авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 26 |

«Российская Академия Наук Институт философии ФИЛОСОФИЯ НАУКИ Выпуск 5 Философия науки в поисках новых путей ...»

-- [ Страница 23 ] --

разработанной Агассизом в Гарварде. Эта теория придавала особое ли тогда потребовать общего рассмотрения роли всех таких концеп на теории «катастроф», выдвинутой Кювье во Франции и широко ними, следует рассматривать как «революционный», то не следует это время влиятельных палеонтологических систем была основана поколениями ученых, и способный вызвать непонимание между тологии периода между 1825 и 1960 гг. Одна из двух предложенных в смене научных теорий, признанных следующими друг за другом Я позволю себе привести аналогию, взятую из истории палеон (2). Если любой концептуальный сдвиг, происходящий при моей точки зрения) неизбежное следствие.

заменить его другим критерием.) и «революционной» фазами. Это не входит в его расчеты, но это (с чтобы удовлетворить этому исходному критерию, значит, нам нужно совершенно разрушилось его исходное различие между нормальной фактически не было ни одного несоответствия столь обширного, умеренную позицию. Однако в результате этого (как я покажу далее) революцию» в теперешнем понимании Куна? (Я считаю, что никогда ходивших. В его новой работе он вроде бы занял несколько более следующего за ним, чтобы переход между ними составил «научную менее объяснимыми, чем любые из фактически когда либо проис соответствия между идеями одного научного поколения и идеями научных теорий связана со скачками куда более глубокими и гораздо (1). Насколько обширными должны быть концептуальные не слишком далеко заходит в своих оценках, предполагая, что эволюция нынешней позиции Куна.

с точки зрения своего интеллектуального уровня. В результате он вопросами, которые могли бы подчеркнуть переходный характер мальной» и «революционной» фазах научного развития, абсолютны му Куна). А сейчас позвольте мне закончить свое выступление двумя аргументами различия между изменениями, происходящими в «нор жение «эволюционной теории» (как противоположной катастрофиз в своей книге, требует подобных же уточнений. В соответствии с его Я вынужден отложить до другого случая более подробное изло Мне всегда казалось, что позиция Куна, которую он отстаивает данный момент разработанных проблем.

оказывается в конечном счете только делом степени.

подвержены влияниям и аналогиям, привносимым из имеющихся на мальными и революционными изменениями в политической сфере них, так и внешних: источники новых гипотез очень разнообразны и изменение.

Если речь идет об объяснении, то разница между нор в конкретной науке зависит от сложной смеси факторов как внутрен вопросы о политических механизмах, включенных в революционное бы только неосуществимый идеал. Наконец, направление инновации сказывания о том, что произошли «революции», только предваряют исключительно профессиональным делом, хотя практически это был условия в разных странах.) Таким образом в политической сфере вы ствительно, считали бы такие проблемы совершенно внутренним, раздо более схожими, чем дореволюционные и послереволюционные ным и, следовательно, внутренним вопросом. Многие ученые, дей ющие состояния дел в каждой стране до и после революции были го новшеств в науке будет в преобладающей степени профессиональ каждая из этих областей изменились несущественно, и соответству С другой стороны, критерий отбора для оценки концептуальных цузское право наследования: в результате политических революций нодательства, русскую практику экспортирования туристов и фран- щественно зависит от внешних по отношению к науке факторов.

249 Ст.Тулмин Выдерживает ли критику различение нормальной и революционной науки? 252 Выдерживает ли критику различение нормальной и революционной науки? Ст.Тулмин Однако такая формулировка содержала в себе преувеличение, Пусть кто то вслед за Куном признает, что «концептуальные подобное тому, какое было связано ранее с термином «догма», упо- несоответствия» между идеями сменяющих друг друга поколений требленным Т.Куном. В конце концов, профессиональная карьера ученых действительно вносят реальные разрывы в развитие научной большого числа физиков продолжалась с 1890 по 1930 годы, и эти мысли. Если в этом суть, то мы должны проследить вторую ветвь его люди пережили замену ньютоновской системы мышления эйнштей- аргументации, соответствующую «модифицированному катастро новской. Если бы полный разрыв научных коммуникаций, который физму» Агассиза. Если, согласно исходному мнению Куна, научные Кун считает неизбежным признаком научных революций, действи- революции в какой то области науки могли происходить только раз тельно имел место, то о нем свидетельствовали бы документы, свя- в двести лет или около этого, то «концептуальные несоответствия», занные с научно исследовательской практикой этого периода. Что о которых он говорит теперь, повторяются гораздо чаще. В самом же мы видим на самом деле? Даже если концептуальные изменения деле, если достаточно уменьшить масштаб рассмотрения, можно за были действительно так глубоки, как об этом заявляет Кун, то во метить, что они действительно повторяются довольно часто;

наверное, всяком случае физики, как это ни странно, об этом не догадались.

