авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 21 |
-- [ Страница 1 ] --

i

iqirahfE B

’ Td ш ина ШИНХ ИИН

эи_|/ dtT daeoH о -эьЛюш я ихиня эиа

ХВХИЬ -JIOBJ

иххэмхо

ИСТОРИЯ

XIX ВЕКА

ПОД РЕДАКЦИЕЙ ПРОФЕССОРОВ

ЛАВИССА и РАШ ЪО

ПЕРЕВОД, С ФР АНЦУЗСКОГО

Второе дополненное и исправленное

издание под редакцией академика

Е В. ТАРЛЕ

.

6

ТОМ -Ю Э ВО бЧ Ханты-Мансийская' РФ государственная окружная библиотека оги з ГОСУДЛРСТВЕПИОВ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКВА 1938 о ъ.ъ (о )/ 9 (4) v J И 90 ;

' f*\. i, T ’‘‘ ’ 'tv ' РЕВОЛЮЦИИ И НАЦИОНАЛЬНЫЕ ВОЙНЫ 1 8 4 8 -1 8 7 ЧАСТЬ В Т О Р А Я ГЛАВА I СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА 184=8— I. Д ания T F T T еРез всю ИСТ0РИЮ Дании за время с 1848 по 1864 год V U I красной нитью проходят осложнения, возникшие из ^ U - за эльбских герцогств Шлезвига иГолштиыии. Внеш­ ние кризисы, дважды вызванные этими осложнениями, были так сильны, что почти совершенно приостанавливали внутрен­ нюю политическую жизнь страны. К тому же, вопросы, стоя­ щие в других странах исключительно в зависимости от вну­ тренней политики, а именно конституционные реформы, здесь постоянно осложнялись особыми отношениями, существовав­ шими менаду собственно королевством и герцогствами. Таким образом, все сводится так или иначе к герцогствам, и всякому, кто, излагая вкратце историю Дании за этот период, желает выяснить ее основные черты, приходится постоянно выдви­ гать эти герцогства на первый план.

Восшествие на престол Фридриха VII. Конституционные реформы. В январе 1848 года Фридрих V II наследовал своему отцу Христиану V III. Новый государь тотчас же по вступле­ нии на престол очутился лицом к лицу с вопросами двух категорий одинаковой важности: с конституционной пробле­ мой и с вопросом о герцогствах Шлезвиге и Голштинии. Ни тот, ни другой не были новы: действительно, мы видели успехи и усилия либерализма в предшествующие царствова­ ния, 1 равно как и попытки согласовать либеральные стре­ мления с традициями и желаниями короны;

трудности, обу­ словленные положением герцогств, восходили к еще более давнему времени, но приобрели особенно острый характер — и это мы также видели — в царствование Фридриха VI и 1 См. т. IV, стр. 123.

6 СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА Христиана V III. Уже один тот факт, что эти вопросы обсу­ ждались с давних пор, делал их разрешение с каждым днем все более необходимым, особенно когда отголосок револю­ ционных событий, происходивших во Франции и Германии, еще более взволновал умы. При этом вопросы конституцион­ ные и дела герцогств тесно переплетались между собой и по­ стоянно влияли друг на друга, хотя в кратком рассказе для ясности приходится почти совершенно разделять их.

Тотчас по вступлении на престол Фридрих V II захотел удовлетворить желания своих подданных, и манифест 28 ян ­ варя 1848 года возвестил конституцию, излагая вкратце ее основные принципы: провинциальные сеймы, установленные Фридрихом VI, сохранялись, по наряду с ними, или, вернее, над ними, учреяедался сейм, общий для всей монархии;

он должен был ведать установлением налогов, финансовым упра­ влением и законодательством. Комиссии из лиц, назначен­ ных отчасти королем, отчасти провинциальными сеймами, было поручено разработать этот проект и придать ему окончатель­ ную форму. Два месяца спустя Фридрих VII сделал новый шаг: призвав к управлению более либеральных министров, он одновременно с этим формально обещал своему народу раз­ делить с ним власть (22—24 марта 1848 г.). Учредительное собрание, выбранное на очень демократических началах, со­ бралось в Копенгагене 23 октября того же года;

оно выра­ ботало конституцию, обнародованную 5 июня 1849 года и действующую поныне — по крайней мере в основных частях.

Конституция 1849 года, установившая в Дании настоящий представительный режим, была, следовательно, несравненно более либеральной, чем проект, возвещенный королевским манифестом предыдущего года. Между тем она не была навя­ зана силой;

следовательно, во взглядах Фридриха V II про­ изошла заметная эволюция. Многое могло повлиять на него в этом направлении. Прежде всего, при своем ясном и просве­ щенном уме он не был противником конституционных ново­ введений. Кроме того, происходившие на его глазах события в других государствах Европы, естественно, заставляли его призадуматься над собственным положением. Поэтому, когда в Копенгагене начались либеральные манифестации и на народных собраниях стали требовать конституции с предста­ вительным образом правления, он решил, что благоразумнее будет уступить этим требованиям. Наконец, как раз в это время возник кризис в герцогствах, и настолько серьезный, что, повидимому, не было возможности справиться с иим иначе, как с помощью всего датского народа. Отсюда безуслов ДАНИЯ п ая необходимость избежать малейшего несогласия между на­ родом и правительством. И это вполне удалось Фридриху V II.

С первых месяцев своего царствования он приобрел большую популярность и сохранил ее до конца своей жизни.

Восстание в герцогствах.1 Проект конституции, обнародо­ ванный в январском манифесте 1848 года, вызвал известное недовольство в королевстве. Некоторые пункты проекта имели тенденцию разделить монархию на две части, как бы противо­ поставляя королевство герцогствам. В герцогствах тот же проект вызвал еще более энергичные возражения и негодова­ ние. К северу от Копге-Аа 2 проект упрекали в том, что он приносил королевство в жертву герцогствам, к югу — в том, что он игнорировал законные права последних. Шлезвиг голштинская партия, руководимая герцогом Аугустенбург ским, уже неоднократно проявляла свои немецкие симпатии.

Естественно, что брожение, царившее тогда в Германии, и известия о совершающихся там событиях взволновали эту партию и побудили настойчиво предъявить свои требования.

Собрание, состоявшееся в Рендсборге 16 марта 1848 года, постановило послать к королю депутацию с требованием общей конституции для обоих герцогств и включения Шлез­ вига в Германскую конфедерацию. Но, еще прежде чем деле­ гация вернулась с отрицательным ответом короля, 23 марта часть солдат в Киле взбунтовалась и сорвала свои датские кокарды;

в тот же вечер образовалось временное правитель­ ство, а на другой день герцог Аугустенбургский овладел кре­ постью Рендсборг. Герцогства были охвачены открытым вос­ станием, и время отвлеченных споров о конституции миновало.

Первым последствием этих событий было то, что в Дании смолкли партийные разногласия и стало очевидным, что ко­ ролю действительно удалось обеспечить себе поддеряжу всей страны. Выли приняты меры к подавлению восстания, и в се­ верном Шлезвиге был сконцентрирован корпус в 10 ООО чело­ век. Шлезвиг-голштинская армия, заключавшая в себе около 7000 человек, состояла из нескольких полков, отложившихся от Дании, и большого числа волонтеров. Двинувшись на се­ вер, она встретила королевские войска в Бове и была обра­ щена в бегство. Два дня спустя датчане вернули город Шлез­ виг. Казалось, что датский король очень быстро восстановит здесь свою власть, однако дела скоро приняли другой оборот, 1 См. т. IV, стр. 126.

2 Внутренняя граница между Данией в точном смысле слова («королевством») в Шлезвигом (северным герцогством). — П рим. тред.

8 СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА потому что вопрос о герцогствах перестал быть исключительно датским и сделался до некоторой степени европейским.

Прежде всего герцог Аугустенбургский и его сторонники постарались обеспечить себе поддержку за границей. К Франк­ фуртскому союзпому сейму отправилась депутация, а сам гер­ цог поехал в Берлин. Делегаты встретили дружеский прием, их требования были признаны справедливыми, и Пруссии было поручено поддержать их (12 апреля 1848 г.). Впрочем, Фрид­ рих-Вильгельм приступил к делу, не дожидаясь этой просьбы:

за несколько дней перед тем, 6 апреля, без предварительного объявления войны Дании он ввел в герцогства небольшую армию. Другие германские государства, особенно Ганновер,, последовали его примеру, и вскоре десятитысячная армия, составлявшая все датские силы в Шлезвиге, очутилась лицом к лицу с противником, превосходившим ее в три раза. Пер­ вое сражение произошло 23 апреля, в день пасхи, у ворот самого города Ш лезвига;

датская армия потерпела пораяшше н отступила к Фленсбургу, откуда перешла затем па остров Альзен, отделенный от материка только очень узким каналом;

таким образом, она могла напасть сзади на германскую армию, если бы та двинулась к Ютландии. И действительно, пруссаки пошли к северу до окрестностей Аргуса, оставив напротив острова Альзена для наблюдения ганноверский отряд;

по­ следний был разбит в битве при Дюппеле (28 мая 1848 г.).

В то время как на суше операции происходили с переменным счастьем, на море датчане имели значительиый успех. Вер­ нее, им даже вовсе не приходилось здесь вступать в борьбу * так как ни один из противников ие имел военного флота, который мог бы противостоять датскому. Пользуясь этим своим преимуществом, датчане вплотную блокировали порты и совершенно парализовали прусскую торговлю.

Вмешательство держав. Перемирие в Мальмё. Дипломатия также не бездействовала. Инсургенты нашли поддержку в Гер­ мании, а датчане старались расположить в свою пользу осталь­ ную Европу. Некоторые государства, особенно Франция и Ан­ глия, в свое время гарантировали Дании обладание Шлезвигом.

