авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 15 |

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ...»

-- [ Страница 6 ] --

Для принятия и эффективной реализации стратегии вхождения России в группу стран, активно участвующих в формировании технологий 6-го технологического уклада, что позволило бы стать одним из производителей инновационных знаний, технологий и продуктов, необходимо оценить конкурентную ситуацию, заделы и потенциал других стран. Это позволит выбрать перспективные направления, оценить необходимые для этого ресурсы и сформировать государственную стратегию инновационного прорыва. Необходимо согласиться с тем, что в России в настоящее время нет конкурентоспособного на мировом рынке крупного бизнеса, готового стать технологическим лидером в формирований 6-го технологического уклада. Именно поэтому такая стратегия возможна только как государственные проект.

В противном случае необходимо выбрать альтернативную стратегию вхождения в новый технологический уклад на уровне «несущих отраслей», внедряющих у себя новые технологии, производящих технологическую и организационно-управленческую модернизацию, позволяющую производить конкурентоспособную на мировом уровне инновационную продукцию. Такая стратегия позволит обеспечить сохранение, модернизацию и развитие сектора высокотехнологичной экономики и подготовить страну для более активного участия в новой технологической революции (смене технологического уклада). Для реализации стратегии догоняющей технологической модернизации необходимо стимулировать ускоренную модернизацию «несущих отраслей», сделать их восприимчивыми для технологических инноваций 6-го технологического уклада. По оценке С.Ю. Глазьева, в России отрасли, входящие в группу «несущих отраслей» – металлургия, энергетика, фармацевтика – существенно запаздывают с возможным внедрением уже существующих и создаваемых нанотехнологий.

В зависимости от выбранной стратегии в отношении формирующегося нового технологического уклада будет сформирована и соответствующая государственная политика в высшем образовании, научно-технологической и инновационной сфере. При различных стратегиях мы получим различающиеся системы научно-исследовательских и технологических приоритетов, направлений технологической модернизации, заказа для сферы высшего образования, специфику формирования национальной инновационной системы.

3.4 Концептуальная модель сферы образования, научно-технической и инновационной сферы как комплексного объекта государственного регулирования 3.4.1 Понятие комплекса как особой формы связности Задача формулирования положений государственной политики в высшем образовании, научно-технологической и инновационной сфере требует описания данных сфер как «объекта управления». В рамках существующей практики одной из форм описания сложных объектов является описание в виде комплекса, где комплекс понимается как особая система связей между разнородными единицами, включенными в состав комплекса.

Комплекс102 (лат. complexus - связь, сочетание) – это 1) группа взаимосвязанных отраслей, подотраслей, предприятий, производящих продукцию единой природы (многоотраслевой комплекс, межотраслевой комплекс, производственный комплекс);

2) совокупность, сочетание объектов, предметов, действий, тесно связанных и взаимодействующих между собой, образующих единую целостность.

Рассмотрим в качестве примера определение территориально-производственного комплекса и научно-производственного территориального комплекса. Понятие территориально производственного комплекса было введено в экономическую географию Н.Н. Колосовским103 в 1940-х годах. В исходном определении речь шла о взаимосвязанных и взаимообусловленных производствах, от размещения которых на определенной территории достигается дополнительный экономический эффект за счет использования общей инфраструктуры, кадровой базы, энергетических мощностей и т.д.

В настоящее время территориально-производственный комплекс определяется как взаимосвязанное и взаимообусловленное сочетание отраслей материального производства на определенной территории, представляющее собой часть хозяйственного комплекса всей страны или какого-либо экономического района. Эффективность территориально-производственного комплекса по сравнению с некомплексным размещением предприятий выражается в экономии материальных и трудовых ресурсов, сокращении капиталовложений, уменьшении транспортных расходов, ускорении оборачиваемости оборотных средств и экономии на создании и функционировании инфраструктуры.

Научно-производственный территориальный комплекс –- сочетание на одной территории научных, опытно-конструкторских учреждений и промышленных предприятий. Для научно производственного территориального комплекса характерно совместное использование общей научно-технической базы для теоретических и прикладных исследований, опытного производства, разработки серийного производства.

Рассматривая три сферы – сфера образования, сфера научно-технологической деятельности, сфера инновационной деятельности – как особые, имеющие свои специфические цели и задачи, содержания и форматы деятельности, специфические результаты и продукты, необходимо сначала на самом общем уровне определить типы связей, которые могут существовать между ними.

102 Энциклопедический словарь экономики и права. 2005.

http://dic.academic.ru/dic.nsf/dic_economic_law/ Колосовский Н.Н.Основы экономического районирования, М., 1958.

В данном случае мы рассматриваем общую «модель связности», которая не является конкретным описанием существующих связей и взаимодействий между вузами, академическими и научно-исследовательскими институтами, инновационными предприятиями, но отражает принципиальные стороны их взаимодействия.

В перечень связей, которые могут существовать внутри комплекса, входят:

информационные связи;

координационные связи;

обмен продуктами и услугами;

совместная деятельность;

совместные проекты развития.

Информационные связи включают в себя обмен информацией о внутренних и внешних процессах, связанных с производственной и управленческой деятельностью, возникающих трудностях и проблемах, перспективных направлениях развития, новых возможностях и рисках.

Формой информационной связности являются: публикации о достижениях и текущих событиях, отчеты о деятельности, аналитические обзоры проблем и перспектив, стратегии развития и отдельные проекты, выставки, конференции, семинары по проблемам развития и др. Особой формой является неформальное общение участников, участие специалистов компаний в образовательной деятельности вузов, производственные стажировки студентов и преподавателей на предприятиях и др.

Координационные связи включают в себя координацию отдельных направлений деятельности, на уровне обозначения направлений, «интересных» потенциальному заказчику, согласования сроков проведения важных для партнеров мероприятий (выставок, конференций, семинаров), заключения партнерских соглашений и соглашений о намерениях.

Обмен продуктами и услугами происходит в рыночном пространстве «знаний», «технологий», «услуг» и «продукции», при этом производители и потребители могут информировать друг друга о требуемых качествах продуктов и услуг (например, о необходимых квалификационных характеристиках и профессиональных компетентностях выпускников вузов), сроках поставки, сроках перехода на новые виды продуктов и услуг и др. Рыночная связность позволяет координировать деятельность участников рынка, снижает непродуктивные издержки, связанные производством не соответствующей требованиям качества продукции, организационной и транспортной логистикой и др.

Совместная деятельность – включенность в комплекс позволяет повысить качество выполняемых работ, снизить определенные финансовые, кадровые, организационно управленческое издержки. Так, создание на предприятиях базовых кафедр вузов, организация производственных практик для студентов, участие специалистов предприятий в образовательном процессе позволяют повысить качество обучения и снизить издержки предприятий на подготовку необходимых для них кадров. Участие сотрудников академических и университетских лабораторий в обсуждении технологических, организационно-управленческих проблем предприятия позволяет быстрее и дешевле найти решения, необходимые для улучшения производственных и управленческих процессов.

Совместные проекты развития – данный тип связей является более сложным и наиболее важен для интенсификации инновационной деятельности. В рамках совместных проектов происходит комплексная интеграция исследований и разработок с производственной и образовательной деятельностью. В данном случае университетские лаборатории и кафедры получают целевой заказ на научно-исследовательские работы и опытно-конструкторские разработки и становятся «проектными подразделениями» крупных компаний. Для решения масштабных задач – формирования новых технологических платформ – академические институты, университеты, инновационные предприятия и крупные компании становятся научно образовательно-производственным комплексом, способным занимать активную позицию на глобальных рынках товаров и услуг. (Важно отметить, что именно такой формат взаимодействия науки, образования и производства обеспечил возможность технологических прорывов в Советском Союзе и ряде других стран мира).

Разрушение связности науки, образования и производственной деятельности, произошедшее в России в 90-е годы прошлого столетия, привело к значительному снижению возможностей инновационной деятельности. Падение связности внутри страны наряду с высокими экспортными доходами крупных компаний привели к их ориентации на зарубежные инновационные и технологические продукты;

переходу к масштабным закупкам технологий, оборудования. По прогнозам экспертов, на следующем шаге можно ожидать расширения импорта кадров, когда рабочие специальности будут обеспечиваться трудовыми мигрантами из стран Средней Азии, инженерные кадры будут привлекаться из Индии, а управленческие кадры из США и стран ЕС.

В настоящее время трудность «видения» различных элементов единого странового комплекса России связана с принципиальной открытостью российской экономики. Ключевым предложением для государственной политики в высшем образовании, научных исследованиях и производственно-инновационной деятельности является предложение восстановить связность между этими сферами деятельности, выстроить внутренний рынок исследований и разработок, инновационных решений, технологических, организационных и маркетинговых инноваций. Все это будет способствовать формированию на уровне страны научно-образовательного и инновационно-производственного комплекса, способного скоординировать, синхронизировать и значительно усилить процессы технологической модернизации и инновационного роста.

