авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
-- [ Страница 1 ] --

из ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ

Мисник, Ирина Владиславовна

1. Потерпевший в российском уголовном

судопроизв одств е

1.1. Российская

государственная Библиотека

diss.rsl.ru

2005

MucHUK, Ирина Владиславовна

Потерпевший в российском уголовном

судопроизводстве [Электронный ресурс]: Дис

... канд. юрид. наук

: 12.00.09.-М.: РГБ,

2005 (Из фондов Российской Государственной

Библиотеки) Государство и право. Юридические науки — Уголовный процесс — Российская Федерация — Участники процесса — Потерпевший.

Уголовный процесс;

криминалистика и судебная экспертиза;

оперативно-розыскная деятельность Полный текст:

http://diss.rsl.ru/diss/05/0609/050609048.pdf Текст воспроизводится по экземпляру, накодятцемуся в фонде РГБ:

Мисник, Ирина Владиславовна Потерпевший в российском уголовном судопроизв одств е Иркутск Российская государственная Библиотека, год (электронный текст).

МВД РОССИИ ВОСТОЧНО-СИБИРСКИЙ ИНСТИТУТ

На правах рукописи

Мисник Ирина Владиславовна ПОТЕРПЕВШИЙ В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ Специальность 12.00.09 - Уголовный процесс, криминалистика и судебная щ экспертиза;

оперативно-розыскная деятельность Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель:

доктор юридических наук, профессор Смолькова И. В.

Иркутск - ОГЛАВЛЕНИЕ Введение Глава I. Возникновение, становление и развитие процессуального статуса потерпевшего в российском уголовном судопроизводстве § 1. Процессуальный статус потерпевшего в дореволюционном уголовно-процессуальном законодательстве России § 2. Регулирование процессуального положения потерпевшего в советском уголовно-процессуаль^юм законодательстве Глава П. Потерпевший — участник стороны обвинения в производстве по уголовному делу § 1. Понятие потерпевшего в российском уголовно-процессуальном законодательстве § 2. Процессуальное положение потерпевшего от преступления в законодательстве ряда зарубежных государств (• Глава III. Особенности реализации процессуальных прав потерпевшим на отдельных стадиях уголовного судопроизводства § 1. Процессуальное положение пострадавшего на стадии возбуждения уголовного дела § 2.

Процессуальный статус потерпевшего на стадии предварительного расследования § 3. Особенности участия потерпевшего в судебном разбирательстве по уголовному делу Заключение Библиография Приложения ВВЕДЕНИЕ Актуальность темы исследования. Общепризнанным является утвер­ ждение о том, что государство признается истинно правовым только в том слу­ чае, когда в нем реально обеспечиваются права и законные интересы каждого человека. Конституция РФ постулирует тезис о том, что в России судопроиз­ водство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (ч. ст. 123). С сожалением сегодня приходиться констатировать, что эта норма но­ сит в большей степени декларативный характер. Достаточно длительное время интересы подозреваемых, обвиняемых, подсудимых доминировали над интере­ сами лиц, пострадавших от преступных посягательств.

В последние десятилетия в нашей стране возникла острая потребность в проведении глобальной судебно-правовой реформы, в том числе и в сфере уго­ ловного судопроизводства, на которую возлагались большие надежды, связан­ ные с необходимостью укрепления процессуального положения потерпевшего.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ, вступивший в действие с 1 июля 2002 года, в качестве одной из приоритетных целей российского уголовного судопроизводства провозгласил защиту прав и законных интересов лиц и орга­ низаций, потерпевших от преступлений (п. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ). Статью УПК РФ, регламентирующую процессуальный статус потерпевшего, законода­ тель поместил в главу, посвященную участникам судопроизводства со стороны обвинения. В части второй данной статьи закреплены принципиально новые процессуальные права потерпевшего: право знать о предъявленном обвиняемо­ му обвинении;

знакомиться по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела;

получать копии постановлений о возбуж­ дении уголовного дела, признании его потерпевшим или об отказе в этом;

о прекращении уголовного дела;

приостановлении производства по уголовному делу, а также копии приговора суда первой инстанции, решений судов апелля­ ционной и кассационной инстанций;

выступать в судебных прениях по делам частно-публичного и публичного обвинения и др.

Несмотря на достаточно большой объем прав, предоставленных потер­ певшему, нельзя не признать, что УПК РФ не разрешил ряд насущных проблем, связанных с его процессуальным положением. В уголовно-процессуальном за­ коне не определен процессуальный статус пострадавшего, не предусмотрены конкретные механизмы реализации отдельных прав (например, право знать о предъявленном обвиняемому обвинении, право на участие в уголовном пресле­ довании по делам публичного и частно-публичного обвинения) и т. д.

Следует отметить, что рассматриваемая проблема по своим масштабам представляет особую социальную значимость. Так, по данным Информацион­ ного Центра ГУВД Иркутской области в 2000 году потерпевшими были при­ знаны 50 тыс. 467 чел., в 2001 году — 54 тыс. 780 чел., в 2002 году - 54 тыс. чел., в 2003 году - 53 тыс. 459 чел., в 2004 году - 54 тыс. 359 чел.'.

Необходимость переосмысления понятия потерпевшего, его процессу­ ального статуса в условиях действия УПК РФ свидетельствует об актуальности темы диссертационного исследования и обусловила ее выбор.

Степень научной разработанности темы. Весомый вклад в исследова­ ние анализируемой проблемы внесли такие ученые, как: Б. Т. Акрамходжаев, С. А. Альперт, В. Д. Арсеньев, М. Т. Аширбекова, Л. В. Батишева, В. П. Божьев, М. М. Выдря, В. Я. Дорохов, В. А. Дубривный, Ю. А. Иванов, Л. В. Ипьина, Н. Я Калашникова, А. В. Кожевников, Л. Д. Кокорев, П. Е. Кондратов, М. С. Косашвили, В. А. Лазарева, А. М. Ларин, В. 3. Лукашевич, Я. О. Мотовиловкер, Р. Д. Рахунов, В. М. Савицкий, К. Д. Сманов, В. А. Стремовский, М. С. Строгович, И. И. Потеружа, А. Л. Цыпкин, А. М. Чепульченко, Г. И. Чечель, С. А. Шейфер, М. П. Шешуков, Л. В. Шпилев, В. Е. Юрченко и др.

Необходимо отметить и вклад дореволюционных авторов в разработку проблем процессуального положения потерпевшего: С. И. Викторского, М. В. Духовского, А. А. Квачевского, П. В. Макалинского, Н. А. Неклюдова, Н. Н. Полянского, Н. Н. Розина, Вл. Случевского, Д. Г. Тальберга, ^Данные Информационного Центра ГУВД Иркутской области.

Л. Я. Таубера, Г. С. Фельдштейна, И. Я. Фойницкого, А. К. Фон-Резона, А. П. Чебышева-Дмитриева, И. Г. Щегловитова и др.

Различные аспекты процессуального положения потерпевшего стали предметом исследования кандидатских диссертаций А. В. Абабкова, Н. Ю. Волосовой, О. В. Голикова, А. А. Жидких, Д. Т. Зилалиева, С. А. Синенко, М. В. Танцерева, В. Г. Ульянова, П. С. Яни и др.

В последние годы отдельные вопросы темы рассматривались в работах А. И. Бойко, Л. В. Брусницына, В. М. Быкова, Е. М. Варпаховской, С. А. Вахрушева, Е. М. Головащук, А. А. Дмитриевой, С. Р. Зеленина, Н. А. Колоколова, Е. Е. Кондратьева, С. В. Круглова, Н. В. Кузнецовой, С. Ф. Любичевой, Л. Н. Масленниковой, В. Н. Осипкина, Ю. Е. Петухова, П. А. Скобликова, А. Н. Халикова и др.

При очевидной ценности этих работ следует признать, что в условиях действия УПК РФ проблема процессуального положения потерпевшего прак­ тически не исследована. Ряд вопросов, связанных с понятием потерпевшего, моментом признания лица потерпевшим, остается либо неразрешенным, либо вызывает противоречивое толкование в правоприменительной практике.

Объект и предмет исследования. Объектом диссертационного исследо­ вания являются уголовно-процессуальные отношения, связанные с процессу­ альным статусом потерпевшего.

Предметом исследования выступают правовые нормы международного, общесоюзного, российского (современного и ранее действовавшего) законода­ тельства, регулирующего процессуальное положение потерпевшего, а также иные нормативные материалы и документы, юридическая и специальная лите­ ратура по исследуемым вопросам.

Цель и задачи. Цель диссертационного исследования состоит в том, что­ бы на основании комплексного подхода определить понятие потерпевшего, а также выработать предложения по дальнейшему совершенствованию россий­ ского уголовно-процессуального законодательства, регулирующего вопросы процессуального положения потерпевшего.

Для достижения указанной цели в диссертации поставлены следующие задачи:

- выявление закономерностей возникновения, становления и развития уголовно-процессуального законодательства, регулирующего процессуальное положение потерпевшего;

- анализ уголовно-процессуального регулирования статуса потерпевшего в некоторых зарубежных странах (Австрии, Великобритании, США, ФРГ и др.);

- исследование содержания понятия «потерпевший» и формулировка соб­ ственного его определения;

- определение оснований и процессуального порядка признания лица по­ терпевшим в уголовном судопроизводстве;

- анализ процессуального положения пострадавшего на стадии возбужде­ ния уголовного дела;

- анализ процессуального статуса потерпевшего на предварительном рас­ следовании;

- исследование особенностей реализации потерпевшим своих процессу­ альных прав Б судебных инстанциях;

- выработка конкретных предложений по совершенствованию норм УПК РФ, регулирующих процессуальное положение потерпевшего.

Методологической основой диссертации являются категории материа­ листической диалектики, а также основные концептуальные положения совре­ менной доктрины уголовно-процессуального права.

