авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

«Государственный Университет – Высшая Школа Экономики На правах рукописи Подколзина Елена Анатольевна Формирование ...»

-- [ Страница 2 ] --

Акерлоф и Ромер (1993) [28] показали, что механизм банкротства может использоваться для получения прибыли одними (собственниками и менеджерами8) в ущерб другим (обществу в целом, т.е. происходит снижение общественного благосостояния) при определенных условиях, и назвали такое поведение собственников предприятий мародерством (looting). Авторы используют термин мародерство, потому что собственники и менеджеры принимают решения, осознавая влияние своих действий на общественное благосостояние. Авторы построили трехпериодную модель, описывающую выбор собственника между стратегией мародерства и стратегией максимизации стоимость фирмы в долгосрочной перспективе (true value of the thrift) при отсутствии неопределенности. Модель разбирается на четырех примерах:

финансовый кризис в Чили в конце 70-х начале 80-х годов;

изменения в регулировании американских компаний в сфере займов и сбережений (U.S. S&L crisis);

бум и банкротства на строительном и земельном рынках в Далласе (Dallas/Fort Worth building Авторы предположили, что они преследуют одни цели.

boom and bust);

волна поглощений компаний, финансируемых бросовыми облигациями, в 80-х годах в Северной Америке (junk bond-financed takeover wave). Данные примеры иллюстрируют поведение «мародеров» и их реакцию на попытки властей остановить их действия.

Берглоф и Розенталь (2000) [45] описывают историю американского законодательства о банкротстве и факторы, которые повлияли на его текущую форму.

Насколько существующие механизмы зависимы от давления групп интересов? Как они влияют на заключение финансовых контрактов? В работе дается обзор литературы по проблемам банкротства, а также детальное описание политического процесса, приводившего к установлению тех или иных правил в законодательствах о банкротстве в США в разные годы. Также описанию истории и факторов формирования закона о банкротстве в США посвящена работа Помыкала (Principals and Guidelines) [152].

Хеммен (2000) [102] исследуют практику банкротства в Испании, изучая, какие факторы обуславливают те или иные результаты процедуры банкротства. В работе Кайо и Фама (1997) [118] сравниваются американский и бразильский законы о банкротстве, а также предлагаются поправки к бразильскому закону, имеющие своей целью снизить агентские издержки.

Безусловно, наибольший интерес представляют работы, в которых анализируется практика реформ закона о несостоятельности в странах с переходной экономикой.

Вайнберген (1998) [185] рассматривает необходимость реформ законодательства о банкротстве в переходных экономиках в контексте реформ финансового сектора, обсуждая необходимость создания эффективной процедуры реструктуризации. Особое внимание уделяется анализу роли государства, обыкновенных кредиторов, рабочего коллектива в процедуре банкротства.

Ким и Ким (1999) [120] описывают результаты подобного исследования по Корее, определяя факторы, которые влияют на исход процедуры банкротства. В работе Митцей (1993) [146] обсуждается дизайн и реформы института банкротства в переходных экономиках, в частности, в странах Восточной Европы.

Анализируется опыт первого периода реформ в Польше и в Венгрии. Бонин и Шафер (1999) [56] подробно анализируют опыт банкротства в Венгрии в период 1992 – 1993, когда действовал механизм автоматического запуска процедуры банкротства.

Анализируется, какое влияние эта шоковая терапия оказала на перераспределение ресурсов и институциональное строительство.

Анализу реформ в Польше посвящен целый ряд работ. В частности, Грей и Холл (1996, 1997) [91, 92] подробно анализируют банкротство, осуществляемое с участием банков, а также дает подробный обзор практики банкротства в Польше. Описание польского опыта можно найти также в работе Дабска (1995) [72].

По мнению ряда авторов, изучающих проблемы переходных экономик, неэффективное законодательство о банкротстве может приводить к пассивности банков как агентов мониторинга (см. Митчелл (1998) [145]). Эта пассивность усугубляется и спецификой функционирования банков в плановой экономике, являясь наследием того периода. Ли и Ли (1995) [130] анализируют проблемы реформирования государственных предприятий в Китае, обсуждая проблемы реструктуризации задолженностей и несостоятельности большого количества предприятий.

Работа Лизаль (2001) [132] анализирует факторы, обуславливающие финансовую несостоятельность фирм в переходной экономике (на примере Чешской республики).

Анализ осуществляется на основе трех конкурирующих моделей объяснения:

неоклассической (активы «не в правильных руках», банкротство эффективно, поскольку перераспределяет ресурсы к более эффективным собственникам), финансовой (банкротство обусловлено неэффективной финансовой структурой фирмы) и моделью корпоративного управления (активы распределены «правильно», финансовая структура оптимальная, а менеджмент неэффективен). Авторы склоняются к тому, что работает логика третьей модели, и делают выводы относительно нежелательности осуществления ваучерной приватизации по чешской схеме. Дедек (1995) [75] обсуждает роль законодательства о банкротстве в Чешской республики в проведении консолидации банков и реформе банковского сектора.

В заключение стоит отметить, что в существующей литературе в области экономического анализа банкротства преобладают работы, которые, так или иначе, отталкиваются от американского законодательства о несостоятельности. В работах широко представлен экономический анализ различных аспектов применения и строения ликвидационных и реорганизационных процедур. Многие авторы затрагивают вопросы усовершенствования механизмов, лежащих в основе данных процедур: аукционов и торга;

разрабатывают альтернативные модели, учитывающие различное распределение информации между кредиторами, собственниками компании должника и менеджерами, наличие неопределенности относительно стоимости компании-банкрота, стимулов к оппортунистическому поведению со стороны менеджеров. Существует также ряд работ, посвященных анализу внесудебных процедур банкротства, однако в данных работ зачастую в качестве внесудебной процедуры рассматриваются прямые переговоры между должником и кредиторами, что на наш взгляд, не совсем соответствует реальной ситуации. На практике прямые переговоры – это не единственная, а одна из многих процедур, применяемых сторонами для решения проблемы возврата долгов.

Несмотря на то, что существует большое количество работ, посвященных анализу различных аспектов как проблемы возврата долгов, так и функционированию законов о несостоятельности, есть ряд тем, которые не получили должного освещения в литературе. Среди данных работ преобладают работы, в которых дается экономические анализ законов и связанных с ними проблем. В тоже время в рамках подхода институциональной теории проблема неплатежеспособности и возврата долгов не получила должного распространения, хотя инструментарий, используемый в рамках этой теории позволяет объяснить многие феномены, возникающие в процессе банкротства компаний.

Глава 2. Институт банкротства и его влияние на стратегии возврата долга В данной главе определяется методологическое поле исследования, описываются теоретические рамки рассмотрения вопроса разрешения проблемы неплатежеспособности компаний в отношениях между компаниями, банками, государством. Закон о корпоративном банкротстве и соответствующая система принуждения к его исполнению определяют характер и размер сопутствующих трансакционных издержек, которые играют, по нашему мнению, ключевую роль в выборе механизма возврата долга. Однако законодательство о банкротстве не является единственным сводом правил, позволяющих урегулировать проблему неплатежеспособности. Мы выделяем две группы механизмов возврата долга:

правовые механизмы, зафиксированные в соответствующих законодательных актах, а также неформальные механизмы, разработанные непосредственными участниками взаимоотношений с возможным привлечением третьей стороны. Только формальные или только неформальные правила не позволяют решить проблему неплатежеспособности полностью, поэтому для их эффективного функционирования должен соблюдаться определенный баланс между ними. Зачастую использование неформальных механизмов не учитывает интересы всех сторон, вовлеченных в проблему неплатежеспособности той или иной компании. В ходе банкротства компании, помимо интересов кредиторов и должника, затрагиваются интересы работников компании-банкрота, потребителей ее продукции, поставщиков, а также государства. Очевидно, что достигнуть неформальной договоренности между всеми участниками невозможно из-за чрезмерного разброса их интересов. И поэтому применение неформальных процедур очень часто будет приводить к исключению ряда заинтересованных агентов и, соответственно, к ущемлению их интересов. По-нашему мнению, сравнительная привлекательность формальных и неформальных процедур определяется тем, какие трансакционные издержки им сопутствуют. Основную роль здесь играет государство, задавая формальные рамки как в виде непосредственно законодательства о банкротстве, так и в виде принуждения к исполнению буквы закона в целом.

В данной главе представлена сравнительная характеристика стратегий, которые могут использоваться экономическими агентами для урегулирования проблемы неплатежеспособности. Выделяются основные характеристики каждой стратегии, определяются условия, в которых возможно ее использование, сопоставляются издержки и выгоды сопряженные с каждой из рассматриваемых стратегий. Работа построена следующим образом. Сначала описывается теоретическая область, в рамках которой будет проводиться анализ, определяется понятие института банкротства. Затем анализируются схемы возникновения проблемы неплатежеспособности, возможных вариантов ее решения, роли формальных и неформальных правил в решении проблемы неплатежеспособности. Затем проводится анализ факторов, оказывающих влияние на выбор кредиторами стратегии возврата долга.

