авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«1 Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Южный федеральный университет» ...»

-- [ Страница 2 ] --

Таким образом, в настоящее время в социологической науке активно исследуется на теоретическом и эмпирическом уровнях (социология здоровья, медицинская социология) состояние здоровья населения в различных ракурсах, например: а) в контексте проблем народонаселения в мировом масштабе, на уровне стран, регионов, городских и сельских поселений. Социологи изучают динамику здоровья населения в связи с его воспроизводством. Большое внимание уделяется влиянию образа жизни различных половозрастных, профессиональных и иных социальных групп на состояние здоровья, проблемам целенаправленного формирования Медик В.А., Осипов А.М. Указ. соч. С. 15.

Словарь виталистской социологии / под ред. С.И. Григорьева. М.: Гардарики, 2006.

здорового образа жизни1. Ученые выявили, что в связи с научно техническим развитием, внедрением новых технологий меняется среда обитания человека, что значительно модифицирует динамику состояния здоровья населения2. Д.А. Изуткин отмечает, что «эволюционно сформировавшийся психофизиологический диапазон возможностей человеческого организма пришел в резкое противоречие с требованиями социальной среды, что нашло свое выражение в «хронизации» патологии.

Отсюда следует важность выяснения социально-философских особенностей жизнедеятельности индивида в связи с состоянием его здоровья в период научно-технических преобразований»3. Такая постановка вопроса выводит на проблемы соотношения физического (связанного с физическими возможностями) и морального, душевного (связанного с разумом, интеллектом, эмоциями, ценностным миром) благополучия людей.

Исследования вопросов, связанных с сохранением и воспроизводством здоровья российского населения, как было отмечено, практически всегда аксиологичны. Проблема ценностей в специальных социологических теориях, исследующих проблемы здоровья, находится в центре внимания исследователей. Аксиологический подход в специальных социологических теориях, посвященных проблемам здравоохранения, представлен намного шире, чем акмеологический. При акмеологическом подходе здоровье человека рассматривается прежде всего как необходимый фактор его самореализации в разные периоды жизни. Акмеологический подход разрабатывается учеными в рамках работ, посвященных исследованию детерминант ценностного отношения медицинских Дмитриева Е.В. Социология здоровья: методологические подходы и коммуникационные программы. М.: Центр, 2002;

Она же. От социологии медицины к социологии здоровья // Социологические исследования. 2003. №11;

Решетников А.В. Социология медицины. М.:

Медицина, 2002.

Решетников А. В. Социальное управление в здравоохранении с позиции социологии медицины (часть I) // Социология медицины. 2007. №1. С. 5.

Изуткин Д.А. Человек в системе взаимосвязи образа жизни и здоровья // Вестник Томского государственного университета. 2004. С. 91.

работников к выполнению своего служебного долга. Так, Т.

Коренюгина, реализуя акмеологический подход к проблеме развития духовной сферы медицинских работников, утверждает, что «эгоистическая и потребительская направленность ценностных ориентаций, доминирование установки на выполнение медицинских процедур препятствуют развитию ценностного отношения к жизни;

альтруистическая и созидательная направленность ценностных ориентаций и доминирование ценностной установки на соучастие пациенту свидетельствуют о развитии такого отношения»1. Причем, как подчеркивает автор, важную роль в таких исследованиях занимают вопросы нравственных ракурсов отношений медиков и пациентов, «подчеркивается необходимость развития ценностной сферы медработников;

ценностное отношение к жизни больного выделяется как наиболее профессионально значимое личностное качество медицинских работников;

выделяются факторы, препятствующие развитию ценностного отношения к жизни пациента»2.

При аксиологическом подходе здоровье предстает как универсальная ценность, влияющая на ценностные ориентации человека3. Ценность здоровья трактуется в качестве «одной из главных, исходных ценностей, непосредственно связанной с жизнью, как высшая медицинская ценность.

Здоровье — это нормальное состояние тела и души человека, осознаваемое им как хорошее (отличное) самочувствие. … В эту ценность входит и «здравый смысл» как способность, представляющая собой рассудительность человека, связанную с элементами его представлений, интуиции, Коренюгина Т.Ю. Роль духовно-ориентированного диалога в развитии ценностной сферы медицинских работников: автореф. дис. … канд. псих. наук. М., 2008. С. 9.

Коренюгина Т.Ю. Роль духовно-ориентированного диалога в психологической подготовке специалистов помогающих профессий. Новочеркасск: ЮРГТУ, 2007. С. 22.

Ларионова И.С. Здоровье человека как социальная ценность. М.: Изд-во МГСУ, 2003;

Агаджанян Н.А. Экология человека: здоровье и концепция выживания. М: 1997;

Агаджанян Н.А., Петрова П.Г., Варфоломеев А.В. Экология и резервы здоровья. Якутск, 1996;

Димов В.М. Здоровье как глобальная проблема выживания биосоциального вида Homo Sаріеns // Социально-гуманитарные знания. 2000. №2;

и др.

сообразительности, житейской мудрости, короче, с собственным жизненным опытом и на этой основе способность выбора правильной ориентации, поведения, поступков»1.

Аксиологический подход, как и акмеологический, является социально ориентированным и рассматривает проблемы здоровья в широком социокультурном контексте. И.С. Ларионова считает, что аксиологический подход необходим при рассмотрении здоровья человека в контексте глобализационных процессов. Она обосновывает, что в процессе глобализации человечество становится постепенно как бы единым организмом, интенсифицируется взаимосвязь и взаимовлияния в плане здоровья между обществом и человеком, между представителями различных культур и государств.

И.С. Ларионова, как и многие авторы, полагает, что состояние здоровья населения детерминирует в значительной степени все стороны жизнедеятельности общества в целом, отдельных социальных групп и индивидов. По мнению автора именно состояние здоровья оказывает определяющее влияние не только на формирование физических, материальных потребностей, но и на конституирование духовных предпочтений. Поэтому здоровье выступает в качестве высшей, фундаментальной, универсальной ценности2.

Сегодня социология медицины и здоровья как специальная социологическая теория развивается достаточно активно.

Трансформационные процессы здравоохранения вызвали к жизни ценностные диссонансы, требующие своего исследования. Так, коммерциализация медицинской деятельности поставила под сомнение традиционные ценности отечественного здравоохранения – обязательность Ефимов В.И., Таланов В.М. Общечеловеческие ценности. М.: Академия естествознания, 2010. С. 122.

Ларионова И.С. Здоровье как социальная ценность: дис.... д-ра филос. наук: М.,2004. С.7.

медицинской помощи независимо от материального положения пациента.

В массовом сознании альтруистический характер медицинской помощи был поставлен под сомнение, что вызвало недоверие к врачам и, соответственно, к власти. В этих условиях возникает следующий диссонанс усиление — влияния традиционного, обыденного знания. Распространенное убеждение, что человек всегда может вылечить себя сам, представляет опасность для здоровья людей. В массовом сознании людей проявляется тенденция— причина плохого состояния здоровья видится в наследственности, в собственных отклонениях от здорового образа жизни. Данные всероссийского опроса ВЦИОМ1, проведенного 14—15 апреля 2012 г., показывают следующее. В плохом самочувствии россияне склонны винить самих себя (35 % против 41 % в 2008 г.), а также низкий уровень жизни (32%) и плохую экологию (30%).

25 % полагают, что неудовлетворительное состояние здоровья людей вызвано недостаточной квалифицированностью медработников, 18 % возлагают ответственность за это на государство. 10 % опрошенных считают, что люди болели во все времена, и винить в плохом самочувствии некого. Самих себя в плохом самочувствии склонны винить молодые россияне (44 %). Причину в низком уровне жизни склонны видеть респонденты предпенсионного и пенсионного возрастов (36—37%), они же чаще возлагают ответственность на государство (22—23%)2.

Опасным представляется массовое обращение населения к разнообразным целителям, колдуньям, гадалкам. Их широкий и эффективный PR в СМИ имеет, на наш взгляд, в большей степени в качестве обоснования целесообразности таких нетрадиционных видов помощи — серьезное финансирование определенных каналов, нежели заботу о здоровье Были опрошены 1600 человек в 138 населенных пунктах в 46 областях, краях и республиках России. Статистическая погрешность не превышает 3,4 %.

Наше здоровье: что делать и кто виноват? // Пресс-выпуск ВЦИОМ. 2012. №2084. 9 авг. / http://wciom.ru населения. Названные диссонансы также являются предметом внимания ученых.

Недоверие к фармацевтическим препаратам также провоцирует интерес к нетрадиционной медицине. Отчасти «повышенный интерес к народным целителям последнее время связан и с беспрецедентной по своим масштабам коммерческой рекламой лекарственных средств, методов диагностики и лечения, которая вызывает у определенных социальных групп населения прямо противоположный эффект чувство недоверия или — отторжения»1. Социологи отмечают: «Домашние средства или альтернативные практики (обращение к знахарям, целителям, экстрасенсам, «бабкам», применение немедикаментозных средств, продаваемых в аптеках) оцениваются информантами как менее эффективные, но наверняка и менее опасные. Фармацевтические средства, таким образом, становятся своеобразным симулякром клинического экспертного знания, опыт взаимодействия с которым зачастую чрезвычайно негативен»2.

