авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 |

«Сергей КАРА-МУРЗА Сергей СМИРНОВ ПОЛИТИЧЕСКИЙ БЕСТСЕЛЛЕР МАНИПУЛЯЦИЯ СОЗНАНИЕМ 2 «Манипуляция подчиняет и ...»

-- [ Страница 12 ] --

Таким образом, «глобальное» создание атмосферы шоу особо опасно тем, что превращает процессы, непосредст венное касающиеся множества людей и несущие им прямую угрозу (разрушение СССР, «оранжевое» безумие, несущее разрушение экономике Украины, сворачивание гражданских свобод в США, втягивание этой страны в глобальную войну с непредсказуемым итогом) в нечто, к ним отношения вроде бы не имеющее. Люди эти относятся к происходящему от страненно, не предпринимая попыток не только сопротив ляться опасности, но даже классифицировать ее. Они зача рованы самой атмосферой шоу и словно смотрят увлека тельный спектакль, лишающий их способности критически оценивать происходящее.

В частном случае использования данного приема, для решения «локальных» задач, атмосфера шоу создается ма нипуляторами, как правило, для того, чтобы привлечь вни мание к чему-либо (обычно — к своей персоне или своей по литической группировке).

Примером может служить драка, произошедшая марта 2005 года на заседании Государственной думы между представителями фракций ЛДПР и «Родины» в Госдуме РФ.

На очередном заседании парламента депутат от партии «Ро дина» Савельев задал лидеру ЛДПР Жириновскому «прово кационный вопрос». В ответ Жириновский пообещал «на бить морду» Савельеву, после чего на последнего наброси лись 6 депутатов от ЛДПР. Завязавшуюся неумелую возню, названную «дракой» и «рукопашной схваткой», телевидение транслировало на всю страну.

Казалось бы — с какой стати депутатам парламента уст раивать такое безобразие, к тому же транслируя свою не сдержанность на весь белый свет? Ведь обе стороны кон фликта ничего, по сути, не добились таким демаршем.

Смысл в этом, однако, был, и весьма серьезный. В ука занный период кремлевскими политтехнологами стала раз рабатываться новая политическая схема устройства поли тического поля России. В ней обязательно должна была присутствовать партия-«националист», олицетворяющая в Государственной думе «цивилизованный радикализм». Так как это кремлевская схема, то и финансирование всех ре альных участников, «предусмотренных в сценарии», долж но было быть весьма солидным.

На роль такой «радикальной фракции» претендовали «жириновцы» и «рогозинцы». Те из них, кто смог бы наи более ярко показать свое «агрессивное радикальное нутро», могли бы рассчитывать на возможность припасть к живи тельному финансовому источнику. Для этого им следовало бы максимально эффективно продемонстрировать: кто наи более «отморожен» и «агрессивен». Главная задача Рогозина на тот момент заключалась в том, чтобы попытаться занять «политическое место» Жириновского, традиционного «экс тремиста-шута» российского политического Олимпа, с мак симальным негативом и скандалом выбив его из «обоймы»

потенциальных участников «оранжевых беспорядков».

Шоу удалось на славу, хотя цели Рогозиным достигнуты не были: переиграть ветерана политической клоунады Жи риновского ему не удалось. Позднее Рогозин продолжил ис пользование аналогичных «спецэффектов» (23.2), то устраи вая голодовки, то снимая провокационные телевизионные ролики про «черных нелегалов, мусорящих арбузными кор ками в московских дворах».

Практический смысл для манипуляторов в создании ат мосферы шоу в данном случае заключался в том, чтобы за ставить общество поверить в новую, готовящуюся прозапад ными группировками в российской властной элите (одним из их представителей был Сурков) ложную политическую ди хотомию. Для этого нужно было «отключить» у населения РФ способность адекватно оценивать происходящее на поли тическом поле России, не дать людям здраво разобраться — что вообще происходит? Атмосфера шоу для этого годится как нельзя лучше: шум, грохот, драки, скандалы, мордобой серьезных политиков, масштабные потрясения, демонстри руемые СМИ, — все это способно еще больше «выключить»

здравый смысл у большинства людей, и так оболваненных массированной медийной промывкой мозгов.

Для создания такой атмосферы необходимы кадры. То есть лидеры и их группировки, способные за деньги устро ить какой угодно спектакль. За место «придворного поли тического шута» и дрались «жириновцы» с «рогозинцами», стремясь показать политтехнологам и их кассирам: кто из них лучше подходит для роли главного создателя атмосфе ры шоу. Используя «специальные эффекты» для создания соответствующей атмосферы, представители Жириновско го и Рогозина стремились повысить свой личный рейтинг и рейтинг своей политической группировки.

23.2. Спецэффекты Подробное описание Использование специальных эффектов призвано от влечь внимание реципиента или воздействовать на его эмо ции таким образом, чтобы они не позволяли сознанию аде кватно оценивать происходящее.

В качестве специальных эффектов манипулятор может использовать кинохронику, участия иных лиц (демонстра цию «свидетелей и очевидцев» с леденящими душу «расска зами», появление «неожиданных гостей», несчастные случаи и пр.), какие-либо происшествия (случайные или, как прави ло, подстроенные) и иные нестандартные ходы.

Яркое, нестандартное происшествие, факт, сильно выде ляющийся из общей линии обсуждения, нечто запоминающее ся и впечатляющее — все это (при умелом использовании) эф фективно воздействует на сознание реципиента и способно отвлечь его от критического осмысления информационных установок манипулятора, что и является целью последнего.

Использование в манипуляции сознанием собствен но специальных эффектов представляет из себя механизм для создания атмосферы шоу (23.1), которая, как уже отме чалось, призвана отключить у аудитории критическое вос приятие подаваемой манипулятором (манипуляторами) ин формации. По законам шоу-бизнеса, чтобы человек не ви дел, что его обманывают, необходимо как можно сильнее воздействовать на его нервную систему. Иногда для этого используются гипертрофированно-эмоциональные оценки в высказываниях политиков (7.3), которые также являются разновидностью специальных эффектов. Если в шоу-бизнесе для создания такой атмосферы используют вещи достаточно безобидные (пение хором, водопады разноцветных шаров, вспышки света, фейерверки и пр.), в политической мани пуляции сознанием, где ставки в «игре» неизмеримо выше, применяются вещи порой просто немыслимые.

Если снова вспомнить «оранжевую революцию», приме ром одного из главных спецэффектов может служить сказ ка об «отравлении Ющенко» «диоксинами».

Сейчас сложно сказать, кто именно изуродовал украин ского президента. «Заказчиками» его успеха были, как ни па радоксально, российские власти. Присутствие во главе Ук раины «пророссийского» президента им ничего не давало:

хоть Кучма, хоть Янукович, все равно не пошли бы на ин тергацию с Россией, а продолжали бы заигрывать с Запа дом. При этом такого «своего» приходилось бы поддержи вать низкими энерготарифами (чего явно не хотели сырь евые монополисты) и терпеть как конкурента на мировых рынках. Например — на рынке торговли советскими образ цами оружия. Поэтому для Москвы было выгодней, чтобы к власти на Украине «с боем прорвался» прозападный по литик, который быстро угробил бы остатки научно-техни ческого потенциала своей страны, убрав себя как конкурен та. Ему можно было бы с чистой совестью поднять цену на энергоносители («ты с Западом дружишь? Вот и покупай газ по европейским ценам!»), да еще показывать украинскому обществу процессы деградации в экономике и науке: мы же вас предупреждали, не дружите с Западом! Кремлю требо валось, однако, чтобы все это произошло «само собой», без связи между требуемым успехом «оранжевых» и интереса ми российской властной элиты. Поэтому российское руко водство делало вид, что оно «изо всех сил старается, но не может» достичь своей цели.

В ситуации, когда отказывать в поддержке «своему»

кандидату западные структуры не могли — как они объяс нили бы это своему электорату? — но и в его приходе к вла сти не были заинтересованы, они оказались в безвыходном положении. Логичным в этом случае становилась ликвида ция Ющенко: нет «прозападного кандидата» — нет и его по беды. Или, по крайней мере, вывод его из строя таким об разом, чтобы ответственность за это легла на противника:

с ним после этого проще торговаться.

Вряд ли Ющенко собирались убивать. Хотели — уби ли бы;

и никто бы его не спас. Изуродованный, он должен был стать «жертвой Москвы», которая, по легенде, устраня ла прогрессивного политика, ведущего Украину на единение с цивилизованным миром.

Не все, правда, прошло гладко. Врач швейцарской кли ники «Рудольфиннерхаус», где «спасали жизнь Ющенко», сначала отказался констатировать факт отравления, потом отказался от своих высказываний, потом неожиданно не то уволился из клиники (в которой успешно проработал до это го много лет без каких-либо претензий к своему врачебно му опыту), не то его уволили. В итоге он просто отказал ся комментировать произошедшее с Ющенко. Пришедший ему на смену врач, «украинец по происхождению», сразу же, после утверждения на своей должности (и, соответственно, не дожидаясь результатов анализов — а они занимают дли тельное время), заявил: это может быть только отравление.

И ничего больше! Таким образом, средствами пропаганды у Ющенко был создан образ «страдальца за свободу и демо кратию». «Оранжевыми» идеологами активно муссировался тезис о том, что «Ющенко был отравлен антиукраинскими силами, стремящимися не допустить движения свободолю бивого украинского народа по пути демократии и общечело веческих ценностей». Намекалось: к «отравлению» причаст ны спецслужбы некоего мощного иностранного государст ва, которое хочет помешать лидеру украинской революции даже таким чудовищным образом.