Во второй части данной главы основной акцент сделан на трансакционные издержки использования законодательства о банкротстве. Проводится сравнительный анализ трансакционных издержек, сопряженных с инициацией процедуры банкротства в США, Англии, Германии, Франции и России. На основе данного анализа определяется сравнительная привлекательность формальной процедуры банкротства для участников процедуры.

2.1 Характеристика института банкротства 2.1.1 Существующие подходы к определению института До сих пор экономисты, работающие в области институциональной экономики, не могут сойтись на едином, принимаемом всеми исследователями, определении понятия институт. Поэтому практически любая работа, затрагивающая различные аспекты формирования и функционирования институтов, начинается с определения данного понятия, используемого в работе. Сначала рассмотрим существующие подходы к определению института, а затем дадим определение, на котором будет основана наша работа. Можно выделить следующие подходы к определению понятия института9:

1) отождествление институтов с организациями, 2) отождествление институтов с правилами игры, 3) отождествление институтов с равновесиями в играх.

Классификация заимствована из книги Кузьминова Я.И., Бендукидзе К.А., Юдкевич М.М.

(2005) [9].

Рассмотрим каждый подход более подробно. Отождествление институтов с организациями свойственно традиционным институционалистам. Наиболее репрезентативным является определение, данное Коммонсом: «институт можно определить как коллективные действия, контролирующие действие индивидуальное»10.

То есть, согласно определению Коммонса, индивиды действуют под контролем коллективных действий или другими словами выбирают свое поведение, преследуя достижение коллективных целей. Таким образом, в качестве институтов Коммонс рассматривал и обычаи, и семью, и корпорацию, и различные объединения, и государство. Коммонс в анализ институтов включал и санкции. Он писал о том, что они влияют на индивидуальное поведение, и выделял три вида – моральные, экономические и юридические.

В рамках этого подхода институты отождествляются с некоторыми игроками, такими как различные ассоциации, технические сообщества, университеты, суды и т.п.

Сторонники второго подхода отходят от отождествления институтов с одним из игроков, принимающих участие во взаимодействии, и предлагают их рассматривать как правила игры, которые либо заданны извне, для индивидов участвующих в игре, либо созданы в процессе взаимодействия.

Одно из наиболее распространенных определений института в рамках данного подхода11 принадлежит Д. Норту: «Институт суть правила игры в обществе или, более формально, разработанные людьми ограничения, формирующие взаимодействие между людьми» (Норт (1997) [10], стр. 17). Институт служит ограничительными рамками, которые общество создало и которым оно следует, чтобы координировать и ограничивать интересы своих членов в процессе достижения индивидуальных и общих целей и минимизировать затраты на их достижение. Норт также предлагает разделять институты на формальные и неформальные в зависимости от характера применяемых санкций.

В теоретико-игровых подходах к определению понятия институт можно выделить два направления в зависимости от используемого инструментария. К одному относятся исследователи, использующие в своих работах эволюционную теорию игр, ко второму – исследователи, которые в своем анализе опирались на повторяющиеся игры. Первые делали упор на спонтанном возникновении институтов в ходе взаимодействия экономических агентов (игроков), вторые – на моделировании уже существующих, то “We may define an institution as Collective Action in Control of Individual Action”. (Коммонс, (1931) [67], р. 650) Этот подход получил широкое распространение в последние годы, поэтому мы будем его в работе называть современным институционализмом.

есть заданных извне для игроков. Под институтами и те, и другие понимали равновесия в соответствующих играх12.

Подход современного институционализма и теоретико-игровые подходы к определению институтов можно рассматривать как взаимодополняющие. Современные институционалисты сосредотачивают свое внимание на рассмотрении институтов, в которых ключевую роль играют санкции. А теоретико-игровой подход акцентирует внимание на институтах, которые для функционирования не требуют наличия специальных санкций, или, иначе говоря, поддерживаются только за счет взаимной выгоды для агентов их использующих.

В данной работе используется более широкое определение института, которое включает в себя некоторые аспекты из рассмотренных подходов. Под институтом банкротства мы понимаем, совокупность правил, связанных определенной областью, механизмов принуждения к их исполнению и трактовок, которые определяют варианты использования и следования правилам. Акцент в определении сделан на то, что каждый отдельный институт призван решать определенный круг проблем, в решении которых задействованы и формальные и неформальные правила. Поэтому мы рассматриваем институт, как совокупность формальных и неформальных правил, применяющихся в одних и тех же ситуациях, выбор между которыми экономические агенты делают исходя из размера трансакционных издержек использования соответствующих правил.

Под структурой института мы подразумеваем соотношение использования формальных и неформальных правил для решения проблемы. Наличие возможностей использования неформальных правил объясняет существование искажений в использовании формальных правил.

В рамках данного подхода к определению института целесообразно вслед за Кузьминовым, Бендукидзе, Юдкевич (2005) [9] разделить индивидов на акторов, агентов и актеров. Под «актором» понимается человек, действующий рационально, но при совершении выбора, учитывающий весь набор доступных альтернатив;

для него не существует каких-либо ограничений выбора. «Агент» наоборот действует в рамках заданных институтами. «Агент» – актор, подавленный собственной экономической Подразумевается, что в данном случае равновесия могут быть интерпретированы как самоподдерживающиеся соглашения. Одним из первых термин самоподдерживающиеся соглашения (self-enforcing agreements) использует Телсер (1980) [170]. Он выделяет следующие характерные черты самоподдерживающихся соглашений: отношения между сторонами носят повторяющийся характер, вмешательство третьей стороны невозможно, единственный способ наказать партнера за нарушения условий – прекращение взаимоотношений. Если мы представим двусторонние взаимоотношения с помощью матрицы игры, то институтом будет равновесие, в котором стороны будут постоянно находиться, так как отклонение от него для обоих будет сопряжено с потерями.

ролью, для него приоритетной задачей является жесткое следование правилам, даже если это противоречит его интересам. «Актер», в отличие от агента, только делает вид, что следует заданным рамкам, он внешне демонстрирует лояльность институтам, реально их используя для достижения собственной выгоды. Поведение «актера»

относится к оппортунистическому поведению, так как зачастую он преследует собственную выгоду в ущерб окружающим. Одним из ярких примеров подобного поведения выступает использование экономическими агентами (менеджерами предприятий, кредиторами) закона о банкротстве ФЗ-№6 от 08.01.1998 года с целью перераспределения прав собственности на потенциально прибыльные предприятия посредством применения к ним законодательства о банкротстве.

2.1.2 Проблема неплатежеспособности и роль процедур банкротства Прежде чем, перейти непосредственно к основам института банкротства, проследим цепочку возникновения проблемы неплатежеспособности и возможные варианты поведения компаний по ходу ее развития. Для наглядности данный анализ представлен в виде схемы (см. приложение 2.1).

Основными действующими лицами при возникновении проблемы неплатежеспособности выступают кредитор (первый агент, А1) и потенциальный должник (второй агент, А2). Отправной точкой является возникновение обязательств у заемщика по отношению к кредитору, которые впоследствии заемщик может оказаться не в состоянии выполнить по некоторым причинам. Проследим возникновение данной проблемы, выделив несколько стадий развития отношений между заемщиком и кредитором.

Первая стадия (предконтрактные отношения): разработка и подписание контракта, возникновение обязательств;

Вторая стадия: заемщик сталкивается с проблемой неплатежеспособности (становится должником);

Третья стадия: ведение переговоров по урегулированию проблемы неплатежеспособности, внесение изменений в долговой контракт, банкротство;

Четвертая стадия: подписание нового контракта или осуществление выплат после ликвидации компании должника.

Рассмотрим более каждую стадию. Рассмотрение проблемы неплатежеспособности и несостоятельности стоит начать с анализа стимулов экономических агентов, заключающих подобный контракт13. Еще до заключения контракта стороны оценивают ожидаемое поведение контрагента и пытаются спрогнозировать его наиболее вероятное поведение, и соответственно просчитывают то, каким образом будут решаться возникающие по мере реализации контракта проблемы. Прежде всего, кредитору должно быть выгодно дать деньги взаймы, а заемщику их взять. И то, чем обеспечиваются стимулы обеих сторон, играет ключевую роль в выборе стратегии принуждения к выполнению взятых на себя обязательств.

Анализ ситуации банкротства достаточно часто ведется с позиций контрактных теорий, где предполагается наличие либо асимметричной, либо неполной информации, что сопряжено с определенным кругом проблем, которые не позволяют сторонам быстро достичь компромиссного решения проблемы выполнения взятых на себя обязательств. Законодательство о банкротстве в рамках данных теорий может рассматриваться как сигнал, позволяющий определить «качество» сторон, вступающих в контрактные отношения. По-мнению Стиглица (2002) [167, p. 609], законодательство о банкротстве позволяет снизить проблемы неравномерного распределения информации между сторонами.

На второй стадии определяется причина, приведшая к невыполнению заемщиком своих обязательств. В общем случае, здесь можно выделить четыре варианта развития событий14:

Во-первых, отсутствие каких-либо обстоятельств, пагубно влияющих на • деятельность компании, которая взяла кредит, и, соответственно, отсутствие препятствий для выполнения взятых на себя обязательств. Проблема неплатежеспособности не возникает, заемщик выполняет взятые на себя обязательства.

Во-вторых, в экономике могут произойти структурные сдвиги, которые • компания-должник не смогла учесть, в результате чего не сможет выполнить свои обязательства перед кредитором.

На схеме эта стадия не отражена.

Успешность реализации проекта определяется с одной стороны деятельностью компании должника, а с другой стороны – внешними условиями, которые в свою очередь оказывают влияние на деятельность компании. В приложении 2.1 на схеме для рассмотрения отношений между кредитором и должником внешние условия представлены как ход мнимого игрока, или так называемой Природы.

В-третьих, менеджмент компании может оказаться неэффективным, в • результате его просчетов компания попадает в ситуацию, когда не может выполнить обязательства.

В-четвертых, в результате колебаний деловой активности у компании • может возникнуть временная неплатежеспособность. С такой ситуацией компания способна справиться и восстановить свою платежеспособность спустя некоторое время.

В трех из четырех выделенных случаях, заемщик сталкивается с проблемой неплатежеспособности и становится должником. Логично предположить, что структурные сдвиги в экономике или на отдельном рынке не являются частной информацией должника, и, скорее всего, данная информация также доступна и кредиторам. Однако с временной неплатежеспособностью и неэффективным управлением дело обстоит иначе. Как правило, должнику15 известно, что именно происходит в компании, и по каким причинам возникли проблемы, а кредитору нет.

Кредитору важно точно знать причину неплатежеспособности должника, чтобы правильно выбрать стратегию дальнейшего поведения.

Другой немаловажный вопрос, когда кредитор узнает о существовании проблемы неплатежеспособности. От этого также будет сильно зависеть спектр доступных сторонам стратегий урегулирования конфликтной ситуации. Безусловно, кредитор узнает о существовании проблем у заемщика уже после того, как об этом узнал сам заемщик16.

На третьей стадии определяется, когда кредитор узнает, что у заемщика возникли проблемы с возвратом долга. На предложенной схеме обозначены две альтернативы для должника:

- предложить кредитору пересмотреть условия выполнения обязательств, - скрыть от кредитора проблему неплатежеспособности17.

Если должник решает не предпринимать никаких действий для урегулирования возможной неплатежеспособности с кредитором, то кредитору о наличии у должника Под должником подразумевается менеджмент компании.

Мы неявно предполагаем, что менеджмент и собственники компании заемщика преследуют одни и те же цели.

На схеме данная стратегия обозначена как «Не предпринимать действий для урегулирования проблемы неплатежеспособности».

проблемы несостоятельности станет известно только в тот момент, когда должник откажется возвращать ему (кредитору) средства. Подобное поведение должника означает, что он оценивает крайне низко вероятность пересмотра условий, и, соответственно, предпочитает не вступать в переговоры с кредитором.

Если же должник решает предложить кредитору пересмотреть условия первоначального контракта, значит, он сообщает ему информацию о наличии проблемы неплатежеспособности. Однако кредитору не известно, чем вызвана данная неплатежеспособность. Перед кредитором встает вопрос, соглашаться ли на пересмотр условий, так как это может привести к возврату долга, или, соглашаясь на пересмотр, кредитор создаст для должника эффект мягкого бюджетного ограничения (Маскин (1999) [140]), а кредит вернуть не удастся? Таким образом, у кредитора есть две альтернативы: согласиться или не согласиться. Если кредитор соглашается, то стороны заключают новое соглашение, и мы возвращаемся в начало схемы. Если же кредитор отказывает должнику в пересмотре условий, то стороны обращаются к третьей стороны для решения возникшей проблемы. В качестве третьей стороны может рассматриваться арбитражный суд, однако это не единственный вариант решения проблемы неплатежеспособности18. В работе отмечается, что не всегда легальная, закрепленная в законодательстве, процедура банкротства является наилучшим из доступных решений для экономических агентов.

На схеме после того, как кредитор отказывает должнику в пересмотре условий, то выделено четыре варианта развития событий.

Вариант первый: ликвидация компании (продажа активов) и возврат • средств кредитору. Такое разрешение ситуации возможно, если активов компании достаточно для того, чтобы покрыть все свои обязательства.

Вариант второй: попытаться решить возникшую проблему • альтернативными способами, выходящими за рамки законодательства о банкротстве. Использовать, например, механизмы частного принуждения, влияние партнеров по сети и т.д. Возможный исход в данном случае – либо достижение согласия и возврат долгов, либо не выполнение обязательств должником.

Даусей и Аузюбел (2002) [74] отмечают, что существует ряд ситуаций, когда стороны предпочитают избегать инициирования легальной процедуры банкротства.

Гертнер и Шарфстейн (1991) [88] рассматривают параметры выбора фирмами между двумя альтернативами решения проблемы неплатежеспособности – судебное разрешение конфликта и внесудебное.

Вариант третий: не предпринимать действий для урегулирования • проблемы неплатежеспособности. Ждать пока кредитор сам начнет предпринимать какие-то меры для возврата средств.

Вариант четвертый: обратиться в суд и объявить себя банкротом. Кредитор • также может обратиться в суд и потребовать объявление должника банкротом и возврата средств в судебном порядке. Кредитор прибегнет к такому решению, если должник откажется погасить обязательства в срок, и не будет пытаться решить данную проблему.

Как правило, предполагается, что стороны в подобных ситуациях должны инициировать официальную процедуру банкротства. В данной схеме не рассматривается специфика судебного процесса, так как она во многом определяется законодательством конкретной страны. Однако можно выделить два общих варианта действий суда независимо от специфики конкретного законодательства страны. Суд может либо отклонить заявление (требование)19 о признании должника банкротом, то есть отказать в инициировании процедуры;

либо может инициировать процедуру. В первом случае, сторонам придется самостоятельно улаживать конфликт. Во втором случае, независимо от того, какая конкретно процедура будет инициирована, так или иначе, в судебном порядке компаниям будут предложены варианты решения возникшей проблемы. Возможные варианты решения проблемы в судебном порядке:

- кредитор и должник заключат мировое соглашение, - либо будет введен план внешнего управления и компания, восстановив платежеспособность, погасит долги, - либо компания будет ликвидирована и кредитор получит возмещение своего требования.

Так или иначе, но в судебном порядке компаниям будут предложены варианты решения возникшей проблемой. Однако эти варианты могут не удовлетворить одну из сторон, что приведет к возобновлению попыток достижения другого решения посредством альтернативных механизмов.

Если процедуру инициирует должник, то принято говорить, что он подает заявление о признание его банкротом в связи с невозможностью полностью возместить имеющиеся обязательства. Если процедуру инициируют кредиторы, то они выдвигают требования на погашения обязательств должника перед ними. Независимо от того, кто является инициатором процедуры, в большинстве случаях (странах) суд имеет право отклонить просьбу об инициировании процедуры банкротства.

Четвертая стадия. Особую роль играет дизайн закрепленной в законодательстве процедуры реорганизации и ликвидации компаний. Ликвидационные и реорганизационные процедуры должны создавать для компаний, участвующих в процессе решения проблемы несостоятельности, соответствующие стимулы, начиная с момента заключения контракта и заканчивая моментом принятия решения о реорганизации долга или о продаже компании20. Например, абсолютный приоритет выплат стимулирует менеджера не «выкачивать» из компании деньги, пока о наличии проблемы неплатежеспособности не стало известно кредиторам (Акерлоф и Ромер (1993) [28], Харт (2000) [95], Лонгхофер (1997) [136]). В литературе, в частности, уделяется особое внимание тому, как функционирует законодательство о банкротстве, и ведет ли оно к максимизации стоимости фирмы в ходе его применения (Адлер и Айрес (2001) [27], Агион, Харт и Мур (1992) [27], Бхаттачариа и Синг (1999) [52], Хансен и Рандал (1998) [94], Харт, Драго, Лопес-ди-Силанес и Мур (1997) [97], Хауч и Рамачандран (2002) [98], Хотчкисс и Мюрадиан (1999) [109], Стромберг (2000) [168]).

И ответ не всегда оказывается утвердительным.