Но это были очень старые обязательства. Тем не менее Фран­ ция сделала несколько представлений берлинскому двору, а Англия предложила свое посредничество. Швеция, со своей стороны, была обеспокоена успехами Пруссии и опасностью, грозившей Дании. Ж елая обеспечить собственную безопас­ ность, а также побуждаемая чувством скандинавского па­ триотизма, о котором была уясе речь и к которому нам при­ дется еще вернуться, Швеция сделала в мае энергичные пред I ДАНИЯ ставленпя в Берлине, заявив, что отнюдь не допустит занятия Ютландии;

а чтобы придать больше веса своим заявлениям, она снарядила эскадру- и стянула войска. Так как берлин­ ский кабинет дал Швеции неудовлетворительный ответ, Шве­ ция послала один армейский корпус на остров Фионию.

Россия также запротестовала. Полагая, по собственному вы­ ражению Нессельроде, что «война грозит... нанести удар все­ общему миру, торговле, и интересам прибалтийских госу­ дарств», Россия также сделала представления в Берлине и подкрепила их посылкой эскадры к датским берегам. Эти энергичные выступления, естественно, склонили прусское пра­ вительство к миру. Переговоры, длившиеся уже несколько месяцев, были ускорены, и 2 июля 1848 года в Мальмё, в Шве­ ции, при посредничестве Англии было заключено перемирие на три месяца. Между прочим было условлено, что впредь до заключения окончательного мира управление герцогствами вверяется датским и прусским комиссарам, которые должны выбрать со сторо'пы председателя с правом решающего го­ лоса при равенстве голосов. Условия перемирия, хотя и заключенного по всем правилам, не были выполнены. Одно­ временно с переговорами в Мальмё шли переговоры между датским главным штабом и прусским главнокомандующим Врангелем. Последний хотел внести поправки в мальмёские условия и сверх того включить в них параграф о предоста­ влении ратификации договора «имперскому наместнику Германии». 1 Так как датский генерал не согласился на эти требования, то военные действия возобновились 24 июля, и Дания тотчас объявила блокаду всех прусских портов. Ввиду такого энергичного образа действий берлинский двор согла­ сился начать новые переговоры, и 26 августа Пруссия, снаб­ женная полномочиями от Германского союза, подписала, опять в Мальмё, новое перемирие, на этот раз заключенное при посредничестве Швеции и поручительстве Англии. Со­ гласно акту о перемирии, заключенному теперь на семь ме­ сяцев, Шлезвиг и Голштиния должны были быть эвакуиро­ ваны немецкими и датскими войсками и затем управляться комиссарами, назначенными датским и прусским королем, как было условлено в июле.

Возобновление военных действий. Берлинский мир. По подписании перемирия переговоры продолжались в целях за­ ключения окончательного мира. Последнее было нелегко, так 1 Избранному на эту должность Франкфуртским парламентом эрцгерцогу Иоганну. — П рим. ред.

10 СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА как желания спорящих сторон далеко расходились. Хотя Франкфуртский парламент и вотировал ратификацию переми­ рия, по это ие обошлось без возражений, и самое голосование вызвало со стороны патриотов взрыв негодования, свидетель­ ствовавший об их твердом намерении включить герцогства в состав той Германии, о которой патриоты мечтали. В Дании, напротив, стремились сохранить полную неприкосновенность монархии, и министерство, склонившее короля пойти на не­ которые уступки, которые касались управления Шлезвигом, было вынуждено подать в отставку. Кроме того, датчане скоро поняли, что для них совсем невыгодно поддерживать положение, созданное Мальмёским перемирием, так как с удалением датчан герцогства оказались всецело предоста­ вленными германскому влиянию. Итак, при открытии сейма, 23 октября 1848 года, министерство, заявив о ведущихся пере­ говорах, настаивало на необходимости усилить вооружения, и, действительно, началась энергичная подготовка к войне.

Наконец, 21 февраля 1849 года Фридрих VII объявил, что возобновит военные действия с окончанием срока перемирия, т. е. 26 марта. К этому времени Дания имела под ружьем до 33 О О человек;

союзные войска, посланные в герцогства, О составляли свыше 60 О О человек. Несмотря на такое нера­ О венство сил, военные действия шли с переменным успехом.

Датчане понесли очень чувствительные потери. Два датских корабля слишком приблизились к неприятельским батареям и были уничтожены;

один отряд был снова вынужден укрыться на острове Альзен. Остальное войско отступило к северу;

часть держалась в крепости Фредериции, другая перешла на остров Фионию, третья, наконец, отступила на полуостров Гельгенёс. Полоя^ение Дании в это время было чрезвычайно критическим. Но благодаря превосходству морских сил уда­ лось переправить войска с Альзена и Гельгенёса на Фионию, и стянутые таким образом 20 О О человек напали 6 июля О 1849 года на шлезвиг-голштинцев, осаясдавших Фредерицию, и нанесли им полное поражение.

Между тем причины, побудившие Пруссию заключить пере­ мирие в Мальмё, все еще оставались налицо;

с другой сто­ роны, становившееся все более тревожным положение в Гер­ мании заставляло ее стремиться к окончанию распри. Пере­ говоры, уяад ранее начатые при посредничестве Англии, вдруг ускорились и закончились 10 июля подписанием в Бер­ лине перемирия и протокола, заключавшего в себе предвари­ тельные условия мира. Согласно перемирию, немецкие войска обязаны были эвакуировать Ютландию и северный Шлезвиг, ДАЛИЯ U который должен был временно оставаться под охраной шведо­ норвежских войск;

Шлезвигом должна была управлять ко­ миссия из трех членов: датчанина, пруссака и англичанина.

Протокол устанавливал принципы конституции, которую предстояло дать герцогствам. Выло решено, что все полити­ ческие узы, соединявщие Шлезвиг с Голштинией, должны быть расторгнуты, и этот пункт мог считаться выгодным для Дании, так как, может быть, благодаря ему удалось бы по­ ставить границы вмешательству Германского союза. Но Гер­ манский союз в широкой мере вознаграждался в том отно­ шении, что Дания приступила к обсуждению принципов кон­ ституции, которую предполагалось дать Шлезвигу, и обещала не принимать на этот счет никаких решений без участия Прус­ сии. Этим подготовлялся целый ряд новых затруднений, ко­ торые и не заставили себя ждать. Едва начались переговоры об окончательном мире, как выяснилось, что взгляды Дании и Пруссии на будущее положение Шлезвига совершенно не­ примиримы: первая намеревалась дать ему только автономию, как своей провинции;

вторая хотела установления в нем порядка, сильно напоминающего личную унию. Переговоры тянулись без всякого результата. Между тем возникла част­ ная ссора между Пруссией и союзными государствами, счи­ тавшими, что интересы Германского союза нарушены бер­ линскими актами. В то же время нейтральные державы обна­ руживали все большую и большую склонность к вмешатель­ ству;

их представители собрались в Лондоне, чтобы заняться делами Дании, которой Россия, повидимому, хотела оказать энергичную поддержку. При таких обстоятельствах Пруссия предпочла в интересах будущего временно ограничить свои притязания, и поэтому заключенный 2 июля 1850 года в Бер­ лине договор сводился лишь к восстановлению мира, оставляя неразрешенными все спорные вопросы.

Подавление восстания в герцогствах. Берлинский мир по­ ложил конец вмешательству Германии в дела герцогств, но этим мир еще не был восстановлен: оставались инсургенты, те самые, требования которых поддерживала Германия. Эти требования также оставались налицо: за Данией было теперь упрочено право чинить свою волю в Шлезвиге и требовать вмешательства немецких федеральных властей для водворе­ ния порядка в Голштинии. Итак, началась новая кампания.

Датская армия одержала полную победу при Истеде (25 июля), и во всем Шлезвиге была восстановлена власть датского ко­ роля. Затем датский король обратился к Германскому союз­ ному сейму;

Австрия, со времени Ольмюца занимавшая 12 СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА в Германии первенствующее положение, взяла дело в свои руки. Ее войска, подкрепленные прусскими корпусами, со­ ставлявшими резерв, заняли Голштиншо. Голштинское пра­ вительство было упразднено, и власть временно доверена трем комиссарам: датскому, австрийскому и прусскому (январь 1851 г.).

Оставалось уладить двоякого рода вопросы. Тянувшиеся так долго затруднения были созданы сложным и своеобраз­ ным положением герцогств, а также невозможностью для датского короля смотреть на них как на органическую часть своего королевства;

итак, нужно было точно установить на будущее время их конституционное положение. Кроме того, у Фридриха VII не было прямого наследника, и хотя ему было только 42 года, нельзя было рассчитывать, что ои будет когда нибудь иметь законного наследника, потому что он только что вступил в морганатический брак. Спрашивалось: будет ли одинаковым для королевства и для герцогств закон о престоло­ наследии в случае прекращения прямой нисходящей линии?

Это было, как известно, спорным вопросом, именно и явив­ шимся основанием для притязаний герцога Аугустенбург ского. Во избежание новых осложнений было решено тотчас ьыбрать наследника для всех частей монархии.

Однако необходимо было, чтобы этот наследник был при­ знан Европой. С другой стороны, датский король не мог решать конституционные вопросы своей единоличной властью. Гол штииия была членом Германского союза, поэтому было необ­ ходимо считаться со взглядами последнего;

активное вмеша­ тельство Пруссии и Австрии и принятые перед ними обяза­ тельства делали неизбежным соглашение с ними;

наконец, различные державы, принимавшие более или менее активное участие в конфликте, не могли теперь пе быть заинтересован­ ными в окончательном его разрешении. И действительно, на конференции, состоявшейся в Лондоне 2 августа 1850 года, уполномоченные Великобритании, Франции, России и Шве ции-Норвегии выработали ноту, к которой примкнула Ав­ стрия. Эта нота, признавая принцип сохранения неприкосно­ венности датской монархии, принимала к сведению желание датского короля установить новый порядок престолонаследия.