3.4.2. Сфера высшего образования, научно-техническая и инновационная сфера: модельные характеристики Для создания модели высшего образовании, научно-технической и инновационной сфер как особого комплекса необходимо выделить базовые процессы, функции, продукты, которые задают его специфику. При чем в настоящее время уже существуют аналогичные сложноустроенные единицы странового масштаба, например, национальные инновационные системы.

Трудность описания российской действительности в рамках комплексного подхода связана с принципиальной разомкнутостью экономики. Это хорошо видно на примере экспорта необработанной древесины или производства и экспорта первичного алюминия, которые используются для получения конечного продукта предприятиями других стран. В данном случае можно говорить, что лесодобывающие предприятия и алюминиевые заводы, размещенные в России, являются частью транснациональных комплексов и лишь в незначительной степени являются частью экономического комплекса страны.

Рассмотрим упрощенную модель высшего образования, научно-технической и инновационной сфер как взаимосвязанных и взаимодействующих единиц.

В сфере высшего образования необходимо выделить базовые процессы, специфицируемые производимыми «продуктами»:

процесс подготовки кадров для ресурсодобывающих, ориентированных на экспорт предприятий – «человек, владеющий оборудованием и готовый участвовать в модернизации технической базы производства»;

процесс подготовки кадров для старопромышленных предприятий (металлургии, транспорта, строительного комплекса, сельского хозяйства и др.) – «человек, владеющий оборудованием и готовый участвовать в модернизации технической базы производства»;

процесс подготовки кадров для высокотехнологичных предприятий (предприятия военно-промышленного комплекса, ракетно-космическая промышленность, информационно телекоммуникационный сектор и др.) – «квалифицированные специалисты, способные совершенствовать деятельность»;

процесс подготовки кадров для компаний инновационной экономики – «креативный человек, способный генерировать и участвовать в разработке инновационных решений и их продвижении»;

процесс подготовки кадров для «городской экономики» (торговля, сфера образовательных, медицинских, бытовых и рекреационных услуг» – «человек с общими рефлексивными коммуникативными компетенциями и способностью к социальной адаптации»;

процесс подготовки кадров для системы высшего образования, научно-технической и инновационной сферы – «креативный человек», способный ставить исследовательские и разработческие задачи и участвовать в их решении;

способный к проектной, предпринимательской и педагогической деятельности;

способный генерировать и участвовать в разработке инновационных решений и их продвижении».

процесс подготовки кадров для социальной сферы, государственного и муниципального управления – «человек с общими рефлексивными коммуникативными компетенциями и способностью к социальной адаптации, а также владеющий технологиями социального управления»».

В определенной степени российская система высшего образования будет поставщиком знаний, технологий и подготовленных кадров для зарубежных потребителей знаний, технологий, кадров, в той мере, в какой продолжится «утечка мозгов», скупка интеллектуальных активов – научных знаний, технологических разработок, исследовательских и проектных групп, инновационных предприятий.

С другой стороны, дефицит знаний, технологий и управленческих кадров для государственного и корпоративного управления будет компенсироваться за счет их покупки за рубежом.

Таблица 3.3 – Система потенциальных продуктов, ожидаемых российскими заказчиками со стороны высшего образования, научно-технической и инновационной сфер в ближайшие 5-10 лет Потребители, Продукт сферы Продукт научно- Продукт сферы заказчики высшего образования технической сферы инноваций Ресурсодобывающие Человек, способный Решения по снижению Решения по снижению ориентированные на выполнять «человек, затрат (энергоемкость, затрат (энергоемкость, экспорт предприятия владеющий материалоемкость и материалоемкость и оборудованием и др.) др.), организационная готовый участвовать в логистика, консалтинг модернизации технической базы производства»

Старопромышленные Человек, способный Решения по снижению Решения по снижению предприятия «человек, владеющий затрат (энергоемкость, затрат (энергоемкость, оборудованием и материалоемкость и материалоемкость и готовый участвовать в др.) др.), организационная модернизации логистика, консалтинг технической базы производства»

Высокотехнологичные Квалифицированные Конкурентоспособные Конкурентоспособные предприятия специалисты, знания, технологии, технологии, способные инновационные инновационные совершенствовать решения решения, услуги по деятельность трансферту технологий, инжинирингу, консалтингу Предприятия «Креативный человек», Конкурентоспособные Конкурентоспособные инновационной способный знания, технологии, технологии, экономики генерировать и инновационные инновационные участвовать в решения решения, услуги по разработке трансферту инновационных технологий, решений и их инжинирингу, продвижении консалтингу «Городская «человек с общими Услуги по трансферту экономика» рефлексивными технологий, коммуникативными инжинирингу, компетенциями и консалтингу способностью к социальной адаптации»

Сфера высшего «Креативный человек», Конкурентоспособные Конкурентоспособные образования способный к знания, технологии, технологии, исследовательской, инновационные инновационные проектной, решения. решения, услуги по предпринимательской Преподавательские и трансферту и педагогической управленческие кадры технологий, деятельности инжинирингу, консалтингу.

Преподавательские и управленческие кадры Научно-техническая «Креативный человек», Конкурентоспособные Конкурентоспособные сфера способный ставить знания, технологии, технологии, исследовательские и инновационные инновационные разработческие задачи решения решения, услуги по и участвовать в их трансферту решении технологий, инжинирингу, консалтингу.

Управленческие кадры Сфера инноваций «Креативный человек», Конкурентоспособные Конкурентоспособные способный знания, технологии, технологии, генерировать и инновационные инновационные участвовать в решения. решения разработке Управленческие кадры инновационных решений и их продвижении Сфера «человек с общими государственного и рефлексивными муниципального коммуникативными управления компетенциями и способностью к социальной адаптации, а также владеющий технологиями социального управления»»

Зарубежные «Креативный человек», Конкурентоспособные Конкурентоспособные потребители знаний, способный к знания, технологии, технологии, технологий, кадров исследовательской, инновационные инновационные проектной, решения решения, услуги по предпринимательской трансферту и педагогической технологий, деятельности инжинирингу, консалтингу 3.5 Позиции заказчиков и участников модернизации высшего образования в России В настоящее время сфера высшего образования в своем производстве специалистов во многом ориентируется на структуру экономики, характерную для индустриальной фазы развития.

Однако к рубежу столетий структура рынка труда значительно изменилась, российская промышленность утратила свои позиции в ряде высокотехнологичных отраслей (гражданское самолетостроение, автомобилестроение и др.);

одновременно этом сформировался значительный сектор «городской экономики» – сфера услуг, в которой работает в крупных городах более 50 % занятых.

По мнению авторов доклада «Постиндустриальный переход в высшем образовании России:

на примере анализа развития рынка образовательных услуг Северо-Запада РФ»104, в настоящее время основные заказчики образовательных услуг и участники процессов модернизации высшего образования не готовы к активному вмешательству в деятельность сферы образования. С одной стороны, переустройство сферы высшего образования в соответствии с требованиями постиндустриальной экономики не актуально в силу отсутствия со стороны экономики масштабного запроса на кадры соответствующей квалификации. С другой стороны, унаследованная от Советского Союза вполне качественная система среднего и высшего образования обеспечивает кадрами существующие секторы средне- и низкотехнологичной экономики. Разрыв между требуемыми квалификациями и фактическими квалификациями выпускников бизнес предпочитает «закрывать» через «обучение на рабочем месте» или краткосрочное и интенсивное обучение в корпоративном учебном центре, не прикладывая усилий к разработке профессиональных стандартов и тем более не участвуя в модернизации образовательных стандартов высшей школы.

В настоящее время нет однозначного ответа на вопрос – кто примет вызов постиндустриального перехода и модернизации сферы образования для производства, распространения и использования новых «полезных для жизни и производства знаний». Остается открытым вопрос – будут ли активными участниками этого процесса высшие учебные заведения и/или учащиеся (студенты, аспиранты) и/или работодатели и/или российские регионы и/или российское правительство.

Позиция высших учебных заведений Вузы, находящиеся из всех игроков рынка образовательных услуг, казалось бы, в наиболее выгодном положении (массовизация и увеличение доли платного высшего профессионального образования, ведущие к расширению их деятельности), осторожно оценивают полезность и Постиндустриальный переход в высшем образовании России: на примере анализа развития рынка образовательных услуг Северо-Запада РФ. / Под руководством В. Н. Княгинина. – СПб.: Издательский дом «CORVUS», Фонд «Центр стратегических разработок «Северо-Запад». 2005. – 128 с.

результативность каких-либо радикальных реформ в профессиональном образовании.