На уровне теорий среднего уровня исследуются ролевые конфликтные ситуации, сопровождающие врачебную практику. Так, врачи оказались в ситуации ролевого конфликта, когда они должны оказывать помощь каждому в ней нуждающемуся, а нуждающиеся не всегда могут оплатить предоставленные услуги. Отмечается также наличие древнейшей тенденции по отношению к лечению вообще: например, одни люди любят лечиться и иногда делают собственное лечение основным содержанием жизни. Другие же, не хотят лечиться и прибегают к врачебной помощи только в крайних случаях. Эту тенденцию отмечал Р. Беверли еще в 1705 г., который писал, что многие люди испытывают отвращение к любому лечению, кроме как в крайних случаях3. Но несмотря на то, что эта тенденция отмечалась еще Медик В.А., Осипов А.М. Указ. соч. С. 338.

Аронсон П. Утрата институционального доверия в российском здравоохранении // Журнал социологии и социальной антропологии. 2006. Т.IX, №2. С. 121.

Бурстин Д. Американцы: колониальный опыт // пер. с англ. М., 1993. С. 189.

мыслителями прошлых веков, она пока не получила всестороннего теоретического обоснования.

В рамках теорий среднего уровня исследуются вопросы профессиональной этики и профессиональных ценностей медицинских работников. В центре внимания этого направления – функционирование этических норм в процессе профессиональной деятельности медицинских работников в системе современного российского здравоохранения1. Уровень нравственной культуры медика рассматривается как важнейшая составляющая профессионализма. Ученые доказали, что этическая составляющая личности медицинского работника формируется еще в детстве, но ее ценностное оформление проходит в студенческие годы и в первые годы профессиональной деятельности. Если у медика формируется эгоистическая и потребительская направленность ценностных ориентаций, то деформируется ценностное отношение к жизни в целом. А доминирование альтруистической и созидательной направленности ценностных ориентаций способствует личностному росту медицинского работника. Наличие доверительных взаимоотношений между пациентами и медработниками в работах этого направления предстает как значимый фактор успешного лечения. Однако, ценностный мир медицинского работника, реализующийся в соответствующей жизненной позиции и отношении к своему делу, формируется в социокультурном контексте общества и представляют собой интегративное единство социально экономических, поведенческих, культурных признаков, типичных для представителей этой социальной группы. Социальные характеристики врача Коренюгина Т.Ю. Роль педагогического общения в развитии у студентов-медиков отношения к жизни человека как ценности // Материалы Международной конференции «Психология общения – 2006: на пути к энциклопедическому знанию» 19-21 октября года. – Москва: ПИ РАО. 2006.

влияют на качество медицинских услуг и функционирование здравоохранения1.

Малоразработанным, но весьма важным теоретическим направлением в социологии здоровья является исследование взаимосвязи духовного состояния и физического здоровья населения. В условиях интенсивной социальной динамики, порождающей нестабильность во всех сферах общественной жизни, наличие безработицы приводит к духовной нестабильности отдельных социальных групп населения России. Этот процесс сопровождается чувством неуверенности в завтрашнем дне, а нередко даже безысходности. Б.Г. Акчурин справедливо отмечает, что нескольким поколениям наших сограждан в течение жизни не раз приходилось менять свои взгляды на социально-экономические и духовно нравственные реалии. У людей старшего поколения рухнули или в значительной мере расшатаны привычные системы ценностных ориентаций;

те, кто пытается их сохранить, вынуждены вступать в жесткий конфликт с новыми нормами. С молодым поколением также не все благополучно.

Жизненные планы молодежи как совокупность путей, выдвигаемых в процессе самоопределения, в настоящее время далеки от общественных требований2.

Одним из актуальных и малоизученных в социологической науке является направление: обоснование необходимости изменения отношения людей к своему здоровью на основе последовательных изменений Греков И.Г. Отношение медсестер к своей профессиональной деятельности // Медицинская сестра. 2000. №1. С. 40-41;

Лисицын Ю.П., Изуткин А.М., Матюшин И.Ф.

Медицина и гуманизм. М., 1984;

Бедный М.С. Медико-социологические исследования в здравоохранении: Метод. указания. М., 1983;

Васильева Т.П., Голухов Г.Н., Мушников Д.

Д., Васильев М.Д., Чумаков А.С. Медико-социальный и профессионально-личностный портрет врачебного персонала многопрофильной больницы // Социология медицины.

2003. № 2;

Кудрин В.С., Лейзерман В.Г. Оценка производственной деятельности и мотивация труда в здравоохранении // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2002. №1;

и др.

Акчурин Б.Г. Духовное здоровье сельского населения Башкортостана // Социологические исследования. 2001. № 12.

ценностного сознания. Эти изменения в зарубежной социологии культурными течениями1. Культурные течения называют знаменуют изменения в мышлении и ценностных представлениях людей.

Конституируются новые системы ценностей, в соответствии с которыми отдельные социальные группы осуществляют свои жизненные планы, реализуют интересы, удовлетворяют потребности. Возрастание ценности здоровья, здорового образа жизни в сознании населения различных стран также представляют собой культурное течение.

Таким образом, такая специальная социологическая теория, как социология здоровья, является достаточно разработанной в отечественной науке. Вместе с тем есть проблемы, обозначенные нами, которые требуют дальнейшего углубленного исследования.

Другое исследовательское пространство исследования многоаспектных проблем здравоохранения – это взаимосвязь и интеграция социологией здравоохранения результатов исследований, затрагивающих проблемы здравоохранения в различных социологических теориях среднего уровня. Наиболее часто исследователи социологии здравоохранения обращаются к социологии семьи, гендерной социологии, геронтосоциологии, этносоциологии, социологии потребностей и образа жизни и др. Внимание ученых привлекают важнейшие проблемы, рассматриваемые в теориях среднего уровня. К таким проблемам можно отнести: здоровье детей и подростков в процессе обучения;

здоровье студенческой молодежи;

высшее и среднее медицинское образование как образования2;

подсистема социального института а также вопросы Американская социологическая мысль: Тексты / под ред. В.И. Добренькова. М.: Изд-во МГУ, 1994. С. 182.

См.: Варгина С.А. Методологический кроссинг социологических теорий среднего уровня: геронтосоциология и социология медицины/ Солодухина Д.П., Варгина С.А.

/Гуманитарные исследования. 2010, №3;

Варгина С.А. Научный потенциал социологии медицины/ С.А.Варгина, В.А. Мажаренко/ Социология медицины. – 2010. - №2;

Варгина С.А., Приз Е. В Методология исследований компетентности в медицине./ Гуманитарные и социальные науки. – 2011. - №4;

и др.

гендерного распределения медицинских работников, гендерных особенностей поведения пациентов и др.

С.А. Варгина провела масштабную научную работу по «разработке нового исследовательского направления – интеграции социологии медицины и социологических теорий среднего уровня с целью повышения научной эвристичности и практической эффективности социальных исследований здоровья»1.

проблем охраны Она отмечает тесное взаимодействие социологии медицины с другими специальными социологическими теориями, но эта взаимосвязь зачастую не осознается исследователями, является не вполне отрефлектированной в научном плане, «ее принципы не выяснены, что снижает эффективность решения научных задач»2. Одной из таких «не вполне осознаваемых» связей является взаимодействие социологии здравоохранения и социологии семьи, которое в научном плане обогащает обе области социологического знания.

Как известно, в рамках социологии семьи разрабатываются такие интересные для теоретиков здравоохранения темы, как типология семей по уровню и качеству жизни, изучение дифференциации состояния здоровья, рождаемости в различных социальных группах и др. В социологию семьи исследования в сфере здравоохранения привносят, например, информацию о «семейных болезнях», об особенностях формирования здорового образа жизни и пр.

Связь социологии образования и социологии медицины в настоящее время нельзя назвать прочной и всесторонней, несмотря на крайнюю необходимость использовать в теории и практике образования мониторинговые исследования вероятности медицинских рисков процесса образования в условиях конкретного учебного заведения.

Варгина С.А. Взаимосвязь социологии медицины и социологических теорий среднего уровня. (На материале инициативных социологических исследований в стоматологии):

дис. … докт. мед. наук. Волгоград, 2012. С. 12.

Там же. С.16.

Тема взаимосвязи здоровья и образа жизни людей активно разрабатывается как в социологии медицины и здоровья, так и в социологии образа жизни, социологии семьи. Изучение динамики ценностей, как отмечалось выше, занимает одно из центральных мест в теориях среднего уровня. Так, ученые фиксируют, что в настоящее время в современном российском обществе развивается следующая тенденция – смещение здоровья с лидирующих позиций в иерархии системы ценностей населения.

