авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 ||

«МИРОВОЙ КРИЗИС 1911 – 1918. Уинстон С. Черчилль. Книга І и ІІ ...»

-- [ Страница 17 ] --

Тиски на сердце турецкого государства разжались, турки смогли вздохнуть, Германия оказала содействие и широко раскинутые оконечности османской империи вновь налились силой. Три кампании – Салоники, Египет, Месопотамия – начались немедленно или стали неизбежны;

все три быстро переросли в большие предприятия, все три продолжились до последнего дня войны, в огромной степени истощили ресурсы Британии, в меньшей степени – и Франции. К 1918 году в Месопотамии оперировали семь англо-индийских дивизий – армия в двести семьдесят тысяч человек, не считая местных приверженцев.

Оборона Суэцкого канала с её продолжением - наступлением на турок, вторжением в Палестину – переросли в отдельную войну;

в иное время, она привлекла бы внимание всего мира. Вместо выпада в сердце империи - Константинополь, вместо удара по предплечью – Александретта или по локтю – Хайфа, мы начали с кончика пальца турецкого военного организма. Война шла медленно, болезненно, в ужасном напряжении и издержках, среди поразительных достижений – боевых и административных;

мы шли через пустыни, тянули искусственные реки на сотни миль по бесплодным пескам. Мы трудились и воевали за каждую милю – подчас и за ярд – от Газы до Иерусалима, от Иерусалима до Дамаска и ни разу не вынудили врага напрячься хотя бы на треть наших собственных усилий. К перемирию, в Палестине и Сирии были заняты двенадцать британских дивизий – около двухсот восьмидесяти тысяч человек не считая местных приверженцев. Кампания в Салониках разрослась столь же ужасным образом. К концу 1917 года двенадцать франко британских дивизий и две итальянские дивизии держали фронт против турок – настойчивость у Дарданелл могла бы давно и навсегда вывести их из войны – и против болгарской армии: болгары могли бы встать на нашу сторону после своевременных и мудрых политических решений. Грандиозный отход добавил к союзным силам лишь шесть сербских дивизий, ушедших за море от руин родины да четыре греческие дивизии, поднятые Венизелосом против короля Константина. Под конец войны, салоникский фронт насчитывал шестьсот тридцать тысяч союзнических солдат.

Три огромные экспедиции за море обременили флот Британии, и чуть ли не привели к полному краху страны в неограниченной подводной войне весной 1917 года. Тогда адмиралы и генералы с прежними мыслями лишь о Гранд Флите и главной армии узнали, каково отвергнуть первые, драгоценные дары фортуны и сколь страшна её месть.

К концу войны, вопреки всем окольным и расточительным методам, стратегическая концепция, исходящая из восточной политики подтвердилась: крах Болгарии после трёх военных лет предвозвестил полную катастрофу Центральных держав.

Дарданеллы покончили с надеждами на прямую, постоянную связь с Россией. Мы выстроили 1 200-мильную железную дорогу на Мурманск, товары постоянно текли через Владивосток по 4 000-мильному пути, но тесное сотрудничество, обмен людьми и снаряжением, обширный экспорт южнорусской пшеницы, живительная торговля могли идти лишь по закрытому теперь для нас Чёрному морю.

Уход от Дарданелл развеял русскую мечту. Молот Людендорфа гнал армии царя из Польши, гнал из Галиции;

солдаты, зачастую безоружные, умирали в военных поражениях;

во всей огромной, изолированной империи росла народная нужда, но в эти тёмные дни Россия утешалась надеждой на великий приз – Константинополь. Теперь среди русских людей всякого звания распространилось глубокое уныние, поднялись давние, подспудные подозрения. На деле, Англия не пыталась всерьёз форсировать Проливы. После согласия с притязаниями России на Константинополь, Британия потеряла всякий интерес к предприятию, и с тех пор лишь лицемерила. Её нерешительные действия и раздор среди правителей – признаки, отзвук секретных, потаённых государственных желаний. И это когда Россия льёт кровь как никакой народ от начала времён! По стране пошли шёпотки, их раздувала искусная германская пропаганда, слухи росли и множились по царским владениям к вящей выгоде всех противоправительственных сил. В конце концов, неизбежное теперь продолжение войны стало для России делом фатальным. Отныне нас приговорили к войне на истощение – последнему слову военной мудрости, так это подавалось – и Россия пала, пала первой, подняла и обрушила на себя самоё волну разрушения и многие – должно быть, миллионы людей – нашли под ней смерть.

