авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 26 |

«Российская Академия Наук Институт философии ФИЛОСОФИЯ НАУКИ Выпуск 5 Философия науки в поисках новых путей ...»

-- [ Страница 11 ] --

служить руководством для технологических, экономических, поли Одновременно он означает окончательный разрыв с традиционной тических и пр. решений, ориентиром для социальных действий, но не эмпиристской моделью познания, которая рассматривала познаю для решения кардинальных проблем человеческого существования и щего субъекта как индивида, а деятельность познания — как работу не для восстановления связи индивида с Абсолютом. Можно было бы его индивидуальных познавательных способностей. Эмпирический сказать, что современное общество, как оно конституировалось после базис науки — это не то, что непосредственным и достоверным об эпохи Просвещения, замыкается на себя. Не жаждет обретения связи разом дано в индивидуальном чувственном опыте индивида, но то, с Трансцендентным. Соответственно переопределяется роль и назна что признается компетентным сообществом на основании учета чение науки. Наука становится социальным институтом в ряду прочих ряда факторов, в число которых входят и признаваемые теории, и институтов. Она имеет определенную социальную функцию и более или технические возможности реализации эксперимента, и признанный менее успешно выполняет ее. Но, по сравнению с парадигмой клас статус определенных экспериментаторов и лабораторий.

сической гносеологии, ее роль оказывается гораздо менее значимой.

Что касается математического аппарата научных теорий, то со В философии науки эти процессы проявляются в том, что сни второй половины XIX в. распространяется признание того, что он мается проблема обоснования знания, встает вопрос о функциониро тоже конвенционален, а не обусловлен рациональной интуицией вании науки как социального института, восстанавливается в своих субъекта и не вытекает из врожденных ему истин.

правах значение познавательных традиций и появляется проблема Таким образом, мы видим, что у Гуссерля в «Начале геометрии», и «кризиса западноевропейской науки». Этот кризис, как объясняет во втором и третьем позитивизме, а затем в постпозитивизме, имеются Гуссерль, возник, несмотря на то, что успехи науки впечатляющи, а ее рассуждения, которые являются симптомом признания социального строгость не ставится под сомнение, потому, что наука теряет то зна- характера научной деятельности. Рассматривая проблемы познания, чение, которое она имела для человеческого бытия. Размышляя над необходимо отказаться от модели субъекта познания как индивидуаль причинами и истоками этого кризиса, Гуссерль пытается заново ос- ного сознания. Надо учитывать, что это есть деятельность сообщества, мыслить научные свершения Галилея и прояснить возникновение духа и процессы коммуникации в этом сообществе играют определяющую Нового времени. По этому же пути следует и большинство авторов, роль в признании некоторого содержания как научного знания и со рассуждающих о природе современной науки. Кажется очевидным, хранении его в соответствующей научной традиции.

вершенно неприемлемо проникновение в основание знания каких нею ожидания, так и организацию научных исследований.

бы из них методично и строго дедуктивно. Для Декарта было бы со затрагивающих как роль и место науки в обществе и связываемые с только ясные и отчетливые идеи и чтобы все остальное выводилось Скорее последнее само является моментом более общих процессов, шей уступки в своем требовании, чтобы основанием познания были не только изменением парадигмы философствования о познании.

ставлениями о Боге, что Декарт не согласился бы сделать ни малей ставление о смысле и цели занятий наукой. Это, конечно, вызвано представления о мире столь тесно связаны с неадекватными пред следования в гносеологии. В частности, радикально меняется пред зависимость от него, а также устройство Вселенной. Неадекватные настоящую перестройку всех постановок вопросов и ориентиров ис ность своего «Я» как мыслящей субстанции, постигает Бога и свою для классической гносеологии, теряет смысл. Это изменение влечет ясь на ясные и отчетливые идеи, человек, по Декарту, постигает сущ абсолютно достоверному основанию, которая была центральной традиции, являющиеся ареной непрерывных споров.

Только опира ее разрушает. Проблема обоснования знания путем сведения его к ясных и спутанных идей, которым учат философская и теологическая уточняет или развивает классическую гносеологию, но полностью природе разума. Они вложены в разум Богом, в отличие от тех не ством тех или иных теорий и гипотез — все это не просто дополняет, которые Декарт называет врожденными, ибо они присущи самой отношений авторитета и власти на признание научным сообще природы обладает некоторыми ясными и отчетливыми идеями, научного познания, признанием роли научных традиций, влияния Так, с точки зрения Декарта, разум в силу собственной своей ного характера, сопровождаемое признанием социального характера кардинальных проблем человеческого существования.

знаваемых в науке утверждений, их временного и предположитель гносеологического субъекта, ибо видела в этом путь к решению эмпирического базиса науки, вероятности, но не достоверности при классическая философия стремилась поднять человека до чистого принят, чтобы показать: признание конвенционального характера ского существования. Но дело обстояло гораздо сложнее. Скорее, Наш экскурс в историю рационализма и эмпиризма был пред мах познания, упускала из виду кардинальные проблемы человече гносеологическому субъекту, что она, сосредоточиваясь на пробле знания. Говорят, что классическая философия сводила человека к о ее проблемах во имя идеала чистого, достоверного объективного потеряли бы веру в существование бога» (Там же, с. 26). что она отвлекалась от целостной человеческой личности, забывала этому гласу как к глашатаю божественного закона, мы в результате что для классической философии субъект был тощей абстракцией, несчастных примерах, так что, если бы мы захотели прислушаться к о понимании этого обстоятельства. Очень часто это толкуют так, еще совсем недавно, мы, во всяком случае, убедились на слишком гический субъект. Этот факт общепризнан. Однако остается вопрос каким жестоким умыслом бросали в толпу эту зловещую поговорку Субъект классической философии — это прежде всего гносеоло несчастьями чревато оно, с какими партийными пристрастиями, с знавалось именно отношение познания.

глас божий» — сколь неверно, сколь лживо это утверждение, какими традиции, ибо основной формой отношения индивида к миру при чем можно судить по следующему его рассуждению: «Глас народа — вопрос оказывался центральным для классической философской общего согласия, а о нем Локк придерживался невысокого мнения, о наука — это бесспорно и достоверно установленное знание. Этот неприемлемую. Ибо тут основание знания ставится в зависимость от Аристотеля и до нашего века господствовало убеждение в том, что рическом базисе знания, он отбросил бы такую идею как абсолютно знание, дав тем самым его философское обоснование. Ибо со времен кнуться с рассуждениями о конвенционально принимаемом эмпи- о том, чтобы вывести из него — или свести к нему — все наличное прос о достоверном и совершенно надежном фундаменте познания и вопросов человеческого существования. Если бы Локк мог стол ского субъекта — это и значит найти путь к решению кардинальных эмпиризма и рационализма. Для этих традиций основным был во Как мы видим, для Локка, возвыситься до чистого гносеологиче- Такая констатация означает разрыв с традициями классического 151 З.А.Сокулер Э.Гуссерль о геометрической традиции 150 Э.Гуссерль о геометрической традиции З.А.Сокулер дой. Локк убежден, что есть предписанный человеку Богом закон. либо «конвенциональных» либо «высоковероятных» или «достаточно Для решения кардинальных проблем человеческого существования обоснованных» элементов вместо абсолютно истинных. «Ибо само человеку, конечно, необходимо узнать этот закон. В этом Локк и видит правило, принятое мною, а именно, что вещи, которые мы пред главную проблему. Поскольку он убежден, что не существует врож- ставляем себе вполне ясно и отчетливо, все истинны, имеет силу денного знания, то остается рассмотреть, происходит ли знание этого только вследствие того, что Бог есть, или существует, и является со закона из традиции или из чувств. Локк выражает большие сомнения вершенным существом, от которого проистекает все, что есть в нас.

в ценности традиции как источника знания завещанного человеку Отсюда следует, что наши идеи или понятия, будучи реальностями Богом закона природы: «Если мы должны узнавать закон природы из и происходя от Бога, в силу этого не могут не быть истинными во традиции, то это скорее вера, чем познание, ибо зависит больше от всем том, что в них есть ясного и отчетливого. И если мы довольно авторитета говорящих, а не от очевидности самих фактов, и таким часто имеем представления, заключающие в себе ложь, то это имен образом это скорее закон заимствованный, чем естественный» (Там но те представления, которые содержат нечто смутное и темное по же, с. 13). К тому же, указывает Локк, «при огромном разнообразии той причине, что они причастны небытию»14. Итак, надо опираться противоречащих друг другу традиций невозможно установить, что есть только на те идеи, которые вложены в душу Богом, и тут не может закон природы, и очень трудно судить, что — правда, а что — ложь;

быть места никаким компромиссам или «более реалистической что есть закон, а что — мнение, что диктует природа, а что — выго- точке зрения на познания», которые бы позволяли по возможности да, в чем убеждает разум, а в чем — политика» (Там же, с. 12 13). Да опираться на совершенное знание, но в случае необходимости ис и сама традиция должна иметь какой то источник. Поэтому Локк пользовать и иное знание, происходящее, по Декарту, не от Бога, но приходит к выводу, что «существует такого рода истина, к познанию от свободной и потому способной впадать в грех человеческой воли.