В связи с этим, М.М. Юсупова замечает: «Парадокс заключается в том, что при ухудшении социально-экономического статуса и уровня жизни ценность здоровья и осознанная деятельность по его сохранению должны быть наиболее приоритетными задачами. Но в условиях современной нестабильности … на первый план выступают другие проблемы и ценности, а широта самосохранительного поведения сужается до понятия сохранения жизни в буквальном значении»1.

Известно, что в структуре факторов, детерминирующих патологические состояния в человеческом организме, 50 – 52 % составляет образ жизни, 18 – 20% – генетический фон, 20 % – окружающая среда, 10 – 12 % – здравоохранение. Поэтому воздействие индивида на собственное жизни2.

здоровье связано преимущественно с изменением образа Исследование взаимосвязи образа жизни и здоровья всегда основывается на учете количественных и качественных показателей, что позволило специалистам обосновать обусловленность этой связи общественными отношениями.

Изучение связи образа жизни людей с состоянием их здоровья включает в себя и влияние на самочувствие населения отдельных аспектов образа жизни: занятия физкультурой и спортом, качество питания, качество Юсупова М.М. Особенности самосохранительного поведения населения Чеченской республики в постконфликтный период // Социологические исследования. 2010. №7. С.

75.

Назарова И.Б. Субъективные и объективные оценки здоровья // Социологический журнал. 2006. № 3-4.

досуговой деятельности, виды предпочитаемого отдыха, интенсивность и сложность трудовой деятельности, возрастные и демографические факторы. Практически по совершенствованию всех названных направлений существуют и реализуются правительственные программы. Так, например, эффективным механизмом реализации концепции государственной политики здорового питания населения России являются федеральные центры оздоровительного питания. Они осуществляют свою деятельность в тесном сотрудничестве с научно исследовательскими, учебными медицинскими учреждениями и различными производственными коллективами. Эта работа проводится на федеральном, областном, городском и районном уровнях в рамках разработанных законодательных, нормативных актов Российской Федерации. Концепция социально-экономической обусловленности здоровья обосновывает необходимость согласованности социально-экономического развития «с деятельностью по охране, а когда это возможно, и по укреплению здоровья и благосостояния населения. Проведение таких мер обусловливает участие государственных органов на федеральном, региональном и местном уровнях, а также интегрированных многосекторальных мер в области планирования и управления здравоохранением»1.

Как известно, человек самостоятельно не способен полностью защитить свое здоровье от повседневных угроз. Для этого оказывается недостаточной даже безупречная деятельность института здравоохранения.

Необходимы адекватное межинституциональное взаимодействие, межинституциональная политика, направленная на сохранение здоровья населения. Так, вне институциональной деятельности невозможны защита окружающей среды, контроль за гигиеной и санитарией, соблюдение безопасности пищевых продуктов и питьевой воды, безопасных дорог и др.

Долгинцев В.И. Государственная политика в области здравоохранения и подготовки руководящих кадров // Электронный журнал «Социальные аспекты здоровья населения».

2010. №3 (15).

Л. О. Гостин, доктор юридических наук, профессор организации здравоохранения университета Джона Хопкинса, отмечает, что «область здравоохранения связана с созданием условий для здорового образа жизни и профилактикой заболеваемости во всем обществе. Следовательно, здравоохранение заинтересовано в разработке масштабных стратегий по предотвращению ущемления прав или улучшению положения с заболеваемостью. По традиции ролью организаций здравоохранения является определение рисков или вредностей и активная деятельность по их предотвращению или уменьшению»1.

Теоретико-прикладные исследования в этой области включают изучение мнений представителей различных групп о собственном состоянии здоровья. Интересно, что в одних профессиональных, социально демографических группах наблюдаются несоответствия между субъективной оценкой и реальным состоянием здоровья людей. Эти несоответствия могут быть как в сторону повышения оценки, так и в сторону ее занижения2. Исследование таких парадоксов является актуальной теоретической задачей социологии здоровья, поскольку прикладные данные по этому вопросу пока не имеют достаточно глубокого теоретического осмысления.

Описанный выше аспект социологии здоровья представляет собой исследование факторов, влияющих на состояние здоровья, в основном, практически здоровых людей. Вместе с тем социология здоровья включает в себя теоретические и, соответственно, прикладные исследования пациентов здравоохранительных, лечебных учреждений. Исследуются частота обращений в лечебные учреждения, частота заболеваний и специфика отдельных регионов в плане заболеваемости населения, статистика Гостин Л. О. Этика здравоохранения: традиции и профессия // Acta Bioethica: сборник трудов по биоэтике // Пер. с англ. Макаров М.Л., Макарова Т.Ф. Норильск, 2004. С. 241.

Кушлекайте М.Ю., Салига И.И. Состояние и проблемы здоровья литовских моряков // Социологические исследования. 2010. №8. С. 144.

выздоровлений, перехода заболеваний в хронический формы, а также причины летальных исходов в их демографической и возрастной ипостаси.

Большое внимание уделяется исследованию мнений пациентов о качестве медицинского обслуживания. Эти исследования проводятся в основном с позиций социально-гигиенического и социологического подходов. Анализируются также частота обращений к врачу, частота приема лекарств, частота различных недомоганий. Ученые отмечают, что «несмотря на то, что в нашей стране эта тема слабо разработана, есть убедительные данные, демонстрирующие наличие существенных различий в представлениях разных социально-демографических, социально профессиональных и социально-экономических групп пациентов о качестве медицинского обслуживания. При этом медицинские критерии эффективности не всегда являются очевидными для пациентов, а здоровье все еще не занимает первого места в структуре основных человеческих ценностей»1. Отметим, что эти критерии не всегда являются очевидными и для врачей. Это – общая проблема российского и зарубежного здравоохранения. Ученые из Университета Айовы США Д. Дж. Лански, А.

Дж. Харц пишут о том, что качество медицинского обслуживания институционально оценивается по исходам, тогда как исход не всегда зависит от стандарта качества медицинского обслуживания. «Например, смертность – плохой показатель качества лечения больных с судорожными припадками, так как очень малое количество таких больных умирает, и так как почти все их смерти могут быть объяснены, скорее, лежащим в основе припадков заболеванием, а не низким качеством медицинской помощи.

Аналогично, хотя гораздо больший процент больных умирает в первые несколько месяцев после инсульта, немногие из этих смертей можно Светличная Т.Г., Цыганова О.А., Борчанинова Е.Л. Пациенты о качестве стационарного обслуживания // Социологические исследования. 2010. №7. С.70.

качеством лечения»1.

объяснить низким Отечественные ученые определяют качество медицинского обслуживания с более общих позиций.

Так, Т. Сингаевская пишет: «Качество медицинской услуги может быть определено как выполнение профессиональных стандартов медицинской помощи и соответствие оказанной медицинской помощи ожиданиям пациента. … Качество медицинской помощи определяется использованием медицинской науки и технологии с наибольшей выгодой для здоровья человека, при этом без увеличения риска. Уровень качества, таким образом, это степень достижения баланса выгоды и риска для здоровья»2. Юристы трактуют качество медицинской помощи как договорной медицинской услуги: «…потребитель имеет право на приобретение медицинской услуги надлежащего качества, что обязывает исполнителя медицинской услуги обеспечить это надлежащее качество. Обязательство напрямую вытекает из ст. 309 ГК РФ. … Законодатель не делает различий между качеством товара, качеством работ и качеством услуг, хотя как объекты рыночных отношений они (товар, работа, услуга) обладают индивидуализирующими признаками и по-разному удовлетворяют потребности субъектов гражданских прав.

Законодатель справедливо полагает, что автономия воли и интерес участников гражданского оборота, направленные на достижение интересов за счет друг друга, не запрещают им самостоятельно в рамках договорных отношений сформулировать качество и его критерии, за исключением случаев, когда предусмотрены обязательные требования к качеству товара, работы, услуги (п. 5 ст. 4 Закона о защите прав потребителей)»3.

Данные этносоциологии в последние годы прочно входят в специальные социологические теории, исследующие состояние здоровья Ланска Дуглас Дж., Харц Артур Дж. Оценка качества медицинского обслуживания // Международный Медицинский Журнал. 1999. № 1-2. / http://medi.ru/imj Сингаевская Т. Стандарты управления качеством медицинских услуг // http://alan-and viggo.narod.ru/medinform Панов А., Стибикина Ю. Правовые критерии определения надлежащего качества медицинской услуги//Правовые вопросы в здравоохранении 2012. №9. http://www.zdrav.ru российского населения. Помимо обоснования особенностей оказания медицинской помощи мигрантам, в социологии ставится проблема исследования этносов и как своеобразных популяций, и как определенных социокультурных общностей, специфика которых предопределяет в некоторых аспектах как состояние здоровья того или иного этноса, так и отношение к различным видам лечения.

Ученые, занимающиеся этносоциологическими проблемами здравоохранения, отмечают, что для российской науки тема, связанная с изучением взаимосвязи этнической принадлежности и здоровья, является неразработанной. Это – принципиально новое направление в отечественной науке, так как в советское время этномедицина не существовала1. В западной социологии давно разработан понятийный аппарат для изучения многообразных этнических проблем, среди которых - отношения к различным видам лечения, в том числе оперативных вмешательств, здоровье мигрантов и пр.