Квазирыночный статус государственных российских вузов позволяет сохранять бюджетное финансирование и даже требовать его постоянного наращивания, при одновременном наращивании своего коммерческого сектора. Но главное, что обеспечивает сохранность сегмента высшего профессионального образования как государственно финансируемого (нерыночного) и жестко регулируемого – еще сохраняющаяся национальная замкнутость высшей школы, закрытость ее от прямой конкуренции на мировом рынке образовательных услуг. Отсюда – сильнейшая инерционность и низкая мобильность вузовской системы в стране. Развернутая под советские индустриальные территориально-производственные комплексы, она продолжает сохраняться после того, как сами ТПК уже исчезли, что и обеспечивает некоторую стабильность для вузов, позволяя им медленно эволюционировать.

Угрозой этой стабильности в нынешних условиях является уменьшение числа абитуриентов в силу демографического спада (а значит, потеря бюджетных и клиентских денег).

Серьезные программы образовательной миграции вузы не могут развернуть, в силу защищенности от конкуренции собственным квазирыночным статусом и национально замкнутым характером образовательной экономики. Рассчитывать на то, что масштабное государственное спонсирование учебной миграции привлечет значительное количество новых студентов из-за рубежа, можно только в том случае, если подобного рода миграционные программы начнут реализовывать отнюдь не для развития системы высшего профессионального образования в стране.

Однако даже если государственная политика в отношении высшего образования не изменится, конкуренция вузов за абитуриентов будет возрастать, а возможность для образовательных организаций и далее сохранять свой статус-кво – уменьшаться. Данная угроза будет значимой в основном для небольших провинциальных вузов. Для крупных образовательных центров, например Москвы и Санкт-Петербурга, ситуация менее критическая.

Разбросанные по всей стране филиальные сети их вузов, сориентированные в основном на подготовку бакалавров, будут выступать поставщиками соискателей магистерских степеней, аспирантов и докторантов. В последние годы с введением единого государственного экзамена значительно возросло число иногородних студентов в Москве и Петербурге. При этом вузы двух российских столиц являются первыми претендентами на получение финансирования НИОКР.

Это означает, что сложившаяся ситуация не стимулирует вузы (в первую очередь имеется в виду их руководство) на принятие новых стратегий развития и требует пересмотра сложившееся практики государственного управления в высшем образовании.

Позиция учащихся (студенты, аспиранты) В настоящий момент для значительной части студентов в России профобразование – это способ занятия социальных позиций в обществе, а не деятельностных позиций в производственно технологических цепочках. Студенты в вузах готовятся к получению социального статуса «взрослого человека», но не к определенной производственной деятельности. В целом данные потребности социализации через формальное подтверждение наличия высшего образования и квалификации (специальности) российская вузовская система закрывает. Отдельные молодые люди реализуют свой «образовательный заказ», включаясь в деятельность еще существующих в системе образования исследовательских и проектных групп.

Основная проблема для обучающихся состоит в том, что профессиональное образование в фактически не обеспечивает капитализацию рабочей силы, и это делает инвестиции в образование неэффективными105. Образование, являясь продуктом отложенного пользования, не позволяет оценить его качество ни во время обучения, ни, тем более, во время поступления в вуз. Понимание о качестве полученного образования приходит с деятельностным опытом, который человек получает уже после окончания вуза. Поскольку студенчество лишено всякого деятельностного опыта, то оно сможет сформулировать сколько-нибудь внятные требования к реформе вузовской системы.

Позиция работодателей (бизнеса) Гипотетически именно российские работодатели могли бы выступить «заказчиками»

реформы высшего профессионального образования в России. Именно они являются сильными игроками на реальном рынке труда, они и должны фиксировать происходящие на нем изменения и формулировать требования к подготовке кадров. Косвенно это подтверждается ростом значимости на предприятиях служб, работающих с человеческими ресурсами, повышение спроса на сотрудников HR-департаментов. Однако результаты проведенного в 2005 году ЦСР «Северо Запад»106 опроса работодателей, а также исследование официальной статистики, подтвержденные интервью с представителями как работодателей, так и высшей школы, показывают, что в РФ в настоящий момент работодатели не готовы сформулировать целостную концепцию реформы высшей школы. Исследования выявили, что работодатели исключительно пассивны в сфере высшего профессионального образования. В 75% компаний не происходит планирования расходов на длительное обучение107. Несмотря на значительное увеличение расходов на обучение персонала, в большинстве компаний оценка эффективности вложений в человеческие ресурсы не ведется (не разработаны механизмы такого оценивания). Это указывает на малый объем системной работы с кадровым потенциалом и начальную стадию становления практики управления развитием человеческих ресурсов.

Фолькман К. Предпринимательство – развивающаяся академическая дисциплина нового века // Высшее образование в Европе.

Т. XXIХ. 2004. №2.

Постиндустриальный переход в высшем образовании России: на примере анализа развития рынка образовательных услуг Северо-Запада РФ. / Под руководством В. Н. Княгинина. – СПб.: Издательский дом «CORVUS», Фонд «Центр стратегических разработок «Северо-Запад». 2005. – 128 с.

Формирование общества, основанного на знаниях. Новые задачи высшей школы // Доклад Всемирного банка. – М.:

Издательство «Весь Мир», 2003. – 232 с.

Большинство компаний предпочитают не вкладываться в высшее профессиональное образование108, а путем рекрутинга отбирать себе молодых (и не только молодых) специалистов, большинство компаний предпочитают использовать именно целевой поиск. Это вполне коррелирует с мировой практикой109. А «разрывы» между системой профподготовки и рынком труда работодатели компенсируют с помощью корпоративных форм работы с персоналом и новых форм образовательных услуг (таблица 3.4). В этом смысле кадровый дефицит не станет катастрофическим за счет постепенного замещения одной системы профессиональной подготовки другой (даже если вузовская система отстоит себе право не трансформироваться).

Таблица 3.4 – Основные позиции субъектов в отношении развития человеческого потенциала и требований к государственной политики в сфере профессионального образования Модель работы Требования к Используемые Тип субъекта с человеческим государственной институты ресурсом политике Крупные «Выращивание» Корпоративные Сокращение промышленные кадров в ценностной университеты, второе количества студентов предприятия ориентации «тяжелый высшее образование и в вузах и увеличение простой уважаемый МВА, тренинги, в ссузах, совмещение труд» договоры с Сузами и в учебных вузами на подготовку программах теории и кадров, долевое реальной практики финансирование, предоставление мест для прохождения практики Торговля (торговые Кадровый поток, Рекрутинг, Массовое высшее сети) поддерживаемый внутренние учебные образование как короткими центры (тренинги, способ повышения обучающими семинары), заказ современной программами внешним «функциональной организациям на грамотности» и образовательные уровня культуры услуги Фуколова Ю. Альпийское спокойствие IMD // Секрет фирмы. 2005. №2.

Фуколова Ю. Антикризисный менеджмент LBS // Секрет фирмы. 2004. №36.

Источник: ЦСР «Севро-Запад». Постиндустриальный переход в высшем образовании России: на примере анализа развития рынка образовательных услуг Северо-Запада РФ. / Под руководством В. Н.

Княгинина. – СПб.: Издательский дом «CORVUS», Фонд «Центр стратегических разработок «Северо-Запад».

2005. – 128 с.

Услуги (финансовые и Система поощрений Рекрутинг, Повышение качества др.) (в том числе через внутренние учебные специального образование), центры (тренинги, образования образование зачастую семинары, вшито в деятельность корпоративные предприятий программы), заказ внешним организациям на образовательные услуги Малый бизнес Отсутствует Рекрутинг, за редким Массовое высшее (производство, исключением – образование как торговля, услуги) тренинги способ повышения современной «функциональной грамотности» и уровня культуры Разрыв между требованиями работодателей и системы профессионального образования состоит в том, что работодатели находятся в условиях динамичного рынка и вынуждены действовать 2-3 летнем цикле планирования (включая кадровое планирование), в то время как вузы способны реагировать на динамику изменений на рынке труда со значительным запаздыванием – 10-15 лет111. Скорость планирования вузов определяется сроками разработки новых образовательных программ и их обеспечение оборудованием, 4-5-6 летним циклом обучения (бакалавры, специалисты, магистры) и подготовкой преподавателей способных реализовывать новые образовательные программы – 2-5 лет.

В то же время динамично развивающиеся предприятия готовы «вкладываться» в подготовку специалистов на финишных стадиях, но не желают финансировать весь цикл обучения – дешевле научить самим, чем содержать громоздкую вузовскую систему. В целом работодатели поддерживают реформу системы высшего профессионального образования (надеясь на изменение кадрового предложения) и готовы в ней участвовать, например в выработке новых профессиональных и образовательных стандартов, аккредитации учебных программ, предоставлением возможностей для производственных практик и др. В то же время работодатели не готовы выступать заказчиками образовательных программ полного цикла, в лучшем случае они могут выступить заказчиками на «точечную» целевую подготовку.