которой человек может прийти сам, без чьей либо помощи, если он Решительный отказ от любого знания, кроме того, которое вы правильно использует те способности, которыми наделен от природы» текает из ясных и отчетливых идей, заложенных в душе человека, (Там же, с. 10). К познанию закона природы, с точки зрения Локка, был связан у Декарта также и с отрицательной оценкой традиции.

разум приходит через чувственное восприятие. Именно таким путем Традиция, с его точки зрения, передавая неясное и неотчетливое человек познает, что этот мир сотворен мудрым и могущественным знание и навязывая его силой авторитета, вмешивается в то, что Творцом «не напрасно и не случайно» и что «Бог хочет от человека, должно быть глубоко внутренним делом: познанием Бога, ибо с этим, чтобы тот что то делал» (Там же, с. 25). Согласимся, что такое знание само собой разумеется, связано решение самых кардинальных про необходимо для решения кардинальных вопросов человеческого су- блем человеческого существования. Например, рассуждает Декарт, ществования. Но, чтобы прийти к такому знанию, человек, по Локку, человек «в этот мир приходит невежественным, и, поскольку ран должен стать «чистой восковой дощечкой, свободной от каких либо ние его познания основываются лишь на неразвитом чувственном письмен», т.е. чистым гносеологическим субъектом. Это нужно, чтобы восприятии и на авторитете его наставников, почти невозможно, человек освободился от власти довлеющей над ним традиции. Тра- чтобы воображение его не оказалось в плену бесчисленных ложных диций слишком много. В них закон, предписанный человеку Богом, мыслей до того, как его разум примет на себя руководящую роль»15.

трактуется по разному. В ситуации ожесточенных конфессиональных Потому то Декарт и решает «пролить свет на истинные богатства и политических споров, доходящих до кровопролития, человеку со- наших душ и указать каждому человеку средства для отыскания в вершенно необходим незамутненный источник знания, полагаясь на самом себе, без заимствований у других, всего того знания, какое который он сможет решить сам, где правда, а где — ложь. Очень важно, необходимо ему для правильного жизненного поведения и для чтобы этот источник был чистым, незамутненным, т.е. свободным от последующего достижения — с помощью самостоятельных заня авторитетов и традиций, и принадлежал целиком индивиду, потому тий — всех тех самых интересных знаний, какими может располагать что ему надлежит перед своей совестью и перед Богом держать ответ человеческий разум» (Там же).

за соблюдение этого закона.

вершенно неприемлемо проникновение в основание знания каких нею ожидания, так и организацию научных исследований.

бы из них методично и строго дедуктивно. Для Декарта было бы со затрагивающих как роль и место науки в обществе и связываемые с только ясные и отчетливые идеи и чтобы все остальное выводилось Скорее последнее само является моментом более общих процессов, шей уступки в своем требовании, чтобы основанием познания были не только изменением парадигмы философствования о познании.

ставлениями о Боге, что Декарт не согласился бы сделать ни малей ставление о смысле и цели занятий наукой. Это, конечно, вызвано представления о мире столь тесно связаны с неадекватными пред следования в гносеологии. В частности, радикально меняется пред зависимость от него, а также устройство Вселенной. Неадекватные настоящую перестройку всех постановок вопросов и ориентиров ис ность своего «Я» как мыслящей субстанции, постигает Бога и свою для классической гносеологии, теряет смысл. Это изменение влечет ясь на ясные и отчетливые идеи, человек, по Декарту, постигает сущ абсолютно достоверному основанию, которая была центральной традиции, являющиеся ареной непрерывных споров.

Только опира ее разрушает. Проблема обоснования знания путем сведения его к ясных и спутанных идей, которым учат философская и теологическая уточняет или развивает классическую гносеологию, но полностью природе разума. Они вложены в разум Богом, в отличие от тех не ством тех или иных теорий и гипотез — все это не просто дополняет, которые Декарт называет врожденными, ибо они присущи самой отношений авторитета и власти на признание научным сообще природы обладает некоторыми ясными и отчетливыми идеями, научного познания, признанием роли научных традиций, влияния Так, с точки зрения Декарта, разум в силу собственной своей ного характера, сопровождаемое признанием социального характера кардинальных проблем человеческого существования.

знаваемых в науке утверждений, их временного и предположитель гносеологического субъекта, ибо видела в этом путь к решению эмпирического базиса науки, вероятности, но не достоверности при классическая философия стремилась поднять человека до чистого принят, чтобы показать: признание конвенционального характера ского существования. Но дело обстояло гораздо сложнее. Скорее, Наш экскурс в историю рационализма и эмпиризма был пред мах познания, упускала из виду кардинальные проблемы человече гносеологическому субъекту, что она, сосредоточиваясь на пробле знания. Говорят, что классическая философия сводила человека к о ее проблемах во имя идеала чистого, достоверного объективного потеряли бы веру в существование бога» (Там же, с. 26). что она отвлекалась от целостной человеческой личности, забывала этому гласу как к глашатаю божественного закона, мы в результате что для классической философии субъект был тощей абстракцией, несчастных примерах, так что, если бы мы захотели прислушаться к о понимании этого обстоятельства. Очень часто это толкуют так, еще совсем недавно, мы, во всяком случае, убедились на слишком гический субъект. Этот факт общепризнан. Однако остается вопрос каким жестоким умыслом бросали в толпу эту зловещую поговорку Субъект классической философии — это прежде всего гносеоло несчастьями чревато оно, с какими партийными пристрастиями, с знавалось именно отношение познания.

глас божий» — сколь неверно, сколь лживо это утверждение, какими традиции, ибо основной формой отношения индивида к миру при чем можно судить по следующему его рассуждению: «Глас народа — вопрос оказывался центральным для классической философской общего согласия, а о нем Локк придерживался невысокого мнения, о наука — это бесспорно и достоверно установленное знание. Этот неприемлемую. Ибо тут основание знания ставится в зависимость от Аристотеля и до нашего века господствовало убеждение в том, что рическом базисе знания, он отбросил бы такую идею как абсолютно знание, дав тем самым его философское обоснование. Ибо со времен кнуться с рассуждениями о конвенционально принимаемом эмпи- о том, чтобы вывести из него — или свести к нему — все наличное вопросов человеческого существования. Если бы Локк мог стол- прос о достоверном и совершенно надежном фундаменте познания и ского субъекта — это и значит найти путь к решению кардинальных эмпиризма и рационализма. Для этих традиций основным был во Как мы видим, для Локка, возвыситься до чистого гносеологиче- Такая констатация означает разрыв с традициями классического 151 З.А.Сокулер Э.Гуссерль о геометрической традиции 150 Э.Гуссерль о геометрической традиции З.А.Сокулер дой. Локк убежден, что есть предписанный человеку Богом закон. либо «конвенциональных» либо «высоковероятных» или «достаточно Для решения кардинальных проблем человеческого существования обоснованных» элементов вместо абсолютно истинных. «Ибо само человеку, конечно, необходимо узнать этот закон. В этом Локк и видит правило, принятое мною, а именно, что вещи, которые мы пред главную проблему. Поскольку он убежден, что не существует врож- ставляем себе вполне ясно и отчетливо, все истинны, имеет силу денного знания, то остается рассмотреть, происходит ли знание этого только вследствие того, что Бог есть, или существует, и является со закона из традиции или из чувств. Локк выражает большие сомнения вершенным существом, от которого проистекает все, что есть в нас.

в ценности традиции как источника знания завещанного человеку Отсюда следует, что наши идеи или понятия, будучи реальностями Богом закона природы: «Если мы должны узнавать закон природы из и происходя от Бога, в силу этого не могут не быть истинными во традиции, то это скорее вера, чем познание, ибо зависит больше от всем том, что в них есть ясного и отчетливого. И если мы довольно авторитета говорящих, а не от очевидности самих фактов, и таким часто имеем представления, заключающие в себе ложь, то это имен образом это скорее закон заимствованный, чем естественный» (Там но те представления, которые содержат нечто смутное и темное по же, с. 13). К тому же, указывает Локк, «при огромном разнообразии той причине, что они причастны небытию»14. Итак, надо опираться противоречащих друг другу традиций невозможно установить, что есть только на те идеи, которые вложены в душу Богом, и тут не может закон природы, и очень трудно судить, что — правда, а что — ложь;

быть места никаким компромиссам или «более реалистической что есть закон, а что — мнение, что диктует природа, а что — выго- точке зрения на познания», которые бы позволяли по возможности да, в чем убеждает разум, а в чем — политика» (Там же, с. 12 13). Да опираться на совершенное знание, но в случае необходимости ис и сама традиция должна иметь какой то источник. Поэтому Локк пользовать и иное знание, происходящее, по Декарту, не от Бога, но приходит к выводу, что «существует такого рода истина, к познанию от свободной и потому способной впадать в грех человеческой воли.

которой человек может прийти сам, без чьей либо помощи, если он Решительный отказ от любого знания, кроме того, которое вы правильно использует те способности, которыми наделен от природы» текает из ясных и отчетливых идей, заложенных в душе человека, (Там же, с. 10). К познанию закона природы, с точки зрения Локка, был связан у Декарта также и с отрицательной оценкой традиции.