Последствия следуют за нами по сей день. Они успеют омрачить и мир наших внуков.

Провал дарданелльской экспедиции покончил и с лордом Китченером. Весь 1915 год он оставался при неограниченной, единоличной ответственности за все военные операции Британии;

до ноября во всём главенствовала его воля. Теперь члены нового Кабинета, в свою очередь, вслед за ведущими министрами старого правительства разуверились в военном руководстве фельдмаршала. Обстоятельства галлиполийского дела слишком отчётливо выявили всю ограниченность великого мужа в наступившие теперь времена – равно как организатора и как человека действия. Недавняя поддержка Китченером наступления во Франции, столь явно провалившегося при Лоосе и в Шампани была у всех на слуху. Когда началась агония Галлиполи, фельдмаршал решал ужасный вопрос об эвакуации в долгих метаниях между противоречивыми решениями. Он пал духом явно для каждого, кто знал факты.

Уже в ноябре Китченер встретился с открытым отпором. Военный комитет и союзническая конференция решительно отвергли провозглашённый фельдмаршалом с самого театра боевых операций план новой высадки в заливе Александретты. Серия правительственных телеграмм с едва ли прикрытой тенденцией всячески поощряла Китченера не ограничиваться миссией у Дарданелл, но пуститься в продолжительное путешествие и обревизовать положение дел на всём Востоке. Поспешное возвращение фельдмаршала в Лондон говорит о том, что от него не укрылись перемены в собственном положении. Диспозиция британских войск на Востоке предпринятая Китченером после эвакуации Сувлы и АНЗАКа совершенно не способствовала поправке пошатнувшегося престижа главкома. Естественно, что Египет занимал чрезмерно большое место в его мыслях. Там прошла вся его жизнь, там он добыл себе славу. Теперь Китченер поверил в неизбежное и масштабное турецкое вторжение, увидел дорогую ему страну в угрожаемом положении и постарался отвести воображаемую опасность. Дивизия за дивизией скапливались в Египте;

судя по всему, фельдмаршал готовился к отчаянной и скорой борьбе за Суэцкий канал. Это имело бы смысл в конце 1914 и начале 1915 года – в те месяцы десять тысяч осман действительно угрожали Каналу, стараясь по мере возможности расстроить движение войск из Индии, Австралии, Новой Зеландии на боевые поля Европы.

Но за прошедший год война в восточном Средиземноморье гигантским образом разрослась;

теперь, масштаб борьбы в регионе в огромной степени обесценил смысл и возможность подобной операции. Германский и турецкий штабы вполне довольствовались угрозами и похвальбой, их прокламации прекрасно восполняли нехватку солдат. «Наша цель – Египет»

– восклицал в декабре Энвер-паша;

британское правительство повелось на простейший обман и кинулось наводнять Египет войсками.

Последней соломиной стала превратность в Месопотамии – дело, к которому Китченер не имел прямого отношения. Генерал Тауншенд наступал на Багдад;

Военный комитет был склонен видеть в нём главного инициатора операции. Но генерал Никсон, командующий в Месопотамии не доложил правительству, что его отважный и до сих пор блистательно успешный подчинённый загодя и письменно оповестил Никсона о сомнениях в успехе дела.

Двадцать пятого ноября, после ожесточённого боя у Ктесифона, двадцатитысячный отряд Тауншенда вынужденно отступил, и спасся одним лишь быстрым и бедственным отходом во временное убежище – Кут.