каждое новое поколение ученых, имеющее какие либо собственные Напротив, многие из них post factum смогли объяснить, почему они идеи или собственный «уклон», в каких то моментах или в каких то переменили свои взгляды и приняли релятивистскую концепцию.

аспектах действуют наперекор своим предшественникам. Вообще «Почему» здесь означает «на каком основании». Однако, если верить сомнительно, развивалась ли хоть когда либо естественная наука с Куну, такая перемена позиции могла произойти только путем «об достаточно развитым теоретическим аппаратом только за счет одной ращения», то есть когда человек внезапно заявляет: «Я не должен «кумуляции» своих данных.

более видеть природу так, как видел раньше...», или, не приводя Но в таком случае «научная революция» уже не может быть изо оснований, описывает некоторые «причины» изменений своих бражена как некий драматический разрыв в течении «нормальной»

убеждений: «Эйнштейн смог меня убедить», или «я обнаружил, что и консолидированной науки;

вместо этого она становится просто во мне что то изменилось, не знаю почему...», или «так было нужно «единицей изменения» внутри этого процесса. Как и в палеонто по ходу дела...».

логии, исчезает непостижимость этого скачка, и, следовательно, Итак, можно признать, что развитие научной мысли действительно рушится само различение между «нормальным» и «революционным»

вызывает существенные концептуальные скачки, и теоретические систе мы, сменяющие одна другую в рамках некоторой научной традиции, ча- изменением в науке, различение, которое составило суть и ядро те сто могут основываться на различных и даже несовместимых принципах и ории Куна. Ибо исходным критерием, позволяющим судить о том, аксиомах. Но не следует идти слишком далеко, руководствуясь исходной что действительно произошла научная революция, была как раз «революционной» гипотезой Куна. Замещение одной системы понятий «абсолютность» этого различения. И если мы однажды признали, что другой системой происходит на достаточно устойчивых основаниях, хотя никакое концептуальное изменение в науке не бывает абсолютным, эти конкретные «основания» сами по себе не могут быть формализованы то эволюция науки предстает перед нами как последовательность или выражены в более общих понятиях, или сводиться к некоторым ак- различных по масштабу и значению концептуальных модификаций.

сиомам. То, что объединяет участников спора — как тех, что выдвигают Таким образом специфический момент теории Куна оказывается новые взгляды, так и сторонников старых, — это не общие принципы несущественным, и мы должны искать новую теорию научного или аксиомы, а скорее общие «процедуры и правила отбора», то есть не изменения. Такая теория должна иметь преимущество как по срав сами «принципы науки», а то, благодаря чему эти принципы конститу- нению с куновским понятием «революции», так и по сравнению с ируются. (Они также могут меняться на протяжении истории, как это наивным кумулятивизмом, от которого он отказался, точно так же, показал Лакатос на примере критерия математического доказательства, как дарвиновская эволюционная интерпретация палеонтологии по но это происходит медленнее, по сравнению с изменением теорий, для шла дальше и катастрофизма Кювье, и униформизма Лайеля.

оценки которых они предназначены.) понимание. М., 1983].

understanding. Vol. 1. Princeton, 1972;

русский перевод: Тулмин С. Человеческое об эволюции понятий и проблем «Человеческое понимание» [Toulmin St. Human ции, что взаимонепонимание оказывалось неизбежным.

