авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
-- [ Страница 1 ] --

ISSN 2071-0968

4

2011

СОДЕРЖАНИЕ

КОЛОНКА ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Данилов А.Н. Центру социологических и политических исследований БГУ – 15 лет!...... 3

УНИВЕРСИТЕТСКАЯ ТРИБУНА

Юрген Хабермас. Демократия в опале...................................................................................... 6 Ежи Вятр. Роль США после периода гегемонии..................................................................... 8 Раков А.А. Демографический мир и его проблемы................................................................. 20 СТАТЬИ И ДОКЛАДЫ Данилов А.Н. Слово о Н.Е. Лихачеве......................................................................................... Лихачев Н.Е. Социология белорусского села: вопросы институализации......................... Титаренко Л.Г. Новые концепции и подходы в немецкой социологии.............................. Берков В.Ф. Научный результат как предмет логико-методологического анализа........... С РАБОЧЕГО СТОЛА СОЦИОЛОГА Герд Хентшель, Бернхард Киттель. Языковая ситуация в Беларуси: мнение белорусов о распространенности языков в стране....................................................................................... Злотников А.Г. Демографическая наука современной Беларуси...................................... Кучко Е.Е. Социологический анализ потребления лекарственных средств населением Республики Беларусь.................................................................................................................... Мальчёнков И.Е. Трансформация стратегий самопрезентации и идентификации в киберпространстве..................................................................................................................... ГЛАВА ИЗ НОВОЙ КНИГИ Примаков Е.М. Россия: необходима замена экономической модели................................... АСПИРАНТСКИЙ РАЗДЕЛ Каминская С.Г. Трудовой коллектив как субъект инновационных процессов..................... Палховская Е.Б. Экономическое поведение как фактор трудовой мобильности работ ников электроэнергетической отрасли промышленности Беларуси........................................... КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ Румянцева Т.Г. А.Н. Елсуков, А.Н. Данилов. История социологии........................................ Гуцаленко Л.А. П.С. Карако. Социальная экология: экологическое сознание.................... ХРОНИКА, ИНФОРМАЦИЯ Диссертации по социологии, утвержденные ВАК Республики Беларусь в 2011 г............ ПАМЯТИ УЧЕНОГО Людмила Игоревна Науменко...................................................................................................... Указатель статей, опубликованных в 2011 г..................................................................... НАУЧНО-ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ Издается с сентября 1997 г.

Выходит четыре раза в год Учредитель: Белорусский государственный университет Главный редактор А.Н. Данилов Редакционная коллегия:

И.Н. АНДРЕЕВА (зам. главного редактора), Д.К. БЕЗНЮК, С.Н. БУРОВА, В.В. БУЩИК, Ж.М. ГРИЩЕНКО (зам. главного редактора), Е.А. КЕЧИНА, В.Я. КОЧЕРГИН, Н.В. КУРИЛОВИЧ, Е.Е. КУЧКО, С.В. ЛАПИНА, Н.Е. ЛИХАЧЕВ, А.Б. МИСКЕВИЧ, Д.Г. РОТМАН (зам. главного редактора), В.Г. РУДЬ (зав.

редакцией), В.А. СИМХОВИЧ, Л.А. СОГЛАЕВА, Л.В. ФИЛИНСКАЯ, Ю.Г. ЧЕРНЯК (отв. секретарь) МИНСК БГУ МЕЖДУНАРОДНЫЙ РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ Данилов А.Н. (председатель), Ротман Д.Г. (зам. председателя), Бабосов Е.М. (Минск, Беларусь), Бакиров В.С. (Харьков, Украина), Гуцаленко Л.А. (Минск, Беларусь), Давидюк Г.П. (Минск, Беларусь), Елсуков А.Н. (Минск, Беларусь), Зиновский В.И. (Минск, Беларусь), Инглхарт Р. (США), Матулионис А. (Вильнюс, Литва), Рубанов А.В. (Минск, Беларусь), Соколова Г.Н. (Минск, Беларусь), Стёпин В.С. (Москва, Россия), Стражев В.И. (Минск, Беларусь), Титаренко Л.Г. (Минск, Беларусь), Тощенко Ж.Т. (Москва, Россия), Туманов С.В. (Москва, Россия), Украинец П.П. (Минск, Беларусь), Хельман Л. (Утрехт, Голландия), Херпфер Х. (Абердин, Шотландия), Чурилов Н.Н. (Киев, Украина), Шавель С.А. (Минск, Беларусь) СОЦИОЛОГИЯ № 4, На русском и белорусском языках Заведующий редакцией В.Г. Рудь Редактор И.А. Лешкевич Редактор стилистический Л.А. Меркуль Технический редактор В.П. Швед Компьютерный набор и верстка выполнены В.П. Швед Подписано в печать 18.01.12. Формат 70108/16. Бумага офсетная. Печать офсетная.

Усл. печ. л. 12,6. Уч.-изд. л. 15,36. Тираж 245. Заказ 15.

Цена: для индивидуальных подписчиков – 20 920 руб.;

для организаций – 48 463 руб.

Регистрационный № Почтовый адрес редакции: 220030, Минск, ул. Бобруйская, 7.

Адрес редакции: ул. Кальварийская, 9, каб. 101, 105. Тел. 259-70-74, 259-70-75, факс 226-06-65.

E-mail: vestnikbsu@bsu.by Отпечатано с оригинала-макета заказчика в РУП «Издательский центр БГУ».

220030, Минск, ул. Красноармейская, 6.

ЛП № 02330/0494178 от 03.04.09.

© Социология, КОЛОНКА ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА ЦЕНТРУ СОЦИОЛОГИЧЕСКИХ И ПОЛИТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ БГУ – 15 ЛЕТ!

Поводом для сегодняшнего разговора с читателем стало празднование 15-летия Центра социологических и политических исследований (ЦСПИ) Белорусского государственного университета. Конечно, дата не слишком значительная для юбилея, но суть в другом – сегодня Центр – это фактически одна из немногих сохранившихся в стране научных структур социологиче ского профиля, которая активно работает, имеет свое лицо, профессио нальные кадры, признание и международный авторитет. А к тому же Центр – правопреемник Проблемной научно-исследовательской лаборато рии социологических исследований, созданной при БГУ по решению ЦК КП Беларуси еще в период возрождения социологической науки в 1967 г.

В разные годы лабораторию возглавляли такие известные ученые, как член-корреспондент АН БССР, профессор И.Н. Лущицкий, доценты С.И. Де ришев, И.И. Зубов, профессора Н.Г. Юркевич, Г.П. Давидюк, С.Д. Лаптенок.

Она по праву стала колыбелью социологической науки в республике. Имен но в ее структурах сформировалась плеяда ныне хорошо известных в Бе ларуси и далеко за ее пределами ученых, на плечи которых легла непро стая задача по подготовке профессиональных социологов, исследованию наиболее актуальных проблем современного общества.

1990-е гг. – время достаточно сложное в нашей истории. Суверенной Бе ларуси приходилось от многого отказываться, идти на непопулярные меры по переформированию научных структур, которые прекращали финансиро ваться из бюджета, и ученые вынуждены были довольствоваться любым, даже самым малым заработком. И в то же время этот период характеризу ется активизацией междисциплинарных масштабных исследований слож ных проблем, захлестнувших страну. Начинают создаваться первые част ные исследовательские структуры. Одной из них явилась независимая со циологическая служба «Общественное мнение», созданная в основном из университетских социологов: в некогда большой лаборатории отделы стали самостоятельными группами, на базе которых в декабре 1996 г. и был соз дан Центр социологических и политических исследований. Руководителем Центра был назначен известный белорусский социолог – профессор Д.Г. Ротман.

Сегодня «Центр Ротмана», как его называют «в народе», – это более двух десятков специалистов в области социологии, политологии, управления, экономики, психологии, методологии и методики организации массовых оп СОЦИОЛОГИЯ 4/2011 Колонка главного редактора росов, обработки и анализа данных, которые представляют профессио нальные сообщества различных поколений: Л.А. Соглаева, А.К. Воднева, С.А. Морозова, Н.П. Веремеева, Л.В. Соловьева, О.В. Иванюто, И.В. Левиц кая, Е.И. Лукашевич, В.В. Правдивец, Д.М. Булынко и др. В Центре успешно функционирует республиканская опросная сеть, что в совокупности с силь ным кадровым потенциалом обеспечивает полный технологический цикл организации и проведения исследовательских работ – от разработки программы социологического исследования до презентации аналитических отчетов.

Научные наработки Центра впечатляют: здесь и государственные прог раммы в рамках ГКПНИ, БРФФИ и ГКНТ, Европейская программа FP7, проек ты Минобразования, Мининформации, Минского горисполкома. ЦСПИ неодно кратно проводил исследования для международных и государственных ор ганизаций, в том числе Представительства ООН в Беларуси, UNICEF, UNESCO, Постоянного комитета Союзного государства, Всемирного банка реконструкции и развития, Международной финансовой корпорации, ряда министерств и ведомств Республики Беларусь (министерств информации, образования, здравоохранения, торговли, внутренних дел), а также для многих белорусских предприятий и учреждений. Основные научные резуль таты исследований в дальнейшем используются Администрацией Прези дента Республики Беларусь, государственными органами управления и ис полнительной власти, а также рядом министерств и ведомств страны, а также при составлении учебных программ по социологии на ФФСН и эконо мическом факультете БГУ. Центр располагает собственным уникальным банком данных социологической информации за период с 1986 г. и рядом оригинальных методических разработок.