разум приходит через чувственное восприятие. Именно таким путем Традиция, с его точки зрения, передавая неясное и неотчетливое человек познает, что этот мир сотворен мудрым и могущественным знание и навязывая его силой авторитета, вмешивается в то, что Творцом «не напрасно и не случайно» и что «Бог хочет от человека, должно быть глубоко внутренним делом: познанием Бога, ибо с этим, чтобы тот что то делал» (Там же, с. 25). Согласимся, что такое знание само собой разумеется, связано решение самых кардинальных про необходимо для решения кардинальных вопросов человеческого су- блем человеческого существования. Например, рассуждает Декарт, ществования. Но, чтобы прийти к такому знанию, человек, по Локку, человек «в этот мир приходит невежественным, и, поскольку ран должен стать «чистой восковой дощечкой, свободной от каких либо ние его познания основываются лишь на неразвитом чувственном письмен», т.е. чистым гносеологическим субъектом. Это нужно, чтобы восприятии и на авторитете его наставников, почти невозможно, человек освободился от власти довлеющей над ним традиции. Тра- чтобы воображение его не оказалось в плену бесчисленных ложных диций слишком много. В них закон, предписанный человеку Богом, мыслей до того, как его разум примет на себя руководящую роль»15.

трактуется по разному. В ситуации ожесточенных конфессиональных Потому то Декарт и решает «пролить свет на истинные богатства и политических споров, доходящих до кровопролития, человеку со- наших душ и указать каждому человеку средства для отыскания в вершенно необходим незамутненный источник знания, полагаясь на самом себе, без заимствований у других, всего того знания, какое который он сможет решить сам, где правда, а где — ложь. Очень важно, необходимо ему для правильного жизненного поведения и для чтобы этот источник был чистым, незамутненным, т.е. свободным от последующего достижения — с помощью самостоятельных заня авторитетов и традиций, и принадлежал целиком индивиду, потому тий — всех тех самых интересных знаний, какими может располагать что ему надлежит перед своей совестью и перед Богом держать ответ человеческий разум» (Там же).

за соблюдение этого закона.

согласуется и что не согласуется с разумной человеческой приро- вание исключительно надежным и очевидным для субъекта знанием.

проявлением божественной воли, который указывает человеку, что ли: освобождение от наследия традиции и аскетическое довольство Локк доказывает, что существует такой закон природы, являющийся решению таких проблем. На этом пути кардинальное значение име каких либо норм своей жизни?» (Там же). Отвечая на этот вопрос, смыслом человеческого существования, но поисками нового пути к неужели он явился в мир совершенно бессмысленно, без закона, без гический субъект обусловлено не уходом от проблем, связанных со «Неужели же только человек — вне закона, совершенно независим, Учтя это, мы поймем, что превращение субъекта в гносеоло во вселенной свой закон. Поэтому естественно возникает вопрос: применима данная формулировка Вебера.

шел к убеждению в существовании Бога»17. Бог предписал всему теологией и чаяние религиозного обновления, поэтому к ним тоже добродетелью или пороком, не найдется ни одного, кто бы не при- полное господство, существовало недовольство средневековой жизнь и верит в существование того, что заслуживает называться только то, что даже в странах, в которых католицизм сохранил свое что «среди тех, кто признает необходимость как то осознать нашу относительно мира»16. К этой емкой формулировке можно добавить посмотрим, например, на рассуждения Дж.Локка. Локк отмечает, физически осязаемы, были надежды напасть на след его намерений ской, но и для эмпиристской традиции. Чтобы убедиться в этом, наши мысли. Но в точных естественных науках, где творения Бога его отношении к Богу характерна не только для рационалистиче- того времени... Бог сокрыт, его пути — не наши пути, его мысли — не знания с коренными проблемами человеческого существования в средневековье, — в этом была убеждена вся пиетистская теология Надо отметить, что такая связь проблем достоверного основания что Бога невозможно найти на том пути, на котором его искало мире нет Бога, а одна лишь природная необходимость. больше не находили у философов с их понятиями и дедукциями;

структуры мира привносятся в него познающим субъектом. И в этом тизма и пуританства, считали открытие пути к Богу. В то время его риального мира, ибо пространственно временная и законосообразная деятельности, находившейся под косвенным влиянием протестан указывает, что человек в каком то смысле сам является творцом мате- анатомируя вошь», то вы увидите, что собственной задачей научной ром размышляли, пытаясь понять его природу, Декарт и Лейбниц, мердама: «Я докажу вам существование божественного провидения, самой природе человеческого разума, т.е. именно то знание, о кото- точного естествознания: «Если вы вспомните высказывание Свам Он показывает, что всеобщее и необходимое знание, коренящееся в так писал о том, чего ожидали от науки в эпоху возникновения Эта ситуация весьма симптоматичным образом меняется у Канта. людей XVI—XVII вв., обратившихся к изучению природы. М.Вебер человек уже не может решать кардинальные вопросы своего бытия. читать новый путь к спасению. Такого рода надежды воодушевляли чения для классической гносеологии, ибо, приобретая такое знание, благодаря этому в Книге Природы в конечном счете можно будет вы вести к практическому успеху. Но это не имело существенного зна- внимательным глазам свою Книгу, в которой записана Истина, и последующая история науки, такое знание может быть полезным, пристрастий. Невозмутимая и беспристрастная, Природа открывает цели. У него другой источник — чисто человеческий. Как показала дискредитировали себя как предвзятые мнения и арена борьбы даже высоковероятное, принципиально не может служить такой когда теология и традиционная философия в значительной мере своего рода причащение божественному. Знание вероятное, пусть кровения. Книга Природы открывала новый путь к Богу в то время, рационалистической гносеологии познание рассматривается как Богом, и более подлинное, нежели записанные людьми книги От идет от Бога и потому может привести к нему. В классической верили, что Книга Природы — это тоже Откровение, данное самим дежное основание знания заложена идея, что только такое знание Возрождения и раннего Нового времени с познанием природы. Они В требовании опираться только на абсолютно достоверное и на- нужно вспомнить, какие ожидания связывали интеллектуалы эпоху вероятного» знания является не количественной, а качественной. ология превратилась в центральную философскую дисциплину, ванием абсолютно достоверного знания или требованием «высоко- превратила субъекта в гносеологический субъект и почему гносе Необходимо особенно подчеркнуть, что разница между требо- Чтобы понять, почему классическая философская традиция 149 З.А.Сокулер Э.Гуссерль о геометрической традиции 152 Э.Гуссерль о геометрической традиции З.А.Сокулер Вопросы, обсуждаемые современной философией науки, каса- ценность данного эксперимента, — говорит Дюэм, — нам нужно очень старательно познакомиться с теориями, которые принимает ющиеся, например, характера конвенций, определяющих эмпири физик и которыми он пользуется для истолкования констатирован ческий базис или теоретические языки, сложных взаимодействий и ных им фактов. Не зная этих теорий, мы не можем понять смысла, переплетений интересов, вовлекаемых в признании той или иной который он вкладывает в собственные свои заявления» (Там же, гипотезы и теории, роли вненаучных ценностей и ориентиров, со с. 190). Один и тот же экспериментальный результат признают в циальных факторов и т.п., — такого рода вопросы также не могут качестве некоего определенного факта только те физики, которые рассматриваться как обогащение классической гносеологии. Они признают одни и те же физические теории. Поэтому, подчеркивает предполагают полную «деконструкцию» последней, чем и занима Дюэм, физические эксперименты, в отличие от обычного чувствен лась философия науки, начиная со второго позитивизма, и особенно ного опыта, можно критиковать и пересматривать.

активно постпозитивизм.

Полемика по поводу «протокольных предложений» между веду Эти процессы, происходящие в философии, являются отраже щими членами Венского кружка привела в конце концов Карнапа и нием сложных процессов, происходящих в науке и в обществе. На Нейрата к признанию неустранимого конвенционального элемента учные теории получают признание в научном сообществе, несмотря этих предложений13. Признание конвенциональности эмпирического на сомнения в их истинности, потому что оказываются во многих базиса науки стало впоследствии одним из принципиальных тезисов отношениях удобными.

постпозитивисткой философии науки. А данный тезис уже пред Соответственно главная функция науки видится в том, чтобы полагает признание социального характера научной деятельности.

служить руководством для технологических, экономических, поли Одновременно он означает окончательный разрыв с традиционной тических и пр. решений, ориентиром для социальных действий, но не эмпиристской моделью познания, которая рассматривала познаю для решения кардинальных проблем человеческого существования и щего субъекта как индивида, а деятельность познания — как работу не для восстановления связи индивида с Абсолютом. Можно было бы его индивидуальных познавательных способностей. Эмпирический сказать, что современное общество, как оно конституировалось после базис науки — это не то, что непосредственным и достоверным об эпохи Просвещения, замыкается на себя. Не жаждет обретения связи разом дано в индивидуальном чувственном опыте индивида, но то, с Трансцендентным. Соответственно переопределяется роль и назна что признается компетентным сообществом на основании учета чение науки. Наука становится социальным институтом в ряду прочих ряда факторов, в число которых входят и признаваемые теории, и институтов. Она имеет определенную социальную функцию и более или технические возможности реализации эксперимента, и признанный менее успешно выполняет ее. Но, по сравнению с парадигмой клас статус определенных экспериментаторов и лабораторий.

сической гносеологии, ее роль оказывается гораздо менее значимой.

Что касается математического аппарата научных теорий, то со В философии науки эти процессы проявляются в том, что сни второй половины XIX в. распространяется признание того, что он мается проблема обоснования знания, встает вопрос о функциониро тоже конвенционален, а не обусловлен рациональной интуицией вании науки как социального института, восстанавливается в своих субъекта и не вытекает из врожденных ему истин.

