авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||

«IV Очередной Всероссийский социологический конгресс Социология и общество: глобальные вызовы и региональное развитие 5 Секция 5 ...»

-- [ Страница 6 ] --

уровень доходов и состояние здоровья населения находятся в тесной взаи мосвязи. Хорошее здоровье характерно для благополучного в материальном отношении населения. В конечном итоге, отсутствие и разрушение системы лечения, профилактики и отдыха в 90т. е. годы, несомненно, более усугу било то положение, когда недостаточно обеспеченный человек становился Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы менее здоровым. В последствии негативная тенденция дальнейшего ухуд шения социально-экономических условий жизни населения лишь углу била состояние здоровья населения. Эти выводы подкрепляются ответами респондентов на вопрос: «Как изменилось состояние Вашего здоровья за последние 2 – 3 года? (в % к числу опрошенных)». В сторону улучшения здоровья указали – 6,4 % респондентов, в сторону его ухудшения – 42,8 %, на отсутствие изменений в здоровье указали – 42,9, затруднились отве тить – 7,9 % респондентов.

В группе лиц, отметивших улучшение своего здоровья за послед ние 2-3 года, с высоким уровнем доходов — 14,3 %. В остальных группах:

их число намного меньше — не превышает 8,0 %. Состояние здоровья не изменилось в группе лиц со средним уровнем доходов — 52,1 %. И, нако нец, наибольшее число лиц с ухудшением состояния здоровья наблюдается в группе с низким уровнем доходов 50,1 %.

Действительно, у людей с высокими доходами больше возмож ностей лучше питаться, покупать дорогостоящие лекарства для лечения, лечиться в специализированных медицинских лечебных заведениях, отды хать в санаториях, проводить профилактику своего здоровья. Занятия спортом, оздоровительной физкультурой в тренажерных залах в настоящее время доступно не каждому. Поэтому поддержание хорошего состояния своего здоровья или его улучшение доступнее всего людям с высоким уров нем доходов.

Данные исследования подтверждают, что у населения с низким уровнем доходов за последние 2-3 года наблюдается устойчивая тенденция к ухудшению состояния здоровья. Значительное число в данной группе лиц составляют пенсионеры, то есть лица, на улучшение материального положения которых в ближайшее время надеяться невозможно. Отсутствие государственной поддержки и реальных перспектив улучшения материаль ного положения для пожилых людей, рассчитывающих только на пенсию, которую выплачивали во многих случаях более чем не регулярно, привело к ухудшению состояния здоровья этих категорий людей и к негативной самооценке ими состояния здоровья.

У респондентов со средними доходами в оценках состояния здоро вья доминирует мнение о его стабильности в последние 2-3 года. Поэтому мы считаем, что главной задачей общественного обустройства является создание условий для увеличения числа людей со средними доходами, так называемого «среднего класса». Это позволит в принципе остановить тен денцию ухудшения здоровья населения.

Таким образом, материальное положение определяет здоровье чело века. В современных социально-экономических условиях возможность улучшения или сохранения хорошего состояния здоровья для людей с низ кими доходами чрезвычайно проблематична. Эта тенденция будет не только сохраняться, но и усиливаться.

Динамика изменения состояния здоровья респондентов тесно свя зана с основными социально-демографической параметрами опрошенных.

Прежде всего, это относится к возрастным характеристикам. Так, наиболь Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы шее число лиц, считающих, что за последние 2-3 года состояние здоровья улучшилось, наблюдается в возрастных группах до 18 лет 13,8 % и от до 25 лет 12,0%. Среди респондентов старшего, среднего и пожилого воз раста преобладают лица, которые считают, что за это время состояние их здоровья ухудшилось. В частности, среди возрастных групп 46-55 лет их число составляет 47,6 %, 56-65 лет 69,1 %, 66 лет и старше 71,0 %.

Среди лиц, у которых за последние 2-3 года состояние здоровья не изменилось, статистически значимо представлены все возрастные группы, однако преобладают молодые возрастные группы:

до 18 лет 63,7 % 19 - 25 лет 46,2 % 26 - 35 лет 48,8 % 36 - 45 лет 47, 6% Показатели в остальных возрастных группах почти в 1,5 раза ниже вышеприведенных.

Таким образом, очевидно, что проблема ухудшения состояния здо ровья затрагивает, прежде всего, людей старшего возраста и в этом также наблюдается линейная зависимость: чем старше человек, тем более возрас тает вероятность ухудшения его здоровья.

Дифференциация мнений по данному вопросу между мужчинами и женщинами относительно не велика. Однако выявляется некоторое раз личие. Так, например, число мужчин, считающих, что за последние 2-3 года их здоровье улучшилось (7,8 %) или осталось без изменений (46,1 %), несколько больше, чем женщин соответственно 6,1 % и 39,7 %.

Во мнениях женщин преобладают оценки, свидетельствующие об ухудшении состояния здоровья. Так, ухудшение здоровья отметили 46,2 % женщин, против 37,9 % мужчин. Ухудшение здоровья фиксируется в основ ном среди женщин среднего и пожилого возраста.

На самооценку здоровья респондентов за прошедшие 2-3 года опре деленное влияние оказывает уровень образования. Так, например, ухуд шение здоровья наблюдается среди лиц с «неполным средним» (50,3 %) и с «высшим (неполным высшим)» образованием (50,2 %). Не изменилось здоровье в группах со «средним» (52,2 %) и «средним специальным обра зованием» (4,38 %). По данным исследования, в группах с «неполным средним» и «высшим образованием» представлено значительное число лиц среднего и пожилого возраста и - соответственно у них выявлено наличие проблем со здоровьем. В то же время в группах со «средним» и «средним специальным» образованием доминируют лица молодого и среднего воз раста, которые больше удовлетворены состоянием своего здоровья. Следует также отметить, что негативная самооценка состояния здоровья в группе населения с «высшим (неполным высшим)» образованием связана не только с возрастом, но и с условиями труда, а также повышенным инте ресом к своему здоровью и самочувствию. Образованные люди больше читают, смотрят и слушают передачи о здоровье, поэтому более внима тельно относятся к состоянию своего здоровья. Однако нельзя считать, что Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы уровень образования населения прямо связан со стремлением вести здоро вый образ жизни, регулярно осуществлять лечение и профилактику своих заболеваний. Речь идет лишь о фиксации, констатации состояния своего здоровья, которая во всех возрастных группах в большей степени присуща людям с более высоким уровнем образования.

Как видим, данные опроса свидетельствует о том, что возраст, обра зование и гендерные различия оказывают влияние на динамику самооценки здоровья опрошенных.

Изменения в состоянии здоровья населения Республики Башкортостан отметили и эксперты. Так, 76,0 % опрошенных экспертов отметили тенденцию ухудшения здоровья и лишь 5,0 % указали улучшение или на его неизменность.

Причины этих явлений с очевидностью эксперты связывают с ком плексом объективных факторов. Эксперты чётко выделяют социально экономические факторы (71,0 %), влияющие на состояние здоровья по сравнению с другими факторами. Общее снижение жизненного уровня, вызванные социальной деформацией, кризисными явлениями во всех сферах общественного производства, особенно в экономике и как след ствие дистрессы, распространение употребления алкоголя и наркомании.

Снижение качества питания и питьевой воды из-за ухудшения экологиче ских условий в регионе.

Усугубляющаяся дифференциация населения по имущественному признаку в оценках экспертов во многом определила социальные детерми нанты здоровья и соответствующего образа жизни населения.

Подтверждением данной тенденции является мнение экспертов по вопросу о том, среди каких категорий населения произошло заметное ухуд шение здоровья. Экспертами были выделены следующие группы: пенсио неры, врачи, педагоги, научные работники, рабочие, безработные. Почти 40,0 % экспертов отмечают ухудшение здоровья населения среди предста вителей всех без исключения возрастных групп. Однако следует отметить, что присутствие традиционных отличий в изменении состояния здоровья различных возрастных групп в условиях социальной деформации обуслав ливает определённую специфику. Так, например, каждый пятый эксперт отметил резкое повышение порог предрасположенности к заболеваниям в возрастной группе 35-45 лет. Отмечается также скачок заболеваемости среди детей переходного возраста – 7-12 лет (этот возраст выделили 11,0 % экспертов) и особенно – 13-17 лет (15,0%). Но наиболее тревожные тенден ции наметились ухудшения здоровья детей (58,0% опрошенных экспертов) и в особенности у новорождённых (этот факт отметили 22,0 % экспертов).

Результаты исследований показали, что наиболее динамично раз виваются указанные негативные тенденции в г. Уфе. В большом городе в условиях социальной деформации, отсутствия достаточного финансиро вания производственной и непроизводственной инфраструктуры трудно обеспечить стандартные, общедоступные услуги большинству населения, которое оказалось у «черты бедности».

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы Становление новой формационной общности происходит на основе кардинальных изменений в экономической, политической, законодатель ной и культурной сферах, которые детерминируют демосоциальные пока затели здоровья Таким образом, деформация общества является фундаментальной основой заболеваемости населения, так как коренным образом изме няет производные от него частные поведенческие факторы здоровья.

Деформация общества сопровождается социальной обездоленностью тех, кто не «вписался» в механизмы рыночной экономики. Основными механиз мами запуска заболеваний являются: отсутствие солидарности, социальных связей, каждый выживает, как может, что сопровождается социальной обе здоленностью и материальной нуждой. Поэтому в основе анализа, и оценки здоровья населения, должен быть ответы на вопросы: Какие преимущества даёт новая формация, для ведения человеком достойной жизни? Доступны ли материальные блага и ресурсы для развития человеческого потенциала?

Ответы на поставленные вопросы предполагают широкую стратегию вме шательства государства в дело охраны и приумножения здоровья нации.

Разработка стратегии социальной политики государства в здравоохранении должна исходить из оценки влияния формационных изменений на образ жизни и здоровье нации.

Социальная деформация изменяет расстановку политических сил в обществе, формирует новые социальные формации (группы), которые больше озабочены собственным обогащением, нежели здоровьем нации.

Социальная деформация в формировании здоровья населения России является определяющим, а его структура далека от желаемого, так как средний класс современной России не является доминирующим в соци ально-экономическом развитии страны Современное здоровье населения индикатор новой формы господ ства, социальный профиль которого остро и ярко выражается в состоянии здоровья нации. Доказательством этому служит факты средней продолжи тельность жизни и естественное движение населения.

В России в настоящее время переплелись противоречия старой советской формации и новой капиталистической формации, которые сопровождаются конфликтами интересов социальных групп.

Вмешательство государства в частную жизнь гражданина можно оправдывать только предоставлением стартовых гарантий для здоровой жизнедеятельности и возможности получения медицинской помощи при заболевании.

Социальное государство, как базисный тип политической органи зации гражданского общества, обязано эффективно обеспечивать консти туционные принципы и права различных социальных формаций (=соци ально-демографических групп) на охрану здоровья.

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы Щепинова Н. А, Тольятти Проблема толерантности в современном российском обществе Аннотация В данной статье представлены итоги проведенного соци ологического исследования в г.о. Тольятти по выявлению социальной дистанцированности жителей города к пред ставителям различных национальностей.

Ключевые слова: социальная дистанцированность, открытость, толерант ность, национальная обособленность, национальная изолированность, скрытая форма ксенофобии, ксенофобия Россия всегда является, и являлась многонациональным государ ством, в котором сопряжены множество разнообразных культур, религий, обычаев, традиций. И,естественно, каждая культура имеет место быть.

Гражданин Российского государства практически постоянно коммуници рует и взаимодействие с представителями разных национальностей. Так было всегда и такая тенденция,без всяких сомнений, будет продолжаться.

Однако, с падением посткоммунистического пространства, социальная дистанция между представителями разных национальностей начала возрас тать, и коммуникация стала проходить не всегда в положительном смысле, а иногда вообще представители отдельных национальностей стали «закры тыми», «недоступными» для людей иных национальностей вследствие различных политических мероприятий, приоритетов, выгод и нового сло жившегося менталитета. Отсюда, и возникла проблема, которая именуется новым широко используемым термином как толерантность, обозначаю щий стремление и способность к установлению и поддержанию общности с людьми, которые отличаются в некотором отношении от превалирующего типа или не придерживаются общепринятых мнений.

Злободневность проблемы толерантности подтверждается резуль татами нашего социологического исследования, посвященного проблеме толерантности по отношению к представителям других национальностей, с использованием шкалы Богардуса. Шкала Богардуса позволяет выявить социальную дистанцию людей к представителям иной национальности.

Шкала Богардуса в нашем социологическом исследовании состояла из следующих тезисов и присвоенным им баллов: 1) согласен допустить 1балл 2) согласен допустить в качестве близких друзей – 2 балла 3) согла Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы сен допустить в качестве соседей- 3 балл 4) согласен допустить в качестве коллег по работе – 4 балла 5) согласен допустить в качестве жителей нашей страны – 5 баллов 6) согласен допустить в качестве туристов – 6 баллов 7) вообще не допускал бы – 7 баллов.

Для обоснования полученных результатов, опирались на статью Н.В.

Паниной и Е.И. Головахи «Национальная толерантность и идентичность в Украине: опыт применения шкалы социальной дистанции в мониторин говом социологическом исследовании». В данной статье как раз интерпре тировались полученный результаты.

Чтобы получить результаты при использовании шкалы Богардусы нужно рассчитать индексы такие, как индекс национальной дистанции (ИНД), «средний балл по семибалльной шкале социальной дистанции по отношению к представителям каждой из национальностей», и интеграль ный индекс национальной дистанции (ИИНД), «усредненное значение ко всем национальностям».

В итоге, если ИИНД4, то есть в этом случае существует некая «сте пень открытости к непосредственным контактам (семейные, дружеские, соседские, производственные) и расценивается как показатель определен ного уровня толерантности. 4ИИНД5, «люди склонны в той или иной степени к национальному обособлению», «отсутствие толерантности».

5ИИНД6, «изолированность людей по отношению к другим националь ностям…». ИИНД6, такой индекс свидетельствует о наличии ксенофоб ных установок у людей [1, с. 109-110].

Итак, наше социологическое исследование проходило в г.о.

Тольятти. Всего было опрошено 518 человек. Использовали метод опроса - анкетирование с использованием шкалы Богардуса. Возрастная группа делилась на четыре подгруппы: 18-30 лет, 31-40 лет, 41-50 лет и 51-60 лет.

Опросили 268 мужчин и 250 женщин. Также в исследовании учитывались материальное положение и образование респондента.

Интегральные индексы национальной дистанции, в общем, пока зали, что респонденты г.о. Тольятти характеризуется национальной обо собленностью и национальной изолированности, так как данные индекс в общем, высок, более 4т. х. балла. Только к национальности «татары», «белорусы», «украинцы» индекс составил 3,48, 3,58, 3,62 соответственно, что свидетельствует о существовании толерантности по отношении к людям данной народности.

Самая «большая дистанция к национальностям «узбек» (5,13), «азер байджанец» (5,30), «дагестанец» (5,46), «чеченец» (5,51), «китаец» (5,59).

Значение ИИНД по данным национальностям от 5 до 6 баллов, что говорит о том, что тольяттинцы «не желают видеть представителей этих народно стей в качестве граждан своей страны», но не возражают, чтобы они посе щали г.о. Тольятти «в качестве гостей и туристов». Полученные индексы говорят о «национальной изолированности».

К «башкирам» (4,48), «французам» (4,53), «англичанам» (4,54), «немцам» (4,68), «армянам» (4,83), «американцам» (4,84), «евреям» (4,85), «грузинам» (4,98) жители г.о. Тольятти относятся «национально обосо Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы бленно» (об этом свидетельствует ИИНД от 4 до 5 баллов). Представителей данных национальностей тольяттинцы воспринимают как «не совсем свои, но и не совсем чужие». Такие показатели указывают в какой-то степени на отсутствие толерантности к вышеупомянутым народностям.

Учитывая половой признак, оказалось, что отношение женщин к представителям других национальностей более категорично, то есть у женщин в большей степени наблюдается национальная обособленность или изолированность, нежели у мужчин. Например, женщины (5,72) более «национально изолированы», чем мужчины (5,72) по отношению к «чечен цам». Существуют тоже отличия по полу в показателях по отношению к представителям следующих национальностей: «татарам» ( 3,35(муж.) против 3,63(жен.)), «азербайджанцам» (5,16 (муж) против 5,44 (жен.)), «немцам» (4,57 (муж.) против 4,80 (жен.)), «армянам» (4,75 (муж) против 4,92 (жен)), «американцам» (4,77 (муж) против 4,92 (жен)).

Наличие образование образует некую зависимость в отношении тольяттинцев к людям иной национальности. Наличие высшего обра зовании в сравнении с человеком, получившим только среднее обра зование или неоконченное высшее, говорит о меньшей толерантности респондента. Приведем полученную статистику: по отношению к «татарам»

ИИНД=3,3 (среднее образование) против 3,64 (высшее образование), «чеченцам» - 5,48 против 5,65, «дагестанцам» 5,38 против 5,49, «башкирам»

4,41 против 4,68, « грузинам» 4,61 против 5,32 и т. д.

Помимо всего прочего, в анкете учитывался критерий материального положения с использованием порядковой шкалы. Порядковая шкала пред полагала такие варианты ответа, как «отличное», «выше среднего», «среднее», «ниже среднего», «очень трудное» материальное положение. Рассчитав индексы и сделав перекрестное распределение по 16-ти национальностям, мы пришли к выводу, что чем лучше свое материальное положение оценивает респондент, тем ниже показатель ИИНД, т. е. тем более наблюдается тер пимость человека по отношению к другим народностям. К примеру, люди, оценившие свое материальное положение как «отличное», ИИНД в отноше нии «чеченцев» составляет 5,41, «дагестанцев» - 5,04, «узбеков» -4,86, «укра ницев»-3,59, «евреям» - 4,59, «китайцев» -5,86. Тогда как люди, оценившие материальное положение «очень трудное», индексы, соответственно, полу чились такие: в отношении «чеченцев» - 6,3, «дагестанцев»-6,3, «узбеков»

- 6,05, «украинцев» - 3,94, «евреям»- 5,83, «китайцев» - 6,55.

Также, социологическое исследование учитывало фактор, является ли респондент коренным жителем г.о. Тольятти. Сделав опять-таки пере крестное распределение и рассчитав ИИНД, существует закономерность, что «коренные жители» менее терпимы к представителям других наци ональностей нежели, чем «некоренные» жители. Значения ИИНД при ведем в сопоставлении «коренной житель» против «некоренного жителя»

соответственно: в отношении «татар» 3,53 (коренной житель) против 3, (некоренного жителя), «грузин» 4,99 против 4,96, «армян» 5,05 против 4,55, «азербайджанцев» 5,33 против 5,26, «узбек» 5,25 против 4,98, «украинцев»

3,66 против 3,58, «белорусов» 3,63 против 3,51, «евреев» 4,88 против 4,81, Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы «французов» 4,55 против 4,51, «англичан» 4,55 против 4,53. Но есть как всегда исключение, что «коренные жители» могут быть более нетерпимы в зависимости от вида национальности, в частности: к «чеченцам» (корен ной житель-5,49 против «некоренного» жителя 5,54), «дагестанцам» (5, против 5,47), «китайцам» (5,53 против 5,67), «американцам» (4,77 против 4,93), «немцам» (4,62 против 4,76).

Очень значимо, оценить отношение людей в зависимости от наци ональности в возрастной группе. Как уже говорилось. Возрастная группа состояла из четырех подгрупп: 18-30 лет, 31-40 лет, 41-50 лет и 51-60 лет.

По отношению к «чеченцам» и «дагестанцам» существует как раз обратная тенденция, чем старше респондент, тем более он национально нетерпим («чеченцы»: 18-30 лет – 5,1, 31-40 лет – 5,6, 41-50 лет- 5,6, 51- лет – 5,8), («дагестанцы»: 18-30 лет -5,2, 31-40 лет – 5,6, 41-50 лет – 5,5, 51-60 лет -5,6).

В следующем перечне национальностей будет наблюдаться такая динамика (высказанная ранее), что по мере возраста увеличивается ИИНД, свидетельствующий о возрастающей степени национальной изолирован ности, когда представители этих национальностей воспринимаются «как не совсем свои, но и не совсем чужие». Данный перечень националь ностей состоит из таких народностей, как «грузины», «армяне», «азер байджанцы», «узбеки», «китайцы», «американцы» и, наконец, «немцы»

(см. таблицу 1 ИИНД).

Таблица Зависимость уровня терпимости человека по мере увеличения своего возраста 18-30 лет 31-40 лет 41-50лет 51-60 лет Грузины 4,72 4,98 5 5, Азербайджанцы 5,05 5,38 5,32 5, Армяне 4,64 4,77 4,85 5, Узбеки 4,97 5,04 5,35 5, Китайцы 5,2 4,98 5,82 5, Американцы 4,48 4,98 4,83 5, немцы 4,43 4,68 4,85 4, Такие результаты мы получили исходя из того, что национальный состав состоял из 64% русских, 6% татар, 2,68% украинцев, 2,3 % мордвы, 2% чуваш, 1,5 % белорусов, 1,84% армян, 1,34 % узбек и других представи телей национальностей.

Таким образом, подведя итог полученных результатов, можно ска зать, что люди проявляют некую национальную обособленность или наци ональную изолированность по отношению к людям иной национальности.

Об этом свидетельствуют полученные в ходе нашего исследования индексы, а именно ИИНД. Но радует тот факт, что явную ксенофобию среди нашей статистики мы не получили. На толерантность людей влияет, несомненно, Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы много факторов и материальное положение человека, и уровень образова ния, и является ли человек коренным жителем, и смотря в какой «пестром»

национальном составе человек живет, а также от пола и от возраста. Все необходимо изучать в комплексе, ведь Россия является многонациональ ным государством. И проблема действительно стоит остро и является актуальной в современном российском обществе, исходя из наших баллов, индексов. На это явление нельзя закрывать глаза, так как от единства нашей страны зависит ее будущее, ее развитие!

Библиографический список 1. Панина Н.В., Национальная толерантность и идентичность в Украине / Н.В. Панина, Е.И. Головаха // Социологический журнал. – 2006. - № 3/4. – с. 102-126.

2. URL: http://fom.ru/.

3. URL: http://wciom.ru/.

4. URL: http://www.sova-center.ru/.

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы Щербич Л. И., Щербич И. С., Московская область Мода как система символов в пространстве коммуникации Аннотация В данной публикации подчеркивается, что мода, выра жаясь в системе символов несет важную информацию в пространстве коммуникации, поскольку является сво еобразным текстом. В основе семиотического кода моды выступает смысл, обусловенный отношением к мате риальным и духовным ценностям. Вместе с тем в моде отражен смысл, который так или иначе входит в семиоти ческую семантическую структуру современной культуры.

Ключевые слова: мода, пространство коммуникации, смысл, ценности, само идентификация, престиж, статус, социальное конструирование Социальный мир, в котором человек родился и живет, имеет свои ориентиры, воспринимаемые им как прочное переплетение социальных отношений, отражающихся в том числе в системе знаков и символов, обла дающих особой смысловой структурой. Известно, что основной единицей культурного пространства является смысл. Он отражается в бытии человека и трансформируется в семиотический код коммуникации. Одним из важ нейших средств «оформления» содержательных смыслов в процессе ком муникации является система знаков и символов, которая выступает опти мальной, институционализированной формой социальной организации, показателем статуса, престижа и др., а также представляет собой некую форму сообщения и обладает его характеристиками.

Символ – это своего рода знак. Однако между двумя понятиями существуют некоторые различия. Теоретически можно развести эти поня тия, априори указав на их отличия. Так, символ – в отличие от знака «обязательно включает в себя отношение к своему содержанию». Знак, напротив, «абсолютно индифферентен к тому, на что он указывает» [1, с.

122]. «Символ – это что-то, что овладевает нами, нашей мыслью, нашими представлениями – помимо нашей воли живет в нас, живет нами… символ представляет собой власть мира над нами в нашей мысли» [1, c. 123].

«Символ входит в личную сферу, но он не творится личностью. Если образы складываются, то символами становятся, до символа возвышаются, поднимаются, вырастают, разрастаются. Возвышаясь, он приобретает власть над человеком, диктуя выбор жизненных путей и моделей поведения» [2].

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы Значением, смыслом символа являются материальные и духовные ценности. Это такие ценности, которые хотя и имеют культурную и/или соци альную ценностью, как для каждого отдельного человека (индивидуальные символы), так и для малых и больших групп людей, народов, государства, человечества в целом (социальные символы), но они нередко не есть то, чем они представляются. Они возникают в момент пересечения в переживании человека двух миров, постоянно находящихся в динамике: мира наличного и мира возможного. Транзитность этих миров свидетельствует о существова нии в социуме потока определенных культурных ценностей, также находящих выражение в символах1.

Следует отметить, что непрерывный поток ценностей особенно явно выражен в моде, в основе которой лежат постоянно сменяемые потреби тельские интересы, стремления, желания, а само создание ценностей моды аналогично процессу создания любых культурных ценностей, то есть вклю чает в себя социальную кооперацию и различные виды групповой актив ности, используемые для формирования символических элементов. Эти элементы находят отражение в природе и содержании модных образцов.

По мнению М.Л. Фостер, в моде «культурным символом является всякая репрезентация некой вещи или идеи с помощью чего-нибудь, относящегося к другому порядку. У каждого символа есть назначение, не связанное с его сиюминутным использованием, которое является частью его смысла, и это назначение относится к групповой активности и представлениям» [3].

Являясь специфическим феноменом социального конструирования коммуникативного пространства, мода обусловливает границы демаркации между модной и немодной частями.

Индивиды, относящиеся к модной части коммуникативного про странства, нередко находятся на верхних ступенях социальной лестницы.

Они обладают высокими статусами и престижем. Для них свойственны быстрая смена потребительских моделей и вербальных и невербальных сим волов статуса и престижа. В. Даль утверждал, что мода – «ходящий обычай;

временная, изменчивая прихоть в житейском быту, в обществе, в покрое одежды и в нарядах;

обык» [4].

Благодаря своему содержанию символы позволяют различать места, занимаемые индивидами на иерархической лестнице социальной струк туры. Об этом одним из первых заявил Г. Зиммель, который связывал функционирование моды с необходимостью удовлетворения двойственной потребности человека: быть похожим на других и одновременно отличаться.

Он указывал, что высшие классы вновь вводят отличительные знаки, чтобы удовлетворить свое желание выделиться. Подобный же взгляд встречается у Т. Веблена, утверждавшего, что мода и вкусы следуют денежным канонам.

По его мнению, модно и престижно иметь дорогие вещи, «…вкусы средних и низших слоев все еще требуют вдобавок к эстетической красоте красоты денежной» [5]. Подтверждение этим выводам можно наблюдать в современ Заметим, что впервые понятие «поток ценностей» было применено Дж. Мартином, рассматри вавшим его как разнообразие законченных состыкованных действий, создающих в совокупности некоторую продукцию, имеющую потребительную ценность.

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы ной России, где стремление выделиться среди своей референтной группы «новых русских» проявляется в том, что индивиды с очень высоким уровнем жизни стремятся к демонстративному потреблению. Мода является особого рода маркером принадлежности к равным по положению.

Однако трудно согласиться с тем, что быть модным можно, не имея на это средств. Это особенно очевидно в отношении российской действительности.

Иначе идут процессы потребления в немодной части коммуникатив ного пространства. Здесь нет безудержной гонки и действует совершенно иная логика выбора. Противоречия между двумя частями коммуникатив ного пространства идентифицируются их участниками с помощью катего рий «мы» и «они».

Самоидентификация «Я модный человек» влечет за собой соответ ствующую динамическую потребительскую практику: мониторинг модных процессов (например, чтение модных журналов, просмотр соответству ющих телепередач, отслеживание состояния улицы или своей среды), адаптацию модных новинок применительно к собственным телесным, интеллектуальным, культурным и финансовым возможностям, управление собственным бюджетом и т. д. При этом символы престижа способствуют формированию понятия о том, что модный человек, как правило, обладает большей властью. Вместе с тем власть и сама требует подтверждения и отра жения в символах. Замечено, что любая власть имеет тенденцию умножать свои символы: чем больше власть, тем больше переживаний с ней связано, а каждое переживание проявляется в пространстве коммуникации посред ством определенного количества и качества модных предметов, имеющих символическое значение. Таким образом, «объем знаковой системы вещей определяет объем обозначенной системой власти» [1, c. 130].

Самоидентификация «Я из тех, кто плюет на моду» влечет за собой практику игнорирования модных процессов, ориентацию на иные ценно сти: функциональность, полезность, долговечность и т. д.

Принадлежность к модной или немодной группе становится оче видной при первом впечатлении и сохраняет свое значение в процессе коммуникации надолго, если не навсегда.

Иными словами, мода выступает одновременно и «мануфактурным»

культурным объектом, и символическим элементом культуры и подвер жена влиянию социальных институтов, формирующих социокультурные символы в пространстве коммуникации. Эти символы, будучи элементами социального мира (во всем его многообразии), принимаются как данность.

Они становятся посредниками между символизирующими объектами, в которых воплощается их смысл, и символизируемыми, к которым отсыла ется информация. Понимание и познание смысла передаваемой информа ции в пространстве коммуникации происходит на бессознательном уровне психики человека, в глубинах его души.

Таким образом, происходит объединение групп людей и перемеще ние акцента сознания от индивидуального «Я» к групповому (или коллек тивному) «Мы». Отметим также, символы характеризуются двойственной Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы природой, заключающейся в том, что любой символ изначально предметен в аспекте выражения, с точки зрения чувственно-данной формы, и идеален в аспекте значения.

Ж. Бодрийяр писал, что модные «предметы отсылают к определен ным социальным целям и социальной логике. Они говорят не столько об их пользователе, сколько о социальных претензиях и покорности, социальной мобильности и инертности, о привыкании к новой культуре и погруженности в старую, о стратификации и социальной классификации. Каждый инди вид и социальная группа посредством предметов ищут свое место в некоем порядке, пытаясь при этом своим личным движением, поколебать этот поря док». Посредством предметов обретает свой голос стратифицированное обще ство [6]. Он отмечает, что «под знаком предметов, под печатью частной соб 6].

.

ственности осуществляется постоянный социальный процесс наделения значением. А предметы, по ту сторону своей простой применимости, везде и всегда являются терминами и выражениями этого социального процесса означивания» [6].

Мода существовала и существует в культуре любого общества и на каждом этапе его развития. Отмечая это, Ж. Бодрийяр утверждал, что мода имморальна, она несет разрушение прежних ценностей общества, отвергает критерии суждений (добро/зло, прекрасное/безобразное, рациональное/ иррациональное).

Прежде чем в каком-либо предмете психологически проявится кате гория «модности», какой-то другой предмет всегда должен быть отнесен к категории «немодность». Поэтому тогда, когда модный объект превра щается из элитарного, эпатажного, отличающегося абсолютной новизной и потому доступного меньшинству, в распространенный, он становится общепринятым, массовым. В этом парадоксальный характер моды: заво евав победу, мода перестает быть модой, поскольку приобретает рутинные, обыденные, привычные и повседневные черты.

В подтверждение этого приведем классификацию, даваемую пси хологами, формам моды. В этой классификации выделяются две основные формы моды: форма триумфа и форма непонимания, даже возмущения, что позволяет ее разделить на элитарную и массовую. Неприятие моды на первых порах, состоящее в ее непонимании, и есть показатель ее элитарности. Однако «триумф моды – в ее противостоянии толпе. Вне шокированной публики мода теряет свой смысл. Поэтому психологический аспект моды связан со страхом быть незаметным и, следовательно, питается не самоуверенностью, а сомнением в своей собственной ценности» [7]. Этот страх (или просто сомнение) – одна из главных характеристик моды. При этом мода может соответствовать или не соответствовать привычным представлениям о долж ном и сущем. Таковы особенности рождающихся субкультур, включающих и модные образы. В этом случае можно говорить о том, что мода способна разрушать культурные традиции, быть объектом критики и споров. Но в ней всегда заложено такое свойство, как стремление человека быть замеченным, увиденным, признанным. Для эффективности и активности процесса комму Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы никации реализация этого стремления имеет важное значение, так как инди вид выбирает, какую информацию он собирается сообщить своим внешним видом партнерам.

Текст, создаваемый модой, может нести самое разнообразное содер жание, при этом адресант и адресат могут быть как соратниками, едино мышленниками, так и противниками (конкурентами), которым бросается вызов. Сообщая благодаря определенным символам о своей модности/ немодности, индивид одновременно информирует о своем положении в обществе, своем достатке, уровне образования и др. В то же время потре бление модных вещей является таким текстом, благодаря которому можно получить информацию о культуре общества, степени социализированности человека, условиях и образе его жизни, уровне доходов, социальной принад лежности, финансовом благосостоянии, воспитании, возрасте, вкусе и др.

В заключение заметим, что, применяя лумановский подход, можно сделать вывод: мода, как система знаков и символов в коммуникативном пространстве, является неким «правом» образов и форм, обладающим, как и легальное право, самодостаточностью, самореференцией, системой кодов и специфическими социальными функциями. Подчеркнем и тот момент, что в моде отражен смысл, который так или иначе входит в семиотическую семантическую структуру современной культуры.

Библиографический список 1. Дымерец Р. Власть символов и символы власти в современной культуре // Символы, образы, стереотипы: исторический и экзистенциальный опыт. Международные чтения по теории, истории и философии куль туры. – СПб.: ФКИЦ «Эйдос», 2000. – С. 122.

2. Арутюнова Н.Д. Метафора и дискурс // Теория метафоры. – URL:


http://www.philology.ru/linguistics1/arutyunova-90.htm.

3. Foster, M.L. Analogy, Language, and the Symbolic Process, in Foster, M.L.

and Bostscharow, L.J. (eds.). The Life of Symbols. Boulder: Westview Press, 1990. P. 81.

4. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. В 4 т. Т. 2:

И – О. – М.: Рус.яз. – Медиа, 2005. – С. 337.

5. Веблен Т. Теория среднего класса (Вступительная статья). – URL:

http://lib.rus.ec/b/362643/read.

6. Бодрийяр Ж.К. К критике политической экономии знака. – URL:

http://tortuga.angarsk.su/fb2/bodrij09/K_kritike_politicheskoy_ekonomii_ znaka.fb2_1.html.

7. Килошенко М. Психология моды: теоретический и прикладной аспекты. – СПб.: СПГУТ, 2001. – С. 93.

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы Ягафарова Д. Г., Уфа Качество жизни личности (субъективные аспекты) Аннотация Ценностные ориентиры личности как важный аспект качества жизни транслируются индивиду в семье. В зави симости от качества и уровня жизни семьи располагают соответствующими возможностями и транслируют свою модель поведения детям, воспитывая в них различные личностные качества.

Ключевые слова: качество жизни, личностные качества, семья, формирова ние личностных качеств индивида, ценности Качество жизни определяется совокупностью показателей, детер минирующих уровень реализации потребностей личности, и степенью ее удовлетворенности реализацией своих жизненных сил.1 Общество создает равные условия, использование которых зависит от самой личности, ее творческого потенциала, активности в улучшении своих условий жизни.

Качество жизни повышается вместе с ростом личности, ее творческих возможностей. В зависимости от объективных и субъективных факторов различаются способности индивидов к использованию этих возможностей.

К числу субъективных факторов можно отнести ценностные ориентации личности, психологические качества, интеллектуальный уровень и т. д.

К объективным факторам – уровень жизни, социальный статус, экологи ческую обстановку, социальное окружение и т. д.

В зависимости от осознания индивидом желаемых материальных и духовных благ и выбора из них наиболее предпочитаемых формируются определенные жизненные ценности. С одной стороны, они определяют направленность реализации потенциала индивидов, с другой стороны, социально-экономическая дифференциация оказывает влияние на формирование ценностей индивидов. Первоначально, те или иные ценности индивида закладываются в семье.

В зависимости от качества и уровня жизни семьи располагают соот ветствующими возможностями и транслируют свою модель поведения детям, воспитывая в них различные личностные качества. На основе ана Лига М.Б. Качество жизни как основа социальной безопасности. – М.: Гардарика, 2006. С.86.

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы лиза социологических данных1, с использованием факторного анализа, было выделено 4 группы семей (в качестве переменных, несущих фактор ную нагрузку были отобраны переменные, фиксирующие наличие или отсутствие в домохозяйствах определенных предметов домашнего обихода).

К первой группе домохозяйств относятся наиболее богатые, обеспеченные семьи, располагающие всем предлагаемым набором предметов. Ко второй группе относятся семьи, имеющие набор предметов, которые можно отне сти к предметам «внешнего» обихода. Это достаточно обеспеченные люди, которые в силу определенного образа жизни, ценностных ориентаций и предпочтений не имеют большого числа предметов домашнего быта (сти ральную машину, персональный компьютер и т. п.), но имеют предметы, необходимые «вне» дома (ноутбук, автомобиль и т. п.), предполагающие ведение активного образа жизни. К третьей группе домохозяйств относятся наименее богатые, бедные семьи, не имеющие достаточно материальных ресурсов. Четвертая группа противоположна второй группе семей, в нее входят домохозяйства, в большей степени ориентированные на быт, веде ние домашнего хозяйства, более пассивный образ жизни.

Семьи, наиболее обеспеченные, в воспитании детей в большей степени акцентируют внимание на воспитание таких качеств как умение добиваться своего – 33.9%. В наименьшей степени к этому склонны бедные семьи – 16.5%. Представителям богатых семей также важно воспитать в детях умение постоять за себя – 24.7%, лидерство – 14.5%. Лидерство, как качество, желаемое в детях, в наименьшей степени выражают бедные семьи – 6.9%.

Семьи, ведущие активный образ жизни, ориентированные на «внешний мир», чаще развивают в своих детях стремление к успеху – 18%.

Бедные семьи склонны воспитывать в детях трудолюбие – 68.4% и послушание – 29%. Семьи, ведущие более пассивный образ жизни, ориентированные на быт, чаще обращают внимание на воспитание хороших манер – 73.4%.

Первый тип семей, обладающий большими возможностями, по сравнению с другими, формирует тип личности ребенка, имеющего навык добиваться своего, умение постоять за себя, склонного к лидерству, неза висимости и самостоятельности. Представители данного типа менее всего склонны воспитывать в ребенке трудолюбие и послушание.

Второй тип семей, ведущий более активный образ жизни, имеющий в быту предметы, более необходимые вне дома, более других культивирует в ребенке стремление к успеху. Наименее значимым качеством выделяет наличие хороших манер.

Третий тип семей, бедные семьи, среди значимых качеств в вос питании ребенка, выделяют послушание и трудолюбие. Среди наименее значимых качеств – умение добиваться своего, лидерство, независимость и самостоятельность.

Проект ИСППИ РБ «Семья и семейная политика в Республике Башкортостан», 2010 г., объем выборки 800 чел.

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы Четвертый тип семей, ведущий более пассивный, консервативный образ жизни, более других стремится воспитывать в детях хорошие манеры.

Менее других типов ориентированы на воспитание в детях стремления к успеху и умения постоять за себя.

Таким образом, качество и уровень жизни семей формирует определенный образ жизни родителей, который они в какой-то степени могут транслировать своим детям. При низком качестве жизни семей, недо, статке средств к существованию вероятно формирование типа личности, склонного к послушанию, трудолюбию, не стремящегося к лидерству и не имеющего навыков к достижению целей, – качества, характерные для «ценностей выживания».

Традиционные ценности, характерные конкретным обществу или национальности и народности, транслируются непосредственно из поколения в поколение и являются мало изменчивыми, но наряду с ними формируются новые ценностные ориентации, характерные эпохе и определенному этапу развития общества. На эти ценности на макроуровне оказывают воздействие уровень социально-экономического развития социума, развитие глобализационных процессов, научно-технический прогресс, на микроуровне – качество жизни семей и личности. С другой стороны, изменение ценностных ориентаций влечет за собой изменения в обществе. Качество жизни населения, связанное с ценностными ориентациями личности взаимозависимой корреляцией, оказывают непосредственное воздействие на динамику и направление развития общества в целом.

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы Яковлева М. Н., Москва Семья как основа формирования человеческого капитала в условиях современной российской инновационно-модернизационной стратегии Аннотация В статье рассматриваются проблемы качества человече ского капитала, создания качественно нового человека труда как необходимых условий модернизации страны.


Основное внимание уделяется аксиологическому аспекту роли семьи в формировании и сохранении человече ского капитала.

Ключевые слова: модернизация, технологическая модернизация, общество знаний, человеческий капитал, семья, семейный образ жизни, рынок труда, молодежь Модернизация и переход на инновационный путь развития в 2008 г.

были официально провозглашены основным способом трансформации российской экономики на ближайшее десятилетие. В рамках современной концепции модернизации страны, собственно модернизация интерпретируется главным образом, как технологическая, которая подразумевает совокупность шагов, направленных на повышение конкурентоспособности страны.

Однако, понимание модернизации как, прежде всего, смены поко лений технологий (технологического прорыва) не вполне продуктивно, поскольку вопрос о технологическом развитии упирается в вопрос о суще ствовании общественной среды, способной к воспроизводству, внедрению и использованию технологий. Техника и каждый наблюдаемый в истории технологический уклад есть, в своей основе, социальное явление. Поэтому, при всей важности технологической модернизации, главным предметом модернизационной концепции является само общество.

В зависимости от типа модернизации условия ее проведения и последствия для общества и страны в целом могут существенно раз личаться [1]. Прежде всего, это касается масштабов модернизации. Так, сплошная модернизация общества предполагает, что процессы изменения затрагивают все сферы жизнедеятельности людей, их трансформацию, нацеленную на повышение конкурентоспособности общества для всех Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы социальных групп и слоев. Напротив, очаговая модернизация в этом слу чае может быть нацелена на преобразование условий развития какого-то одного слоя общества или одной социальной группы, при сохранении прежними условий развития других групп и слоев.

Вопрос заключается в том, – если нынешняя модернизация будет реализовываться на деле, а не останется в сфере риторики, – будет ли она способствовать интеграции или дезинтеграции общества, повышению качества жизни и конкурентоспособности всех слоев населения или создаст новые направления поляризации общества.

Современная экономика – это экономика знаний, зависящая от каче ства общеобразовательной и профессиональной подготовки специалистов.

Современный мир характеризуется переходом к принципиально новому типу общественно экономического развития, основными факторами которого стано вятся знания, образование, морально-нравственные характеристики работника, полнота человеческой жизни. Научное понимание работника стало ассоцииро ваться с понятием совокупного работника, которое охватывает спектр качеств личности: индивидуальных, коллективных, общественных, биологических, образовательных, интеллектуальных, культурных. В эпоху постиндустриального общества экономика служит не ею самой определяемым целям, а целям человече ского развития и совершенствования. Научной базой экономики знаний (инфор мационно-инновационной экономики) является теория человеческого капитала.

В социологической науке вложения в человеческий капитал и отдачу понимаются значительно шире, чем это принято в экономи ческой теории. Например, полезным эффектом инвестиций в обра зование индивида (обладателя человеческого капитала) считается не только повышение его заработной платы, но и карьерный рост, полу чение более престижной профессии, появление (увеличение объёма) властных полномочий, моральное удовлетворение и т. д. [2]. Теория человеческого капитала отражает переориентацию социологической науки с проблем использования трудовых ресурсов на проблемы соз дания качественно нового человека труда в условиях информационного общества. Труд как потребность в условиях информационного обще ства есть один из опорных элементов концепции общества знаний.

При этом проблема является намного более широкой, чем просто подготовка высокопрофессиональных специалистов для ряда отраслей, в которых предполагается осуществить технологический прорыв.

Международный опыт решения проблем модернизации и инноваци онного развития стран свидетельствует, что огромные преимущества в соз дании стабильных условий для роста качества жизни, создания и развития экономики знаний, информационного общества, развития гражданского общества имеют страны с накопленным качественным человеческим капи талом. То есть страны с образованным, здоровым населением, конкурен тоспособными профессионалами мирового уровня в образовании, науке, в управлении и других сферах.

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы Однако сегодня доля человеческого капитала в национальном богат стве России по всем основным характеристикам ниже, чем в развитых странах и составляет 50%. При этом, по мнению Корчагина Ю.А. [3], и эта оценка является сильно завышенной – качество и эффективность российского национального человеческого капитала сильно упали по сравнении с другими странами. Это каса ется практически всех параметров: уровня общественного здоровья, образования, культуры, трудовой этики, распространения социальных девиаций.

Попытки решения проблемы путем реформирования отдельных соци альных институтов (система здравоохранения и система образования уже многие годы находятся в состоянии перманентного реформирования) не дают желаемых результатов.

В условиях социально-экономической нестабильности центральное место среди социальных институтов сегодня занимает семья, которая ока зывает определяющее влияние на формирование и сохранение человече ского капитала. Семья – это не только самый устойчивый социальный институт, выполняющий важнейшие функции, связанные с репродукцией и социализацией новых поколений, но и тот «микромир», где формируется гражданская куль тура и ответственность человека, представления о правах и обязанностях, чести и достоинстве. И сегодня, как никогда ранее, становится очевидным, что если семья перестает реализовывать эти функции, то общество как социокультурная система деформируется и погибает.

В то же время в условиях деидеологизации общественной жизни роль семьи в формировании и трансляции социальных и моральных норм, установления нравственного климата повышается. Именно в семье фор мируются типичные образцы поведения, которые закладывают отноше ние индивида к здоровью. Экономическое значение домашних хозяйств сегодня связано не только с ростом экономических трудностей, пережива емых большинством населения, но и с социальной политикой государства, направленной на переход к платной медицине и образованию. Тем самым именно возможности семьи сегодня определяют качество здоровья и обра зования молодого поколения.

Не случайно согласно данным современных исследований именно семья занимает первое место в системе базовых ценностей россиян [4, C.

53]. Однако те же исследования фиксируют низкий уровень реализации семейных ценностей (не реализованы у 27%). Данная ситуация находится во взаимосвязи с аксиологическими проблемами современного общества — крайний индивидуализм ведет к отказу от брака и деторождения, разводам, нежеланию заботиться о детях и родителях. Активно навязываются, в том числе и через СМИ, альтернативные естественной семье формы сексуального партнерства в качестве модных и даже «прогрессивных» образцов сексуального, брачного и репродуктивного поведения.

СМИ и, главным образом, телевидение, которые транслируют мно гочисленные сцены семейного насилия, драк между супругами, сюжеты с бесконечными разводами с дележом имущества и детей, формируют негативный образ семейной жизни в общественном сознании, особенно, в неокрепшем сознании молодых людей. Как альтернатива беспросветной Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы семейной жизни в мягкой форме навязывается иной, свободный от семьи и детей образ жизни с его лозунгом «бери от жизни все». Все это ведет к раз рушению в России семейных ценностей, трансформации, а то и деградации семейного образа жизни.

Ломка социально-экономической и нравственной системы в 1990т. е. годы спровоцировали катастрофическое обострение целого ряда проблем в отношении семьи:

 заметно ухудшилось материальное положение семей. Социальная поддержка семей с детьми явно недостаточна для обеспечения необходи мого качества жизни, а, значит, и необходимых условий для формирования здоровых, образованных граждан. Именно семьи с детьми в современной России попадают в категорию бедных;

 заметно снизился уровень регистрации браков;

большой попу лярностью стали пользоваться незарегистрированные браки, особенно в молодежной среде;

 значительно выросло число разводов;

 значительно ухудшилось здоровье подрастающего поколения (около 90% выпускников общеобразовательных учреждений имеют те или иные отклонения в здоровье);

 резко снизился воспитательный потенциал семьи, снизился авто ритет родителей, что привело к распространению девиантных и аморальных форм поведения подростков: преступности, алкоголизма, наркомании, сексуальной распущенности. Привычным для общества стало существо вание «социально незащищенных», «неблагополучных», «педагогически запущенных семей»;

 распространились явления массового социального сиротства, детской и подростковой беспризорности;

 произошла деформация укоренившихся в сознании народа мо ральных принципов, норм, ценностей и идеалов наряду с навязыванием культа денег, потребления и индивидуализма [5, c.150].

Наблюдаемые деструктивные тенденции изменения семейного об раза жизни прямо противоречат потребности в сохранении и повышении качества человеческого капитала, как необходимого условия модерниза ционно-инновационного развития страны.

При сохранении этих тенденций качество человеческого капитала в каж дом следующем поколении неизбежно будет снижаться. Так, сейчас на рынок труда выходит поколение молодых людей, рождение которых пришлось на конец 1980-x – начало 1990-х годов, т. е. на этап «шоковой терапии», а детские годы – на самые тяжелые для населения 1990т. е..

Как показывают социологические исследования, большинство молодых россиян готовы пожертвовать профессией, специальностью, которую они лишь недавно приобрели, если бы им предложили работу с более высокой зарплатой [6].

При этом размер материального поощрения для молодых людей в наше время не Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы столько способ удовлетворения базовых потребностей, а нечто большее – показа тель статуса, успеха, престижа. «Молодые люди могут ставить перед собой самые высокие профессиональные и общественные цели – совершить переворот в науке, открыть новое лекарство, помочь людям или создать новое производство, – но они не готовы пожертвовать ради этих целей своим материальным благополучием».

С одной стороны, это увеличивает гибкость и мобильность трудовых ресурсов на рынке труда, открывает определенные возможности для новых направлений работы, новых предприятий. Но вместе с тем ведет к дальнейшей «депрофессионализации» кадров, которые переходят с одного места на другое, работают по разным специальностям и не углубляют своих профессиональных знаний, сводят на нет часто очень высокие общественные затраты на подготовку специалиста в системе образования.

При этом доля молодых людей, главная цель трудовой деятельности которых – спокойная, обеспеченная жизнь, а созидание, творчество и активная жизненная позиция отнюдь не выступают важными приоритетами, – действи тельно очень велика. Но хотя реальное участие в созидательной деятельности среди российской молодежи нельзя назвать очень высоким (30% опрошенных), все же, по мнению Андреенковой, потенциал у такой деятельности довольно велик, но наиболее высок он в экономической сфере.

Исходя из этого можно сделать вывод, что нормативно-ценностные трудо вые установки молодежи являются закономерным продуктом современных усло вий жизни и прямо противоположны качествам нового человека труда. Учитывая происходящие изменения семейного образа жизни, можно сделать вывод, что именно эти установки будут транслироваться следующим поколениям. А при сохранении существующих социально-экономических условий можно ожидать дальнейшей прагматизации и сужения творческого потенциала последующих поколений. Поэтому проблема создания качественно нового человека труда явля ется первостепенной с точки зрения перспектив реализации модернизационного прорыва. В противном случае модернизация, в случае ее реализации, с высокой степенью вероятности будет носить локальный характер и затронет только отдель ные группы населения, еще более углубив социальные разрывы.

Одним из центральных элементов решения этих проблем, по мнению автора, является институт семьи (сохранение семейных ценностей, формиро вание и трансляция социальных и моральных норм, сохранение воспи тательного потенциала семьи, формирование здоровья нового поколения) как основного института, формирующего и сохраняющего качество человеческого потенциала, решение проблем которого необходимо начинать с аксиологического аспекта. К сожалению, в современной социальной политике семья рассматрива ется в первую очередь с точки зрения количественных демографических показате лей, а развитие семьи стимулируется главным образом экономическими мерами.

Секция 5. Социология образа жизни: проблемы и перспективы Библиографический список 1. Доклад о развитии человеческого потенциала в Российской Федерации 2011. Модернизация и развитие человеческого потенциала. – М.: 2011.

2. Антоненко В. В. Человеческий капитал как категория экономической социологии. Тезисы доклада. // IV Всероссийский социологический конгресс. «Социология в системе научного управления обществом». / Секция Экономическая социология. – М., 2-4 февраля 2012.

3. Корчагин Ю.А Широкое понятие человеческого капитала. // ЦИРЭ:

Центр исследований региональной экономики. URL: http://www.lerc.

ru/?part=articles&art=3&page=22 (Дата обращения: 10.07.2011).

4. Возьмитель А.А. Образ жизни: тенденции и характер изменений в поре форменной России. – М.: Институт социологии РАН, 2012.

5. Образ жизни в советской и постсоветской России / Под общей редак цией А.А. Возьмителя и Г.И. Осадчей. – М.: Изд-во РГСУ, 2009.

6. Андреенкова А. Их настоящие мечты. / «Эксперт» №6 (740), 14 фев раля 2011.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.