ЦСПИ входит в состав Европейского центра сравнительных опросных исследований, является головной организацией при реализации многих международных проектов по линии INTAS (Брюссель), Фонда Коперника (Брюссель), принимает участие в престижных всемирных и европейских двусторонних и многосторонних проектах, в том числе финансируемых Ев рокомиссией и Всемирной ассоциацией электоральных систем (SCES).

ЦСПИ БГУ участвовал в известных международных сравнительных иссле довательских проектах «Изучение электоральных систем стран мира», «Новый демократический барометр (NDB)» (1994, 1995, 1998, 2001, и 2006), «Исследование европейских ценностей (EVS)» (2000, 2008);

в программе Фонда Коперника в исследовании «Образ жизни, условия жиз ни и здоровье (LLH)» (2001–2003). В настоящее время ЦСПИ участвует в сравнительных международных проектах 7РП «Взаимодействие европей ской, национальной и региональной идентичностей: нации между государ ствами вдоль новых восточных границ Европейского Союза (ENRI-East)» и «Здоровье в переходный период: тенденции в здоровье населения и поли тика в сфере здоровья в странах СНГ (HITT)».

Центр поддерживает партнерские связи с ведущими исследовательски ми структурами в странах СНГ и Западной Европы, в том числе в России – с ВЦИОМ, Центром социологических исследований МГУ, социологической службой «Левада-Центр» и Ромир-мониторинг (Москва), в Украине – с ком панией СОЦИС-Гэллап и TNC (Киев) и Восточноукраинским фондом соци альных исследований (Харьков), в Грузии – с GORBI (Тбилиси), в Армении – с Ереванским техническим университетом;

в Австрии – с Венским универси тетом и Институтом перспективных исследований (Вена);

в Германии – 4 СОЦИОЛОГИЯ 4/ Колонка главного редактора с Институтом восточноевропейских исследований (Мюнхен), Исследова тельским центром Берлина и Свободным немецким университетом (Бер лин);

в Швейцарии – с Институтом культурологических исследований (Цю рих);

в Польше – с Институтом социологии Белостокского университета;

в Шотландии – с Университетом Глазго и Университетом Абердин, в Ни дерландах – с университетом г. Утрехт и др.

Основные научные результаты ЦСПИ БГУ только за последние пять лет представлены в 200 научных публикаций, в том числе в десяти монографи ях и разделах монографий, среди которых «Ценностный мир современного человека», «Актуальные проблемы современного общества», «Информа ционное поле Республики Беларусь. Структура и подходы к изучению. Фор мирование и развитие», «Управление качеством образования», «Электо ральные социологические исследования», «Современные проблемы совер шенствования медико-социальной помощи», «Оперативные социологиче ские исследования», «Методы социологического изучения особенностей функционирования политического поля», а также в отечественных и зару бежных периодических журналах.

Работа Центра за 15 лет наглядно демонстрирует преимущества и воз можности подобных исследовательских структур, их перспективность для научного сообщества постсоветского мира. Новых Вам творческих сверше ний, дорогие коллеги, и успехов на благо процветания социологической науки.

А.Н. Данилов, член-корреспондент НАН Беларуси СОЦИОЛОГИЯ 4/ УНИВЕРСИТЕТСКАЯ ТРИБУНА ЮРГЕН ХАБЕРМАС (ГЕРМАНИЯ) ДЕМОКРАТИЯ В ОПАЛЕ* Анализируется проблема современного Analyzed is the problem of a modern crisis in кризиса в еврозоне, обусловливающая необ- the Eurozone that stipulates the need to deepen ходимость углубления политической интегра- political integration in the European Union.

ции в Европейском Союзе. В качестве основ- Well-being of citizens rooted in the democratic ного приоритета в осуществлении деятельно- space serves as a main priority in the European сти европейских руководителей в условиях leaders’ activities under crisis.

кризиса выступает благополучие граждан, уко рененное в демократическом пространстве.

Кризис зоны евро означает необходимость углубления политиче ской интеграции в ЕС. Но европейские руководители при этом забы вают о том, что должно являться для них приоритетом, в частности благополучие граждан как одна из основ демократического общества.

Нынешний кризис в еврозоне в краткосрочной перспективе требует неза медлительных серьезных мер. При этом политические игроки не должны забывать о существенных недостатках, сопровождавших введение валют ного союза, которые можно преодолеть только путем создания хорошо про думанного политического союза. Структуры ЕС не имеют необходимых пол номочий для того, чтобы объединить различные по уровню конкурентоспо собности национальные экономики.

Недавно дополненный «Европейский пакт» только углубляет старые проблемы – не имеющие никакой юридической силы соглашения глав пра вительств либо неэффективны, либо недемократичны. В связи с этим нуж ны решения, принятые в четко обозначенных институциональных рамках.

Германское федеральное правительство стало катализатором ускоряю щегося размывания европейской солидарности, так как слишком долго иг норировало единственное конструктивное решение проблемы, которое га зета «Frankfurter Allgemeine Zeitung» лаконично назвала требованием «большей Европы».

В условиях кризиса правительства стран еврозоны находятся в расте рянности и беспомощны перед возникшей дилеммой: с одной стороны, тре бования крупных банков, с другой – угроза легитимности в глазах фрустри рованного общества. Реакция правительств, заключающаяся в тактике ма лых шажков, свидетельствует об отсутствии у них более широкой перспективы.

Фильтр с популизмом Продолжающийся с 2008 г. кризис затормозил механизм государственно го финансирования. Пока не очень понятно, как можно решить эту пробле му. Возможность согласования с трудом проводимых в рамках внутренней политики программ экономии с сохранением многочисленных обществен ных служб кажется маловероятной.

* См.: Jrgen Habermas: democracy is at stake // Le Monde. 27 October 2011. (Фрагменты).

6 СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна Принимая во внимание уровень проблем, можно было бы надеяться на то, что политики безотлагательно начнут, как можно более доходчиво, объяс нять историческое значение европейского проекта, а также связи между краткосрочной ценой этого проекта и ее долгосрочным содержанием. Одна ко вместо этого они заигрывают с популистами, поддерживая их своими пу таными объяснениями сложных и непопулярных проблем. Политика, балан сирующая между экономическим и политическим союзом, застопорилась, и в итоге началось затягивание времени.

Истоки такой критической ситуации коренятся во мнении, сформировав шемся еще в XIX в., согласно которому такое явление, как европейское со общество, не существует. В соответствии с этим политический союз рас сматривается как замок на песке. Этому можно противопоставить другой подход: политическое дробление мира и Европы вступает в противоречие с устойчивым ростом мультикультурного глобального сообщества и стано вится непреодолимым препятствием на пути прогресса в отношениях меж ду государственной властью и гражданским обществом в рамках цивилиза ции, опирающейся на принципы конституционного права.

Поскольку прежде развитие ЕС было монополизировано политическими элитами, образовалась опасная диспропорция между демократическим участием народов в прибылях, которые правительства «обеспечивают» се бе в далеком Брюсселе, и равнодушным отношением или, правильнее ска зать, отстранением граждан Союза от участия в решениях, принимаемых парламентом в Страсбурге.

Это замечание не означает признания важнейшей роли «нации». Только правый популизм сейчас еще поддерживает разделение народов нацио нальными рамками, делая невозможными какие-либо наднациональные проекты. Чем быстрее народы с помощью масс-медиа поймут то, как сильно решения ЕС влияют на их непосредственную жизнь, тем в большей мере они будут чувствовать необходимость воспользоваться своими демократи ческими гражданскими правами.

Дилемма (не)равного разделения Данный фактор стал особенно очевидным во время кризиса евро. Кризис вынуждает Совет Европы, хоть и неохотно, принимать решения, которые в разной степени способны отразиться на национальных бюджетах. С 8 мая 2009 г. Совет преодолел определенную грань, начав принимать решения, касающиеся программ помощи и возможного списания долгов, а также со ставляя декларации о намерениях сближения во всех сферах, в которых остро проявляются различия (в экономической, налоговой, трудовой, соци альной и культурной политике).

Однако вместе с преодолением этой грани появились проблемы, свя занные со справедливым распределением обязанностей и ответственности.

В связи с таким развитием ситуации граждане государств, вынужденных приступить к разделению обязанностей, выходящих за национальные рам ки, хотели бы в качестве граждан Союза влиять на переговоры и решения, принимаемые их правительствами.

Вместе с тем мы наблюдаем тактику затягивания в принятии решений со стороны правительств и отрицание европейского проекта со стороны обще ства. Подобная деструктивная ситуация вытекает из того, что политические элиты и масс-медиа не хотят сделать разумные выводы.

Под напором финансовых рынков сформировалось мнение, что при вве дении евро в указанном конституционном проекте были обойдены стороной экономические вопросы. ЕС может противостоять финансовой спекуляции только при условии получения от стран-членов валютного союза политиче ских полномочий, необходимых для согласованного развития экономическо го и политического союза.

СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна В пользу однородного и федеративного союза Все политики знают о том, что при существующих ныне соглашениях не возможно достичь уровня «усиленного сотрудничества». Создание единого «экономического правительства», которое приветствует немецкая сторона, позволило бы согласовать экономические процессы во всех странах евро пейского сообщества, включая принятие национальных бюджетов, и, что очень важно, сократило бы возможности национальных парламентов вли ять на бюджетную политику.