Раскрутка этой истории стала весомым дополнением ко всей «оранжевой» истерии в «выборной компании 2004 года».

Основной «посыл» организаторов был следующим: видите, на какие чудовищные преступления идут враги свободы и демо кратии, что они, ироды, сотворили с нашим любимым рево люционным вождем! Они то же самое могут сделать и со все ми нами, если мы все как один не встанем на защиту обще человеческих ценностей и демократии! Из личной трагедии человека было устроено эффектное политическое шоу, в ко тором сам факт «отравления» использовался в качестве спе циального эффекта. Украинские сторонники «оранжевой коа лиции» использовались «втемную» в глобальной игре;

им голову не приходило, что, «защищая свободу», они играют по плану кремлевских политтехнологов. Последние за этот якобы «провал российской политики на Украине», получили позднее значительные преференции от Кремля.

Также показательным примером использования специ альных эффектов может служить «антитеррористическая операция» США и их союзников в Ираке.

Евроатлантистский блок напал и оккупировал суверен ное государство под надуманными предлогами («помощь международным террористам» и «разработка оружия мас сового поражения» — прямая ложь, 18.1, и информацион ный повод, 27), убив несколько десятков тысяч мирных жи телей, произведя колоссальные разрушения, разграбив куль турные ценности, ввергнув целый народ в хаос и нищету.

К тому же «успехи» этой операции более чем сомнительны:

несмотря на тысячи погибших американских и союзных сол дат (ежегодное количество потерь военнослужащих оккупа ционных сил примерно сравнимо с ежегодными потерями советских войск в Афганистане), конца этой бойне не вид но. Ирак все больше погружается в кровавый хаос, гибнет все больше иракцев и тех, кто оккупирует их страну.

В этой ситуации для организаторов агрессии важно за глушить критику их действий у себя дома. Реальными успе хами правительство США похвастать не может — например, стало очевидно, что, несмотря на разрекламированную «по имку» Саддама Хусейна, его пленение не только не снизи ло накал боевых действий, но и, напротив, только накали ло обстановку, лишив США возможной фигуры, с которой можно было бы вести хоть какие-то переговоры.

Собственно «пленение» Хусейна являлось чистой воды спецэффектом. Напряженно-радостное лицо проводившего пресс-конференцию американского чиновника, торжествен ное «мы взяли его» (Хусейна), демонстрация «ямы, в которой скрывался бывший кровавый диктатор» — все это должно было, по замыслу манипуляторов, показать «значительные успехи» оккупационных сил в борьбе с «террористами».

На начальном этапе эти расчеты оказались верны. За хват Хусейна позволил американцам на короткий промежу ток времени выглядеть эффективной силой, которая в со стоянии решать возникающие проблемы.

Однако дальнейшая эскалация напряженности, взры вы, атаки участников Сопротивления против оккупантов, убитые и искалеченные солдаты — все это в еще большей степени подорвало доверие американского общества к сво им властям. Чтобы отвлечь внимание собственного населе ния от неудачно складывающейся ситуации в Ираке, амери канские власти периодически прибегают к использованию специальных эффектов. Так, проведенная в марте 2006 года в окрестностях города Самарры операция «Swarmer», офи циально была заявлена как «спецоперация по ликвидации террористической инфраструктуры» в этом регионе. Сот ни десантников из 101-й дивизии и некоторое количество иракских военнослужащих на пятидесяти вертолетах и бро нированных машинах вечером 16 марта высадились на ок раинах трех деревень, расположенных к северу от Самарры.

«При поддержке» бронетехники и авиации они стали разы скивать места скопления боевиков, тайные склады с оружи ем и боеприпасами, подпольные мастерские по изготовле нию взрывных устройств и прочие «объекты террористи ческого подполья».

Несмотря на то что никаких боестолкновений с «терро ристами» американские войска не имели, вся операция отли чалась тщательным информационным сопровождением. Спе циально подготовленные и расставленные в ключевых точках «секретной операции» операторы снимали десятки вертоле тов, поднимающихся в воздух и направляющихся в сторо ну ничего не подозревающих деревушек в окрестностях Са марры. Съемки полностью повторяли кадры из знаменитого фильма Фрэнсиса Форда Копполы «Апокалипсис сегодня».

Приземляющиеся вертолеты также встречали операто ры и фотографы Пентагона, загадочным образом оказавшие ся на месте событий еще до начала «внезапной операции».

Именно им принадлежат обошедшие телеканалы кадры, на которых полностью экипированные десантники бодро вы бегают из нутра транспортного вертолета. Никаких «крово пролитных боев» не было, но видимость «крупномасштаб ной военной операции» прикомандированные к оккупацион ным войскам журналисты создавали максимально точно.

Значение этой пропагандистской акции придавалось столь значительное, что по поводу операции высказался даже пресс-секретарь Белого дома Скот Маклеллан, кото рый поведал «мировому сообществу и американскому на роду»: президент Соединенных Штатов внимательно следит за действиями своих военных в далекой Самарре (как буд то у последнего иных забот нет). Одновременно Маклеллан жестко опроверг слухи том, что вся эта операция задумана как PR-акция, направленная на поддержание неуклонно па дающего рейтинга Джорджа Буша.

При таком уровне информационного обеспечения опе рации телевидение в избытке получило кадры летающих, как мухи, во все стороны транспортно-боевых вертолетов, де сятков «пленных», ночной стрельбы трассирующими пуля ми, взрывов и прочих ярких атрибутов «успешной крупно масштабной операции». Краткосрочная цель была достиг нута: на некоторое время американская общественность получила убедительные «доказательства успешности» дей ствий американской армии. Видимость маленькой победо носной войны была успешно создана усилиям PR-специали стов и профессиональными журналистами, а критическое восприятие американского зрителя было отключено краси выми картинками летящих вертолетов, десантников с серь езными нордическими лицами и взрывов световых гранат.

Здесь, кстати, можно обратить внимание на один ин тересный эффект. Современный человек вообще, а запад ный — особенно, чрезвычайно подвержен воздействию спе циальных эффектов на подсознание. Вся западная цивили зация «общества потребления» приучает его к мысли, что «если красиво — значит, круто!». Красивая женщина на об ложке «Плейбоя» — это круто и сексуально (хотя на самом деле добиться этой «целлулоидовой женщины» у среднеста тистического человека нет никаких шансов, а обычная со седка по лестничной площадке в постели может дать сто очков вперед фотодиве). Красивая «Феррари» — это кру то, хотя она неэкономична и ездить по городским пробкам удобнее на чем-то поскромнее. Красивый президент — это круто, хотя понятно: какая бы смазливая физиономия у гла вы государства ни была, матерям погибших по его прика зу на чужой земле, бог знает за что, солдат, или беднейшим слоям населения, которым он урезал социальные пособия, легче от этого не станет. Причем каждый раз эта «крутиз на» увязывается через ассоциативную цепочку (6) с дости жением успеха (в данном случае — в жизни, ведь и женщи на с фотообложки в твоей постели, и «феррари» в гараже, и карьера «президента» есть несомненные атрибуты «дос тигнутого успеха».

Фактически массовый человек, получая «условный сиг нал» «это красиво — значит, круто и успешно», начинает ассоциировать внешнюю «крутизну» с реальной «успешно стью». Именно поэтому столь эффективно телезомбирова ние западного человека: достаточно показать отснятую на секретных голливудских студиях «хронику» победоносной войны с Ираком или показать таким же образом, как «ирак ское население восторженно встречает американских осво бодителей», как рядовые американцы начинают в это безо говорочно верить. Цель манипуляторов достигнута...

Все вышеизложенное в полной мере относится к более раннему использованию специальных эффектов для мани пуляции сознанием аудитории, имевшей место тремя года ми ранее, в самом начале оккупации Ирака.

В конце марта 2003 года в иракской пустыне в плен к иракским солдатам попала рядовой 507-й группы матери ально-технического снабжения Армии США Джессика Линч.

Колонна, в составе которой она находилась, из-за безобраз ного управления оказалась уничтоженной иракскими воен ными. После марша по пустыне 5-тонный грузовик, которым должна была управлять Джессика Линч, был неисправен, автоколонне его тащил на буксире 10-тонный тягач. Не смотря на использование сверхсовременной техники, нави гации и карманных GPS-приемников, колонна заблудилась:

при подходе к г. Насирия командир колонны неверно сори ентировался на местности, машины свернули «не туда» и вышли в аккурат на линию обороны иракских сил, где и по пали под обстрел. При попытке развернуться на узкой до роге тяжелые машины тут же безнадежно увязли в мягком песке, перегородив к тому же остальным дорогу к отсту плению. Под нараставшим огнем противника выяснилось, что почти все оружие американских солдат стрелять не спо собно: его заклинило из-за песка и неверного ухода. Джес сику и еще нескольких солдат в застрявших грузовиках по добрал более легкий джип Humvee. Машина стала уходить из зоны обстрела, но после одного из попаданий потеря ла управление и врезалась в стоявший на дороге тягач. При этом Линч получила переломы костей ног и рук, лопатки и ребра. В этом состоянии девушка и «попала в плен»: ее по добрали иракские солдаты и отвезли в госпиталь (а куда им еще было девать несчастную девчонку?). В итоге, из 33 сол дат в 18 машинах хозяйственной автоколонны, попавшей марта под обстрел у города Насирия, 11 человек погибли, попали в плен, остальные смогли выбраться из-под огня и вернуться к своим.

История показывала «успехи» оккупационных сил слиш ком уж наглядно, чего американцы всячески старались из бегать. Поэтому была подготовлена и проведена пропаган дистская акция под условным названием «Спасение рядо вого Джессики Линч».