3 декабря Военный комитет решил реорганизовать Имперский генштаб военного ведомства на более эффективный манер. Решение было радикальным. Эксперименту с фельдмаршалом на посту государственного секретаря по военным делам положили конец.

Лорд Китченер мог оставаться при министерской печати, но его власть, доселе преобладающая, вобравшая и объединившая права министра и главного солдата профессионала теперь разделилась меж несколькими политиками в министерском ранге.

Сэр Уильям Робертсон, начальник генштаба во Франции был вызван на Уайтхолл и получил королевский приказ о новых правах и обязанностях, обширных и точно определённых.

Китченер промолчал;

новый указ аннулировал не только привычную для фельдмаршала исключительную личную власть, но даже и обычные для его офиса функции.

Наступили сумерки великой судьбы;

долгая, деятельная жизнь, освещённая тяжко добытыми успехами, увенчанная редкой для английского гражданина властью, стяжавшая все возможные почести и уважение Британии и её Империи подошла теперь к теневой черте. Но Китченеру не были суждены мелкие занятия: удар в ночи упокоил героя и его славу в глубоких водах Севера.

Коль гибель небом суждена, Приходит сразу пусть она. (Байрон, «Гяур» в пер.

С.Ильина - пр. пер.).

В тёмные дни Британия поставила Китченера коннетаблем, и его рука обручила мирных доселе людей с войною. Но пришли иные времена, теперь житие воина могло найти исход в одной лишь смерти. Не будем оценивать здесь его роли;

пусть будущие поколения рассудят Китченера – стратега, администратора, командира Великой войны. Будем надеяться, они не забудут и о том какую надежду дали согражданам сама персона Китченера и его поведение в часы тягчайшего испытания.

Перечисляя заново все факты в длинной цепи фатальных упущений у Дарданелл, невозможно уйти от чувства иррационального страха. В ретроспективе любой человек увидит не менее дюжины ситуаций неподконтрольных врагу;

каждый в отдельности взятый случай привёл бы нас к уверенному успеху. Вернёмся к дням решения о морской атаке.

Когда бы мы определённо знали, что армия предоставит для дела войска, то решились бы на внезапный, комбинированный удар по Галлиполи и провели бы его в добром согласии. Если бы армия недвусмысленно отказалась действовать у Проливов, флот - с отлаженной к тому времени тральной службой – возобновил и завершил бы дело, начатое 18 марта: снаряды у турок подходили к концу, минные поля могли быть расчищены. Если бы отправку 29-й дивизии не отменили контрприказом от 20 февраля, если бы её погрузили на транспорты в должном порядке, в готовности сражаться немедленно после высадки, Ян Гамильтон смог бы штурмовать Галлиполи сразу же за 18-м марта и встретил бы слабый отпор. Сражения июня и июля балансировали на грани кризиса и сколь либо значимая прибавка сил атакующей стороне решила бы дело. Но формирование нового правительства в мае месяце парализовало исполнительную власть;

подкрепления задержались с отходом из Британии на шесть недель и турки успели удвоить силы своей армии. Тем самым благоприятный момент начала июля оказался упущен. Битва при Сувле в августе стала средоточием дьявольских происшествий, невиданных на войне случайностей. В историю IX корпуса и всей высадки в Сувле невозможно поверить – но это правда. Отставка Фишера, отстранение от Адмиралтейства меня самого, непопулярность дарданелльской операции среди невежд запугали наших преемников в руководстве Адмиралтейства и помешали им пойти на рискованные, но необходимые решения. Отказ от союза с Грецией и от её армии в году;

провалившаяся попытка союза и совместных с Афинами военных действий в году;

безумное отторжение греческого участия Россией;

балансирование Болгарии на грани рокового решения;

удивительный ход дел в Париже в сентябре 1915 года – сначала назначение Саррайля и предложение правительства Франции послать большую экспедицию на азиатский берег Дарданелл;

затем – полный поворот французов кругом от очень много обещавшей политики;

разбрасывание сил, оказавшихся в руках к концу 1915 года;

употребление их для ничего не решавшей и затянувшейся на три года операции у Салоник вместо удара по главным, жизненно важных целям – Дарданеллам и Константинополю;

бесповоротное решение эвакуировать Галлиполи в самое безнадёжное для турецкой армии время, когда, наконец, флот Британии обрёл совершенную уверенность в успехе: каждое из этих событий – отдельная трагедия.