2.1.3 Институт банкротства Обратимся к роли законодательства о банкротстве в определении поведения экономических агентов в ситуации неплатежеспособности. Многие исследователи отводят ему ключевую роль в решении проблемы несостоятельности. Например, Харт [95] пишет, что государство должно в обязательном порядке предоставлять экономическим агентам формальную процедуру банкротства, так как, по его мнению, самостоятельная организация процедуры банкротства является слишком сложной и затратной процедурой для должника и кредиторов.21 Однако, как показывает практика, компании предпочитают прибегать к судебной процедуре банкротства не всегда. Как мы уже отмечали во введении, закон о банкротстве не единственный свод правил, лежащий в основе данного института. В связи с этим встают закономерные вопросы, какие существуют правила, позволяющие решать данную проблему, какова роль законодательства о банкротстве в ее решении, можно ли обойтись без законодательства, каким образом можно повысить его эффективность?

В ряде работ рассматриваются основные проблемы, сопряженные с поведением сторон в рамках процедур реорганизации и ликвидации: Агион, Харт и Мур (1992) [27], Бебчук (2000, 1988) [43,38].

«В принципе, индивиды могут самостоятельно организовать процедуру банкротства. То есть, должник может прописать в долговом контракте, что произойдет в случае, если он не сможет вернуть долги. Написание подобного контракта может быть весьма сложной задачей, так, например, у должника могут появиться новые активы, да и кредиторы проходят как время».

(Харт, 2000 [95], р. 2) В данной работе под понятием института банкротства мы объединяем возможные способы решения проблемы неплатежеспособности, как формальные, так и неформальные. Несмотря на это, ключевая роль отводится законодательству о банкротстве, как основному своду правил, определяющему стимулы сторон в решении соответствующих проблем.

Институт банкротства состоит из свода правил, как формальных, так и неформальных, которые регулируют взаимоотношения экономических агентов в области неплатежеспособности, механизмов принуждения к исполнению данных правил, а также из набора возможных вариантов интерпретаций правил, которые определяют характер их дальнейшего использования.

Данное определение следующим образом может быть проиллюстрировано на схеме (см. рис. 2.1). Далее мы более подробно остановимся на основных составляющих института банкротства.

Государственная Принуждение система принуждения контрагентом Двусторонние Законодательство взаимоотношения о банкротстве Альтернативные правила Принуждение банкротства третьей стороной Интерпретации Использование Рисунок 2.1. Структура института банкротства Все правила могут быть разделены на три группы по количеству экономических агентов, на которых распространяется их действие. Во-первых, это правила, которые возникают в двухсторонних взаимоотношениях между экономическими агентами и разделяются, соответственно, только сторонами, вступившими в рассматриваемые бизнес-отношения. Во-вторых, это альтернативные правила, которые разрабатываются для отдельного сообщества, например для различных ассоциаций (предполагается, что в сообществе состоит более двух компаний). В-третьих, это законодательство о банкротстве и сопряженные законодательные акты, регулирующие отношения в сфере неплатежеспособности, которые являются обязательными для всех экономических агентов.

Правила, без каких либо механизмов принуждения, будут исполняться не всегда и не всеми. Для каждой из рассмотренных групп правил существует определенный набор возможных механизмов принуждения к исполнению. В случае двусторонних отношений все конфликтные ситуации рассматриваются на переговорах между сторонами, основной санкцией в данном случае выступает угроза прекращения деловых отношений. Во втором случае, когда речь идет о сообществе, принципиальное отличие от двухсторонних взаимоотношений заключается в наличии независимого (по отношению к участникам сделки) арбитра, а, именно, формальной или неформальной группы, в которой состоят участники. Здесь также конфликтные ситуации будут разрешаться на уровне переговоров, но в их разрешении участники прибегают к третьей стороне, которая будет контролировать ход ведения переговоров. И последняя группа правил – это непосредственно закон о банкротстве и сопряженные с ним законодательные акты. Механизмы принуждения к исполнению, а также агенты, осуществляющие данное принуждение, прописаны в законе.

На чем основываются предпочтения сторон в выборе того или иного механизма для урегулирования проблемы неплатежеспособности и почему не всегда стороны прибегают к законодательству о банкротстве, и даже если прибегают, то их поведение не всегда соответствует поведению, которое от них ожидали создатели закона?

Начнем ответ с последнего вопроса. Помимо того, что для исполнения правил необходимы механизмы принуждения, для их исполнения необходимо понять, смысл в них заложенный. Как правило, экономические агенты неодинаково трактуют смысл одного и того же правила, закона или нормы. Разница в понимании обуславливается тремя основными причинами: когнитивными, стратегическими и информационными.

Любое решение экономическим агентом принимается на базе анализа доступной для него информации, поэтому крайне важны ее характеристики. В первую очередь следует отметить неравномерное распределение информации между экономическими агентами.

Если обратить к социологическим исследованиям, посвященным вопросам осведомленности компаний о существующих законодательных положениях, то можно отметить, что в 90-х годах не все компании знали о существовании того же законодательства о банкротстве, которое на тот момент уже вступило в действие. А из тех, кто знал о его существовании, не все его читали. Другой аспект, связанный с неравномерным распределением информации, заключается в том, что альтернативные правила разрешения конфликтных ситуаций известны только действующим участникам объединений, и не известны внешним экономическим агентам.

Соответственно, информация, доступная агентам для принятия решений, как правило, является не полной и распределенной асимметрично. Второй аспект, когнитивный, связан с тем, что индивиды при анализе информации и принятии решений базируются на разных ментальных моделях, что нельзя не принимать во внимание. Соответственно, на принимаемые решения влияют разделяемые индивидом (менеджером или собственником) культурные нормы, обычаи, представления о поведении других участников. Как правило, ментальные модели инертны и плохо поддаются внешнему влиянию. Таким образом, ментальная модель, разделяемая большинством членов общества, оказывает существенное влияние на восприятие законодательства. И последняя существенная причина различий в трактовках – это стратегическая. Как правило, все экономические агенты стремятся максимизировать свою функцию полезности, а не функцию полезности общества, поэтому при прочих равных они трактуют существующие правила в свою пользу. Они стремятся использовать существующие неточности в законодательстве для увеличения собственной выгоды, что сказывается на остальных членах общества. Например, использование неформальных механизмов может носить нелегальный характер и предполагать исключение ряда заинтересованных лиц из принятия решения.

Таким образом, мы утверждаем, что экономические агенты, базируясь на имеющейся у них информации, осуществляют выбор между существующими правилами о том, как наиболее выгодно для себя решить возникшие проблемы.

Существование нескольких групп правил, а также разница в трактовках позволяют объяснить различия между тем, что прописано в законах и тем, каким образом законы соблюдаются на практике, и законодательство о банкротстве не является исключением.

Возвращаясь к приведенной выше классификации индивидов, отметим, что для «актеров» будет характерно стратегическое поведение с преследованием собственных целей, в то время как для агентов причины искажения формальных правил объясняются во многом когнитивными и информационными причинами.

Существенную роль в том, какие механизмы преобладают на практике, играет государство. Так как оно задает степень покрытия рассматриваемой проблемы законодательством, и оно же обеспечивает принуждение к исполнению правил, заложенных в законах. Правила, зафиксированные в законах, определяют уровень трансакционных издержек их использования для сторон, соприкасающихся с данной проблемой. Чем больше правила, предложенные государством, соответствуют интересам экономических агентов, сталкивающихся с проблемой несостоятельности, тем выше вероятность того, что они прибегнут к формальным механизмам ее разрешения. Также на решение экономических агентов по выбору правила влияют издержки следования данным правилам. Чем выше данные издержки, тем менее привлекательно правило для агентов при прочих равных.

2.1.4 Функции института и законодательства о банкротстве Государство, законодательная власть, предоставляет экономическим агентам, действующим в стране, свод законов, актов, положений и т.д., регулирующих различные сферы деятельности, в том числе, и взаимоотношения сторон в процессе решения проблемы неплатежеспособности. Таким образом, задаются формальные рамки функционирования экономических агентов. Однако, формальные правила всегда связаны с рядом неформальных правил и их эффективность во многом определяется тем, каким образом они между собой соотносятся.

В частности, если использование законов связано с запретительными издержками, появляется спрос на альтернативные правила, а законы перестают соблюдаться.

Трансакционные издержки, связанные с формальной процедурой банкротства, играют важную роль в определении «привлекательности» ее для экономических агентов и для осуществления выбора между формальными и неформальными процедурами.

Характер издержек во многом определяется тем, какие функции с точки зрения законодателей должен исполнять институт банкротства. Прежде чем перейти к анализу издержек сопряженных с использованием процедур банкротства, обратимся к тому, какие цели обычно преследует государство (или должно преследовать) при формировании законодательства о банкротстве.

Рассмотрим, каким образом исследователи видят функции законодательства и института банкротства. Наиболее полное описание возможных функций законодательства о банкротстве, с позиции юристов, представлено в работе Финч (2001) [82], в частности, автор выделяет следующие основные принципы, которые законодательство о банкротстве должно в себя вобрать:

поддержка функционирования и развития кредитной системы страны, обнаружение на ранних стадиях проблемы неплатежеспособности, предотвращение конфликта между кредиторами, как до начала процедуры банкротства, так и в ее процессе, обеспечение оптимального распоряжения активами должника для погашения долга в минимальные сроки и с минимальными издержками, гарантия честности и адекватности проводимой процедуры, предоставление жизнеспособным предприятиям возможности продолжить функционирование, учет интересов не только сторон, непосредственно вовлеченных в процедуру банкротства (должника и его кредиторов), но и тех, на кого может оказать влияние неплатежеспособность должника (например, поставщики, потребители), обеспечение такой «рамки» законодательства о банкротстве, которая, с одной стороны, исполнялась бы всеми, с другой стороны обладала бы возможностью адаптации к изменяющимся условиям.

Радыгин и соавторы (2005) [17] в качестве возможных целей правовых норм выделяют:

«защита прав кредиторов, обеспечение финансовой дисциплины, повышение надежности обращения, снижение уровня хозяйственных рисков в экономике путем ликвидации неэффективных производств, обеспечение перераспределения промышленных активов в пользу эффективно хозяйствующих предприятий, развитие конкуренции, проведение реорганизации предприятий и их финансовой реструктуризации, повышение качества корпоративного управления, смена «неэффективных»

собственников, смена неквалифицированных менеджеров, внедрение рациональной системы управления на предприятиях» (Радыгин (2003) [17], стр 53).

В качестве основного предназначения института несостоятельности авторы рассматривают необходимость обеспечения предсказуемого распределения рисков для кредиторов, хотя и оговариваются, что ориентироваться только на интересы кредитора, говоря о проблеме несостоятельности, не совсем верно и опыт других стран тому подтверждение. Однако выделенные авторами возможные цели правовых норм или все же непосредственной института банкротства22, представляются весьма расплывчатыми и неоднозначными.

Экономистам, наоборот, свойственно, чрезмерно сужать круг проблем, затрагиваемых в ходе банкротства. Наиболее полно экономический подход к анализу В данной работе авторы не проводят четкой грани между правовыми нормами и институтом.

банкротства представлен в работе Харта (2000) [95]. Он выделяет следующие три основные цели законодательства о банкротстве:

- «при прочих равных, хорошая процедура банкротства должна приводить к ex post эффективному результату;

- хорошая процедура банкротства должна создавать адекватные стимулы у менеджеров и собственников в процессе банкротства;

- хорошая процедура банкротства должна задавать абсолютный приоритет требований среди кредиторов, учитывая, что некоторая часть стоимости фирмы должна быть зарезервирована для собственников»( Харт (2000) [95], p. 4-5).

В данной трактовке, основной акцент сделан на интересы кредиторов и должников, что сильно упрощает построение теоретических моделей, описывающих поведение кредиторов и должников, а также анализирующих финансовое состояние фирмы в процессе банкротства. В ней не учитывается, что существуют и другие заинтересованные лица, на которые ход процедуры банкротства также оказывает влияние.

Более полное, на наш взгляд, описание функций института банкротства предлагает Стиглиц. Согласно Стиглицу (Материалы к лекции от апреля 2003 года), в каждой «продвинутой» стране закон о банкротстве должен удовлетворять или удовлетворяет следующим характеристикам:

- «ограничивает обязательства должника;

- представляет должнику возможность «начать все заново»;

- балансирует интересы кредиторов и должника;

- предполагает эффективность и равенство;

- соответствует социальной справедливости» (Стиглитц (2003, слайд №5)).

На наш взгляд, Стилицем (2003) [167] предложено наиболее полное описание функций института банкротства, однако воплотить данный набор функций в функционирующем институте ни одной из стран пока не удалось. До сих пор ведется «спор» относительно того, какой должен быть баланс интересов кредиторов и должника, так как чрезмерное ограничение обязательств должника ущемляет интересы кредиторов, а акцент на интересах кредиторов может привести к ликвидации потенциально эффективных предприятий.

Учитывая многообразие вариантов трактовок функций, которые должно выполнять законодательство о несостоятельности, мы выделяем следующие основные функции, которые, как правило, стремятся вложить законодатели при создании корпоративного законодательства о банкротстве:

- обеспечение механизма ликвидации неэффективных предприятий, - обеспечение возможности управления компанией в сложный финансовый период за счет создания условий для восстановления потенциально эффективных компаний в качестве действующих предприятий, - регулирование распределения активов должника между всеми кредиторами, таким образом, чтобы у кредиторов не возникали стимулы к индивидуальному присвоению активов должника, - обеспечение баланса интересов кредиторов, должника, работников предприятий и общественных интересов, - стимулирование менеджмента компаний к добросовестному поведению и к определению оптимальной политики развития компании.

2.2 Способы решения проблемы возврата долгов Безусловно, законодательство выступает одним из основных сводов правил, но не единственным, лежащим в основе института банкротства. Для ответа на вопрос, какие еще правила лежат в основе рассматриваемого института, необходимо проанализировать стратегии поведения компаний по поддержанию деловых отношений. Используемые компаниями стратегии урегулирования отношений напрямую связаны с видом института банкротства и зачастую определяют во многом его вид: будет ли в институте преобладать формальная составляющая, базирующаяся, так или иначе, на действующем законодательстве, или неформальная, базирующаяся на отношениях между конкретными компаниями?

Как правило, любая компании имеет в своем распоряжении схожий набор стратегий, которые могут быть использованы для поддержания стабильности и надежности взаимоотношений с контрагентами. Основной акцент при рассмотрении стратегий сделан на то, как предприятия будут себя вести, если между ними возникнет некоторый конфликт, как его избежать на стадии до возникновения, и как разрешить, если он возник.

Вернемся к схеме, обсуждавшейся в предыдущем разделе. Решение о выборе стратегии фирмы принимают в момент возникновения обязательств у компаний друг перед другом. Иначе говоря, компании принимают решение о том, какой из вариантов осуществления трансакции является для них наиболее оптимальным23. Однако, анализируя схему, мы не затрагивали вопрос характера взаимоотношения между кредитором и должником, а сконцентрировали внимание на возможной последовательности событий и разных типах несостоятельности. Сейчас мы обратимся к возможным вариантам построения отношений между компаниями, одна из которых является потенциальным должником по отношению к другой или к другим. Характер построения взаимоотношений влияет на вероятность реализации того или иного варианта развития событий согласно представленной схеме (см. приложение 2.1).

Анализ стратегий поведения компаний базируется на работах Хендли, Мюррелла и Ритермана (1999) [105], Хендлей (1998) [103,104], которые, на наш взгляд, выделили наиболее полный спектр возможных стратегий. Стратегии рассматриваются последовательно, начиная с неформальных и заканчивая формальными:

- отношенческая контрактация;

сетевое (или групповое) принуждение24;

- частные механизмы принуждения;

- административные рычаги;

- сфера действия законодательства.

Один из полюсов – это полное невмешательство третьих лиц в отношения компаний, то есть отсутствие влияния аутсайдеров25. Другой полюс – это когда компании всецело полагаются на государственное вмешательство, как механизм разрешения конфликтных ситуаций26.

Одним из первых подробно данный вопрос поднял Уильямсон в своей книге «Экономические институты капитализма». (Уильямсон (1985) [187]). Уильямcон делает акцент на специфичность инвестиций и характер взаимодействия, как определяющие факторы выбора той или иной формы управления трансакции. В теории трансакционных издержек обычно выделяют три общих варианта: свершение трансакции посредством рыночного механизма, иерархии или гибридных форм организации. В нашем случае, вариант иерархического управления выпадает из рассмотрения, так как в фокусе находится конфликт между двумя независимыми сторонами, вступившими в деловые отношения. Далее будет показано, что выделяемые стратегии поведения предприятий не противоречат подходу трансакционных издержек.

Стоит отметить следующие работы, посвященные анализу сетевого взаимодействия между фирмами: Менар (2004) [143], Подольны и Пэйдж (1998) [149].

Данная стратегия может быть рассмотрена как один из видов гибридных форм организации, которые подразумевают под собой координацию между двумя и более независимыми организациями на квази-постоянной основе. Идея данной стратегии соответствует гибридной форме «долгосрочные отношения», где в основе сотрудничества между фирмами лежит их взаимная выгода (Фергюссон и Фергюссон (2000) [81]).

Выбор данной стратегии соответствует выбору неоклассического контракта, когда стороны предоставляют право решения спорных вопросов третьей стороне. В данном случае в виде третьей стороны выступает судебные инстанции.

При рассмотрении стратегий акцент сделан на трансакционных издержках, с которыми компании столкнутся при выборе той или иной стратегии, однако они не являются единственным фактором, влияющим на выбор. Для наглядности основные характеристики описанных выше стратегий поведения предприятий, а так же сопутствующие им трансакционные издержки представлены в таблице (см. приложение 2.2).


Таким образом, сначала рассмотрим стратегии, которые базируются на самостоятельном урегулировании отношений между компаниями, затем обратимся к стратегиям, базирующимся на вмешательстве третьих лиц, но не государства, а в конце остановимся на стратегиях, использующих государственное вмешательство.

Рассмотрим каждую стратегию более подробно.

2.2.1 Отношенческая контрактация Стратегия «отношенческая контрактация» состоит из двух блоков: отношения на личном доверии и самоподдерживающиеся отношения27. Для первой составляющей основную роль в отношениях сторон играет личное доверие контрагентов друг другу.

Подобного рода взаимоотношения могут возникнуть с течением времени в результате накопления репутационного капитала в предыдущих взаимодействиях компаний друг с другом. Другой вариант – это личные отношения руководителей компаний, которые легли в основу делового сотрудничества. Такие отношения предполагают долгосрочный характер. В случае возникновения конфликта, он будет улаживаться посредством проведения переговоров между компаниями с целью достижения консенсуса. Основа самоподдерживающихся отношений – соглашение, в котором оговариваются факторы, обуславливающие взаимную выгоду для обоих контрагентов от его выполнения28. Основой отношений выступает репутация компаний, накопленная в ходе длительного взаимодействия. В рамках данной стратегии предполагается наибольшая степень защиты информации от публичного распространения.

Специфика самоподдерживающихся отношений зависит от природы отношений между конкретными сторонами, а также сложившей в стране культуры, что делает их изучение крайне затруднительным. Эмпирические исследования29 показывают, что многие компании в России предпочитают использовать в первую очередь именно ведение переговоров для разрешения возникающих конфликтов.

Одним из первых термин самоподдерживающиеся отношения или более точно самоподдерживающиеся соглашения (self-enforcing agreements) использует Телсер (1980) [170].

Так как компаниям не выгодно отклоняться от условий контракта, такой род взаимодействий между компаниями называется самоподдерживающимися отношениями.

Симачев, Ю. (2003) [164], стр. 2;

Барсукова, С. (2004) [3], стр. 163-4.

Кейс из российской практики В качестве примера отношенческой контрактации можно рассмотреть взаимоотношения между ОАО Челябинский металлургический комбинат («МЕЧЕЛ») и работниками предприятиями, а точнее двумя организациями, представляющих их интересы – Профсоюз «Единение» и комитет рабочих. Характер бизнес-отношений между представителями работников и комбинатом «МЕЧЕЛ» соответствует самоподдерживающемуся соглашению. В качестве кредитора в данных отношениях выступают работники, так как по состоянию на ноябрь 1998 года они не получали заработную плату больше шести месяцев при том, что исправно ходили на работу. К концу 1997 года общая задолженность комбината «МЕЧЕЛ» бюджетам федерального и регионального уровня и внебюджетным фондам составляла 558 миллионов рублей. В 1997 году уровень долга поставщикам равнялся стоимости материальных издержек «МЕЧЕЛ» за 4,9 месяца. Согласно действующему на тот момент закону о банкротстве профсоюз, налоговые органы и другие кредиторы могли инициировать процедуру банкротства против «МЕЧЕЛ» с целью возврата своих средств, так как имели место все формальные признаки необходимые для инициирования формальной процедуры.

Между тем, согласно данным СМИ, работники предприятия предпочли не инициировать процедуру банкротства, а предприняли попытки провести переговоры с представителями комбината посредством начала забастовки. Более того, работники организовали забастовку таким образом, что работа предприятия не была прервана.

Забастовка использовалась, как инструмент привлечения внимания руководства предприятия к проблемам работников с целью их решения. Манифестация состояла из следующих действий:

- в воскресение работники одного из цехов комбината отказывались покидать свои рабочие места после окончания рабочего дня;

- на следующий день к ним присоединились работники еще трех цехов.

Выбор столь мягкого варианта забастовки объясняется тем, что работники ожидали, что у них будет возможность достичь компромисса с руководством предприятия путем ведения переговоров. Их ожидания были обусловлены тем, что в недалеком прошлом были похожие прецеденты. В 1994 году посредством тех же действий работники достигли соглашения о выплате заработной платы с менеджментом «МЕЧЕЛ».

Таким образом, профсоюз работников был готов идти на некоторые уступки менеджменту комбината, так как предполагал, что обеим сторонам выгодно продолжение взаимного сотрудничества. Для работников комбинат являлся одним из основных возможных мест занятости в регионе, а для комбината в свою очередь была важна бесперебойная работа конвейера, так как любая остановка могла повлечь значительные убытки.

2.2.2 Сетевое принуждение Любая компания функционирует не автономно, то есть является звеном некоторой сети или группы фирм. Сеть может быть образована по различным признакам – формальное объединение (например, ФПГ), социальное объединение, базирующееся на связях владельцев или управляющих компаниями, компании связанные между собой единой потребительской сетью, рынком поставщиков, объединение по географической принадлежности и т.п. В подобных сетях, как правило, широко распространена практика обмена информацией о поведении компаний в рамках сотрудничества, на основе чего можно сделать вывод о «порядочности» компаний. Относительно этой стратегии поведения следует отметить, что также возможно неразглашение информации для широкой публики в случае, если выход из конфликтной ситуации найден30. Во многих ситуациях неразглашение информации о конфликтах для компаний является ключевым фактором, позволяющим избежать дополнительных проблем, чреватых банкротством.

Принцип построения сети во многом определяет характер ее применения для решения проблем неплатежеспособности. В банкротстве сеть используется в качестве третьей стороны, которая оказывает влияние на поведение кредиторов и должников, которые являются ее членами. Возможна скупка долгов у внешних кредиторов членами сети. Ожидаемое решение – реструктуризация долга. Также посредством сети осуществляется уход от формальной процедуры банкротства за счет перераспределения активов внутри сети, либо этот механизм используется для исключения возможности у кредиторов, не являющихся членами сети, получить долг обратно. Также он может использоваться менеджерами для отбора предприятий у собственников. Априори предполагается исключение части кредиторов из процесса возврата долгов.

Структура сетей, в которых состояли предприятия в постсоветский период, во многом определяется особенностями их функционирования в советский период, когда участие в одной из неформальных сетей было необходимо для выполнения формального плана. В частности, Стин (2000) [166] рассматривает поведение Например, возникший конфликт из-за неуплаты за поставленный товар был решен без привлечения официальных лиц в рамках сети, тогда решением членов сети данная информация может быть оставлена без огласки, что позволит компании избежать дополнительных финансовых проблем.

российских предприятий в переходный период через призму их вовлеченности в сети.

Он говорит о широкой распространенности горизонтальных сетей между предприятиями. Порядка 73% руководителей государственных предприятий имеют постоянный контакт с руководителями частных предприятий, причем, как правило, связи более распространены между частными и государственными, нежели только между государственными предприятиями (Стин (2000) [166], p. 8). Хендлей, Мюрелл и Ритерман (1999) [105] показали, что российские предприятия достаточно часто прибегают к сетевому принуждению для решения конфликтных ситуаций.

Кейс из российской практики Рассмотрим пример использования сетевого механизма принуждения на базе работы Кузнецова, Горобец и Фоминых (2002) [8] посвященной анализу различных неформальных групп предприятий в России. Остановимся снова на Челябинском металлургическом комбинате «МЕЧЕЛ», а точнее на группе, сформированной на его основе. На рис. 1 изображена структура группы, которая состоит из следующих компаний:

(1) ОАО «МЕЧЕЛ», (2) (2) МЕЧЕЛ – банк, (4) (3) (3) Профсоюз ОАО «МЕЧЕЛ», (4) Государственное предприятие Владивостокское (1) отделение «Промсырьеимпорт», (5) (6) (5) ЗАО «Базис-Инвест», Рис. 2.2 Структура (6) Гленкор Интернешенл (Glencore International AG). группы На рисунке 2.2 стрелочками отмечены наличие связей между компаниями, а также направления движения финансовых и товарных потоков между компаниями.

Как уже отмечалось выше (см. стратегию отношенческая контрактация), комбинат «МЕЧЕЛ» в период с 1996 года по 1997 год имел высокий уровень задолженности и перед бюджетом, федеральным и региональным, и перед внебюджетными фондами и перед поставщиками. Федеральные и региональные власти, вешние кредиторы (не входящие в сеть, например АО «Байкальское Радиоуправление») неоднократно пытались инициировать процедуру банкротства против комбината «МЕЧЕЛ». В этот же период компания Гленкор предоставила комбинату «МЕЧЕЛ» заем размером миллионов долларов, а также выступила гарантом в кредите, который комбинату «МЕЧЕЛ» был предоставлен банком «Чэйз Манхэттен», размером 12 миллионов долларов. Данная ситуация демонстрирует различие в формировании ожиданий у кредиторов, включенных в неформальную сеть и нет. Не включенные в сеть кредиторы – представители органов власти и «Байкальское Радиоуправление» - считают, что добиться возврата долга от комбината «МЕЧЕЛ» можно только путем инициирования процедуры банкротства, ликвидации предприятия, его продажи. В то же время компания Гленкор предоставила крупный кредит комбинату, предполагая, что у нее не возникнет проблем с его возвратом, и в СМИ не поступало никакой информации относительно наличия конфликта между Гленкор и «МЕЧЕЛ». На наш взгляд, подобное поведение объясняется тем, что Гленкор как участник неформальной сети обладает большей информацией о состоянии комбината «МЕЧЕЛ», чем внешние кредиторы. А также тем, что Гленкор, как участник сети не будет иметь проблем с возвратом долга.


Данный пример показывает, каким образом в ущерб внешним кредиторам функционирует такой механизм, как сетевое принуждение.

2.2.3 Частные механизмы принуждения Для разрешения возникших проблем стороны обращаются к третьей стороне (негосударственной структуре), которая не имела никаких деловых отношений ни с одной из сторон и никак не связана с предметом рассматриваемой сделки. Основная идея механизма заключается в том, что стороны заранее договариваются, что в случае конфликтных ситуаций будут прибегать к помощи независимого арбитра, который вынесет определенное решение для разрешения конфликтной ситуации. Обе компании договариваются подчиниться данному решению, хотя оно может и не иметь юридической силы. В развитых странах в такой роли, как правило, выступает третейский суд. В переходных экономиках преобладают частные структуры, деятельность которых по принуждению к исполнению основывается на угрозе насилия31. То есть в качестве частного принуждения выступают организованные преступные группировки, так называемые «мафия» или «крыша». Существует два варианта действия механизма. Во-первых, для компаний общеизвестна информация о том, что у их контрагента есть так называемая крыша, которая в случае возникновения конфликта может применить насилие, дабы добиться выполнения обязательств, то есть действует угроза физического насилия. Другой вариант – пострадавшая сторона обращается к крыше с целью заставить контрагента выполнить обязательства.

Важно отметить, что частные структуры не должны быть включены в рамки самих компаний, или являться одной из сторон сделки, так это уже будет подпадать под случай отношенческой контрактации.

Основная идея заключается в том, что на стороны влияет возможное применение насилия за невыполнение обязательств. Для данной стратегии поведения стоит обратить внимание на два аспекта. Во-первых, это размер платы за пользование услугами «крыши», то есть размер трансакционных издержек на принуждение к исполнению своих обязательств. Во-вторых, здесь наиболее актуальными становятся издержки защиты от третьей стороны. В частности в России широко распространена практика, когда «крыша» навязывает свои услуги, и, обратившись к ним единожды, компания вынуждена потом за это платить на постоянной основе, хотя потребность в услугах может отсутствовать. Варезе (2005) [173] отмечает, что, как правило, отношения с силовым партнером имеют долгосрочный характер. Также возможна ситуация, когда компания добивается выполнения контракта, составленного в рамках закона, незаконными методами (например, добивается выполнения решения, вынесенного арбитражным судом). Очевидно, что такое происходит, когда, либо государственное принуждение не работает, либо оно слишком дорого обходится.

Применение стратегии вызвано отсутствием доверия, как к торговому партнеру, так и к судебной системе.

Согласно исследованиям в 1996-97 годах в России 11% процентов предприятий были готовы использовать частное принуждение, 42% имели опыт использования. 53 % опрошенных утверждали, что уровень затрат на подобные услуги весьма высок (Радаев (1998) [15], стр. 129, 174, 185). Волков (2002) [176] объясняет столь высокий спрос на услуги частных структур слабостью законодательного принуждения, и отмечает, что согласно, проведенным интервью, многие предприниматели, обращаясь к силовым предпринимателям, имели на руках судебное решение, исполнения которого хотели добиться.

Весьма подробное исследование функционирования мафии в России проведено в работе Варезе (2005) [175]. Исследование базируется на анализе информации периодической печати и ряда углубленных интервью, проведенных автором в Пермском крае. Исследование показывает, что в России имеется достаточно большой спрос на подобные услуги, в частности, одной из основных услуг, предоставляемых организованными преступными группировками, является возврат долгов (Варезе (2005) [173], стр. 113). Причем для российской экономики характерно распространение большого количества группировок, что приводит к частному столкновению их интересов. То есть зачастую компании, пытающиеся разрешить конфликт, имеют разных силовых партнеров. Однако, утверждать, что существуют единые правила разрешения конфликтов в подобных ситуациях между двумя группировками, как это существует в Сицилии, нельзя.

Кейс из российской практики В качестве кейса рассматриваем достаточно распространенную в 90-е годы в России ситуацию финансирования за счет клиента32. Украинская семья организовала фирму в Санкт-Петербурге по оптовой продаже рыночных товаров по низким ценам.

Поставка товаров предполагалась после осуществления предоплаты. Семья работала под патронажем Комаровской неформальной группировки (силовой партнер). Схема была следующая: покупатель осуществлял предоплату товаров, товары не поставлялись, когда покупатель пытался найти фирму, выяснялось, что такая фирма не существует. Если покупатель находил владельцев фирмы и предпринимал попытки все таки вернуть свои деньги, то ему приходилось иметь дело с Комаровской неформальной группировкой. Таким образом, Комаровская группировка выступала в виде третьей стороны, которая разрешала проблему неплатежеспособности в пользу должника. Это пример, частного механизма принуждения, который ведет к ущемлению интересов кредиторов.

Однако не всегда получалось, что Комаровская неформальная группировка обладала большей переговорной силой, чем силовые партнеры покупателей. В частности, в какой-то момент они столкнулись с ворами в законе из Сибири, и украинская семья была вынуждена вернуть все полученные деньги от клиента и выплатить неустойку.

В обоих случаях, решение достигается третьей стороной, причем в обоих случаях обе стороны были готовы к исполнению принятого решения и не пытались его изменить.

2.2.4 Административные рычаги Суть стратегии заключается в том, что компании используют возможное государственное влияние для принуждения к исполнению контрактных обязательств33.

Государственные структуры, как правило, имеют в своем распоряжении множество официальных и неофициальных способов влияния на компании, которыми могут воспользоваться34. Другой вариант, более характерный для посткомандных экономик.

Описание ситуации взято из Волков (2002) [176].

Однако не использует их по прямому назначению.

Например, возможен вариант, что ваш контрагент обращается в антимонопольный комитет с жалобой на вашу компанию. В жалобе вашу компанию контрагент обвиняет в нарушении антимонопольного законодательства. А на самом деле пытается добиться выполнения У большинства директоров (менеджеров) компаний, которые были образованы в командную эпоху, сложились хорошие связи с чиновниками в силу иерархического строения экономики и ярко выраженной связи между предприятиями и чиновниками. И менеджеры используют данные знакомства для давления на своего контрагента, что может для него привести к различным потерям. В зависимости от цены данного административного вмешательства будет варьироваться привлекательность этой стратегии для компаний. Здесь следует отметить, что государство оказывает влияние на деятельность компаний в отдельно взятой сделке косвенным образом. Во-первых, претензии государства, которые могут быть предъявлены компании, не будут связаны со сделкой с контрагентом (который инициировал вмешательство), по которой она не выполняла своих обязательств. Во-вторых, претензии могут даже исходить не от государственной структуры. Например, государство может повлиять на банк, выдававший компании кредит, и вынудить его потребовать у компании возвращения кредита.

Многие исследователи затрагивали вопросы, связанные с использованием административных рычагов в российской экономике. В частности, Бессолицын и Кузьмичев (2005) [4] отмечают, что в советский период между руководителями предприятий и чиновниками различных уровней сформировались вполне устойчивые и обширные связи. Подобные связи не исчезли при переходе к рыночной экономике и могут использоваться предприятиями для оказания давления на своих деловых партнеров. Стин (2000) [166] провел исследование по российской экономике и выявил, что очень многие менеджеры предприятий имеют связи с представителями федеральных и региональных властей (Стин (2002) [166], р.18). Особый интерес здесь представляет исследование, проведенное Ламберт-Могилански, Сониным и Журавской (2005) [128], в которой рассматривается российский закон о банкротстве от 1998 года.

Данные, собранные авторами по российской экономике, показывают, что менеджеры крупных предприятий вступают в сговор с региональной администрацией и используют механизм банкротства для «устранения» вмешательства федеральной власти и внешнего инвестора в управление фирмой, а также, что закон о банкротстве не стимулирует менеджеров проводить реструктуризацию. Что говорит о широком применении административных рычагов в процессе судебного разбирательства.

Исследования показывают, что компании в российской экономике не всегда готовы и доверяют судебному решению конфликтов (Симачев (2003) [164];

Радыгин, Симачев обязательств перед собой. Соответственно, антимонопольный комитет начинает проверку деятельности компании, что может привести к определенным потерям для вас.

(2005) [16]). Также Полонски и Айвазян (2000) [150] отмечают, что крупные предприятия всегда имеет связи в региональных органах власти.

Кейс из российской практики Обратимся к примеру того, как использование административных рычагов может привести к изменению переговорных позиций в ходе решения проблемы неплатежеспособности. Рассмотрим процесс банкротства компании «Сибур Нефтехим». В начале 2003 года (12 марта) арбитражный суд Нижегородской области инициировал процедуру банкротства компании, была открыта процедура наблюдения.