На пресс-конференции 2 апреля 2003 года, прошедшей в CentCom — военном и информационном центре операции против Ирака, — журналистам было объявлено: у командо вания операции имеется очень «горячая новость, о которой уже извещены президент США и министр обороны» (пара зитирование на авторитете, 7.2).

Далее представители командования рассказали, что аме риканскими спецподразделениями освобождена из «жес токого плена» американская девушка-солдат, попавшая в лапы недемократичных жестоких солдат Хусейна несколь кими днями ранее. У освобожденной Линч врачами обна ружены колотые и пулевые ранения, а на больничной койке ее пытали, били и допрашивали. Спасли же несчастную де вушку лишь благодаря мужественному иракскому адвока ту, с риском для жизни выбравшемуся из города и извес тившему американцев о том месте, где содержат пленную.

Представители командования и вслед за ними предста вители американских СМИ стали раскручивать шумную кам панию, рассказывающую, как героически сражалась и отстре ливалась «до последнего» хрупкая американская девушка.

Уже 3 апреля Washington Post публикует вдохновенную ста тью «Она сражалась до последнего. Подробности о пле нении и освобождении солдата из Западной Вирджинии».

В статье сотрудники редакции, получив дополнительную информацию от «неназванных официальных источников в госадминистрации США» (паразитирование на авторите те, 7.2, уход от обсуждения важных вопросов, 14.2 — ка кие именно «официальные источники»?, «прицеп», 14.4), в красках расписали героический подвиг хрупкой девочки из городка Палестина. О том, как Джессика Линч, в со ставе группы попавшая во вражескую засаду, яростно от стреливалась и прикончила несколько иракских солдат. И, даже получив несколько пулевых ранений, она не прекра щала сопротивления до тех пор, пока у нее не кончились все патроны. «Она сражалась до смерти, — цитирует газе та слова осведомленного источника, — она не хотела сда ваться живьем» (использование гипертрофированных эмоциональных оценок, 7.3). Когда же иракцы смогли к ней приблизиться — добавил тот же «источник» — де вушка получила еще и несколько колотых ранений холод ным оружием.

Героическую историю дополнили не менее героические «обстоятельства освобождения Линч». Версия событий по освобождению Джессики Линч, согласно которой американ ские спецназовцы штурмом взяли больницу, где она содер жалась, рассказанная на страницах «Вашингтон пост», была подхвачена и разнесена по стране другими СМИ. Причем уже с добавлением все новых и новых возбуждающих под робностей о спасении героини. В газете Los Angeles Times говорилось об «операции освобождения»:

«А затем, под покровом тьмы, армейские рейнджеры и морские пехотинцы... пробили себе путь в здание [больницы, где содержалась и «охранялась» пленная] под ураганным ог нем противника».

Все было представлено именно так, что команда амери канского спецназа провела фактически образцово-показа тельный рейд в тыл противника, к тому же задокументиро ванный в видеоматериалах (ложь прямая, 18.1 — весь этот «опасный рейд» был снят в постановочных условиях, па разитирование на авторитете, 7.2 — на этот раз «реальной кинохроники). Стремительная атака и решительная высадка с вертолетов Black Hawk, краткая перестрелка, эффектные крики «go! go!», спасение товарища по оружию, и ни одного потерянного в бою человека. История из центральной га зеты была воспроизведена во множестве других американ ских изданий и, в сочетании с коротким видеороликом об операции освобождения в ТВ-новостях, произвела именно тот эффект, который и ожидался. Оглушенные красивым зрелищем, потрясенные героизмом и храбростью хруп кой соотечественницы, американцы не оценивали крити чески полученную информацию и слепо верили в успеш ность военных действий.

На самом деле все это «освобождение» полностью аналогично «обстоятельствам пленения и мучениям» са мой Джессики Линч. Медперсонал больницы, в которой «пытали» пленную, рассказал, что спецназу США здесь не оказывали, да и не могли оказать абсолютно никакого сопро тивления: в районе больницы уже не было никаких иракских солдат или вооруженных боевиков, которые к тому времени покинули город. Что же касается Джессики Линч, то бедную девушку доставили в больницу действительно в плохом со стоянии — с переломами обеих ног, руки, других костей и ушибом головы. Но ни капли крови, следов пуль, «ранений холодным оружием» или осколков у нее на теле не было.

Все травмы были результатом серьезного дорожно-транс портного происшествия. Иракские врачи рассказали жур налистам, как лечили несчастную девушку от множествен ных переломов, выделив ей единственную в больницу спе циальную ортопедическую кровать (которую разломали в ходе «операции по освобождению» американские спецна зовцы). А через три дня после десанта в больницу специ ально заезжал пожилой американский военврач, чтобы по благодарить местный персонал за отлично сделанную опе рацию и квалифицированную помощь солдату США.

Непосредственно накануне высадки вертолетного де санта на месте «предстоящей операции» сначала побывала разведывательная группа американского спецназа в сопро вождении араба-переводчика из Катара. Приехали они со вершенно мирно, на автомобильном транспорте. У офици анта находящегося рядом ресторана «Аль-Диван», они вы ясняли, много ли осталось в городе иракских военных. Он им ответил «никого не осталось, они все уже ушли».

Более того, за несколько дней до «операции по осво бождению» сотрудники больницы пытались сами вернуть Джессику Линч американцам. Девушку погрузили в маши ну «Скорой помощи», сказав водителю довезти ее до блок поста войск коалиции. Когда машина приблизилась к блок посту, американские военные открыли предупредительны огонь, заставив машину вернуться в город.

Таким образом, используя широчайший арсенал прие мов манипуляции сознанием (ложь, тенденциозное обраще ние с информацией, использование душераздирающих под робностей и «локальных спецэффектов»), манипуляторы создали мощный спецэффект (компиляцию «героического сопротивления», «пленения» и не менее героического «ос вобождения» рядового Линч). С его помощью американско му обществу была внушено, что война идет успешно, солда ты коалиции полны героизма и вообще «все отлично!».

Раздел «ЕДИНЕНИЕ С АУДИТОРИЕЙ»

(«ФУРГОН С ОРКЕСТРОМ») Краткое описание Механизм данного приема манипуляции заключается в том, что манипулятор апеллирует к «коллективным настрое ниям», но не аудитории (реципиента), а некоей сторонней общности людей.

Приводя доказательства своей «правоты», манипуля тор указывает, что «все так думают» или что «подавляющее большинство населения так считает» и «так желает» (напри мер, чтобы предмет манипуляции стал именно таким, ка ким его представляет манипулятор). Он не обращается на прямую к реципиенту, но приводит ему в пример «желания»

большого коллектива людей. В данном случае манипулятор фактически паразитирует на коллективном сознании, при сущем нашему народу, — ведь идти против «мнения коллек тива» реципиенту, скорее всего, не захочется.

Этот прием манипуляции называется «фургон с оркест ром» из-за того, что манипулятор навязывает своей жерт ве свою манипулятивную установку, мотивируя это тем, что «все или очень многие со мной [манипулятором] согласны — соглашайтесь и вы, не будьте белой вороной!». Фактически расчет делается на стадный рефлекс, хорошо известный чи тателю по кинофильму «Джентльмены удачи»: «Все побежа ли — и я побежал!» Автор помнит, как несколько десяти летий назад в журнале «Крокодил» высмеивался один «не радивый руководитель», затыкавший рот критике тем, что использовал «массовое мнение» своих подхалимов. Описы вался этот прием так:

Из подхалимов сколотив Удобный мини-коллектив, Он остальным твердил ретиво:

«Вы что же, против коллектива?!»

В данном случае манипулятор («начальник») прибегает к типичному использованию «фургона с оркестром».

В наше время применение этого приема выглядит сле дующим образом.

27 августа 2004 года, в выпуске новостей на радиостан ции «Эльдорадио» (СПб), диктор говорит: по данным ис следования ФОМ Ю. Левады, основная масса россиян по ложительно оценивает перспективы прихода к власти де мократической партии на предстоящих в ноябре выборах президента США. Также основная масса россиян отрица тельно оценивает результаты деятельности президента-рес публиканца Д. Буша. Только 13 % россиян считают, что дея тельность Буша (и республиканцев) была положительна для России.

В данном случае проводится стандартная апелляция к «мнению общества»: раз «все думают, что демократы лучше, чем республиканцы», значит, скорее всего так оно и есть на самом деле. В этом и заключается принцип «все побежали я побежал».

Манипулятор играет на стадном инстинкте «человека толпы» (в которую сегодня превращают совре менное российское общество манипуляторы — это разно видность создания заданной атмосферы, 25), стремясь до казать, что основная часть нашего народа лучше относится к демократам, нежели к республиканцам. Тут используется метод «приведенного вывода»: раз «люди к демократам от носятся лучше, чем к республиканцам» — значит, демокра ты и вправду лучше.

В данном случае, как пример антиманипуляции, важно понимать две вещи.

Отечественные СМИ играют роль элементов, ору дий внутриамериканской борьбы между двумя противо борствующими кланами: группировкой ориентированных на защиту внутреннего рынка «традиционалистов», которых официально представляют республиканцы. И представите лей транснациональных финансовых группировок, «неоко чевников», которых официально представляет демократиче ская партия. Для своей борьбы эти группировки использу ют все средства — от организации шоу «теракт 11 сентября»

(как отмечалось выше, превосходный пример массовой ма нипуляции сознанием, одновременно и информационный повод, 27, и создание атмосферы шоу 23.1 с использованием специальных эффектов, 23.2) до ангажирования в реклам ных целях ведущих СМИ в других странах. В России, проч но оккупированной именно представителями «неокочевни ков», позиции демократов США наиболее сильны (их оли цетворяет известный телеведущий В. Познер).

