с определенным физико-геоГрафическим л ан дш аф том и находя­ щимися на определенном уровне экономического развития.

В «народной» культуре, действительно, не все элементы одинаково связан ы с этносом;

некоторые с ним вовсе не связаны. Мы у ж е имели 23 А. А. Ш е н н и к о в, Крестьянские усадьбы X VI—XVII вв. (Верхнее Поволжье,, северо-западная и северная части Европейской России), стр. 91—92, 97— 101;

е г о ж е, О русских крестьянских усадьбах XVI в., стр. 7— 16;

е г о ж е, О понятии «этнографиче­ ский комплекс», стр. 47;

е г о ж е, Крестьянские усадьбы конца X VIII и начала XIX вв.

в Европейской России, стр. 11—12.

24 Л. М. С а б у р о в а, По поводу статьи Г. Г. Громова и Ю. Ф. Новикова «Неко­ торые вопросы агроэтнографических исследований», «Сов. этнография», 1967,.Vs 6^ стр. 77 и 82.

106 А. А. Шенников случай заметить, что из всех элементов материальной культуры наиме­ нее зав и ся т от этноса средства т р у д а 25. К так овы м и п р и н ад л еж а т ка к земледельческие орудия, т а к и животноводческие сооружения.

SUMMARY The techniques of w inter m ain ten an ce of c a ttle in the p e asa n t econom y of R ussia in E urope evolved continuously d u rin g know n histo rical tim es. Up to the XVI century o u t­ door m aintenance of cattle in open y a rd s w as th e p rev ailin g system ;

in th e steppe zone c a ttle w as pastured in w inter. F rom th e XVI to th e XX century, ind o o r-m ain ten an ce g r a ­ dually spread from north to south;

in the southernm ost reg ion s it still had not become the prevailing system by the b eginning of the XX century. The gro w th of ind o o r-m ain ­ tenance w as apparently m ainly caused by th e tra n sitio n from extensive system s of a g ri­ cu ltu re to the three-field system ;

this dem anded m an u re w hich could only be produced in sufficient quantities by indoor-kept cattle. The techniques of w in ter m ain ten an ce of c a ttle in regions inhabited by d ifferent peoples p assed th ro u g h id entical sta g e s of deve­ lopm ent;

they w ere influenced m ainly by geographical an d econom ic b u t no t by ethnic factors. This conclusion coincides w ith th a t of G. G. G rom ov and Yu. F. N ovikov w ith re g ard to the evolution of ag ricu ltu ral techniques (see «Soviet E thnography», 1967, № 1).

25 А. А. Ш е н н и к о в, О понятии «этнографический комплекс», стр. 40’ 41 и 55.

— ООБЩЕНИЯ Л. С. Г р и б о в а ТРА Д И Ц И О ННАЯ РЕЗЬБА Н А СЕЛ Ь СКИ Х П О СТРО Й К А Х КОМИ-ПЕРМЯКОВ В наш е время — время расцвета национальных культур — обращ ается большое вни­ ман и е на изучение народного искусства с целью поддерж ания и дальнейшего развития.лучших его традиций.

И скусство небольшого приуральского народа — коми-пермяков, в частности, его худож ественная обработка дерева, отличаю щ аяся довольно большим своеобразием и восходящ ая к глубокой древности, заслуж ивает специального исследования.

Д о Великой Октябрьской социалистической революции искусство коми-пермяков, к ак,и других «инородцев», почти игнорировалось. Путешественники и ученые, наблю­ д ав ш и е быт пермяцкого населения, отмечали своеобразие архитектурного и бытового д ек о р а коми-пермяцкой деревни, однако оценить-его по достоинству не могли. Одни на­ чадили его грубым и несовершенным, другие все художественные достоинства считали заимствованны ми от русских. Вот что писал о коми-пермяцкой скульптурной обработке дерева известный этнограф прош лого века И. Н. Смирнов: «...Пермяк стоит на зачаточ­ ной ступени творчества: он еще не господин того материала, который предполагает приспособить к своим потребностям, не в состоянии дать ему ту форму, которая ему ж елател ьн а;