правах значение познавательных традиций и появляется проблема Таким образом, мы видим, что у Гуссерля в «Начале геометрии», и «кризиса западноевропейской науки». Этот кризис, как объясняет во втором и третьем позитивизме, а затем в постпозитивизме, имеются Гуссерль, возник, несмотря на то, что успехи науки впечатляющи, а ее рассуждения, которые являются симптомом признания социального строгость не ставится под сомнение, потому, что наука теряет то зна- характера научной деятельности. Рассматривая проблемы познания, чение, которое она имела для человеческого бытия. Размышляя над необходимо отказаться от модели субъекта познания как индивидуаль причинами и истоками этого кризиса, Гуссерль пытается заново ос- ного сознания. Надо учитывать, что это есть деятельность сообщества, мыслить научные свершения Галилея и прояснить возникновение духа и процессы коммуникации в этом сообществе играют определяющую Нового времени. По этому же пути следует и большинство авторов, роль в признании некоторого содержания как научного знания и со рассуждающих о природе современной науки. Кажется очевидным, хранении его в соответствующей научной традиции.

емой традициями от поколения к поколению;

человеческое бы фундаментальным оказывается положение человека не в Кос лосообразной деятельности, принятой в обществе и передава распоряжении»18. Таким образом, изначальным, экзистенциально т.е. в (по большей части невысказываемых) основаниях прави «озабоченно деятельное бытие при сподручно находящемся в скептических сомнений, существует в основаниях языковых игр, ношению к нему. Человеческое бытие в мире он описывает как вет на этот вопрос: достоверность, свободная от беспокойства ся ни в каком гносеологическом обосновании и первична по от рассуждения Хайдеггера и Витгенштейна можно понять как от бытия в мире является связь с этим миром, которая не нуждает стема традиционных социальных связей. Рассмотренные выше Для Хайдеггера, фундаментальной характеристикой гармоничный космос античности и средневековья, а также си озабоченность проблемой достоверного основания знания.

сможет выстроить для себя человек, если разрушен конечный отношения к действительности и связанного с этим стремления снять мности человека, и задавался вопросом о том, какой новый дом и Хайдеггера — настойчиво звучит тема примата непознавательного Когда то М.Бубер назвал современную эпоху эпохой бездо что в творчестве двух крупнейших философов ХХ в. — Витгенштейна Витгенштейна), следуют в одном и том же русле.

терного выражения этих изменений я хочу обратить внимание на то, в отношении Хайдеггера, но может быть высказано и в отношении гносеологии и места гносеологии в философии. В качестве харак которую можно было бы отнести к антисциентистской (это очевидно одной частной проекции этих процессов — изменении парадигмы Таким образом, мы видим, что и философия науки, и философия, ческие аспекты. Однако в настоящей работе мы говорим только об сторону подлинной реальности или созерцания Абсолюта.

имели экономические, социальные, мировоззренческие и теорети ной деятельности и не открывают перспектив трансцендирования в происходившие в европейской цивилизации в новейшее время. Они в рамках своей собственной социально организованной познаватель Наше рассуждение, следуя за Гуссерлем, затронуло процессы, оценивающиеся по критерию удобства. Они оставляют познающих конструкции, обусловленные активностью познающего разума и зываются опытом и не выводятся из него, но содержат произвольные времен второго позитивизма осознала, что научные теории не подска чили статус государственных служащих высокого ранга. сотворены Богом соответствующими друг другу! Философия науки со способом зарабатывания средств к существованию, а ученые полу- сеологии в том, что реальность и наши познавательные способности В XIX в. научно исследовательская деятельность стала профессией, без достоинства»23. Как это далеко от убеждения классической гно уке прежде всего средство для укрепления своей мощи и престижа. ни истинной, но верой, которая, как может быть показано, есть вера Главным патроном науки становилось государство. Оно видело в на- что нам следует их искать, не является сама по себе ни рациональной, философов, однако имевшие огромное значение для развития науки. я утверждаю, что вера в то, что мы можем найти такие основания и когда происходили события, до сих пор ускользавшие от внимания основания тому, чтобы считать наши теории истинными. Более того, наукой, надо искать не здесь, а несколько позднее, в XVIII—XIX вв., вспомнить К.Поппера: «Мы не можем найти какие либо позитивные ставляется, что истоки мировоззренческого кризиса, связанного с измеримую с человеческими способностями познания. Достаточно ная Истина, а не возможность делать предсказания. Поэтому пред- сообществом конструкциями. На реальность смотрят как на несо проблемами человеческого существования. Ее целью была достовер- научных теориях и фактах мы имеем дело с построенными научным XVII в. наука имела глубокую внутреннюю связь с кардинальными согласие насчет того, что скорее всего этого не происходит, что в является более сложной. Формировавшаяся в научной революции решений и конструктов реальности. Распространяется молчаливое ровоззренческих проблем. Выше мы пытались показать, что картина ства трансцендировать его и соответствовать независимой от его ниманию ее сущности и ее современных гносеологических или ми- перестает обсуждать вопросы того, позволяют ли решения сообще научной революции XVII в., поэтому именно там лежит ключ к по- и решения сообщества. При этом современная философия науки что она в своей самотождественной сущности сформировалась в власти и авторитета и пр. Рассматриваются, таким образом, действия 153 З.А.Сокулер Э.Гуссерль о геометрической традиции 156 Э.Гуссерль о геометрической традиции З.А.Сокулер вершенно достоверны и неопровержимы. Они — часть человеческого ет? Знает ли кошка, что существует мышь?» — задает Витгенштейн существования. Однако данная достоверность является не позна- встречные вопросы21 — «Должны ли мы сказать: знание о том, что вательной, а экзистенциальной. Она, с одной стороны, позволяет физические объекты существуют, является очень ранним или очень опровергнуть рассуждения солипсистов и скептиков. Но, с другой поздним?» (Там же). Тут нет знания или веры, но есть деятельность, стороны, трудно себе представить, как на таком базисе можно по- которая делает невозможной отрицание подобных предпосылок. «Ре строить систему научного знания, да Хайдеггер и не стремится ни бенка учат не тому, что существуют книги, существует кресло и т.д., к чему подобному. Здесь можно увидеть яркое проявление того, что и т.д., но тому, как доставать книгу, сидеть в кресле и т. д.» (Там же).

для проблем человеческого существования научное знание и его обо- Веру в существование внешнего мира невозможно ни подтвер снование перестали быть значимыми. дить, ни опровергнуть, потому что она не является знанием или Витгенштейн — мыслитель, принципиально отличающийся убеждением. В ответ на рассуждения скептика можно лишь дать от Хайдеггера, принадлежащий иному течению мысли, ставивший описание различных видов научной и практической деятельности, перед собой иные задачи. Тем показательнее, что у него есть рассуж- и тогда станет понятно, что признание существования физических дения, близкие рассмотренным рассуждениям Хайдеггера. Свиде- объектов вне и независимо от нашего сознания неразрывно связано тельством тому являются заметки, опубликованные под заголовком с этими видами деятельности и с языком, так что если от него от «О достоверности». Непосредственным поводом для этих заметок казаться, то соответствующие виды деятельности будут нарушены.

явилась попытка Дж.Мура опровергнуть скептицизм указанием на Достоверность, как показывает Витгенштейн, реально при то, что есть много вещей, которые я на самом деле знаю и которые сутствует там, где разыгрывается какая то языковая игра. Досто обладают для меня такой достоверностью, что ее не в состоянии по- верность —не предельная точка, к которой можно стремиться, колебать самые изощренные философские аргументы скептиков. Что увеличивая количество подтверждающих свидетельств, уменьшая за достоверное и неопровержимое знание имел в виду Мур? Знание вероятность ошибки, опираясь только на абсолютно достоверные того, что существует внешний мир, что существовали люди до моего свидетельства. Идея Витгенштейна состоит в том, что достовер рождения, что у меня есть рука. Мур стремился привести примеры ность никак не связана с количеством аргументов и верификаций утверждений, вызывающих непосредственное переживание досто- или с возможностью ошибки. Ошибаться можно в чем угодно: в верности выражаемого в них знания, и таким образом победить ар- арифметических выкладках, в том, что субъект не спит и не под гументы скептиков и защитить веру в существование внешнего мира. вержен галлюцинациям, что у него нет провалов в памяти. Но Вит Витгенштейн же доказывает, что в подобных случаях бессмыс- генштейн ставит вопрос о достоверности и возможности ошибки ленно говорить о вере и знании, что перед нами — явления другого по другому. С его точки зрения, достоверность присутствует там, рода. О знании, как полагает Витгенштейн, имеет смысл говорить где невозможно ошибаться, но не потому, что удается абсолютно только тогда, когда имеются надлежащие основания для утверждения достоверно опровергнуть все возможные сомнения, а потому, что «Я знаю, что...», когда можно спрашивать, откуда человек это знает, иначе невозможно было бы продолжать определенную деятельность.

«Надежно то свидетельство, — говорит Витгенштейн, — которое мы когда он это узнал, чем оправдано или подтверждено это знание. Но принимаем за безусловно надежное, следуя которому мы с полной такие вопросы становятся абсурдными в случаях, приводимых в при уверенностью и без сомнения действуем» (Там же, с. 347). Напри мер Муром. Откуда, в самом деле, я знаю, что существует внешний мер, нельзя серьезно заниматься историческими исследованиями мир? Как и когда мне это стало известно? Чем это подтверждается?

и в то же время сомневаться в том, что Земля существовала до Чтобы ни было приведено в подтверждение утверждения «Я знаю, моего рождения;

невозможно, стараясь правильно построить свои что существует внешний мир» — все будет звучать нелепо и являться отношения с другими людьми или занимаясь воспитанием детей, менее достоверным, чем само утверждение. «Верит ли новорожден в то же время сомневаться в том, что другие люди тоже наделены ный в то, что молоко существует? Или он знает, что молоко существу факторов, традиций, в которых работают ученые, отношений экзистенциальный анализ противопоставляется, например, ана циональности таких оценок, влияния на них социокультурных что такое понимание является первичным, нерасчленимым. Его учным сообществом теорий или фактов, обсуждает вопросы ра- как нечто, служащее для такой то цели. Хайдеггер настаивает, философии науки. Она рассматривает оценку и принятие на- чит — понимается, для чего они, т.е. каждая вещь понимается Аналогичные процессы можно наблюдать и в современной Когда вещи окружающей ситуации понимаются, это зна раннего Нового времени. и существования.

творцы научной революции и энтузиасты науки Возрождения и нием как над самым базисным способом человеческого понимания верность не обеспечивает причастности Абсолюту, к чему стремились изводным, надстраиваясь над подобным телеологическим понима и использования стандартных окружающих предметов. Такая досто- такой телеологичности понимания, является, по его мнению, про принятых языковых игр или видов поведения в окружающем мире ным. Любое нетелеологическое рассмотрение мира, свободное от достоверность не выводит человека за пределы очерченного круга сподручно находящегося в распоряжении первичным и изначаль мулируемых философами скептиками. Но, с другой стороны, такая же считает описываемое им понимание окружающего мира как заниматься этой деятельностью, не беспокоясь о сомнениях, фор- заявила об отказе от телеологической картины мира. Хайдеггер какая то человеческая деятельность, то, с одной стороны, можно человеческого действия. Классическая наука с первых своих шагов Если достоверность присутствует там, где осуществляется мосе, а Хайдеггер говорит об окрестности обычного, привычного, утрачивает в современной философии свое значение. средневековой науки. Правда, эти науки говорили обо всем Кос мы видим проявление того, что гносеологическая проблематика насквозь телеологична, и в этом подобна парадигмам античной и Таким образом, в рассуждениях Хайдеггера и Витгенштейна Интересно, что описываемая Хайдеггером структура понимания проявляют себя в образе действий. всеми этими предметами.

даже не выражаются словами и не формулируются специально, но дома — как дома есть понимание того, для чего они, что делают со генштейн, как и Хайдеггер, подчеркивает, что эти основания обычно эта вещь. Восприятие молотка — как молотка, двери — как двери, Они имеют свои собственные достоверные основания, причем Вит- отражение в сознании вещи как она есть, но понимание того, для чего ние, напротив, сами составляют условие возможного обоснования. ально изначальным является не некое «объективное», «адекватное»

ничуть не нуждаются в том, чтобы опираться на обоснованное зна- того, «для чего» предназначено все это. Первичным, экзистенци огромный массив человеческих практик и видов деятельности. Они все они служат. Хайдеггер и описывает понимание как понимание становится ясно, что все эти нерешенные проблемы не затрагивают в целом, так и входящих в нее предметов: понимание того, «для чего»

той или иной гипотезы и пр. Однако из рассуждений Витгенштейна любым действием неразрывно связано понимание как всей ситуации стемами ценностей мотивируется принятие научным сообществом и одомашненного мира. В мире как личном подсобном хозяйстве с обосновывать истинность гипотезы, какими соображениями и си- Космосе, а в приближенном к человеку фрагменте цивилизованного на вопросы типа: в какой мере экспериментальные данные могут «доме»19 ! И хайдеггеровское «бытие в мире» — это есть бытие не в билась классическая гносеология. Они ничего не дают для ответа домности» человек уже не может больше жить в Космосе как в своем Рассуждения Витгенштейна не решают проблем, над которыми Как тут не вспомнить слова М.Бубера, что в современную эпоху «без для обоснования знания в собственном смысле слова. отношением к миру в целом или Абсолюту, трансцендирующему мир.

с социальным бытием человека. И она на самом деле ничего не дает статочно и не нуждается ни в поддержке, ни в опоре, ни в дополнении что это — непознавательная достоверность, неразрывно связанная деггер смело утверждает такое отношение к миру, и оно у него самодо и не просто достижимой, но уже достигнутой. Дело, однако, в том, пространство личного хозяйства. Симптоматично, что ранний Хай этот идеал классической гносеологии, оказывается простой, близкой использования. Мир, о котором рассуждает Хайдеггер, напоминает которой мы все равно не откажемся. Таким образом, достоверность, ся продуктом человеческой деятельности или привычным объектом ние, а основания многообразной человеческой деятельности, от мосе, но среди, так сказать, одомашненного мира, мира, являющего 159 З.А.Сокулер Э.Гуссерль о геометрической традиции 158 Э.Гуссерль о геометрической традиции З.А.Сокулер сознанием, а не являются манекенами или автоматами. Витгенштейн лизу восприятия в сенсуалистической традиции, согласно которой субъект прежде всего имеет чувственные восприятия — например, постоянно подчеркивает, что убеждения, принимаемые как достовер тяжелого, серого, шершавого, которые являются бесспорными и до ные, отличаются не тем, что их сопровождают слова типа: «Я знаю», стоверными. Далее относительно них выносится суждение: данное «Я совершенно уверен», но тем, что люди соответствующим образом восприятие есть восприятие молотка. Такое суждение, по мнению действуют. ««Я полагаю, что он страдает». — Полагаю ли я к тому же, сенсуалистов, надстраивается над бесспорным чувственным базисом.

что он не автомат? Лишь с известным внутренним сопротивлением Оно уже может быть спорным, что и представлялось главной про я могу произнести это слово в таких двух контекстах. (Или же дело блемой для сенсуалистических теорий познания. Хайдеггер же до обстоит так: я полагаю, что он страдает;

я уверен, что он не автомат?

казывает, что дело обстоит противоположным образом. Первичным Бессмыслица!)... Мое отношение к нему — это отношение к (его) является озабоченное, деятельное, осмотрительное и предусмотри душе. Я не придерживаюсь мнения, что он имеет душу»22.

тельное понимание того, что среди прочих вещей вот эта — молоток, Основания системы убеждений, как стремится показать Витген чтобы забивать гвозди. Установка чистого восприятия, свободного от штейн, не поддерживают эту систему на манер фундамента, но сами такого понимания, является, с точки зрения Хайдеггера, производной поддерживаются ею. Это значит, что надежность оснований лежит не в и искусственной. Скептические сомнения возникают при такой, про них самих по себе, а в том, что на их основе может существовать целая изводной, искусственной теоретической установке, которая занимает языковая игра. Очень важно, что языковая игра — это не совокупность ся наличным сущим и его свойствами. Условием этого является отмена предложений и убеждений, но определенный вид деятельности, в ко установки изначального понимания, вследствие чего «подручное как торый включаются предложения и убеждения. Поэтому и основания подручное застилается пеленой»20, а предметы, относительно которых языковых игр поддерживаются в конечном счете деятельностью. «Од формулируются суждения, вырываются из исходной ситуации и ис нако обоснование, оправдание свидетельства приходит к какому то ходной осмысленности. Хайдеггер рассматривает в качестве примера концу;

но этот конец не в том, что определенные предложения вы высказывание, гласящее, что «вещь — молот — обладает свойством являются в качестве непосредственно истинных для нас;

то есть не в тяжести. В озабоченно деятельной осмотрительности таких выска некоторого рода усмотрении с нашей стороны, а в нашем действии, зываний «ближайшим образом», в первую очередь, вовсе нет. Но, которое лежит в основе языковой игры». И Витгенштейн повторяет конечно, у нее есть свои специфические способы истолкования, слова Гёте: «В начале было дело». Достоверность связана с тем, что которые, если сообразовываться с приведенным «теоретическим мы «крепко держимся» за какие то утверждения и убеждения, делая суждением», могут гласить: «Молоток слишком тяжелый», или же, их основаниями нашей деятельности и, более широко, формы жизни. что еще вероятнее, — «Слишком тяжелый», «Давай другой!» Изна «Крепко держимся» в определенной языковой игре, используя чальное совершение истолкования заключено не в теоретическом некоторые убеждения как (явные или неявные) правила игры. А язы- суждении, а в осмотрительно озабоченном откладывании в сторону, ковые игры — это социальное явление. И деятельность следования в замене неподходящего инструмента, на что вовсе «не тратят слов».

правилу, как специально разъясняет Витгенштейн, есть определен- Если слов нет, то отсюда отнюдь нельзя заключать, что нет и истол ная практика, социальный институт. Нельзя в одиночку, приватно кования» (Там же).


следовать правилу. Итак, речь идет о том, что человеческое бытие в мире есть Витгенштейн ставит перед собой цель преодолеть традици- в то же время понимание. Понимание — неотъемлемая и невы онный философский скептицизм относительно достоверности делимая компонента пребывания в мире и действования в нем.

нашего познания, в частности нашего знания о существовании Человек обладает большим массивом пониманий такого рода.

внешнего мира. Он решает эту задачу, показывая, что скепти- Например, глядя на нечто, он понимает, что это — дом, в нем цизм в вопросе, например, о существовании внешнего мира не- живут люди, в нем есть мебель, посуда и все остальное, исполь уместен, потому что это — вовсе не «знание» и даже не убежде- зуемое людьми в своем жилье. Все понимания такого рода со факторов, традиций, в которых работают ученые, отношений экзистенциальный анализ противопоставляется, например, ана циональности таких оценок, влияния на них социокультурных что такое понимание является первичным, нерасчленимым. Его учным сообществом теорий или фактов, обсуждает вопросы ра- как нечто, служащее для такой то цели. Хайдеггер настаивает, философии науки. Она рассматривает оценку и принятие на- чит — понимается, для чего они, т.е. каждая вещь понимается Аналогичные процессы можно наблюдать и в современной Когда вещи окружающей ситуации понимаются, это зна раннего Нового времени. и существования.

творцы научной революции и энтузиасты науки Возрождения и нием как над самым базисным способом человеческого понимания изводным, надстраиваясь над подобным телеологическим понима верность не обеспечивает причастности Абсолюту, к чему стремились такой телеологичности понимания, является, по его мнению, про и использования стандартных окружающих предметов. Такая досто принятых языковых игр или видов поведения в окружающем мире ным. Любое нетелеологическое рассмотрение мира, свободное от достоверность не выводит человека за пределы очерченного круга сподручно находящегося в распоряжении первичным и изначаль мулируемых философами скептиками. Но, с другой стороны, такая же считает описываемое им понимание окружающего мира как заниматься этой деятельностью, не беспокоясь о сомнениях, фор- заявила об отказе от телеологической картины мира. Хайдеггер какая то человеческая деятельность, то, с одной стороны, можно человеческого действия. Классическая наука с первых своих шагов Если достоверность присутствует там, где осуществляется мосе, а Хайдеггер говорит об окрестности обычного, привычного, утрачивает в современной философии свое значение. средневековой науки. Правда, эти науки говорили обо всем Кос мы видим проявление того, что гносеологическая проблематика насквозь телеологична, и в этом подобна парадигмам античной и Таким образом, в рассуждениях Хайдеггера и Витгенштейна Интересно, что описываемая Хайдеггером структура понимания проявляют себя в образе действий. всеми этими предметами.

даже не выражаются словами и не формулируются специально, но дома — как дома есть понимание того, для чего они, что делают со генштейн, как и Хайдеггер, подчеркивает, что эти основания обычно эта вещь. Восприятие молотка — как молотка, двери — как двери, Они имеют свои собственные достоверные основания, причем Вит- отражение в сознании вещи как она есть, но понимание того, для чего ние, напротив, сами составляют условие возможного обоснования. ально изначальным является не некое «объективное», «адекватное»

ничуть не нуждаются в том, чтобы опираться на обоснованное зна- того, «для чего» предназначено все это. Первичным, экзистенци огромный массив человеческих практик и видов деятельности. Они все они служат. Хайдеггер и описывает понимание как понимание становится ясно, что все эти нерешенные проблемы не затрагивают в целом, так и входящих в нее предметов: понимание того, «для чего»

той или иной гипотезы и пр. Однако из рассуждений Витгенштейна любым действием неразрывно связано понимание как всей ситуации стемами ценностей мотивируется принятие научным сообществом и одомашненного мира. В мире как личном подсобном хозяйстве с обосновывать истинность гипотезы, какими соображениями и си- Космосе, а в приближенном к человеку фрагменте цивилизованного на вопросы типа: в какой мере экспериментальные данные могут «доме»19 ! И хайдеггеровское «бытие в мире» — это есть бытие не в билась классическая гносеология. Они ничего не дают для ответа домности» человек уже не может больше жить в Космосе как в своем Рассуждения Витгенштейна не решают проблем, над которыми Как тут не вспомнить слова М.Бубера, что в современную эпоху «без для обоснования знания в собственном смысле слова. отношением к миру в целом или Абсолюту, трансцендирующему мир.

с социальным бытием человека. И она на самом деле ничего не дает статочно и не нуждается ни в поддержке, ни в опоре, ни в дополнении что это — непознавательная достоверность, неразрывно связанная деггер смело утверждает такое отношение к миру, и оно у него самодо и не просто достижимой, но уже достигнутой. Дело, однако, в том, пространство личного хозяйства. Симптоматично, что ранний Хай этот идеал классической гносеологии, оказывается простой, близкой использования. Мир, о котором рассуждает Хайдеггер, напоминает которой мы все равно не откажемся. Таким образом, достоверность, ся продуктом человеческой деятельности или привычным объектом ние, а основания многообразной человеческой деятельности, от мосе, но среди, так сказать, одомашненного мира, мира, являющего 159 З.А.Сокулер Э.Гуссерль о геометрической традиции 158 Э.Гуссерль о геометрической традиции З.А.Сокулер сознанием, а не являются манекенами или автоматами. Витгенштейн лизу восприятия в сенсуалистической традиции, согласно которой субъект прежде всего имеет чувственные восприятия — например, постоянно подчеркивает, что убеждения, принимаемые как достовер тяжелого, серого, шершавого, которые являются бесспорными и до ные, отличаются не тем, что их сопровождают слова типа: «Я знаю», стоверными. Далее относительно них выносится суждение: данное «Я совершенно уверен», но тем, что люди соответствующим образом восприятие есть восприятие молотка. Такое суждение, по мнению действуют. ««Я полагаю, что он страдает». — Полагаю ли я к тому же, сенсуалистов, надстраивается над бесспорным чувственным базисом.

что он не автомат? Лишь с известным внутренним сопротивлением Оно уже может быть спорным, что и представлялось главной про я могу произнести это слово в таких двух контекстах. (Или же дело блемой для сенсуалистических теорий познания. Хайдеггер же до обстоит так: я полагаю, что он страдает;

я уверен, что он не автомат?

казывает, что дело обстоит противоположным образом. Первичным Бессмыслица!)... Мое отношение к нему — это отношение к (его) является озабоченное, деятельное, осмотрительное и предусмотри душе. Я не придерживаюсь мнения, что он имеет душу»22.

тельное понимание того, что среди прочих вещей вот эта — молоток, Основания системы убеждений, как стремится показать Витген чтобы забивать гвозди. Установка чистого восприятия, свободного от штейн, не поддерживают эту систему на манер фундамента, но сами такого понимания, является, с точки зрения Хайдеггера, производной поддерживаются ею. Это значит, что надежность оснований лежит не в и искусственной. Скептические сомнения возникают при такой, про них самих по себе, а в том, что на их основе может существовать целая изводной, искусственной теоретической установке, которая занимает языковая игра. Очень важно, что языковая игра — это не совокупность ся наличным сущим и его свойствами. Условием этого является отмена предложений и убеждений, но определенный вид деятельности, в ко установки изначального понимания, вследствие чего «подручное как торый включаются предложения и убеждения. Поэтому и основания подручное застилается пеленой»20, а предметы, относительно которых языковых игр поддерживаются в конечном счете деятельностью. «Од формулируются суждения, вырываются из исходной ситуации и ис нако обоснование, оправдание свидетельства приходит к какому то ходной осмысленности. Хайдеггер рассматривает в качестве примера концу;

но этот конец не в том, что определенные предложения вы высказывание, гласящее, что «вещь — молот — обладает свойством являются в качестве непосредственно истинных для нас;

то есть не в тяжести. В озабоченно деятельной осмотрительности таких выска некоторого рода усмотрении с нашей стороны, а в нашем действии, зываний «ближайшим образом», в первую очередь, вовсе нет. Но, которое лежит в основе языковой игры». И Витгенштейн повторяет конечно, у нее есть свои специфические способы истолкования, слова Гёте: «В начале было дело». Достоверность связана с тем, что которые, если сообразовываться с приведенным «теоретическим мы «крепко держимся» за какие то утверждения и убеждения, делая суждением», могут гласить: «Молоток слишком тяжелый», или же, их основаниями нашей деятельности и, более широко, формы жизни. что еще вероятнее, — «Слишком тяжелый», «Давай другой!» Изна «Крепко держимся» в определенной языковой игре, используя чальное совершение истолкования заключено не в теоретическом некоторые убеждения как (явные или неявные) правила игры. А язы- суждении, а в осмотрительно озабоченном откладывании в сторону, ковые игры — это социальное явление. И деятельность следования в замене неподходящего инструмента, на что вовсе «не тратят слов».

правилу, как специально разъясняет Витгенштейн, есть определен- Если слов нет, то отсюда отнюдь нельзя заключать, что нет и истол ная практика, социальный институт. Нельзя в одиночку, приватно кования» (Там же).

следовать правилу. Итак, речь идет о том, что человеческое бытие в мире есть Витгенштейн ставит перед собой цель преодолеть традици- в то же время понимание. Понимание — неотъемлемая и невы онный философский скептицизм относительно достоверности делимая компонента пребывания в мире и действования в нем.

нашего познания, в частности нашего знания о существовании Человек обладает большим массивом пониманий такого рода.


внешнего мира. Он решает эту задачу, показывая, что скепти- Например, глядя на нечто, он понимает, что это — дом, в нем цизм в вопросе, например, о существовании внешнего мира не- живут люди, в нем есть мебель, посуда и все остальное, исполь уместен, потому что это — вовсе не «знание» и даже не убежде- зуемое людьми в своем жилье. Все понимания такого рода со емой традициями от поколения к поколению;

человеческое бы фундаментальным оказывается положение человека не в Кос лосообразной деятельности, принятой в обществе и передава распоряжении»18. Таким образом, изначальным, экзистенциально т.е. в (по большей части невысказываемых) основаниях прави «озабоченно деятельное бытие при сподручно находящемся в скептических сомнений, существует в основаниях языковых игр, ношению к нему. Человеческое бытие в мире он описывает как вет на этот вопрос: достоверность, свободная от беспокойства ся ни в каком гносеологическом обосновании и первична по от рассуждения Хайдеггера и Витгенштейна можно понять как от бытия в мире является связь с этим миром, которая не нуждает стема традиционных социальных связей. Рассмотренные выше Для Хайдеггера, фундаментальной характеристикой гармоничный космос античности и средневековья, а также си озабоченность проблемой достоверного основания знания.

сможет выстроить для себя человек, если разрушен конечный отношения к действительности и связанного с этим стремления снять мности человека, и задавался вопросом о том, какой новый дом и Хайдеггера — настойчиво звучит тема примата непознавательного Когда то М.Бубер назвал современную эпоху эпохой бездо что в творчестве двух крупнейших философов ХХ в. — Витгенштейна Витгенштейна), следуют в одном и том же русле.

терного выражения этих изменений я хочу обратить внимание на то, в отношении Хайдеггера, но может быть высказано и в отношении гносеологии и места гносеологии в философии. В качестве харак которую можно было бы отнести к антисциентистской (это очевидно одной частной проекции этих процессов — изменении парадигмы Таким образом, мы видим, что и философия науки, и философия, ческие аспекты. Однако в настоящей работе мы говорим только об сторону подлинной реальности или созерцания Абсолюта.

имели экономические, социальные, мировоззренческие и теорети ной деятельности и не открывают перспектив трансцендирования в происходившие в европейской цивилизации в новейшее время. Они в рамках своей собственной социально организованной познаватель Наше рассуждение, следуя за Гуссерлем, затронуло процессы, оценивающиеся по критерию удобства. Они оставляют познающих конструкции, обусловленные активностью познающего разума и зываются опытом и не выводятся из него, но содержат произвольные времен второго позитивизма осознала, что научные теории не подска чили статус государственных служащих высокого ранга. сотворены Богом соответствующими друг другу! Философия науки со способом зарабатывания средств к существованию, а ученые полу- сеологии в том, что реальность и наши познавательные способности В XIX в. научно исследовательская деятельность стала профессией, без достоинства»23. Как это далеко от убеждения классической гно уке прежде всего средство для укрепления своей мощи и престижа. ни истинной, но верой, которая, как может быть показано, есть вера Главным патроном науки становилось государство. Оно видело в на- что нам следует их искать, не является сама по себе ни рациональной, философов, однако имевшие огромное значение для развития науки. я утверждаю, что вера в то, что мы можем найти такие основания и когда происходили события, до сих пор ускользавшие от внимания основания тому, чтобы считать наши теории истинными. Более того, наукой, надо искать не здесь, а несколько позднее, в XVIII—XIX вв., вспомнить К.Поппера: «Мы не можем найти какие либо позитивные ставляется, что истоки мировоззренческого кризиса, связанного с измеримую с человеческими способностями познания. Достаточно ная Истина, а не возможность делать предсказания. Поэтому пред- сообществом конструкциями. На реальность смотрят как на несо проблемами человеческого существования. Ее целью была достовер- научных теориях и фактах мы имеем дело с построенными научным XVII в. наука имела глубокую внутреннюю связь с кардинальными согласие насчет того, что скорее всего этого не происходит, что в является более сложной. Формировавшаяся в научной революции решений и конструктов реальности. Распространяется молчаливое ровоззренческих проблем. Выше мы пытались показать, что картина ства трансцендировать его и соответствовать независимой от его ниманию ее сущности и ее современных гносеологических или ми- перестает обсуждать вопросы того, позволяют ли решения сообще и решения сообщества. При этом современная философия науки научной революции XVII в., поэтому именно там лежит ключ к по что она в своей самотождественной сущности сформировалась в власти и авторитета и пр. Рассматриваются, таким образом, действия 153 З.А.Сокулер Э.Гуссерль о геометрической традиции 156 Э.Гуссерль о геометрической традиции З.А.Сокулер вершенно достоверны и неопровержимы. Они — часть человеческого ет? Знает ли кошка, что существует мышь?» — задает Витгенштейн встречные вопросы21 — «Должны ли мы сказать: знание о том, что существования. Однако данная достоверность является не позна вательной, а экзистенциальной. Она, с одной стороны, позволяет физические объекты существуют, является очень ранним или очень поздним?» (Там же). Тут нет знания или веры, но есть деятельность, опровергнуть рассуждения солипсистов и скептиков. Но, с другой которая делает невозможной отрицание подобных предпосылок. «Ре стороны, трудно себе представить, как на таком базисе можно по строить систему научного знания, да Хайдеггер и не стремится ни бенка учат не тому, что существуют книги, существует кресло и т.д., к чему подобному. Здесь можно увидеть яркое проявление того, что и т.д., но тому, как доставать книгу, сидеть в кресле и т. д.» (Там же).

для проблем человеческого существования научное знание и его обо- Веру в существование внешнего мира невозможно ни подтвер снование перестали быть значимыми. дить, ни опровергнуть, потому что она не является знанием или Витгенштейн — мыслитель, принципиально отличающийся убеждением. В ответ на рассуждения скептика можно лишь дать от Хайдеггера, принадлежащий иному течению мысли, ставивший описание различных видов научной и практической деятельности, перед собой иные задачи. Тем показательнее, что у него есть рассуж- и тогда станет понятно, что признание существования физических дения, близкие рассмотренным рассуждениям Хайдеггера. Свиде- объектов вне и независимо от нашего сознания неразрывно связано тельством тому являются заметки, опубликованные под заголовком с этими видами деятельности и с языком, так что если от него от «О достоверности». Непосредственным поводом для этих заметок казаться, то соответствующие виды деятельности будут нарушены.

явилась попытка Дж.Мура опровергнуть скептицизм указанием на Достоверность, как показывает Витгенштейн, реально при то, что есть много вещей, которые я на самом деле знаю и которые сутствует там, где разыгрывается какая то языковая игра. Досто обладают для меня такой достоверностью, что ее не в состоянии по- верность —не предельная точка, к которой можно стремиться, колебать самые изощренные философские аргументы скептиков. Что увеличивая количество подтверждающих свидетельств, уменьшая за достоверное и неопровержимое знание имел в виду Мур? Знание вероятность ошибки, опираясь только на абсолютно достоверные того, что существует внешний мир, что существовали люди до моего свидетельства. Идея Витгенштейна состоит в том, что достовер рождения, что у меня есть рука. Мур стремился привести примеры ность никак не связана с количеством аргументов и верификаций утверждений, вызывающих непосредственное переживание досто- или с возможностью ошибки. Ошибаться можно в чем угодно: в верности выражаемого в них знания, и таким образом победить ар- арифметических выкладках, в том, что субъект не спит и не под гументы скептиков и защитить веру в существование внешнего мира. вержен галлюцинациям, что у него нет провалов в памяти. Но Вит Витгенштейн же доказывает, что в подобных случаях бессмыс- генштейн ставит вопрос о достоверности и возможности ошибки ленно говорить о вере и знании, что перед нами — явления другого по другому. С его точки зрения, достоверность присутствует там, рода. О знании, как полагает Витгенштейн, имеет смысл говорить где невозможно ошибаться, но не потому, что удается абсолютно только тогда, когда имеются надлежащие основания для утверждения достоверно опровергнуть все возможные сомнения, а потому, что «Я знаю, что...», когда можно спрашивать, откуда человек это знает, иначе невозможно было бы продолжать определенную деятельность.

«Надежно то свидетельство, — говорит Витгенштейн, — которое мы когда он это узнал, чем оправдано или подтверждено это знание. Но принимаем за безусловно надежное, следуя которому мы с полной такие вопросы становятся абсурдными в случаях, приводимых в при уверенностью и без сомнения действуем» (Там же, с. 347). Напри мер Муром. Откуда, в самом деле, я знаю, что существует внешний мер, нельзя серьезно заниматься историческими исследованиями мир? Как и когда мне это стало известно? Чем это подтверждается?

и в то же время сомневаться в том, что Земля существовала до Чтобы ни было приведено в подтверждение утверждения «Я знаю, моего рождения;

невозможно, стараясь правильно построить свои что существует внешний мир» — все будет звучать нелепо и являться отношения с другими людьми или занимаясь воспитанием детей, менее достоверным, чем само утверждение. «Верит ли новорожден в то же время сомневаться в том, что другие люди тоже наделены ный в то, что молоко существует? Или он знает, что молоко существу емой традициями от поколения к поколению;

человеческое бы фундаментальным оказывается положение человека не в Кос лосообразной деятельности, принятой в обществе и передава распоряжении»18. Таким образом, изначальным, экзистенциально т.е. в (по большей части невысказываемых) основаниях прави «озабоченно деятельное бытие при сподручно находящемся в скептических сомнений, существует в основаниях языковых игр, ношению к нему. Человеческое бытие в мире он описывает как вет на этот вопрос: достоверность, свободная от беспокойства ся ни в каком гносеологическом обосновании и первична по от рассуждения Хайдеггера и Витгенштейна можно понять как от бытия в мире является связь с этим миром, которая не нуждает стема традиционных социальных связей. Рассмотренные выше Для Хайдеггера, фундаментальной характеристикой гармоничный космос античности и средневековья, а также си озабоченность проблемой достоверного основания знания.

сможет выстроить для себя человек, если разрушен конечный отношения к действительности и связанного с этим стремления снять мности человека, и задавался вопросом о том, какой новый дом и Хайдеггера — настойчиво звучит тема примата непознавательного Когда то М.Бубер назвал современную эпоху эпохой бездо что в творчестве двух крупнейших философов ХХ в. — Витгенштейна Витгенштейна), следуют в одном и том же русле.

терного выражения этих изменений я хочу обратить внимание на то, в отношении Хайдеггера, но может быть высказано и в отношении гносеологии и места гносеологии в философии. В качестве харак которую можно было бы отнести к антисциентистской (это очевидно одной частной проекции этих процессов — изменении парадигмы Таким образом, мы видим, что и философия науки, и философия, ческие аспекты. Однако в настоящей работе мы говорим только об сторону подлинной реальности или созерцания Абсолюта.

имели экономические, социальные, мировоззренческие и теорети ной деятельности и не открывают перспектив трансцендирования в происходившие в европейской цивилизации в новейшее время. Они в рамках своей собственной социально организованной познаватель Наше рассуждение, следуя за Гуссерлем, затронуло процессы, оценивающиеся по критерию удобства. Они оставляют познающих конструкции, обусловленные активностью познающего разума и зываются опытом и не выводятся из него, но содержат произвольные времен второго позитивизма осознала, что научные теории не подска чили статус государственных служащих высокого ранга. сотворены Богом соответствующими друг другу! Философия науки со способом зарабатывания средств к существованию, а ученые полу- сеологии в том, что реальность и наши познавательные способности В XIX в. научно исследовательская деятельность стала профессией, без достоинства»23. Как это далеко от убеждения классической гно уке прежде всего средство для укрепления своей мощи и престижа. ни истинной, но верой, которая, как может быть показано, есть вера Главным патроном науки становилось государство. Оно видело в на- что нам следует их искать, не является сама по себе ни рациональной, философов, однако имевшие огромное значение для развития науки. я утверждаю, что вера в то, что мы можем найти такие основания и когда происходили события, до сих пор ускользавшие от внимания основания тому, чтобы считать наши теории истинными. Более того, наукой, надо искать не здесь, а несколько позднее, в XVIII—XIX вв., вспомнить К.Поппера: «Мы не можем найти какие либо позитивные ставляется, что истоки мировоззренческого кризиса, связанного с измеримую с человеческими способностями познания. Достаточно ная Истина, а не возможность делать предсказания. Поэтому пред- сообществом конструкциями. На реальность смотрят как на несо проблемами человеческого существования. Ее целью была достовер- научных теориях и фактах мы имеем дело с построенными научным XVII в. наука имела глубокую внутреннюю связь с кардинальными согласие насчет того, что скорее всего этого не происходит, что в является более сложной. Формировавшаяся в научной революции решений и конструктов реальности. Распространяется молчаливое ровоззренческих проблем. Выше мы пытались показать, что картина ства трансцендировать его и соответствовать независимой от его ниманию ее сущности и ее современных гносеологических или ми- перестает обсуждать вопросы того, позволяют ли решения сообще и решения сообщества. При этом современная философия науки научной революции XVII в., поэтому именно там лежит ключ к по что она в своей самотождественной сущности сформировалась в власти и авторитета и пр. Рассматриваются, таким образом, действия 153 З.А.Сокулер Э.Гуссерль о геометрической традиции 156 Э.Гуссерль о геометрической традиции З.А.Сокулер вершенно достоверны и неопровержимы. Они — часть человеческого ет? Знает ли кошка, что существует мышь?» — задает Витгенштейн встречные вопросы21 — «Должны ли мы сказать: знание о том, что существования. Однако данная достоверность является не позна вательной, а экзистенциальной. Она, с одной стороны, позволяет физические объекты существуют, является очень ранним или очень поздним?» (Там же). Тут нет знания или веры, но есть деятельность, опровергнуть рассуждения солипсистов и скептиков. Но, с другой которая делает невозможной отрицание подобных предпосылок. «Ре стороны, трудно себе представить, как на таком базисе можно по строить систему научного знания, да Хайдеггер и не стремится ни бенка учат не тому, что существуют книги, существует кресло и т.д., к чему подобному. Здесь можно увидеть яркое проявление того, что и т.д., но тому, как доставать книгу, сидеть в кресле и т. д.» (Там же).

для проблем человеческого существования научное знание и его обо- Веру в существование внешнего мира невозможно ни подтвер снование перестали быть значимыми. дить, ни опровергнуть, потому что она не является знанием или Витгенштейн — мыслитель, принципиально отличающийся убеждением. В ответ на рассуждения скептика можно лишь дать от Хайдеггера, принадлежащий иному течению мысли, ставивший описание различных видов научной и практической деятельности, перед собой иные задачи. Тем показательнее, что у него есть рассуж- и тогда станет понятно, что признание существования физических дения, близкие рассмотренным рассуждениям Хайдеггера. Свиде- объектов вне и независимо от нашего сознания неразрывно связано тельством тому являются заметки, опубликованные под заголовком с этими видами деятельности и с языком, так что если от него от «О достоверности». Непосредственным поводом для этих заметок казаться, то соответствующие виды деятельности будут нарушены.

явилась попытка Дж.Мура опровергнуть скептицизм указанием на Достоверность, как показывает Витгенштейн, реально при то, что есть много вещей, которые я на самом деле знаю и которые сутствует там, где разыгрывается какая то языковая игра. Досто обладают для меня такой достоверностью, что ее не в состоянии по- верность —не предельная точка, к которой можно стремиться, колебать самые изощренные философские аргументы скептиков. Что увеличивая количество подтверждающих свидетельств, уменьшая за достоверное и неопровержимое знание имел в виду Мур? Знание вероятность ошибки, опираясь только на абсолютно достоверные того, что существует внешний мир, что существовали люди до моего свидетельства. Идея Витгенштейна состоит в том, что достовер рождения, что у меня есть рука. Мур стремился привести примеры ность никак не связана с количеством аргументов и верификаций утверждений, вызывающих непосредственное переживание досто- или с возможностью ошибки. Ошибаться можно в чем угодно: в верности выражаемого в них знания, и таким образом победить ар- арифметических выкладках, в том, что субъект не спит и не под гументы скептиков и защитить веру в существование внешнего мира. вержен галлюцинациям, что у него нет провалов в памяти. Но Вит Витгенштейн же доказывает, что в подобных случаях бессмыс- генштейн ставит вопрос о достоверности и возможности ошибки ленно говорить о вере и знании, что перед нами — явления другого по другому. С его точки зрения, достоверность присутствует там, рода. О знании, как полагает Витгенштейн, имеет смысл говорить где невозможно ошибаться, но не потому, что удается абсолютно только тогда, когда имеются надлежащие основания для утверждения достоверно опровергнуть все возможные сомнения, а потому, что «Я знаю, что...», когда можно спрашивать, откуда человек это знает, иначе невозможно было бы продолжать определенную деятельность.

«Надежно то свидетельство, — говорит Витгенштейн, — которое мы когда он это узнал, чем оправдано или подтверждено это знание. Но принимаем за безусловно надежное, следуя которому мы с полной такие вопросы становятся абсурдными в случаях, приводимых в при уверенностью и без сомнения действуем» (Там же, с. 347). Напри мер Муром. Откуда, в самом деле, я знаю, что существует внешний мер, нельзя серьезно заниматься историческими исследованиями мир? Как и когда мне это стало известно? Чем это подтверждается?

и в то же время сомневаться в том, что Земля существовала до Чтобы ни было приведено в подтверждение утверждения «Я знаю, моего рождения;

невозможно, стараясь правильно построить свои что существует внешний мир» — все будет звучать нелепо и являться отношения с другими людьми или занимаясь воспитанием детей, менее достоверным, чем само утверждение. «Верит ли новорожден в то же время сомневаться в том, что другие люди тоже наделены ный в то, что молоко существует? Или он знает, что молоко существу факторов, традиций, в которых работают ученые, отношений экзистенциальный анализ противопоставляется, например, ана циональности таких оценок, влияния на них социокультурных что такое понимание является первичным, нерасчленимым. Его учным сообществом теорий или фактов, обсуждает вопросы ра- как нечто, служащее для такой то цели. Хайдеггер настаивает, философии науки. Она рассматривает оценку и принятие на- чит — понимается, для чего они, т.е. каждая вещь понимается Аналогичные процессы можно наблюдать и в современной Когда вещи окружающей ситуации понимаются, это зна раннего Нового времени. и существования.



Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 26 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.