Итак, начались переговоры для улаяшвания двоякого рода вопросов: 1) о престолонаследии и 2) о конституционных правах герцогств применительно к принципам, положенным в основу Берлинского договора.

Закон о престолонаследии. Наследником Фридриха VII был выбран припц Христиан Глюксбургский, соединявший ДАН И Я в своем лице различные права. Сам он по мужской линии происходил от Христиана I II и был женат на дочери Луизы Шарлотты, сестры Христиана V III, которая была замужем за ландграфом Гессенским. Согласно же закону, допускавшему для королевства наследование по женской линии, наследни­ ком короны должен был быть сын Луизы-Шарлотты;

но, с согласия всей королевской семьи, он передал свои права шурину. Русский император в качестве ольденбургского гер­ ц о га 1 имел некоторые законные права по крайней мере на известные части Голштинии, но соответствующим актом он также отказался от них в пользу принца Христиана. Все эти соглашения были затем торжественно ратифицированы и га­ рантированы договором, подписанным в Лондоне пятью ве­ ликими державами и Швецией-Норвегией 8 мая 1852 года.

К этому договору примкнули и некоторые другие государ­ ства, именно Ганновер и Саксония, но характерно, что не примкнул Германский союз. Наконец, герцог Аугустенбург ский, который также был потомком Фридриха I I I и права которого как потомка по прямой мужской линии превышали права принца Глюксбургского, был принужден вступить в соглашение с датским королем. Все принадлежавшие ему в Дании поместья были куплены у него за 6 О О О О крон, ОО взамен чего он подписал 30 декабря 1852 года акт, которым обязался не возбуждать более волнений и признавал устано­ вленный порядок престолонаследия. Новый закон о престоло­ наследии был обнародован в 1853 году.

Осуществление Берлинского договора. Решение вопроса о конституционном положении герцогств представляло немалые трудности ввиду указанной выше сложности их правового поло­ жения. Кроме того, нужно было согласовать законное жела­ ние Дании прочно утвердить в герцогствах власть со стре­ млениями Германии к объединению и щепетильностью немец­ ких держав. Но и это было еще не все: хотя датская консти­ туция 5 июня 1849 года была очень либеральна, Пруссия и Австрия, поддерживаемые в этом пункте Россией, относились к ней очень неодобрительно и были против ее введения в ка. кой бы то ни было части герцогств. Сначала датский король хотел включить Шлезвиг всецело в состав монархии, согласно 1 Явная ошибка: русский император не был ольденбургским герцогом и имел некоторые права на Голштинию скорее не как родственник Ольден­ бургского владетельного дома (сестра Николая I Екатерина Павловна была замужем за герцогом Ольденбургским), а как прямой потомок, внук гол штейн-готторпского герцога Карла-Петра Ульриха, бывшего русским импе­ ратором под именем Петра III. — П рим. ред.

14 СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА выработавшейся на политическом жаргоне формуле: королев­ ство до Эйдера (E iderstaat). Но так как эта формула не была одобрена именно по упомянутым уже нами причинам, то Дания мало-помалу отказалась от нее и принуждена была допустить принцип составного государства. Именно, Шлезвиг терял всякую связь с Голштинией, по вместе с тем отнюдь не включался в состав королевства: оба герцогства, оставаясь в известных отношениях разделенными, объединялись одной общей конституцией. Это положение было развито в коро­ левском манифесте 28 января 1852 года, возвещавшем пред­ стоящую выработку общей конституции. Австрия и Пруссия признали себя удовлетворенными;

сейм одобрил их поведение и заявил, что по отношению к Голштинии и Лауэнбургу манифест 28 января пе содержит в себе ничего противореча­ щего федеральной конституции (июль 1852 г.). Итак, герцог­ ства были окончательно очищены от немецких войск (март 1852 г.).

«Общая конституция»1855 года. Тем не менее осуществление принципов, провозглашенных манифестом 28 января, пред­ ставляло серьезные затруднения. Приходилось не только счи­ таться с непримиримыми тенденциями общественного мнения в герцогствах и в королевстве, но и самая процедура введения этих принципов в жизнь оказывалась затруднительной и сложной. Прежде чем даровать общую конституцию всей мо­ нархии, разумеется, необходимо было дать каждой из ее частей отдельную конституцию в соответствии с предполагае­ мой общей конституцией, а для этого надо было пересмотреть конституцию 5 июня 1849 года в видах приспособления ее только для королевства и издать необходимые законы для каждого из герцогств. Король представил соответствующие проекты на обсуждение сеймов Шлезвига и Голштинии. Те и другие, особенно последние, сделали очень резкие возра­ жения, но так как они располагали только правом совеща­ тельного голоса, то король не принял их во внимание: в Шлез­ виге была объявлена конституция 15 февраля 1854 года, в Голш тинии— 11 июня того же года. Главной отличитель­ ной чертой этих конституций было дарование провинциальным сеймам совещательного голоса при обсуждении местных дел.

В самой Дании дела шли не так гладко. Конституция 5 июня гарантировала сейму широкие права, и большинство депута­ тов было недовольно тем способом, каким был решен вопрос о герцогствах, и между прочим новым законом о престоло­ наследии. В это время оппозиция еще более обострилась под влиянием инцидентов, связанных исключительно с внутрен ДАН И Я ней политикой. Вывшее в то время у дел мипистерство совер­ шенно не пользовалось симпатиями парламента;

король распустил парламент, но в то же время составил новое ультра­ консервативное министерство, которое попыталось восполь­ зоваться предстоящим пересмотром конституции, чтобы огра­ ничить народные права. Отсюда возник острый конфликт, благодаря которому Фридрих V II даже утратил временно свою популярность. В разгар этого кризиса декретом от 26 июля 1854 года (опубликованным 29-го) была объявлена общая кон­ ституция, которая, однако, не могла быть тотчас и вполне проведена в жизнь, так как от Датского сейма еще не уда­ лось получить некоторые необходимые вотумы. Новые вы­ боры только усилили оппозицию. Тогда король изменил поли­ тику и составил более либеральное министерство;

сейм тотчас оказался сговорчивым и вотировал предложенные ему меро­ приятия, так что общая конституция была наконец с соблю­ дением всех правил обнародована 2 октября 1855 года. Она весьма существенно отличалась от гораздо менее либеральной конституции, объявленной в предыдущем году;

она учре­ ждала общий сейм для различных частей монархии, предоста­ вляя ему довольно широкие права.

Конституция 1855 года не принесла умиротворения. В пер­ вую же сессию общего сейма 11 депутатов от герцогств заявили протест против подчиненного положения, в которое были по­ ставлены герцогства. Пруссия и Австрия тотчас же дипломати­ чески поддержали эти требования, а вскоре затем, по хода­ тайству протестовавших депутатов, вмешался и Франкфурт­ ский союзный сейм и заявил, что в той части, которая касается Голштинии и Лауэпбурга, общая конституция 1855 года про­ тиворечит основам федерального государственного права. Та­ ким образом, кризис возобновился. Англия пыталась высту­ пить посредницей и предлагала передать вопрос на рассмо­ трение конференции;

но этот план разбился о поведение Пруссии, заявившей, что все это — дело чисто немецкое (1861). Будучи предоставлена собственным силам, Дания по­ шла на уступки. В 1858 году конституция 1855 года была особым декретом отменена для Голштинии и Лауэнбурга. За­ тем депутатам от этих провинций был представлен ряд новых проектов, и в то же время начаты крайне неопределенные переговоры с Франкфуртским сеймом, где снова начали пого­ варивать о вооруженном вмешательстве федеральной власти (1859—1860). Между тем немецкие державы старались рас­ ширить рамки спора и поднять вопрос о положении Шлез­ вига, хотя последний и не входил в состав Германского союза.

16 СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА Тем временем датчане, убедившись в неудобстве общей кон­ ституции, решили изменить ее. Манифест от 30 марта 1863 года, порывая с теорией «состаг-ного государства», объ­ явил расторгнутыми все конституционные узы между Голштп нией и остальной монархией, и на основе этих принципов 13 ноября общим сеймом была вотирована новая конституция:

не провозглашая полного включения Шлезвига в состав мо­ нархии, она возвращалась к принципу «королевство до Эй­ лера». Но именно этого пе хотели допустить немецкие дер­ жавы: Франкфуртский сейм опротестовал манифест 30 марта, потребовал восстановления старой связи между Шлезвигом и Голштинией (9 июля) и 1 октября предложил Дании под­ чиниться под страхом вооруженного вмешательства со сто­ роны Германского союза. Как раз в это время умер король Фридрих V II (15 ноября 1863 г.).

Христиан IX. Вторая война из-за герцогств. Вступление на престол принца Глюксбургского под именем Христиана IX вызвало лишь новые осложнения. Конституционный во­ прос оставался попрежнему неразрешенным, а теперь к иему прибавилась еще другая распря. Герцог Аугустенбургский, лично отрекшийся от своих прав, передал,их своему сыну, который тотчас же воспользовался ими, возвестив населению герцогств о своем воцарении под именем Фридриха V III и сообщив об этом Германскому союзному сейму. Сейм, никогда не признававший Лондонского договора, решил поддерживать герцога Аугустенбургского, отказался допустить в свою среду делегата Христиана IX и, наконец, решил занять военной силой Голштинию. В то же время Пруссия и Австрия, при участии которых были в 1851 и 1852 годах улажены консти­ туционные затруднения и перед которыми Дания приняла на себя в этом отношении известные обязательства, заявили, что она не исполнила этих обязательств, и обнаружили склон­ ность самим вмешаться, несмотря па оппозицию большей части членов союза, у которых этот их шаг возбуждал беспо­ койство. Австрия и Пруссия обратились (январь 1864 г.) с ультиматумом к Дании, предлагая ей отменить конститу­ цию от 13 ноября 1863 года для Шлезвига, что снова отделило бы Шлезвиг от королевства. Признав полученный ответ не­ удовлетворительным, они двинули войска. Таким образом, в этот момент в Дании осуществлялись два немецких военных вмешательства, разных, но параллельных: саксонские и ган­ новерские войска заняли Голштинию от имени Германского союза, а австро-прусская армия шла через Голштинию, чтобы вторгнуться в Шлезвиг.

ДАНИЯ Исход начавшейся так войны пе мог вызывать сомнений.

Ни одна из европейских держав по причинам, обусловленным их собственной политикой (см. об этом соответствующие главы), не была склонна оказать Дапии действительную по­ мощь;

активную, но безуспешную попытку в этом направле­ нии сделал только шведский король (о ней будет речь ниже).

А собственные силы Христиана IX были слишком незначи­ тельны, чтобы он мог долго сопротивляться соединенным силам Пруссии и Австрии. Военные действия начались 1 фе­ враля 1864 года. Спустя несколько дней датчане были выну­ ждены почти без боя очистить позиции у Даневирке;

в марте главная часть их армии была отброшена на остров Альзен;

одновременно неприятель вторгся в Ютландию, и 9 мая при­ шлось заключить перемирие. Еще за несколько недель до этого державы, подписавшие Лондонский договор, и с ними Германский сейм открыли переговоры в надежде как-нибудь решить наконец окончательно вопрос о герцогствах;

но пере­ говоры только обнаружили полную непримиримость взгля­ дов. Англия предлагала отделить от Дании Голштинию и юж­ ные округа Шлезвига, тогда как сейм, Пруссия и Австрия решительно противились дроблению Шлезвига, хотя и сами отнюдь не были солидарны, потому что сейм попрежнему стоял за герцога Аугустенбургского и требовал для него Голштинии и Шлезвига целиком;

Пруссия же и Австрия, враждебные герцогу, хотели снова связать оба герцогства нерасторжимыми узами и затем прикрепить их к датскому королевству путем личной унии. Наконец и Дания еще не соглашалась принять слишком тяжелые условия мира. Итак, в конце июня военные действия возобновились. В середине июля австро-прусские войска дошли до Скагена, и 1 августа окончательно разбитая Дания заключила в Вене прелими­ нарный мир, подтвержденный договором 30 октября 1864 года;

в силу этих двух актов датский король ясно и категорически отказывался в пользу Пруссии и Австрии от всяких суверен­ ных прав над герцогствами Шлезвигом, Голштипией и Лауэн бургом. Вопрос о герцогствах, поскольку он касался Дании, был решен окончательно.

Потеря герцогств вызвала в самой Дании новые конститу­ ционные затруднения. В действии были два основных закона:

общая конституция 13 ноября 1863 года и конституция б июня 1849 года. Теперь, без герцогств, довольно было одной конституции;

но недостаточно было решить, что общая кон­ ституция отменена, потому что многие статьи ее были необ­ ходимы: в момент введения в действие первой общей консти 2 История X IX в., т. VI — Ханты-Мансийская '0 Ч Ш5- РФ СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА туции 1855 года были вычеркнуты из закона 1849 года целые разделы постановлений. Таким образом, пастойчиво требо­ вался общий пересмотр конституции. Он и был произведен, хотя медленно, под шум парламентских прений, и новый ос­ новной закон был обнародован лишь 28 июля 1866 года.

I I. Ш веция и Норвегия Оскар I. Царствование Карла-Иоанна ознаменовалось как в Швеции, так и в Норвегии значительным прогрессом,1 ко­ торый продолжался и в правление его сына Оскара, насле­ довавшего ему в 1844 году. Благодаря удачным законодатель­ ным мероприятиям торговля и промышленность продолжали развиваться. Почти все отрасли внутреннего управления —• народное образование, финансы, церковные дела — были по­ следовательно улучшены. Особенно удачно были преобразо­ ваны уголовное законодательство и тюремное дело, так как новый государь лично крайне интересовался пенитенциарным вопросом, о котором он написал сочинение. И так как ини­ циатива большинства этих мероприятий исходила пе от сей­ мов, то получался резкий контраст между энергичной пре­ образовательной деятельностью правительства и последними годами предыдущего царствования, когда Карл-Иоапн вся­ чески старался избегать каких бы то ни было перемен. Од­ нако, заботясь об улучшении внутреннего состояния своих двух королевств, новый король оставался верен отцовским традициям. Но в другом отношении он совершенно уклонился от них.

Несмотря на то что Оскару при его вступлении на престол было 45 лет, он играл до тех пор ничтожную роль. За исклю­ чением редких случаев, отец систематически устранял его от государственных дел, относясь к нему, особенно под конец жизни, с полным недоверием. Зато наследник престола поль­ зовался значительной популярностью среди оппозиционных партий, которые восторженно приветствовали его воцарение.

В сущности, обе эти оценки были равно преувеличены. Бес­ спорно, Оскар I был либеральнее своего отца, но и его либе­ рализм был весьма умерен, а главное — его политические идеи были бледны, неопределенны, неустойчивы. Незначи­ тельные события могли вызвать почти полный поворот в его мыслях;

и действительно, его царствование делится на два 1 См. т. IV, стр. 121.

ШВЕЦИЯ И НОРВЕГИЯ периода, характеризующиеся почти противоположными тен­ денциями. Вступив на престол при горячих приветствиях либе­ ралов, Оскар I вначале был либерален. Свидетельством этого могут служить некоторые из упомянутых выше законодатель­ ных мер. Он также отменил и некоторые политические меро­ приятия, которым его отец всегда придавал большое значе­ ние, например, закон 1812 года, воспрещавший гражданам всякие сношения с членами низвергнутой в 1809 году дина­ стии, и те пункты устава о печати, которые давали возможность произвольно закрывать газеты. Впрочем, намерения нового короля ясно обнаружились в первые же дни по его вступле­ нии па престол: большинство министров Карла-Иоанна полу­ чили отставку и были заменены умеренными либералами.

Но затем наступили события 1848 года. Общее состояние Швеции и Норвегии и политические свободы, которыми они пользовались, казалось должны были избавить их от насиль­ ственных переворотов, каким подверглись в эту эпоху многие европейские государства. Между тем, революционные события, разыгравшиеся во Франции и Германии, отразились и здесь, именно в Стокгольме, где 18—20 марта произошло даже не­ сколько кровавых столкновений па улицах. Вследствие этого король сблизился с консерваторами и призвал к власти новое министерство, в которое вошли люди самых разнообразных убеждений. За революционной бурей 1848 года в большинстве европейских государств последовала резкая реакция;

то же было и в Швеции, хотя здесь реакция ничем не оправдывалась.

Король снова и глубоко изменил состав своего совета, где консерваторы оказались теперь в большинстве (1852). С этой минуты правительство держалось направления, прямо про­ тивоположного тому, которому оно следовало в начале цар­ ствования. Таким образом, уже эти изменения в личном со­ ставе достаточно характеризуют последовательность перемен, происшедших во взглядах Оскара I, но еще яснее перемена выступает при изучении проектов конституционных реформ.

Конституционные вопросы. Несмотря на противодействие Карла-Иоанна, при нем все-таки были внесены кое-какие поправки в основной закон 1809 года. Кроме того, тотчас после его смерти, в 1844 году, влияние государственных шта­ тов (сейма) было косвенно усилено, так как издан был закон, в силу которого сейм должеп был отныне созываться каждые три года. Но эти частичные реформы не были достаточны^ чтобы удовлетворить либералов. Последние добивались ра­ дикального изменения системы народного представительства и почти уже четверть века время от времени настойчиво СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА представляли проекты, во многом различные, но преследо­ вавшие более или менее прямо все одну и ту же цель: дать Швеции парламент, сходный с парламентами других кон­ ституционных стран. Ни одип из этих проектов не был при­ нят;

но последний сейм Карла-Иоанна принял к соображению один подобный проект, так что первому сейму Оскара I (1844— 1845) пришлось его обсуясдать. Прения, вызванные им, ясно показали, какую перетасовку партий произвело вступление на престол Оскара I. Так как все были убеждены, что в случае принятия проекта королевская санкция после­ дует немедленно, то консерваторы, ставшие теперь оппози­ цией, удвоили свои усилия. В конце концов они и одержали верх, так как реформа, принятая буржуазией и крестьян­ ством, была отвергнута дворянством и духовенством.

Во время этих дебатов правительство, обманывая, быть может, до известной степени надежды либералов, соблюдало строжайший нейтралитет. Во всяком случае, оно обнаружи­ вало готовность провести реформы, которых требовали так настойчиво. Один из членов совета официально заявил па сейме, что улучшение системы представительства настоя­ тельно необходимо. Когда затем сейм обратился к королю с просьбой ознакомиться с вопросом и взять па себя почин законодательного предложения, была назначена для этого специальная комиссия (1846), и выработанный ею проект был представлен следующему сейму (1847), но не в форме королевского предложения. По этому проекту представи­ тельство по сословиям упразднялось, и сейм заменялся парла­ ментом из двух палат, члены которых должны были выби­ раться по сложной цензитарной системе;

в их число никто не мог входить по чину и звапию, но короне предоставлялось на­ значать пожизненно часть членов верхней палаты. Этот проект вызвал почти всеобщее недовольство: консерваторам был ненавистен самый принцип этой реформы, а многим либера­ лам она казалась слишком робкой. Левые, обманутые в своих надеждах, стали даже обвинять правительство и открыли против него яростную кампанию. Среди таких обстоятельств разыгрались события 1848 года, еще более усилившие воз­ буждение. Король, переменив в это время, как мы видели, министерство, воспользовался этим обстоятельством, чтобы непосредственно вмешаться, и 1 мая 1848 года сейму был представлен выработанный по его приказанию проект. По­ следний был значительно либеральнее, чем проект комиссии 1846 года: общие его осповапия были, в сущности, те гке, но условия активного и пассивного избирательного права были ШВЕЦИЯ И НОРВЕГИЯ изменены, и, главное, корона отказалась от права назначать членов верхней палаты. Передовым либералам эти уступки казались недостаточными, тем не менее проект был принят к обсуждению и внесен в программу занятий следующего сейма.

Сейм собрался в конце 1850 года. Отмеченная нами эволю­ ция во взглядах Оскара I почти закончилась, и ни для кого не было тайной, что корона относилась теперь почти совер­ шенно безучастно к своему собственному проекту;

консерва­ торы, со своей стороны, не одобряли его, так же как и пере­ довые либералы, критиковавшие проект, находя его недоста­ точным. При таких условиях исход дебатов был заранее очевиден: проект был отклонен. Закрывая 4 сентября 1851 года сейм, король в своей речи заявил, что не намерен предста­ влять какой-либо другой проект, и он сдержал свое слово.

В сейм, в порядке частной инициативы, поступило несколько предложений, но ни одно из них не было принято, так что решение конституционного вопроса откладывалось до сле­ дующего царствования.

Последние годы царствования Оскара I были отмечены в области внутренней политики лишь некоторыми администра­ тивными и финансовыми реформами. Впрочем, король скоро тяжело заболел, и с осени 1857 года обязанности регента были возложены на наследного принца, который по смерти своего отца, последовавшей 8 июля 1859 года, вступил на пре­ стол под именем Карла XV.

Иностранная политика Оскара I. Когда в 1848 году воз­ ник конфликт между Данией и немецкими державами, в Нор­ вегии и Швеции распространилось сильное волнение. Мы уже говорили о «скандинавизме» — этом чувстве солидарности между тремя северными народами, которое развивалось бес­ прерывно, несмотря на неприязненное отношение со стороны правительства Карла-Иоанна. Опасность, угрожавшая Д а­ нии, дала этому чувству случай проявиться: множество добровольцев отправилось из Швеции и Норвегии, чтобы вступить в датскую армию. Вмешалось и само правительство.

Подстрекаемое общественным мнением и руководимое столько же чувством, -сколько и заботой о собственной безопасности, оно решило предпринять те шаги, о которых речь была выше.

Вскоре затем Швеции и Норвегии стала угрожать опас­ ность конфликта с Россией. Некоторые группы норвежских лапландцев издавна имели обыкновение зимовать на русской территории;

теперь русское правительство вдруг потребовало вознаграждения, именно, права для финляндских лапландцев 22 СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА ловить рыбу в норвежских водах и даже уступки им для поселения участка земли. Эти притязания, противоречившие договору о границах 1826 года, вызывали, помимо всего, и беспокойство, так как указывали, повидимому, на желание России продвинуться к западу, чтобы утвердиться в норвеж­ ских фиордах, которые никогда ие бывают заперты льдом.

Ввиду этого шведско-норвежское правительство ответило от­ казом, и так как в это время вспыхнула Крымская война, оно решило искать себе поддержки в сближении с союзными державами. Последние, со своей стороны, считали, что со­ действие Швеции облегчит им нападение на Финляндию.

Таким образом, сближение состоялось без труда и привело к договору 21 ноября 1865 года, гарантировавшему террито­ риальную целость Швеции и Норвегии взамен их помощи против России. Но до наступления условленного срока воен­ ные действия были приостановлены, а затем заключен и мир.

Карл XV;

его иностранная политика. Вскоре после восшествия на престол Карла XV Швеции опять стали гро­ зить внешние осложнения. Варшавские события сильно взволновали общественное мнение, и сейму были представлены два заявления, приглашавшие правительство поднять голос за восстановление Польского королевства. Подобные манифе­ стации, конечно, могли вызвать серьезные осложнения, кото­ рых удалось избегнуть лишь благодаря осторожности мини­ стров и короля. Однако Ескоре король проявил большую смелость. Фридрих V II датский и Карл XV были связаны узами личной дружбы. Карл отличался рыцарским характе­ ром, был пропитан «скандинавизмом» и мечтал о том, чтобы возможно теснее связать друг с другом северные королевства.

Поэтому он изъявил полную готовность поддержать Данию в вопросе о герцогствах с тем, чтобы обеспечить ей мирное обладание всеми землями, населенными датчанами. Летом 1863 года между обоими королями состоялось несколько свиданий, результатом которых был договор, обсужденный и заключенный непосредственно обоими государями и уста­ навливавший между ними оборонительный союз, причем Дании гарантировалась граница по Эйдеру. Вскоре затем Фридрих V II умер, и Дания была вовлечена в тот кризис, о котором говорилось выше. Швеция очутилась в щекотли­ вом положении. Ввиду некоторых шагов, предпринятых Данией для улажепия конституционного вопроса, договор, строго говоря, мог считаться уяад недействительным. Тем не менее Карл XV, не считая себя свободным от данного слова, хотел вмешаться вооруженной рукой. И в этом он был ШВЕЦИЯ И НОРВЕГИЯ солидарен с большей частью норвежского общества: газеты настаивали на необходимости защитить Данию, и — как в 1848 году — добровольцы массами вступали в датское войско. Напротив, министерство, не участвовавшее в заклю­ чении договора, полагало не без основания, что вмешатель­ ство одних Швеции и Норвегии было бы безумием и что, так как ни одна держава не намерена, повидимому, примкнуть к ним, всего лучше воздержаться. В конце концов король дал себя убедить. Тем не менее он не отказался от занимавшего его проекта и еще во время войны предложил Христиану IX новый договор, который должен был связать все три скан­ динавских королевства своего рода воеиио-дипломатической унией, ио из которого должна была быть исключена большая часть герцогств;

последняя оговорка и побудила датское правительство ответить отказом.

Конституционная реформа. Поведение Карла XV в отно­ шении к Данни дает довольно точное представление о его характере и политических приемах. Карл XV деятельно зани­ мался государственными делами, не боялся смелых начинаний и, в противоположность своему отцу, имел ясные и твердые убеждения. Однако он чрезмерно не отстаивал их. Главным его стремлением было править, безусловно следуя закону, в строгом согласии со всеми пачалами парламентарного строя.

Этим отчасти объясняется значительное влияние его мини­ стров;

отсюда же — его постоянная забота при выборе мини­ стров сообразоваться с законными желаниями страны и ее представителей. Такое поведение должно было обеспечить Карлу XV симпатии его шведских подданных, а так как все, что было известно о его характере и личности, также содействовало этому, не удивительно, что он вскоре приобрел большую популярность. Король умел необыкновенно удачно выбирать министров. Он удержал при себе самого выдаю­ щегося из советников своего отца, Гриппенштрдта, а остальных заменил другими лицами, между которыми был выдающийся человек — барон де Геер. Министры Карла XV были не только способными людьми, — опи пользовались доверием страны.

А так как и государь внушал к себе не меньшее доверие, то правительство Карла XV находилось в исключительно благо­ приятном положении, почему и сумело довести до благо­ получного конца то щекотливое дело, которое до сих пор неизменно срывалось.

Конституционная реформа, несколько отодвинувшаяся на задний план в последпие годы царствования Оскара I, теперь снова стояла в порядке дня. В стране было организовано 24 СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА широкое общественное движение, и в начале 1862 года к ко­ ролю поступил ряд петиций, покрытых приблизительно 40 О О подписей, с просьбой предложить новый проект.

О К арл XV, следуя мудрому совету де Геера, охотно пошел •навстречу этому желанию;

сейму, собравшемуся осенью этого же года, был представлен законопроект, выработанный тем же де Геером. Согласно этому проекту представительство по сословиям упразднялось, и учреяедались две палаты, из которых члены первой назначались местными собраниями, а второй — непосредственно избирателями, удовлетворяв­ шими известным цензовым условиям. Этот проект, встре­ ченный весьма сочувственно, был принят к соображению сеймом 1862— 1863 года и окончательно утвержден следующим сеймом;

последнее голосование дворянской курии состоялось 7 декабря 1865 года. Старая представительная система, бе­ режно охранявшаяся Швецией в течение веков, отошла в прошлое, и благодаря умелости тогдашних правителей и особенно де Геера это глубокое преобразование совершилось без затруднений и потрясений.

Последние годы царствования К арла XV не были отмечены никакими важными политическими событиями. Различные попытки усовершенствовать военную систему страны пе могли увенчаться успехом по причине парламентской оппозиции.

Одним из последствий реформы 1865 года было то, что мелкие землевладельцы получили преобладание в нияшей палате, а они, наряду с достоинствами крестьян, отличались их обыч­ ными недостатками: известной узостью политического круго­ зора и часто чрезмерной скупостью, вызывавшей стремление уменьшить налоги на землю. Естественно, что эта аграрная партия очень скоро обнаруяшла большую независимость по отношению к правительству;

со своей стороны противники реформы 1865 года не могли простить ему, что оно провело эту реформу. Эта оппозиция с разных сторон заставила не­ скольких членов совета одного за другим выйти в отставку, и последние годы царствования были омрачены политиче­ скими осложнениями, не слишком серьезными, но все же болезненно отзывавшимися иа короле, — тем болезненнее, что он признавал их незаслуженными.

Карл XV умер в Мальмё 18 сентября 1872 года, оставив престол своему брату Оскару II.

Норвежский вопрос при Оскаре I и Карло XY. Соб­ ственно норвежская история не ознаменовалась в эпоху Оскара I и К арла XV пикакими выдающимися событиями.

Отношения со Швецией почти все время отодвигали на зад ШВЕЦИЯ И НОРВЕГИЯ пий план вопросы чисто внутренней политики. А смена коро­ лей не вызывала в истории этих отношений резких изменений.


То положение дел, которое мы наблюдали в царствование Карла-И оаина,1 привело, логически развиваясь, к возникно­ вению при Карле XV настоящего «норвежского вопроса».

Оскар I, следуя примеру, который его отец против СЕоей воли вынужден был показать в конце своего царствования, про­ должал делать уступки национальным требованиям. Именно при Оскаре I решены были вопросы о норвежском гербе и знамени — вопросы сами по себе ничтожные, но имевшие в глазах общества существенное значение. Король старался всегда щадить национальное самолюбие норвежцев, по, не­ смотря на его усилия, возбуждение росло с каждым днем.

В конце концов шведский сейм заволновался, и одни из его членов потребовал пересмотра акта унии (1859).

Почти одновременно стортинг принял гораздо более важ­ ное решение. Конституция 1814 года предусматривала для Норвегии должность генерал-губернатора, которым мог быть и швед. Первые генерал-губернаторы, назначенные Карлом Иоанном, действительно были шведы;

позднее — это была первая уступка национальному чувству — генерал-губерна­ торами стали назначать норвежцев. Н а место Левеншельда, вышедшего в 1856 году в отставку, не было назначено никого.

Норвежцы, протестовавшие в принципе против существования самой должности генерал-губернатора, не удовлетворились этим фактическим положением вещей. Стортинг принял к обсуждению законопроект об упразднении этого поста, и в следующей сессии 1859 года этот проект был вотирован большинством ста голосов против двух. Это был чрезвычайно важный акт, так как он ставил и собирался решить сложный и щекотливый вопрос: имела ли право Норвегия по собствен­ ной инициативе и без согласования со Швецией упразднить должность генерал-губернатора? Норвежцы отвечали утверди­ тельно, ссылаясь на то, что акт унии совсем не упоминал о генерал-губернаторстве;

напротив, шведы возражали, за­ являя, что этот довод не имеет существенного значения и что они бесспорно заинтересованы в этом деле. Таким образом, вопрос сводился к тому, властна ли Норвегия по собственной воле изменять свою конституцию, даже в том случае, когда эти изменения нарушают права Швеции. Этот принципиаль­ ный вопрос так и не был разрешен. 23 апреля 1860 года стортинг вотировал адрес королю, где торжественно оговари 1 См. т. IV, стр. 120.

26 СКАНДИНАВСКИЕ ГОСУДАРСТВА вал права Норвегии;

на этот адрес с тех пор ссылались не раз. Карл XV предпочел пе осложнять положения, которое грозило кризисом. Он просто отказался утвердить решение стортинга и, признав пересмотр взаимоотношений обеих стран необходимым, отложил этот пересмотр на неопределен­ ный срок. Это был, разумеется, лишь паллиатив;

«норвеж­ ский вопрос» был четко поставлен, и кризис был неизбежен;

он и подготовлялся медленно в течение всей остальной ча­ сти этого царствования. Этому кризису суждено было разра* зиться уже при Оскаре II.

ГЛАВА II УСТАНОВЛЕНИЕ АВСТРО-ВЕНГЕРСКОГО ДУАЛИЗМА 1839— I. Л иберальны й цент рализм силенный рейхсрат. Злейшими врагами министра Ваха У были венгерские магнаты так называемой старо консервативной партии. Они презирали в нем вы­ скочку и ненавидели революционера, т. е. упорного защитника освобождения крестьян. Не раз унте общественное мнение ожидало, что правительство пожертвует Бахом в угоду его врагам. После поражения Австрии при Сольферино их час пришел: портфель министра внутренних дел был прежде всего предложен их единомышленнику, барону Иошику;

но, как венгерец, сторонник дуализма и противник централи­ зации, оп не мог его принять. За его отказом на этот пост был призван граф Голуховский, губернатор Галиции. В манифесте, с которым император после Виллафранкского договора обра­ тился ко всем подвластным ему народам, он официально при­ знал несостоятельной политику предшествовавшего десяти­ летия. Скандальные процессы раскрыли перед обществом взяточничество военного интендантства и мошенничества его поставщиков. Заем в 200 миллионов, выпущенный в марте I860 года, был покрыт подпиской всего лишь на 75 миллионов.

Сохранение старого режима становилось невозможным, осо­ бенно в силу финансовых затруднений. Врук давно уже на­ стаивал на коренной реформе: полумеры не помогали. Но у Брука всегда было миого врагов, и теперь они удвоили свои нападки. Вследствие недосмотра со стороны министер­ ства финансов стало известно, что национальный заем, раз­ решенный в сумме 500 миллионов, был на самом деле выпу 1 См. т. V, стр. 134 и сл.

28 УСТАНОВЛЕНИЕ АВСТРО-ВЕНГЕРСКОГО ДУАЛИЗМА щеп на сумму 611 миллионов. Это превышение займа было одобрепо императором, однако оно подало повод врагам Б рука говорить о злоупотреблениях и аферах. Им удалось запутать его в качестве свидетеля в процесс о военных под­ рядах, и император предлояшл Б руку подать в отставку.

Тот пи в чем ие мог упрекнуть себя, как это вскоре и было доказано официальным расследованием;

тем не менее, расте­ рявшись, он покончил с Ъобой (23 апреля 1860 г.).

Старый порядок завещал новому одно из своих учрежде­ ний — рейхсрат (имперский совет), функции которого при­ близительно соответствовали законодательным функциям французского Государственного совета. Раньше в рейхсрате было человек двенадцать постоянных членов;

теперь состав его был усилен чрезвычайными членами, из которых десять назначались императором пожизненно, а тридцать восемь должны были избираться областными представительными учреждениями;

по так как последние еще не существовали, то на первый раз и эти тридцать восемь членов были назна­ чены императором по собственному его выбору. В таком со­ ставе усиленный рейхсрат был призван высказать свое мне­ ние относительно общего политического положения. Боль­ шинство в нем составляли крупные собственники и знать — князья и графы;

кроме них, в рейхсрат входили немногие разночинцы, купцы, промышленники, адвокаты и некоторое количество бывших чиновников. Чтобы добиться от венгер­ ских членов рейхсрата согласия просто присутствовать на заседаниях, правительство вынуждено было патентом 19 ап­ реля пообещать им восстановление комитатов и венгерского сейма и обязалось не предоставлять рейхсрату законодатель­ ной власти. Рейхсрату был предоставлен лишь совещательный голос в финансовых делах;

он был совершенно лишен ини­ циативы, по имел право обращать внимание монарха на те пробелы в законодательстве, которые усмотрит в течение своих работ. Через несколько недель после созыва рейхсрата император даровал ему права в сфере финансов, которыми, впрочем, рейхсрату не пришлось воспользоваться.

В течение своей единственной сессии (май—сентябрь 1860 г.) усиленный рейхсрат занимался рассмотрением госу­ дарственного бюджета и принципов управления. Венгры с графами Сеченьи и Аппоиьи и Георгом Майлатом во главе пе допускали обсуждения других вопросов, чтобы не позво­ лить рейхсрату присвоить себе законодательные функции, которые в венгерских делах прииадлеягали, по их мнению, исключительно венгерскому конституционному сейму. В пер ЛИБЕРАЛЬНЫЙ ЦЕНТРАЛИЗМ вом же заседании они изложили свою точку зрения в резо­ люции, прочитанной Аппоньи: «Учреждение центрального представительного собрания в империи изменяет установив­ шееся отношение Венгрии к монархии;

мы согласились присутствовать в этом собрании лишь для того, чтобы засвиде­ тельствовать нашу готовность к соглашению и доказать дру­ гим областям, входящим в состав монархии, что наши притя­ зания пи в чем не противоречат их правам и интересам, как не противоречат и правам и интересам короны и монархии».

Руководство прениями с первого же дня перешло к вен­ герским членам рейхсрата;

у них одних была определенная программа и навык к парламентским дебатам. Они увлекли за собой консерваторов-феодалов всех областей, которые рассчитывали, в случае торжества «исторического права», вер­ нуть себе некоторые утраченные привилегии. 1 Оппозицию же составляли, кроме бывших австрийских чиновников — сто­ ронников централизации ' в силу привычки, — немецкие бюргеры — централисты ради собственных выгод. Когда один из пих, Маагер, осмелился высказаться за конституцию с представительным образом правления, его партия отрек­ лась от него. Обе стороны не желали раскрывать с е о и х карт. Все. были согласны, что для восстановления дове­ рия необходш\ш реформы, но не были согласны относи­ тельно самих реформ. Две непримиримых тенденции были единственным результатом долгой политической дискуссии, которой закончилась сессия: одна из них, феодальная, во имя «исторического права» требовала признания притязаний Венгрии, добивалась законодательной и административной автономии для каждой области как особой «историко-полити 1 Землевладельческое дворянство всех частей Австрии было в эти годы (1859— 1862) крайне встревожено подготовлявшейся и проходившей как раз тогда в России крестьянской реформой. Австрийские реакционные круги громко говорили о «революционном, а не историческом» характере русской реформы и очень боялись полной и безвозмездной ликвидации феодальных пережитков, удержавшихся в Австрии после 1848 года. При этих условиях даже злей­ шие враги самой идеи о венгерской самостоятельности среди австрийских реак­ ционеров вдруг переменили фронт. Венгерские аристократы на этот раз вы­ двигали на первый план уже не «революционные» принципы восстания 1848— 1849 годов, а претензии, основанные на истории, на былых соглашениях и трактатах, заключенных в X V I—X V III веках между Венгрией и домом Габс­ бургов. Это внезапное воскрешение «исторического права» и привело австрий­ ских крепостников в полный восторг. «Если монарх уважает венгерские старые пергамента, то, может быть, он соблаговолит рассмотреть и наши дво­ рянские пергаменты». Возникла надежда на воскрешение и восстановление кое-чего из того, что было уничтожено или подорвано в 1848 году. Особенно хлопотали о сохранении «вотчинной юстиции».— П рим. ред.

30 УСТАНОВЛЕНИЕ АВСТРО-ВЕНГЕРСКОГО ДУАЛИЗМ А ческой индивидуальности» и ж елала осповать могущество государства на его внутреннем духовном единении, на до вольстге населяющих его народов;


другая, бюрократическая, во имя исконных прав государствепиой власти ж елала про­ должать систему Баха, перепеся ее только из абсолютизма в конституционный образ правления. В конце концов федера­ листский порядок дня прошел значительным большинством;

император обещал всесторонне обсудить постановления рейхс­ рата и в скором времени сообщить свое решение.

Октябрьский диплом. Решепие императора было обнаро­ довано в дипломе 20 октября 1860 года. Этот «постоянный и неотменяемый» основной государственный закон находился в непосредственной связи с Прагматической санкцией и был вызван необходимостью внести, изменения в политические учреждения ввиду перемен, которые произошли в политиче­ ском и социальном состоянии страны со времени издания Прагматической санкции. Император заявил о своей готов­ ности делить впредь законодательную власть с собрапиями представителей, избранных его подданными, именно: с рейхс­ ратом — по вопросам, кратко перечисленным, касающимся всей монархии, с провинциальными сеймами по вопросам, касающимся остальных областей, и, наконец, в случае на­ добности с рейхсратом в неполном составе, без венгер­ ских членов, — по таким делам, которые, согласно уста­ новленной традиции, считались общими для всех провинций, кроме Венгрии. Число выборных членов рейхсрата было ‘доведепо до ста;

император выбирал их из списка, составлен­ ного провинциальными сеймами в количестве трех кандида­ тов на каждое депутатское место. В тот же день император­ скими указами были упразднены общие министерства вну­ тренних дел, вероисповедания, просвещепия и юстиции.

Голуховский был назначен государственным министром, т. е., в сущности, министром внутренних дел для Цислейтании;

барон Вай, служивший в 1848 году легальному венгерскому правительству, был назначен канцлером Венгрии, т. е. мини­ стром внутреппих дел для Транслейтании, аСечепьи — мини­ стром без портфеля.

Староконсерваторы, однако, заблуждались относительно сво­ его влияния в Венгрии. Народная масса прежде всего, до за­ ключения любого соглашения, требовала признания законов 1848 года. Когда Деак, ставший главой умеренной либеральной партии, получил предложение запять пост Judex curiae1 — вые-:

1 Председатель судебиой курии королевства Венгрии. — Прим. fe d.

ЛИБЕРАЛЬНЫЙ ц е н т р а л и з м : шую судебную должность в стране, он ответил: «Это невоз­ можно: еще не принята и не подписана официально моя от­ ставка от должности министра юстиции в 1848 году». Он спра­ ведливо полагал, что дозволить нарушить хотя бы один из правильно проведенных и санкционированных законов, каковы были законы 1848 года, значило открыть путь бесирестапным нарушениям конституции. Д ля староконсерваторов, напротив, история Венгрии заканчивалась 1847 годом, и «революцион­ ных» законов 1848 года они не Желали признавать. Но коми­ таты, в которых преобладало мелкое дворянство, собравшись на основании патента 19 апреля, прогнали чиновников, по­ ставленных Бахом, сорвали с общественных здании имперские гербы, приостановили действие австрийских законов и из­ брали на муниципальные должности лиц, занимавших их в 1848 году. Вопреки инструкциям баропа Б ая во всей стране был принят лозунг: не платить налогов п не давать солдат до тех пор, пока на это пе последует согласия конституцион­ ного парламента, созванного в силу законов 1848 года. Таким образом, десятилетие 1849—1859 годов было как бы вычерк­ нуто из истории Венгрии.

Голуховский со своей стороны, казалось, хотел вычеркнуть из истории Австрии 1848 год, — до того устарелыми и от­ жившими казались вырабатываемые им статуты. Областные сеймы должны были распадаться на курии: городские и сель­ ские депутаты избирались путем двух- или трехстепенных выборов;

депутаты дворянства носили старинный имперский мундир. Вот в чем видели действительное средство для вос­ становления утраченного общественного доверия! В первых рядах недовольных оказалась немецкая буржуазия: ее мате­ риальные интересы, национальная гордость и политическое честолюбие были задеты в одинаковой степени. В знак про­ теста муниципальные советы нескольких больших городов вышли в отставку. Меяэду тем внешние обстоятельства скла­ дывались в это время так, что оппозиция немцев становилась опасной для монархии. Реставрация герцога Моденского и великого герцога Тосканского,1 предусмотренная Цюрих­ ским трактатом, оказывалась невозможной вследствие ан­ нексий, произведенных Пьемонтом, которым Австрия за недо­ статком сил, а главное — денег, не могла помешать. Быстрые успехи итальянского объединения в корне разрушали надежду на восстановление в Италии австрийского влияния. Венеция перестала быть оперативной базой, а представляла лишь 1 Ставленников и клиентов Австрии. — П рим. ред.

32 УСТАНОВЛЕНИЕ АВСТРО-ВЕНГЕРСКОГО ДУ АЛИ ЗМ А передовой пост, удержание которого являлось только лишь вопросом чести. Династия должна была как-нибудь •возна­ градить себя за потери, и этого вознаграждения негде было искать, кроме Германии. Таким образом, цель внешней поли­ тики отныне должна заключаться в укреплении уз, связы­ вавших Австрию с Германией, и в подготовке пути к более тесному союзу между ними. Достижение этой цели было бы немыслимым, если бы Австрия ничего не могла предложить Германии, кроме своей внутренней слабости и недовольства, возбужденного ею в своих немецких подданных. 13 декабря 1860 года Голуховский был смещен, и па его место назначен Шмерлинг.

Система Шмерлиига. Февральская конституция. В ре­ зультате ошибок Голуховского назначение Шмерлинга было благосклонно встречено даже славянами и венграми, которые, однако, вскоре сделались непримиримыми врагами нового министра. Одним он казался защитником порядка и твердой власти: так, староконсерваторы прямо указывали на него императору как на единственного человека, способного поло жить конец анархии, господствовавшей в стране после изда­ ния октябрьского диплома. Либералы всех национальностей вспоминали, что, будучи министром юстиции при Шварцен берге, Шмерлииг подал в отставку, чтобы не подписывать отмены конституции. Немцы, в свою очередь, с благодарностью вспоминали его поведение во Франкфурте в 1848—1849 го­ дах, где он доказал свою преданность идее объединения Гер­ мании, но при помощи и при господстве над ней Австрии.

Такое отношение к Шмерлингу было плодом недоразумения, продолжавшегося в течение всего его управления министер-, ством. Двор призвал его лишь для того, чтобы при новых конституционных формах продолжать политику Баха. Про­ никнутый духом иозефинизма, господствовавшего все еще в австрийской бюрократии, Шмерлинг стремился только к государственному единству, либеральные же учреждения были для него лишь средством к достижению этой цели.

Система его неизбежно должна была вскоре вызвать оппози­ цию со стороны всех ие-пемецких национальностей, а среди немцев возбудить недовольство тех из них, которые серьезно поверили обещанию истинно конституционного режима.

«Патент 26 февраля 1861 года занял место октябрьского диплома. Официально отношение между этими двумя госу­ дарственными актами было представлено иначе;

неудобно было просто-напросто отменить столь торя{естенно провоз­ глашенный основной закон-через несколько месяцев после ЛИБЕРАЛЬН Ы Й ЦЕНТРАЛИЗМ его обнародования». Дело было представлено так, будто патент являлся дополнением диплома. Н а самом же деле он во всем ему противоречил: на первый план вместо областей он выдвигал государство;

ои создавал компетенцию рейхс­ рата взамен компетенции сеймов;

узкий рейхсрат, который согласно диплому должен был созыватвся лишь в особых случаях, патент превращал в постоянное учреждение, и к нему переходила большая часть функций областных сей­ мов;

наконец, он сообщал рейхсрату новую организацию, а отсюда и новое значение. Рейхсрат делился на две палаты, пз которых верхняя, палата господ, вся находилась в распо­ ряжении императора. Кроме наследственных членов ее, к которым принадлежали эрцгерцоги и те из архиепископов и епископов, которые носили княжеский титул, все остальные члены верхней палаты назначались императором пли из высшей аристократии (в таком случае звание передавалось по наследству), или из остальных подданных, отличившихся какими-либо заслугами, причем последние оставались чле­ нами верхней палаты пожизненно. Н ижняя палата, или палата депутатов, состояла из членов, избираемых обла­ стными сеймами: 203 депутата от Цислейтании составляли так называемый узкий рейхсрат, и 120 депутатов от Транс лейтании — 85 венгров, 9 хорватов и 20 трансильванцев — в соединении с 20 депутатами от Венеции превращали узкий рейхсрат в полный рейхсрат.

Указами 26 февраля 1861 года областные сеймы Цислейта нии реорганизовывались на началах представительства интере­ сов населения. Избиратели, удовлетворявшие требованиям ценза или правоспособности, делились на две коллегии: город­ ских и сельских жителей;

кроме того, особую коллегию в ка­ ждой области составляли крупные землевладельцы, и, наконец, правом посылать в сейм одного или нескольких депутатов пользовались также некоторые торговые палаты. Эти четыре избирательные коллегии, или курии, избирали своих депу­ татов в сейм порознь;

сейм я«е в свою очередь выбирал пз среды депутатов каждой курии определенное число пред­ ставителей в рейхсрат. Ценз в областях был различный, го­ рода были в более выгодном положении по сравнению с сель­ скими местностями;

число депутатов было пропорционально не столько количеству населения, сколько богатству края.

Этой сложной системой рассчитывали искусственным обра­ зом обеспечить преобладание немцев в куриях торговых па­ лат, в городах й в селах, так как немцы, представляя мень­ шинство среди цислейтанских народов, были, однако, самыми 3 История X IX в.