Достоверность положений, выносимых на защиту, обеспечивается при­ менением общенаучных и частно-научных методов познания: историко правовового, системного, формально-логического, сравнительно-правовового, конкретно-социологического и др.

Теоретическую основу диссертационного исследования составили науч­ ные труды по философии, теории и истории права, гражданскому праву, граж­ данскому процессуальному праву, уголовному праву и уголовно процессуальному праву.

В процессе работы автор опирался на Конституцию РФ, действующее уголовно-правовое, гражданско-правовое, гражданско-процессуальное, уголов­ но-процессуальное законодательство (УК РФ, ГК РФ, ГПК РФ, УПК РФ, Феде ральные законы), решения Конституционного Суда РФ, постановления Плену­ мов Верховных Судов СССР, РФ, относящиеся к рассматриваемым вопросам.

Использовалось ранее действовавшее отечественное уголовно-процессуальное законодательство (Устав уголовного судопроизводства 1864 г., законодательст­ во Союза ССР и РСФСР), а также современное уголовно-процессуальное зако­ нодательство ряда зарубежных стран (Австрии, Великобритании, США, ФРГ и др.) Эмпирическую базу исследования составили результаты изучения уголовных дел, рассмотренных Верховным Судом Республики Бурятия, район­ ными судами г. г. Иркутска, Улан-Удэ, материалы социологических исследова­ ний, проведенных автором в 2003-2004 г.г в виде интервьюирования 250 прак­ тических работников (100 следователей, 55 дознавателей, 40 судей, 55 адвока­ тов) по специально разработанной в этих целях анкете, а также статистические данные Информационного Центра ГУВД Иркутской области.

Научная новизна диссертации заключается в том, что автор предпринял попытку комплексного исследования процессуального положения потерпевше­ го на базе нового УПК РФ.

Проведенное исследование позволило автору разработать и обосновать ряд предложений, направленных на совершенствование и конкретизацию уго­ ловно-процессуальных норм, посвященных процессуальному статусу потер­ певшего.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Упущенная выгода как составляющая имущественного вреда непре­ менно должна подлежать возмещению, если она находится в причинно следственной связи с совершенным преступлением и бесспорно доказано, что * лицо ее могло получить.

2, Предлагается внести изменения в ч. ч. 1,2 ст. 42 УПК РФ «Потерпев­ ший» и изложить их в следующей редакции:

«1. Потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением | или общественно опасным деянием невменяемого непосредственно причи­ нен физический, имущественный, моральный вред или лицо, в отношении ко­ торого имела место угроза причинения вреда, а также юридическое лицо в случае непосредственного причинения преступлением или общественно опасным деянием невменяемого вреда его имуществу или деловой репута­ ции, и государство в случае непосредственного причинения преступлением или общественно опасным деянием невменяемого вреда его безопасности и интересам».

2. Рещение о признании потерпевшим принимается одновременно с возбуждением уголовного дела при наличии достаточных оснований пола­ гать, что лицу причинен физический, моральный, имущественный вред или создана угроза причинения указанного вреда, о чем указывается в по­ становлении о возбуждении уголовного дела. В случае, когда основания для этого отсутствуют на момент возбуждения уголовного дела, то в даль­ нейшем решение о признании потерпевшим оформляется постановлением следователя, дознавателя, прокурора, судьи либо определением суда»

(предложено мной - И. М.).

3. П. 12 ч. 2 ст. 42 УПК РФ дополнить и изложить в следующей редакции:

«Потерпевший вправе знакомиться по окончании предварительного расследо­ вания со всеми материалами уголовного дела, в том числе и прекращенного (предложено мной - И. М.)...».

4. Предлагается включить в УПК РФ новую статью 42^ «Пострадавший»:

«1. Пострадавший - лицо, которому преступлением или общественно опасным деянием невменяемого причинен физический, имущественный или моральный вред или лицо, в отношении которого создана угроза причинения вреда, но не признанное потерпевшим или частным обвинителем в установлен­ ном законом порядке».

2. Пострадавший вправе: знать о своих правах;

подавать заявление о со­ вершенном преступлении;

получать талон-уведомление о принятом заявлении;

приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следова­ теля, прокурора и суда;

получать копии постановлений о возбуждении уголов­ ного дела, об отказе в его возбуждении, быть уведомленным о передаче дела по подследственности или подсудности;

знакомиться с материалами проверки, проведенной по заявлению о преступлении, на основании которого вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела;

давать объяснения;

заявлять ходатайства и отводы;

иметь представителя (в том числе и бесплатно в определенных законом случаях);

пользоваться правами потерпевшего при про­ ведении следственных действий до возбуждения уголовного дела (осмотра мес­ та происшествия, освидетельствования, назначения судебной экспертизы);

представлять фактические данные, предметы при обжаловании постановления об отказе в возбуждении уголовного дела;

давать объяснения на родном языке или языке, которым он владеет;

пользоваться помощью переводчика бесплатно;

не давать компрометирующих себя объяснений;

быть уведомленным о возмож­ ности примирения с лицом, совершившим преступление, в случае совершения преступления небольшой или средней тяжести;

требовать возмещения поне­ сенных им расходов в связи с участием в уголовно-процессуальной деятельно­ сти;

ходатайствовать о применении мер безопасности;

3. Пострадавший не вправе: уклоняться от явки по вызову дознавателя, следователя, прокурора и в суд;

давать заведомо ложные показания».

5. В ч. ч. 2, 3,4 ст. 20, п. 13 ч. 2 ст. 42, ч. 6 ст. 144, ч. ч. 1, 2 ст. 147, ч. 1 ст.

318 УПК РФ слово «потерпевший» заменить словом «пострадавший» в соот­ ветствующем падеже.

6. Предлагается дополнить ст. 318 УПК РФ следующими частями:

«8. Заявление о преступлении может быть сделано в устном или пись­ менном виде;

9. Устное заявление о преступлении заносится в протокол, который под­ писывается пострадавшим или его законным представителем и судьей, при­ нявшем данное заявление».

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследо­ вания состоит в том, что работа представляет собой комплексное монографиче­ ское исследование проблем, связанных с процессуальным статусом потерпев­ шего.

Положения, сформулированные в диссертации, могут послужить основой для конструктивной научной дискуссии и дальнейшего теоретического иссле­ дования данной проблемы.

Предложения по совершенствованию уголовно-процессуального законо­ дательства, содержащиеся в работе, могут быть использованы в законотворче­ ской деятельности. Изложенные в диссертации выводы могут найти примене­ ние в преподавании дисциплины «Уголовно-процессуальное право» в вузах и в системе повышения квалификации практических работников, а также при под­ готовке научных работ, учебных и практических пособий, учебно методических рекомендаций по рассматриваемой проблеме.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена и об­ суждена на кафедре уголовного процесса Восточно-Сибирского института МВД России (г. Иркутск). Ее основные выводы, положения и рекомендации были доложены и обсуждены на 6 научно-практических конференциях: 3 меж­ дународных (Омск, 2004, 2005;

Хабаровск, 2005);

3 всероссийских (г. Иркутск, 2004, 2005, г. Улан-Удэ, 2005).

Основные положения диссертации опубликованы в 6 статьях, общим объемом 1,7 п. л.

Результаты диссертационного исследования внедрены в учебный процесс при преподавании дисциплины «Уголовно-процессуальное право» в Восточно Сибирском институте МВД России, Байкальском государственном университе­ те экономики и права, а также в практическую деятельность Следственного Управления ГУВД Иркутской области и Кировского районного суда г. Иркут­ ска.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих 7 параграфов, заключения, библиографии и приложений. Объем диссертации составляет 178 страниц машинописного текста, что соответствует установленным требованиям для такого вида работ.

Ф ГЛАВА I. ВОЗНИКНОВЕНИЕ, СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО СТАТУСА ПОТЕРПЕВШЕГО В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ § 1. Процессуальный статус потерпевшего в дореволюционном уголовно-процессуальном законодательстве России Важнейшим шагом в развитии российского уголовно-процессуального законодательства были Судебные Уставы 1864 года, которые в силу своей зна­ чимости и важности, несомненно, требуют особого глубокого изучения. Ведь с принятием данных актов российский уголовный процесс приобрел совершенно новые свойства «по возможностям... установления «материальной истины» по расследуемым и рассматриваемым уголовным делам»': каждый нес ответст­ венность сам за себя, осуществление судебного преследования судебными следователями и органами дознания, судебное разбирательство происходило открыто, гласно, при соблюдении непосредственности и состязательности и т.д.

Судебная реформа 1864 года, направленная «...на восстановление и воз­ рождение значения живой личности, а за ней и живой жизни в суде;

личности подсудимого, личности потерпевшего...», по праву была названа С. К. Гогелем «громадным и высоко благодетельным переворотом, великим главным делом, вызывающим глубокое изумление». Результатом преобразований стало появ­ ление следующих самостоятельных законов, которые были и до сих пор оста­ ются замечательнейшим памятником нашего законодательства, утвердившим в нашей жизни драгоценные ростки законности и правды : 1) Учреждение судеб­ ных установлений;

2) Устав гражданского судопроизводства;

3) Устав уголов­ ного судопроизводства;

4) Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями.

'Уголовный процесс: Учебник / Под ред. В. П. Божьева. - М.: Спарк, 2002. - С. 67.

f':» ^Гогель, С. К. Вопросы уголовного права, процесса и тюрьмоведения. Собр. исследований / С. К. Гогель. - СПб.: Тип. т-ва Обществ, польза, 1906. - С. 399.

•'фойницкий, И. Я. Курс уголовного судопроизводства: В 2 т. - Т. 1 / И. Я. Фойницкий. СПб.: Альфа, 1996.-С. 45.

с принятием указанных уставов в России утвердилась смешанная форма уголовного судопроизводства французского типа, при которой уголовное раз­ бирательство осуществлялось в две стадии. Первая - предварительное разбира­ тельство, не знающее сторон и их равноправия, негласное, письменное. Вторая - судебное разбирательство, основанное на гласности, устности, состязательно­ сти, свободной оценке доказательств по своему внутреннему убеждению.