Полное изложение моей позиции будет представлено в скоро выходящей книге революция» настолько разрушала всяческие попытки коммуника мог даже объяснить свою точку зрения своему оппоненту. «Научная точки зрения, ни даже общего гештальта. В итоге никто из них не тических вариантов, представленных на рассмотрение в конкретной этих различных теорий не находилось ни общего языка, ни общей спросить: «какие факторы определяют количество и природу теоре шла об организации опытов, между любыми двумя сторонниками в две различные группы вопросов. С одной стороны, мы должны Такое непонимание изображалось как неизбежное, ибо когда речь революции в науке?» должен быть переформулирован и преобразован ми старой ньютоновской динамики и новой динамики Эйнштейна. следующему поколению. Таким образом, вопрос «как происходят новой системы научного мышления, например, между приверженца- выживает и закрепляется в корпусе идей, который переходит к по понимание на теоретическом уровне между сторонниками старой и в которой только небольшая часть этих вариантов действительно ситуации, в которых с неизбежностью возникает полное взаимоне- точками для большего числа подсказываемых ими вариантов, но скачкам приписывалось абсолютное значение. Они описывались как нятые на каждом данном этапе научные теории служат отправными Куна (в лекции 1961 г. и в книге 1962 г.) этим «революционным» вариации. Тогда перед нами возникает картина науки, в которой при в научной теории, а вместо этого будем понимать их как единицы лектуальные скачки и не отдает им должного. В ранних разработках штабные «микрореволюции» как единицы эффективного изменения и развития не будет адекватной, если она не признает такие интел Предположим, мы более не рассматриваем куновские мелкомас жены различные поколения ученых. Никакая теория научного роста работе1.

концептуальным несоответствиям между идеями, которым привер ные замечания, которые будут полностью развернуты в другой моей столь значительными изменениями, что это приводит к глубоким коротко остановиться на этом и привести некоторые предваритель настаивать на том, что развитие научных идей иногда связано со работу Крейна Бринтона «Анатомия революции».) Я позволю себе от исходной теории Кювье. Вначале было важным и существенным (Сравните, например, книгу Дарвина «Происхождение видов» и революционное», пошел в том же направлении, в каком шел Агассиз этих изменений, в особенности механизмов вариации и сохранения.

он, по сравнению со своей исходной дихотомией «нормальное — связанное с тщательным исследованием работающих механизмов комились с нынешней позицией Т.Куна, мне представляется, что изменения, наиболее плодотворным оказывалось направление, Теперь воспользуемся этой аналогией. После того как мы озна волюционными» и «реформистскими» воззрениями на исторические и «катастрофического» потерпело провал.

когда нужно было выскочить из ловушки противоречия между «ре земной коре, и что таким образом само различение «нормального» может помочь опыт других исторических дисциплин. Всякий раз, ственных) и «катастрофических» (сверхъестественных) изменений в Какую форму должна будет принять такая теория? И здесь нам в их теории разрушило их исходное различение «нормальных» (есте- сиональных коллективов.

сразу поняли, что это на первый взгляд незначительное изменение исследовательской работы ученого или практики научных профес единообразие и регулярность. Но палеонтологи катастрофисты не гипотез с теми обобщениями, которые касаются индивидуальной и палеонтологическими феноменами и обнаружило определенное бегать отождествления логических критериев оценки новых научных зывалось «катастрофами», стало в ряд с другими геологическими логией. Но и тогда будет важно, как на этом настаивает Поппер, из в описании механизмов этих явлений. Короче, то, что вначале на- в результате она соединит логику науки с ее социологией и психо натуралистического объяснения. Возникла острая необходимость пирических исследований реального развития и роста науки и что говорить о том, что эти явления не допускают механистического или построена, должна отчасти основываться на результатах новых эм палеонтологические явления. И следовательно, уже нельзя было Как и проф. Кун, я верю, что новая теория, если она будет 251 Ст.Тулмин Выдерживает ли критику различение нормальной и революционной науки? 250 Выдерживает ли критику различение нормальной и революционной науки? Ст.

Тулмин стоверных наблюдениях, стал утверждать, что признаки геологиче- науке в данный исторический период?» (аналог генетического во ских и палеонтологических скачков свидетельствуют о «сверхъесте- проса о происхождении мутантных форм в биологической эволю ственных» событиях, то есть об изменениях слишком неожиданных ции). С другой стороны, мы должны спросить: «Какие факторы и и сильных, чтобы их можно было объяснить как следствия обычных соображения определяют, какой интеллектуальный вариант получит физических и химических процессов. Эти скачки, считал он, сви- признание, закрепится в корпусе идей, которые станут отправной детельствуют о «катастрофах», которые (подобно «революциям» точкой для следующего круга вариации?» (аналог биологических в политической истории) были в некотором роде непостижимы вопросов о селекции).

для научного разума. Когда геолог говорил: «..., а затем произо- Соответственно, как и в других исторических дисциплинах, шла катастрофа», это означало только то, что данное изменение не проблема исторического изменения может быть эффективно пере может быть рационально обосновано известными геологическими формулирована в проблему вариационно селективного сохранения.