Такая реформа может быть осуществлена путем передачи Союзу ряда полно мочий государств-членов. Однако Ангела Меркель и Николя Саркози смогли дос тичь компромисса между немецким либерализмом и французским этатизмом.

Если я правильно понимаю, то имеет место попытка замены принципа фе дерализма, прописанного в Лиссабонском трактате, главенством межправи тельственного Совета Европы, что входит в противоречие с духом трактата.

Такая система позволяет учитывать требования рынков в национальных бюджетах без какой-либо демократической легитимации. Тем самым главы правительств могут превратить европейский проект в его противоположность:

первое в истории демократически санкционированное сообщество становит ся действительным, хотя и завуалированным соглашением, направленным на установление непрозрачного постдемократического господства.

Альтернативой выступает упорное продолжение демократической лега лизации ЕС. Говоря об этом, следует подчеркнуть, что солидарность жите лей Европы может развиваться только в том случае, если удастся преодо леть углубление пропасти между богатыми и бедными народами. Союз должен гарантировать всем то, что в Конституции Федеративной Республи ки Германии названо «однородностью условий жизни» (ст. 106, п. 2).

Под «однородностью» здесь имеется в виду исключительно оценка ус ловий жизни с точки зрения социальной справедливости, а не нивелировка культурных различий. Политическая интеграция, опирающаяся на общест венное благополучие, необходима, если мы хотим, чтобы национальные различия и культурное богатство биотопа, которое называется «старая Ев ропа», не понесли ущерб под влиянием прогрессирующей стандартизации, вызванной глобализацией.

Эта статья является фрагментом эссе Юргена Хабермаса «О европейской конституции»

(2011), которое будет издано в Польше в Издательстве Лодзинского университета.

Перевод кандидата философских наук И.А. Бортника Поступила в редакцию 11.11.11.

ЕЖИ ВЯТР, ПРОФЕССОР ВАРШАВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА, РЕКТОР ЕВРОПЕЙСКОЙ ШКОЛЫ ПРАВА И АДМИНИСТРИРОВАНИЯ (ВАРШАВА, ПОЛЬША) РОЛЬ США ПОСЛЕ ПЕРИОДА ГЕГЕМОНИИ В реальном контексте изменений «архи- The dynamics of the USA role under transi тектуры» международных отношений рас- tion from a unipolar world of American hegemony сматривается динамика роли США в перехо- to a new multupolar system is considered in the де от однополярного мира американской ге- real context of the changes in the architecture of гемонии до новой многополярной системы, international relations;

the system that is charac характеризующейся утратой США позиции terized by the loss of the USA position of world мирового господства. Анализируются соци- domination. Analyzed are the socio-political ba ально-политические основы американского sics of American participation in the new multipo участия в новой многополярной структуре lar structure of international relations, perspec международных отношений и перспективы tives of the USA realizing the politics of coopera реализации США политики сотрудничества и tion and leadership, not that of hegemony and лидерства, а не гегемонии и диктата. dictatorship.

Первое десятилетие XXI в. привело к принципиальным изменениям ар хитектуры международных отношений. Возникший после «холодной войны»

8 СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна однополярный мир американской гегемонии подвергся декомпозиции. Его место заняла новая многополярная система, более напоминающая тради ционную многополюсную структуру, чем установившаяся после победного завершения для демократических государств «холодной войны» система мирового господства Соединенных Штатов. Это был быстрый и неожидан ный процесс. Збигнев Бжезинский предсказывал, что «пройдет еще немного времени – чуть более одного поколения – и ни один соперник не будет в состоянии угрожать позициям Америки, которая останется крупнейшей мировой державой»1. Ученый предвидел трудности, которые могут появиться в процессе реализации американской мировой гегемонии, тем не менее он постулировал две цели во внешней политике США: «…укрепление домини рующих позиций Америки на период жизни по меньшей мере одного поко ления, а еще лучше – на более длительный период, и создание геополити ческой структуры, способной амортизировать неизбежные потрясения, свя занные с социально-политическими изменениями»2. Такая позиция извест ного знатока мировой политики тем более удивительна, что всего четырьмя годами ранее (в опубликованной в 1993 г. книге «Out of Control») Бжезин ский предполагал совсем иной сценарий международной ситуации. Тогда он с уверенностью писал о том, что способность Америки играть решающую роль в международных делах будет уменьшаться и что мироустройство бу дет осуществляться путем сложного взаимодействия нескольких блоков:

Америки во главе с США, объединенной Западной Европы, Восточной Азии, Южной Азии и «неоформленного мусульманского полумесяца», прости рающегося от Марокко до Средней Азии. Также он говорил о возникновении евразийского блока во главе с Россией, включающего в себя большую часть республик бывшего СССР3. Но уже через несколько лет Бжезинский однозначно прогнозировал долгосрочную гегемонию США в мире. На эти мысли его натолкнуло, видимо, то, что девяностые годы сопровождались существенным, хотя, как потом оказалось, и непрочным укреплением пози ций США и ослаблением позиций России. Зато в конце первого десятилетия ХХІ в. стало уже почти очевидным то, что Соединенные Штаты утратили по зиции мирового гегемона. Причем эта утрата произошла не в результате ка кой-то единичной катастрофы, а стала следствием ошибочной политики, проводившейся в 2001–2008 гг. Это является красноречивым примером, подтверждающим правоту исторического подхода, принимающего во вни мание важную роль политических лидеров4. Вместе с тем, правда, не стоит слишком поспешно декларировать возникновение новой архитектуры меж дународных отношений.

Основы американской гегемонии Позиции Соединенных Штатов в современном мире складывались по степенно, однако в результате ряда событий, произошедших в конце 1980 – начале 1990-х гг., они приобрели новое качество. Алексис де Токвилль пер вым обратил внимание на основной социологический механизм, содейство вавший укреплению американской нации5. Им являлась притягательная си ла американской цивилизации, основанной на идее свободы. Экономиче ская свобода наряду с доступностью освоения огромных малозаселенных территорий Северной Америки манили европейских переселенцев, людей в основном бедных, вынужденных вести постоянную борьбу за существова ние и тем самым создававших экономические основания национального бо гатства. Свобода совести превратила Америку в землю обетованную для различных религиозных диссидентов, укрывавшихся за океаном от пресле дований в Европе. Политическая свобода, установившаяся сначала в коло ниях, имевших самоуправление, а затем в первой демократической респуб лике Нового времени, не только свидетельствовала о привлекательности Америки, но и давала новому государству и обществу исключительные воз можности для поиска новых решений в разных сферах жизни. Уже 100 лет СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна назад, в начале XX в., Соединенные Штаты были бесспорным лидером в Западном полушарии.

В первой половине ХХ в. США превратились из региональной державы в одну из двух мировых супердержав. Это ускоренное возрастание роли США в мировой политике не было следствием исключительно тех тенденций, ко торые способствовали росту силы и значения страны в XIX в. Кроме этого, большую роль сыграли независимые от США изменения в политике евро пейских и азиатских государств.

Две мировые войны привели на протяжении тридцати лет к поляризации сил в мировом масштабе. Из государств, задававших тон в мировой поли тике в начале ХХ в., большинство утратили свое былое значение. В резуль тате Первой мировой войны перестали существовать многонациональные империи – Австро-Венгерская и Османская, а возникшие на их руинах но вые государства не имели ни соответствующего потенциала, ни амбиций для того, чтобы играть роль крупных держав. В результате Второй мировой войны Германия и Япония были оккупированы государствами-победителя ми, на долгие годы лишены вооруженных сил, а также пережили глубокую политическую и культурную трансформацию, отказавшись от притязаний на мировое господство. Великобритания и Франция вышли из войны ослаблен ными, а процесс деколонизации существенно изменил их позиции в миро вой политике.

Вначале появился только один серьезный противник – Советский Союз, к которому через некоторое время присоединился другой – Китайская Народ ная Республика. «Холодная война» была долгой. Борьба за преобладание в мировой политике проходила с переменным успехом. От классических при меров противостояния государств, известных нам из истории, ее отличали три особенности. Во-первых, это была борьба не только и столько за им перские интересы, сколько за принципиально различные ценности;

она бы ла, по словам президента Дж. Буша, «борьбой за человеческую душу»6.

«Холодная война» была прежде всего идеологическим конфликтом. Она велась не за спорные территории, а за господство ценностных систем, по литического и экономического строя в мировом масштабе. Это не означает, что традиционно понимаемые государственные интересы не играли уже ни какой роли, однако борьба за их реализацию происходила в тени великого идеологического конфликта двух систем. Во-вторых, это была борьба, в ко торой каждая из супердержав имела союзников, признававших их ведущую роль. Соединенные Штаты смогли создать наиболее сильный союз, по скольку на их стороне добровольно выступили опасавшиеся советской экс пансии демократические государства Западной Европы и многие другие.

Однако это не давало западной коалиции автоматического преимущества.