В медицинской научной литературе выявляются многообразные данные по теме, близкой к этнической проблематике, а именно о влиянии религии на здоровье человека2. Т.Б. Дмитриева и Б.С. Положний, например, обосновывают, что наблюдения за пациентами, принадлежащими к разным религиозным и этническим группам, воспринимают различные симптомы заболеваний неодинаково. Различается и их отношение к способам лечения3.

Протестанты, где основной ценностью является трудовая деятельность, сосредотачиваются на вопросах снижения трудоспособности. Итальянцы, в силу своей эмоциональности, склонны к драматизации ситуации заболевания Шляпникова М.Н., Виноградова С.В. Этносоциологические факторы развития российской медицины // Новые технологии в медицине (морфологические, экспериментальные, клинические и социальные аспекты): сб. трудов, посв. 70-летию Сталинградско Волгоградского медицинского института-академии-университета. Волгоград, 2005.

Черкасова А. Е. Взаимодействие медицины и религии на примере российской медицины и русского православия. М., 2004;

и др.

Дмитриева Т.Б., Положний Б.С. Этнокультурные факторы, влияющие на здоровье // http://www.zenfiramed.ru и в выражении жалоб на состояние здоровья приводят зачастую множество различных симптомов. Ирландцы, наоборот, как правило, не склонны к откровенности и концентрируют внимание на каком-либо одном симптоме, который кажется им основным. В социологии исследования на эту тему пока встречаются крайне редко, даже в работах, посвященных иной проблематике1.

Следует отметить, что религиозное население реже умирает от злокачественных опухолей, так как религиозное отношение к жизни смягчает негативное влияние стрессов. Религия воспитывает у верующих ответственное отношение как к своему здоровью, так и к здоровью близких2.

Итак, если исследования соотношения состояния здоровья отдельных этносов и их социокультурных особенностей развиваются недостаточно интенсивно, то исследования самооценки здоровья представителями различных этносов проводится более широко. Так, в 2005-2006 гг. при финансовой поддержке РГНФ был осуществлен научный проект «Социальные изменения и здоровье финно-угорских народов Республики Карелия», в ходе которого было установлено, что «показатели самооценки здоровья коренных народов республики существенно ниже, чем в среднем по региону, а также в тех районах, где проживает преимущественно славянское население. Если в целом по Карелии положительные оценки (хорошее и скорее хорошее) своему здоровью дали 43 % населения, средним – считали 41 %, а плохим и очень плохим – 17 %, то среди представителей Клоков К.Б., Красовская Т.М., Ямсков А.Н. Проблемы перехода к устойчивому развитию районов расселения коренных народов российской Арктики // Исследования по прикладной и неотложной этнологии. Документ № 141. М.: Институт этнологии и антропологии РАН, 2001;

Тишков В.А. Заключение // Современное положение и перспективы развития малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока:

Независимый экспертный доклад. Ред.: В.А. Тишков. Новосибирск: Изд-во Института археологии и этнографии СО РАН, 2004. С. 177-182;

и др.

Гололобова В.Н. Здоровье в этнокультурном контексте // Материалы IV Очередного Всероссийского социологического конгресса: Социология и общество: глобальные вызовы и региональное развитие. Секция 13. Социология здоровья и здравоохранения // http://www.ssa-rss.ru/files/File/congress вепсской национальности положительных оценок только 26 %, как среднее свое здоровье оценивают 47 % и как плохое и очень плохое – %. Среди карелов показатели субъективного здоровья также были ниже, чем в среднем по республике. Положительные оценки своему здоровью дали 30%, как среднее оценили – 49 %, плохим и очень плохим свое здоровье назвали 20 % респондентов»1. Привлекает внимание исследователей взаимосвязь качества жизни мигрантов с состоянием здоровья и отношением к лечению2.

Другое интересное исследование на аналогичную тему было проведено Институтом монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН. Научным руководителем социологического опроса студентов г. Улан-Уде был С.Ю.

Лепихов. В.Н. Гололобова – исполнитель проекта – констатировала наличие влияния этнокультурной принадлежности на характер представлений студентов о своем здоровье. Так, для традиционных представлений бурятской молодежи характерно, что в понимание «здорового человека» они чаще, чем русские включают такие качества как сила характера (45% – среди русских, 53,4% – среди бурят), добросердечие (32,7% против 23,9%). По мнению В.Н. Гололобовой на бурятскую молодежь оказывает влияние мировоззрение буддизма.

Исследование показало, что буряты в большей степени осознают ценность здорового образа жизни, стремятся собственными усилиями вести образ жизни, сохраняющий здоровье. Так, при выборе варианта значений Нилов В.М. Социально-этнические аспекты проблем неравенств в здоровье и доступности медицинских услуг в Республике Карелия // Материалы Интернет-конференции ( января 2009 по 19 февраля 2009) «Здоровье граждан как общественная проблема (ответственность государства, личности, медицинских работников и гражданских организаций)» // http://www.socpolitika.ru/ Шляпникова М.Н., Томашевская Н.Н. Качество жизни представителей этнических меньшинств как показатель эффективности региональной биополитики // Социология медицины – реформе здравоохранения. Волгоград: Изд-во ВолГМУ. «быть здоровым» вариант «вести здоровый образ жизни» выбрали 39 % русских респондентов и 56 % бурят1.

Академик А.В. Решетников пишет: «К этномедицине относят медицинские системы, происхождение которых обусловлено культурой данного этноса. Иногда этномедициной называют все медицинские системы, противостоящие научной медицине, т.е. к этномедицине относят те медицинские системы, медицинское поведение в которых, в отличие от научной медицины, основано на феноменологическом знании всей сферы отношений, охватывающих болезнь и здоровье»2. Несмотря на нечеткость формулировки проблем, и, соответственно, механизма взаимодействия социологии здравоохранения с этносоциологией, следует фиксировать формирование нового подхода к проблеме медицинского обслуживания представителей различных этносов.

В документах реформирования здравоохранения в Российской Федерации, а также в Национальном проекте «Здоровье» не отмечается роль этнического фактора в развитии медицины многонационального российского общества. В связи с этим С.В. Виноградова полагает, что для обобщающих характеристик роли этнического фактора нет необходимой информации, недостаточно конкретно-социологических исследований по данной теме. В европейских странах (США, Германия, Бельгия, Франция) этномедицина развивается достаточно интенсивно3.

Следует отметить, что социальные группы российского общества одобрительно относится к деятельности государства по сохранению здоровья населения. Более половины населения страны важнейшим Там же.

Решетников А.В. Социология медицины. Руководство. М. ГЭОТАР-Медиа. 2010. С. 371.

Виноградова С.В. Этнические особенности российской медицины // Философия и будущее цивилизации:. 4 - ый Российский философский конгресс (Москва, 24-28 мая 2005г.): В 5 т. Т. 4. М.: Современные тетради, 2005. С.175.

фактором сохранения здоровья считают реальное повышение качества жизни, материального благополучия1.

Не претендуя на полное и всестороннее освещение теоретических и практических вопросов исследования здравоохранения в специальных социологических теориях, на основе вышеизложенного можно сделать вывод относительно интенсификации исследований проблем здравоохранения, возрастании значения и ответственности социологии в изучении процессов трансформации современного российского общества, преобразования его структур и институтов. Необходимо сказать, что, несмотря на трудности, наблюдаются успехи в процессе реализации реформ здравоохранения: незначительно, но уменьшается смертность, улучшается техническая оснащенность медицинских учреждений, реформируются формы оплаты труда отдельных категорий медицинских работников и пр. В ходе реализации разнообразных институциональных программ должна повышаться степень жизнеспособности российского общества и его социальных институтов.

Вместе с тем теории среднего уровня фиксируют многообразные факторы, трансформирующие проблемное поле макроуровня социального института здравоохранения. Социальная реальность изменяется под влиянием ценностных диссонансов, мотивирующих поведение врачей и пациентов. Эти диссонансы детерминированы коммерциализацией медицинской деятельности: под сомнением оказались традиционные ценности отечественного здравоохранения – обязательность медицинской помощи независимо от материального положения пациента. Возникают ролевые конфликтные ситуации, сопровождающие врачебную практику, в сознании населения происходит смещение здоровья с лидирующих позиций в иерархии системы ценностей. В теориях среднего уровня выявлены модифицирующие влияния этнонациональных, религиозных факторов на Мунаев Р.В. Модернизация социального института здравоохранения в условиях современной России: автореф. дис... канд. соц. наук. М., 2008. С. 9.

отношение к больному, болезни, лечению и пр. Таким образом, логика исследования требует рассмотрения институциональных изменений на микроуровне.

Анализ социального института здравоохранения на 1.3.