Концом дарданелльской кампании завершается второй период всей войны. На суше осталось одно – война на изнурение не только армий, но на измор целых народов.

Стратегии больше не было;

одна лишь местная тактика, один лишь обмен жизнями, незатейливое обескровливание слабейшего союза;

один лишь рост машинерии на обеих сторонах для пущего кровопускания. Теперь сплошной фронт тянулся не только от Альп до моря, но шёл через Балканский полуостров, через Палестину и Месопотамию. Центральные державы успешно отстояли свой южный фланг на Балканах и в Турции. Победа неприятеля отменила все начинания, пресекла все попытки обхода его северного, балтийского фланга.

Подобным идеям пришёл конец. Понятная, простая, немудрящая, кровавая фронтальная атака героического человеческого мяса против проволоки и пулемётов;

«убивайте германцев», пока германцы убивают нас – обычно вдвое против собственных потерь;

призыв сорокалетних, призыв пятидесятилетних и даже пятидесятипятилетних вместе с мальчиками восемнадцати лет;

трёх и четырёхкратный оборот солдат меж бойней и лазаретом – ничего более не осталось в запасе у военной науки. А через три года, когда всё это закончилось, когда толпа мундирных чиновников – тех, кто направлял ужасное дело из комфортного уединения офисов - объявила о виктории своему обескровленному народу, выяснилась и цена: победитель претерпел чуть-чуть менее побеждённого.

[1] Руперт Брук – его последняя и самая богатая смыслом строка.

[2] См. карту Балканского полуострова.

[3] В дальнейшем сэр Морис Хэнки, в то время (с 1912) секретарь Комитета Имперской обороны, с ноября 1914 секретарь Военного совета.

[4] Впоследствии сэр Юстас Теннисон-д'Эйнкурт [5] Неопубликованная записка графа Дандоналда.

[6] Курсив настоящего издания.

[7] Я недооценил степень их защищённости.

[8] Мы доверяли вице-адмиралу сэру Льюис Бейли не напрасно. Общеизвестно, что в последовавшие военные годы он полностью оправдал свои высочайшие качества.

[9] Курсив мой – У.С.Ч.

[10] Слово «план» вряд ли уместно. Полковник Хэнки дал общую оценку важности турецкого театра.

[11] См. карту Дарданелл.

[12] Командующий флотилиями, коммодор Тэрвитт, назывался на морском наречии Коммодором Торпедных сил или, коротко, «коммодор (Т)». Подобным же образом, командир подводных сил назывался «кэптен (S)».

[13] Обращаю внимание читателя на карту и план.

[14] Телеграмма перепечатана в работе Фильсона Янга об этом сражении, «С линейными крейсерами», стр 174.

[15] Этот эпизод – в своей основной части – взят из официальной истории войны. Я внёс некоторые исправления и дополнения, взятые из непосредственных свидетельств, в частности из работы коммандера Фильсона Янга: он видел бой с фор-марса «Лайона».

[16] Этот эпизод – в своей основной части – взят из официальной истории войны. Я внёс некоторые исправления и дополнения, взятые из непосредственных свидетельств, в частности из работы коммандера Фильсона Янга: он видел бой с фор-марса «Лайона».

[17] «Линия пеленга» [см. рисунок] – построение уступами.

[18] «Линия пеленга» [см. рисунок слева] – построение уступами.

[19] Названия опущены.