Тридцать лет назад, когда поражением закончилась американская интер венция во Вьетнам, никто не предвидел, что так быстро мировое противо стояние закончится победой Запада. В-третьих, борьба периода «холодной войны» проходила под знаком ядерной угрозы. Сорок лет назад Раймонд Арон писал о ситуации, в которой подлинный мир невозможен в связи с глубоким идеологическим конфликтом между противоборствующими сторо нами, а новая мировая война невозможна, исходя из самоубийственного характера тотальной ядерной конфронтации7. Наличие ядерного оружия, правда, не исключало локальных войн, но обусловливало разрешение кон фликта двух великих держав невооруженным путем.

Период «холодной войны» первоначально привел к укреплению позиций США в мире. Объединение в НАТО большей части государств Западной Европы, демократизация Японии, которая из противника превратилась в союзника США, формирование региональных союзов под американским па тронатом в Азии и Латинской Америке способствовали укреплению позиций Соединенных Штатов в качестве сильнейшей стороны в мировом конфлик 10 СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна те.

Однако постепенно ситуация становилась все более сложной. Первым сигналом того, что дела не идут в желаемом направлении, стала коммуни стическая революция в Китае, которую не смогла предотвратить массиро ванная военная помощь, оказанная США правительству Гоминьдана. Затем произошла волна радикально националистических переворотов в арабских государствах, которые образовали единый антиамериканский фронт, вы званный в значительной степени поддержкой, которую оказывали США Из раилю. Началась вьетнамская война. Вмешательство США в данный кон фликт было основано на двух ложных положениях: во-первых, считалось, что суть конфликта заключается в стремлении навязать вьетнамцам против их воли коммунистический режим;

во-вторых, предполагалось, что возмож ная «потеря» Вьетнама приведет к цепной реакции, в результате которой вся Юго-Восточная Азия окажется в руках коммунистов*. Поражение в Ин докитае на некоторое время существенно ослабило США и подорвало ав торитет этой державы среди союзников.

Тем не менее «холодная война» окончилась победой Запада, причем победой, которая в завершающей фазе этого великого конфликта произош ла мирным путем. В какой степени подобный результат стал следствием политики Соединенных Штатов? Трудно не согласиться с тем, что решитель ная позиция США в период президентства Рональда Рейгана (1981–1989) сыграла здесь определенную роль. Однако было бы ошибочно считать эту политику главной причиной победы Запада. Соединенные Штаты и их со юзники вышли победителями из «холодной войны» не столько в результате собственных действий, сколько в результате внутренних процессов в стра нах по ту сторону «железного занавеса», приведших к краху системы**.

Однако независимо от причин для США важнейшим было то, что внезапная победа в результате конфронтации с блоком социалистических государств превратила эту державу в действительного лидера в мировой политике.

Американская гегемония опиралась на экономическую, политическую мощь и культурную привлекательность США, но проистекала она не только из собственной силы Соединенных Штатов, но и из относительной слабости всех других государств. Изменения происходили быстрее, чем их можно было предвидеть. Политические процессы в России после 2000 г., т. е. по сле прихода к власти Владимира Путина, привели к выходу страны из кри зиса и восстановлению ее позиций как региональной державы. Стабильный, очень быстрый экономический рост Китая на фоне умеренной внешней по литики усилил его позиции в Азии. Выросло значение Европейского Союза, который после расширения в 2004 и 2007 гг. превратился в блок государств, который обладает численным и экономическим потенциалом, большим, чем США. Иное дело, сможет ли Евросоюз преодолеть отсутствие единства по многим внешнеполитическим вопросам, что парализует его действия на международной арене. Однако сами эти изменения не привели к утрате США гегемонии в мировом масштабе. Произошло это в результате собст венной политики американского руководства. Это не привело к ослаблению воли в американском обществе и, как следствие, уходу США от ответствен ности за развитие событий на международной арене, о чем предупреждал Бжезинский. Наоборот, реакция американцев на террористические акты 11 сентября 2001 г. сплотила народ, США были готовы брать на себя бремя глобальной ответственности. Главным для позиций страны на международ * Эти положения и вытекающие из них политические ошибки прекрасно проанализировал Стэнли Кэрноу (Vietnam: A History. New York, 1983). Также об этом пишет, исходя из собствен ного опыта Генри Киссинджер (White House Years. Boston, 1979. S. 226–228).

** Таким образом, нами был дан ответ на данный вопрос в прежних трудах (Zmierzch systemu: Historia i perspektywy demokratycznego socjalizmu w Europie wschodniej. Warszawa, 1991, oraz Socjologia wielkiej przemiany. Warszawa, 1999) и с тех пор мнение по данной пробле ме не изменилось.

СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна ной арене был вопрос о смысле американской гегемонии, который стано вится темой все более широкой дискуссии как в самих США, так и у партне ров и союзников.

Американское мировое лидерство после «холодной войны»

В политической традиции Америки издавна соперничают между собой два подхода во внешней политике. Первый акцентирует внимание на им перских интересах США и указывает на готовность их реализации насиль ственным путем даже вопреки международному праву. Второй апеллирует к универсальным демократическим ценностям, которые США должны рас пространять в мире, опираясь на право и международное сотрудничество демократических государств и народов. Символом первого подхода являет ся Теодор Рузвельт, второго – Вудро Вильсон. Хотя указанные отличия имеют идеализированный и упрощенный характер, они помогают понять сущность полемики американцев по вопросу о своей гегемонии. Генри Кис синджер, усматривая различия данных традиций, предпринял попытку их синтеза. В этой связи он пишет следующее: «Страна с американскими тра дициями идеализма не может опираться в своей политике исключительно на существующее равновесие сил и считать его единственным критерием нового мирового порядка. Нужно понять, что равновесие сил – это первич ное условие для достижения исторических целей. Этих целей нельзя дос тичь при помощи исключительно риторики и пустых жестов». И далее: «Ес ли вильсоновская система, основанная на законности, окажется непригод ной, то Америка должна будет приспособиться к ситуации равновесия сил вне зависимости от собственного отношения к ней… Традиционный амери канский идеализм должен сочетаться с глубоким анализом существующей действительности и на этой основе должны быть адекватно сформулирова ны американские национальные интересы»8.

Таким образом, Киссинджер пытается найти «золотую середину» между суровым реализмом политики, опирающейся на силу, и идеализмом полити ки, которая зиждется на вере в возможность обустройства мира при помощи права и общедемократических ценностей. Тем не менее он не дает ответа на вопрос, как следует поступать в ситуации, требующей четкого выбора.

В первое десятилетие после окончания «холодной войны» необходи мость такого выбора не казалась очевидной. Соединенные Штаты содейст вовали мирному процессу системных преобразований в Центральной и Восточной Европе, а также на территории бывшего Советского Союза. При этом искусно удавалось сочетать поддержку стремлений к независимости со стороны государств и народов бывшего Советского Союза, с одной сто роны, и построение добрых партнерских отношений с Россией – с другой.

В этот период Соединенные Штаты играли ведущую роль в осуществле нии международных операций в наиболее горячих точках планеты. В 1991 г., действуя в соответствии с мандатом Совета Безопасности ООН, США прове ли международную вооруженную интервенцию с целью освобождения Кувей та из-под иракской оккупации. В 1999 г. без мандата ООН, однако при под держке НАТО, США вместе с союзниками осуществили вооруженное вторже ние на Балканы для предотвращения этнических чисток, направленных про тив албанского населения Косово. В отличие от операции «Буря в пустыне», которая получила практически всеобщую международную поддержку, интер венция в Косово была воспринята неоднозначно. В ходе ее проявился кон фликт между принципом суверенитета и территориальной целостности госу дарств и принципом защиты прав человека*. Глядя на те события через де сять лет, кажется, что все-таки предпринятые тогда шаги были меньшим злом по сравнению с перспективой пустить события на самотек.

* Об этом более полно см.: Wspczesne stosunki midzynarodowe: wybrane zagadnienia.

Koszalin, 2002. S. 44–80.

12 СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна В обоих случаях, о которых шла речь, сила позиции США заключалась в поддержке со стороны всех демократических государств. Соединенные Штаты были лидером в указанных операциях и находили мощную поддерж ку со стороны правительств и общественного мнения стран-союзников.

В этой ситуации предпринимаемые действия трактовались не как реализа ция целей национальной американской политики, а как выражение широкой солидарности демократических государств. Если и существовали разногла сия, то они касались вопросов, связанных с тем, готовы ли европейские партнеры США взять на себя военные и финансовые тяготы, пропорцио нальные их ресурсам и возможностям, но не касались вопросов стратегии и тактики предпринятых действий. К тому же мировое общественное мнение очень позитивно относилось к американской политике. Протесты имели место, но они не носили массового характера, если не считать, естественно, ради кальных исламских стран, где антиамериканизм издавна имеет глубокие корни. Даже в Китае, где после разрушений, причиненных авиацией США китайскому посольству в Белграде, произошли массовые демонстрации протеста, власти постарались, чтобы они не перешли определенную грань агрессивности, и не стали их терпеть слишком долго. Таким образом, Со единенные Штаты завершили XX в. в статусе державы, которая располага ла не только значительной силой, но и значительной поддержкой, что по зволяло им доминировать в мире.

Такая ситуация была полезна не только для США, но и для всего мира.

Можно согласиться со Збигневом Бжезинским, который писал: «Гегемония Америки реализуется в рамках мировой системы, спроектированной самой же Америкой и отражающей ее внутренний порядок, основанный на плюра лизме в обществе и политической жизни»9.