он берет у природы формы вместе с материалом. Л еса, окружавш ие П ер­ мяка,,в изобилии предлагали его вниманию наросты на корнях берез. Рано или поздно П ерм яку д ол ж н а была придти мысль как-нибудь приспособить эти наросты для своих потребностей. Он обрубает такой нарост, вы далбливает ножом его внутренность, слег­ ка очищает снаруж и и готова первобытная чаш ка;

случайно или намеренно он обру­ бает такой нарост с частью корня или ствола и получается сосуд с ручкой — ковш, повареш ка. Тут все дан о природой;

человеку принадлеж ит идея приспособить готовое к своим целям... П ерм як не пошел дальш е простого приспособления готового. Чтобы сделать своей ж ене или дочери швейку, он долж ен бродить по лесу, отыскивая дерево с подходящ им расположением корней;

он не дош ел до мысли, что такого ж е рода ш вейку мож но гораздо скорее приготовить из двух отдельных и небольших сравни­ тельно кусков дерева;

здесь уж нужно создавать, а не приспособлять только» ].

К сожалению, подобная оценка народного творчества держ алась очень долго и устойчиво. Д а ж е сами коми-пермяки постепенно забывали некоторые виды своего традиционного искусства. Безусловно, русский народ, его культура оказали большое обогащ аю щ ее влияние на культуру коми-пермяков, но в то время получалось так: все, что русское — хорошо, все, что коми — плохо. О бесценивались шедевры национального искусства, исчезали целые его виды;

национальный костюм (от которого сохранилось несколько элементов;


узорные пояса, чулки и в ар еж к и ), резьба по кости, роспись и аппликация по дереву, тиснение по коже, плетение из соломы, украшение металличе­ скими н акладкам и, худож ественная обработка м еталла. От всего этого остались лишь воспоминания и редкие экземпляры вещей.

П осле Великой Октябрьской социалистической революции в корне изменилось отнош ение к культуре малы х народов. У ж е с первых лет Советской власти появляю тся работы, свидетельствующ ие об интересе исследователей к коми-пермяцкой резьбе по дереву. В 1918 г. на родину в К удымкар из М осквы приехал известный художник П. И. С убботин-П ермяк, который, будучи областным уполномоченным по делам искусств от Н арком проса, с 1919 г. начинает невиданную до сих пор в крае работу по организации худож ественных мастерских в П ерми, Куды мкаре и Кунгуре. В учебных и производственных програм мах мастерских большое внимание уделялось изучению и 1 И. Н. С м и р н о в, П ермяки. Историко-этнографический очерк, «Известия общест­ ва археологии, истории и этнографии при К азанском университете», т. IX, вып. 2, К азань, 1891, стр. 205—206.

108 Л. С. Грибова внедрению местных видов прикладного искусства, в том числе традиционной резьбы по д е р е в у 2.

Смерть П. И. Субботина-Пермяка в 1923 г. и трудности восстановительного перио­ д а помешали осуществить замечательны е планы худож ника.

В 1924 г. вышла работа А. С ыропятова, в которой содерж ится ценный фактиче­ ский материал, в том числе и иллюстрации. Описывая пластическую архитектурную резьбу на постройках сел и деревень, преимущественно на территории со вр ем ен н ее Коми-Пермяцкого национального округа, и удивляясь своеобразию декорирования сель­ ских построек, он, однако, не смог отделаться от мысли, что они «являю тся... драго­ ценными живыми памятниками былого влияния новгородцев на соседние области се­ верной России»3. Без сомнения, в культуре всего С евера России имелись какие-то общие черты, но они могли возникнуть не только и совсем не обязательно под влиянием одного центра (хотя бы этим центром был Н овгород), но, что бы вает гораздо чаще, пазЕивались аналогично в сходных условиях. Впрочем, А. Сыропятов в конце концов опровергает сам себя, придя к выводу, что своеобразие декоративного стиля в сель­ ской архитектуре Пермского к р ая — порождение «экономических причин и своеобраз­ ных местных условий естественно-исторического порядка», в том числе религиозных представлений местного н асел ен и я4. Несмотря на неверные теоретические установки, работа А. Сыропятова служ ит весьма ценным источником д л я изучения деревянной пластики края. К сожалению, она вышла небольшим тираж ом и ныне стала редкостью.