микроуровне в дискурсе диспозиционной теории личности Диспозиционная теория личности, которую В.А. Ядов называет гипотезой, давно вошла в учебную литературу по социологии и активно применяется в обществознании для исследования социальных процессов на микроуровне. Социологи привлекают данную теорию в свои исследования намного реже, нежели социальные психологи, а применение этой теории для исследования институциональных изменений в отечественной научной литературе мы вообще не встречали. Но именно диспозиционная теория личности содержит в себе теоретико-методологические возможности обозначения взаимосвязи макро- и микроинституциональных процессов.

Сама идея о взаимосвязи или соотношении микро- и макроуровней социальных процессов не нова, но ее теоретическая реализация в социологических исследованиях встречается не часто. Известные российские ученые Ю.И. Александров и С.Г. Кирдина отмечают наличие некоего баланса между макро- и микроуровнями социальной реальности. Они пишут, что например, «кластеризация стран по типам доминирующей ментальности индивидов, построенная на основе психологических исследований (Александров), оказалась практически идентична той, которая была обозначена в докладе Кирдиной по экономико-социологической теории институциональных матриц. Оказалось возможным предположить взаимное соответствие особенностей институциональной макроструктуры общества и типа ментальности, который доминирует среди его членов»1.

В социальной психологии диспозиционная теория личности применяется, в основном, для исследования психолого-поведенческих моделей, выявления внутренних, субъективных мотивов поведения. Как правило, исследуется «микрокосм» вне его связи с «макрокосмом». Это относится и к исследованиям человеческого поведения в бихевиоральной парадигме. Здесь важен стимул, т. е. то, что, воздействуя, вызывает в отклик2.

организме Марксистская концепция личности, наоборот, акцентирует внимание на непреложном действии объективных детерминационных факторов, формирующих особенности личности и предопределяющих ее поведение.

Теория личности в марксистской социологии представляет личность как «ансамбль общественных отношений». Не отрицая определяющее влияние внешних условий на формирование человеческого сознания и поведения, отметим, что такая позиция нивелирует личность. С.А. Суворов, обращая внимание на редукцию личностных качеств и свойств к общественным отношениям, справедливо отмечает: «Ведь если качества человека полностью формируются его социальным окружением, то откуда взяться отчуждению. Получается, что капиталистическое общество отчуждает от человека те же качества, что ему и присваивает, причем использует для этого те же механизмы, что и для формирования личности»3.

Классик бихевиоризма второй половины XX в. Б.Ф. Скиннер признавал влияние микро- и макросреды только в узкофункциональном смысле – как стимул к определенному действию. Он обосновывал, что Александров Ю.И., Кирдина С.Г. Типы ментальности и институциональные матрицы:

мультидисциплинарный подход // Социологические исследования. 2012, №8. С. 3.

Скиннер Б. Ф. Технология поведения // Американская социологическая мысль: Тексты / под ред. В. И. Добренькова. Пер. А. Гараджи М.: Изд-во МГУ, 1994. С. 38.

Суворов С.А. К вопросу о социологическом понимании личности // Аналитика культурологи. 2008. Вып.3 (12). Электронное научное издание // http://analiculturolog.ru всесторонний анализ поведения должен базироваться на исследовании взаимодействия организма с окружающей средой «до и после отклика», так как среда «поддерживает и оформляет» поведение своими последствиями1. Отметим, что в целом, Б.Ф. Скиннер явно игнорировал объективную ситуацию, в которой человек действует. Он писал, что брать в качестве объяснительно принципа внешние обстоятельства - значит действовать донаучным способом2. Бихевиоральные теории, являясь важной частью психологического направления в социологии, в целом «замыкаются»

на индивидуальном действии, не вводя его в широкий социальный контекст.

Российские ученые давно отметили эту «неполноту» психолого поведенческих моделей, выявляющих индивидуальные характеристики мотиваций, что при этом необходим анализ ее предметных, смысловых аспектов3. Вопрос расхождения между ценностными экспектациями населения и возможностями их реализации в контексте современного российского общества заслуживает не только констатации, но и всестороннего исследования. Это расхождение в современном российском обществе представляет собой весьма длительный процесс в контексте модернизации, который следует понимать не как кратковременное усиление эффективности режима, «… а как длительную историческую, весьма болезненную и конфликтную трансформацию аграрного общества в индустриальное, успех которой не предопределен, зависит от множества факторов. Завершить модернизацию значит необратимо сформировать признаки современного индустриального общества во всех его параметрах, общества, способного к ненасильственному воспроизводству в поколениях»4.

Скиннер Б.Ф. Указ. соч. С. 40.

Там же. С. 38.

Гордеева Н.Д., Зинченко В.П. Модель предметного действия: способы построения, структура и система функционирования // Системные исследования. Методологические проблемы. Ежегодник: 1989-1990. М., 1991. С. 343.

Трубицин В.Д. О макросоциологических основаниях стратегий России в XXI веке // Социологические исследования. 2012. № 8. С. 149.

Всестороннее исследование обозначенного феномена – предмет специального исследования. Казалась бы для исследования институциональных проявлений на микроуровне вполне подошли бы статусно-ролевые концепции личности, идущие от Дж. Мида, Р. Минтона, Т. Парсонса. В статусно-ролевых теориях поведение описывается через две основные категории – «социальный статус» и «социальная роль», выявляется интегральный статус, обусловливающий положение человека в социальной системе. Среди нескольких предписанных и завоеванных статусов, профессионально-должностной часто представляет собой основание интегрального статуса, отражающего социально-экономическое, производственное положение индивида. Система требований, предъявляемых обществом к тому или иному статусу, «распадается» в содержательном плане на ряд социальных ролей, которые индивид должен выполнить.

Т. Парсонс описывал социальные роли и систематизировал их посредством пяти основных характеристик: 1) эмоциональность, 2) способ получения, 3) масштаб, 4) нормализация - действие в строго установленных правилах, либо произвольно, 5) направленность мотивации либо на общее благо, либо на личную выгоду. Результатом анализа является оценка выполнения предписанной роли и адекватность реализации статуса.

При всей теоретической емкости статусно-ролевых теорий, показывающих, что содержательно предписываемые статусы и роли в той или иной мере не совпадают с реально реализуемыми, эти теории не вполне подходят в качестве методологического инструментария для исследования институциональных изменений на уровне действующего субъекта.

«Но свобода выбора личностью первоочередности реализации тех или иных мотивов весьма относительная, потому что человек находится в своеобразных тисках социальных функций, статусов и ролей. Функции, статусы и социальные роли образуют механизм, благодаря которому каждый человек становится частицей того или иного общества или социальной общности, слоя, группы, носителем их культуры, свойств. Совокупность выполняемых личностью социальных ролей отражает те общественные отношения и связи, в которые она включена в общественной системе»1. В качестве критерия берется идеальная модель социального статуса и социальной роли, причем идеальные модели социальных статусов и ролей в системе российского здравоохранения нельзя назвать операциональными и достаточно разработанными.

В данном параграфе мы попытаемся обозначить проблему расхождения предписанного и реального уровней реализации трансформационных функций российского здравоохранения. Для этой цели, думается, наиболее адекватным методологическим инструментарием обладает диспозиционная теория личности, сформулированная и обоснованная известным современным российским социологом В.А.

Ядовым. Попытаемся показать эвристичность этой теории при анализе институциональных трансформаций здравоохранения.

Диспозиционная теория регуляции социального поведения действующего субъекта, по сравнению с теорией социальных установок, обладает методологической основой, позволяющей решать ряд противоречий, свойственных теории аттитюдов. Возьмем, к примеру, знаменитый «парадокс Лапьера». В 1934 г. психолог Р. Лапьер в сопровождении двух ассистентов китайского происхождения провел следующий эксперимент. Он посетил свыше 250 отелей, фиксируя у обслуживающего персонала явные признаки расовой дискриминации, которые обнаружил только в одном из отелей. Через два года Р. Лапьер разослал в те же отели письма с вопросом о готовности снова принять его и двух его сотрудников-китайцев. В ответ только один из отелей выразил безоговорочную готовность принять гостей, 52 % содержали отказ, а остальные были неопределенно уклончивыми. Р. Лапьер пришел к http://coolreferat.com/Социология_личности следующему выводу: на практике имеют место существенные различия между социальными установками индивида и его фактическим поведением в реальной ситуации. В 1952 г. другие исследователи повторили этот эксперимент в несколько измененном варианте. Были получены аналогичные результаты.

В.А. Ядов, анализируя эту ситуацию, пишет, что не изученность степени взаимосвязи между невербальным и вербальным поведением привела к ситуации, когда в науке предполагалось, что люди ведут себя в соответствии с тем, что они говорят. Однако достижения в исследовании мотиваций поведения людей показали несостоятельность логики такого подхода. Изменить эту логику возможно лишь тогда, когда индивидуальное поведение исследуется в контексте социальных детерминаций. Тогда установка предстает как социальный продукт с определенными функциями1.