Сохранение понимаемой таким образом американской гегемонии в рам ках мирового правового порядка было очень важным для нового междуна родного устройства, а также для Америки, поскольку гегемония, опираю щаяся на право и нормы, принятые всем или почти всем мировым сооб ществом, делает более стабильным и безопасным положение крупнейшей ми ровой державы. Здесь дело не в чистом идеализме, а в понимании того, что даже самая могущественная империя не может быть сильна настолько, чтобы не считаться с правом, в установлении которого принимала участие.

В конце ХХ в. Соединенные Штаты прилагали усилия, направленные на решение болезненных международных проблем, среди которых самая ост рая и создающая наиболее негативные последствия для международного порядка – арабо-израильский конфликт. В этом конфликте США решитель но поддерживают Израиль. Американское общественное мнение симпати зирует Израилю, поскольку это единственное демократическое государство на Ближнем Востоке, политика которого в международных конфликтах была и остается последовательно проамериканской. Необходимо также учитывать, что память о Холокосте стала причиной решений ООН по вопросу о создании еврейского государства в Палестине, а также осознанием того, что истоком конфликта явился отказ арабских государств в 1948 г. от раздела Палестины и их агрессия против образовавшегося еврейского государства.

В этих условиях все американские президенты проводили произраиль ский курс, что развязывало руки Израилю для поддержания жесткой поли тики в отношении палестинцев. Существенный перелом наметился в поли тике президента Картера, который поспособствовал заключению компро мисса между Израилем и Египтом, однако не затронул вопроса об оккупи рованных Израилем после шестидневной войны палестинских территориях на западном берегу реки Иордан и в секторе Газа. Инициатором разреше ния этого сложного вопроса выступил президент Клинтон. При его посред ничестве были налажены переговоры между руководителем Организации освобождения Палестины Ясиром Арафатом, с одной стороны, и предста СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна вителями Израиля премьер-министром Ицхаком Рабином и министром ино странных дел Шимоном Пересом – с другой, которые завершились подпи санием мирного соглашения в Осло. В результате возникла Палестинская автономия и был открыт путь к полному урегулированию конфликта. Заслу га американской администрации в этом несомненна.

2000 г., последний год президентства Билла Клинтона, оказался вместе с тем годом срыва мирного процесса. С обеих сторон – особенно после убийства в ноябре 1995 г. премьер-министра Израиля Рабина – укрепляли свои позиции экстремисты. Раскручивалась спираль насилия. Израильские предложения, сформулированные в 2000 г., были направлены на компро мисс, однако не были приняты палестинской стороной. Отказ от этих пред ложений следует считать ошибкой, хотя в них и не были учтены важные для палестинцев положения о статусе Иерусалима и судьбе арабских бежен цев. В результате это привело к новой волне насилия («второй интифаде»).

Нельзя исключать того, что, даже если бы Клинтон по-прежнему заседал в Белом доме, он не смог бы сдержать волну насилия и ненависти. Но при этом следует отметить, что Джордж Буш за все время своего президентства не приложил никаких усилий для того, чтобы вернуть стороны конфликта на путь переговоров. Это и стало одной из причин нарастания волны фанатич ного антиамериканизма в арабских странах.

Лицо антиамериканизма Антиамериканизм проявляется не только в арабских странах. Его укреп ление может представлять опасность для Соединенных Штатов как главной опоры мирового порядка после «холодной войны». Вместе с тем это явле ние не ново. Пол Джонсон писал о 1970-х гг. как о периоде мощного вспле ска антиамериканизма, главную причину которого он усматривал в том, что «Америка как великая держава, а тем более понятие американизма означа ли принцип индивидуализма в противовес коллективизму, принцип свобод ной воли в противовес детерминизму»10. Это очень поверхностная и одно сторонняя интерпретация антиамериканизма, в которой отсутствует какой либо намек на то, что действия самих США могли стать причиной антиаме риканских настроений в мире.

Здесь следует выделить четыре аспекта проблемы. Первый носит поли тический характер. Соединенные Штаты как единственная в мире супердер жава имеют не только сторонников, но и противников. Рационально поня тый политический антиамериканизм основан на признании противополож ности целей американской политики целям политики своего государства (иначе говоря, собственным национальным интересам). Тот, кто мыслит по добным образом, не испытывает к Америке иррациональной враждебности.

Он только полагает – справедливо или нет – что существует конфликт меж ду США и его государством.

Кроме политического, существует социальный антиамериканизм. США рассматриваются как центр глобальных экономических и социальных отно шений, при которых одни народы богатеют, а другие беднеют. Независимо от того, что подобная интерпретация неравенства в мире сильно упрощает эту сложную проблему, миллионы людей в малоразвитых странах связыва ют свою нищету с богатством стран Запада, особенно Америки.

Совершенно иной характер имеет культурный антиамериканизм. После Второй мировой войны американская культура широко распространилась по всему миру, что вызывает недовольство во многих странах. То тут то там возникают даже на правительственном уровне акции, направленные на за щиту родного языка от американизмов или отечественного кинематографа от наплыва более популярных фильмов Голливуда. Сами американцы ус матривают в подобных действиях проявление культурного национализма, направленного против динамичной и, как следствие, более зрелищной аме риканской культуры. Вместе с тем в некоторых странах культурный анти 14 СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна американизм становится оружием политической борьбы. Особенно ярко это проявляется в мусульманских странах, культура которых основана на цен ностях, принципиально противоположных американским. Здесь противо стояние экспансии американской культуры принимает форму борьбы за ду шу собственного народа.

Это во многом связано с ролью религии. Ислам совершенно иначе, чем христианство, видит роль религии в общественной и политической жизни.

Религиозные фундаменталисты даже и в христианском мире стремятся придать государственной власти религиозный характер, а исламский мир никогда не помышлял об отделении религии от государства. В результате культурный антиамериканизм в исламском мире приобретает форму свя щенной войны.

А это уже означает четвертый аспект антиамериканизма – идеологи ческий. Идеологический антиамериканизм рассматривает Соединенные Штаты как воплощение враждебной идеологии. Для тоталитарных систем ХХ в., таких как гитлеризм, сталинизм, Соединенные Штаты в большей сте пени, чем какое-либо другое государство, воплощали в себе ту идеологию, против которой тоталитарные государства вели идеологическую войну. Се годня главными бастионами идеологического антиамериканизма являются радикальные исламистские движения. Однако идеологический антиамери канизм можно встретить также среди ультраправых или коммунистических экстремистов в Европе и Латинской Америке.

Распад СССР и эрозия коммунистической идеологии в Китае привели к тому, что на международной арене нет равного США идеологического полю са. Это укрепляет идеологический антиамериканизм. В 1979 г. победная ис ламская революция в Иране провозгласила борьбу против «двух дьяво лов» – США и СССР. С того времени, как один из «дьяволов» был похоро нен, Америка осталась для фанатиков единственным значительным симво лом идеологической угрозы.

Антиамериканизм в своей сущности не является рациональной реакцией на ту или иную политику США. Вместе с тем нельзя не отметить, что эта политика придавала аргументы антиамериканизму. Сэмюэль Хантингтон не без оснований указывает на ту роль, которую сыграло лицемерие западной политики11. Когда, с одной стороны, провозглашаются демократические ло зунги и права человека, а на практике осуществляется поддержка кровавых диктаторов наподобие Аугусто Пиночета, трудно удивляться тому, что ан тиамериканские настроения усиливаются. Правда, при этом следует пом нить, что политика СССР, несмотря на то, что она в несравнимо большей степени нарушала права человека и право других народов на свободу, не вызывала настолько эмоциональной реакции. Может быть, распростране ние антиамериканизма является реакций на то, что собой представляет Америка, а не на то, что делает или чего не делает Америка?

Антиамериканизм опасен для мира. Принципиальная враждебность к США вносит в международные отношения элемент фанатизма, который де лает трудным или невозможным проведение рациональной политики. В то же время он вызывает среди американских политиков и в американском об щественном мнении опасную тенденцию к объяснению любой критики в ад рес США проявлением враждебности. Все это грозит многими опасностями.

«Война с терроризмом» и кризис американской гегемонии События 11 сентября 2001 г. в США принципиально изменили междуна родную обстановку. Они положили конец наивной вере в окончание великих сражений за мировое господство. У американцев исчезло чувство безопас ности. Перед всеми государствами мира остро встал вопрос, на чьей они стороне.

Провозглашенная президентом Бушем «война с терроризмом» изначаль но встретила широкую поддержку правительств большинства стран мира.

СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна Военная интервенция США и их союзников в Афганистан, направленная против режима талибов, покровительством которых пользовались террори сты во главе с Усамой Бен Ладеном, получила международное одобрение.

Однако даже тогда общественное мнение было настроено против этой вой ны. «Соединенные Штаты пользуются поддержкой около десяти прави тельств, но поддержку большинства граждан они имеют только в одной стране на свете – в Израиле. Разве это не изоляция?»12 Новые проблемы возникли после оккупации Афганистана войсками коалиции во главе с США.

Избранное правительство оказалось слабым и коррумпированным, а глав ное, оно не может контролировать ситуацию, возникшую в результате дей ствий мощного партизанского движения талибов. Американские публицисты начали сравнивать положение в Афганистане с тем, которое сложилось со рок лет назад во Вьетнаме, и предрекать невозможность победного исхода13.