Фуколова Ю. Инсайд из INSEAD // Секрет фирмы. 2004. №40.

Более привлекательный для бизнеса является вариант создания правовых механизмов инвестирования в эффективные системы профессионально подготовки: корпоративные университеты;

собственные центры подготовки;

системы тренинга и консалтинга. В настоящий момент российские предприятия находятся в сложном переходе к постиндустриальному производству. Они еще не описали свои новые, зачастую становящиеся бизнес-процессы, не сертифицировали отдельные операции внутри них, внедрив международные системы контроля качества. Поэтому предприятия и не могут точно сформулировать свои запросы к кадрам, заменяя требования к квалификациям и компетенциям пожеланиями о возрасте и трудовом энтузиазме.

Важно отметить, что в России пока нет интенсивно растущих секторов экономики, которые бы сформулировали запрос на новые качества и на уровень оплаты специалистов с высшим образованием.

Позиция российских регионов Российские регионы унаследовали советскую вузовскую систему, относительно равномерно распределенную по территории страны. Следует учесть, что в советское время система вузов развертывалась как часть территориально-производственных комплексов, создававшихся в ходе индустриализации. За последние 20 лет территориально-производственные комплексы регионов претерпели под воздействием рыночных процессов существенные изменения. Часть их просто перестала существовать, новые секторы экономики развиваются в другой логике (правило равномерного распределения производительных сил по территории практически не действует), а вузы на территории страны размещены по-прежнему в старой схеме.

Инерционность финансируемой из государственного бюджета системы высшего профессионального образования гораздо выше, чем у большинства секторов российской экономики. Экономические процессы в 1990–2010-е годы продемонстрировали динамику, за которой не смогли угнаться традиционные вузы. Часть из них сохраняет специализацию, ориентированную на уже не существующие территориально-производственные комплексы, и производит «специалистов» для исчезнувшей индустрии.

Поэтому в отличие от других индустриально-развитых стран, где вузы в старопромышленных регионах становились центрами формирования новой (инновационной) экономики, ядрами нового развития112. В России в настоящий момент старые вузы, для которых «вторая тейлоровская революция», связанная с переходом к рассредоточенному производству», к ориентации не на подготовку кадров для выпуска готовых изделий в массовом стационарном производстве, а на выполнение отдельных технологических операций в рамках гибкого разделения труда, не способны выступать основным двигателем регионального развития. Слабый Хобсбаум Э. Эпоха крайностей: Короткий двадцатый век (1914–1991) // Независимая газета. 2004.

исследовательский модуль внутри традиционных вузов не может обеспечить их функцию создания новых, а не обслуживания старых кадровых позиций. Поэтому регионы заинтересованы в вузах пока только как в каналах «точечной миграции», стабилизаторах демографической и кадровой ситуации. Однако есть основания считать, что при изменении принципов организации и деятельности учреждений высшей школы, наращивании в них мощности модулей научно технологических разработок и бизнес-образования у регионов могут появиться дополнительные мотивы поддержки реформы профессионального образования, точнее, ее определенной версии – модернизации исследовательских и создания предпринимательских университетов. Сторонниками выступят регионы, способные предъявить запрос на кадровый и трудовой ресурс для решения собственных экономических и социальных задач, но при этом периферийные и депрессионные регионы будут протестовать против реформы, так как с увеличением мобильности студентов произойдет отток потенциальных квалифицированных специалистов, а созданная образовательная инфраструктура окажется невостребованной.

Позиция Правительства РФ (Министерства образования и науки) Федерация, являющаяся основным собственником системы высшего профессионального образования и его «регулировщиком», пока в наибольшей степени ориентирована на реформирование высшего образования как автономного бюджетного сектора (в логике повышения эффективности использования бюджетных средств без коренной перестройки системы образования). Поэтому реформа профессионального образования становится частью других реформ – административной (разграничение функций, в том числе между федерацией и ее субъектами) и бюджетной (бюджетирование, ориентированное на результат). Предлагаемые меры и сроки осуществления реформ в на среднесрочный период начаты и уже частично реализованы.

Проведены следующие преобразования:

1. Выделение системы общенациональных университетов: 7 федеральных университетов (2006-2010 гг.), 45 национальных исследовательских университетов (2009-2010 гг.).

2. Создание сети системообразующих вузов, обеспечивающих развитие регионов России (100-200 вузов), и введение новой типологии вузов.

3. Переход к двухуровневой структуре высшего образования – бакалавриат и магистратура (2008-2010 гг.).

4. Изменение организационно-правовой формы вузов и порядка назначения ректоров (начало с 2007 года): назначение ректоров федеральных университетов;

разграничение статусов автономных, казенных и бюджетных высших учебных заведений.

5. Расширение сферы дополнительного образования и участия работодателей в подготовке образовательных стандартов и аккредитации образовательных программ (начало с 2007 года).

Ныне реализуемый базовый сценарий государственной реформы системы высшего профессионального образования исходит из того, что при изменении системы финансирования высшей школы, а также изменении для этого организационно-правовой формы вузов последние развернут борьбу за бюджетные и клиентские деньги на основании выполнения формальных критериев. Очевидно, что число вузов, которые стянут на себя основные средства, будет относительно невелико, притом что «входной барьер» на рынок для образовательных учреждений в целом должен возрасти.

Проведенный анализ позиций различных субъектов рынка образовательных услуг в России (вузы, учащиеся, работодатели, регионы, Федерация) предъявляют свои собственные достаточно различающиеся требования не только к вузовской системе, но и к государственной политике. В обобщенном виде данные требования представлены в таблице 3.5.

Таблица 3.5 – Позиции основных игроков в отношении реформы системы высшего образования в России Субъекты и Болонский процесс Стратегии на рынке участники реформы (включая Изменение порядка профессионального системы высшего двухуровневое финансирования образования образования образование) Повышение Позитивно Позитивно Государство эффективности (минимизация затрат использования на подготовку бюджетных средств специалистов) Укрупнение вузов Позитивно для Негативно Регионы ведущих регионов, проблемно для периферийных регионов Вложения в HR- Положительно Безразлично Работодатели менеджмент, (появление корпоративные МБА бакалавров – более и университеты быстро Источник: ЦСР «Севро-Запад». Постиндустриальный переход в высшем образовании России: на примере анализа развития рынка образовательных услуг Северо-Запада РФ. / Под руководством В. Н. Княгинина. – СПб.: Издательский дом «CORVUS», Фонд «Центр стратегических разработок «Северо-Запад». 2005. – 128 с.

подготовленного «материала для доводки» до кадрового ресурса) Получение высшего Отрицательно Дифференциация по Обучающиеся образования (непонимание и стратам (дополнительная предощущение возможность – падения качества и платное образование) статуса диплома) Сохранение системы в Отрицательно, Дифференциация по Вузы качестве возможная потеря стратам квазирыночного части сегмента сектора, образования коммерциализация (магистратура) и финансирования для части вузов В сложившейся ситуации реформаторские действия Министерства образования и науки РФ, направленные на изменения организационно-институциональной структуры и порядка финансирования системы высшего профессионального образования, несмотря на предполагаемые принципиальные ее изменения, являются «слабым» сценарием. Поскольку, во-первых, кроме государства, активные субъекты в этом сценарии отсутствуют. Вузы всячески сопротивляются (и будут сопротивляться реформированию в целях сохранения сложившегося благоприятного для них баланса и собственного статус-кво). Работодателей в их сегодняшнем состоянии нельзя считать заказчиками и инвесторами образовательных программ. Регионы (за редким исключением) занимают в целом позицию невмешательства, не имея собственного представления о том, какая образовательная система им нужна. Студенчество при всей объяснимой и непременной радикальности своих социальных требований, скорее, является противником реформ, затрагивающих их социальный статус и ставящих под сомнение правомочность «фабрики дипломов», на которую они уже поступили. Во-вторых, государственные усилия, основная задача которых – повысить эффективность использования бюджетных средств, скорее, ориентированы на модернизацию уже существующей системы высшего профессионального образования, а не на создание новой. Программно-целевое финансирование вузов, которого требует бюджетная реформа, может быть сформировано под достижение разных целей и разных количественных показателей искомого состояния высшей школы. При переходе к новым условиям бюджетного финансирования последней остаются разные варианты переустройства высшего профессионального образования в стране.

4 Практики работы с будущим: подходы и технологии Интерес к будущему – один из универсальных интересов человечества, который в разные исторические эпохи приобретал различные формы, развиваясь от гаданий и пророчеств древнего мира до научно фундированной прогностики и стратегирования ХХ столетия.