Принципы, провозглашенные Судебными уставами, были прогрессивны не только для своего времени, но и, на мой взгляд, актуальны сегодня.

Впервые в Уставе уголовного судопроизводства от 20 ноября 1864 года^ (в дальнейшем сокращенно - УУС) законодательно был закреплен термин «по­ терпевший». Однако ни в одной статье УУС не раскрывалось данное понятие.

«Вопрос о том, кого следует разуметь под понятием потерпевшего, пред ставляется вопросом сложным», — писал Вл. Случевский. Но, тем не менее, ученые-процессуалисты того времени неоднократно предпринимали попытки разрешить проблему, охватывающую содержание данного понятия. Несмотря на то, что предложенные ими определения были более или менее схожи между собою, к единодушному мнению они так и не пришли.

Так, в науке уголовного процесса дореволюционного периода сосущест­ вовали три основные теории по данному вопросу: 1. Понятие потерпевшего не поддается определению;

2. Потерпевшими являются все без исключения;

3. По­ терпевшие - это лишь непосредственно пострадавшие. Рассмотрим эти теории подробнее.

I Теория, Одним из сторонников которой был Лист, полагавший, что о потерпевшем можно было говорить, в случае, если были нарушены права от­ дельного лица, хотя «уже при убийстве вопрос становится сомнительным»^, а тем более, по его мнению, при совершении государственных преступлений во ^Российское законодательство Х-ХХ веков: В 9 т. - Т. 8 / Под общ. ред. О. И. Чистякова. М.: Юрид. лит., 1991. - С. 117-251.

С ^Случевский, Вл. Учебник русского уголовного процесса. Судопроизюдство / Вл. Случевский. - СПб.:

Тип. М. М. Стасюлевича, 1892. - С. 196.

•^Цит. по: Таубер, Л. Я. Жалоба потерпевшего при преступлениях неофициальных / Л. Я.

Таубер. - Харьков: Тип. и лит. М. Зильберберга и С-вья, 1909. - С. 73.

обще невозможно говорить об отдельных потерпевших. Следует отметить, что данная позиция не нашла поддержки среди российских ученых процессуалистов того периода.

II Теория. Представителем расширительной трактовки был А, П. Чебы шев-Дмитриев. Он определял потерпевшего как любое лицо, которому нанесен какой-либо вред или убытки. Исходя из буквального толкования этого опреде­ ления, можно сделать вывод, что потерпевшими должны были быть признаны не только те, кому непосредственно преступлением причинен вред и убытки, но и другие лица (кредитор обкраденного, его семья и т.д.). Однако далее автор допустил противоречие, разъясняя, что нравственный вред давал право лицу на участие в качестве стороны только либо когда преступное деяние было направ­ лено против него непосредственно, либо вред от преступного деяния наступил и опосредованно, но отразился на потерпевшем более чем на других. Из чего явно следует, что потерпевшим могло быть признано далеко не любое лицо, понесшее вред, а лицо, понесшее вред вполне определенный и конкретный.

III Теория. Сторонниками данной концепции были П. В. Макалинский, А. К. Фон-Резон, которые разделяли потерпевших на опосредованных и непо средственных и только последние, по их убеждению, могли считаться лицами, потерпевшими от преступления. Подтверждал А. К. Фон-Резон данную точку зрения ссылкой на УУС: «лица, против которых оные (преступные деяния) со вершены» и т. д. Эта концепция представляется мне более приемлемой, чем предыдущая, поскольку позволяет ограничить круг лиц, действительно постра­ давших от преступных деяний, и наделить их соответствующими процессуаль­ ными правами для защиты своих интересов (в данном случае я не имею в виду законных представителей потерпевшего).

'Чебышев-Дмитриев, А. П. Русское уголовное судопроизводство по судебным уставам ноября 1864 года/А. П. Чебышев-Дмитриев. - СПб.: В. П. Печаткин, 1875. - С. 197.

^Макалинский, П.В. Практическое руководство для судебных следователей, состоящих при окружных судах: В 2 ч. - Ч. 1 / П. В. Макалинский. - СПб.: Тип. Н. А. Лебедева, 1890. - С.

48-49;

Фон-Резон, А. К. О потерпевшем / А. К. Фон-Резон // Юрид. летопись. - 1892. - №12.

-С. 362-393.

"'Фон-Резон, А. К. Указ. статья. - С. 371.

П. В, Макалинский, в свою очередь, считал, что потерпевшим следует признавать «то лицо, права которого, имущественные или личные, непосредст­ венно нарушены преступным деянием обвиняемого, или на права которого преступление было направлено». Отличительной чертой данного определения, на мой взгляд, является то, что автор непосредственно в нем указывает, что потерпевшими являются лица, против которых было совершено покушение или имели место угрозы, «если последние по роду своему наказуемы»^. Разделял данное мнение и С. Зен, полагавший, что «потерпевшими должны признавать­ ся: 1) все те, чье благо, материальное или нематериальное в большей или меньшей мере пострадало от преступления, или было поставлено преступле­ нием в опасность (выделено мной - И. М.) (напр., напуганные слишком быст­ рой ездой) и 2) те, для которых с вопросом об ответственности преступника связывается вопрос об обязанности вознафадить причиненный преступлением материальный вред»^.

Следует отметить, что по УУС потерпевшими лица становились не толь­ ко при причинении материального вреда, а также и морального. В этой связи А. Ф. Кони писал, что «всякий вред от преступления, как материальный, так и личный, делает человека, коему он причинен, потерпевшим от преступления»"^.

Он полагал, что понятию убытка противопоставляется понятие вреда, из чего следует, что вред не всегда может быть выражен в виде непосредственно мате­ риального ущерба, и этот вред вполне мог быть личным. Согласился с данным суждением и Сенат, пояснив, что вред это не нарушение одних имущественных прав, но и личных (например, нарушение неприкосновенности и спокойствия домашнего очага: решение Сената №843 от 1869 г.).

'Макалинский, П. В. Указ. соч. - С. 48-49.

^Там же. - С. 46.

•'Зен, С. Конспекты уголовного процесса / С. Зен. - М.: Современность, 1914. - С. 32.

"^Кони, А. Ф. Собрание сочинений: В 8 т. - Т. 3 / А. Ф. Кони. - М.: Юрид. лит., 1967. - С. 427.

^Устав уголовного судопроизводства с позднейшими узаконениями, законодательными мо­ тивами, разъяснениями Прав. Сената и циркулярами Министра Юстиции / Под ред.

М. Шрамченко, В. Ширкова. - СПб.: Изд-во юрид. кн. маг. Н. К. Мартынова, 1902. - С. 4.

А. А. Квачевский определял потерпевшего не только как лицо, понесшее вред и убытки и домогающегося вознаграждения за них, но и лиц оскорблен­ ных, обиженных'. По сути, он не внес ничего нового в понятие потерпевшего, а, по словам А. К. Фон-Резона, подменил определение и без того неизвестными понятиями^.

Более детальное понятие потерпевшего, содержащее указание на воз­ можность участия представителей потерпевшего было предложено И. Я. Фой ницким, который считал, что потерпевшие - это «все лица, которые понесли от преступления какой-либо вред - материальный или нематериальный, наличный или только юридически возможный, выражающийся в нарушении прав их са­ мих или близких им по родству или опеке. Понятие вреда и убытков обнимает вред как имущественного, так и личного характера, почему наше законодатель­ ство говорит не только о лицах потерпевших, но и об обиженных...»^. Причем вред юридически возможный понимался им довольно широко: потерпевшим могло быть страховое общество по делу о поджоге, несмотря на то, что требо­ вание об уплате страховой премии ему еще предъявлено не было.

Интересной представляется и точка зрения Вл. Случевского. Он отмечал, что уголовно-материальное понятие потерпевшего не всегда совпадает с ана­ логичным понятием в смысле уголовно-процессуальном. Он считал, что «...право быть признанными по уголовному Суду потерпевшим... не за всеми теми, которые в каком бы то ни было отношении испытали на себе вред от причиненного преступления, а только за теми, в нарушении субъективных прав и интересов которых выражается преступное посягательство на охраняе­ мую уголовным законом правовую норму»'*. Из смысла определения явно сле­ дует, что автор не признавал потерпевшими пострадавших опосредованно. Со­ глашался с ним и Л. Я. Таубер, рассматривая потерпевшего как субъекта, ко ' Квачевский, А, А. Об уголовном преследовании, дознании и предварительном исследовании преступлений по судебным уставам 1864 года. Теоретическое и практическое руководство. Ч. 1. / А. А. Квачевский.- СПб.: Тип. Ф. С. Сущинского, 1866. - С. 181.

^Фон-Резон, А. К. Указ. статья. - С. 367.

^Фойницкий, И. Я. Указ. соч. - Т. 2. - С. 21.

''Случевский, Вл. Указ. соч. - С. 196.

торому принадлежит нарушенное преступным деянием субъективное право'.

Он считал, что существует бытовое и юридическое понятия потерпевшего. Для того, чтобы выявить потерпевшего необходимо было, по его мнению, произве­ сти следующую логическую операцию: выяснить какие нормы были нарушены преступным деянием, затем разложить эти нормы на права и обязанности и определить, кто является субъектом этих прав - это и есть потерпевший в юри­ дическом смысле.

М. В. Духовской отмечал, что вред, причиненный лицу, мог быть как ма­ териальным, так и моральным, поясняя при этом, что судебные уставы прояв­ ляют слабую заботу о правах потерпевших, особенно пострадавших морально^.