Однако главный удар по позициям США в мире нанесли не события в Афганистане, а вторжение в Ирак. Полагаю, что именно иракская война стала основной причиной кризиса американской гегемонии. Вынесение пре зидентом Бушем на повестку дня иракского вопроса придало «войне с тер роризмом» новое измерение и вызвало глубокие разногласия. Противники военной интервенции США в Ираке выдвигают серьезные аргументы, кото рые нельзя игнорировать.

Первый аргумент связан с правовыми основаниями. Военное нападение без мандата ООН и даже вопреки позиции этой организации было наруше нием международного права и означало ликвидацию правовых оснований существующего международного порядка. Противники таких действий под черкивали, что ООН в состоянии принять твердые решения, если на то есть достаточные причины. Так было в 1991 г., так могло быть и в 2003 г., если бы доказательства вины Ирака были бесспорными. В середине февраля Совет Безопасности заслушал рапорт инспекторов ООН, согласно которому вопрос о том, есть у Ирака или нет оружия массового уничтожения, не был решен. Этот рапорт был расценен в мире как поражение американской по литики. Большая часть демократических государств заняла позицию, в со ответствии с которой действовать следует в рамках международного права, т. е. на основании решения ООН. Франция предупредила, что использует право вето в Совете в случае, если произойдет голосование по вопросу о вооруженной интервенции в Ираке. Хотя в этом и не было необходимости, так как в Совете Безопасности ООН Соединенные Штаты не могли рассчи тывать на широкую поддержку. США оказались в меньшинстве, но не в изо ляции. Обращение премьер-министров семи государств, входящих в НАТО (Великобритании, Испании, Италии, Португалии, Дании, Венгрии и Польши), а также президента Чехии Вацлава Гавела, который подписал обращение вместо премьер-министра, являлось демонстрацией того, что Европа не поддержала изоляцию Америки. Это обращение поддержала так называе мая «Виленская группа», состоящая из десяти постсоциалистических госу дарств Центральной и Восточной Европы. Итогом обращения стало углуб ление противоречий в Европейском Союзе. Из 15 стран-членов ЕС обраще ние подписали только 5. Подписавшиеся под обращением взяли на себя серьезную ответственность. Они хотели ясно показать, что Соединенные Штаты не изолированы от своих европейских союзников. Их обращение было понято как разрешение для США действовать без мандата ООН и независи мо от позиции большей части атлантических союзников. Это была серьезная ошибка. Еще до начала иракской войны я указывал на негативные последст вия этой операции для мирового порядка и для позиции США14.

Вторым аргументом против войны с Ираком является то, что в ее офи циальном обосновании лежало утверждение о том, что Ирак нелегально владеет оружием массового уничтожения. Это оказалось вымыслом. После почти пяти лет пребывания американских войск в этой стране, в течение ко 16 СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна торых не было найдено никаких следов оружия, американский президент (а также повторявший его слова британский премьер-министр Тони Блэр) был обвинен во лжи. Бжезинский уже в ноябре 2003 г. указывал на два беспо коящих фактора – «потерю Соединенными Штатами международной поддержки и растущую изоляцию на международной арене»15. Иное дело, что в то время у Бжезинского еще были иллюзии насчет перспективы победы в Ираке.

Третий аргумент касается способов ведения войны. Правительство США стало единственным правительством демократического государства, кото рое официально санкционировало применение пыток в отношении пленных, подозреваемых в связях с террористами, а также допускало брутальные ак ции против гражданского населения*.

Этот фактор бросил тень на обе ведущиеся США войны – в Афганистане и в Ираке. Символом нарушения прав человека стало в первую очередь со держание пленных на американской военной базе в Гуантанамо на Кубе16.

Война стала морально неприемлемой даже для тех, кто готов был поддер жать обоснованные президентом Бушем ее мотивы.

Четвертым аргументом против войны стало ее негативное влияние на ситуацию в мире, особенно в исламских странах. Падение поддерживаемо го США президента Пакистана Первеза Мушаррафа показало, насколько ослабли позиции США в государствах, до сих пор считавшихся их верными союзниками. Радикализация антиамериканских настроений вынуждает пра вительства исламских стран дистанцироваться от США.

Наконец, серьезным аргументом против войны стали ее финансовые по следствия: расходы на ведение военных действий вызвали лавинообразное увеличение бюджетного дефицита США, что явилось одной из предпосылок крупного финансового кризиса, разгоревшегося в 2008 г. Это предвидел Джордж Сорос, еще в конце 2003 г. говоривший о том, что «цена оккупации и перспектива затяжной войны существенно отразятся на нашей экономи ке»17. Его не послушали. Вместо бюджетного профицита во времена Клин тона Соединенные Штаты после восьми лет правления Буша имеют почти 500 млрд долларов дефицита18.

Все это, вместе взятое, обусловило тот факт, что иракская война – са мая непопулярная после вьетнамской войны. Именно она в наибольшей степени привела к глубокому кризису американской мировой гегемонии.

Кризис этой гегемонии наступил в результате не спонтанных процессов, происходящих в современном мире, а того, что Бжезинский назвал «ка тастрофическим лидерством», т. е. политикой президента Дж. Буша19.

В основание такой политики положены следующие идеологические по стулаты: вера в божественную миссию США, убежденность в том, что Со единенные Штаты как самая мощная демократическая держава имеют пра во определять стандарты демократии и навязывать их остальным, даже с применением силы. Буш не был создателем этой концепции, однако он охотно использовал идеи неоконсерваторов, которые утверждали, что в со временном мире ведется борьба либеральной демократии с авторитариз мом и что в этой борьбе США имеют право и даже обязаны применять силу, в том числе и военную, для победы демократии20. Такая точка зрения, по существу, является возвратом к риторике времен «холодной войны» с той только разницей, что место ранее точно определенного противника занима ет не слишком четко выделенная категория авторитарных государств. Сле дует добавить, что в эту категорию не входят те авторитарные режимы, ко торые поддерживают США, как, например, проамериканские арабские госу * Президент Джордж Буш и его команда упорно отрицали факты применения пыток. Однако рассекреченный недавно тайный рапорт Международного Красного Креста еще в 2007 г. одно значно квалифицировал используемые агентами CIA методы как пытки (Gazeta Wyborcza.

17 marca 2009).

СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна дарства (Саудовская Аравия или Египет) или различные диктатуры в других частях мира.

Идеологический фанатизм администрации Буша шел вкупе с элитариз мом, проявлявшимся в принятии ключевых решений «в узком кругу посвя щенных, мотивы которых были скрыты от общества»21. Такой стиль приня тия решений привел в конце концов американскую администрацию к пора жению. Когда Буш покидал Белый дом, он был самым непопулярным пре зидентом по меньшей мере со времен Второй мировой войны. Выборы 2008 г. показали, насколько американцы желали перемен.

Каким путем пойдут Соединенные Штаты после выборов 2008 г.

Принесут ли в действительности эти выборы, названные Бжезиньским «вторым шансом», изменения в политике США? Ответ на этот вопрос не зависит только от угадывания интенций президента Обамы, а требует ана лиза той ситуации, в которой находятся сейчас Соединенные Штаты и весь мир.

Новое руководство в Ираке и Афганистане стоит перед очень сложной задачей – как закончить весьма непопулярные для США войны, не отказав шись при этом от ответственности за ситуацию, создавшуюся в значитель ной степени из-за американской военной интервенции. Не могу согласиться с мнением Мартина Босацкого, который считает, что Ирак может в конце концов стать «примером демократии» для арабских стран, во всяком случае в условиях американской оккупации. Также не думаю, что увеличение воен ного контингента в Афганистане по инициативе Обамы приведет к успеху.

Однако сам по себе вывод войск без создания политических условий, гарантирующих минимум стабильности и безопасности, грозит еще более ожесточенной внутренней борьбой в этих странах. Накануне выборов Бже зинский высказывал пожелание перенести тяжесть ответственности за си туацию в Ираке на соответствующий регион путем созыва конференции со седних с Ираком стран22. Сложно сказать, достаточно ли только этого, од нако я уверен в том, что без серьезного включения других государств в про цесс принятия решений в данном регионе проблема не будет устранена.

Соединенные Штаты должны начать серьезное сотрудничество с другими государствами региона.

Такого перекладывания ответственности в международном масштабе может оказаться недостаточно. Дело зашло уже слишком далеко. Пролито много крови и совершено много ошибок и даже преступлений. Обама поль зуется определенным кредитом доверия, однако он должен действовать более решительно, чтобы этот кредит сохранить. Наиболее трудный мо мент для лидера настает тогда, когда он должен сообщить своему народу о поражении.

Получение какой-либо поддержки в исламских странах требует, однако, не только выхода из «войн Буша», но и возврата к той политике, которую проводил в ближневосточных конфликтах президент Клинтон. В этом кон фликте, по мнению Бжезинского, Вашингтон должен стать арбитром, а не поддерживать одну из сторон, а именно Израиль. Если президент Обама изберет подобную политику и если она тем более приведет к некоему сог лашению Израиля и палестинцев, то имидж Соединенных Штатов сущест венно улучшится и тем самым будет облегчена реализация их доминирую щей роли в этом регионе*.