процессами так, например, как объясняют образование обычных Преимущества такой переформулировки не могут быть здесь полно осадочных пластов. Однако такая интерпретация геологических и стью раскрыты, но стоит указать по крайней мере на один момент.

палеонтологических скачков заходила слишком далеко. Действи- Это не только поможет выявить причину недоразумений в споре тельно, некоторые наблюдения земной коры свидетельствовали об между Куном и Поппером, вызванных взаимным непониманием, изменениях столь резких, как о них говорил Кювье;

но по мере того, а именно — неясность относительно того, где проходят границы как исследования шли дальше, выяснялось, что эти изменения не философии науки, занимающейся вопросом о том, по каким сооб были ни глобальными, ни непостижимыми, и могли быть объяснены ражениям правильно осуществляется выбор среди новых вариантов, вполне рационально. и где расположена сфера психологии или социологии науки, зани Как разрешилось противоречие между униформистской теорией мающихся теми соображениями, которые фактически принимаются и теорией катастроф? Именно в этом заключается существенный для в расчет. Это также может, как я полагаю, помочь решить некоторые нас момент. А произошло следующее. С одной стороны, униформи- старые затруднения, вызванные неясностью разделения на внутрен сты (геологи и палеонтологи, разделяющие взгляды Лайеля) были ние и внешние факторы развития интеллектуальных традиций. Если вынуждены признать, что некоторые изменения, составляющие научное изменение рассматривается как частный случай более обще предмет их исследований, происходили более резко, чем предпо- го явления «концептуальной эволюции», тогда мы можем различить лагалось ранее. Дарвин, например, наблюдал на побережье в Чили по крайней мере три различных аспекта этой эволюции. Наличный результаты действий последних землетрясений, которые изменили объем или масштаб нововведения, имеющего место в данной об взаимное расположение различных геологических пластов при- ласти в любой момент, можно отличить от направления, в котором близительно на 20 футов за один толчок, и это открытие убедило в основном идет это нововведение;

и то, и другое можно, в свою Лайеля, что в прошлом землетрясения могли быть в конечном очередь, отличить от критерия отбора, по которому определяется, счете намного более значительными, чем он допускал ранее. Таким какие варианты сохраняются внутри традиции.

образом, взгляды униформистов становились более «катастрофи- Четко проведя такие различения, затем желательно рас ческими». В то же время в лагере катастрофистов идеи развивались смотреть конкретно, в какой степени каждый аспект научного в противоположном направлении. Агассиз, в частности, нашел, изменения зависит от внутренних или от внешних факторов.

что количество катастроф, объясняющих накопленные геологиче- Было бы наивным полагать, что в любом столкновении понятий ские данные, должно быть увеличено, а их размеры — уменьшены. нужно видеть именно два разных аспекта. Коротко говоря, объ В результате катастрофы, вначале считавшиеся «необходимыми ем нововведения, происходящего в любой науке, по видимому, и радикальными», стали столь многочисленны, а их действие так зависит в значительной мере от возможностей, имеющихся в уменьшилось, что они стали давать некую единообразную кар- данном социальном контексте для проведения оригинальной ра тину, превратившись таким образом в рядовые геологические и боты в данной области науки. Следовательно, ход инновации су понимание. М., 1983].

understanding. Vol. 1. Princeton, 1972;

русский перевод: Тулмин С. Человеческое об эволюции понятий и проблем «Человеческое понимание» [Toulmin St. Human ции, что взаимонепонимание оказывалось неизбежным.

Полное изложение моей позиции будет представлено в скоро выходящей книге революция» настолько разрушала всяческие попытки коммуника мог даже объяснить свою точку зрения своему оппоненту. «Научная точки зрения, ни даже общего гештальта. В итоге никто из них не тических вариантов, представленных на рассмотрение в конкретной этих различных теорий не находилось ни общего языка, ни общей спросить: «какие факторы определяют количество и природу теоре шла об организации опытов, между любыми двумя сторонниками в две различные группы вопросов. С одной стороны, мы должны Такое непонимание изображалось как неизбежное, ибо когда речь революции в науке?» должен быть переформулирован и преобразован ми старой ньютоновской динамики и новой динамики Эйнштейна. следующему поколению. Таким образом, вопрос «как происходят новой системы научного мышления, например, между приверженца- выживает и закрепляется в корпусе идей, который переходит к по понимание на теоретическом уровне между сторонниками старой и в которой только небольшая часть этих вариантов действительно ситуации, в которых с неизбежностью возникает полное взаимоне- точками для большего числа подсказываемых ими вариантов, но скачкам приписывалось абсолютное значение. Они описывались как нятые на каждом данном этапе научные теории служат отправными вариации. Тогда перед нами возникает картина науки, в которой при Куна (в лекции 1961 г. и в книге 1962 г.) этим «революционным»