Суть одного из основных положений диспозиционной теории личности в том, что существует взаимосвязь между потребностями, поступками человека и ситуацией, в которой развертывается его деятельность по удовлетворению потребностей, достижению жизненных целей. Поэтому, на наш взгляд, диспозиционная теория В.А. Ядова, ставя в центр внимания социально-типические проявления поведения действующего субъекта, позволяет фиксировать взаимодействия людей с социальной системой на институциональном уровне.


Разрабатывая диспозиционную теорию, В.А. Ядов показывает, что диспозиционные образования, которые устойчивы и способны к воспроизведению, базируются на наличии потребности социального субъекта и ситуации, в которой субъект удовлетворяет свои потребности. Однако ситуация, или среда объективных условий жизнедеятельности субъекта действия, в известной мере модифицирует саму потребность, предопределяет Ядов В.А. О диспозиционной регуляции социального поведения личности // Социальная психология: Хрестоматия: Учебное пособие для студентов вузов / сост. Е. П. Белинская, О. А.

Тихомандрицкая. М: Аспект Пресс, 2003. С. 375-376.

выбор средств ее реализации. Причем как потребности, так и ситуации являются определенным образом иерархизированными.

В.А. Ядов выделяет четыре вида сфер-ситуаций. Первая и вторая сферы – это семья и близкое окружение человека;

третья сфера связана с трудом, отдыхом, досугом, а четвертая понимается как сложная социальная ситуация, в которую индивид включается через освоение идеологических и культурных ценностей общества. Названные сферы-ситуации представляют собой целостную систему жизнедеятельности человека, в которой он реализует себя также как «целостность» посредством действий, поступков, социального поведения в целом. В.А. Ядов пишет том, что для того, чтобы понять механизм деятельности действующего субъекта, необходимо представить его как целостность. Но здесь возникают трудности: «следует решить, в каком именно ракурсе должна быть рассмотрена целостность личности, ибо речь идет о целостности не вообще, но в определенном конкретном отношении, соответствующем поставленной задаче – анализу внутренней регуляции социального поведения»1.

Несомненно, мы имеем дело с исследованием социальных фактов с точки зрения диспозиций субъекта, что не характерно для исследования институциональных изменений. Вместе с тем в центре внимания В.А. Ядова социально-типическое поведение, которое представляет собой социальный факт, подлежащий изучению, этот срез анализа адекватен исследованию институциональных изменений на уровне действующего субъекта.

В рамках диспозиционной теории представляет интерес характер соотношения эмпирического и теоретического знания: «…взаимосвязь теории и эмпирического знания имеет не только онтологический аспект (отражение сущностей разного порядка), но и аспект гносеологический, связанный с самим процессом познания. Здесь границы теоретического и эмпирического оказываются крайне условными, так как теория включается в процесс Ядов В.А. Указ. соч. С. 416.

эмпирического исследования на всех его стадиях и на всех уровнях теоретического обобщения»1. Согласно социологической традиции, в современной социологии под социальными фактами понимаются совокупные характеристики массового сознания и поведения, обобщенные характеристики результатов человеческой деятельности, а также особенности социальных взаимодействий, подлежащих социологической интерпретации.

Как видим, диспозиционная теория позволяет фиксировать совокупные характеристики массового сознания и поведения в их единстве с ситуацией – объективно заданными условиями жизнедеятельности.

Но все многообразие взаимообусловливающих связей ситуации и поведения невозможно охватить исследовательскими рамками – необходимо выбрать наиболее существенные для решения поставленных задач компоненты диспозиции. В.А. Ядов отмечает, что в любом исследовании перед ученым стоит проблема выбора того или иного фрагмента социальной реальности, которую мы описываем в системе понятий. В то же время исследователь игнорирует иные фрагменты или свойства: «…ведь в действительности каждый человек обладает множеством иных свойств, которые мы игнорировали в своем наблюдении. И делали это сознательно в силу того, что в данном случае прочие свойства наблюдаемого почему-то для нас несущественны»2.

Выше мы обозначили четыре вида сфер-ситуаций, каждая из которых в реальной жизни неразрывно связана с другими сферами-ситуациями. Но для нас важен уровень институционального взаимодействия, а точнее – четвертая сфера-ситуация, в которой через профессию как институциональную принадлежность индивид реализует свои цели и потребности соответственно объективной ситуации, руководствуясь интериоризованными идеологическими и культурными ценностями общества. Именно в этой сфере наиболее выражены устойчивые социально Ядов В.А. Стратегия социологического исследования. М.: Академкнига, 2003. С.32.

Там же. С. 78.

типические свойства действующего субъекта. Эти свойства соответствуют специфике политической, экономической, культурной ситуации, характеризующей условия реализации активности субъекта1.

Иными словами, на четвертом, высшем уровне диспозиций, развертывающихся в социальных условиях жизнедеятельности, социальная активность определяется ценностными ориентациями субъекта.

Целеполагание на четвертом уровне является как бы реализацией смысложизненной цели, связанной с другими целями человека, реализация которых происходит в труде, семье, досуге, ближайшем окружении и пр.

Если фиксировать цели действующего субъекта и выбор средств их реализации, которые всегда зависят от экономических и социокультурных характеристик общества, то можно получить нечеткое, но в целом верное представление о положении в обществе данного субъекта. «Нечеткость»

обусловливается нелинейным характером детерминаций, которые испытывают влияние иерхизированных жизненных смыслов и ценностей.

Д.Г. Рощин пишет: «Чтобы осознать смысл, необходимо выйти за рамки ситуации, процесса, явления и войти в контекст ситуации более широкой.

Отсюда каждый жизненный смысл входит по вертикали в определенную иерархию жизненных смыслов, где каждый последующий смысл - всё более общий, более глубокий и всеобъемлющий. И, соответственно, последний смысл – на вершине этой иерархии или пирамиды смыслов – смысл жизни»2.

Понятиями «смысложизненные цели», «смысложизненные ориентации»

пользуются многие гуманитарные науки, причем в каждой науке представлен свой уровень объективации смысла жизни. Для психологического знания эти понятия прежде всего обозначают опыт их содержательного личностного Ядов В.А. О диспозиционной регуляции социального поведения личности // Социальная психология: Хрестоматия: Учебное пособие для студентов вузов / Сост. Е. П. Белинская, О. А.

Тихомандрицкая. М: Аспект Пресс, 2003. С. 421.

Рощин Д.Г. Понятия «смысл жизни», «смысложизненная ориентация» и «смысложизненная концепция»: дисциплинарные и теоретико-этимологические рамки концептуализации./ Вісник Харківського національного університету імені В.Н. Каразіна.

2010. № 891 // http://www.nbuv.gov.ua/portal/natural/vkhnu/Soc_dos/2010_ переживания. Философы, в основном, анализируют смысл бытия человека.

Для социологии важен деятельностный аспект – как человек реализует свои смысложизненные цели и ориентации в конкретной социально экономической, социокультурной ситуации.

В диспозиционной теории личности В.А. Ядова устанавливаются отношения взаимообусловленности ситуации, условий жизнедеятельности и потребностей действующего субъекта, которые зачастую под влиянием условий искажаются, взаимозамещаются как на уровне конституирования, так и на стадии выбора средств удовлетворения потребностей. Важную роль в этом играют базовые социальные установки, которые могут быть, как известно, разнонаправленными, находиться в правовом и моральном поле или вне его. Но в любом случае «для регуляции социально значимого поступка в данных обстоятельствах ведущие диспозиции скорее всего извлекаются из системы фиксированных социальных установок;

в случае регуляции деятельности в определенной социальной сфере «ответственность» за общую готовность несут базовые социальные установки, направленность интересов личности»1.

Как видим, социально-экономические, социокультурные условия жизнедеятельности людей, уровень и качество жизни, возможности самореализации, и прочие социальные факты охвачены емким понятием «ситуация» или «условия», которые проблемно модифицируют диспозиционную систему.

Именно условия деятельности, содержательно наполняют диспозиционные образования разнообразным в социальном плане значимым «материалом», а индивидуальные-психологические особенности субъекта по сути изменяют, модифицируют особенности функционирования диспозиционной системы2.

Эвристический потенциал диспозиционной теории личности заставляет увидеть проблему институциональных трансформаций вообще и трансформации института здравоохранения в интересующем нас ракурсе Ядов В.А. Указ. соч. С. 425.

Там же. С. 432.

соотнесенности институциональной ситуации и деятельности субъектов институциональных изменений. Так, институциональные дисфункция негативной направленности могут изменить облик общества, как меняют его сегодня в различных странах феномен коррупции, теневые практики и пр.

Феномен коррупции в России мы обсуждать не будем, а приведем емкую в содержательном плане выдержку из исследования К.В. Курмачевой. «По уровню коррупции Россия находится на 154-м месте из 178 стран. Такие данные приведены влиятельной международной организацией Transparency International за 2010 г. Рядом с нами находятся наиболее отсталые страны Африки (Конго, Гвинея-Бисау), а также Папуа-Новая Гвинея и Таджикистан.