В июле того же года новая глава компании, Петр Крупнов, провозгласил восстановление платежеспособности компании и завершение процедуры банкротства посредством заключения мирового соглашения. Согласно данным СМИ, Крупнов и Медведев, глава совета директоров компании и вице губернатор Нижегородской области на тот момент, отметили, что добиться решения проблемы удалось во многом за счет интереса региональных властей, проявленного к судьбе «Сибур-Нефтехима»35.

В октябре того же года уже было принято судом решение о заключении мирового соглашения с кредиторами и завершении процедуры банкротства. Один из кредиторов, финансовая компания «Лидинг», пытался опротестовать данное решение, однако его иск был отклонен Федеральным Арбитражным Судом Волго-Вятского региона36. На наш взгляд подобное развитие событий было обусловлено тем, что компания «Сибур Нефтехим» наладила связи с региональными властями и за счет этого увеличила свою переговорную позицию во взаимоотношениях со своими кредиторами. И было достигнуто решение конфликтной ситуации.

2.2.5 Судебное решение проблемы несостоятельности Сфера действия законодательства, также как и отношенческая контрактация сочетает в себе два варианта. Во-первых, это использование законодательства в качестве угрозы. Здесь механизмы принуждения, предоставляемые государством, такие как судебное разбирательство, используются в качестве угрозы для компании контрагента, которая не выполняет свои обязательства. Между компаниями в данном случае должен быть заключен контракт, невыполнение условий которого позволяет обратиться в суд, а точнее дает возможность угрожать обращением в суд в случае невыполнения условий, невыплаты штрафа за просроченную поставку и т.п. Как правило, компании специально в контракте прописывают определенные негативные http://www.garweb.ru/project/vas/news/smi/03/07/20030719/6945501.htm http://raud.spb.ru/news/b_1282.shtml последствия за невыполнение обязательств в срок, чтобы иметь возможность впоследствии угрожать обращением в арбитражный суд за несоблюдение условий с требованиями оплаты штрафа. Угроза обратиться в суд сопряжена со значительно меньшими издержками, чем непосредственное обращение в суд;

однако обе компании должны быть уверены в том, что угроза достоверная, иначе она не окажет должного воздействия37. Симачев (2005) [164]38 обращает внимание на то, что применение угрозы обращения в суд достаточно широко распространено в России в сфере решения проблем несостоятельности. По данным проведенного исследования – порядка 13 % респондентов предупреждали своих партнеров о возможной подаче иска в суд с целью возврата долга.

Во-вторых, это судебное вмешательство. Как правило, компании выбирают эту стратегию, когда они не доверяют своему контрагенту, и не обладают информацией о его репутации или у него плохая репутация. Компании готовы положиться на решения суда и не могут добиться консенсуса другими способами. В этой ситуации также важно составления контракта, так как судебное разбирательство может быть основано только на том, что было прописано в контракте. Более того, с этой стратегий сопряжены очень высокие трансакционные издержки, связанные непосредственно с судебной процедурой. Они представляют собой как прямые денежные затраты (на адвоката, например), так и затраты времени. Размер этих трансакционных издержек во многом определяется именно сложившейся судебной системой в стране, ее эффективностью. В данном случае могут возникнуть проблемы, связанные с тем, что контрагент откажется выполнить решение суда. Поэтому компании, полагающиеся на данный механизм, должны быть уверены в действенности государственных механизмов принуждения.

Законодательство о банкротстве принято относить к области конкурсного права.

Конкурсное право – это «система норм, направленных на возможно более полное удовлетворение требований кредиторов к должнику путем предоставления должнику возможности восстановить платежеспособность либо путем реализации и распределения между кредиторами имущества должника, не подлежащего восстановлению» (Телюкина (2002) [20], стр. 72). Выделяют две основные цели конкурсного права:

Поэтому на практике, если компания угрожает обращением в суд, она, как правило, если не будут выполняться ее требования, это сделает. Таким образом, мы уже переходим ко второму варианту данной стратегии.

Доклад «Арбитраж как инструмент урегулирования споров в корпоративной сфере: факторы спроса со стороны компаний, масштабы и эффективность» в рамках проекта «Развитие спроса на правовое регулирование корпоративного управления в частном секторе».

восстановление платежеспособности должника за счет создания системы мер, • направленных на реабилитацию его бизнеса (например, льготный режим функционирования на время проведения мероприятий в рамках конкурсного процесса);

ликвидация должников, чья платежеспособность не может быть восстановлена.

• В соответствии с выделенными целями основной задачей конкурсного права является сочетание двух обозначенных целей. Проблема заключается в том, что цели могут друг другу противоречить, и если государство, формируя законодательство, будет учитывать только одну из целей, это приведет к ущемлению интересов одной из сторон, а соответственно, к снижению стимулов к использованию законодательства о банкротстве в качестве механизма решения проблемы платежеспособности.

Одним из возможных минусов использования судебного разрешения конфликтов в сфере неплатежеспособности является неотъемлемая гласность процесса.

Практически невозможно официально обратиться в суд и избежать огласки. С одной стороны, это может привести к неминуемому банкротству компании, для которой без разглашения информации о финансовых сложностях могла быть восстановлена платежеспособность. С другой стороны, данное обстоятельство стимулирует компании к добросовестному выполнению взятых на себя обязательств и повышает действенность первой составляющей данной стратегии – угрозы обращения в суд.

Ламберт-Могилианский, Сонин и Журавская (2000) [127] показали, что применение закона о банкротстве, успешно функционирующего в странах, где соблюдаются законы, может привести к непредсказуемым последствиям в коррумпированной экономике.

Привлекательность судебного разбирательства, как механизма решения проблемы неплатежеспособности определяется не только дизайном непосредственно законодательством о банкротстве, но также и в целом сложившейся в стране институциональной средой. В приложении 2.3 приведены результаты исследований проведенных по российской экономике, посвященных оценке характеристики институциональной среды России, спросу на институт банкротства.

Кейс из российской практики Рассмотрим пример решения проблемы неплатежеспособности посредством инициирования судебной процедуры39. Должник - Федеральное государственное унитарное предприятие «Кронштадский морской завод». Основные кредиторы: ООО «ЛЭМЗ-Измерительные приборы» и Федеральное государственное унитарное предприятие центральный научно-исследовательский институт «Гранит». Кредиторы два раза (в 2000 и в 2002 гадах) прибегали к инициированию процедуры банкротства. В обоих случаях решение было достигнуто посредством заключения мирового соглашения. Причем нет сведений о том, что предприятия пытались достигнуть соглашения другими способами. В первый раз было оговорено, что должник исполнит свои обязательства до 1 марта 2002 года, однако это не было сделано. И в 2002 году опять была инициирована процедура банкротства. И уже в начале 2003 года должник начал осуществлять выплату долга. Таким образом, мы рассмотрели пример успешного решения проблемы неплатежеспособности посредством использования законодательства о банкротстве.

Как правило, стороны стараются предусмотреть несколько вариантов разрешения конфликтных ситуаций. Однако не всегда возможно положиться одновременно на несколько стратегий. В приложении 2.4 представлены результаты опроса предприятий о том, какие стратегии урегулирования конфликтов они используют. Обобщим высказывания о возможностях последовательного и совместного применения стратегий компаниями в приведенной ниже таблице 1.

Источник: http://www.aksnews.ru/m/3699/bankrotstwo_kronshtadskogo_morskogo_zawoda.html Таблица 1. Последовательное применение стратегий Последовательность применения стратегий 1 2 3 Административные Частное Отношенческая Сетевое рычаги принуждение контрактация принуждение Сфера законодательства Административные Частное рычаги принуждение Сетевое принуждении Сфера законодательства Частное Административные принуждение рычаги Сфера законодательства Частное принуждение Сфера законодательства 2.3 Факторы, влияющие на выбор участников механизма возврата долга С помощью схемы (рис. 2.3) легко проанализировать на основе чего компании осуществляют свой выбор стратегии для той или иной трансакции. Во-первых, следует принимать во внимание то, что реальный мир далек от идеала и менеджерам компаний свойственна ограниченная рациональность и возможная склонность к оппортунистическому поведению.

Во-вторых, необходимо учитывать характеристики рассматриваемой трансакции (имеют ли место специфические инвестиции, кто их осуществляет, может ли в связи с этим возникнуть проблема вымогательства и т.д.).

В-третьих, выбор поведения компании в частности зависит от того, на основе чего базируются отношения между компаниями, так как это определяет степень лояльности кредитора к должнику. Выделим три варианта. Первый вариант – компании строят деловые отношения, исходя из имеющегося личного доверия между собственниками компаний или менеджерами компаний. Второй вариант – компании ориентируются на имеющуюся друг у друга положительную репутацию в дизайне деловых отношений.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.