в научной теории, а вместо этого будем понимать их как единицы лектуальные скачки и не отдает им должного. В ранних разработках штабные «микрореволюции» как единицы эффективного изменения и развития не будет адекватной, если она не признает такие интел Предположим, мы более не рассматриваем куновские мелкомас жены различные поколения ученых. Никакая теория научного роста работе1.

концептуальным несоответствиям между идеями, которым привер ные замечания, которые будут полностью развернуты в другой моей столь значительными изменениями, что это приводит к глубоким коротко остановиться на этом и привести некоторые предваритель настаивать на том, что развитие научных идей иногда связано со работу Крейна Бринтона «Анатомия революции».) Я позволю себе от исходной теории Кювье. Вначале было важным и существенным (Сравните, например, книгу Дарвина «Происхождение видов» и революционное», пошел в том же направлении, в каком шел Агассиз этих изменений, в особенности механизмов вариации и сохранения.

он, по сравнению со своей исходной дихотомией «нормальное — связанное с тщательным исследованием работающих механизмов комились с нынешней позицией Т.Куна, мне представляется, что изменения, наиболее плодотворным оказывалось направление, Теперь воспользуемся этой аналогией. После того как мы озна волюционными» и «реформистскими» воззрениями на исторические и «катастрофического» потерпело провал.

когда нужно было выскочить из ловушки противоречия между «ре земной коре, и что таким образом само различение «нормального» может помочь опыт других исторических дисциплин. Всякий раз, ственных) и «катастрофических» (сверхъестественных) изменений в Какую форму должна будет принять такая теория? И здесь нам в их теории разрушило их исходное различение «нормальных» (есте- сиональных коллективов.

сразу поняли, что это на первый взгляд незначительное изменение исследовательской работы ученого или практики научных профес единообразие и регулярность. Но палеонтологи катастрофисты не гипотез с теми обобщениями, которые касаются индивидуальной и палеонтологическими феноменами и обнаружило определенное бегать отождествления логических критериев оценки новых научных зывалось «катастрофами», стало в ряд с другими геологическими логией. Но и тогда будет важно, как на этом настаивает Поппер, из в описании механизмов этих явлений. Короче, то, что вначале на- в результате она соединит логику науки с ее социологией и психо натуралистического объяснения. Возникла острая необходимость пирических исследований реального развития и роста науки и что говорить о том, что эти явления не допускают механистического или построена, должна отчасти основываться на результатах новых эм палеонтологические явления. И следовательно, уже нельзя было Как и проф. Кун, я верю, что новая теория, если она будет 251 Ст.Тулмин Выдерживает ли критику различение нормальной и революционной науки? 250 Выдерживает ли критику различение нормальной и революционной науки? Ст.

Тулмин стоверных наблюдениях, стал утверждать, что признаки геологиче- науке в данный исторический период?» (аналог генетического во ских и палеонтологических скачков свидетельствуют о «сверхъесте- проса о происхождении мутантных форм в биологической эволю ственных» событиях, то есть об изменениях слишком неожиданных ции). С другой стороны, мы должны спросить: «Какие факторы и и сильных, чтобы их можно было объяснить как следствия обычных соображения определяют, какой интеллектуальный вариант получит физических и химических процессов. Эти скачки, считал он, сви- признание, закрепится в корпусе идей, которые станут отправной детельствуют о «катастрофах», которые (подобно «революциям» точкой для следующего круга вариации?» (аналог биологических в политической истории) были в некотором роде непостижимы вопросов о селекции).

для научного разума. Когда геолог говорил: «..., а затем произо- Соответственно, как и в других исторических дисциплинах, шла катастрофа», это означало только то, что данное изменение не проблема исторического изменения может быть эффективно пере может быть рационально обосновано известными геологическими формулирована в проблему вариационно селективного сохранения.

процессами так, например, как объясняют образование обычных Преимущества такой переформулировки не могут быть здесь полно осадочных пластов. