авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ ФГОУ ВПО «ЮЖНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ КАФЕДРА СПЕЦИАЛЬНЫХ ИСТОРИЧЕСКИХ ДИСЦИПЛИН И ...»

-- [ Страница 5 ] --

Необходимо учитывать, что к 1876 г., когда началась мобилизация, процесс преобразований далеко не был завершен. Более того, с Дона выступило полка482, что в корне противоречило положениям итогового проекта Главного управления иррегулярных войск. При его составлении предлагалось никогда не проводить частичную мобилизацию льготы второй очереди, призывая или все ее полки, или ни одного483. С другой стороны, после внимательного изучения материалов военной реформы данный факт не вызывает удивления, поскольку только казаки мобилизуемых в случае начала войны частей обязывались иметь своих коней. Военное Министерство до войны исключало возможность мобилизации полков льготы второй очереди по мере их готовности, но созданные им условия делали несостоятельной их общую мобилизацию. Это было вызвано тем, что одновременная покупка большого числа верховых животных признавалась местными властями невозможной.

Существуют две диаметрально противоположные оценки участия казачества в этой войне. Первая, донские части действовали весьма успешно и наглядно доказали свою необходимость для регулярной армии484. Вторая, Волошина Е.Е. Донское казачество в русско-турецкой войне 1877-1878 гг.: вооружение и снаряжение. URL:

http://nauka.bg/forum/index.php?app=core&module=attach§ion=attach&attach_id=25367. (дата обращения:

18.03.13).

Картины былого Тихого Дона. С. 457;

Волошина Е.Е. Участие донского казачества в русско-турецкой войне 1877 1878 годах. URL: http://www.dslib.net/istoria-otechestva/uchastie-donskogo-kazachestva-v-russko-tureckoj-vojne-1877 1878-gg.html. (дата обращения: 12.03.13).

РГВИА. Ф. 330. Оп. 61. Д. 1937. Л. 52-53.

Данная позиция, например, нашла свое отражение в неоднократно упоминавшемся труде «Картины былого Тихого Дона». Его поддерживает и Е.Е. Волошина в своей диссертации. Волошина Е.Е. Участие донского казачества в русско-турецкой войне 1877-1878 годах. См.: URL: http://www.dslib.net/istoria-otechestva/uchastie-donskogo kazachestva-v-russko-tureckoj-vojne-1877-1878-gg.html. (дата обращения: 12.03.13).

казаки, как и вся российская кавалерия, не смогли обеспечить важнейшие функции разведки и прикрытия при развертывании главных сил485.

В рамках нашего исследования интересен, на наш взгляд, иной подход к вопросу, чем оценка абстрактной эффективности или неэффективности казачьих подразделений. Учитывая незавершенность реформы и отсутствие крупных войн в предшествовавший и последовавший периоды, которые могли бы дать материал для сравнительного анализа, в принципе невозможно понять, какие тенденции проявились в ходе боевых действий, связанные с проводившимися преобразованиями, а какие – нет. В неоднократно приводившемся обращении к Военному Министерству войсковой наказной атаман никак не увязывал выход на службу неисправных казаков с проводимой реформой, хотя такое сопоставление хронологически было бы достаточно логичным: неисправные казаки появились при первой же мобилизации после ее начала.

Стоит прежде всего обратить внимание не на собственно участие донских частей в войне 1877-1878 гг., а на оценку их действий правительством. Интересно сделать это в сопоставлении с Кубанским войском, где местная комиссия отвергла предложенные Военным Министерством преобразования. Вследствие этого кубанские казаки могли призываться на службу неоднократно, а лица войскового сословия, находившиеся на льготе, не приписывались к конкретным полкам486.

Система, принятая на Кубани, была аналогична существовавшей на Дону до реформы, с тем исключением, что число частей соответствовало реальной численности войска.

С 1872 г. и до конца русско-турецкой войны Военное Министерство не пыталось снова инициировать процесс системной военной реформы на Кубани.

Но, в 1879 г. создается специальная комиссия, которой предлагалось рассматривать не новый проект преобразований, спущенный сверху, а Керсновский А. История русской армии. 1700-1881.С. 369-371. Причины отдельных неудач казачьих войск и российской кавалерии в целом разбирает и А.Н. Малукало. См.: Малукало А.Н. Кубанское казачье войско в 1860 1914 гг.: организация, система управления и функционирования, социально-экономический статус. URL:

http://www.cossackdom.com/book/bookkuban.html (дата обращения: 03.04.13).

Малукало А.Н. Кубанское казачье войско в 1860-1914 гг.: организация, система управления и функционирования, социально-экономический статус. URL: http://www.cossackdom.com/book/bookkuban.html (дата обращения: 03.04.13).

возможности применения в кавказских казачьих войсках принципов военной организации, которые были приняты на Дону487. На наш взгляд, этот факт можно считать очень высокой оценкой Военным Министерством реформы донского казачества. Особенно с учетом того, что в 1882 г. основные принципы организации Донского Войска действительно были распространены на Кубань и Терек. Не вдаваясь в подробности, отметим, что теперь и казаки этих войск делились на подготовительный, строевой и запасный разряды, срок пребывания в них соответствовал введенным на Дону. Роспись по нестроевым полкам предполагалось проводить в мирное время;

льгота второй очереди освобождалась от обязанности иметь лошадей;

наконец, штат всех частей приводился в соответствие с новыми требованиями488. Можно спорить насколько успешной являлась военная реформа на Дону, какие конкретные особенности действий казаков в 1877-1878 гг. связаны с ней. Главное, что Военное Министерство было вполне удовлетворено ее проверкой в боевых условиях, а окончательный проект Главного управления иррегулярных войск, созданный при помощи Донской комиссии, войскового наказного атамана и войскового начальства, стал основой для преобразований в других казачьих войсках. Подробнее хронология военных преобразований на Дону и на Кубани дана нами в Приложении, в таблице 10.

Следует обратить внимание на еще один факт, что ускользавший от предыдущих исследователей. Все известные нам авторы, оценивая военную реформу Д.А. Милютина, не акцентировали внимания на том, что Российская империя во второй половине XIX в. не вела войн с другими великими державами.

В этих условиях реальное состояние ее вооруженных сил оценивалось исходя из косвенных факторов, причем от этой оценки зависел международный авторитет империи. В 1860-е гг. данная оценка, исходя из опыта Крымской войны, была чрезвычайно низка, ярким примером чего может служить работа Ф. Энгельса489.

Казачество рассматривалось в ней, как пережиток эпохи, когда иррегулярная РГВИА. Ф. 330. Оп. 61. Д. 1846. Л. 1-15.

Малукало А.Н. Кубанское казачье войско в 1860-1914 гг.: организация, система управления и функционирования, социально-экономический статус. URL: http://www.cossackdom.com/book/bookkuban.html (дата обращения: 03.04.13).

Энгельс Ф. Армии Европы. С. 249-261.

кавалерия входила в состав всех восточноевропейских армий, а его боевая эффективность признавалась сомнительной490.

Военная реформа и изменение статуса казачьих полков, введенных в состав регулярных кавалерийских дивизий, вызвали пересмотр этих положений.

Определенную роль сыграли и громкие успехи отдельных подразделений в ходе русско-турецкой войны 1877-1878 гг. В новых условиях казачество рассматривалось как специфическая, но органичная часть одной из армий общеевропейского образца. В своей диссертации Е.Е. Волошина приводит пример из английского журнала «Nature», корреспондент которого сравнивал казаков с прусскими уланами, то есть представителями регулярной кавалерии образцовой европейской державы491.

Последними фактами, на которые необходимо обратить внимание в свете участия казаков в войне 1877-1878 гг., является относительная слабость турецкой армии той эпохи и идеальные условия предвоенной мобилизации. Высочайший манифест о мобилизации опубликован за четыре месяца до начала военных действий, это дало возможность без спешки перебросить все призванные части к границе492. Турецкая армия, несмотря на отдельные удачи, не выиграла ни одного крупного полевого сражения. Поэтому успехи казачьих частей, вероятно, были несколько переоценены Военным Министерством. Во всяком случае, после десятилетия активных военных реформ на Дону наступил очередной период повышенного интереса к гражданским вопросам, прежде всего – к институту земств, комиссии, по реорганизации которых создавались в 1878 г. и 1881г.

Материалы Донской комиссии и войскового атамана показывают, что новые проблемы в организации служилого разряда возникали постоянно, и решать их следовало по мере появления, а не когда становилось заметное падение боеспособности донских частей. Возможно, Военное Министерство не желало из политических соображений создавать постоянный местный орган, занятый Там же. С. 261.

Волошина Е.Е. Участие донского казачества в русско-турецкой войне 1877-1878 годах. URL:

http://www.dslib.net/istoria-otechestva/uchastie-donskogo-kazachestva-v-russko-tureckoj-vojne-1877-1878-gg.html.

(дата обращения: 12.03.13).

Керсновский А. История русской армии. 1700-1881. С. 392.

преобразованиями войска, полагало, что удобнее иметь дело с временными комиссиями. Само Министерство, как видно не было достаточно информировано о сложившейся ситуации на Дону, из-за этого не могло оперативно реагировать на новые вызовы.

По этим причинам и после ликвидации земств на Дону проводились в первую очередь гражданские реформы, такие, как введение жандармерии или переподчинение тюрем региона Министерству Внутренних Дел493. Единственным принципиально значимым преобразованием военной организации стало объединение округов и военных отделов, то есть окончательное сращивание военной и гражданской администрации494, но оно не касалось строевой службы.

Только русско-японская война выявила проблемы, характерные не только для донского, но и для других казачьих войск России. Большая их часть касалась вопросов, в общем виде поднимавшихся еще Донской комиссией. В частности, в очередной раз встала проблема низкого уровня коневодства в казачьих регионах и недостатков организации обозов495.

Заслуживает внимания влияние военной реформы на гражданское управление региона. Особенно важной и малоизученной темой представляется связь проведенных преобразований с неудачной земской реформой. В тексте главы не приводились статистические данные, касавшиеся казаков внутренней по Войску службе, как именовались в дореформенный период будущие представители запасного разряда. Речь идет о лицах, отслуживших полный срок в полевом разряде или исключенных из него по состоянию здоровья, а не о солдатах внутривойсковых команд. На 1871 г. 4943 казака внутривойсковой службы безвозмездно служили в качестве прислуги в больницах и богоугодных учреждениях, следили за дамбами и шахтами и выполняли другую хозяйственную работу по нарядам войскового штаба и станиц496. После реформы подобное Козлов А.А., Козлов А.И. Имперская политика огосударствления, милитаризации и закрепощения казаков в XIX начале XX века. С. 120.

Там же. С. 121.

Игнатьев Б.Б. Развитие системы управления казачьих войск России (вторая половина XIX – начало XX вв.). С. 95 103.

РГВИА. Ф. 330. Оп. 61. Д. 1937. Л. 11.

использование бывших лиц строевого разряда запрещалось. 1644 вакансии должны замещаться за счет войска, которое, к тому же, получило право собирать для этих целей специальный налог с освобожденных по состоянию здоровья от строевой службы казаков497. Как отмечалось выше, оплату рабочим, занявшим оставшиеся освободившиеся места предполагалось в значительной мере возложить на земства498. Донская комиссия рассчитала, что годовая оплата каждому из этих лиц составит от 80 до 150 рублей499. Таким образом, новые налоги в пользу земств, против которых выступали казаки, и неуплата которых сыграла значительную роль в ликвидации этих институтов, были частично связаны с военной реформой. Более подробно статистика, связанная с данным вопросом, приведена нами в таблице 11 Приложения.

В то же время другой альтернативы, кроме как возложить данные расходы на земства, Военное Министерство, по-видимому, не видело. Во-первых, после введения земств больницы и богоугодные заведения переходили в их ведение;

во вторых, войсковая казна, как отмечал войсковой атаман, и без того несла большие расходы на военную реформу, а ее доходы, с ликвидацией торгового общества, сокращались. На наш взгляд, местная элита и центральные власти надеялись на понимание рядовыми казаками связи между введением новых налогов и освобождением запасного разряда от службы внутри войска. Ничего подобного не произошло, напротив, основная масса войскового сословия возмущалась необходимостью платить налоги в пользу всесословного органа.

Вследствие этого попытки связать военную реформу с земством успехом не увенчались, земства были ликвидированы. Уместно обратить внимание на еще одну причину неоптимального, с нашей точки зрения, выбора времени для начала военной реформы. Если бы она проводилась не одновременно с земской, то в ведении Войска осталась бы оплата большего количества освободившихся вакансий. Это являлось не случайной ошибкой, а сознательным шагом Военного Министерства, изначально увязывавшего две реформы. Выше мы уже указывали, Там же. Л. 49.

Там же. Л. 11.

Там же. Л. 11.

что, после ликвидации земств, войсковое начальство будет неоднократно пытаться их восстановить с целью снять с себя расходы на несение земских повинностей. Данный факт показывает, что местная элита была заинтересована в существовании земств именно ради возложения на них части расходов, которые в ином случае несла бы войсковая казна.

Что касается других институтов гражданской жизни казачества, то в итоговом проекте Главного управления иррегулярных войск прослеживался неуверенный курс на милитаризацию региона. Важнейшая функция составления очередных списков возлагалась на сходы, а контроль за ее правильностью – на окружные начальства. Объединение округов и отделов стало последним шагом в данном направлении, его предпосылки четко оформились во время военной реформы. Данный курс противоречил политике Военного Министерства в предыдущие годы, и, возможно, поэтому прямо о нем не заявлялось.

В связанных с проведением реформы документах неоднократно была сформулирована мысль, что новая система военной организации казачества значительно облегчает службу по сравнению с прежней системой, основывающейся на «Положении об управлении Донским войском» от 26 мая 1835 г. Наиболее четко этот тезис сформулировало войсковое начальство, утверждавшее, что «новый порядок будет намного легче ныне существующего, который, однако, не считался чрезмерно отяготительным»500. Основаниями для этого вывода служили сокращение обычного срока службы с 7 до 3 или 3 1/3 лет, замена двукратного призыва на службу однократным и освобождение казаков от бесплатной внутренней службы по войску501. Представители войскового начальства изначально даже предполагали, что после общего облегчения системы службы можно будет требовать от рядовых казаков уступок в отдельных вопросах, например, связанных с временем проведения учебных сборов502.

При подобных рассуждениях, однако, игнорировался тот факт, что с сокращением числа строевых частей принципы «Положения» выполнялись уже не Там же. Л. 24.

Там же. Л. 24.

Там же. Л. 24.

в полной мере, и часть казаков не призывалась вовсе из-за отсутствия потребного числа вакансий, создавая на Дону ту массу никогда не служивших лиц полевого разряда, рост которой и был одной из причин реформы. Освобождение казаков от бесплатной службы по войску сопровождалось введением земств, нанятые которыми работники должны были занять освободившиеся должности. Мы уже писали, что необходимость оплачивать их труд была важной причиной роста земских повинностей, само введение которых рассматривалось казаками как наступление на их привилегии.

Недостаточное число новобранцев заставило Военное Министерство рекомендовать массово призывать на действительную службу казаков старших возрастов, не сумевших отслужить свой срок из-за отсутствия вакансий503.

Мобилизация 1876 г. и последовавшая за ней русско-турецкая война 1877-1878 гг.

привили к вторичному призыву на действительную службу нижних чинов льготных частей, а так же к увеличению сроков службы в строевых частях до конца войны. В подобных условиях военная реформа не вызвала того резонанса, которого ожидала местная элита, и, возможно, Военное Министерство.

Приведенные нами факты объясняют, почему в дальнейшем большое распространение получили проекты, предлагающие дальнейшее облегчение казачьей службы. Их авторы предлагали выделять дополнительные субсидии каждому снаряжающемуся на службу казаку. Сумма субсидии колебалась достаточно незначительно, от 100504 до 120 рублей505, но в жизнь ни один из подобных проектов так и не был воплощен, причины чего будут рассмотрены нами в следующей главе. Тем не менее, сам факт появления этих проектов свидетельствует, что уже проведенные реформы не воспринимались современниками как достаточное облегчение казачьей службы, на что возлагало надежды войсковое начальство. В то же время стоит отметить, что, хотя реформа Там же. Л. 40.

Карпенко А.Н. Донское казачество в ходе осуществления реформ второй половины XIX в.: Автореф. дис. канд.

историч. наук. С. 20.

Малукало А.Н. Кубанское казачье войско в 1860-1914 гг.: организация, система управления и функционирования, социально-экономический статус. URL: http://www.cossackdom.com/book/bookkuban.html (дата обращения: 03.04.13).

и не вызвала у основной массы казачества той реакции, которую прогнозировали местные власти, ее проведение было гораздо более спокойным, чем введение земств. Определенное недовольство вызвало только сближение казачьих частей с регулярными.

Итак, подробно рассмотрев подготовку военной реформы на Дону и ее последствия, можно сделать следующие выводы:

1. В 1860 гг. Военное Министерство рассматривало варианты системной реформы казачества. Оппозиция к ним представителей донского дворянства и удачная мобилизация донских казаков при подавлении Польского восстания заставили отказаться от этой идеи.

2. Военная реформа была инициирована в интересах всей российской армии. Число казачьих частей, их система службы первоначально рассчитывались Военным Министерством исходя из собственных интересов. Созданный им проект был не адаптирован к реальным условиям и не выполним. Вопросы экономической целесообразности существования казачества, актуальные для 1860 гг. в нем уже не ставились. При проведении реформы Военное Министерство пыталось опереться на местную элиту, и для учета ее мнения была создана Донская комиссия.

3. Предыдущие реформы привели к образованию на Дону значительного количества не служащих казаков. В то же время другая часть казачества из-за несовершенства системы службы служила 6-7 лет без положенного возврата на Дон. В этих условиях Донская комиссия сразу признала необходимость военных реформ.

4. Донская комиссия не адаптировала правительственный проект, а создала на его основе новый. Для удовлетворения экономических интересов казачества предполагалось сократить срок службы. Число полков предполагалось уменьшить из-за недостаточной численности полевого разряда. Кроме того, был предложен ряд конкретных организационных преобразований, направленных на повышение боеспособности донских частей. Проект Донской комиссии в большей степени отвечал выгодам гражданской жизни казачества, а не боеспособности донских частей.

5. Окончательный проект военной реформы создавался совместно войсковым начальством, Главным управлением иррегулярных войск и войсковым атаманом генерал-лейтенантом М.И. Чертковым. Были учтены пожелания Донской комиссии и предполагаемые интересы рядового казачества. Представители центральных властей были заинтересованы в максимальной боеспособности донских частей, даже за счет гражданского развития казачества.

6. Итоговый проект носил компромиссный характер. Военное Министерство добилось того, чтобы на каждую строевую часть приходилось две льготных, приблизило систему службы казачества к принятой в регулярной армии, ввело централизованную закупку вооружения. В соответствии с пожеланиями Донской комиссии был сокращен срок службы, уменьшен штат строевых частей.

7. Проведение в жизнь отдельных положений военной реформы, задним числом включенных в итоговый проект, началось с 1871 г. К г., когда началась мобилизация в связи с готовящейся русско-турецкой войной, реформа завершена еще не была. Несмотря на это, Военное Министерство с 1879 г. начинает распространение новых принципов военной организации донского казачества на другие казачьи войска.

8. Военная реформа и связанные с ней крупные затраты сделали неактуальными характерные для 1860 гг. предложения о системной реформе казачества. Кроме того, донские части организационно были включены в состав кавалерийских дивизий, что сделало бы необходимой реформу регулярной кавалерии в случае структурных изменений Донского войска.

9. Совокупность фактов, связанных с военной реформой, заставляет признать, что она была не навязана Области Войска Донского сверху, но создана в результате взаимодействия центральных властей с местной элитой. Ее проведение укрепляло положение казачества как военного сословия и окончательно включало его в организационную систему российской регулярной армии в организационных, военно административных и мобилизационных вопросах.

Глава третья. Особенности военной службы донских казаков и территориального управления Войска Донского во второй половине XIX в.

§1. Особенности организации приготовительной и строевой службы казачества.

В предыдущей главе дано подробное описание Милютинской реформы на Дону и параллельно раскрыты формы военной организации Войска Донского во второй половине XIX в. Это позволяет рассмотреть более локальные проблемы.

Они значимы в контексте нашего исследования, касаются не системной реформы казачества, а конкретных вопросов, важных для характеристики его службы. На наш взгляд, необходимо начать с анализа особенностей пребывания войскового сословия в приготовительном разряде и форм ведения казаками боевых действий.

Военное Министерство выделило окончательно приготовительный разряд из строевого в ходе военной реформы. За время пребывания в нем молодые казаки должны были закупить снаряжение и лошадь, а так же получить необходимый минимум навыков, требовавшихся для службы. В этот минимум входили: умение обращаться с огнестрельным оружием;

способность к боевым действиям в пешем и конном строю;

навыки верховой езды;

знакомство с воинской дисциплиной 506.

Подобно льготным частям, казаки приготовительного разряда проходили учебные сборы, содержание которых надо исследовать подробнее.

Во время обсуждения военной реформы Военное Министерство собрало значительный материал, посвященный невыгодности данных сборов для Войска и для участвовавших в них лиц. Ежегодно подготовка на сборах охватывала до 24 000 человек: около 18 000 представителей льготы первой очереди и 5 000 6000 казаков приготовительного разряда507. По данным Главного управления иррегулярных войск, для их проведения требовалось выделить 8 000 десятин земли508. Особенно убыточными делало сборы время их проведения, совпадавшее Правила для обучения строевой службы казаков приготовительного разряда Донского войска (Высочайше утвержденные 26 марта 1876 г.). С. 104-105.

РГВИА. Ф. 330. Оп. 61. Д. 1937. Л. 24.

Там же. Л. 50.

с важными в сельскохозяйственном отношении месяцами. Тот же орган, подсчитал, что связанный с ними ежегодный ущерб казаков приготовительного разряда составлял минимум 120 000 – 160 000 рублей509. Перенос сборов на более холодное время года был невозможен, поскольку для приближения к боевым условиям предусматривалось отсутствие палаток510.

Для изменившейся политики Военного Министерства характерно, что, зная все эти цифры, его представители почти ничего не предприняли для облегчения положения лиц войскового сословия по данному вопросу. Министерство определило, что все сборы должны проводиться в мае месяце, имевшем меньшее сельскохозяйственное значение, чем последующие511. Разумеется, полностью разрешить проблему такое постановление не могло. К концу XIX в.

необходимость преобразования приготовительного разряда вновь становится актуальной512.

Следует, на наш взгляд, обратить внимание на следующие аспекты. Главное управление иррегулярных войск предполагало, что до выхода на действительную службу лица войскового сословия будут проходить подготовку в течение двух лет513. В течение первого года обучения предполагалось проводить исключительно в станицах, без привлечения на сборы514. Соответственно, общий срок подготовки приготовительного разряда в полевых условиях не превышал дней. Согласно мнению войскового начальства, отвергнутому Военным Министерством, одновременный сбор всех подлежавших ему лиц крайне затруднял проверку реального уровня строевых и боевых знаний и навыков будущих новобранцев. На май приходилась так же отправка пополнения в строевые части, за которую, как и за сборы приготовительных казаков, отвечали Там же. Л. 50.

Там же. Л. 24.

Там же Л. 50.

Григорьев М. Строевое обучение льготных и приготовительного разряда казаков. (Статья первая) // Военный сборник. 1901. № 5.

РГВИА. Ф. 330. Оп. 61. Д. 1937. Л. 46.

Там же. Л. 24. Данный документ содержит только предложение об этом, но, поскольку ГУИВ рассчитывало, что в сборах будет участвовать не более 6 000 казаков приготовительного разряда, очевидно, что оно было принято.

Участие в сборах двух возрастов, каждый из которых включал как раз около 6 000 человек, повысило бы эту цифру вдвое. См. РГВИА. Ф. 330. Оп. 61. Д. 1937. Л. 50.

атаманы отделов515. Это дополнительно усложняло их функции по проверке боеспособности приготовительного разряда.

Интересны и рассуждения А.Н. Малукало, посвященные распространению правил обучения, принятых Донским войском, на Кубанское казачье войско. По его мнению, некоторые конкретные цели пребывания казаков в приготовительном разряде, например, «обучение лихости и удальству», носили абсурдный характер, а сам факт предварительного обучения лиц воинского сословия перед их выходом на службу свидетельствовал о том, что боевые навыки теперь недостаточно прививались молодежи в станицах и требовали искусственного поддержания516.

Нам кажется, что все эти факты объясняют произошедшую в 1909 г.

реформу приготовительного разряда, исследование которой выходит за рамки нашего исследования. Но следует подчеркнуть очевидное, данная институция не оправдала возлагавшихся на нее надежд, и, в отличие от строевого и запасного разрядов, была серьезно преобразована до 1917 г.

Для строевого разряда были характерны проблемы совершенно иного порядка. Военное Министерство в начале 1870-х гг. полагало, что роль кавалерии в грядущих войнах будет падать, ее численность по сравнению с николаевской эпохой сократилась517. Несмотря на существование кавалерийских дивизий в мирное время, в ходе первого этапа русско-турецкой войны 1877-1878 гг. казачьи полки прикомандировывались к армейским корпусам, где использовались для решения вспомогательных задач, например, разведки, фуражирования и т.п.518.

Независимо от оценки этого факта, необходимо подчеркнуть, что в данном случае, в отличие от большинства собственно донских вопросов, Военное Министерство проявляло и настойчивость, и последовательность. В рамках этой Там же. Л. 24.

Малукало А.Н. Кубанское казачье войско в 1860-1914 гг.: организация, система управления и функционирования, социально-экономический статус. URL: http://www.cossackdom.com/book/bookkuban.html (дата обращения: 03.04.13).

Керсновский А. История русской армии. 1700-1881. С. 379.

Волошина Е.Е. Участие донского казачества в русско-турецкой войне 1877-1878 годах. URL:

http://www.dslib.net/istoria-otechestva/uchastie-donskogo-kazachestva-v-russko-tureckoj-vojne-1877-1878-gg.html.

(дата обращения: 12.03.13).

политики вырос и интерес к конкретным формам практиковавшейся у казаков аванпостовой службы.

В 1868 г., во время подготовки кавалерийских уставов регулярной армии, Военное Министерство обратилось к донскому атаману519. Министерство мало что знало об особых приемах и формах несения аванпостовой службы, применявшихся казаками, оно до конца не представляло, в чем они конкретно заключались. Очевидно, при написании новых уставов изначально рассматривалась возможность распространения приемов регулярной кавалерии на казачьи войска, с учетом местной специфики. Одновременно Военное Министерство признавало, что желает ввести в регулярных частях уникальные казачьи приемы и методы аванпостовой службы, которые сочтет полезными520.

Этот факт необходимо учитывать при исследовании направлений и условий развития российской кавалерии. Сближение казачьей и регулярной кавалерии началось в николаевскую эпоху, процесс взаимовлияния был обоюдным и не ограничивался распространением на донские части тех или иных положений, принятых в регулярной армии.

Донской атаман действовал по показанным нам ранее правилам. Из-за локальности вопроса он не стал создавать специальную комиссию, а привлек для его решения четырех старших офицеров: полковника Малуева, полковника Кулакова, генерал-майора Машарова и генерал-лейтенанта Хыкланова521. Каждый из них представил свой рапорт, в котором охарактеризовал несение казаками аванпостовой службы и возможность распространения отдельных ее положений на регулярную армию. При этом основанием для обобщений стали, как было присуще и для Донской комиссии, личные наблюдения, полученные во время подавления Польского восстания, Крымской и Кавказской войны.

Главной особенностью рапортов, составленных офицерами, были принципиальные расхождения не в мелочах и конкретных деталях, а в ответе на главный вопрос: существовали ли у казаков свои особые, не учтенные в уставах ГАРО. Ф. 46. Оп. 1. Д. 909. Л. 1.

Там же. Л. 1-3.

Там же. Рукописный текст, фамилии расшифрованы приблизительно.

формы несения аванпостовой службы? Двое офицеров, полковник Малуев и генерал-майор Машаров, ответили на этот вопрос отрицательно, третий, полковник Кулаков – положительно, а четвертый, генерал-лейтенант Хыкланов, ушел от ответа522. Рапорт полковника Кулакова объясняет причины подобного расхождения. Согласно его свидетельству, офицеры в большинстве случаев боролись с подобным нарушением устава, рядовые казаки в их присутствии избегали проявлять инициативу в данном направлении. Но, оказываясь вне досягаемости командиров, нижние чины казачьих полков показывали устойчивую тенденцию к полному отходу от уставного способа несения аванпостовой службы523. Рапорты офицеров еще раз обращают внимание на умолчания и неточности в официальной документации, отправлявшейся с Дона. Итоговый рапорт атамана и составленный на его основании приказ Военного Министерства от 17 марта 1869 г. подтверждали правоту Кулакова в описании неуставных форм несения аванпостовой службы казаками524. Отчеты двух других офицеров отрицали существование таких форм, по-видимому, из-за неосведомленности о них авторов.

Данный вывод опирается на следующие материалы. Полковник Малуев и генерал-майор Машаров находили прописанный в уставе вариант аванпостовой службы не вполне удовлетворительным, и в подчиненных им частях в значительной степени отступали от него525. Чтобы избежать путаницы, объясним, о чем идет речь, на конкретных примерах. Согласно формальным правилам аванпостовой службы, принятым в дореформенный период, предлагалось выделять для ее несения по сотне от полка, дополнительно разделять ее на группы по три-шесть человек, и отправлять их на патрулирование местности526. На практике, командир полка обладал абсолютной властью в данном вопросе, и, например, полковник Малуев при ведении разведки увеличивал общую численность аванпостов до двух сотен, а количество нижних чинов в отдельном Там же.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же.

отряде – до восьми-двенадцати человек527. Причины своих решений он подробно не описал, но, можно предполагать, они совпадают с указанными полковником Кулаковым неустранимыми и неизбежными недостатками уставной формы несения аванпостовой службы.

В своем рапорте полковник Кулаков выделил два близких недостатка. По его свидетельству, рядовые казаки их четко понимали и следующим образом объясняли самовольные отступления от устава. Во-первых, сильная утомительность многочасового пребывания в седле, особенно в плохую погоду.

Во-вторых, неспособностью сотни, разбитой на мелкие отряды, противостоять равному по численности, но действующему единой группой противнику528.

Увеличение и общей численности аванпостов, и каждого отдельного казачьего разъезда, рекомендованные полковником Малуевым, в основном решали эти проблемы, но экстенсивным способом. Они отвлекали на выполнение изначально вспомогательной функции 1/3 полка шестисотенного состава.

Более интересным представляется вариант аванпостовой службы, который предпочитали казаки, оставшиеся без присмотра офицеров. Сотня делилась на две полусотни, одна из которых, называемая «главным караулом», останавливалась на значительном расстоянии от противника, разводила костры и отдыхала, ожидая известий. Из оставшейся полусотни один взвод, разделённый пополам, выдвигался чуть дальше главного караула и тоже останавливался на стоянки, каждая из которых именовала «заставой». Последний взвод, разбитый на пикеты по 3-6 человек, занимался патрулированием, подъехав еще ближе к неприятелю. В свою очередь, по одному часовому из каждого пикета выдвигалось непосредственно к расположению неприятельских войск529.

К сожалению, нельзя сделать однозначный вывод о том, какая форма аванпостовой службы, уставная или традиционная была более эффективной, и находило ли это отражение в частоте ее применения. Единственными известными документами, посвященными данному вопросу, являются рапорты Кулакова, Там же.

Там же.

Там же.

Малуева, Машарова и Хыкланова. Не дают ответов составленный на их основании рапорт войскового наказного атамана, и приказ Военного Министерства от 17 март 1869 г., предусматривавший знакомство офицеров регулярных кавалерийских частей с особенностями казачьей службы.

Для рапортов офицеров, как и для многих материалов Донской комиссии, являлись характерными личные наблюдения и субъективность выводов. В настоящее время невозможно проверить их из-за противоречий документов между собой и отсутствия альтернативных источников. Рапорт полковника Кулакова, который Министерство положило в основу дальнейших решений и документов, другие косвенные свидетельства, позволяют сделать вывод, что применение традиционных форм аванпостовой службы носило не единичный характер. Часть офицеров не только их допускали, но и потворствовали подобному проявлению инициативы.

Полковник Кулаков утверждал, что уставный способ аванпостовой службы значительно больше выматывал казаков и был менее эффективен в военном отношении. Генерал-лейтенант Хыкланов тщательно обошел вопрос о конкретных действиях казаков в подчиненных частях. Он рекомендовал в будущем делить донские полки на приближенные к регулярной кавалерии и специально предназначенные для службы на аванпостах530. На наш взгляд, данное предложение объясняется тем, что Хыкланов так же полагал традиционный вариант несения аванпостовой службы более эффективным и желал создать формальные обоснования для отступления от устава в будущем.

При этом остается открытым вопрос, насколько традиционные способы службы в аванпостах, характерные для казаков, отличались в полках в зависимости от места их формирования.

О некоторых характерных особенностях способов, описанных полковником Кулаковым, упоминали полковник Малуев и генерал-майор Машаров. Однако они рассматривали их, не как сознательную попытку проводить разведывательную службу в иных, не прописанных уставом формах, а как простую Там же.

недисциплинированность казаков. Много внимания они уделили необходимости удерживать нижних чинов от курения и разведения костров во время аванпостовой службы531. Известно, что для традиционного способа несения аванпостовой службы являлось типичным разведение костров в главном карауле, очевидно, это имело большое значение в плохую погоду.

Что касается причин, по которым двое из четырех офицеров не интересовались традиционными формами организации аванпостов, то, на наш взгляд, можно выделить следующие. Во-первых, донское дворянство, к которому принадлежала большая часть офицерских чинов, ко второй половине XIX в.

окончательно выделилось из основной массы казачества, причем для местной элиты было свойственно лучшее знание правовых норм и большее уважение к имперским законам. Во-вторых, многими авторами отмечался недостаточный уровень подготовки российских и донских офицеров. Например, Ф. Энгельс упоминал об излишнем их подчинении уставу532, а А. Малукало – о недостаточном знакомстве с тактиками ведения боя533. На наш взгляд, уместно напомнить о значительнейшем финансировании, которое выделялось на строительство первого в России казачьего юнкерского училища в Новочеркасске.

Заслуживает внимания и другой факт. Все офицеры сошлись в одном – в наличии у донских частей уникальных способностей, делавших их более приспособленными к аванпостовой службе, чем регулярную кавалерию. Генерал лейтенант Хыкланов даже выразил сомнение в ценности собиравшейся информации. Он считал, что она не может применяться для своей предполагаемой цели – внесения корректив в кавалерийские уставы, поскольку тесно связана с бытом и традициями казаков534. Во всех рапортах подчеркивалось, что казаки, по Там же.

Энгельс Ф. Армии Европы. С. 257.

Малукало А.Н. Кубанское казачье войско в 1860-1914 гг.: организация, система управления и функционирования, социально-экономический статус. URL: http://www.cossackdom.com/book/bookkuban.html (дата обращения: 03.04.13).

ГАРО. Ф. 46. Оп. 1. Д. 909.

сравнению с нижними чинами регулярных полков, имели значительное преимущество в выездке, она позволяла им держаться ближе к неприятелю535.

Упоминание этих подробностей не случайно. Сокращение численности российской регулярной кавалерии упоминается в работах авторов, изучавших специальную казачью тематику, например, о ней достаточно детально писал А.

Малукало. Он указывал, что этот процесс завершился после русско-турецкой войны 1877-1878 гг., более того, наметилась обратная тенденция. По его данным, в 1863 г. численность кавалерии составляла 71 648 человек, в 1869 г. – 59 человек, а в 1879 г. – 80 041 человек536. При этом автор не уделил должного внимания факту, отмеченному А. Керсновским, который указал, что общее сокращение численности кавалерии означало повышение в ней доли казачьих частей537.

Сведения предшествовавшей главы показывают, что увеличение общей численности полков, выставлявшихся Донским Войском, предусматривалось в первоначальном проекте Военного Министерства (1871 г.), а рост штатов полков – материалами Донской Комиссии (1873 г.), Таким образом, еще до войны 1877 1878 гг., когда в российской армии господствовала недооценка кавалерии и ее численность непрерывно сокращалась, на Дону начинался обратный процесс.

Безусловно, положительные результаты в этом направлении дали меры, принятые правительством во время реформы, прежде всего, направленные на максимальное расширение строевого разряда и уничтожение легальных способов уклонения от службы.

Связать этот процесс с документами, посвященными аванпостовой службе донских частей, позволяет анонимная записка «Наболевшие казачьи вопросы, нужды и мысли». Ее подробно цитировал А.Н. Малукало538. Автор записки. Там же.

Малукало А.Н. Кубанское казачье войско в 1860-1914 гг.: организация, система управления и функционирования, социально-экономический статус. URL: http://www.cossackdom.com/book/bookkuban.html (дата обращения: 03.04.13).

Керсновский А. История русской армии. 1700-1881. С. 379.

Малукало А.Н. Кубанское казачье войско в 1860-1914 гг.: организация, система управления и функционирования, социально-экономический статус. URL: http://www.cossackdom.com/book/bookkuban.html (дата обращения: 03.04.13).

считал, что необходимо вновь организационно исключить казачьи полки из регулярных дивизий. В их составе на казаков возлагалась разведывательная и рейдовая, иными словами, аванпостовая служба, которая была тяжелее обычной.

Регулярные полки благодаря этому в значительной степени освобождались от нее, что вызывало недовольство у казаков. Становится понятно из рапортов донских офицеров, что подобное распределение ролей имело объективные причины.

Повышение доли казачества в российской кавалерии логично связывалось с усилением значения аванпостовой службы в глазах представителей Военного Министерства.

Возможно, еще большее значение эти документы приобретают в свете распространения на донские части в 1870 г. Уставов регулярной армии 539. Как показывали Уставы, в предшествующий период конкретные правила несения службы, предписывавшиеся казакам, не соответствовали их обычаям и традициям. Причиной этого, нам представляется, наметившаяся при императоре Николае I, тенденция оценивать казачество в соответствии с принятыми в регулярной армии критериями. Широко известно высказывание самого императора, сделанное после смотра казачьих частей в 1837 г.: «Я ожидал видеть казаков, а вижу каких-то мужиков. Никто не имеет понятия о фронте»540.

Не следует придавать излишнего значения распространению кавалерийских уставов на Войско Донское потому, что в реальности полковой командир обладал широкими возможностями их обходить. Три офицера, подробно описавших принципы аванпостовой службы в своем полку, строго не следовали уставу.

Наконец, рядовые казаки отнюдь не являлись безмолвными исполнителями воли начальства, в отсутствии командиров, судя по приведенным материалам, использовали построения и тактику, которую считали необходимыми в реальных условиях.

Русско-турецкая война 1877-1878 гг. внесла серьезные коррективы в отношение Военного Министерства к кавалерии. Ранее отмечалось, что Козлов А.А., Козлов А.И. Имперская политика огосударствления, милитаризации и закрепощения казаков в XIX начале XX века. С. 113.

Там же. С. 110.

значительная часть авторов оценивала ее действия в целом не высоко541.

Основополагающие идеи военного министра Д.А. Милютина в этом вопросе опровергла война. Крупные конные соединения продолжали играть значительную роль при преследовании разгромленного противника, что возродило практику использования кавалерийских соединений на заключительном этапе войны542.

Общая численность кавалерии вновь возросла, соответственно снизился в ее составе удельный вес донских полков. Это не связывалось с их неудачными действиями, а означало возвращение к прежней концепции использования крупных конных соединений для действий на поле боя, а не отдельных полков для разведки и связи в составе пехотных корпусов543.

В 1884 г. Военное Министерство приняло «Дополнение к строевым кавалерийским уставам для казаков». Как сказано выше, Уставы в полном объеме выполнялись не во всех полках, серьезно корректировались их командирами. В этой связи необходимо рассмотреть ключевые положения данного документа.

Единственным уникальным для казачьих частей строем предлагалось считать лаву. Все прочие построения, а так же сигналы и команды, связанные с ними, должны совпадать для регулярных и донских полков544. Даже обучение планировалось проводить в соответствии с надлежащими параграфами уставов эскадронного и полкового учений545. Причины подобных решений очевидны: с введением казачьих частей в состав кавалерийских дивизий возникла потребность обеспечить их управление офицерами регулярной кавалерии.

Военное Министерство пыталось сохранить особенности казачьей службы, которые казались ему полезными для выполнения боевых задач. В отличие от николаевского периода, делались попытки формально узаконивать инициативу нижних чинов в данном направлении. Из-за важности данного вопроса позволим себе привести развернутую цитату. «Для производства всех этих движений и Зайончковский П.А. Военные реформы 1860-1870 годов в России. М, 1952. С. 155;

Керсновский А. История русской армии. 1700-1881. С. 436.

Керсновский А. История русской армии. 1700-1881. С. 419-420.

Мы используем термин «конный», а не «кавалерийский», поскольку в подобные отряды могли входить и представители части родов войск, например, конноартиллерийские батареи.

Дополнение к строевым кавалерийским уставам для казаков. С. 4-6.

Там же. С. 3-4.

приемов для действия никаких уставных правил не дается и искусство маневрирования лавою должно быть основано на упражнениях, на которых должна быть выработана та связь между командиром сотни, офицерами и казаками, которая необходима для ясного выражения воли начальника, с одной стороны, и верного понимания и ловкого исполнения — с другой»546.

Заслуживает внимания признание связи построений и движений лавой с местной спецификой. Она напрямую увязывалась с лучшим владением оружием и большим умением верховой езды, присущими для казачьих частей по сравнению с регулярными547. Должно признать, что и «Дополнение к строевым кавалерийским уставам для казаков» не игнорировало местную специфику, а оставляло казакам и командирам полков простор для действий.

Следует обратить внимание еще на одну проблему. Многие исследователи, особенно донские, говорят о тяжести воинской повинности для казачества. Так, А.А. и А.И. Козловы солидаризируются с мнением С.Г. Сватикова, утверждавшего, что для прочих сословий Российской империи она была в 13 раз легче548. Значительно реже ставится вопрос о тяжести содержания казачьих войск для правительства. Например, в неоднократно упоминавшейся работе А.Н.

Малукало, бездоказательно говорится о «дешевизне» казачьих частей по сравнению с регулярными549. Важно, на наш взгляд, более детально разобрать эту тему, прежде, чем делать выводы о особенностях приготовительного и строевого разряда во второй половине XIX в.

§2. Оценка финансовой целесообразности содержания казачьих частей Военным Министерством.

Выше отмечалось, что вплоть до начала военной реформы вопрос о финансовой целесообразности содержания донских частей ставился неоднократно. Казаки освобождались от большей части налогов и получали паи за Там же. С 9-11.

Там же. С. 7.

Козлов А.А., Козлов А.И. Имперская политика огосударствления, милитаризации и закрепощения казаков в XIX начале XX века. С. 118.

Малукало А.Н. Кубанское казачье войско в 1860-1914 гг.: организация, система управления и функционирования, социально-экономический статус. URL: http://www.cossackdom.com/book/bookkuban.html (дата обращения: 03.04.13).

службу, ликвидация войскового сословия позволила бы обложить их участки арендной платой и значительно увеличить налоговые сборы с региона, причем в новых условиях они шли бы не в войсковую казну, а непосредственно в государственное казначейство. Кроме того, содержание донских полков и батарей отнюдь не было бесплатным;

казаки покупали только лошадь и амуницию, государство же платило жалование офицерам, обеспечивало перевозки по железным дорогам, закупало огнестрельное оружие, выделяло фуражные и приварочные деньги и т.п. При подготовке военной реформы данный вопрос не поднимался, рассмотрим его подробно, чтобы понять, в какой степени повышение удельного веса казачьих частей в составе российской кавалерии можно объяснить финансовыми соображениями, помимо большей их эффективности при несении аванпостовой службы.

Отметим, что в числе людей, критически относившихся к выгодам, якобы предоставляемым государственному казначейству казачьей службой, были высшие государственные чиновники. О первоначально скептическом мнении Д.А.

Милютина по данному вопросу писалось ранее, противником содержания казачьих войск являлся также генерал от кавалерии, генерал-адъютант министр внутренних дел А.Е. Тимашев. Поводом для его обращения в Военное Министерство стал окончательный проект военной реформы, описанный в предыдущей главе. Министр обращал внимание на то, что казакам предоставлено гораздо больше привилегий в связи с выходом на службу, чем лицам прочих сословий550. К сожалению, конкретный список привилегий, которые генерал А.Е.

Тимашев нашел в проекте излишними, не указан. Вероятно, речь идет о более коротком сроке службы, чем у других сословий. Известно, что они служили лет. Так же его недовольство могло быть связано с вводимым освобождением лиц приготовительного разряда первого года службы от всех повинностей.

Известно два документа, оценивавших финансовую эффективность казачьей службы, причем первый из них появился в 1865 г. по инициативе Военного Волвенко А.А. Два подхода к расчетам стоимости донского казачества для Российской империи в 60-70 гг. XIX века. URL: http://www.cossackdom.com/articles/v/vovlenko_podhod.htm. (дата обращения: 11.06.13).

Министерства, а второй – в 1875 г., в ответ на обращение генерала от кавалерии А.Е. Тимашева. А.А. Волвенко в своей статье «Два подхода к расчетам стоимости донского казачества для Российской империи в 60-70 гг. XIX в.» приводит основные положения обоих этих документов, дополняя их анализом достоверности приводимых цифр. Более детальная информация по некоторым финансовым аспектам, содержащаяся в указанной статье, вынесена нами в Приложение, таблицы 12-13. Мы полагаем, что из этих данных можно сделать целый ряд дополнительных выводов, значимых для оценки военной организации казачества и отношения к нему Военного Министерства.


Штабс-капитан Генерального штаба Н.И. Краснов написал в 1865 г.

«Соображения о том, выгодны ли для государства в финансовом отношении система выставления иррегулярных войск от особых населений, пользующихся за отбывание этой воинской повинности льготами и привилегиями». Он рассчитал, что каждый год государственная казна тратила на строевого казака 98 рублей копеек, в то время как нижний чин регулярного драгунского полка обходился ей в 105 рублей 43 копейки551. Напомним, что этот документ писался за 10 лет до введения всеобщей воинской повинности, когда в российской регулярной армии не имелось обученного резерва.

Далее Н.И. Краснов перешел к более сложным расчетам, допустив при этом, на наш взгляд, важную ошибку при кажущейся корректности рассуждений. По его мнению, для эквивалентной численной замены 64 казачьих полков и батарей, которые выставит Войско Донское в случае войны, потребуется драгунских полков и 10 конноартиллерийских батарей. На их содержание ежегодно будет уходить 6 463 411 рубля 37 копейки. Но донские части тогда могли быть мобилизованы в случае войны, большая их часть содержалась на льготе, что значительно сокращало расходы. Поэтому Н.И. Краснов в качестве альтернативной стоимости взял не затраты на содержание 64 донских полков и батарей, а средний расход на строевые части Войска Донского за последние Там же.

года552. Он проигнорировал тот факт, что 1863-1864 г., проводилась мобилизация в связи с Польским восстанием. Поэтому никак нельзя считать эти данные репрезентативными для численности мирного времени. Используя его методику для оценки стоимости постоянно находившихся на службе 16 полков, получается 1 404 657 рублей 28 копеек. С учетом содержания местных команд и артиллерийских батарей, приводившиеся Н.И. Красновым данные позволяют оценить общую стоимость всех строевых частей Войска Донского, примерно в 2 000 000 рублей. Это было в три раза меньше, чем требовалось для содержания аналогичного количества регулярных частей.

Необходимо показать также возможный доход от превращения войскового сословия в податное. Н.И. Краснов оценивал его в 4618639 рублей553. Благодаря не корректной методике подсчета, он пришел к однозначному выводу о невыгодности казачьих частей в финансовом отношении.

Анонимный автор составленного в 1875 г. «Объяснения по поводу сделанных министром внутренних дел замечаний на проект Положения о воинской повинности Донского войска» сделал диаметрально противоположное заключение. При этом его цифры во многих случаях не вполне согласуются с приведенными штабс-капитаном Н.И. Красновым. Так, неизвестный автор ставил значительно ниже возможный доход от обращения казаков в податное сословие, оценивая его в 4210000 рублей. При этом он отрицал вероятность его быстрого роста в будущем, о чем утверждал Н.И. Краснов554.

Сумма, определенная в ходе реформы на содержание штата, указывалась – 2 502 500 рублей555. Это согласуется с нашими расчетами, если учесть увеличение числа частей мирного времени примерно на 20%: напомним, к полкам и 4 батареям добавилось 4 полка и 1 батарея. Здесь А. Волвенко допустил ошибку, утверждая, что «совершенно непонятно, на основании каких расчетов была выведена эта цифра». Как видно, она координируется и с информацией Н.И.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же.

Краснова, если только брать суммарную стоимость содержания 20 полков, а не усредненную цифру по 1863-1865 гг., которая совершенно не репрезентативна556.

Затраты на содержание регулярных частей, необходимых для адекватной замены Войска Донского, вычислялась в этом документе по иному принципу.

Автор исходил из того, что казачий полк эквивалентен 2/3 кавалерийского полка того же состава. Но, даже с учетом этого, ежегодные затраты государственного казначейства на содержание вновь формировавшихся частей составили бы 12538000 рублей557. Важной причиной подобной дороговизны было то, что в казачьих подразделениях на одного строевого чина приходилось два льготных, а в регулярных – на четырех строевых один резервист558. Соответственно, автор документа сделал вывод, прямо противоположный Н.И. Краснову – о серьезнейшей выгоде правительству от содержания донских частей.

А.А. Волвенко предположил, что оба документа составлялись с заранее определенной целью, и о многих фактах в них умалчивалось. Так, он обратил внимание на игнорирование в «Объяснении по поводу сделанных министром внутренних дел замечаний на проект Положения о воинской повинности Донского войска» вопроса о затратах, необходимых на проведение военной реформы, которые значительно повышали стоимость Войска559. Можно добавить к этому и не вполне корректный расчет обоими авторами числа регулярных частей, потребных для замены донских полков и батарей. Как было показано выше, льгота второй очереди не могла быть оперативно мобилизована в случае войны и изначально создавалась для решения второстепенных задач. Поэтому цифра в 64 и 60 полков, выставляемых с Дона, была несколько завышена. Как мы уже указывали, во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг. мобилизовали В 1863 году в строю числилось 25 178 казаков, в 1864 году – 46 656, в 1865 – 33 050, из чего Н.И. Краснов делает вывод, что в мирное время Войско Донское выставляет 34 961 человек. В реальности планировалось к 1879 году иметь в строю в мирное время 21 500 казаков. В первое время, из-за уменьшенного штата, эта цифра должна была быть еще ниже. Нетрудно рассчитать, что рассчитанная Н.И. Красновым сумма расходов на содержание строевых частей была завышена приблизительно в полтора раза, без учета возрастающей стоимости вооружения. Она составляет 3 431 771 рублей 76 копеек, что вполне соответствует нашим рассуждениям.

Волвенко А.А. Два подхода к расчетам стоимости донского казачества для Российской империи в 60-70 гг. XIX века. URL: http://www.cossackdom.com/articles/v/vovlenko_podhod.htm. (дата обращения: 11.06.13).

Там же.

Там же.

полка, в других исследованиях приводится даже меньшее число. Соответственно и количество регулярных частей, эквивалентных по боеспособности Войску Донскому, должно быть ниже.

Попытаемся на основе приведенных данных понять, насколько верны тезисы о дешевизне или, напротив, дороговизне содержания Донского Войска.

Как видно, расходы только на строевые части, формировавшиеся в регионе, ежегодно составляли 2-2,5 млн. рублей. Годовые доходы государственного казначейства от превращения казачества в податное сословие достигли бы минимум 4-5 млн. рублей, причем Н.И. Краснов утверждал, что со временем они будут только повышались. Учитывая общий рост численности лиц войскового сословия, увеличение площадей обрабатываемой земли и умножение оборотов торговли в Области, его рассуждения выглядят вполне обоснованными. Вопрос о стоимости содержания льготных частей и ежегодного проведения сборов ни одним из авторов не ставился, но известно из материалов, посвященных проведению военной реформы, что эти статьи расходов были достаточно серьезны, чтобы взволновать войсковое начальство и войскового наказного атамана. Таким образом, общий рост доходов казны при ликвидации Войска Донского превысил бы 6 млн. рублей. Автор «Объяснения» оценивает ее в 6 712 500 рублей, а Н.И. Краснов – в 8050410 рублей 76 копеек, правда, исходя из неверной оценки численности частей мирного времени560. С учетом этого факта необходимо сократить рассчитанную им сумму более чем на 1 млн. рублей, что приведет к почти полному совпадению цифр.

Гораздо хуже соотносятся приводившиеся в документах данные о регулярной кавалерии. Из-за различных методик оценки данные о стоимости необходимого для полной замены Донского Войска числа частей расходятся вдвое. Вначале проанализируем данные, приводимые автором «Объяснения по поводу сделанных министром внутренних дел замечаний на проект Положения о воинской повинности Донского войска». Известно, что он считал существование казачьих полков и батарей исключительно выгодным, поскольку ежегодные Там же.

расходы, на заменявшие их подразделения, составляли бы около 12 млн. рублей.

Но при этом не принимался в расчет указанный нами факт невозможности оперативной мобилизации всех льготных частей второй очереди. Учитывая, что в реальности с Дона во второй половине XIX в. никогда не выходило полного числа полков, численность необходимых для их замены подразделений можно было существенно сократить. Соответственно понизились бы и расходы на их содержание. Н.И. Краснов оценивал размер предполагаемых трат значительно ниже, приблизительно в 6 млн. рублей.

Очевидно, собственно затраты правительства на содержание казачьих частей действительно были значительно ниже, чем потребные для эквивалентного количества регулярных войск. При этом объяснялся данный факт не только самостоятельной покупкой лицами войскового сословия амуниции и лошадей, но и более эффективной системой пребывания в обученном резерве, позволявшей иметь больше льготных подразделений на одно строевое, в то время как затраты на ежегодное содержание одного нижнего чина казачьего или драгунского полка были близки. В то же время государственное казначейство теряло огромные суммы из-за освобождения казачества от налогов. На наш взгляд, и выводы Н.И.

Краснова, и выводы анонимного автора «Объяснения» равно не верны.

Проведенный нами анализ показывает, что ежегодные финансовые потери, вызванные существованием Войска Донского, были примерно того же порядка, что и теоретически рассчитанные затраты на содержание аналогичного количества регулярных частей и укладывались в промежуток между 5 и 10 млн.

рублей.

Сомнительно, чтобы Военное Министерство четко осознавало этот факт.

Характерно то, что изыскания по данному вопросу поручили проводить офицеру в звании капитана, в то время как вопросами аванпостовой службы занимались генералы и полковники. Документы явно носят предварительный характер, приводимые в них цифры в большинстве своем рассчитаны, а не взяты из практики. Не менее типично и то, что в обоих случаях дальнейшего уточнения и детализации этих цифр не последовало.


В этой связи хочется обратить внимание на одну деталь. Военный министр Д.А. Милютин в начале 1860-х гг., министр внутренних дел А.Е. Тимашев в г., подвергая сомнению финансовую целесообразность существования Войска Донского, не оперировали сколько-либо конкретными фактами и расчетами.

Безусловно, военный министр при желании инициировал бы изучение данного вопроса и раньше 1865 г., и на более высоком уровне. Тот факт, что он этого не сделал, в очередной раз свидетельствовало о невнимании Военного Министерства к конкретной местной специфике.

Вероятно, в начале 1860-х гг., когда политика правительства была направлена на гражданское развитие региона, а численность казачьих строевых частей и срок службы сокращались, центральные власти исходили из априорного мнения об их финансовой невыгоде. Отметим, что штабс-капитан Генерального штаба Н.И. Краснов изначально получил задание рассчитать возможную выгоду от замены Оренбургского казачьего войска регулярными частями, и лишь затем произвел аналогичные расчеты для донского казачества561. В начале 1870-х гг.

ситуация коренным образом изменилась, но опять не производились никакие изыскания. В 1875 г. они предпринимались только в ответ на действия Министерства внутренних дел, когда проект военной реформы уже начал воплощаться в жизнь. Проект, как упоминалось выше, никак не соотносился с вопросами финансовой целесообразности существования Войска Донского.

Таким образом, говорить о том, что казачьи войска обходились Российской империи значительно дешевле, чем регулярная кавалерия, не вполне корректно.

Данную проблему необходимо учитывать и при рассмотрении проектов, по облегчению выходов казаков на службу, о которых мы писали выше. Известная анонимная записка «Наболевшие казачьи вопросы, нужды и мысли»

рекомендовала предоставлять членам войскового сословия при выходе на службу субсидию в 120 рублей562. Авторы подобных предложений игнорировали факт, Там же.

Малукало А.Н. Кубанское казачье войско в 1860-1914 гг.: организация, система управления и функционирования, социально-экономический статус. URL: http://www.cossackdom.com/book/bookkuban.html (дата обращения: 03.04.13).

что центральные власти и так предоставляли значительные субсидии, правда, не рядовым казакам, а Войску Донскому563. Дальнейший рост ежегодных расходов на поддержание донских частей мог спровоцировать новый виток полемики о финансовой целесообразности их существования.

Военное Министерство по этому вопросу не имело четкой статистики, и его точка зрения колебалась вместе с общим изменением курса государственной политики по отношению к казачьим войскам. Поэтому связывать увеличение доли донских полков и батарей в российской армии, как нам представляется, нужно не с их сравнительной дешевизной, которая серьезно оспаривалась, но с повышением значения аванпостовой и других форм боевой службы. Своего пика данный процесс достиг перед войной 1877-1878 гг., когда при общей численности кавалерии мирного времени, составлявшей около 60 000 человек, Войско Донское выставляло 21 500 казаков. В ходе войны выяснилось, что крупные кавалерийские соединения не утратили своей роли, наметилась обратная тенденция роста численности регулярной кавалерии, но донские части по-прежнему употреблялись в дивизиях для физически тяжелой аванпостовой службы.

Подобное использование было тесно связано с особенностями мирной жизни и допризывной подготовки казачества. «Дополнение к строевым кавалерийским уставам для казаков» 1884 г. официально фиксировало возможность отхода от принятых в регулярной кавалерии правил в тех случаях, когда использовались традиционные построения и тактики, связанные, например, с лавой. Более того, как отмечали офицеры, даже при полном следовании Уставу донские части были эффективнее в разведке и рейдовой службе благодаря лучшему умению верховой езды.

Во второй половине XIX в. принципиально изменились стратегия и тактика, искусство ведения войны. В этой связи навыки военной и строевой службы, приобретавшиеся казаками в станицах, оказались недостаточными.

Поэтому во время военной реформы Военное Министерство окончательно Донскому Войску в середине 1870-ых ежегодно выплачивалась субсидия в размере 1 239 000 рублей. См.

РГВИА. Ф. 330. Оп. 61. Д. 1938.

узаконило приготовительный разряд. На него возлагалась роль школы для поступавших в строевые части новобранцев, дабы боеспособность донских частей оставалась высокой и в новых условиях. Но данная институция не поспевала за реалиями военной жизни, в начале XX в. ее реформировали.

Итак, подобно тому, как отграниченность казачества от прочих сословий недостаточно фиксировалась государственными законами и в значительной степени поддерживалась благодаря традициям, уникальность донских частей опиралась в первую очередь не на разницу в уставах и организационных формах между ними и регулярной кавалерией, а на особенностях, которые возникали благодаря специфике гражданской жизни лиц войскового сословия и роли традиций в ней. В этой связи следует указать на введение формировавшихся Войском Донским строевых полков в состав кавалерийских дивизий и последовавшую за этим их унификацию, которая стирала важные организационные границы между казачеством и регулярной кавалерией.

Ранее отмечался устойчивый уклад мирной жизни Войска, его сильное сопротивление вносимым извне изменениям. В этой связи необходимо изучить различные формы гражданского управления и их связь с военной службой казачества. Это позволит понять, насколько учитывалась эта связь и специфика региона, как они способствовали сохранению традиций, которые отличали донские казачьи части от регулярных.

§3. Роль гражданского управления Войском Донским в его военной организации.

На наш взгляд, данная тема не достаточно изучена. Не существует специального термина для лиц, выполнявших функции чиновников на территории Области Войска Донского. Главной причиной этого являлось сращивание чиновного аппарата с военным, функции гражданского управления выполняли строевые офицеры. Известно, что Донская комиссия предлагала назначать находящихся на льготе полковников и подполковников на административные должности независимо от их желания, приравнивая службу по выборам к военной564. Нам представляется возможным использовать термин «казачье чиновничество». Это позволит отделить офицеров, занятых гражданским управлением, от их коллег, находившихся на строевой службе.

Мирная сторона жизни лиц войскового сословия регламентировалась «Сводом особенных губернских учреждений», частью «Свода законов Российской Империи». В нем утверждалось, что управление регионом носит смешанный характер, где гражданская сторона неотделима от военной565. Обратим особое внимание на следующее положение: «По всем предметам гражданского управления Области Войска Донского войсковое начальство в случаях, власть его превышающих, входит с представлениями в Военное Министерство, по Департаменту Военных Поселений»566. В дальнейшем некоторые сферы мирной жизни казачества перешли, как писалось выше, в ведение земства или Министерства внутренних дел. Но подчинение местной администрации Военному Министерству осталось неизменным. Это принципиально отличало его от российского чиновничества.

Высшую власть на территории Земли Войска Донского осуществлял войсковой наказной атаман. Он являлся «главным начальником военного управления и председателем Войскового правления». Свод законов определял его права как права «Военного Губернатора, управляющего и гражданской частью»567. Реально, однако, власть атамана была значительно больше: все лица войскового сословия, когда-либо проходившие службу (то есть, в том числе и чиновники из отставных офицеров), подчинялись ему как своему военному командиру568. Столь широкие полномочия давались для выполнения ряда конкретных задач. Войсковой наказной атаман являлся промежуточной инстанцией между центральным правительством и казачеством. С одной стороны, следил, чтобы законы и постановления империи выполнялись на территории РГВИА. Ф. 330. Оп. 61. Д. 1937. Л. 22.

Свод законов Российской империи. Т. 2. Часть II. Особенные губернские учреждения. Кн. 6. Учреждения гражданского управления казаков. С. 1.

Там же. С. 2. Напомним, позднее Департамент Военных Поселений был переименован в Главное управление иррегулярных войск, а затем – в Главное управление казачьих войск.

Там же. С. 2.

Там же. С. 2.

области неукоснительно;

с другой – делал так, чтобы столь же неукоснительно соблюдались права и привилегии, дарованные Войску569. Одновременно в обязанности атамана входил контроль за нормальным функционированием чиновничьего аппарата, как то: своевременный сбор налогов, целевое использование станичных касс и т.д570. При их выполнении атаман имел право налагать на подчиненных различные санкции, как выговор, опубликование, личное задержание, отрешение от должности и предание суду571.

Для контроля дел в Области он должен был ежегодно производить инспекторскую поездку, четко регламентированную «Сводом законов». На ее примере видно, как трудно было разграничить военные и гражданские функции атамана. Предполагалось, что за время поездки будет проинспектировано состояние всего войскового имущества, как военного, там и гражданского, проверена степень подготовки и местных чиновников, и находящихся в запасе казаков572. Двойственность целей инспекции видна из списка лиц, которым вменялось в обязанность отчитаться перед войсковым наказным атаманом:

окружные генералы, судьи сыскных начальств, окружные депутаты и станичные атаманы573. Если атаман не мог по каким-либо причинам совершить объезд Области Войска Донского, его обязанности делегировались двум чиновникам.

Военную ревизию проводил начальник штаба, гражданскую – специально назначенный чиновник574. После поездки писались два отчета – по гражданской части Войсковому Правлению, по военной – Войсковому Дежурству575.

Вышеизложенные факты свидетельствуют о двойственном положении донского атамана. Ранее отмечалось, что он выступал в роли защитника интересов центральной власти на Дону, причем защитника, лучше осведомленного о реальном положении дел, чем Военное Министерство. Он не забывал при этом поддерживать компромисс с местной элитой. Двойственность его функций Там же. С. 2-3.

Там же. С. 3.

Там же. С. 3.

Там же. С. 4.

Там же. С. 4.

Там же. С. 4.

Там же. С. 4.

закреплялась юридически, усложняясь двойственностью роли военного и гражданского руководителя региона. Чтобы объяснить необходимость такого объединения функций в одном лице, обратимся к структуре Войскового Правления, фактически, являвшегося гражданским правительством Земли Войска Донского.

Вторым человеком в Войсковом правлении, замещавшим атамана в случае его отсутствия, являлся начальник войскового штаба576. Не случайно военный чиновник имел право возглавлять гражданское управление Области войска Донского. Войсковое правление, формально отвечавшее за гражданское управление, на практике обладало полномочиями, от которых напрямую завесила боеспособность донских частей. Именно Войсковое правление занималось поземельным довольствием казаков и контролем над доходами Войска577. Выше говорилось том, насколько зависел исправный выход казаков на службу от обеспечения их земельным наделом. Известно и утверждение атамана о сложности реализации военных реформ без приведения в порядок войсковой казны. Поэтому нет ничего удивительного в том, что на военных возлагалось управление местными финансами и землеустройством.

Войсковом правлении включало четыре экспедиции: исполнительную, войскового хозяйства, поземельную и казённых доходов. Кроме того, действовали контрольное отделение, войсковая комиссия продовольствия, и, до отмены рекрутской повинности, войсковое рекрутское присутствие578. Каждая экспедиция возглавлялась асессором, избиравшимся верхушкой казачества на трехлетний срок, причем войсковой атаман выбирал, руководство какой именно экспедицией поручить данному асессору579. Глава контрольного отделения, войсковой контролер, назначался государственным контролером на неопределенное время580. Трудно не заметить очередного разделения полномочий между центральной властью и местной элитой. Казачья верхушка выбирала тех, кто Там же. С. 7.

Там же. С. 7.

Там же. С. 7.

Там же. С. 7.

Там же. С. 7.

будет входить в Войсковое правление, посредник между ней и центральной властью, атаман, распределял посты. За представителем имперского правительства оставался общий контроль, прежде всего финансовый. Сословный статус фиксировался и для других чиновников. Так, заседатели Войскового Суда назначались только из числа казаков, а войсковой прокурор – из людей, к Войску не принадлежавших581. Представители казачества преобладали в судебных и исполнительных органах, а имперские чиновники – в контрольных инстанциях.

Перечислим функции экспедиций, которые имели отношение к воинской службе казаков. Исполнительная экспедиция отвечала за переход воинских команд по территории Земли Войска Донского. Об этих командах писалось в предыдущей главе582. До военной реформы они формировались из лиц полевого и внутривойскового разряда, после реформы – исключительно из строевого. В соответствии с отчетом начальников округов от 1875 года на территории региона служило 7 местных команд (3 из них предполагалось вскоре упразднить) – офицеров, 1045 казаков;

4 конвойных команды – 4 офицера, 90 казаков;

коннозаводская команда 112 казаков;

команда для присмотра за артиллерийскими лошадьми – 117 казаков;

команда при Ольгинской дамбе – казаков;

Новочеркасская городская полиция – 176 казаков;

Новочеркасская городская казачья команда – 1 офицер, 78 казаков;

команда при войсковом госпитале – 81 казак;

команда при смотрителе частного коннозаводства – казака;

Астраханская кордонная команда – 1 офицер, 69 казаков;

команда при юнкерском училище – 41 казак и команда при смотрителе рыбных ловель – казаков583. Включенные в них казаки, находясь на военной службе, выполняли хозяйственные обязанности и поэтому находились в ведении гражданской администрации. В таких условиях сращивание военного и гражданского управления становилось не только естественным, но и единственно возможным, оно диктовалось как традициями, так и реальными хозяйственными нуждами.

Там же. С. 12-13.

Там же. С. 8.

ГАРО. Ф. 344. Оп. 1. Д. 1021.

Экспедиция войскового хозяйства отвечала за сбор, хранение и движение всех доходов войска, а так же состояние зданий, находящихся в его собственности584. Она финансировала закупки войскового имущества, от новых образцов вооружения до артиллерийских лошадей. В связи с военной реформой о важности этих мероприятий писали неоднократно войсковой наказной атаман и Донская комиссия. Разумеется, право решения подобных вопросов должно было принадлежать военным, хотя юридически они относились к гражданскому управлению. Можно также отметить военное значение содержания в порядке дорог, учебных лагерей и войсковых зданий, включая здание юнкерского училища.

Последняя экспедиция, поземельная, помимо распределения станичной земли между казаками, контролировала и выделение войсковых участков под учебные лагеря и зимовники для артиллерийских лошадей. Она занималась арендой территорий, необходимых для содержания частных табунов585. Этот вопрос имел особое значение в связи с сокращением станичного коневодства и необходимостью снабжения донских частей лошадьми.

Таким образом, на войсковом правлении лежали функции, связанные с военной службой казачества. Оно финансировало перевооружение местных полков и батарей, причем на первом этапе, когда этот процесс шел исключительно на средства войсковой казны, не получая помощи от центральных властей. Правление контролировало состояние зданий учебных лагерей и юнкерского училища;

от него зависели местные команды, то есть казаки строевого разряда. Еще шире был список полномочий Войскового правления, от которых боеспособность донских частей зависела косвенно. Отметим только контроль над правильным распределением наделов и поддержание частного коннозаводства. На наш взгляд, создание земств, решение о котором было принято в 1860-е годы, то есть в тот период, когда проводилась политика приспособления организации Войска к его гражданскому благосостоянию, было Свод законов Российской империи. Т. 2. Часть II. Особенные губернские учреждения. Кн. 6. Учреждения гражданского управления казаков. С. 9.

Там же. С. 11.

попыткой снять с военных членов войскового начальства часть их гражданских функций.

Отметим, к чему привела эта попытка. Одной из причин, по которой часть казаков Хоперского округа в 1878 г. отказалась выплачивать земские повинности, было невнимание земских деятелей к финансовым потерям, понесенным казачьими хозяйствами в ходе войны586. Уместно напомнить и о попытках представителей земств в комиссии генерала Н.А. Маслаковца решать свои проблемы за счет Войска. Они требовали наряду с отменой части земских повинностей, вернуть доходы от питейных сборов из войсковой казны в станичные кассы587. Существование в регионе гражданской администрации, независимой от войска, могло бы привести к схожим проблемам, но в большем масштабе.

Следует обратить внимание на порядок функционирования Новочеркасской полиции, чтобы уточнить принципы подчинения местных команд гражданским законам Российской империи. В Свод Законов входили статьи, подтверждающие формирование полиции из проходивших действительную службу казаков, военные звания, необходимые для занятия в ней должностей. Полицмейстер назначался из штаб-офицеров, приставы и смотритель городского острога – из обер-офицеров588. Напомним, что после службы в Новочеркасской полиции казаки зачислялись в льготные полки первой очереди, то есть полноценные боевые части. В подобных условиях двойственность функций войскового наказного атамана, назначавшего военных офицеров на гражданские должности, сопряженные с командованием строевыми командами, представляется неизбежной. На наш взгляд, точнее говорить не о сращивании гражданской и военной властей, прописанной в Своде Законов, а о выполнении военной администрацией функций гражданского управления.

ГАРО. Ф. 301. Оп. 5. Д. 33.

Козлов А.А., Козлов А.И. Имперская политика огосударствления, милитаризации и закрепощения казаков в XIX начале XX века. С. 116.

Свод законов Российской империи. Т. 2. Часть II. Особенные губернские учреждения. Кн. 6. Учреждения гражданского управления казаков. С. 17-18.

Что касается гражданских должностей, исполнение которых не подразумевало непосредственного командования строевыми частями, то для важнейших из них был характерен принцип выборности. «Сословием воинских чинов» избирались на три года асессоры и старшие члены Войскового правления, а так же старшие члены Войскового суда589. Несмотря на их обязательное утверждение в должности атаманом или императором, недооценивать роль местной элиты в формировании гражданской администрации не стоит.

На низовом уровне военная и гражданская власть совпадали абсолютно.

Станичные правления занимались в равной степени, как военными, так и гражданскими делами, без возможности их как-то разделить. В этой связи интересно заметить, что аналогичный им орган власти у калмыков, входивший в состав Войска, прямо именовался правлением сотенным590.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.