Transparency International признала Россию самой коррумпированной страной среди ведущих стран мира, входящих в «Большую двадцатку». Индекс восприятия коррупции в 2010 году рухнул с 2,6 до рекордно низкой величины – 2,1. Такого воровства, и взяточничества Россия не знала за всю свою историю»1. Председатель Верховного суда В. Лебедев заявляет, что в мафиозной системе коррумпированные чиновники имеют иммунитет от серьезных наказаний2.


Эти явления – свидетельство неразвитости экономического и институционального режима, что ниже будет освещено более подробно.

Однако негативная дисфункциональность – результат деятельности людей, ценностное сознание и мотивации которых соответственным образом модифицируются.

В российском здравоохранении наблюдается дисбаланс между оплатой труда и важностью профессиональной миссии медицинских работников, дифференциация населения в зависимости от количества и качества получаемых медицинских услуг, дисбаланс в конституировании Курмачева К.В. Проникновение преступных организаций в органы власти: проблемы и пути решения // Электронный журнал «Экономика.Государство,Общество. 2012. № 2 / http://ego.uapa.ru/issue/2012/02/05/ Там же.

условий возможности удовлетворения фундаментальных общественных, а отсюда – и индивидуальных потребностей населения, – также пространство институциональных проявлений. Сюда можно отнести множество устойчивых и характерных для российского общества явлений, среди которых - рост заболеваемости, весьма медленные темпы прироста продолжительности жизни населения в российском обществе и др.

Следует сказать, что Р. Мертон считал функциональную слаженность системы социальных институтов необходимой для интеграции граждан.

Ученый отмечал, что не все общества достигли необходимой институциональной зрелости, при которой у людей наличествуют определенные ценности, убеждения, а предопределенная этими ценностями и убеждениями культурно-стандартизированная деятельности является одинаково функциональной для населения. Иными словами, институциональная система оказывает значительное формирующее влияние на духовную атмосферу общества, ценности, мотивации и характер деятельности людей. Однако если функция «предписана», но не реализована, или реализована в модифицированном варианте, то на поведение людей будет влиять не предписанная, а реально реализуемая модифицированная функция, которая, в свою очередь, воплотится в дисфункциональность деятельности индивидов, социальных групп, общества в целом. Взаимосвязь институциональных дисфункций с поведением индивидов – практически неисследованная проблема в социологии. Так, Э. Дюркгейм связывал неразрывной связью систему разделения труда, функционирование социальных институтов, нравственное состояние общества и индивидов.

Если тот или иной профессиональный статус находится вне сферы внимания общества и государства, т. е. принижается, если цели и результаты профессиональной деятельности не ясны для индивида, то, по мнению Э. Дюркгейма, это негативно скажется на состоянии общества в целом.

Говоря об однообразном конвейерном труде, он замечает: «Как бы себе не представляли нравственный идеал, невозможно, очевидно, остаться равнодушным при таком унижении человеческой природы. Если нравственность имеет целью усовершенствовать личность, она не может допустить таких гибельных воздействий на нее, а если она имеет целью общество, она не может дать иссякнуть самому источнику общественной жизни, ибо зло угрожает не только экономическим функциям, но и всем общественным функциям, как бы высоки они не были»1.

Такое положение дел ставит в центр внимания вопрос о социальных установках, предрасположенностях к определенному поведению в конкретных условиях современного российского общества. В контексте данной работы нас интересуют социальные диспозиции медицинских работников в условиях реформирования здравоохранения. В качестве методологического инструмента, позволяющего провести анализ этого уровня сферы здравоохранения, наиболее адекватной представляется диспозиционная теория личности, обоснованная В.А. Ядовым2.

Несмотря на то, что конкретные условия влияют на людей неодинаково, эта неодинаковость может быть социально-типической. В связи с этим В.А. Ядов пишет, что избирательность, направленность интериоризации внешнего мира основана на социальном и индивидуальном опыте человека. Здесь необходимо выявлять социально-типическое, то есть определенное единообразие «в доминирующей направленности восприятия внешних социальных воздействий и доминирующей направленности в практической деятельности»3.

Таким образом, диспозиционная теория личности В.А. Ядова позволяет рассматривать взаимосвязь институциональных особенностей и особенностей поведения людей. Оперирование разноуровневыми исследованиями не является «методологическим нонсенсом» и не требует построения теории среднего уровня.

Дюркгейм Э. О разделении общественного труда // Западно-европейская социология ХIX начала ХХ веков. М., 1996. С. 277.

Ядов В.А. называет свою диспозиционную теорию гипотезой.

Ядов В.А. Указ. соч. С.417.

Институт здравоохранения, как и прочие социальные институты, представляет собой надиндивидуальные образования, регулирующие совокупностью формальных и неформальных правил, поведение людей.

Ю.А. Александров и С.Г. Кирдина отмечают наличие двусторонней связи между институтами как структурами общества и индивидами как носителями ментальных моделей: «Признание этой связи закрепилось в современной социологии - ярко оно представлено в исследованиях Э. Гидденса, П.

Штомпки, П. Бурдье и других представителей деятельностно-активистского подхода... При этом, если в исследованиях отмеченных авторов преимущественное внимание уделено воздействию индивидов на социальные структуры, в том числе институты, то мы полагаем, что взаимосвязь между типами ментальности и институтами имеет не столько однонаправленный, сколько морфологический характер. Это означает, что они являются отражениями одного целого, и в качестве этого целого выступает социальная деятельность в определенных условиях, формирующая общество»1.

Идея относительно морфологической связи различных уровней институциональных проявлений, высказанная авторами, не противоречит, а соответствует диспозиционной теории личности В.А. Ядова, и открывает возможность синтеза результатов экономико-социологических исследований, данных, полученных при разработке проблематики здравоохранения в теориях среднего уровня, а также диспозиционные особенности медицинских работников. Поэтому во второй главе мы проанализируем, используя терминологию С.Г. Кирдиной и Ю.И. Александрова, морфологический характер связи общественного и индивидуального уровня институциональных трансформаций российского здравоохранения. Поскольку, в отличие от цитируемых авторов, нашей задачей является не исследование соответствия ментальных особенностей индивидов характеру институциональных матриц, а обозначение некоторых Александров Ю.И., Кирдина С.Г. Типы ментальности и институциональные матрицы:

мультидисциплинарный подход // Социологические исследования. 2012. №8. С. 9.

аспектов индивидуального уровня институциональных взаимодействий, в качестве основы анализа мы привлечем положения диспозиционной теории В.А. Ядова. Это предполагает исследование объективной ситуации, т. е. макросреды, в качестве которой выступят особенности функциональных проявлений российского здравоохранения, находящегося в отношении взаимообусловленности к определенному восприятию условий деятельности и к поведению в этих условиях.

ГЛАВА 2. Взаимосвязь общественного и индивидуального уровня институциональных трансформаций российского здравоохранения Поскольку для исследования социальных диспозиций отечественное обществознание предлагает огромные массивы прикладного и теоретического материала, касающегося состояния различных сфер российского общества, встает проблема выбора таких аспектов, которые, на наш взгляд, являются менее изученными, и, вместе с тем, воплощают в себе характерные черты взаимосвязи институционального и деятельностного уровня институциональных изменений российского здравоохранения. Что касается диспозиций в социальных отношениях «медицинский работник – пациент», «население страны – система здравоохранения», то они в отечественных и эмпирических исследованиях представлены достаточно полно. Мы сделаем попытку проанализировать некоторые диспозиции медицинских работников в условиях трансформации здравоохранения. Мы солидаризуемся с российскими учеными Ю.И.

Александровым и С.Г. Кирдиной, что в дальнейшем науке необходимо «выработать представления о том, как институциональные и ментальные особенности российского общества могут быть рассмотрены не в качестве преград на пути унифицированного движения к модернизации, а в качестве комплементарных характеристик, способствующих развитию страны и ее общемировой интеграции»1.

Наша задача, несмотря на то, что лежит в исследовательском поле обозначенной проблемы, намного скромнее - рассмотреть такие составляющие диспозиций как институциональный уровень, или, говоря терминологией В.А.

Ядова – ситуация, которая выражается в заметном расхождении между предписанным и реальным уровнем реформ здравоохранения. Затем, учитывая, что объективные условия являются активной компонентой диспозиции, рассмотреть сами диспозиции как взаимодействие медицинских работников в Александров Ю.И., Кирдина С.Г. Типы ментальности и институциональные матрицы:

мультидисциплинарный подход./Социологические исследования, 2012, №8. С. 10.

условиях институциональных изменений здравоохранения. Выше мы отмечали, что охватить всю систему взаимообусловленностей в соотношении макро и микро уровня функционирования института здравоохранения не представляется возможным, необходим выбор существенных для данного исследования параметров. Таковыми предстанут - анализ предписанного и реального уровня реализации функций российского здравоохранения;

гендерные диспозиции врачебного сообщества;

диспозиционная динамика ценностей медицинских работников.