Форсайт (Foresight) как особая практика работы с будущим развивается с 70-х годов ХХ столетия, постоянно расширяя область применения – вначале технологический Форсайт, затем социальный, региональный114 – и постоянно дополняет спектр используемых методов.

Задача данного раздела состоит в том, чтобы объективировать, реконструировать философско-методологические основания Форсайта, что позволит понять возможности и ограничения Форсайта как метода и технологии. В противном случае возможно формальное копирование процедур и техник Форсайта, не позволяющее получить по-настоящему значимые результаты, несводимые к простому консенсусу экспертов. Методология Форсайта рассматривается через соотнесение с существующими практиками работы с будущим, что позволяет выявить ее новизну и повысить продуктивность ее использования.

4.1 Форсайт: история появления и логика развития Форсайт как метод технологического прогнозирования был впервые использован в 1950-х годах американской корпорацией RAND для определения перспективных военных технологий115..

Ключевым изобретением специалистов RAND Corporation явился метод Делфи (Delphi) – особо организованный опрос экспертов116.

Начиная с этого периода, технологическое прогнозирование стало играть заметную роль в оборонном секторе США и в работе консультантов корпорации RAND. Последние отвечали за развитие новых инструментов технологического прогнозирования, таких как экспертные опросы (Делфи) и сценарный анализ. В 60-е годы крупномасштабные работы по прогнозированию проводились военно-морским и военно-воздушным ведомствами США. Форсайт-исследования специалистов RAND Corporation имели закрытый характер и узко технологическую направленность.

Шелюбская, Н.В.. Раздел I. Основы форсайта / Н.В. Шелюбская. – С. 10 – 24. URL http://www.riep.ru/works/almanach/0005/almanach0005_010-024.pdf.

Соколов А.В. Доклад на открытом семинаре Института статистических исследований и экономики знаний «Научно-техническая и инновационная политика».

UNIDO Technology Foresight Manual. - United Nations Industrial Development Organization, Vienna, 2005.

Год 01 X X X XX X X X X X X X X X X X X X X X X X XXXXXXX 00 X X X XX X X X X X X X X X X X X X X X X X XXXXXX 99 X X X XX X X X X X X X X X X X X X X X X X X 98 X X X XX X X X X X X X X X X X X X X X X X X 97 X X X XX X X X X X X X X X X X X X 96 X X X XX X X X X X X X X X 95 X X X XX X X X X X X X 94 X X X XX X X X X X 93 X X X XX X X X 92 X X X XX X X 91 X X X XX X 90 XXXX 89 XXXX 88 XXX 87 XXX 86 XXX 85 XXX 84 XX 83 XX 82 X 81 X 70 X А Б В ГД Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч ШЩЭ ЮЯ * А – Япония Л – Великобритания Х – Ирландия Б – США М – Индия Ц – Испания В – Германия Н – Индонезия Ч – Швеция Г – Австралия О – Канада Ш – Аргентина Д – Республика Корея П – Таиланд Щ – Боливия Е – Филиппины Р – Финляндия Э – Бразилия Ж – Голландия С – Венгрия Ю – Мексика З – Новая Зеландия Е – Южная Африка Я – Венесуэла И – Италия У – Нигерия * – Чехия К – Франция Ф – Австрия Рисунок 4.1 – Динамика запуска национальных Форсайт проектов по странам мира Рост конкуренции на мировых рынках, становление новой экономики знаний требовало новых методов предсказания будущего. Форсайт вышел за границы прогнозирования технологий для военно-промышленного комплекса, но в течение 60-х и 70-х годов ограничивался главным образом перспективами научно-технологического развития. В число стран – лидеров прогнозирования вошла также Япония, где, начиная с 1970-х годов, технологические Форсайты стали проводиться регулярно (и проводятся до настоящего времени) для определения приоритетных направлений развития науки и технологий на национальном уровне 117.

На рис. 4.1 отражена динамика запуска национальных Форсайт-проектов по странам мира.

Соколов, А.В. Форсайт: взгляд в будущее / А.В. Соколов // Форсайт. Государственный университет – высшая школа экономики. - № 1, 2007. – С. 8 – 15.

В 80-е годы Форсайт вышел за рамки науки и технологий и стал широко использоваться для анализа перспективных рынков, а с 90-х годов в число его применений вошло прогнозирование перспектив социального и культурного развития, путей и способов разрешения социальных проблем118 (например, старения общества или роста преступности), формирование инфраструктуры национальных инновационных систем. В современных Форсайт-проектах интегрируются методы, технологии и организационные процедуры, выработанные на различных этапах развития Форсайта.

К 2000 г. различные Форсайт-исследования были выполнены уже в 28 странах Европы, Азии, Африки и Латинской Америки. Начиная с 2006 г., Форсайт-исследования проводятся и в России.

4.1.1 Типы и форматы Форсайт-проектов Являясь универсальной относительно объекта технологией работы с будущим, Форсайт получил распространение на разных уровнях (масштабах) проблематики и целей. Принято выделять следующие типы Форсайт-проектов по масштабу:

Многострановый – заказчиком выступают международные организации и объединения или отдельные страны, которые затем используют результаты Форсайта как политический инструмент.

Национальный – заказчиком выступает государство, Форсайт определяет будущее социально-экономических и политических процессов, происходящих внутри страны.

Региональный – чаще всего основным вопросом является позиционирование региона в экономическом, политическом, социальном или ином пространстве по отношению к другим регионам страны.

Территориальный – аналогичен региональному Форсайту, но работает на меньшем масштабе, например, города или района.

Отраслевой – отличается узкой спецификацией объекта Форсайта, которым выступает одна или несколько смежных областей деятельности. Наиболее распространен технологический отраслевой Форсайт.

Корпоративный – заказчиком выступает корпорация, которая имеет четкие цели и ожидает от Форсайта ориентиров для принятия долгосрочных стратегических решений.

Национальный, региональный и территориальный Форсайты близки как по характеру целей, так и по выбору методов и технологий Форсайт-исследования. Различия проявляются в масштабе целей и объеме ресурсов, которые могут быть выделены на проведение Форсайта.

Социально-гуманитарные Форсайт-исследования проводятся существенно реже, чем технологические. Пример применения Форсайта на поле этнокультурной проблематики: Roue, M., Nakashima D. Knowledge and foresight: the predictive capacity of traditional knowledge applied to environmental assessment / Roue M., Nakashima D. – UNESCO, 2002.

– С. 337 – 347. URL: http://www.botanischergarten.ch/Patents/Roue-Foresight-Int-Soc-Sci-1468-2451.00386.pdf.

4.1.2 Деятельностное представление о будущем как основа Форсайта Форсайт является одной из современных технологий, конституирующих практику работы с будущим. В основании таких практик всегда лежат определенные представления об устройстве Мира, в отношении которого и рассматривается возможное, невозможное и неизбежное будущее.

Обсуждая философско-методологические основания Форсайта, его разработчики, в частности, обращаются к определенным философским концепциям времени119.

Для становления практик работы с будущим необходимы сложные концепции времени, которые, в конечном счете, позволяют сделать более эффективной и продуктивной организацию работ по прогнозированию и проектированию. Отход от простой линейной конструкции времени «прошлое – настоящее – будущее» наметился еще в средние века. Так, например, в концепции времени Августина время обсуждается как сложный понятийный конструкт: время как прошлое в настоящем;

время как настоящее в настоящем;

время как будущее в настоящем, но нет отдельного, объективно существующего прошлого и будущего. Такой подход преодолевает объективистские картины мира, характерные для периода становления и расцвета естественных наук и утратившие свою монолитность в период современных постнеклассических форм научных исследований и разработок120..

Форсайт опирается на представление о времени – «будущее в настоящем», что означает:

будущее имеет деятельностный характер и существует только в настоящем: в виде планов, прожектов, стратегий, рамочных соглашений, инвестиционных программ, программ развития. Это означает, что, изменяя настоящее, люди получают возможность изменять/строить будущее. При этом возникает конкуренция за будущее, суть которой состоит в том, чтобы предложить «свое видение будущего», которое принимается большими социальными группами и задает определенные конкурентные преимущества для инициаторов проектирования и всех участников процесса.

4.2 Практики работы с будущим;

понятие Форсайта Для определения специфики подходов и методов, используемых в различных практиках работы с будущим, необходимо обратиться к методологическому анализу онтологических оснований и основных принципов мышления, которое было реализовано в данных практиках. Для нас в данном случае важно не столько описание конкретных историко-культурных ситуаций, Г.Э. Афанасьев «Линейка развития. Инфраструктура поддержки стратегических решений». Альманах «Наука.

Инновации. Образование». Выпуск 5 «Форсайт: основы и практика применения» - М: РИЭПП, Стёпин В.С., Горохов В.Г., Розов М.А. Философия науки и техники. – М.: Контакт – Альфа, 1995. – 384 с.