С. И. Викторский утверждал, что потерпевшие, «завоевывая себе права гражданского истца, и расширили понятие потерпевшего (выделено С. И. Вик торским). В настоящее время под это понятие подходят: во-первых, непосред­ ственно пострадавшие материально;

во-вторых, страдающие идеально, репута­ цией, напр. - представители железно-дорожного общества из-за взяток...;

в третьих, могущие еще только пострадать, напр. - сосед выстроившего себе дом, грозящий падением;

в-четвертых, законные представители непосредственно пострадавших, напр. не только ближайшие и нисходящие, но и восходящие родственники убитого или изнасилованной. При этом безразлично правоотно­ шение лица к вещи: так, потерпевшим признается не только собственник, но и управляющий, пастух, хозяин помещения»^.

Небезынтересно отметить, что по поводу понятия потерпевший Г. С. Фельдштейн писал, что «отдельные стороны этого положения несомнен­ но могут видоизменяться...На почве подобных изменений появляются разного рода модификации понятия потерпевшего...Постепенно само понятие диффе­ ренцируется и получаются различные его оттенки...». Впоследствии он доста 'Таубер, Л. Я. Указ. соч. - С. 71.

^Духовской, М. В. Русский уголовный процесс / М. В. Духовской. - М.: Изд-во для студен­ тов. Унив. тип., 1902.-С. 198.

^Викторский, с. И. Русский уголовный процесс / С. И. Викторский. - М.: Юрид. бюро Горо дец, 1997.-C.236.

точно емко, но не совсем подробно определил данное понятие, указав, что под потерпевшим понимается «лицо которое понесло известный вред, нарушено в своих правах и обращается к суду, добиваясь наказания обидчика и возмеще­ ния убытков» \ Полагаю, что определить понятие потерпевшего нелегко и необходимо в данном случае согласится с Вл. Случевским, который утверждал, что во всех случаях понятие потерпевшего не будет понятием тождественным, неизмен­ ным, а, наоборот, будет расширяться или ограничиваться применительно к той процессуальной роли, которая возлагается на потерпевшего УУС.

При этом следует отметить, что при всем многообразии мнений, на прак­ тике Сенат в большей степени склонялся к возможности более широкого тол кования потерпевшего. Так, в качестве обвинителя разрешено было выступать наследнику лица, заявившего обвинение в мошенничестве;

потерпевшими счи­ тались не только лицо, в квартире которого произошла кража вещей, принад­ лежащих не ему, а также владелец похищенного.

Потерпевший от преступления приравнивался УУС к органам, возбуж­ дающим уголовное преследование (ст. 2 УУС). В роли потерпевших могли вы­ ступать не только физические, но и юридические лица. В частности. Сенат при­ знал потерпевшим общество русских драматических писателей, поскольку данное общество обязано было по уставу охранять права литературной собст­ венности на драматические произведения их членов (решение Сената 78/63)^.

Лицо, пострадавшее от преступления, или его представитель (родители, родственники, опекуны, воспитатель, поверенный) предоставляли жалобу (ст.ст. 43, 297 УУС), в которой необходимо было указать время и место совер­ шения преступления, причины, «по которым взводится на кого-либо подозре 'фельдштейн, Г. С. Лекции по уголовному судопроизводству / Г. С. Фельдштейн. - М.: Ти по-лит. В. Рихтер, 1915.-С. 201.

^Случевский, Вл, Указ. соч. - С. 198.

^Макалинский, П. В. Указ. соч. - Ч. 1. - С. 47.

•^Российское законодательство Х-ХХ веков: В 9 т. - Т. 8 / Под общ. ред. О. И. Чистякова - М.: Юрид.

лит., 1991.-С. 120.

^Случевский, Вл. Учебник русского уголовного процесса. Судоустройство / Вл. Случевский.

- СПб.: Тип. М. М. Стасюлевича, 1891. - С. 230.

ние», и понесенные вред и убытки, приблизительное исчисление вознагражде­ ния (ст. 302 У У С). Потерпевший мог потребовать вознаграждение, и тогда он становился и гражданским истцом. «Если это было дело частного обвинения, то потерпевший обязан был заявить ясно и определенно о желании возбудить преследование»\ Жалобы признавались законным поводом к возбуждению следствия и ни судебный следователь, ни прокурор не могли отказать жалобщику, в том числе и несовершеннолетнему, в возбуждении уголовного дела (ст. 303 УУС).

В ст. 304 УУС устанавливалось, что лицо, принесшее жалобу, наделяется следующими правами: 1. Выставлять своих свидетелей;

2. Присутствовать при всех следственных действиях и предлагать, с разрешения следователя, вопросы обвиняемому и свидетелям;

3. Представлять в подтверждение своего иска дока­ зательства;

4. Требовать на свой счет выдачи копий всех протоколов и поста­ новлений.

При анализе данной статьи невольно возникает вопрос: кого же законода­ тель наделил этими правами: гражданского истца, частного обвинителя или не­ посредственно жалобщика. Оговорюсь сразу, что данная проблема, имевшая важное не только теоретическое, но и, несомненно, практическое значение, вы­ зывала оживленные дискуссии в научной среде. В юридической литературе до­ революционного периода высказывались различные мнения по данному вопро­ су.

Например, А. А. Квачевский полагал, что законодатель в данном случае наделил правами всех лиц, потерпевших от преступлений (в том числе и жа­ лобщиков - лиц, потерпевших от преступлений, возбудивших следствие, но не заявивших гражданского иска и не пользующихся правами частного обвините­ ля). В подтверждение своей точки зрения он приводил следующие доводы:

«Принесшему только жалобу нельзя было отказать в этих правах, потому что лицо подвергается взысканию вреда и убытков, причиненных подсудимому, 'См. решение уголовного кассационного департамента Правительствующего Сената № за 1869 год.

неосновательным привлечением к делу (ст. 780-781), подвергая этому взыска­ нию, нужно было дать принесшему жалобу возможность защищать свои пра­ ва».^ Согласившись с ним, К. Кессель по этому поводу писал, что ограничи­ тельное толкование ст. 304 УУС нельзя назвать иначе как стеснением, поясняя при этом, что если предположить, «что составители устава уголовного судо­ производства не предоставили прав, изложенных в 304 статье, жалобщику,..., - значит утверждать, что составители устава стремились, сколь возможно более стеснить и ограничить участие в предварительном следствии именно таких лиц, которые... заинтересованы в его исходе». Стеснять жалобщиков в пользова­ нии правами значит парализовать деятельность не только жалобщиков, но и следователей. Разделяли данную позицию и И. Г. Щегловитов, и Н. Н. Полян­ ский"'.

Одним из представителей противоположной точки зрения был П. В. Ма калинский. Он утверждал, что «не было никакой надобности и было бы не­ справедливо простому жалобщику... предоставить обширные права, перечис­ ленные в 304 ст.... ». Он настаивал на том, что лицо, принесшее жалобу — это либо частный обвинитель, либо гражданский истец. В подтверждение своей точки зрения он приводил следующий аргумент: он обратился к ст. ст. 316, 359, 475, 478, 491 УУС, в которых были закреплены способы осуществления прав, указанных в ст. 304 УУС, и говорилось исключительно о гражданских истцах, частных обвинителях. Разделяя данную позицию, А. П. Чебышев-Дмитриев пи­ сал, что ст. 305 УУС, устанавливая право «принесшего жалобу» просить о при­ нятии мер к обеспечению своего вознаграждения и п. 3 ст. 304 УУС подразуме ^Квачевский, А. А. Указ. соч. - С. 194 -195.

^Кессель, К. Следственная практика / К. Кессель // Юрид. вестник. - М., 1882. - №6. - июнь. С. 332 - 333.

•'Щегловитов, И. Г. Вопросы текущей следственной практики / И. Г. Щегловитов // Журнал гражданского и уголовного права. - СПб., 1888. - кн. 5.- май. - С. 62 - 63;

Щегловитов, И.

Участие потерпевшего от преступления в уголовном преследовании / И. Щегловитов // Юрид. вестник. - М., 1888. - кн. 1. - сентябрь. - СИЗ;

Уголовный процесс. Уголовный суд, его устройство и деятельность. Лекции Н. Н. Полянского. - М.: Т-во И. Д. Сытина, 1911. С. 197.

''Макалинский, П. В. Указ. соч.- Ч. 2. - С. 231.

вает гражданского истца. Приведенные доводы достаточно убедительно опро­ вергались П. И. Люблинским, который пояснял, что «редакция ст. 304 не остав­ ляет также сомнений в необходимости более полного ее толкования, так как ею определяются сами права, тогда как статьями 316 и 475 определяется лишь по­ рядок их осуществления. В отношении этого последнего жалобщик должен быть приравнен к гражданскому истцу»'.

«Нельзя утверждать, что Судебные Уставы были безукоризненны во всех своих частях, от первой статьи до последней...» писали спустя 28 лет после их принятия. На мой взгляд, в какой-то степени это относится и к ст. 304 У У С, по­ скольку редакция данной статьи порождала длительное время споры, как среди ученых-процессуалистов, так и практиков. Думается, что не каждому лицу, по­ терпевшему от преступления, могли быть причинены вред и убытки, но, тем не менее, оно являлось потерпевшим и, безусловно, должно было иметь право за­ щищать свой законный интерес, нарушенный преступным деянием. Безуслов­ но, что правом представлять в подкрепление своего иска доказательства мог обладать только гражданский истец, но что касается всех остальных прав, ука­ занных в ст. 304 УУС, то все потерпевшие без исключения. Но, к сожалению.

Сенат взял за основу противоположную точку зрения.

С какого же момента лицо становилось потерпевшим в процессуальном смысле и могло реализовать свои права? Согласно положениям УУС лицо, по­ терпевшее от преступления, могло воспользоваться своими правами сразу по­ сле подачи жалобы о совершенном преступлении, формальной процедуры вы­ несения какого-либо постановления не требовалось.

Бесспорным преимуществом УУС, по сравнению с ранее действовавши­ ми законами, на мой взгляд, является установление возможности участия по­ терпевших от преступлений в обвинении. Однако отметим, что объем процес 'Устав уголовного судопроизводства. Систематический комментарий. - Вып. 3 / Под общ.

ред. М. Н. Гернета. - М.: Изд-во М.М. Зива Т-во тип. А. И. Мамонтова, 1914. - С. 677.

Тимановский, А. Сборник толкований русских юристов к судебным уставам императора Александра второго. За двадцать пять лет (1866-1891). Учреждение судебных установлений и устав уголовного судопроизводства. 2000 тезисов / А. Тимановский. - Изд-е 2-е. - Варшава:

Тип. К. Ковалевского, 1892. - С. 2.

суальных прав потерпевших по делам частного и публичного обвинения был различен.

По делам, подсудным общим судебным местам, обличение виновных в порядке публичного обвинения было сосредоточено исключительно в руках прокуратуры, а потерпевший пользовался существенными правами лишь на предварительном следствии, в суде же он был «...осужден на полную пассив­ ность и бездеятельность...»^;

по уголовно-частным преступлениям, которые возбуждались не иначе как по жалобе потерпевшего и могли быть прекращены за примирением, потерпевшим предоставлялось право обличать обвиняемых «...в объеме, даже опасном для публичных интересов...».

По-иному решался вопрос в мировых и судебно-административных уч­ реждениях. В этом случае потерпевшие от преступления не только возбуждали преследование, но и выступали обвинителями не только по уголовно-частным преступлениям, но и по всем общим преступлениям, кроме дел о нарушении специальных уставов, либо самостоятельно, либо разделяли это право с поли­ цией. Небезынтересно отметить, что обличение перед судом являлось правом, а не обязанностью частного лица, поэтому никто не мог быть принужден быть обвинителем по уголовному делу. Поэтому в случае неявки обвинителя по де­ лам публичным судебное разбирательство не откладывалось (ст. 135 УУС).

Исходя из анализа статей УУС, регламентирующих процессуальный ста­ тус потерпевшего как участника процесса, можно сделать вывод, что объем прав потерпевших, зависел от того, в каком качестве они выступали по кон­ кретному уголовному делу: либо как частные обвинители, либо как граждан­ ские истцы.

В связи с этим С. И. Викторский писал о том, что «участие потерпевшего в процессе весьма значительно...» (очевидно имея в виду гражданского истца и частного обвинителя, поскольку непосредственно потерпевшему УУС пре iS»

'Случевский, Вл. Указ. соч. Судопроизводство - С. 180.

^Там же.

''Викторский, С. И. Указ. соч. - С. 237.

доставил весьма ограниченные процессуальные права, такие как право отвода судей или прокурора (ст. ст. 599, 609 УУС), а также право приносить жалобы на определение окружного суда о прекращении предварительного следствия ' (ст. 528 УУС), введенное Законом от 03.05. 83 года «О порядке прекращения следствий»).

Частный обвинитель, несомненно, был наделен более широким комплек­ сом прав, вероятно, поэтому И. Я. Фойницкий называл его полным господином состязательного процесса\ Частный обвинитель вправе был предъявлять или не предъявлять обвинение;

он указывал пределы судебного разбирательства (лишь то, что указано в жалобе);

мог прекратить обвинение, отказавшись от него явным или предполагаемым (неявка) способом;

мог примириться с обви­ няемым. При наличии нескольких потерпевших каждый из них пользовался самостоятельно правом обвинения и примирения, но наказание, понесенное по жалобе одного из них, покрывало весь уголовный иск и не могло быть назна­ чено по жалобе других. Не подавшие жалобы потерпевшие могли вступить в дело, начатое по жалобе других. Смерть обвинителя не признавалась основа­ нием для прекращения уголовного преследования, все права умершего перехо­ дили к наследникам, кроме права примирения.

На предварительном следствии частный обвинитель был наделен сле­ дующими правами, помимо указанных в ст. 304 УУС: отводить судебного сле­ дователя (ст. 273 УУС), отводить свидетелей обвиняемого (ст. ст. 444, УУС), приносить жалобы суду на всякое следственное действие, нарушающее права частного обвинителя (ст. ст. 491,493,498 УУС), давать объяснение в суде при рассмотрении жалобы (ст. 504 УУС).

Обязанность потерпевшего состояла в том, чтобы воздержаться от лжи­ вых доносов и ложных показаний.

На стадии судебного разбирательства в процессуальном отношении сто­ роны были равны. Однако, я полагаю, что это равноправие ограниченное, по­ скольку «полная равноправность сторон - это идеал, к которому стремятся за 'Фойницкий, И. Я. Указ. соч. -Т. 2. - С. 31.

конодательства, его однако же никогда полностью не достигая»^ Ведь для осу­ ществления этого принципа недостаточно признания равенства сторон в пра­ вах, а необходимо, чтобы оно проявлялось в равенстве правовых средств их lb реализации.

Как прокурор, так и частный обвинитель, так и подсудимый в этой ста­ дии имели право ходатайствовать о вызове свидетелей и сведущих людей (ст.

574 УУС), предъявлять суду заявления и доказательства, заявлять отводы су­ дей, присяжных заседателей, свидетелей и сведущих людей (ст. 600-602-605, 656 УУС), предлагать вопросы с согласия председателя, возражать против их показаний и просить о передопросе в присутствии или отсутствии друг друга (ст.ст. 630, 694, 731 УУС) и очных ставках, представлять в подтверждение сво­ их показаний доказательства (ст. 630 УУС) и другие.

Не менее значительной фигурой уголовного судопроизводства являлся гражданский истец, который, как и частный обвинитель, признавался стороной и участвующим в деле лицом. В ст. 6 УУС было установлено, что гражданский истец - лицо, потерпевшее от преступления или проступка, но не пользующее­ ся правами частного обвинителя, в случае заявления им иска о вознаграждении за вред и убытки во время производства уголовного дела. На мой взгляд, поло­ жение, содержащееся в данной статье, законодатель сформулировал не совсем удачно. Поскольку, если исходить из буквального толкования вышеуказанного утверждения, то невольно приходишь к выводу, что потерпевшее лицо, поль­ зующееся правами частного обвинителя, не может выступать гражданским истцом по уголовному делу. Но разве частный обвинитель не может требовать вознаграждение за причиненные ему вред и убытки? В связи с этим вполне убедительным представляется мнение П. В. Макалинского, который утверждал, что данная статья должна применяться к случаям, когда потерпевших несколь­ ко и не все они являются частными обвинителями по уголовному делу и не пожелавший быть частным обвинителем по уголовному делу может явиться 'Случевский, Вл. Указ. соч. Судопроизводство. - С. 63.

гражданским истцом, если уголовное дело возбуждено другим потерпевшим лицом в качестве частного обвинителя (решение Сената №801 за 1868 г.)'.

Процессуальные права и обязанности гражданского истца были не одина­ (Р ковы в различных стадиях уголовного судопроизводства. На предварительном следствии он был наделен теми же правами, что и частный обвинитель. Он дос­ таточно активно участвовал в процессе, однако, будучи участвующим в деле лицом, он, тем не менее, был ограничен в правах пределами предъявленного им гражданского иска. На предварительном следствии он также как и частный об­ винитель имел право выставлять свидетелей, представлять доказательства в подтверждение своего иска (ст. 304 У У С), делать замечания, опровергать дово­ ды и соображения противной стороны, требовать вознаграждения (ст. У У С), рассматривать подлинное дело в канцелярии суда (ст. 570 У У С) и т.д. Во время судебного следствия он мог обжаловать приговор только в пределах ис­ ка. По окончании судебного следствия ему предоставлялось право участия в прениях (ст.ст. 742, 743, 748 У У С), право обжалования постановленных приго­ воров.

Гражданский истец мог выступать как лично, так и через представителя на любой стадии уголовного судопроизводства, несмотря на то, что возмож­ ность участия поверенного на предварительном следствии подвергалась со сто­ роны Сената резкой критике. В подтверждение своей точки зрения он приво­ дил следующие аргументы: во-первых, в законе предусматривалось участие поверенных гражданского истца только на стадии окончательного производст­ ва, во-вторых, необходимо было соблюдать равноправие, ведь обвиняемый не имел представителя на этом этапе, в-третьих, только обеспеченные люди могли воспользоваться этим правом. Причем на практике Сенат допускал участие по­ веренных на стороне частных обвинителей. Но ведь частный обвинитель мог заявить гражданский иск. Как в этом случае поступить? Ограничить права по 'Макалинский, П. В. Указ. соч. - Ч. 1. - С. 50;

См. также: Руководство для мировых судей.

Устав уголовного судопроизводства: В 2 т. - Т. 1 / Под ред. Н. Неклюдова. - СПб.: Рус. кн.

торговля, 1872.-С. 13.

веренного частного обвинителя пределами уголовного обвинения, а частный обвинитель бы поддерживал иск? В этом случае, если допускать поверенных на стороне гражданских истцов по делам частного обвинения, то почему бы ни допустить их по делам публичного обвинения?^ Что касается ссылки на необ­ ходимость соблюдения равноправия на стадии предварительного расследова­ ния, то она не является достоверным доводом, на мой взгляд, поскольку на дан­ ной стадии состязательность сторон отсутствует. Наиболее последовательной и убедительной представляется позиция И. Я. Фойницкого, предлагавшего в этом случае руководствоваться общим смыслом закона: право иметь поверенного^.

Однако практика Сената пошла по-другому пути и запретила поверенным уча­ ствовать на стороне гражданских истцов на стадии предварительного следствия (решение Сената 84/11).

Н. Н. Розин полагал, что гражданским истцом по нашему праву может вы­ ступать исключительно «лицо, понесшее от преступного деяния вред, допус кающий имущественную оценку».


Следует отметить, что Сенат в своей прак­ тике прибегал к расширительной трактовке гражданского истца. Нередко по­ терпевший, который не пострадал материально, вынужден был формально предъявить гражданский иск, чтобы отстаивать на суде нарушенные преступ­ лением нематериальные интересы. Так, по делу Назарова, допущение отца из­ насилованной и покончившей самоубийством после изнасилования Черемно вой в качестве гражданского истца, не было признано нарушением, несмотря на то, что изнасилование дочери не принесло отцу никаких материальных убыт­ ков. Проанализировав данную ситуацию, А. Ф. Кони писал: «Возможно ли устранить от участия в процессе человека, относительно дочери которого ста­ вится альтернатива: или продажная женщина и шантажистка, или несчастная жертва грубого насилия?.. Честь... дочери.., которая не может сама встать на 'Щегловитов, И. Г. Вопросы текущей следственной практики / И. Г. Щегловитов // Журнал (« гражданского и уголовного права. - СПб., 1888. - кн. 5.- май. - С. 63.

^Фойницкий, И. Я. Указ. соч. - Т. 2. - С. 81.

^Розин, Н. Н. Уголовное судопроизводство. Пособие к лекциям / И. Н, Розин. - Томск: Типо лит. Сибирск. т-ва печ. дела, 1913. - С. 224.

свою защиту, есть достояние ее отца и матери, и они должны быть допущены к охранению этого достояния, которое возможно лишь в роли гражданского ист­ ца». Сенат впоследствии согласился с данным мнением и с тех пор лица, по­ страдавшие от преступления нематериально, стали выступать как формальные гражданские истцы, а недопущение такого лица к участию в процессе в качест­ ве гражданского истца являлось существенным нарушением и безусловным по­ водом к отмене вынесенного решения по уголовному делу.

Между тем ученые всегда предпринимали попытки разграничивать поня­ тия гражданского истца, частного обвинителя и потерпевшего. П. В. Макалин ский, Д. Г. Тальберг предполагали, что понятие «потерпевший» является родо­ вым понятием, а частный обвинитель и гражданский истец - понятия видовые^, причем Вл. Случевский писал, что по УУС частные обвинители и гражданские истцы, так или иначе, являются потерпевшими от преступления. Частный об­ винитель является лицом, возбуждающим ответственность виновника преступ­ ления, с целью применения к нему наказания. Совершенно иная цель сущест­ вует у гражданского истца. Последний предъявляет свой иск с целью возмеще­ ния причиненного преступлением ущерба. Основанием предъявления граждан­ ского иска являются не только факты, входящие в законный состав данного преступления, но и факты вне этого состава, но связанные непосредственной причинной связью.

Выводы:

1. УУС внес существенные изменения в российский уголовный процесс, повлияв, тем самым, и на процессуальное положение участников, включая по­ терпевших.

2. Несмотря на то, что законодательная техника УУС оставляла желать лучшего, тем не менее, законодатель достаточно подробно для своего времени, 'Кони, А. Ф. Указ. соч.- Т. 3. - С. 441.

,f» ^Макалинский, П. В. Указ. соч. - 4.1. - С. 50;

См. также: Щегловитов, И. Участие потерпев­ шего от преступления в уголовном преследовании / И. Щегловитов // Юрид. вестник. — М., 1888. - Кн. 1. — сентябрь. - Т. XXIX. - С. 108;

Тальберг, Д. Г. Русское уголовное судопроиз­ водство: В 2 т. - Т. 2 / Д. Г. Тальберг. - Киев: Тип. К. Н. Милевского, 1890. - С. 23.

хотя и не совсем последовательно, регламентировал права лиц, пострадавших от преступлений.

3. Потерпевший по УУС обладал достаточными правами для защиты своих законных интересов и прав и его роль была в процессе более существен­ на, по сравнению с настоящим, хотя бы по тому, что частное начало было раз­ вито намного сильнее и вступление в процесс потерпевшего не зависело от во­ ли должностных лиц, он имел право на получение копий со всех протоколов и постановлений, а также присутствовать при всех следственных действиях.

§ 2. Регулирование процессуального положения потерпевшего в советском уголовно-процессуальном законодательстве Ряд положений УУС был воспринят Уголовно-процессуальными кодек­ сами 1922 и 1923 года, хотя на практике они, как правило, не реализовывались.

Как отмечал В. П. Божьев, «не был воспринят либерально-демократический дух Устава»'.

Первые годы советской власти ознаменовались правовой реформой, в том числе и в сфере уголовного судопроизводства. Так, в п. 3 ст. 3 Декрета СНК РСФСР «о суде» №1, принятого 24 ноября 1917 года, устанавливалось, что обвинителями могли выступать все неопороченные граждане обоего пола, в том числе и потерпевшие. Согласно Декрету СНК РСФСР от 4 мая 1918 года «О революционных трибуналах» общегражданское обвинение было заменено должностным, но, тем не менее, за потерпевшими было сохранено право вы­ ступать в качестве обвинителя по делам частного обвинения.

В ст. 49 Положения о полковых судах, утвержденным Декретом СНК РСФСР 10 июля 1919 года"*, предусматривалось участие потерпевшего по всем уголовным делам, независимо от участия в деле должностного обвинителя. По (|г 'Уголовный процесс: Учебник / Под ред. В. П. Божьева. - М.: Спарк, 2002. - С. 72.

^ Собрание узаконений РСФСР. - 1917. - №4. - Ст. 50.

^ Собрание узаконений РСФСР. - 1918. - №35. - Ст. 471.

" Собрание узаконений РСФСР. - 1919. - №31-32. - Ст. 326.

• терпевший имел в процессе все права стороны, то есть право участвовать в ис­ следовании доказательств, выступать в прениях, обжаловать приговор, участ­ вовать в кассационном рассмотрении дела\ В рассматриваемый период существовало три категории дел: дела пуб­ личного обвинения;

дела частного обвинения;

дела частно-публичного обвине­ ния.

В ст. 10 УПК РСФСР 1922 года устанавливалось, что дела частного об­ винения (ст. 103, ч. 1 ст. 157, ст.ст. 172, 173, 174, 175 УК РСФСР) возбуждались не иначе, как по жалобе потерпевшего, и подлежали прекращению в случае примирения потерпевшего с обвиняемым до вступления приговора в законную силу. Однако в ч. 2 данной статьи был предусмотрен случай, когда потерпев­ ший был лишен этой возможности - в случае, если прокуратура признавала необходимым выступить в процессе в целях охраны публичного интереса. В ст.

11 УПК РСФСР было закреплено, что дела о преступлениях, предусмотренных ст.ст. 153, 166, 167, 169, 198 и 199 УК РСФСР, возбуждались не иначе, как по жалобе потерпевшего, но прекращению за примирением сторон не подлежали.

Потерпевший признавался стороной в процессе не только по делам частного обвинения, но также в случае предъявления им гражданского иска. В обязанно­ сти следователя входило разъяснение потерпевшему права предъявить граж­ данский иск, а также принять меры к его обеспечению (ст. ст. 122, 124 УПК РСФСР). Гражданский иск мог быть заявлен до начала судебного следствия, причем если дело было отложено, то потерпевший мог заявить иск при вторич­ ном слушании дела (ст. 15 УПК РСФСР). В случае, если в иске было отказано при производстве по уголовному делу, то потерпевший лишался права вто­ ричного предъявления того же иска.

Также потерпевший, в тех случаях, когда ему предоставлялось право под­ держания уголовного обвинения, мог иметь в качестве представителя члена ' Шейфер, С. А. Участие потерпевшего и его представителя на предварительном следствии:

Учебное пособие / С. А. Шейфер, В. А. Лазарева. - Куйбышев: Изд-во Куйбышев, гос. ун-та, 1979.-С. 5.

^ Собрание узаконений РСФСР. - 1922. - №20-21. - Ст. 230.

коллегии защитников, близких родственников, законных представителей, упол­ номоченных профсоюзов (ст. 55 УПК РСФСР).

На предварительном следствии потерпевший имел право: присутствовать при производстве осмотра, допроса и других следственных действиях, задавать вопросы свидетелям и экспертам с разрешения следователя (ст. 117 УПК РСФСР), иметь переводчика, заявлять ходатайства о допросе свидетелей и экс­ пертов, а также собирании доказательств (ст. 114 УПК РСФСР). Потерпевший, как лицо заинтересованное, мог приносить жалобы на действия следователя, нарушающие или стесняющие его права (ст. 216 УПК РСФСР), давать словес­ ные объяснения в суде по поводу жалобы (ст. 223 УПК РСФСР).

Следует, однако, отметить, что права потерпевшего в УПК РСФСР г. были несравнимо ничтожны, по сравнению с правами подозреваемого, обви­ няемого. Так, на стадии предварительного следствия в случае, если следователь признавал экспертизу недостаточно ясной или неполной, он был вправе как по собственной инициативе, так и по ходатайству обвиняемого назначить новое производство экспертизы (ст. 177 УПК РСФСР), потерпевший был лишен этого права. По окончании предварительного следствия следователь был обязан оз­ накомить обвиняемого с материалами уголовного дела, а если последний по­ считает нужным дополнить предварительное следствие, то следователь обязан был сделать это (ст. ст. 211, 212 УПК РСФСР). Потерпевший и в этом случае также был бесправен.

После принятия УПК РСФСР 1923 года' потерпевший в целом был обре­ чен на полную пассивность как участник уголовно-процессуальных отношений.

Так, на стадии предварительного следствия он имел право заявлять ходатайства о допросе свидетелей, экспертов и собирании других доказательств, если об­ стоятельства, об установлении которых он ходатайствует, могут иметь значение для дела (ст. 112 УПК РСФСР), приносить жалобы на действия следователя (ст.

212 УПК РСФСР). В суде же принимал участие лишь как свидетель. П. Купко верно охарактеризовал процессуальное положение потерпевшего в тот период:

'Собрание узаконений РСФСР. -1923. - №7. - Ст. 106.

«он... не имеет права не только выступать с обвинительной речью, но и зада­ вать вопросы обвиняемому и свидетелям в процессе судебного разбора дела»^ Участие потерпевшего в следственных действиях не было отражено в УПК РСФСР 1923 г. И лишь по делам частного обвинения, а также в случае за­ явления потерпевшим гражданского иска ему предоставлялись права участника уголовного процесса. Именно по этой причине потерпевшие, хоть и не часто, вынуждены были подавать формальные гражданские иски для того, чтобы хоть как-то защитить свои права: и в советской судебной практике имели место быть случаи, аналогичные делу Назарова^.


Таким образом, потерпевший в течение последующих 36 лет (вплоть до принятия Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных респуб лик в 1958 году (далее сокращенно - Основы), а также УПК РСФСР 1960 го­ да"*) являлся полноправным участником уголовного судопроизводства только в двух случаях: по делам частного обвинения, выступая в качестве частного об­ винителя, и будучи гражданским истцом, а в целом по своему процессуальному статусу он, был приравнен к свидетелю, отличаясь от последнего лишь тем, что на предварительном следствии он пользовался правом заявлять ходатайства и отвод следователю. Следует согласиться с мнением ученых - процессуали­ стов, утверждавших, что «...потерпевший по ранее действовавшему законода­ тельству был поставлен в неравное положение с обвиняемым,,.., а поэтому в полной мере не имел возможности защищать свои права и законные интере 'Купко, П. Права потерпевшего в уголовном процессе / П. Купко // Советская юстиция. 1939.-№15-16.- С. 25.

^ См.: Дело братьев Покровских, обвинявшихся в покушении на убийство Валерии X. (По­ лянский, Н. Процессуальные права потерпевшего / Н. Полянский // Советское государство и право. - 1940. - №12. - С. 68).

^Ведомости Верховного Совета СССР. - 1959. - №1. - Ст. 15.

"^Ведомости Верховного Совета СССР. - 1960. - №40. - Ст. 592.

сы»', «неудивительно, что потерпевший нередко оставался недоволен резуль­ татами рассмотрения дела»^.

В силу сложившейся социально-экономической обстановки в стране на­ зрела острая необходимость кардинального реформирования уголовно процессуального законодательства в сторону расширения процессуальных прав потерпевшего"'. Следует отметить, что не все авторы поддерживали эту пози­ цию, высказывались доводы и против этого. В частности, указывалось на то, что подобное улучшение процессуального положения потерпевшего как участ­ ника уголовного судопроизводства может помешать прокурору в осуществле­ нии своих функций. Однако данная позиция мне представляется не совсем по­ следовательной и обоснованной.

Крупным шагом в развитии советского уголовно-процессуального зако­ нодательства было принятие 25 декабря 1958 года Основ. Основы, а также принятый позже УПК РСФСР 1960 года существенно изменили правовое по­ ложение потерпевшего, не только предоставив ему права по защите своих на­ рушенных преступлением законных интересов, но и признав его участником уголовного судопроизводства.

В Основах впервые было закреплено понятие потерпевшего. Согласно ст. 24 Основ (ст. 53 УПК РСФСР) потерпевшим признавалось лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред.

Исходя из буквального толкования этой нормы, можно сделать вывод, что в ка­ честве потерпевшего могли выступать как физические, так и юридические ли­ ца. Однако данное предположение, по мнению большинства ученых, являлось не совсем верным, поскольку если гражданину или юридическому лицу был причинен имущественный вред, то такое предприятие и гражданин являлись ' Шпилев, В. Н, Участники уголовного процесса / В. Н. Шпилев. - Минск: Изд-во БГУ им.

Ленина, 1970. - С. 95;

См. подробнее: Строгович, М. С. Курс советского уголовного процес­ са: В 2-х т. - Т.1 / М. С. Строгович. - М.: Наука, 1968. - С. 254 - 255.

^Иванов, Ю. А. Процессуальное положение потерпевшего / Ю. А. Иванов // Вопросы теории и практики уголовного судопроизводства: Сб. науч. трудов. - М., 1984. - С. 133.

^ Купко, П. Указ. статья. - С. 25;

Полянский, Н. Указ. статья. - С. 69;

Гальперин, И. М. Об уголовном преследовании, осуществляемом потерпевшим в советском уголовном процессе / И. М. Гальперин // Советское государство и право. - 1957. - №10. - С. 50.

потерпевшими, но далее из текста ст. 24 Основ следовало, что указанными пра­ вами обладает лишь гражданин, признанный потерпевшим от преступления, т.

е. физическое лицо, а юридическое лицо в случае причинения ему имущест­ венного вреда имеет возможность выступить лишь в качестве гражданского истца'. Но существовала и противоположная точка зрения по этому вопросу.

Сторонники данной позиции высказывались, что в уголовном процессе правами потерпевшего следует наделить и юридическое лицо в случае, когда ему при чинен моральный вред. Доводы этих авторов заключались в том, что наделе­ ние юридических лиц правами потерпевшего крайне необходимо для усиления их деятельности как участников уголовного судопроизводства. Впоследствии Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении №16 от 1 ноября 1985 г. «О практике применения судами законодательства, регламентирующего участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» (далее сокращенно - Постанов­ ление №16 Пленума Верховного Суда СССР) предложил свое видение решения проблемы, пояснив в ч. 3 п. 2, что юридические лица не могут быть признаны потерпевшими^. Следует отметить, что это положение не положило конец на­ учной дискуссии по данной проблеме вплоть до принятия УПК РФ.

Безусловным достоинством Основ, на мой взгляд, являлось расширение оснований для признания лица потерпевшим — моральный вред становится са­ мостоятельным основанием для признания лица потерпевшим ( ч. 1 ст. 53 УПК РСФСР).

Существенной новеллой данного законодательного акта стало выведение показаний потерпевшего из разряда свидетельских в ранг самостоятельного ис 'Савицкий, В. М. Гарантии прав потерпевшего в советском уголовном процессе / В. М. Са­ вицкий // Актуальные вопросы уголовного права, криминологии и уголовного процесса (вто­ рой советско-западногерманский коллоквиум). - Тбилиси: Мицниереба, 1986. - С. 199;

Рати­ нов, А. Участие потерпевшего в предв^ительном следствии / А. Ратинов // Социалистическая за­ конность. - 1959. - №4. - С. 32;

Шпилев, В. Н. Указ. соч. - С. 95;

Альперт, С. А. Участники советского уголовного процесса (конспекг лекций) / С. А. Альперт. - Харьков: Изд-во Харьк.

юрид. ин-та, 1965. - С. 23.

^Строгович, М. С. - Т. 1. - С. 256;

Кокорев, Л. Д. Потерпевший от преступления в советском уголовном процессе / Л. Д. Кокорев. - Воронеж: Изд-во Воронеж, ун-та, 1964. — С. 6.

^Бюллетень Верховного Суда СССР. - 1986. - №1. - С. 10-12.

точника доказательств по уголовному делу (ст. 16 Основ, ч. 2 ст. 69, ст. 75 УПК РСФСР).

Лицо, пострадавшее от преступления, могло вступить в процесс в качест­ ве участника уголовно-процессуальных отношений только с момента призна­ ния его потерпевшим в установленном законом порядке. Следователь, орган дознания, прокурор, суд (судья), установив, что преступлением причинен мо­ ральный, физический или имущественный вред гражданину, выносили поста­ новление (определение) о признании лица потерпевшим. Постановления и оп­ ределения должны были быть мотивированными. Акт признания лица потер­ певшим осуществлялся либо по инициативе уполномоченного должностного лица, либо на основании заявления пострадавшего от преступления. О призна­ нии лица потерпевшим следователь обязан был уведомить потерпевшего и его представителя, разъяснив при этом им их права.

Потерпевший, согласно ст. 24 Основ, ч. 2 ст. 53 УПК РСФСР, был наде­ лен следующими правами: давать показания по делу, представлять доказатель­ ства, заявлять ходатайства, знакомиться с материалами уголовного дела с мо­ мента окончания предварительного следствия, заявлять отводы, приносить жа­ лобы на действия органа дознания, следователя, прокурора и суда, а также на приговор и определения суда и постановления народного судьи, поддерживать обвинение во время судебного разбирательства во всех случаях, предусмотрен­ ных законодательством союзных республик;

иметь своего представителя на дознании, предварительном следствии и в суде. В случае если потерпевшему был причинен имущественный вред, он имел право предъявить к обвиняемому или лицам, несущим материальную ответственность за действия обвиняемого, гражданский иск (ст. 25 Основ). Кроме того, ему предоставлялось право участ­ вовать с разрешения следователя в отдельных следственных действиях (осмотр, обыск, следственный эксперимент и др.).

Наибольшие споры в юридической литературе вызывало право потер­ певшего иметь представителя. Это предоставленное законодателем право имеет весьма важное не только теоретическое, но и практическое значение для лица, потерпевшего от преступления. Оно означает, по мнению В. М. Савицкого, «...признание наличия у самого потерпевшего самостоятельного процессуаль­ ного интереса, т.е. характеризует его как сторону в процессе»'. Одной из гаран­ тий обеспечения прав потерпевшего, несомненно, является наделение его воз­ можностью осуществлять свои права одновременно с представителем, что не­ свойственно было изначально для советского уголовного процесса, поскольку в ряде случаев закон содержал альтернативу: потерпевший должен был осущест­ влять свои права самостоятельно без поддержки представителя или, наоборот, представитель должен был действовать самостоятельно в интересах потерпев­ шего. Абсолютно верно в юридической литературе было отмечено, что пред­ ставитель потерпевшего действует не наряду с потерпевшим, а в ряде случаев вместо него (что явно вытекало из текста закона: в первоначальной редакции ч.

2 ст. 24 Основ устанавливалось, что перечисленными правами обладает «по­ терпевший или его представитель»). Так, например, в ч. 2 ст. 295 УПК РСФСР было указано, что по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 112, ч. 1 ст.

130, ст. 131 УК РСФСР, в судебных прениях участвует потерпевший или (вы делено мной — И. М.) его представитель. Думается, что наличие у потерпевше­ го представителя должно укреплять его позицию, а не ограничивать в правах.

Следует отметить, что впоследствии эта законодательная недоработка была устранена, и в новой редакции разделительный союз «или» совершенно спра ведливо, на мой взгляд, был заменен союзом «и». Позже в п. 6 Постановления №16 Пленум Верховного Суда СССР пояснил, что представители и законные представители могут участвовать в деле как наряду с потерпевшим, так и в его отсутствие, за исключением случаев, предусмотренных в законе. Таким обра­ зом, потерпевший получил реальную возможность реализовать свои права од­ новременно со своим представителем, что создавало, по моему мнению, допол 'Савицкий, В. М. Указ. статья. - С. 201.

^См. также: ст. 200 (Ознакомление потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответ­ чика с материалами уголовного дела), ст. 276 (Заявление и разрешение ходатайств) УПК РСФСР.

•'Ведомости Верховного Совета СССР. -1981. - №33. - ст. 966.

"^Бюллетень Верховного Суда СССР. - 1986. - №1. - С. 10-12.

нительные благоприятные условия для защиты интересов потерпевших, нару­ шенных преступным деянием.

Согласно ст. 72 УПК РСФСР адвокат, представитель профсоюза и дру­ гой общественной организации не могли быть допрошены в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших им известными в процессе исполнения обязанно­ стей представителя. Данное положение, бесспорно, способствовало установле­ нию доверительных отношений между потерпевшим и его представителем, что также содействовало защите прав пострадавших. Участие же законных пред­ ставителей потерпевшего, напротив, не исключало возможности допроса этих лиц.

В ч. 4 ст. 53 УПК РСФСР устанавливалось, что по делам, о преступлени­ ях, последствием которых явилась смерть потерпевшего, права потерпевшего переходят к одному из близких родственников, «в случае если же на предостав­ лении прав настаивали несколько человек из числа последних, они также могли быть признаны потерпевшими по уголовному делу»'.

Согласно ст. 24 Основ потерпевший был наделен правом ознакомления с материалами уголовного дела лишь по окончании следствия. Следовательно, в случае, если предварительное следствие не производилось, а производилось дознание, то по окончании дознания потерпевший не имел права требовать предъявления ему материалов уголовного дела. В этом случае он, как было ус­ тановлено в ст. 120 УПК РСФСР, всего лишь извещался об окончании дознания и направления дела прокурору.

В случае прекращения уголовного дела потерпевший имел право ознако­ миться с основаниями прекращения, а также обжаловать данное процессуаль­ ное действие в течение 5 суток в вышестоящий суд или вышестоящему проку­ рору.

На стадии судебного разбирательства потерпевший пользовался равными правами с другими участниками процесса (обвинителем, подсудимым, защит­ ником, гражданским истцом, гражданским ответчиком): присутствовать в зале ^Бюллетень Верховного Суда СССР. - 1986. - №1. - С. 10 -12.

судебного заседания в течение всего разбирательства по уголовному делу, пользоваться родным языком и услугами переводчика, знать состав суда и за­ являть отводы (ст. 272 УПК РСФСР);

знать свои права (ст. 274 УПК РСФСР);

заявлять ходатайства и высказываться по поводу ходатайств, заявленных дру­ гими лицами (ст. 276 УПК РСФСР);

предъявлять гражданский иск (ч. 2 ст. УПК РСФСР);

примириться с подсудимым по делам частного обвинения, если по ним не производилось следствие или дознание (ст. 274 УПК РСФСР);

выска­ зать свое мнение о возможности рассмотрения дела в отсутствие кого-либо из отсутствующих в деле лиц (277 УПК РСФСР);

задавать вопросы подсудимым (ст. 280 УПК РСФСР), свидетелям (ст. 283 УПК РСФСР), экспертам (ст. УПК РСФСР), давать показания, используя при этом в определенных законом случаях письменные заметки и документы;

участвовать в осмотре веществен­ ных доказательств, местности и помещения (ст. ст. 291, 293 УПК РСФСР);

до­ полнять судебное следствие (ст. 294 УПК РСФСР);

участвовать в судебных прениях в определенных законом случаях (ч. 2 ст. 295 УПК РСФСР);

высту­ пать в определенных законом случаях с репликой по поводу сказанного в речах;

предоставить суду предлагаемую им формулировку решения по основным во­ просам обвинения (ст. 298 УПК РСФСР);

иметь представителя;

получить воз­ мещение понесенных расходов в связи с вызовом его в суд;

знакомиться с про­ токолом судебного заседания;

подавать свои замечания на протокол судебного заседания (ст. 265 УПК РСФСР)\ Кроме того, потерпевший, признанный граж­ данским истцом, имел право поддерживать гражданский иск и просить суд о принятии мер обеспечения, заявленного им иска.

Небезынтересно отметить, что в первоначальной редакции в ч. 2 ст. Основ речь шла о праве потерпевшего «участвовать в исследовании доказа­ тельств на судебном следствии», позднее же эта часть нормы претерпела изме 'Юрченко, В. Е. Гарантии прав потерпевшего в судебном разбирательстве / В. Е. Юрченко. - Томск:

Изд-во Том. ун-та, 1977. - С. 34.

нения и была изложена в следующей редакции: потерпевший и его представи­ тель вправе «участвовать в судебном разбирательстве»'.

В ст. 24 Основ потерпевшему было предоставлено право обжаловать приговор или определение суда, а также постановление народного судьи в те­ чение семи суток со дня провозглашения приговора (ст. 328 УПК РСФСР). По­ терпевший вправе был знакомиться с поступившими в суд жалобами других участников процесса или протестом прокурора и подать на них свои возраже­ ния. Суд первой инстанции обязан был известить потерпевшего и предоставить ему возможность ознакомиться с жалобами или протестом. Возражения потер­ певшего приобщались к делу или направлялись в дополнение к делу в течение суток в соответствии со ст. 327 УПК РСФСР. Потерпевший также был наделен правом в любое время представлять в суд кассационной инстанции дополни­ тельные материалы, но до дачи прокурором заключения (ст. 337 УПК РСФСР).

Возможность принять участие в заседании суда кассационной инстанции явля­ ется, по-моему, одной из надежных гарантий защиты прав и законных интере­ сов потерпевшего.

Таким образом, потерпевший стал реально достаточно самостоятельным участником уголовного судопроизводства не только на стадии предварительно­ го следствия, судебного разбирательства в суде первой инстанции, но и в ста­ дии кассационного производства, где ему были предоставлены необходимые возможности для отстаивания, защиты своих законных прав и интересов, нару­ шенных преступлением.

Итак, Основы и УПК РСФСР, несмотря на свои недостатки, были про­ грессивны для своего времени. Существенное расширение прав потерпевшего, способствовало тому, что он стал обладателем, в принципе, более широких возможностей для защиты своих прав и законных интересов, нарушенных пре­ ступлением.

'Боголюбская, Т. В, Новое в уголовно-процессуальном законодательстве: Учебное пособие / Т. В. Боголюбская, В. И. Дьяченко, Г. Ю. Прохорова / Под ред. А. А. Чувилева. - М.: Изд-во Моск. высш. шк. милиции МВД СССР, 1987. - С. 26.

Важнейшим событием в развитии России стало принятие 12 декабря года Конституции РФ, отразившей кардинальные изменения, произошедшие в социальной, экономической и политической жизни российского общества.

Конституция РФ впервые закрепила смену государственных ориентиров в сторону приоритета прав и свобод человека в деятельности всех органов госу­ дарства, а также безусловную ориентацию на эти права.

В ст. 2 Основного Закона установлено: «Человек, его права и свободы яв­ ляются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод че­ ловека и гражданина - обязанность государства».

В действовавшем же в это время уголовно-процессуальном законодатель­ стве наблюдалось явное несоответствие конституционным нормам, несмотря на многочисленные внесенные изменения\ В качестве приоритетных целей совет­ ского уголовного судопроизводства было закреплено быстрое и полное рас­ крытие преступлений, изобличение виновных и обеспечение правильного при­ менения закона с тем, чтобы каждый совершивший преступление был подверг­ нут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уго­ ловной ответственности и осужден (ч. 1 ст. 2 УПК РСФСР). В этой норме ни слова не говорилось о приоритете прав лиц, потерпевших от преступлений. В ч. 3 ст. 123 Конституции РФ установлено, что судопроизводство осуществляет­ ся на основах состязательности и равноправия сторон. Однако дисбаланс про­ цессуального статуса потерпевшего, его представителей и правового положе­ ния подозреваемого, обвиняемого и подсудимого, его защитника всегда был налицо и достаточно активно усиливался. Совершенно верно отмечал А. Бой­ ков: «Парламент России, озабоченный поиском гарантий прав личности, внес в последнее время ряд изменений и дополнений в УПК РСФСР, направленных на обеспечение прав подозреваемого и обвиняемого (выделено А. Бойковым), ко­ торые, нередко превышая реальные возможности правоохранительной систе­ мы, вступают в противоречие с принципами процессуального регулирования и со здравым смыслом.... Между тем не было проявлено ни малейшего внимания ^В УПК РСФСР 1960 г. было внесено более 400 изменений.

к потерпевшему (выделено А. Бойковым), который на протяжении всей исто­ рии советского уголовного судопроизводства оставался фигурой бесправной»'.

Так, в отличие от подсудимого и защитника, наделенных правом участвовать в судебных прениях по любому уголовному делу, потерпевший и его представи­ тель, согласно закону, вправе были выступать в прениях лишь по весьма огра­ ниченному кругу преступлений: 1) либо по делам частного обвинения (ч. 2 ст, 53, ч. 1, 2 ст. 295, ст. ст. 36, 421 и 447 УПК РСФСР);



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.