Для России нет совершенно никакой разницы, кто именно победит на выборах, демократы или республикан цы. Внешняя политика США остается неизменной уже бо лее ста пятидесяти лет и не изменится в силу своей логики, обусловленной логикой американской элиты — традицион но агрессивно-экспансионистской — и базовыми американ скими ценностями — традиционно хищническими. Поэтому раскрученные переживания по поводу того, кого «там выбе рут», являются обманом и манипуляцией. Их цель — отра ботать деньги, вложенные в данные пиар-акции и одновре менно отвлечь внимание российского общества от реаль ных, а не высосанных из пальца проблем.

Например, в ходе президентской избирательной кампа нии 2004 года, когда все пропрезидентские СМИ из кожи вон лезли, чтобы только затолкать население на выборы, по петербургскому ТВ прошел сюжет — интервью ректора СПбГУ Вербицкой. Она рассказывала, что «практически все студенты СПбГУ пойдут, конечно же, на выборы». При этом показывался коридор вуза и сплошной поток двигающихся в сторону гардероба студентов. Несведущему или невнима тельному человеку и в самом деле могло показаться, что все эти студенты уже идут «на выборы». Причем вот так, еди нодушно, «сплоченные» одним порывом реализовать свое конституционное право избирать власть.

В заключение интервью ректор Вербицкая сказала, что явка на выборы в университете всегда традиционно высо кая, но в этот раз она будет даже выше обычного, так как «практически все студенты считают важным для себя пока зать свою гражданскую позицию».

Это типичный и почти до предела упрощенный вариант «фургона с оркестром». Аудитории демонстрируется едино душие студентов в их желании идти на выборы. Проводит ся информационная установка: вот, все студенты идут — а вы что же, хуже их? Опять же «все побежали — и я побежал»...

Более сложный вариант этого приема можно увидеть на примере статьи «Двадцать лет спустя. Горбачев-фонд сего дня презентирует аналитический доклад, посвященный на чалу перестройки», напечатанной в номере «Российской га зеты» от 1 марта 2005 года. Материал, посвященный два дцатилетию «перестройки», излагается Горбачевым как собственное оправдание им содеянного. В качестве доказа тельства тезиса «я ни в чем таком не виноват, я хотел как лучше для вас всех!» бывший президент СССР приводит та кой довод:

«При весьма амбивалентном отношении к перестрой ке как таковой наши соотечественники высоко ценят ее завоевания, прежде всего в сфере гражданских и политиче ских прав и свобод. До 70—80 процентов россиян в той или иной мере разделяют и поддерживают базовые демократи ческие ценности, привнесенные в нашу жизнь перестройкой.

Остается высоким и уровень одобрения многих внешнепо литических акций перестроечного периода».

Безусловно, можно понять и посочувствовать авторам этого документа: доказывать, что «перестройка» в основ ной своей части вещь положительная и положительно вос принимается современным российским обществом — зада ча, не реализуемая на практике. Для подавляющей части на селения России и перестройка, и сама фигура Горбачева, и результат его действий являются синонимами катастрофы, измены, развала и корысти. Объективно доказать положи тельность отношения к «перестройке» невозможно — дос таточно выйти и опросить прохожих, как они относятся к этому периоду нашей истории и к личности Горбачева.

Однако задача перед авторами «аналитического докла да» поставлена, и им ее необходимо выполнять. Для этого и используется в данном случае прием «фургон с оркест ром». Составители материала прибегают к использованию «птичьего языка» (15.2) и прямой лжи (18.1), чтобы дока зать «массовость поддержки» обществом горбачевских ини циатив. «До 70—80 процентов россиян в той или иной мере разделяют и поддерживают базовые демократические цен ности, привнесенные в нашу жизнь перестройкой» — ти пичный пример. С одной стороны, — вроде бы «массовая поддержка» налицо;

все-таки «70—80 процентов» достаточ но много. С другой стороны, и 1 процент — это «до 70». Кто и как проверит, сколько там процентов на самом деле (даже авторы косвенно указывают, что точные данные им не из вестны, раз дают погрешность в 10 процентов)? Также очень показательна оговорка «s той или иной мере разделяют» — она позволяет трактовать это высказывание настолько ши роко, насколько это необходимо манипулятору. Ведь если человек доволен свободой поездки за границу (а именно это авторы в рассматриваемой статье также ставят себе в за слугу), а все остальные трагические итоги «перестройки»

не приемлет категорически — он попадает в число тех, кто «в той или иной мере поддерживает». К тому же манипу ляторы совершают подмену понятий, утверждая: «разделя ют и поддерживают базовые демократические ценности, привнесенные в нашу жизнь перестройкой». По тексту, люди поддерживают не саму «перестройку», а «ценности», ею в нашу жизнь «привнесенные». Безусловно, «базовые демо кратические ценности» — вещь в теории хорошая. Но «пе рестройка» «привнесла в нашу жизнь» не только и не столь ко их, сколько катастрофический развал государства и все негативные последствия, с ним связанные. Увязывая одоб рение людьми «базовых демократических ценностей» с раз рушительными процессами «перестройки» как таковыми, манипуляторы протаскивают информационную установку, декларирующую «одобрение» обществом сути перестроеч ных процессов.

Фраза «остается высоким и уровень одобрения многих внешнеполитических акций перестроечного периода» явля ется примером «фургона с оркестром», проводимым через прямую ложь. Кому сегодня придет в голову поддерживать сдачу Советским Союзом, а позднее Россией своих позиций в мире? Кто увидит плюсы в том, что натовские танки сто ят в нескольких часах хода от Ленинграда, в Крыму разме щаются американские военные, а Грузия накачивается аме риканским оружием. Вряд ли это делается против Новой Гвинеи или Соломоновых островов? Обороноспособности нашей страны именно при Горбачеве был нанесен чудовищ ный урон: уничтожены танки, самолеты, корабли, базы сле жения и пр. И это в условиях, когда более чем вероятный противник усиливает свои вооруженные силы самыми со временными вооружениями! Кто, находясь в здравом уме и трезвой памяти, станет «одобрять» такие самоубийствен ные акции?

Таким образом, используя компиляцию сразу несколь ких видов манипуляции сознанием, манипуляторы стремят ся убедить аудиторию в том, что очень много россиян под держивают то, что делал Горбачев. А если вы сами это не поддерживаете — то поступаете не так, как большинство ум ных людей.

Раздел СОЗДАНИЕ ЗАДАННОЙ ИНФОРМАЦИОННОЙ АТМОСФЕРЫ Краткое описание Целью данного приема является подготовить эмоцио нальное состояние реципиента и информационное про странство вокруг него таким образом, чтобы действия ма нипулятора не встречали неприятия со его стороны. В зави симости от целей манипуляции, ее жертва целенаправленно вводится в состояние испуга, радости, аффекта, в ее соз нании создаются устойчивые стереотипы восприятия окру жающей действительности (фактов, событий, физических и юридических лиц, процессов и пр.), на которые потом будет эффективно накладываться следующая манипулятивная ин формация и благодаря которым она будет восприниматься реципиентом не как враждебная, опасная или неоднознач ная, а как истинная и полностью соответствующая его ви дению мира.

В качестве предельно упрощенного примера создания заданной информационной атмосферы можно привести следующее. Многие часто замечали, как вечером рабоче го дня безобидная, не слишком смешная в иных условиях шутка вызывает у аудитории безудержный, едва ли не нерв ный смех. Расскажи ее утром или в выходной день — люди в лучшем случае улыбнутся (хорошо, если не из вежливости).

А вечером после работы она имеет такой же успех, как ост рота самого популярного комика.

Психологическое объяснение данному феномену про стое. Организм, накопив за целый день работы усталость (в данном случае — информационную;

это характерно в первую очередь для людей умственного труда), стремится «сбросить» ее, как сбрасывает балласт перегруженный воз душный шар. Стремление освободиться от этого вредного груза понятно — зачем тащить отрицательные эмоции? По этому, как только появляется подходящая возможность — неожиданная шутка, нечто, вызывающее смех, одну из силь нейших эмоций — организм немедленно использует ее для «разрядки».

Успех шутки в таком случае не случаен — он подготов лен тяжестью и напряжением рабочего дня. Это нервное на пряжение в итоге создало ту заданную атмосферу, что делает исключительно успешной не слишком смешную в обычных условиях шутку. Создание специальной атмосферы изме нило характер воздействия и эффективность принимаемой реципиентом информации. То, что в этом случае заданная атмосфера является, скорее, «эмоциональной», нежели ин формационной, несущественно. Ведь эмоциональное пере напряжение создано переизбытком информации, получен ной реципиентом за день.

Поскольку механизм создания заданной атмосферы ис ключительно эффективен, хоть и требует определенных за трат времени, он применяется достаточно часто.