Намного легче США будет улучшить отношения с их европейскими со юзниками, в чем немаловажную помощь может оказать огромная популяр * В достаточно пессимистической статье на тему нынешней фазы израильско палестинского конфликта К. Герберт (Przez przepa w dwch susach // Polityka. Niezbdnik inteligenta. 21 lutego 2009) выражает надежду на то, что давление новой администрации на Из раиль привело бы к выработке компромисса, приемлемого для обеих сторон.

18 СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна ность президента Обамы в Европе. Зато труднее будет поправить отноше ния с Латинской Америкой, где в ряде государств находятся президенты, не слишком дружелюбно относящиеся к США, в том числе Уго Чавес в Венесу эле. Однако для многих Соединенные Штаты остаются страной их мечты, и при умелой политике они могли бы восстановить свои прежние позиции в данном регионе. Обама мог бы легче справиться с этой задачей, чем его консервативный предшественник.

Более сложным вызовом для США являются отношения с Россией и Ки таем. Оба эти государства в настоящее время укрепляют свои позиции на международной арене. У США нет сейчас таких сильных козырей, как пят надцать или двадцать лет назад. Полная беспомощность США во время войны в Грузии в августе 2008 г., длившейся несколько дней, наряду с рито рической поддержкой политики грузинского президента продемонстрирова ли, насколько сильно изменились американо-российские отношения. В них нет уже места диктату. Поэтому необходим поиск компромиссных решений, которые учитывали бы национальные интересы обоих государств. Недав нее «разблокирование» отношений между НАТО и Россией свидетельству ет о том, в каком направлении движется новая политика США. То же самое относится и к Китаю, с которым, собственно говоря, Соединенные Штаты имеют хорошие отношения с середины 1970-х гг.

Соединенные Штаты остаются великой державой, самой сильной в со временном мире. Я не разделяю тревожных прогнозов тех аналитиков, ко торые видят будущее как неизбежный хаос (Пьер Хасснер23) или как эру анархии и варварства, которые наступят в случае потери США статуса ми рового гегемона (Нил Фергюссон24). Существует другая перспектива – воз врат к многополярной структуре международных отношений, в рамках кото рой самое сильное государство мира – Соединенные Штаты – будет реали зовывать политику сотрудничества и лидерства, а не гегемонии и диктата.

Мне близка оптимистическая позиция Бжезинского: «После фатальной ошибки, связанной с войной в Ираке и ее последствиями, вместе с прези дентом Обамой наступает новая эра принципиально иного американского мирового лидерства. Лидерства, которое скорее инспирирует, а не навязы вает свою волю. Собственно, именно такого лидерства ожидает и даже требует от Америки большинство стран»25.

Такая роль Соединенных Штатов в мировой политике соответствует польским национальным интересам. В случае ее последовательной реали зации Польша не будет вынуждена выбирать между ролью активного и вер ного союзника США, с одной стороны, и моральными принципами и геопо литическими выгодами, вытекающими из положения Польши в объединен ной Европе – с другой*.

B r z e z i s k i Z. Wielka szachownica. Warszawa, 1999. S. 198 (американское издание 1997 г.).

Tame. S. 219.

См.: B r z e z i s k i Z. Out of Control: Global Turmoil on the Eve of the Twenty-First Century.

New York, 1993. S. 206–208.

См.: Презентация данного подхода содержится в моей недавно вышедшей книге: W i a t r J e r z y J. Przywdztwo polityczne. Studium politologiczne. d, 2008.

См.: T o c q u e v i l l e A l e x i s d e. O demokracji w Ameryce. Warszawa, 1976.

L e f f l e r M e l v y n P. For the Soul of Mankind. The United States, the Soviet Union, and the Cold War. New York, 2007. S. 3.

См.: A r o n R. Paix et guerre entre les nations. Paris, 1962.

K i s s i n g e r H. Dyplomacja. Warszawa, 1996. S. 917–920.

* Несколько лет назад, когда я писал о роли Польши в качестве союзника США, то подчер кивал, что, «если бы Польша пассивно и безынициативно находилась на стороне США в ухуд шающейся ситуации, с ее мнением никто бы не считался во время европейских дебатов на те му будущего трансатлантического содружества» (W i a t r J e r z y J. Refleksje o polskim interesie narodowym. Warszawa, 2004. S. 164). Новая политика президента Обамы дает надежду на позитивное решение данной дилеммы. (Опубликовано в: Europejski Przegld Prawa i Stosunkw Miedzynarodowych, 2009. № 2/9.) СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна B r z e z i s k i Z. Wielka szachownica. S. 24.

J o h n s o n P. Historia wiata od roku 1917 do lat 90-tych. Londyn, 1992. S. 942.

См.: H u n t i n g t o n S a m u e l P. Zderzenie cywilizacji i nowy ad wiatowy. Warszawa, 1998. S. 270.

Z a k a r i a F. Imperium arogancji // Newsweek (Polska). 23 marca 2003.

См.: B a r r y J., T h o m a s E. Obama’s Vietnam // Newsweek. 9 lutego 2009. S. 16–21.

См.: W i a t r J e r z y J. Konieczna wojna? // Przegld, 22 wrzenia 2002;

USA i nowy ad wiatowy w XXI wieku // Myl Socjaldemokratyczna. 2003. № 1 (47). S. 5–19. В данном тексте мною использованы некоторые наиболее актуальные вопросы этой статьи.

B r z e z i s k i Z. Kto jest z nami? // Rzeczpospolita. 22–23 listopada 2003.

См.: S t e v e n T. Wax (Kafka Comes to America. Fighting for Justice in the War on Terror.

New York, 2008).

S o r o s G. Zanim nastpi wielki krach // Gazeta Wyborcza. 6–7 grudnia 2003.

См.: B o s a c k i M. Jak Bush rzdzi wiatem // Ibid. 17–18 stycznia 2009.

См.: B r z e z i s k i Z. Druga szansa. Trzej prezydenci i kryzys amerykaskiego supermocarstwa. Warszawa, 2007.

См., например: K a g a n R. The Return of History and The End of Dreams. New York, 2008.

B r z e z i s k i Z. Wybr – dominacja czy przywdztwo. Krakw, 2004. S. 228.

См.: B r z e z i s k i Z. «Bez obaw o Obam», wywiad dla Gazety Wyborczej. 5–6 lipca 2008.

См.: «Современному миру с неизбежностью угрожает хаос»: Интервью с Пьером Хассне ром // Dziennik. 3–4 stycznia 2009.

См.: F e r g u s o n N. wiat bez mocarstwa? // Gazeta Wyboircza. 23–24 padziernika 2004.

«Если не договоримся, то поубиваем друг друга»: Беседа со Збигневом Бжезинским // Gazeta Wyborcza. 14–15 marca 2009.

Перевод кандидата философских наук И.А. Бортника Поступила в редакцию 21.09.11.

А.А. РАКОВ, ДОКТОР ЭКОНОМИЧЕСКИХ НАУК, ПРОФЕССОР (МИНСК) ДЕМОГРАФИЧЕСКИЙ МИР И ЕГО ПРОБЛЕМЫ Отмечается, что слабостью демографи- The excessive use of fertility and mortality ческой теории является увлечение коэффи- rates in the demographic theory is considered as циентами рождаемости и смертности, при its weakness, the population itself falling out from этом из поля зрения исследователей выпада- the researchers’ viewpoint.

ет сама популяция.

Демографическая сфера, демографическое воспроизводство и их компоненты Понятие демографической сферы нередко сужается, например, до рож даемости. Поскольку убыль или рост численности населения определяются соотношением рождаемости и смертности, то в демографическую сферу включается ряд показателей смертности. Однако население существует не только во времени, но и в пространстве, перемещаясь в нем, меняя место жительства, работу и т. д. Так, демографическую сферу заполняет и мигра ция. На обыденном уровне рождаемость – дело семьи, здоровье и продол жительность жизни – предмет медицины и здравоохранения, миграция – дело географов, градостроителей, туристических агентов и т. д. Демогра фия, в отличие от остальных наук, видит всю воспроизводственную сферу населения целиком, системно. Она выступает также в роли координатора в изучении человеческой популяции, параметров и субъектов ее воспроиз водства. Именно она описывает все циклы производства и воспроизводства популяционной совокупности поколений от момента их рождения до окон чательного ухода из жизни. В этом отношении демографический процесс похож на процесс производства и эксплуатации, например, автомобиля или любого другого товара (производство товара, его эксплуатация, амортиза ция, окончательный износ, или потребление, вновь производство товара).

Демография описывает технологию производства изделия, в данном слу чае – популяции. Она же задает параметры этого производства и воспроиз водства, без знания которых не могут функционировать другие науки. Прак тически все науки работают на производство и воспроизводство человече 20 СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна ской популяции. Поэтому демография (демографический срез, демографи ческий аспект) присутствует в каждой сфере – социальной, экологической, промышленной, аграрной или иной деятельности. Демография обеспечива ет дизайн, архитектуру, сбалансированность производства и воспроизвод ства популяции. В отличие от производства других товаров, которое требу ет вмешательства извне – человека-творца, воспроизводство и производст во человека и популяции совершается самим человеком, самой популяци ей. Демография, опираясь на другие науки, может содействовать самомо дернизации социального популяционного процесса в интересах производ ства и воспроизводства популяции более высокого качества. Без демогра фии невозможно также определить приоритеты и акценты воспроизводст венного развития, тем более, когда возникают цивилизационные, природ ные, экономические, экологические или иные катаклизмы и катастрофы, действительные, а не мнимые угрозы популяции. Общественная жизнь в современном мире разделяется на четыре различные сферы: государст во, рынок, гражданское общество и демовоспроизводство. Каждой из этих гипотетичных конструкций соответствует своя «дисциплина». Экономисты изучают рынок, политологи и юристы – государство, социологи – граждан ское общество, демографы – демореальность и демопроцессы.