Вторым большим и ценным исследованием прикамской резьбы по дереву, а имен­ н о — церковной скульптуры XVI—X V III вв., является труд Н. Н. Серебренникова «Пермская деревянная скульптура». В нем дается описание деревянных скульптур н скульптурных групп из церквей и часовен края, собранных главным образом Н. Н. Се­ ребренниковым и хранящ ихся в Пермской художественной галерее. Автор пытается выявить отдельные школы резчиков, рассказать о возникновении и развитии деревян ­ ного ваяния. Тщательно изучив материал, он приходит к выводу, что своеобразная пермская деревянная скульптура, в которой воплощен творческий гений русского и коми-пермяцкого населения края,— явление чисто местное, развивш ееся под влиянием древнего поклонения местного (коми-пермяцкого и ханты-.манспйского) населения деревянным изваяниям своих богов (идолам ), перевоплотившихся с проникновением русского православия в христианских с в я т ы х 5.

Очень высоко ценил пермскую деревянную скульптуру и ее создателей А. В. Л у н а ­ чарский. Он писал: «... нельзя не признать в пермских богах свидетельство огромной талантливости, огромного художественного вкуса, огромной способности вы разитель­ ности, которая свойственна не только народам великорусско-пермяцкой смбси сезеро восточной части Пермского края, но, конечно, многим и многим другим группам высоко одаренного населения нашего Союза» 6.

К раткое списание видов деревянной резьбы народов коми (зы рян и пермяков) имеется такж е в работах В. Н. Белицер 7.

В недалеком прошлом крестьянин коми-пермяк, живший полунатуральны м хозяйст­ вом, почти все необходимое для своего дом а делал собственными руками. Д ерево — вот основной материал, из которого он строил двор и дом, сооруж ал повозки, лодки, лыжи, детские качели, выдалбливал посуду, плел корзины, вы резал детские игрушки, украшения и... своих «богов». Он, как и все ж ители лесной полосы, хорошо знал свойства этого материала. Наросты, суставы н корни дерева гораздо прочнее, чем ствол, который часто дает трещины. Ж изненный опыт и смекалка п одсказали кре стьянину-строителю и резчику использовать именно эти части дерева в целях создания долговечных изделий. Резчик умел вы бирать не только наиболее прочную, но и н аи ­ более подходящую по форме часть дерева. И з одних только естественно загнуты х кор­ невищ коми-пермяк делал охлупень и уключины для кровель, сани и волокушу, скам ей ­ ку и льномялку, раму ткацкого стана и прялку, трость для старика и курительную трубку. К тому ж е ему не стоило особого труда найти нужные по форме корни, ибо при подсечной системе земледелия (которая сущ ествовала н аряду с перелогом и трехпольем вплоть до XX в.) раскорчевка леса д ав ал а ему этот м атериал в изобилии.

2 И. П. С у б б о т и н а, Х удожник П. И. С убботин-П ермяк, П ермь, 1958.

3 А. С ы р о п я т о в, О траж ение чудовищного стиля в архитектуре крестьянских построек Пермского края, П ермь, 1924, стр. 6.

4 Там же, стр. 14.

5 Н. Н. С е р е б р е н н и к о в, П ермская деревянная скульптура, П ермь, 1928, стр. 129. Второе издание этой работы (сокращенный вариант) — в 1967 г.

6 А. В. Л у н а ч а р с к и й, Пермские боги, «Советское искусство», 1928, № 5— S стр. 29.