внутри которых эти практики складывались, сколько выделение оснований и границ реализуемого в данных практиках мышления.

Мы полагаем, что содержание и способы исполнения работы с будущим в разные культурно-исторические эпохи не были случайными или произвольными – становление данных практик определялось характерными для каждой эпохи вызовами, которое осмысливало человечество, особенностями и интеллектуальной мощностью существовавших в каждую эпоху когнитивных институтов121.


Практики работы с будущим разворачивались во времени в определенной логике – логике преодоления границ человеческого мышления в отношении будущего и возможного в будущем действия. Каждая практика, коль скоро она возникла, продолжает существовать параллельно с другими, дополняя их и конкурируя с ними. Среди них нет безусловного «лидера» - каждая оказывается более эффективной, приемлемой и уместной на своем особенном поле, что связано с особенностями их результатов и требованиями на ресурсы. Например, проектирование эффективно при создании технических объектов и сооружений, в развитии бизнеса;

прогнозирование играет большую роль в управлении экономическими процессами и финансами;

для развития городов и территорий наиболее эффективно стратегическое планирование и программирование.

4.2.1 Практика Проектирования Проектирование сформировалось на базе исходного «замысливания – действия», активного отношения человека к собственному будущему на допроектном уровне (в бытовой жизни).

Проектирование – это оформление образа будущего в «вещной» форме;

проект – эскиз или чертеж (обозначение пространственных границ и внутренних частей изготовляемой «вещи» - здания, моста, корабля и т.п.). Наиболее сложные проекты – это проекты не вещей, а процессов (например, производственных), а также сложных систем, включающих вещи, процессы и «деятелей» (проекты систем деятельности). Ключевой особенностью проектирования является использование особых знаковых средств (чертежей, схем, описаний) для организации мышления о будущем и, далее, организации деятельности по построению будущего. Через чертеж или схему будущее может быть «удержано», положено в качестве объекта конструирования. Образ будущего в виде чертежа или схемы можно преобразовывать, перестраивать, производить над ним «эксперименты».

Практически вся «техническая цивилизация» возникла как результат проектирования (проектного конструирования)122.

Понятие когнитивных институтов предложено О.И.Генисаретским (частная переписка).

122 Джонс Дж.К. Методы проектирования. М.: Мир, 1986.

Проектирование достаточно быстро оформляется в особую профессиональную деятельность с множеством специализаций и предметностей – инженерно-техническое проектирование, архитектурное проектирование;

социальное проектирование;

политическое проектирование и др.

В онтологии проектирования объект мыслится как формируемый из определенного материала и/или собираемый из отдельных элементов. Материалом может выступать, во-первых, природный материал (глина, песок, гипс), из которого, например, формируются кирпичи и далее строится здание (реализуется архитектурно-строительный проект). Во-вторых, таким материалом могут выступать деятельность, коммуникация (или поведение) людей, которые в результате реализации проекта преобразуются – возникает «новое сообщество» (социально-гуманитарный проект).

Проектирование заключается в том, что элементы будущей целостности (как пространственные формы или как звенья процесса) отображаются в знаках (на чертеже или схеме) и «подгоняются» друг к другу прежде, чем они будут выполнены в материале. Тем самым целостность объекта строится вначале на чертеже (проект), затем реализуется в действиях построения объекта в материале.

Существенным для проектирования является разрыв между построением образа будущего и построением самого этого будущего. Речь идет, с одной стороны, о временном интервале (например, здание возводится через несколько лет после завершения работы над чертежами), с другой стороны, о разделении труда проектировщика и «исполнителя» проекта (строителя, машиностроителя и т.д.). Последствиями данного разрыва стали как рост эффективности и изощренности проектирования (в силу профессионализации данной деятельности), так и, в ряде случаев, существенное различие между задуманным и реализованным проектом.

Проектирование оказало решающее влияние на развитие образования: современные институты образования и образовательные практики, опираясь на традиции, тем не менее, являются результатом проектирования. Достаточно указать на тот факт, что классно-урочный формат образовательного процесса возник не эволюционным образом, а создан (сконструирован) Яном Амосом Коменским как преодолевающий всю предшествующую традицию «учительства и ученичества» - преодолевающий присущие традиционным формам ограничения. Аналогичным образом фон Гумбольдтом создавался университет нового типа как преодолевающий ограниченность существовавшей «модели» университета.

При этом, чем сложнее объект проектного замысливания, чем разнообразнее и динамичнее контексты его существования, тем менее успешны проекты. 20-е столетие оказалось в том числе и эпохой «краха великих проектов» (техногенных, экологических катастроф, а также социальных и культурных, спровоцированных амбициозными социально-политическими проектами).

4.2.2 Практика Исследований/прогнозирования Реализация ряда инженерно-технических, архитектурно-строительных и социально политических проектов приводила к серьезным проблемам и даже катастрофическим последствиям. Эти последствия выражались в непредсказуемом поведении «материала», в котором реализован проект, при «столкновении» с внешней средой (например, разрушение зданий и сооружений при проседании грунта и др.), а с другой стороны, в деградации окружающей среды (загрязнение рек, изменение климата и др.). Необходимость учета подобных возможностей и соответствующей доработки проектов привела к появлению особой практики исследования и прогнозирования будущего, как условия реализации проектов.

Исследование концентрируется на изучении поведения объекта, объемлющей его системы и выявлении действующих закономерностей и факторов их изменения. Прогнозирование нацелено на определение будущих состояний системы – пролонгацию тенденций, выделенных на основе анализа состояний системы в прошлом и настоящем.

В онтологии исследования/прогнозирования объект мыслится как вписанный в некоторую среду;

важно, что и объект, и среда обладают естественной динамикой, изменяются во времени.

Строить будущее означает мысленно прослеживать естественные тенденции изменений объекта и среды и действовать с учетом выделенных тенденций. При этом будущее определяется через продолженные во времени тенденции изменения объекта и окружающей его среды.

В качестве средства прогнозирования был разработан специальный математический аппарат, который позволяет выделять неочевидные тренды, выявлять скрытые действующие факторы.

Прогнозирование было важным шагом развития «работы с будущим»123. Тем не менее, проекты, «подстрахованные» исследованиями и прогнозами, не являются последним словом в практиках конструирования будущего. Прогнозы возможны лишь в тех областях, где удается обнаружить четко различимые тренды и действующие факторы. При этом даже прогнозирование поведения систем, которые могут быть отражены в количественных динамических моделях, не является блестящим. Яркий пример: даже при использовании суперкомпьютеров, обширной информации орбитальных спутников и тысяч наземных станций прогнозы погоды точны на промежутках времени не более недели. Парадоксальным образом прогнозы для неизмеримо более сложных социальных систем более надежны, поскольку поведение людей, основанное на их представлениях о «нормальном» и желательном, является мощной стабилизирующей силой (в то Балацкий, Е.В. Технологии предвидения будущего: от сложного к простому / Е.В. Балацкий // Журнал об инвестиционных возможностях России «Капитал страны», 2010. URL http://www.kapital-rus.ru/articles/article/64.

время как атмосфера не заботится о том, чтобы, например, «весна наступила вовремя»). Однако ценность прогнозов, сообщающих, что «завтра, скорее всего, будет, как вчера» - минимальна.

Уже внутри прогнозирования был сформирован ряд представлений, позволяющих мыслить будущее более сложным образом, чем в виде продолжения существующих трендов. Это, например, представления о бифуркациях и «переломах» траекторий, по которым изменяются параметры системы, об особых состояниях нестабильности. Это вплотную подвело к мышлению о будущем как о «разнообразии», о широком поле возможностей, которые с разной степенью вероятности могут реализоваться.

4.2.3 Практика Сценирования Сценирование является следующим шагом в развитии «работы с будущим»;

оно нацелено на промысливание веера вариантов возможного будущего. Если в прогнозировании материал проекта и среда предполагаются «постоянноизменными», т.е. изменяющимися в определенных рамках своих известных свойств, что позволяет работать с «траекторией» будущего (единственной или наиболее вероятной), то в сценировании, во-первых, допускается множественность возможных состояний материала проекта и среды и, во-вторых, активное воздействие на среду или материал проекта со стороны управляющего субъекта. Так, правительства стран – экспортеров сырья рассчитывают будущие бюджетные поступления для различных уровней цены на нефть или другие экспортные продукты, причем с учетом принимаемых ими самими налоговых или стимулирующих бизнес решений.

В онтологии сценирования предполагается существование множества «интерферирующих»

тенденций изменения среды, множества вариантов изменений объекта и, соответственно, многих вариантов возможных управляющих воздействий. Наложение изменений среды, объекта и управляющих действий порождает множество вариантов будущего. Будущее «схватывается» через сценарии, содержание которых определяется как результатами управляющих действий, так и неуправляемыми «сдвигами», которые запускают изменения объекта и/или среды по иной траектории. При построении сценариев применяются как техники прогнозирования, так и техники моделирования результатов и эффектов управленческих воздействий. Построить будущее означает: сделать обзор возможных траекторий – сценариев;


выбрать предпочитаемый;

наметить управленческие действия, которые обеспечат развитие ситуации (объект плюс среда) по выбранному сценарию.

Сложность больших социально-экономических или социально-культурных систем, наличие большого числа влияющих факторов и значительного спектра возможных управленческих действий сделали деятельность сценирования очень сложной. Так, например, сфера образования находится одновременно под влиянием экономических, демографических, технологических, культурных факторов, на ее состоянии отражаются принимаемые политические и управленческие решения (включая решения, адресованные не сфере образования и принятые без учета ее существования). Даже при учете множества факторов результаты сценирования часто оказываются не очень впечатляющими;

например, многообразие возможных траекторий системы сводится к «оптимистическому», «пессимистическому» и «среднему» сценариям. В настоящее время разрабатываются новые подходы, призванные повысить эффективность сценирования, полезность его результатов – например, техники «континуального сценирования» 4.2.4 Практика Стратегического планирования и программирования Стратегическое планирование как особая практика (деятельность, имеющая свою методологию, систему социальных институтов и механизмы воспроизводства), сформировалось в крупном бизнесе в 60-70-х годах двадцатого столетия. В первую очередь оно было необходимо для построения долгосрочных планов развития (на 10-15 лет126). В 80-х годах идеи данного подхода стали использоваться для разработки стратегий и стратегических планов развития крупных городов и регионов, а сама эта деятельность получила название территориального стратегического планирования. Наиболее успешными (в глобальных рамках) прецедентами стратегического планирования являются разработки стратегических планов городов Барселоны (Испания), Стокгольма (Швеция), Большого Питербора (Канада)127.

В России практика территориального стратегического планирования, как альтернатива административному планированию, начала складываться с середины 90-х годов силами независимых аналитических центров (МЦСЭИ «Леонтьевский центр», Фонд «Институт «Экономики города» и др.).

Стратегическое планирование, с одной стороны, использовало все ранее наработанные проектные, исследовательские, прогнозные и сценарные методики работы с будущим, а с другой стороны, включало особый пласт действий. Новыми действиями стали согласование представлений о будущем, сопряжение целей и координация использования ресурсов всеми участниками и заинтересованными субъектами процесса стратегического планирования. Данные действия, направленные на координацию усилий участников стратегического планирования в Переслегин С.Б. Новые карты будущего, или Анти-Рэнд. - М.: АСТ;

СПб.: Terra Fantastica, 2009. - 702 с.

Проблематика программирования как особой формы работы с будущим детально прорабатывалась в рамках системномыследеятельностной методологии Г.П.Щедровицкого. В данной работе мы не считаем необходимым разграничивать программирование и стратегическое планирование.

Стратегическое планирование экономического развития: 35 лет Канадского опыта. Научн. ред. – д.э.н. Б.С.

Жихаревич – СПб.: МЦСЭИ «Леонтьевский центр», 2004.

Территориальное стратегическое планирование при переходе к рыночной экономике: опыт городов России. Научн.

ред. – Б.С. Жихаревич, Л.Э.Лимонов – СПб.: ГП МЦСЭИ «Леонтьевский центр», 2003.

отношении общего будущего, были развернуты в специальные технологии и существенно повышали вероятность реализации замысленных вариантов будущего.

В онтологии стратегического планирования в качестве базовых единиц мыслятся объект, среда и множество активных субъектов (акторов) и стейкхолдеров (заинтересованных групп и персон) с их позициями, интересами, намерениями, целями. «Строительство будущего», опирающееся на данную онтологию, неизбежно включает не только замысливание, проектирование и прогнозирование, но и организацию коммуникации между всеми заинтересованными субъектами;

создание согласованного образа будущего;

создание программы скоординированных действий.

В стратегическом планировании детально проработаны (используемые далее в Форсайте) технологии широкого информирования всех заинтересованных сторон и формирования общественного мнения, техники коммуникации между различными участниками процесса:

организация множества рабочих групп и комиссий, детально исследующих выделенные для них темы и проблемы, проведение экспертных панелей и общественных экспертиз различных элементов стратегического плана.

4.2.5 Практика Форсайта История технологического прогнозирования (стартовой версии Форсайта) начинается с 50 х годов, когда специалисты RAND Corporation (США), столкнувшись с недостаточностью традиционных прогностических методов (количественные модели, экстраполяция существующих тенденций и т.п.) для определения перспективных военных технологий, разработали метод Делфи (Delphi) – многоступенчатый, специальным образом организованный опрос экспертов, который стал одним из базовых методов Форсайта128.

Форсайт как «предвидение будущего» и «конструирование будущего» широко используется развитыми странами (Япония, США, страны ЕС) для определения долгосрочных перспектив технологического, экономического и социального развития (10-20-50 лет). При этом Форсайт проводится для отдельных отраслей экономики, регионов и стран.

Существенное расширение методов и зоны применения технологического Форсайта произошло в Японии, где, начиная с 1970-х годов, технологические Форсайты начали проводиться для определения приоритетных направлений развития науки и технологий на национальном уровне. Так в 2006 г. в Японии были подведены итоги уже восьмого общенационального Форсайта.

В табл. 4.1 приведены сводные характеристики различных этапов развития Форсайта.

UNIDO Technology Foresight Manual. - United Nations Industrial Development Organization, Vienna, 2005.

Таблица 4.1 – Характеристики различных этапов развития Форсайта Время Этап Название Объект Форсайта Участники появления Научно-технические Эксперты: ученые, инженеры, I Технологический 50-е годы области футурологи Кластеры экономики, промышленные Эксперты: промышленники и II Рыночный 80-е годы отрасли, их рыночные маркетологи перспективы Научные эксперты, Социально- Социальные процессы и III 90-е годы представители бизнеса и экономический системы общественные деятели В России освоение методов Форсайта началось в 2006 году, когда Правительство России утвердило подготовленную Министерством образования и науки новую федеральную целевую программу «Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития научно технологического комплекса России на 2007-2012 годы». В рамках этой ФЦП предусматривается разработка «Долгосрочного прогноза научно-технологического развития до 2025 г.», причем в формате Форсайта.

Предшественниками и аналогами Форсайта в России можно считать «Комплексную программу научно-технического прогресса и его социально-экономических последствий», разработанную в 1972 г. под эгидой Госплана, Госстроя и АН СССР, просуществовавшую до 1990 г., а также «Программу развития России на 10 лет», подготовленную Центром стратегических разработок.

Отличием Форсайта от указанных программ является довольно значимый блок методов, направленных на проблематизацию, проектирование возможного будущего и политическое согласование образа будущего с участием государственных структур, бизнеса и общества.

Специфика Форсайта заключается в том, что он содержит три дополняющих друг друга направления деятельности:

«предвидение будущего» – определение базовых тенденций в развитии технологий;

корпораций и больших социально-экономических систем. Особенностью Форсайта является стремление определить различные долгосрочные сценарии будущего, включая зоны неизбежного, возможного и невозможного будущего;

«управление будущим» – согласование представлений ключевых субъектов о возможных вариантах будущего и сопряжение их стратегических целей;

«маршрутизация будущего» – построение комплексной карты маршрутов движения в будущее. На маршрутной карте могут быть представлены варианты маршрутов, «точки бифуркаций», «окна возможностей» и др.

Форсайт в более узком смысле – это набор технологий аккумуляции и анализа экспертного знания целью «предвидения будущего», который используется как средство аналитического обеспечения стратегических решений.

Широкое использование экспертного знания во многом отличает Форсайт от «обычного»

прогнозирования. Экспертное знание позволяет оценивать ситуацию настоящего и предвидеть будущее сложных систем, для которых было бы нереально построить аналитически систему параметров, собрать необходимую информацию и создать рациональный прогноз. О таких системах неизвестно заранее (до работы оценки и прогноза) – «что нужно знать». Эксперты же, работая долгое время в какой-либо области, накапливают интуитивное (не вполне объективированное) знание, формируют представление о том, что важно, «что нужно знать», каким образом может развиваться ситуация в данной области.

Эксперты далеко не всегда могут рационально обосновать собственные оценки и «видение», либо их обоснования довольно зыбки и субъективны с точки зрения «настоящей науки» (например, обоснованием служит отсылка к конечному числу случаев из практики). Тем не менее, аккумуляция и анализ экспертных суждений открывают возможность оценки и прогноза для систем, которые иначе были бы практически непроницаемыми и непредсказуемыми.

Метафорически выражаясь, множество экспертов играет роль множества чувствительных «датчиков», внедренных в разные места большой системы, или «нервных окончаний» внутри сложного организма. Даже если сигналы этих «датчиков» или «нервных окончаний» субъективны, они все же дают обмен информацией внутри системы, обеспечивают «чувствительность»

большого организма к состоянию его подсистем. В настоящее время разрабатываются методики и техники, направленные на повышение объективности и точности экспертных оценок. С одной стороны, это методы сбора больших массивов экспертных суждений и дальнейшей статистической обработки. С другой стороны – техники организации проблемной, рефлексивной коммуникации с участием многих экспертов.

Технологии Форсайта включают широкий круг различных методов анализа и построения картин и моделей будущего129, причем этот исходно эклектический набор методов каждый раз Popper, R. and others. Global foresight outlook 2007 / Popper., Keenan M., Miles I., Butter M., S. Saintz de la Fuenta. – EFMN, 2007. – 66 C. URL: http://www.foresight-network.eu/files/reports/efmn_mapping_2007.pdf.

необходимо собирать в определенную технологическую конфигурацию (выбор и «сборка»

методов и методик является know how различных групп, реализующих Форсайт). «Пестрота»

методов не является лишь следствием сравнительно недолгой истории Форсайта, «недоработкой», которая подлежит устранению. Мы полагаем, что множественность и разнородность результатов, получаемых при использовании различных методов, множественность и разнородность экспертного знания позволяют «заглянуть за горизонт» и/или обнаружить «зазоры» – принципиально новые (лежащие вне допускаемых наличными онтологиями прогнозов и моделей) возможности будущего.

Таким образом, ключевой единицей онтологии Форсайта является «горизонт» – граница возможности видения будущего, определяемая наличными онтологиями (управленческими, научными и др.). Сверхзадача Форсайта – выявить варианты будущего, определяемые возможными сдвижками, изменениями онтологий. Таким образом, в Форсайте сами онтологии и задаваемые ими границы возможного/невозможного являются предметом объективации и размышления.

Заметим, что данная специфичность Форсайта среди практик работы с будущим еще не является «свершившимся фактом», а лишь намечается, «обозначается» как его возможность и концептуальное требование к Форсайту. Например, в виде требования предвидеть не проявленные в настоящее время, но могущие возникнуть через 30-50 лет новые потребности человека и общества;

в виде требования выявить перспективные технологии, перспективность которых заключается в том, что они отвечают не на сегодняшние вызовы, а на вызовы, которые возникнут через несколько десятилетий.

Логика развития практик работы с будущим показывает, что «ядром» Форсайта должна стать работа, прямой целью которой (а не неявным элементом, проявляющимся в наиболее удачных случаях), является трансформация мышления про будущее, оформление (рефлексия) и расширение онтологического поля, на котором строится видение будущего. Речь идет об изменении философско-методологического и шире – общественно-профессионального дискурса в отношении будущего. Наличная, устоявшаяся онтология существует в виде априорных допущений и «матриц» мышления, которые отражаются в общественно-профессиональном дискурсе как определенный набор штампов и стереотипов. При этом ситуацией перелома – смены дискурса – является не просто модернизация существующей онтологии, но оформление новой онтологии через конструирование нового социокультурного объекта.

Применительно к прогнозу развития сферы образования это означает, что существенные сдвижки в образовании будут лежать не только на линии разрешения сегодняшних проблем институтов образования (в том виде, в каком они есть), но более всего на линии появления новых функций и требований к образованию, изменения общественного дискурса о том, что такое образование, что оно значит в жизни человека и общества, каким образом, «где и с кем»

образование можно получить. Уже в настоящее время преодолен стереотип «образование человек получает в детстве и юности» в пользу представления – «образование длинною в жизнь». В последнее десятилетие возникла новая ситуация, когда дети компетентнее родителей и учителей в некоторых отношениях (например, в Интернет-навигации или освоении технических новинок). На смену «школоцентризму» приходят представления о разнообразии институтов образования и значимости развитой образовательной среды. Традиционные институты образования сохраняются, но «мутируют», утрачивая одни функции и развивая другие. Таким образом, постепенно прочерчиваются контуры сферы образования как «нового социокультурного объекта».

Технологически выход прогноза за границу, определенную наличной онтологией (онтологиями) может быть обеспечен:

специальным конфигурированием разнопредметного знания (принадлежащего различным предметным онтологиям);

коммуникацией экспертов, занимающих различные онтологически фундированные позиции;

при этом коммуникация должна обеспечивать объективацию (оформление предъявление) онтологий;

применением разнородных методик работы с будущим (дающих различные картины, в «зазорах» между которыми могут быть усмотрены нетривиальные варианты будущего);

организацией сфокусированного на проблемах коллективного мышления, инициацией его креативной, футурологической компоненты.

Таким образом, «доведенный до логического завершения» Форсайт должен опираться не просто на оформление и новую сборку уже существующих частных экспертных онтологий, а на трансформацию общественно-профессионального дискурса и рождение новых объектных онтологий.

4.3 Форсайт как метод исследования и конструирования будущего 4.3.1 Определения Форсайта В настоящий момент отсутствует единое определение Форсайта. Каждая организация, страна, группа экспертов, занимающиеся Форсайтом, предлагают свое определение, которое подчеркивает и выделяет тот или иной аспект Форсайт-подхода.

В табл. 4.2 представлены различные определения Форсайта, используемые в современной литературе130.

Таблица 4.2 – Определения Форсайта № Источник Определения п/п 1. Community Форсайт (foresight) включает в себя действия, ориентированные на Research & мышление, обсуждение и очерчивание будущего:

Обдумывать Development будущее: прогнозирование, оценка технологий, Information Service исследования будущего и другие формы Форсайта – это попытка (CORDIS)131 определить долговременные тренды и скоординировать на их основе принятие решений. Форсайт появился в последние годы и наиболее активно применялся в Европе для выделения приоритетов современных исследований на основе базовых сценариев развития науки, технологии, общества и экономики.

Спорить о будущем: Форсайт – это процесс, вовлекающий всех стейкхолдеров: общественные организации, промышленные предприятия, исследовательские центры, неправительственные фонды, и так далее, и так далее. Работа может быть организована на нескольких уровнях: международном, национальном, региональном.

Открытая дискуссия между участниками ведется на площадках разного типа, например, в форме экспертной панели.

Очерчивать будущее: цель Форсайта – определение возможного будущего, создание желаемого образа будущего и определение стратегий его достижения. В основном, результаты вовлекаются в общественное принятие решений (как пример можно привести исследование приоритетов деятельности общественных фондов). Но, в тоже время, результаты Форсайта могут помочь всем участникам работ развивать и улучшать их собственные стратегии.

Материалы портала Стра[тег].Ру, www.stra.teg.ru Community Research & Development Information Service – http://cordis.europa.eu/ 2. Программа Форсайт – сценарное прогнозирование социально-экономического сотрудничества развития: возможные варианты развития экономики, UNIDO132 промышленности, общества в 10-20 летней перспективе.

3. EU FOREN Форсайт – это систематический, совместный процесс построения Guide133 видения будущего, нацеленный на повышение качества принимаемых в настоящий момент решений и ускорение совместных действий.

Идеология Форсайта происходит от конвергенции тенденций современных разработок в области политического анализа, стратегического анализа и прогнозирования.

4. Australian Center Форсайт – это систематическое размышление о будущем и For Innovation134 воздействие на будущее.

5. Американский Форсайт – это систематическая попытка заглянуть в долгосрочное исследователь Бен будущее науки, технологии, экономики и общества с целью Мартин идентификации зон стратегического исследования и появления родовых технологий, подающих надежды приносить самые крупные экономические и социальные выгоды.

4.3.2 Методы и технологии Форсайта Методики организации и проведения Форсайт-исследований до сих пор не получили строгого оформления в виде нормативных документов и классификаторов. Это приводит к тому, что одним термином может называться большое число методических приемов работы с будущим.

Кроме того, опыт Форсайт-проектов показал, что многие технологии прогнозирования, социально-экономического анализа, стратегического планирования и так далее могут быть использованы в Форсайте с учетом специфики его целей и при смещении акцентов в процедурах данных методов.

После почти 25 лет использования Форсайт-подхода при работе с будущим стало очевидно, что дальнейшее развитие методов и технологий Форсайта невозможно без структуризации и классификации существующих наработок135. В 1996 году Loveridge и Meulen136 сформулировали три основы технологий Форсайта, которые получили название «треугольник Форсайта»:

UNIDO – United Nations Industrial Development Organization – Организация Объединенных Наций по промышленному развитию EU FOREN Guide – http://forlearn.jrc.ec.europa.eu/ Australian Center For Innovation – www.aciic.org.au Popper, R. and others. Global foresight outlook 2007 / Popper., Keenan M., Miles I., Butter M., S. Saintz de la Fuenta.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.