[20] На тот момент, Фишер ещё не добавил 2 «Лорда Нельсона» (а именно «Лорд Нельсон» и «Агамемнон») к Дарданельскому флоту.

[21] Лорд Фишер, «Мемуары», стр.80.

[22] Карта важна при чтении этой главы.

[23] Морская бомбардировка уничтожила лишь три из десяти тяжёлых орудий Седд эль-Бара. Семь из десяти пушек Кум-Кале нашли неповреждёнными. Десантный отряд вошёл в форт Оркание и убедился, что оба орудия выведены из строя. Подрывные партии уничтожили шесть современных гаубиц и несколько меньших орудий на холме к востоку от Седд-эль Бара.

[24] Лиман фон Сандерс, «Пять лет в Турции».

[25] Морис Палеолог, «Царская Россия».

[26] Сэр Ян Гамильтон. «Галлиполийский дневник».

[27] Причина гибели «Бувэ» остаётся под сомнением: подрыв на мине, либо снаряд, попавший в орудийный погреб. Броненосец шёл по новому минному полю и, по мнению турок, погиб на мине.

[28] В действительности, такую задачу имел один из пароходов.

[29] Бартоломе так и не выехал.

[30] Галлиполийский дневник, стр. [31] Лиман фон Сандерс, «Пять лет в Турции», стр. 81- [32] Коммодор Кийз, впоследствии вице-адмирал сэр Роджер Кийз, командир Дуврского патруля и лидер рейда против Зебрюгге.

[33] Мы никогда не сомневались в том, что наши суда продолжат храбро выходить в море и решили применить проверенную временем морскую уловку в надежде дезориентировать вражеских подводников. В то же время мы предвидели, что неизбежные последствия германской декларации – несчастья с нейтральными судами – обидят и даже впутают в дело Соединённые Штаты;

в любом случае, инциденты с нейтралами помогали нам крепче запереть Германию. Американское правительство нешуточно давило на Британию в надежде смягчить условия морской блокады: немецкая угроза судам нейтральных стран укрепляла нас в споре с США весомым набором практических аргументов. После долгого, многодневного и всестороннего обсуждения вопроса в Адмиралтействе, я объявил, что отныне и каждую неделю мы будем публиковать число потопленных германскими субмаринами торговцев вместе с общим числом судов, прошедших через гавани Британии.

[34] Том 2, стр 271-2- [35] Курсив автора.

[36] Запрос не состоялся.

[37] Лиман фон Сандерс, «Пять лет в Турции», стр. 80.

[38] Здесь понадобится карта [39] Смотри карту. АНЗАК и залив Сувла.

[40] Этот эпизод отлично описан в официальной австралийской истории.

[41] Генерал Джеймс Вольф, пал в битве с французами в долине Авраама, Канада, осада англичанами Квебека (1759). Выиграл для Англии Канаду.- пр. пер.

[42] Авторитетное мнение германского генерала фон Франсуа.

[43] Генерал-майор сэр Ч.Колвелл: «Дарданеллы», стр. 160.

[44] «Галлиполийский дневник», Приложение 1, 128;

Свидетельство генерал-майора Симпсона-Байки.

[45] Субмарины против субмарин, лейтенант цур зее фон Хеймбург (Die Woshe, марта 1917).

[46] См. карту [47] Все эти позиции указаны на карте.

[48] Написано через сорок восемь часов после событий.

[49] Кто выпустил эти снаряды, и их калибр так и не удалось установить.

[50] По некоторым сведениям, под этим обстрелом погибли 150 человек.

[51] Дарданелльская кампания, стр. 229.

[52] Этот отчёт передал мне сам полковник Эспиналь [53] См. карту Балканского полуострова.

[54] По всей видимости, читать надо как «людей», то есть потери убитыми и ранеными.

[55] Галлиполийский дневник, стр. 249.

[56] Отъезд генерала сэра Ч.К.Монро, Лондон Газетт.

[57] Французский корпус успел уйти.



Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.