7 См. В. Н. Б е л и ц е р, Очерки по этнографии народов коми, «Труды И н-та этно­ графии АН СССР», нов. серия, т. XLV, М., 1958;

е е ж е, Искусство коми-пермяков и коми-зырян, сб. «Н ародное декоративное искусство РС Ф С Р», М., 1957.

Резьба на сельских постройках коми-пермяков Эставалось вы брать наиболее подходящ ие корни и подвергнуть их нужной обработке.

К ак видим, пермяк, стоявший на «зачаточной ступени творчества», был не таким уж профаном, каким представлял его И. Н. Смирнов, хотя и суровая природа, и низкий уровень техники (зачастую не было д а ж е такого простейшего орудия как пила) были огромным препятствием на пути к истинному творчеству.

В данной статье рассматриваю тся вопросы сельской архитектурной резьбы, в ко­ торой до сих пор обнаруж ивается глубокая худож ественная традиция народа. В работе использую тся главным образом материалы экспедиций, совершенных автором в Коми Пермяикий национальный округ в течение 1959— 1966 гг., а так ж е имеющиеся литера­ турные данные.

А рхитектурные особенности пермяцкой деревни прошлого века обращ али на себя внимание многих исследователей. Еще в 1940-е г г. внешний облик коми-пермяцкой деревни не отличался от описанного А. Сыропятовым в 1924 г.: «Охлупни и коньки пользую тся широкой распространенностью в нашем крае. Чем дальш е от города, от больших проезжих дорог, тем их больше. Особенно много их в черте пермяцкой осед­ лости. Р едк ая изба там, редкий амбар не имеют охлупня и коньков... общий ансамбль пока еще не отживш ей в нашем крае старины создается не одними охлупнями, охлупни лиш ь заверш аю т впечатление, которое получается от всего характера построек с воло новыми окнами, дымниками, старинной формы крыльцами, взвозами, деревянными рез­ ными птицами на высоких шестах...» 8.

Основным украшением, бросавш емся в глаза всякому приезжему, являлись охлцпни или коньки, возвыш аю щ иеся над постройками, и курицы, поддерживаю щ ие желоба, в которые упирались тесины крыши. И охлупни, и курицы обычно скульптурно обрабаты ­ вались. Они не раз были описаны в литературе. И. Н. Смирнов в своей книге «Пермяки»

писал: «Д вускатн ая крыша укреплена шеломом,з конец которого обработан в виде кон­ ской головы с чудовищно-непропорциональной грудью. Это — охлупень. Самые лучшие образцы его мож но видеть в Архангельской и Верх-Ю свикской волостях. На обработку конька П ерм як кладет всю свою изобретательность. Один придает голове какой-то придаток в виде рога, долженствующ ий заменять ухо, другой просверливает глаз, тре­ тий тщ ательно обрабаты вает морду и глубоко перерезывает рот. Мотив конька приме­ няется не исключительно д л я шелома. Застрехи пермяцких изб поддерж иваю тся рядом уключин, концы которых так ж е обработаны в виде конской головы и кроме того — в Чердынском уезде — разрисованы ломаными линиями и точками при помощи д егтя » 9.

Д ругие исследователи отмечали некоторое разнообразие в скульптурно обрабо­ тан ны х охлупнях. Так, в очерке «Пермяки», автором которого, очевидно, был В. П. Н алимов, сообщ ается следующее: «Пермяцкие избы... старомодные покрыты двускатной крышей, укрепленной шеломом, конец которого обработан в виде конской головы с сильно развитой грудью, напоминающ ей зоб птицы. Такое сочетание не слу­ чайно;

пермяк намеренно придает таким изображ ениям смешанные черты лошади и птицы;

иногда он и зображ ает лебедя или утку с ушами лс-шади» 10. Почти то ж е самое сообщ ается в книге «Россия», изданной под редакцией В. П. Семенова-Тянь-Ш ань ского: «И збы пермяков напоминают русские, отличаясь значительной высотой и х ар ак ­ терным коньком-охлупнем. на двускатной крыше, представляю щем толстое бревно лицевой обрубок которого отделан в виде гуся или другой какой-нибудь п тиц ы »п.

А. С ыропятов, обследовавш ий деревни с постройками старого типа, в охлупнях видел не изображ ения каких-либо реальных животных или птиц, а находил в них «... общие черты сходства с теми баснословными существами, которых породила народная ф ан­ тази я и которые составляю т элементы известного звериного или чудовищного стиля» п.

И сходя из этого полож ения он разбил виденные им формы охлупней на пять типов — не по сходству изображ ения, а скорее по технике исполнения и чисто внешним призна­ кам;

выпяченная грудь, удлиненная шея, больш ая голова и т. д. 13 Именно поэтому все «курицы», т. е. резные изображ ения на концах уключин, оказываю тся «менее разнооб­ разными, чем коньки охлупней» и включаются А. Сыропятовым в одну группу.

В наш е время сохранились единичные экземпляры охлупней. Мною зафиксированы они лиш ь в деревнях Чураки, Пуксиб Косинского района;

Пелым, Д ема, Воробьево, Б ольш ая Коча, Б а ж о в а Кочевского района. В большинстве ж е деревень остались то л ь­ ко воспоминания о них. О днако почти в каж дой из деревень северных районов Коми П ермяцкого круга пока мож но обнаруж ить большое число резных куриц. И если со­ хранивш иеся охлупни представляю т собой не что иное, как пластические изображения головы коня, то в курицах мы до сих пор находим то разнообразие зооморфных скулыд тур которое в XIX — начале XX в. было характерно для охлупней. Нельзя все фигуры 8 А. С ы р о п я т о в, У каз. раб., стр. 13.

9 И. Н. С м и р н о в, У каз. раб., стр. 193— 194.

10 «В еликая Россия», т. II, Ю рьев, 1912, стр. 176.

1 «Россия. П олное географическое описание», т. V, стр. 223.

12 А. С ы р о п я т о в, Указ. раб., стр. 9.

13 Там ж е, стр. 12— 13.

110 JI. С. Грибова на курицах отнести к одному типу изображ ений, ибо многие из них являю тся вполне реалистическими воспроизведениями отдельных видов птиц и животных. Н а наш взгляд, все изображ ения на охлупнях и курицах м ож но отнести к четырем группам: 1) изоб­ ражения конских и лосиных голов;

2) изображ ения птичьих голов;

3 / изображ ения со.

смешанными чертами (конь-птица, лось-птица);

4) прочие изображ ения.

Рис. 1. И зображ ения коня и лося на уключинах сельских построек коми-пермяков в конце XIX — первой половине XX в.: 1, 5, 6, 10 — из с. Б. Коча;

2, 11 — из д. Б аж о в а;

3, 4, 12 — из д. Сизова, 7, 8, 9 — из с. Пелым. Рисунки А. М ошева и И. П арш укова Охлупни и курицы с изображением конских голов надо признать наиболее р ас­ пространенными. П равда, худож ественная трактовка их довольно различна, она варьи ­ рует от вполне реалистических (рис. 1, 1, 2, 3, 5;

рис. 3, 3, 4) до весьма условных, грубо стилизованных изображ ений (рис. d, 4, 6, 7, 9 ). К этой ж е группе можно отнести и изображ ения головы самки лося, которая отличается от коней утолщенной округлой мордой (рис. 1, 8, 11;

рис. 3, 6, 7). М отив коня и лося в изобразительном искусстве П рикамья и П риуралья известен с древнейших времен. Д еревянны е скульп­ турные изображ ения головы лося (самки) есть среди находок из I орбуповского тор­ Резьба на сельских постройках коми-пермяков ф яника на восточном склоне У рала 14 и из Висского торфяника близ оз. Синдор в Коми АССР 15 (V II— II тыс. до и. э.). П озж е в.металлических «шаманских» изображениях Л ом оватовской (IV —V III вв.) и последующих культур часто встречаются многочислен­ ные изображ ения лося. По всем данным, в те времена лось играл огромную роль в Рис. 2. И зображ ения птиц « а уключинах сельских построек коми-пермя­ ков в конце XIX — первой половине XX в.: 1, 5, 7 — из д. Сизова;

3, 8, И — из д. Отопоково;

2 — из с. М. Коча;

4 — из с. Пелым;

6 — из д. Во­ робьеве;

9, 10, 12 — из д. Б аж о в а. Рисунки А. М ошева и Yi. Парш укова ж изни древних насельников лесного П риуралья и поэтому ему отводилось значитель­ ное место в мифологии и искусстве, связанном с религиозными представлениями. Н е менее видная роль с древнейших времен отводилась коню и его изображению. Впо­ следствии, очевидно, во многих случаях конь заменил лося, вот почему, как и в м етал­ лических изображ ениях I тысячелетия н. э., в современных резных скульптурных «коньках» н аряд у с лосем и конем встречается смешанный образ, сочетающий черты и коня и лося.

Весьма разнообразны изображ ения птиц. Здесь и водоплаваю щ ие — утка (рис. 2, 4 ), гусь (рис. 2, б) и другие пернатые — голубь (рис. 2, 2 ), петух (рис. 2, 7), курица (рис. 2, 5 ), наконец — птица с хищным загнутым клювом, напоминающ ая фантастиче­ 14 См. Д. Н. Э д и н г, И долы Горбуновского торфяника, «Сов. археология», вып.

IV, М.— Л., 1934;

е г о ж е, Р езн ая скульптура Урала, «Труды Гос. Исторического музея», вып. X, М., 1940.

15 Г. М. Б у р о в, Археологические находки в старинных торфяниках в бассейне Вычегды, «Сов. археология», № 1, 1966, стр. 167.

112 Л. С. Грибова ского грифона (рис. 2, 9), столь хорошо известного в изобразительном искусстве скифо-сарматов и прикамских племен на рубеж е старой и новой эры.

Иногда курицы оформлены в виде фигуры со смешанными чертами коня-птины (рис. 1, 9 ), лося-птицы (рис. 1, 11, 12;

рис. 3, 7), птиц с ушами или двум я п араллель­ ными гребнями вместо ушей (рис. 2, 7, 8, 9 ), некоторые из них даны в совершенно Рис. 3. Резные охлупни и стамики на крыш ах домов конца XIX — первой половины XX в.: 1, 8,8 — из с. Б. Коча;

2,4 — из с. Пелым;

5 — из с. К о­ са;

6, 1 0 — из д. Воробьеве;

7, 11, 12 — из д. Д ем а;

9 — из д. Д зельгорт.

Рисунки А. М ош ева и И. П арш укова абстрактной, ирреалистической трактовке. Встречаю тся изображ ения, похожие на барана с огромными загнутыми рогами, на змеиную голову (рис. 2, 11), двуглавы е кони и птицы (рис. 2, 12);

А. Сыропятов описал т а к ж е охлупни с тремя отростками 16 (в о з­ можно, трехглавые сущ ества) и т. д.

Такое многообразие зооморфных пластических изображ ений коми-пермяков вполне объяснимо определенной традицией в искусстве П рикамья: сохранением того «звери­ ного стиля», который возник еще в неолите и расцвел в период Л омоватовской к у л ь­ туры. В металлических бляш ках того времени имеется немало изображ ений со смеш ан­ ными чертами различных животных, птице-зверей, многоглавых фантастических ж иво т­ ных и птиц 17.

16 А. С ы р о п я т о в, Указ. раб., стр. 10, 13.

17 См. А. А. С п и ц ы н, Д ревности Камской Чуди по коллекции Теплоуховых, СПб., 1902.