, т. VI — 34 УСТАНОВЛЕНИЕ АВСТРО-ВЕНГЕРСКОГО ДУ АЛИ ЗМ А богатыми и образованными нз них. Действительно, в первом же собрании рейхсрата из 203 депутатов от Цислейтании 130 оказались сторонниками министерства, несмотря на то, что немцы в то время составляли не более трети всего насе ления Австрии. С другой стороны, учреждением курии крупных землевладельцев, среди которых преобладала верно­ подданная австрийская аристократия, имели в виду обеспе­ чить в нижней палате господство придворных влияний и династической политики. Сверх того, на случай какой-нибудь неожиданности, которой, впрочем, трудно было опасаться, патент заключал в себе особую статью 13, которая уполно-^ мочивала министерство в отсутствие рейхсрата управлять страной при помощи указов, с тем только, чтобы «в ближайшем собрании рейхсрата довести до его сведения мотивировку и результаты произведенных мероприятий». Одной этой статьи было достаточно, чтобы свести к нулю все остальные положения конституции.

Вина во всех недостатках этой конституции падает не на одного только составителя ее, Шмерлинга: при решении са­ мых важных вопросов он часто находился под непосредствен­ ным влиянием двора;

если бы его предоставили самому себе, он, вероятно, выработал бы более либеральные законы. К ак бы то ни было, но в том виде, в каком февральский патент был предложен народам Австрии, он вполне заслужил брошен­ ные ему вскоре упреки в «лицемерии и безнравственности»

н мошенническом предоставлении меньшинству прав, отнятых им у большинства.

Немецкая политика. Шмерлинг и Рехберг. Программа Шмерлинга заключала в себе две неразрывно связанные между собой части: план организации Австрии и план поли­ тической кампании в Германии. Вывший министр Германской империи 1848 года и наиболее выдающийся представитель «великогерманской» политики, он продолжал верить в свой прежний идеал. Преобразование Австрии — по крайней мере с внешней стороны — в конституционное государство и благо­ склонное отношение к немцам были в его политике лишь средствами, целью же его было вновь попытаться провести в Германии широкие реформы, ослепить Пруссию блеском нового конституционализма, вновь пробудить в мелких гер­ манских государствах никогда не исчезавшие симпатии к Ав­ стрии, привлечь на свою сторону национальное чувство немцев перспективой законодательного и торгового единства и, в довершение всего, немецким парламентом. Таким образом, ради выгод Австрии Шмерлинг не останавливался в Германии ЛИБЕРАЛЬНЫ Й ЦЕНТРАЛИЗМ даже перед обращением к революционной силе, к силе обще­ ственного мнения. Но дело в том, что внешняя немецкая по­ литика Австрии зависела не только от него;

как государствен­ ный секретарь, он в силу этого заведывал и иностранными делами, правда, лишь отчасти. Призванный к власти, он за­ стал министром иностранных дел графа Рехберга, сменившего на этом посту в 1859 году Буоля. Между Рехбергом и Шмер лингом было такое же различие, как между хорошим дипло матом-профессионалом и государственным человеком. Шмер линг считался с национальным чувством немцев и опирался на него, между тем как Рехберг знал только дворы. Рехберг придерживался строго консервативной программы и следовал чисто меттерниховским приемам. Он считал, что Австрия, занятая итальянскими и венгерскими делами, не в силах затевать борьбу с Пруссией в Германии, и поэтому предпочел бы, оставив в стороне немецкий вопрос, притти к соглашению с Пруссией, чтобы Австрия имела по крайней мере в ней союз­ ника в европейских делах. Возможно, что расчет этот был не­ верен, тогда как план Шмерлинга, с другой стороны, слишком рискован;

но наихудшей политикой, во всяком случае, была бы политика колебаний, а такой именно она и была.

Сначала победа оставалась за Шмерлингом. Нота 2 февраля 1862 года и проект съезда государей во Франкфурте в году были результатом его политики, которую поддерживали даже в министерстве иностранных дел наиболее влиятельные из подчиненных Рехберга. Но для проведения этой политики в жизнь император обратился к Рехбергу. Последний один сопровождал Франца-Иосифа во Франкфурт. Шмерлинга император не любил за его чопорность и высокомерие. Как и следовало ожидать, Рехберг не был особенно огорчен не­ удачей съезда. В свою очередь, он получил теперь возможность проводить свои идеи;

это привело к тому, что Австрия вместе с Пруссией пустилась в авантюру с герцогствами. Мнение рейхсрата было явно враждебно этой политике. Правительство Бисмарка, переживавшее в это время самый разгар конфликта с прусским ландтагом, не внушало ему ни симпатии, ни до­ верия. Шмерлингу несколько раз приходилось выступать на защиту сотоварища, взглядов которого он не разделял.

Но в конце концов сотрудничество их сделалось невозможным, и Рехберг 27 октября 1864 года вышел в отставку. Его сменил генерал граф Менсдорф-Пульи, не имевший других прав на этот пост, кроме знатного происхождения и родства с не­ сколькими владетельными домами, и другой программы, кроме пассивного повиновения приказаниям своего государя. Мене 36 УСТАНОВЛЕНИЕ АВСТРО-ВЕНГЕРСКОГО Д У А Л И ЗМ А дорф скорее сочувствовал политике Шмерлиига, по был лишь орудием в руках графа Морица Эстергази, министра без порт­ феля и самого влиятельного из советников императора. «Я ничего не понимал в политике, — говорил впоследствии Менсдорф, — и прямо сказал об этом императору. Но я был кавалерийский генерал, государь приказал мне занять пост министра, и мне волей-неволей пришлось опереться на профес­ сионального дипломата, у которого нехватало смелости взять на себя всю ответственность». Между тем Эстергази вступил в министерство с прямой целью низвергнуть Шмерлинга.

И неудача германской политики Шмерлинга, равно как его ошибки в венгерских делах значительно облегчили задачу Эстергази.

Венгрия и февральская конституция. Патент 26 февраля 1861 года указывал на решимость правительства не считаться с сопротивлением венгров и сломить его силой. Тщетно пы­ тался Вай отвратить этот удар, стараясь восстановить хоть не­ который порядок в стране. Рескриптом 16 января он призвал комитаты к уважению существующих законов;

по политиче­ ская конференция, состоявшаяся 14 февраля под его председа­ тельством в Пеште, не дала никаких результатов. Эта неудача открыла простор чистым централистам во главе с Сеченьи, ре­ акционное влияние которого боролось в совете с влиянием Вая, и патент был обнародован. Под ним была подпись Сеченьи, — Вай отказался его подписать. Вскоре, однако, обоим при­ шлось покинуть министерство. Шмерлинг, лишенный под­ держки Венгрии, слишком большой бюрократ, чтобы поладить со староконсерваторами, и слишком ярый сторонник центра­ лизма, чтобы пойти на соглашение с либералами, вследствие своей гордости и упрямства положил начало в Венгрии по­ литике бесплодного сопротивления. Может быть, он был осуж­ ден на это своей системой, так как если бы венгры заняли своп места в рейхсрате, они могли бы, соединившись с австрийской федералистской оппозицией, оставить правительство в мень­ шинстве. Эта опасность казалась устраненной с той минуты, когда 6 апреля 1861 года венгерский сейм собрался в первый раз после подавления революции.

Едва был прочитан декрет о назначении председателя па­ латы депутатов, как один из членов палаты заявил протест по поводу отсутствия подписи ответственного венгерского министра. Таким образом, с первого же шага собрание стано­ вилось на почву законов 1848 года. Открывая заседание, Ап поньи в своей речи едва осмелился упомянуть о февральском патенте, между тем как председательствующий по старшинству ЛИБЕРАЛЬНЫ Й ЦЕНТРАЛИЗМ лет превозносил первого президента венгерского совета и одну из жертв Гайнау — Людвига Батьяни, как мученика и как образец венгерского патриотизма. Магнаты старокон­ сервативной партии, наученные опытом предыдущего года, сознавали, что у них только в том случае может быть хоть какая-нибудь надежда на восстановление их влияния в стране, если они будут соперничать в требованиях с либеральной партией;

двор между тем продолжал считаться с их советами и смотреть на них как на силу. Н а самом же деле в палате депутатов господствовала крайняя партия, и лишь благодаря тому, что она воздерживалась от голосования, Деаку удалось провести в палате адрес королю. Крайние, руководимые Гличи и Тиссой, желали вынести простую резолюцию с изло­ жением прав, нужд и положения страны, без обращения к Францу-Иосифу, которого они считали незаконным королем, так как он не был коронован. Сам адрес не заключал в себе королевского титула, и фактический монарх был назван в нем лишь «светлейшим государем». Однако Франц-Иосиф отказался принять адрес, пока обе палаты не согласятся обратиться к нему как к королю. Адрес устанавливал в сущности тот факт, что Венгрия стоит на почве своей конституции, часть которой составляет Прагматическая санкция;

что она готова по некоторым пунктам пойти даже дальше принятых на себя обязательств и руководиться главным образом принципами справедливости и интересами политики;

но что во всяком слу­ чае ничто не может заставить ее принимать законы от цен­ трального парламента и делить свои законодательные права с какой-либо другой властью, кроме венгерского короля;

королем же Венгрии может быть только коронованный ко­ роль, а необходимым условием коронования является приня­ тие конституции во всех ее частях. В ответ на это король предложил сейму послать своих представителей в рейхсрат, чтобы осуществлять там законное влияние Венгрии на общие дела;

всякое же соглашение с венгерским народом король отложил до того времени, когда в результате пересмотра за­ коны 1848 года будут согласованы с интересами монархии.

Сейм отвечал на это отказом избрать депутатов в рейхсрат, отрицая за последним всякую компетенцию по отношению к Венгрии, признавая в полной силе законы 1848 года и объя­ вив дальнейшие переговоры бесполезными ввиду того, что «его величество устраняет всякую возможность соглашения».

21 августа 1861 года сейм был распущен.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 21 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.