2.1. Предписанный и реальный уровень реализации социальных функций здравоохранения Как было отмечено в первой главе работы, институциональные трансформации являются потребностью дальнейшего развития постсоветских обществ: с одной стороны - социальные институты конституируют структуру побудительных мотивов межличностного, межгруппового взаимодействия в различных сферах: социальной, экономической, политической, а с другой – удовлетворяют фундаментальные потребности общества, социальных групп, индивидов. Но, как известно – социальные институты, являясь исторически сложившимися формами взаимодействия, способны как воспроизводить прежние, так и конституировать новые неформальные цели и правила поведения (неформальные ограничения).

Дуглас Норт пишет, что воспроизводство неформальных правил и ограничений связывает настоящее с прошлым и имеет огромное значение для тенденций институциональных эволюций. Он отмечает, что истоком неформальных ограничений является культура, которая достаточно консервативна и традиционна по своей сути, поэтому и обеспечивает устойчивость неформальных правил и ограничений, которые, в свою серьезное влияние на экономическую систему, очередь, оказывают и способны провоцировать дисфункциональные состояния институциональной системы общества.

Так, целью многоуровневых и разнообразных программ является повышение степени жизнеспособности социальных институтов и российского общества в целом. Процесс социального реформирования протекает неоднозначно, и, как отмечают исследователи, «часто осуществление декларируемых целей не приводит к созданию ощутимых для большинства россиян позитивных результатов».2 Ученые, занимающиеся проблемами народонаселения, рассуждают более радикально и утверждают, что система реформирования здравоохранения «не заинтересована в реализации гарантированных Конституцией РФ прав граждан на охрану здоровья». 3 Основной целью, по мнению ученых, было конституирование страхового рынка. Так это или нет – предмет специального исследования. В контексте нашей работы важно отметить следующий факт: учеными ставится под сомнение реализация основной цели функционирования российского института здравоохранения – охрана здоровья населения.

Таким образом, есть основания фиксировать проблему расхождения между предписанным и реальным уровнем выполнения социальных функций здравоохранения, приобретшее достаточно устойчивый характер (20 лет реформ). Ю. Хабермас находит, что несоответствия в содержательном плане публичного и эмпирического содержания реализации политических решений обусловлены развитием рыночной экономики, которая способна при определенных обстоятельствах поляризовать интересы Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики./Пер.

с англ. А.Н. Нестеренко. М.: Начала, 1997. С.108.

Тимченко, Н.С. Социальная культура здравоохранения в российском обществе начала ХХI века: проблемы и пути их решения / Н.С. Тимченко. – Барнаул, 2007. С.9.

Эволюция нормативной базы социальных реформ : монография. /Авраамова Е. М. и др. М.

: ИСЭПН РАН, 2011. С. 102.

государства и общества. Подобные размышления приводят к мысли о системной дисфункции социальных институтов, а конкретнее – о несоответствии предписанных и реальных институциональных функций. Что касается института здравоохранения, то можно констатировать, что внедряемые рыночные отношения в сфере медицинского обслуживания населения российского общества не в состоянии обеспечить полноценное функционирование этого института. Такие ситуации Р.М. Нуреев называет провалами (фиаско) рынка.

Для решения таких проблем требуется вмешательство государства, которое вправе наряду с позитивными мерами, применять и негативные стимулы воздействия на население. К позитивным мерам относят убеждение, к негативным – принуждение. Государство обладает «общепризнанным и исключительным правом принуждения по отношению ко взрослому населению. …Принуждать - это склонять людей к совместной деятельности, ограничивая свободу их выбора;

убеждать - это склонять людей к совместной деятельности, расширяя свободу их выбора. Государство обладает легитимной, институционализированной властью к принуждению… и в конечном счете влиять на правила игры в обществе». Но поскольку, как было отмечено выше, институциональные трансформации и дисфункции носят системный характер, действия института государственной власти не всегда оказываются эффективными.

Выше была проанализирована значимость институциональных функций здравоохранения, их в буквальном смысле слова глобальное влияние на воспроизводство и стабильность социальной системы.

Отмечалось, что мнению функционалистов, система здравоохранения в современном мире реализует ряд ключевых для выживания и воспроизводства общества функций. Справедливо будет отметить, что См.: Habermas J. Strukturwandel der Oeffentlichkeit. Frankfurt a/M., 2002.

Нуреев Р.М. Теория общественного выбора. Курс лекций. М.: ГУ ВШЭ, 2005. С. 66.

Там же. С. 67.

«неключевых» функций в институционально-организационной структуре современного общества практически нет. Как пишет Дж. Ритцер, все институциональные функции важны в смысле своего общественного значения. «Действительно ли сборщики мусора насколько-то менее важны для выживания общества, чем менеджеры по рекламе? Несмотря на более низкую оплату и престиж сборщиков мусора, на самом деле они, возможно, важнее для выживания общества. Даже в тех случаях, когда можно сказать, что одна должность выполняет более важную для общества функцию, большее вознаграждение не обязательно соответствует более значимым позициям.

Медсестры, возможно, гораздо важнее для общества, чем кинозвезды, но у медсестер намного меньше власти, престижа и более низкий доход, чем у кинозвезд».1 Реформы российского здравоохранения, несомненно, осложняются как дисбалансом между оплатой труда и важностью профессиональной миссии медицинских работников, так и дифференциацией населения в зависимости от количества и качества получаемых медицинских услуг. Пользуясь парсоновским пониманием латентной функции, которое отличается от дефиниции латентной функции Мертона, можно утверждать, что в области российского здравоохранения латентная функция как функция поддержания ценностного образца, воспроизводящая мотивацию индивидов, дисфункциональна по причине интенсивной динамики трансформационных процессов.

Ученые полагают, что сложности, а точнее – дисфункциональные проявления процесса институциональных реформ здравоохранения, обусловлены многими обстоятельствами. Особо значимым считается отсутствие специальной программы обеспечения для всех слоев населения доступности медицинских услуг, а также недостаточная социально экономическая обоснованность необходимости проводимых реформ, Ритцер Дж. Современные социологические теории. 5-е изд-е. СПБ: Питер, 2002. С.118.

отсутствие всестороннего анализа их эффективности.1 Это характерно для всех трех направлений, по которым проводится реформирование российского здравоохранения: а) внедрение обязательного медицинского страхования (ОМС);

б) проведение политики стационар-замещающих технологий;

в) уменьшение врачебных ставок;

г) реформирование межбюджетных отношений в различной степени повлияло на финансирование всей социальной сферы, в том числе и здравоохранения.

Несмотря на то, что доступность медицинской помощи считается неотъемлемым компонентом права каждого гражданина РФ на здоровье, закон не гарантирует доступность медицинской помощи. Ученые пишут, что «возможно, законодатели посчитали достаточной запись о предоставлении права пациенту на «выбор врача. … Реализовать это право практически невозможно, так как отсутствует внятный доступный каждому гражданину порядок его реализации».3 Однако недостаточное правовое обеспечение доступности медицинских услуг усугубляется несбалансированностью деятельности института здравоохранения с другими социальными институтами.

Деятельность социально-экономических институтов за долгие годы реформ, дала серьезные положительные результаты. Эти позитивные сдвиги проявились в оплате труда населения, в пенсионном обеспечении, в стипендиальном обеспечении студентов высших и средних заведений, в защите материнства и детства, людей с ограниченными возможностями и в успешном решении других, важных для институционального развития России, проблем. Несмотря на это, все еще сохраняется серьезный См.: Эволюция нормативной базы социальных реформ : [монография] /[Авраамова Е. М. и др.] ;

[науч. ред. – Авраамова Е. М.] ;

Учреждение Российской акад. наук Ин-т соц. эконом. проблем народонаселения РАН (ИСЭПН). – М. : ИСЭПН РАН, 2011. С.96.

См.: Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан» ФЗ № 5487-1 от 22.07.1993.

Эволюция нормативной базы социальных реформ : [монография] /[Авраамова Е. М. и др.] ;

[науч. ред. – Авраамова Е. М.] ;

Учреждение Российской акад. наук Ин-т соц.-эконом.

проблем народонаселения РАН (ИСЭПН). – М. : ИСЭПН РАН, 2011. С. 97-98.

дисбаланс в конституировании условий возможностей удовлетворения фундаментальных общественных, а отсюда – и индивидуальных потребностей населения. Так, например, средние потребительские расходы, по официальным статистическим данным, на одного жителя российского общества остаются невысокими, а структура этих расходов неадекватна целям сохранения и совершенствования здоровья населения. Потребительские расходы в среднем на каждого жителя страны с 2001 по 2011 год включительно увеличились на 9524 рубля 60 коп. Это, несомненно – позитивный сдвиг в динамике потребительских расходов. Но на декабрь 2011 года их величина составила 11284,5 рубля, что явно недостаточно для реализации полноценной структуры потребления.

Таблица 1.

Структура потребительских расходов. (в среднем на члена домашнего хозяйства;

рублей в месяц) 2001 2005 2007 2008 2009 2010 Потребительские расходы – всего 1659,9 4239,2 6540,7 8220,4 8687,0 10128,9 11284, в том числе по целям потребления:



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.