Сегодня любой центральный телеканал является сред ством создания заданной информационной атмосферы, проецируемой на всю зрительскую аудиторию. Чтобы ра зобраться в этом, достаточно взглянуть на «общий тренд»

телепередач современного российского телевидения. Подав ляющая часть телепередач — яркие, крикливо-пестрые, от влекающие внимание и нагоняющие на зрителя ощущение «вечного праздника, который всегда с тобой». Телешоу, се риалы, переполненные глупостью передачи (реалити-шоу типа «Дом», «Фактор страха», «Большие гонки» и пр.), «кон церты» вопиюще-бездарных «Фабрик звезд» — все это отуп ляет зрителя, прививая ему «непритязательный вкус» и при учая «жрать то, что дают, и быть довольным». Одновремен но зритель привыкает к устойчивому ощущению, что «у всех вокруг все нормально, страна отдыхает и веселится». Кро ме того, что в данном случае срабатывает прием «приведен ный вывод», зритель погружается в атмосферу безмятежно го спокойствия — что бы ни происходило в стране на самом деле. «Объективная информация» — репортажи о чудовищ ных терактах и голодающих людях, данные о разрушенной промышленности, армии, космосе и науке — все это «сгла живается» наводимой «заданной информационной атмосфе рой»: есть отдельные недостатки, но в основном у нас все хорошо! Создание такой атмосферы призвано усыпить гра жданское чувство или просто инстинкт самосохранения на селения: пусть не догадываются, что происходит вокруг них на самом деле, пусть спят у телевизора, убаюканные телеви зионной птицей Феникс...

Ранее создание заданной информационной атмосферы использовалось для разрушения политико-идеологических устоев советской системы. Например, нормальному челове ку, только что посмотревшему фильм «Иди и смотри», прак тически невозможно вложить в сознание мысль о том, что «СССР бездарно выиграл войну», и «если бы воевали поху же — пили бы сейчас баварское пиво»... Он просто не при мет эти информационные установки;

после просмотра та кого фильма они вызовут у него омерзение.

Однако если до этого долго и кропотливо лить грязь на образ подвига советского человека в Великой Отечест венной войне, вымазывать грязью имена Зои Космодемь янской, Александра Матросова, снимать фильмы о том, что воевали солдаты исключительно благодаря заградотрядам, а блокаду Ленинграда инициировал Сталин, чтобы уничто жить побольше ленинградцев (чем-то они его сильно дос тали), — постепенно эта отрицательная информация скап ливается в сознании реципиента. В какой-то момент ее ко личество может перейти в качество, и человек перестает воспринимать историю Великой Отечественной так, как он делал это раньше. В этом случае вбрасываемые информаци онные установки («зря воевали с немцами — нужно было сдаться и не защищать нецивилизованную страну и пре ступный тоталитарный режим;

тогда жили бы сейчас, как в Германии») падают на благодатную почву. И еще одним бастионом, защищающим страну от развала и деградации, становится меньше...

Вот более детальный пример создания заданной ин формационной атмосферы. Период во время и после раз рушения Советского Союза и создания на его обломках ма родерской по сути своей новой политико-экономической системы требовал от организаторов данной акции введе ния населения России в состояние устойчивой депрессии и «социального ступора». В таком состоянии люди в принци пе не способны отстаивать какие-либо коллективные, груп повые интересы, кроме исключительно узких, личных. На ходясь в таком состоянии, люди не могли активно сопро тивляться разрушению среды их обитания, даже невзирая на то что это разрушение несло угрозу жизни им лично и их близким.

Оптимальным средством введения общества в такое социально-депрессивное состояние являлось создание мас совой информационной, а зачастую даже неуловимой для каждого конкретного человека атмосферы подавленности, безысходности, апатии и отсутствия «жажды к жизни». Над созданием подобной информационной атмосферы в стра не работала «волна» телесериалов и кинофильмов о пре ступном мире и бандитизме, захлестнувшая отечествен ные экраны с середины 90-х годов. Вал фильмов, начинав шихся «Ворами в законе», а продолжавшихся шедеврами вроде «Бандитского Петербурга», «Бригады» и «Бумера» и других, призван был достичь сразу нескольких, необходи мых манипуляторам целей. Кроме фильмов, для этого же использовалась массовая криминальная хроника в различ ных СМИ, демонстрация передач «про жизнь бандитов» (в каких домах они живут, на каких машинах ездят, что едят, где учатся их дети и йр.). Неизменно подчеркивалось: эти люди, так роскошно устроившиеся в жизни, — бандиты, и, хотя все про это знают, никто их тронуть не посмеет. По тому что «законы такие теперь». «Правовое государство»:

пока вина не доказана в суде, человек невиновен и не мо жет быть осужден.

Одна из главных задач создания такой информаци онной атмосферы — «мы теперь живем в обществе, где больше всего бандитов и они сильнее официальной вла сти» — состояла в том, чтобы приучить общество к тому, что «преступность — это, конечно, плохо. Но она естест венна, неизбежна, и жить с ней теперь придется всегда».

Общество должно было с покорностью принять неизбеж ность массовой, наглой, сильной, сросшейся с властью пре ступности как реалии «новой России» и согласится на ее «легитимизацию».

Для этого был выбран очень интересный механизм.

Преступников в СМИ показывали как нормальных, обыч ных людей, с присущими таким нормальным людям стран ностями и слабостями. Пусть зачастую с отрицательными чертами характера, но именно в быту, «изнутри», в условиях семьи, школы, армии (когда они еще не были преступника ми) — то есть именно как нормальных людей. В различных игровых фильмах акцент делался на личностные пережива ния преступников, на их отношения с женщинами (любовь) и законопослушными друзьями детства (дружба). С началом пропагандистской кампании даже убийц и рэкетиров стали показывать в кругу семьи как любящих отцов и заботливых мужей. Все это приучало аудиторию к тому, что преступ ность — это нормально;

она естественна, и с ней, как ни бо рись, окончательно не справиться.

До этого периода, по советской еще инерции, даже в на чале «демократизации общества», сохранялся советский еще принцип демонстрации образа преступников: преступник в принципе не может быть показан с положительной точ ки зрения. Он всегда отрицателен, вроде как не совсем даж и человек. А уж если он показан с нейтральной или пол" жительной стороны, то только тогда, когда в итоге он рвет с системой нарушения закона и принимает правила игры обычного, законопослушного общества. Безусловно, это от нюдь не всегда соответствовало действительности — но это задавало в обществе совершенно определенное отношение к преступности (она ВНЕ Закона, Закон с ней борется, и, по скольку он a priori сильнее — победа всегда будет на его сто роне). Таким образом общество получало от власти знак: с преступностью мы боремся даже на уровне борьбы видов (ведь преступник — вроде бы даже и не человек в обычном понимании слова).

Но при демократии преступность как бы «легитимизи ровалась» в сознании общества, исчезал императив «неук лонной борьбы с ней до полного ее искоренения».

Главная задача такой кампании, кроме облегчения су ществования преступной среде (ВСЕ общество, в том числе и представители правоохранительных органов приучались СОСУЩЕСТВОВАТЬ с преступностью;

во что выливалось такое «сосуществование» для сотрудников соответствую щих служб — догадаться не сложно), заключалась еще и в создании в обществе неявной, но отчетливой и нарастающей депрессии. Дело в том, что для любого общества, для любой общности людей преступность — зло, однозначно подлежа щее искоренению. Для советского общества, воспитанного на традиционных ценностях, во многом ориентированного на неписаные нормы и правила («пусть в суде и не удалось доказать, что бандит — бандит, но он должен сидеть в тюрь ме!»), сосуществование рядом с сильной и мощной, вызы вающе заметной и агрессивной преступной средой являлось знаком, образно говоря, «конца света». Если вокруг все ру шится (привычная стран, привычный уклад жизни) — а бан диты жируют, если они грабят, убивают, насилуют, а потом становятся «уважаемыми бизнесменами» и «законопослуш ными членами общества» — это общество обречено. Если бандитизм сильнее Закона — такое общество существовать не может. Интуитивное осознание этой истины огромным числом людей было неявным, но совершенно отчетливым и неизменным.

Однако сознательное «выделение» бандитизма, пози ционирование и «распознавание» обществом могло привес ти к тому, что значительные силы в стране могли бы воспро тивиться самоубийственной политике «реформ», ставшей причиной невиданного разгула преступности. Общность людей могла бы отказаться покорно идти на заклание (са моразрушение) и соглашаться с уничтожением страны и го сударственности. А ведь именно это и являлось конечной целью «реформ» и было запрограммировано их иностран ными заказчиками. Животное, ведомое к месту забоя, мо жет начать активно сопротивляться своей неизбежной уча сти, если почувствует приближение смерти (в деревнях осо бенно ценятся те забойщики, которые, убивая животное, до последнего момента не дают ему повода подозревать о близ кой гибели). В этом случае придется потратить немало сил, чтобы справиться с «жаждой к жизни».

Безусловно, существование преступности и осознание неприемлемости неизбежного сосуществования с нею, не были единственными причинами депрессии социума. Наря ду с другими, это был мощнейший символ, знак, который не возможно было не заметить и не «принять к сведению». И об щество отреагировало так, как требовалось манипуляторам.

Подавляющее число людей уверилось, что «в этих условиях с преступностью не справится», «мы всегда будет жить рядом с ней и под ней» и «бандиты всем заправляют в стране».

Показывая бандитов нормальными людьми, как уже от мечалось, манипуляторы заставляли аудиторию подсознатель но принимать преступников как людей нормальных, равных себе. Они же тоже любят и страдают! — думали люди, прини мая в подсознании установку: преступников (и породившую их преступность) нельзя извести, как нельзя извести НОР МАЛЬНЫХ людей. Ведь они — нормальные, имеют семьи, со всем как мы, переживают, дружат, любят и ссорятся...