Резьба на сельских постройках ком и-перм яков ИЗ М ож но привести некоторые аналогии. Ш ироко известны так называемые коньковые подвески. Особенно много их находят,в Прикамье. Т акая иодвеска обычно состоит из плоской бляш ки с контурным изображением дву х конских голов, направленных в р а з ­ ные стороны, м еж д у головами нередко обнаруж ивается изображ ение человека. К ниж­ ней части бляшки подвеш ивались на цепочках различные звенящ ие украшения в виде утиных (гусиных) лапок, копыт коня или лося или полые бубенчики. Такая подвеска довольно точно воспроизводилась народным зодчим при создании украшений кровли ещ е в начале этого века. Только вместо лапок или копыт, служивших, очевидно, сим­ волам и ж ивотных, здесь мы видим скульптурные изображ ения самих животных. Ярким I Рис. 4. М отив конских головок в изобразительном искусстве коми-пермяков: 1 — элемент орнамента «катш а кок» (со­ рочья л ап к а);

2 — литая полая металлическая фигурка, П рикамье, V III— IX ibb.;

3 — коньковидная подвеска;

П ри­ камье, V III— IX вв.;

4 — схематическое изображ ение крыши, украшенной резными охлупнями, стамиками и курицами.

Рисунки автора примером этому служ ит реконструкция кровли дом а Е. И. Голубчиковой из с. Б. Коча Д ом состоит из двух жилых изб, разделенных сенями. Обе избы некогда были покрыты двускатны ми крышами, так, что одна служ ила продолжением другой. Обе были увен­ чаны с торцовых сторон охлупнями, изображ аю щ ими головы коней. М еж ду ними вдоль всего князевого бревна красовалось несколько стамиков (д зу л ь),— резных столбиков, отдаленно напоминающ их изображ ения человеческих фигур. Ближний к конской голо­ ве стамик весьма походил на всадника. Снизу кровля поддерж ивалась целой дюжиной куриц, изображ аю щ их так ж е конеподобных существ. Более того, к аж д ая из причелин книзу заверш алась довольно несложной резьбой из пяти удлиненных ромбиков, напо­ минающих лист ивы. Такую резьбу на причелинах мне удалось сфотографировать в д. Ч ураки Косинского района. Э та небольш ая деталь резьбы несла, оказывается, су­ щ ественную смысловую нагрузку. Причелины назы ваю тся на коми-пермяцком языке борддэз — крылья, удлиненные ромбики на концах их изображ аю т перья этих крыльев (бордты ввэз). Таким образом, причелины представляли собой крылья коня-охлупня (бордты в-перо). Х озяйка дом а сообщ ила, что точно такой ж е охлупень и крылья находились и с противоположной торцовой стороны дома. «А конь-то ведь крылаг был»,— зая ви л а она, однако ничего, что могло бы объяснить причины такого явления, вспомнить не могла. С равнивая эту реконструированную крышу 18 с коньковой подве­ ской с помощью схематического изображ ения обеих (рис. 4, 3, 4), находим меж ду ними много общего. Н адо полагать, что гусиным лапкам на подвесках соответствовали уключины с изображ ениями птиц, конским копытцам — изображ ения конских головок, лосиным копытам — лосиные головы и т. д. О днако не исключено и смешение, ибо, как мы только что видели, охлупню-коню намеренно придавались признаки пернатых — крылья.

Во всем этом мы видим явное повторение худож ественной композиции, дошедшей до нас с древних времен. То ж е сам ое мож но сказать и о многих других изобразитель­ ных мотивах, известных к ак в археологических находках, так и в деревянном зодчест­ ве коми-пермяков. Этот ж е мотив двух конских головок, повернутых в разные стороны, весьма распространен к ак орнамент,— в прорезной архитектурной резьбе, резьбе на утвари, в узорном ткачестве и вязании. Говорить о том, что мотив взят от северных 18 Такие крыши в прошлом, очевидно, были обычными, что видно хотя бы из опи­ сания А. С ыропятова, см. указ. раб., стр. 10.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.