Демографическая реальность демографического центра и периферии в условиях глобализации Потребности социума свидетельствуют о необходимости изучения де мографических процессов и демореальности в центре и на периферии пла нетарной миросистемы не только демографами, но и представителями дру гих наук. В свою очередь, нельзя не отметить расширения и углубления де мографических исследований в России за счет геополитики и экономики (Л. Рыбаковский), экономики (В. Костаков, Н. Римашевская и др.), в Украи не – человеческого капитала (С. Пирожков и Э. Либанова), теоретической социальной демографии (В. Пискунов и В. Стешенко), что повышает прак тическую и теоретическую значимость демографии на постсоветском про странстве.

Большое значение для продуктивно-эвристического знания демографи ческой сферы имеет предложенная российским геополитиком С. Переслеги ным «демографическая цивилизационная фазовая теорема», являющаяся существенной компонентой объяснения развития и смены человеческих ци вилизаций, важным следствием, детерминантой геополитических, геоэконо мических и даже геокультурных построений.

Как известно, человечество в своем развитии прошло несколько циви лизационных фаз. Архаическая фаза длилась от «начала времен» до рубе жа VIII–VII тысячелетий до н. э. и включала палеолитическую и мезолитиче скую эпохи. Экономика в ней носила присваивающий характер, ее формами были охота и собирательство, а «кровью» – обработанные камни. Сегодня архаическая фаза отсутствует, за исключением нескольких реликтовых изолированных социосистем, где продолжают существовать социодемогра фические отношения, свойственные исчезнувшей архаической фазе.

Пришедшая на смену ей традиционная фаза длилась до середины II ты сячелетия н. э. и включала неолитическую и энеолитическую эпохи перво бытнообщинной, рабовладельческой и феодальной формаций. В тради ционной фазе экономика являлась производящей, ее «кровью» – зерно, гос подствующими формами экономической жизни – земледелие, скотоводство и ремесло. Традиционная форма представлена и сегодня в подавляющей части планеты – практически это весь геоэкономический и геодемографиче ский «Юг» с населением в 5 млрд человек.

В традиционной фазе развития общий демографический (социобиологи ческий) императив («плодитесь и размножайтесь», запечатленный в Ветхом Завете) соответствует экономическим потребностям крестьянской семьи.

СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна Появление ребенка в такой семье почти не сказывается на ее финансах, а поскольку ее экономика имеет преимущественно, если не абсолютно, на туральный характер, очень слабо и на общем потреблении. Инвестици онная отдача от вложений в детей здесь наступает очень быстро: уже с че тырех-пяти лет они могут выполнять простые, но необходимые для семьи работы – выпас скота, уборка помещений и т. д. Таким образом, они заме няют собой более дорогого взрослого работника, т. е. экономически выгод ны. С возрастом вклад детей в семью увеличивается, тем самым они спо собствуют процветанию семьи, ее зажиточности. Как следствие, демогра фическая динамика традиционной фазы имеет экспоненциональный харак тер. С учетом детской смертности эффективное количество детей в семье составляет 4–5 человек, что соответствует годовому приросту населения до 6 % и даже выше.

Возникновение «торгового капитализма» даже в традиционной сфере ведет к сокращению населения, так как с появлением возможности тратить деньги ребенок обходится дороже и со временем превращается в обузу.

Во времена позднего Рима императоры прилагали огромные усилия к нормализации демографического роста, однако их усилия были тщетны:

демографическое вырождение патрицианских, а затем и плебейских се мейств остановить было невозможно, что в немалой степени и обусловило падение Рима.

В индустриальной фазе развития, длящейся с середины II тысячелетия вплоть до середины XX ст., основу экономики составило фабричное произ водство и общепланетная система обмена, а кровью стали «энергоносите ли». Небывалый скачок в технике и технологиях во второй половине XX ст., во многом обусловленный двумя кровавыми мировыми войнами и холодной войной двух противоборствующих систем, способствовал возникновению постиндустриального общества (Д. Белл), называемого также конверген циональным (Д. Гелбрейт), информационным (М. Кастельс), ноосферным (Вернадский, Тейяр де Шарден), постэкономическим (В. Иноземцев) и др.

Основу экономики постиндустриального мира составляют ТНК, общепла нетарная финансовая система, принявшая виртуальный характер, «кровью»

ее стали знания, человеческий капитал, выражающийся в его профессио нально-квалификационных и личностных качествах, т. е. сам человек.

Пространственная рассогласованность развития, которая не уменьшает ся в экономическом и социокультурном планах в мировом масштабе, рассо гласованность развития демографического пространства и демографиче ских сегментов в этом пространстве, ведущие к углублению полярности геополитических, экономических, религиозных, национальных и культурных интересов различных географических и социальных социумов и слоев на селения, означают, что возникший новый фазовый переход и становление нового общества могут носить как катастрофический (откат планетарной социосистемы или локальных социосистем к традиционным или неоархаич ным формам существования), так и прогрессивный характер. Последнее предполагает институализацию в актуальных и продвинутых пространствах новой фазы развития.

В результате демография постиндустриальной фазы развития опреде ляется синергетическим эффектом функционирующих и развивающихся в разных направлениях императивов – биологического (инстинкт продолже ния рода, биологическая потребность в детях), экономико-социальной от ветственности за свое выживание и личностное развитие.

Современная демографическая ситуация представляет собой конгломе рат демографических процессов, происходящих в традиционном обществе (большинство населения мира), индустриальных обществах, постиндустри альном высокоразвитом обществе (золотой миллиард) и распавшемся, на ходящемся в многостороннем кризисе постсоветском пространстве;

демо 22 СОЦИОЛОГИЯ 4/ Университетская трибуна графический конгломерат, где, с одной стороны, имеет место избыточное бедное, лишенное ресурсов население, с другой – глубокая депопуляция, напоминающая увядание пассионарности Древнего Рима. Не случайно ряд исследователей предвидят вероятность того, что мирохозяйственную миро структуру, в которую было вложено пять столетий труда и капитала, ждет незавидная судьба.

Порожденная научно-техническим переворотом глобализация привела к небывалым со времен великих географических открытий пространственным перемещениям населения, но уже из бедных стран в развитые. Миграцион ные потоки из Африки, Азии в США и Европу в последние 50 лет приобрели такие масштабы, что существенно влияют на социальное и экономическое положение и даже угрожают их этнографическому будущему (С. Хаттингтон, 3. Бжезинский).

В индустриальной фазе, особенно в ее зрелой форме, и тем более пост индустриальной фазе демографический рост уменьшается, выходит за пределы простого воспроизводства и имеет ярко выраженную направлен ность к депопуляции. Пополнение происходит за счет миграции из внутрен него села, имевшего долгое время традиционный характер, а затем, когда его масштабы относительно индустриально-урбанизированных зон умень шаются и само оно становится индустриально-урбанизированным, попол нение населения происходит за счет миграции из стран, находящихся в тра диционной фазе развития.

С одной стороны, это связано с «невыгодностью детей», что сильнее проявляется там, где более развиты товарно-денежные отношения и инду стриальная фаза в целом. При этом «невыгодность детей» ощущается тем сильнее, чем выше изначальный доход семьи, и возрастает с рождением каждого следующего ребенка. Уже рождение первого ребенка отбрасывает семью к нижней границе своего класса, рождение второго оборачивается переходом в более низкий класс, а третьего – грозит деклассированием и деградированием семьи.

Экономические и трудовые затраты на развитие, воспитание и образо вание ребенка в постиндустриальной фазе очень велики и продолжаются до достижения им 23 лет, т. е. инвестиции родителей в детей продолжаются в течение в несколько раз более длительного времени, чем в предыдущих обществах. Их масштабы несопоставимы с прежними. Отдача же на вло женный капитал становится сомнительной и с введением тоталитарных пенсионных систем – опосредованной, что делает связь поколений скрытой.

Демографическая ситуация в индустриальных обществах может быть ус тойчивой в случае наличия в них длительного определенного «равновесия»

между развивающейся индустриальной фазой и сохраняющейся традицион ной, использующей демографические ресурсы дополнительного индустриаль ного производства. В то же время преобладание традиционной фазы ведет к тому, что индустриальное производство не в состоянии вобрать в себя мигра ционный поток избыточного населения сельской местности. И тогда создаются огромные города с крайне низким развитием индустрии и нищетой их жителей, что может быть названо псевдоурбанизацией. Особенно это характерно для слаборазвитых стран. В свою очередь, искусственное «подавление» традици онной фазы приводит к концентрации населения вокруг индустриальных центров и возникновению вокруг них «антропологических пустынь».

Глобализация способствует формированию мирового сообщества без границ для денег и товаров. В то же время разновекторные демографиче ские процессы в центре и на периферии, усиливающееся миграционное давление, создаваемое неравномерностью, с одной стороны, демографиче ских процессов и, с другой – распределением мирового богатства и миро вой бедности, по заключению Бжезинского, могут реально изменить поли тическое лицо мира.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.