Эффективность такой установки была многократно усилена мощью информационной кампании и высочайшим уровнем ее исполнения. Действительно — как люди могли воспринимать преступность как нечто, подлежавшее унич тожению, если с экрана на них глядели такие близкие и по нятные, хоть и жестокие порой парни? Ну, работа у них та кая, жаль, конечно. Но вот они (судя по фильму) и учились в таких же школах, как мы, и ели раньше в таких же сто ловых, и в армии так же служили. Их ведь такими ЖИЗНЬ СДЕЛАЛА. «Не мы такие — жизнь такая» говорил один из персонажей фильма «Бумер». К тому же музыкальные роли ки, сопровождавшие эти кадры, становились неизменно по пулярнейшими шлягерами — например, мелодии из «Буме ра», «Бригады», «Бандитского Петербурга», «Братьев». Все это создавало устойчивое «приятие» преступности как не избежной черты «новой России», с которой и под которой придется жить дальше.


Однако цивилизационные установки людей никуда не делись;

они, сохраняясь в подсознании, продолжали инфор мировать каждого человека: наше общество с ТАКИМ раз гулом преступности, с ее безнаказанностью, обречено и не жизнеспособно. Результатом, в том числе и этого «конфлик та установок», стала чудовищной силы социальная апатия и депрессия, которые не замедлили (наряду с другими факто рами) сказаться на катастрофическом вымирании населения страны, снижении качества «человеческого потенциала» и прогрессирующей деградации России как Державы.

Вообще, в создании необходимой манипуляторам ин формационной атмосфере СМИ и, прежде всего телевиде ние, играют ключевую роль. Они могут донести до колос сального количества реципиентов необходимые информа ционные установки, создающие такую атмосферу.

Пример — показанный на телеканале РТР документаль ный фильм «Красный император. Жизнь и смерть Николае Чаушеску», посвященная лидеру СРР. В этом фильме все, связанное с жизнью и деятельностью главного героя, по казано в черно-белых, мрачных тонах. Вся прижизненная хроника специально обработана с помощью компьютер ных технологий так, чтобы выглядеть подавляюще и удру чающе. Черно-белыми, «мрачно-анахроничными» показаны даже те кадры прижизненной хроники семьи Чаушеску, ко торые в других передачах показывались «в цвете». Если же показываются кадры цветные — они смыто-нечеткие, как будто «некачественные», «со сбитой фокусировкой». При том что в других передачах эти же самые кадры отличаются неплохим качеством изображения. Эта «некачественность»

вызывает неуловимое раздражение у зрителя, так как глазу трудно «улавливать» детали видеоряда, умело «заретуши рованные» на компьютере. Именно так, например, демон стрируется встреча «двух диктаторов» — Чаушеску и Ким Ир Сена в Пхеньяне.

В то же время все современные записи высказываний критиков Чаушеску показаны цветными, превосходного ка чества. Нет ни малейшего намека на некачественность изо бражения;

оно воспринимается исключительно легко, как любая современная съемка. Так же хорошо, в цвете, ярко и насыщенно, показаны кадры «народного недовольства»

в Тимишоаре. Правда, авторами «документального» филь ма использованы съемки послереволюционных, 1994— годов походов шахтеров на Бухарест, доведенных до голода и отчаяния хозяйничанием румынских «рыночных рефор маторов» (там тогда уже сидело правительство «демократа»

Илиеску — ложь прямая, 18.1, специальные эффекты, 23.2).

Путем такой подачи видеоряда создается впечатление злобности и мрачности всего, что связано с личностью и деятельностью Чаушеску. И наоборот — привлекательности и «красоты» всего, что связано с «народным восстанием»

1989 года (проведенной западными спецслужбами при по мощи горбачевской группировки операцией).

Особенно стараются авторы документального фильма показать «ошибочность» решения Чаушеску выплатить долг международным структурам. Детально описывается, какие «лишения» терпел румынский народ ради политики освобо ждения страны от финансово-долговой зависимости. Кад ры, когда диктор говорит о том, что «электричество в Ру мынии включалось всего на два часа в день», показаны чер но-белыми. В других передачах именно эти кадры показаны цветными и очень неплохого, несмотря на почти тридцати летнюю давность, качества. Именно выполнение Чаушеску своей программы освободить Румынию от долговой петли создало страшный — для «цивилизованных» неоколониза торов — прецедент. Из-за него и был инспирирован воен ный переворот, а чета Чаушеску была расстреляна без суда путчистами (легитимность которых немедленно призна ли на Западе и в разваливающемся СССР). В фильме рас сказ об успехе политики Чаушеску по освобождению стра ны от внешнего долга вынесен в конец фильма, вся кри тика румынского лидера показано ярко и привлекательно, вся прижизненная хроника — мрачно и «тоталитарно». Это создает необходимую атмосферу, благодаря которой даже здравое решение (освободиться от финансовой кабалы над национальных элит) у неподготовленного зрителя вызовет подсознательное отторжение — как и все, что так или ина че связано с «тоталитарным диктатором». Таким образом, создав необходимую информационную атмосферу и отклю чив критическое восприятие, авторы добиваются «подсозна тельной легитимизации» варварского военного вмешатель ства Запада в жизнь суверенной державы.

Свидетелями начала раскручивания новой, массирован ной информационной кампании по созданию заданной ат мосферы мы стали не так давно, в период смерти Папы Рим ского Иоанна Павла II (Войтылы) и избрания его преемни ком Бенедикта XVI (Ратцингера).

Процесс «умирания» предыдущего «папы» освещался настолько широко, настолько детально («умер! Нет, не умер!

Нет, все-таки умер, горе-то какое для всех нас! Нет, может еще выкарабкается?»), что за этой шумихой мало кому при шло в голову подумать: а с какой стати в России, православ ной стране, столь подробно и с таким надрывом освещает ся смерть руководителя недружественной церкви? Ведь не Православие занимается прозелитизмом на канонической территории Ватикана, а наоборот. И не Православная цер ковь открыто объявляет, что только она — Церковь Хри стова, а все остальные носят это звание незаслуженно. Это как раз делают функционеры католичества. Почему же то гда наши СМИ уделяют столь большое внимание смене ли деров этой церкви?

Объяснение простое. Определенные круги в руково дстве РПЦ давно взяли курс на объединение Православия с Ватиканом по «образцу объединения» ГДР и ФРГ. То есть, фактически, на сдачу Православия официальной церкви За пада. Не стоит думать, что среди церковных иерархов не мо жет быть личностей, вроде Горбачева и Яковлева. И сейчас это прозападное лобби начинает раскручивать информаци онную кампанию, призванную вначале убедить российское общество в том, что нам всем совершенно необходимо знать все детали происходящего в Ватикане. А так же — искрен не сопереживать всему происходящему там так, будто это происходит у нас...

Развитием этого процесса станет «активизация двусто ронних контактов РПЦ и Ватикана (на дело мира/прогресса/ улучшения взаимопонимания между народами/соблюдения прав человека/борьбы с международным терроризмом — формулировка не имеет значения). Все это будет широко и подробно освещаться в СМИ. Общество станут убеждать в том, что это принесло «очень большую пользу обществу и всем нам»... Наши люди будут постепенно приучаться к мыс ли, что Ватикан — это нечто нам близкое и родное («троян ский конь», постепенное внедрение необходимой манипу лятору информации — 12). Позднее последует объяснение обществу необходимости создания «межцерковных коорди нирующих органов», которые на самом деле будут подкон трольны более сильной церкви и ориентированы на свора чивание самой идеологии и сущности (не говоря уже о са мостоятельности) Православия. Методика проста: главное, чтобы общество не воспринимало Ватиканскую церковь как нечто чужеродное и враждебное. Наоборот, она должна ка заться «близкой и родной». А все происходящее там долж но представляться исключительно важным для нас (приве денный вывод — имеющим возможности оказывать влия ние на наше общество, то есть обладающим возможностью управления им в той или иной степени, 9).

Блокирование такого трагического развития событий будет зависеть от наличия в среде православных иерархов и священничества патриотически настроенных людей, гото вых бороться за сохранение гуманистичной сущности Пра вославия. А также от того, сможет ли общество понять гро зящую опасность и активизироваться в сопротивлении ей.

Раздел НАВЯЗЫВАНИЕ СОБСТВЕННОГО ВИДЕНИЯ ВОПРОСА ИЛИ СВОЕГО ВЫВОДА Краткое описание Навязывая реципиенту собственное видение вопроса, манипулятор, не убеждая первого в своей точке зрения от крыто, «просто рассуждает вслух». Ни к кому, вроде бы, осо бенно не обращаясь, он высказывает свои аргументы в та кой форме, максимально поддерживающей манипулятивную установку и разрушающей альтернативную, не угодную ма нипулятору, точку зрения. Для этого используются соот ветствующие аргументы, искажение информации, ложные трактовки и умалчивание о тех фактах, которые не выгод ны манипулятору.

Используя навязывание аудитории своего видения об суждаемого вопроса или своего вывода из имеющейся ин формации — простой по сути, но достаточно сложный в ис полнении прием манипуляции сознанием. Фактически это версия приема «навязывание необъективной/недостовер ной информации», 14.7, только выполненная более тонко и с большим профессионализмом. Манипулятору не име ет смысла «в лоб» убеждать жертву в своем мнении, навя зывать ей свою манипулятивную установку, заявляя: как я считаю, так и ты тоже считать должен! Без достаточно серь езных средств убеждения жертва просто не поверит мани пулятору, «закроется» от его воздействия и цель им достиг нута не будет. Следовательно, требуется каким-то образом убедить жертву (аудиторию) в том, что ситуация обстоит именно так, как она видится манипулятору (и как он пыта ется убедить в этом окружающих).

Чаще всего в качестве таких средств убеждения ис пользуются «логические выкладки», изощренно-искажен ные факты или их трактовка. Делается это с помощью, как правило, «изящной» софистики, потоков болтовни, когда логика подменяется манипулятором потоками слов, эле гантно-красивых речевых оборотов, наводящих вопросов и т. п. Все это призвано сбить с толку жертву, отвлечь ее от реальных фактов, убедить, что никто ее не обманывает — просто вот умный человек высказывает свое мнение, пыта ется его аргументировать, ничего не утаивая, а зачастую и спорит с собой, «познавая истину». Раз он такой умный — он и высказывает свое мнение умно, элегантно «жонгли руя» словами и фразами, показывая собственную высо чайшую интеллектуальность... Здесь для убеждения жерт вы используется целый арсенал манипулятивных приемов:


мозаичность информации (2), оглупление темы разговора (5) в различных комбинациях, использование допущений как аргументов (10), разные формы тенденциозного обра щения с информацией (14), «птичий язык» (15) и зачастую многое другое.

Вот пример достаточно умелого использования этого приема. Статья «Антиизраиль», опубликованная в «Россий ской газете». Автор — Л. Радзиховский — весьма умелый манипулятор, отличающийся высоким уровнем культуры речи и умения забалтывать суть проблемы, представляя ее так, как это нужно ему.

В статье разговор идет о сегодняшней ситуации вокруг Палестинской автономии, о взаимоотношениях мирового сообщества, Израиля и палестинского народа. Задача авто ра — убедить аудиторию, что Израиль не хочет конфлик тов с палестинцами, что его единственная цель в том, что бы отпустить их с миром и жить спокойно. Да вот только злые палестинцы и другие арабы никак не хотят установле ния мира на Ближнем Востоке:

«На плечах Израиля Палестина, как террористическая тень Израиля, как Антиизраиль, въезжает в центр мировой по литики. Самое интересное, что и мирный Израиль мало кому интересен в отличие от Израиля воюющего. Разница лишь в том, что Палестине Израиль необходим экономически, а борь ба против него необходима морально. А Израилю Палестина и борьба с ней не нужны — ни экономически, ни морально.

Израиль хочет любой ценой отделиться-отделаться от Пале стины, уйти с первых страниц мировых СМИ, жить как малень кое, никому не интересное государство, но жить нормально.

Но такая уж, видно, судьба Израиля — быть избранной стра ной. «Избранность» в том, что Израиль — гвоздь в ботинке арабских стран, единственное европейское государство на Ближнем Востоке...

...Если бы Палестины не было, арабам необходимо было бы ее придумать, как, собственно, и произошло. Арафат соз дал абсолютно четкую формулу, ставшую проклятием для все го арабского мира, а прежде всего для Палестины. «Не араб ское единство создаст государство Палестину, а борьба за государство Палестину создаст арабское единство». Роковая формула — Палестина приговорена к тому, чтобы быть не страной со своими интересами, а чисто политическим, пиа ровским «проектом», не страной, а символом, флагом «обще арабской борьбы».

В данном случае автор всю вину за многолетнюю войну Израиля против арабского мира перекладывает полностью на арабов вообще и на палестинцев особенно. Нет никаких захватов арабских земель, нет демонстративного попра ния решения ООН о создании двух государств — Израиля и Палестины в конце сороковых годов прошлого века (ко гда Государство Израиль было создано и тут же вооружен ным путем заблокировало создание государства Палести на), нет и не было жесточайшего геноцида палестинского народа (вспомним инициированную израильтянами резню мирного населения в палестинских лагерях Сабра и Шатти ла). Ничего этого нет — вся проблема в том, что палестин цам нужна конфронтация с Израилем и евреями для «въез жания в центр мировой политики-».

Таким образом, манипулятор снимает всю ответствен ность за многолетний кровавый конфликт со своих едино племенников и полностью перекладывает его на жестоких лидеров Палестины, которые— по трактовке манипулято ра — ради корыстных интересов «оказаться в центре миро вой политики», не договариваются с Израилем «по-хоро шему», неизменно выбирая только «плохой» путь борьбы, конфронтации и терроризма. Что же остается делать несча стному Израилю в такой ситуации? Только защищаться — хотя он всего-навсего хочет «жить как маленькое, никому не интересное государство, но жить нормально».

Истина, однако, в том, что Израиль — сложнейший ме ждународный проект, который созданием своим преследо вал сразу множество целей. Это и продвижение мировых сионистских идей, и использование Израиля как форпо ста евроатлантистской политики на Ближнем Востоке по сле развала колониальной системы в конце Второй мировой войны, и попытка создания очередного «мирового центра силы» в важнейшем и крайне нестабильном регионе. При этом, в ряду преследуемых разными мировыми силами (это очень важно понимать! Заинтересованными в создании Из раиля были практически все крупнейшие мировые игроки, и у всех у них были собственные задачи) целей создание, наконец-то, «земли всех евреев» для простого еврейского населения было, скорее, «информационным поводом» (27), нежели серьезным фактором. В «серьезной мировой поли тике» неизменно правило: общественное мнение есть мне ние тех, кого ни о чем не спрашивают. И еврейские лидеры здесь не исключение.

В эти планы у наиболее значительных игроков не вхо дило создание палестинского государства — поэтому соот ветствующая резолюция ООН была просто забыта как Из раилем, так и его союзниками. К тому же, для руководства Израиля был — в течение первых десятилетий существова ния государства — полезен вооруженный конфликт с араба ми. В этой тяжелой борьбе родились, закалились и окрепли израильские «мускулы». Армия стала высокотехнологичной и натренированной в войне, спецслужбы — профессиональ ными, военное командование — опытным и жестоким. Поя вилась возможность обзавестись собственными ядерными силами (сейчас у Израиля свыше 200 боеголовок). Израиль стал мощным и сильным игроком на мировой арене. Вряд ли гибель некоторого числа «простых евреев» на войнах результате терактов является слишком высокой платой за такое усиление государства для израильских лидеров. Соот ветственно, и возлагать всю вину за многолетнюю конфрон тацию на арабов есть ложь (и прямая, и историческая — 18).

Для ее обеспечения манипулятор использует прием «навя зывания собственной трактовки проблемы».

Аналогичный пример. Заметка на информационном ре сурсе HYPERLINK "http://Lenta.ru" Lenta.ru от 30 января 2006 года — «Бывший министр предложил превратить Германию в ядерную державу»:

«Бывший министр обороны Германии Руперт Шольц при звал рассмотреть вопрос о создании немецких сил ядерно го сдерживания, сообщает газета Daily Telegraph. По словам Шольца, Германии может понадобиться собственное ядер ное оружие, чтобы противостоять «ядерной угрозе со сторо ны террористического государства». Шольц считает необхо димым открытое обсуждение этой проблемы, учитывая опас ность того, что оружие массового поражения может оказаться в руках террористов.

После Второй мировой войны Германия отказалась от создания ядерного оружия в обмен на гарантии безопасности, полученные от США и НАТО. Шольц выразил сомнение в том, что эти гарантии соответствуют современным реалиям».

Понятно стремление Германии обзавестись ядерным оружием в наше неспокойное время (тем более что в буду щем Германии опять предстоит, так или иначе, «завоевы вать место под солнцем — а делать это лучше всего, имея в арсенале ядерное оружие). Понятно также, что действую щий государственный чиновник делать такие заявления не будет — слишком сильным и опасным может быть резонанс от таких высказываний. Государство лучше сделает атомную бомбу тихонько, как поступили Индия, Пакистан, Бразилия, ЮАР и тот же Израиль.

В силу некоторых причин, однако (скрытая политиче ская борьба, противостояние сил «Старой Европы» и коа лиции «Новой Европы» с «атлантистами», борьбы различ ных политических кланов внутри самой «Старой Европы»

и пр.), такие заявления являются необходимыми как «пре дупреждение» оппонентам или «декларация о намерениях»

для союзников. Их обычно делают отставные политические лидеры, находящиеся в «действующем резерве» не на пер вых, но на заметных ролях.

В данном случае стремление Германии легитимно об ладать ядерным оружием объясняется а) гипотетической возможностью нападения «террористического государст ва» (информационный повод, 27) и б) необходимостью от ветить на это нападение именно ядерным ударом (судя по всему, политики в мире считают, что ядерное оружие — са мое подходящее средство для борьбы со скрыто действую щими мобильными группами террористов). Последнее и яв ляется чистой воды навязыванием собственного мнения.

Спрашивается: как можно бороться с террористами ядер ными ударами? Террористы сели в машину, отъехали на двадцать-тридцать километров — и ищи их свищи. Постра дают только мирные жители ближайших населенных пунк тов, которые, вероятно, и не подозревают, что рядом с ними укрывались террористические изверги. А для продвижения собственной политики в Европе или, например, на террито рии бывшего СССР и в России, угроза применения ядерно го оружия для любого государства может быть весьма дей ственным инструментом. Правда, кто-то иной свое ядерное оружие вряд ли даст для таких целей — поэтому манипуля тор апеллирует к необходимости получения именно собст венного ядерного оружия: «После Второй мировой войны Германия отказалась от создания ядерного оружия в обмен на гарантии безопасности, полученные от США и НАТО.

Шольц выразил сомнение в том, что эти гарантии соот ветствуют современным реалиям». Ядерное оружие эф фективно для разрушения государствообразующих систем;

однако говорить об этом для политика — безумие. Поэто му г-н Шольц и убеждает окружающих, что Германии ядер ное оружие необходимо именно для противодействия «тер рористическому государству».

В качестве «отечественного» примера такого рода ма нипуляции сознанием можно привести огромный комплекс информационных действий, имеющих целью объяснить российскому обществу, с чего это оно, общество, вдруг ста ло хорошо относиться и даже ностальгировать по периоду «позднего социализма» — так называемому «застою».

Тренд в сознании россиян очевиден: популярность того периода растет пусть не быстро, но неуклонно.

Учи тывая, что происходит это не только среди старшего поко ления, успевшего пожить в те времена, но и среди молоде жи, которой либеральная пропаганда все уши прожужжала про «ужасы социализма», прозападно-ориентированным представителям либеральной прослойки в российском об ществе есть от чего забеспокоиться. Усиление положитель ного имиджа «эпохи Брежнева», когда наша страна была сильна и ни у кого в мире и в мыслях не было обходиться с нею так, как сегодня, логически приведет (собственно, уже привело) к отказу от прозападной политики и строи тельству собственной сильной государственности. Разу меется, зарубежные спонсоры либеральных журналистов и «общественных деятелей» такому обороту не обрадуют ся. Укрепление положительного имиджа «времен застоя»

ассоциируется у значительной части общества с сильной и безопасной державой и пророссийской, «прогосударствен ной», а не антигосударственной политикой властей. Сего дняшние власти, освободившиеся от навязанного морока «демократии и признания мировым сообществом любой ценой!», в принципе готовы поддержать этот государст веннический тренд в общественном сознании и начать ук репление страны. Для противодействия этому западные «спонсоры», через находящихся на их содержании «тузем ных коллаборационистов», стремятся убедить общество в нелогичности ностальгии по советскому периоду исто рии. Дескать, серьезных причин для этого нет. Просто не которые глупые люди с какой-то стати подумали, что тогда жить было не плохо, а вполне даже ничего. Но это просто глупость и блажь! — ив этом надо убедить максимально большую часть общества, чтобы смягчить или, в лучшем случае, вообще «погасить» рассмотренный выше государ ственнический тренд в общественном сознании.

Вот типичный пример такого рода информационной атаки на этот поворот в общественном сознании. Статья «Дорогой Леонид Ильич слушает», автор А. Колесников, «Российская газета»:

«Обаяние эпохи [позднесоветского социализма] отчас ти и в том, что при всем равноправии в гордой бедности, колбасных электричках, народе и партии, которые были еди ны, но ходили в разные магазины, в 1970-е в стране появил ся советский средний класс, поднявшийся на дрожжах неф тедолларов, с соответствующим уровнем благосостояния и стремлением к комфорту. Средний класс всегда конформи стски настроен. А уж если принять во внимание тот факт, что социальная структура за последние тринадцать лет радикаль но изменилась и российские «миддлы» теперь рекрутируются отнюдь не из ученых, врачей, учителей и т. д., понятны и мас штабы того ресурса ностальгии, который по сию пору не вы черпан. Однако это опять же глубоко личное для не слиш ком значительной и сильно возрастной группы населения. Па мятник воспоминаниям, в сущности, безобиден. И хотя любой подобного рода монумент это как бы символический вызов эпохе реформ, капитализму и даже современной стабильно сти, которая, получается, все равно не идет ни в какое срав нение с настоящим, нефальсифицированным застоем, а лишь неловко подражает ему, трепетное отношение к Ильичу все равно остается несколько маргинальным...

...Сразу несколько поколений прожили разные стадии своей жизни под аккомпанемент речей Ильича, таскаясь с транспарантами на демонстрации, вымучивая выпускные со чинения по мотивам талантливых анонимных работ Агранов ского, Мурзина и прочих, подписанных Брежневым. Остались только песни Радио «Ретро», от которых тогда тошнило, а те перь хочется умиляться и подпевать. Вот и получается, что согласно опросу Центра Левады годичной давности 19 про центов респондентов старше 55 лет называют Брежнева наи более выдающейся исторической личностью. Среди совсем молодых таких 9 процентов — нормальная аберрация исто рического зрения».

В рассматриваемом тексте сразу бросаются в глаза сле дующие средства, используемые автором для «мягкой» дис кредитации эпохи позднего социализма:

1. Элегантный «интеллигентский стеб» по поводу от рицательных сторон того исторического периода (вряд ли стоит утверждать, что минусов в жизни советских людей не было — минусы есть всегда, при любой общественной фор мации и на любой стадии развития общества):

«В гордой бедности, колбасных электричках, народе и партии, которые были едины, но ходили в разные магази ны;

несколько поколений прожили разные стадии своей жиз ни под аккомпанемент речей Ильича, таскаясь с транспаран тами на демонстрации, вымучивая выпускные сочинения по мотивам талантливых анонимных работ Аграновского, Мур зина и прочих, подписанных Брежневым;

песни Радио «Рет ро», от которых тогда тошнило, а теперь хочется умиляться и подпевать».

Это типичная компиляция осмеяния как разрушения, 3.1, и кретинизации, 5.3. Автор, используя эти приемы, стре мится, не оскорбляя тот период демонстративно и грубо (со храняя видимость объективности и корректности — парази тирование на собственном авторитете, 7.6, и редкая разно видность саморекламы, 16.2), сконцентрировать внимание аудитории исключительно на минусах того времени (14.6).

В итоге создается приведенный вывод, 9: раз тогда было так плохо, вокруг был такой вопиющий маразм — стоит ли хо рошо относиться к тому периоду?

2. Привязка объяснения причин появления «носталь гии» к появлению тогда «советского среднего класса»:

«8 1970-е в стране появился советский средний класс, поднявшийся на дрожжах нефтедолларов, с соответствую щим уровнем благосостояния и стремлением к комфорту.

Средний класс всегда конформистски настроен».

То есть «тогда» появился «средний класс», теперь он, «конформистски настроенный», появился снова. Вот и по лучается, по автору: причина появления у людей сегодня со жаления об уничтоженной великой державе:

«Социальная структура за последние тринадцать лет ра дикально изменилась и российские «миддлы» теперь рекру тируются отнюдь не из ученых, врачей, учителей и т. д., по нятны и масштабы того ресурса ностальгии, который по сию пору не вычерпан».

Автор не объясняет — как одно следует из другого? Это ему не требуется. Главное — заронить мысль в сознание чи тающей аудитории («закладка «информационной бомбы»):

сейчас люди «ностальгируют» потому, что снова, «как то гда», появился «средний класс» (который всегда конформи стски настроен) и вот он и стал «вдруг» «ностальгировать».

После этого автор, не останавливаясь на уточнении этого скользкого для него аспекта, сразу «несется» дальше, не да вая читателю возможности критически осмыслить получен ную информацию (мозаичность подачи информации, 2).

3. Маргинализация всего, что связано с рассматривае мым эффектом «ностальгии»:

«Это опять же глубоко личное для не слишком значи тельной и сильно возрастной группы населения. Памятник воспоминаниям, в сущности, безобиден;

любой подобного рода монумент это как бы символический вызов эпохе ре форм, капитализму и даже современной стабильности, ко торая, получается, все равно не идет ни в какое сравнение с настоящим, нефальсифицированным застоем, а лишь нелов ко подражает ему, трепетное отношение к Ильичу все рав но остается несколько маргинальным;

среди совсем молодых таких 9 процентов — нормальная аберрация исторического зрения».

Автор создает еще один «приведенный вывод», 9: нос тальгировать по прошлому нельзя еще и потому, что такие настроения — удел маргиналов, к которым у «нормальных»

людей отношение должно быть стойко-отрицательное. И ес ли человек поддается такому настрою, он отделяет себя от подавляющего большинства «нормальных» «успешных» лю дей, добровольно переходя в лагерь маргиналов.

Кроме того, манипулятор использует апелляцию к авто ритету (в данном случае статистики и исследований обще ственного мнения) 7.2, и «прицеп», 14.4:

«...согласно опросу Центра Левады годичной давности процентов респондентов старше 55 лет называют Брежнева наиболее выдающейся исторической личностью. Среди со всем молодых таких 9 процентов — нормальная аберрация исторического зрения».

Раздел ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОВОД Краткое описание Манипулятор для проведения в сознание реципиента своей манипулятивной установки выбирает (или, нередко, сам совершает) некое действие, на примере которого может обосновать свою позицию. Действие, на которое он ссыла ется — событие, высказывание, исторический процесс и т.

п. — подбираются таким образом, чтобы максимально пол но и убедительно доказать его объективность и истинность его установки.

Прием «информационный повод» исключительно ши роко известен в рекламной среде как образец использова ния рекламных технологий в их «классическом» амплуа — для увеличения реализации товаров и услуг конкретного их производителя или поставщика. В этом случае магазин (фирма-изготовитель, дистрибьютор и пр.), «цепляясь» к ка кому-либо событию, а то и просто выдумывая его, заявляет:

в связи с этим мы объявляем грандиозные скидки (беспре цедентную распродажу, специальное предложение всем при шедшим в этот день покупателям или какой-либо отдельной их группе и пр.). Например, скидки «нашим прекрасным по купательницам в 8 марта» или «нашим дорогим ветеранам к 9 мая». Как вариант изобретения повода может служить «день рождения нашего магазина», «вывод на рынок ново го товара (услуги)» и т. п.

Цель не только в увеличении продаж, но и в дополни тельном напоминании фирмы-рекламодателя о себе, о пред лагаемых ею товарах. Ради того, чтобы эффективнее протал кивать информацию о рекламодателе на рынок, использует ся любой минимально разумный повод — что, собственно, и дало название данному приему.

В манипуляции сознанием суть этого механизма остает ся практически неизменной — разве только используется он более тонко и умело. Ведь и «ставки» в политической мани пуляции сознанием неизмеримо выше, нежели увеличение продаж ботинок или закрепление в мозгу потенциального покупателя имени фирмы, их производящей.



Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.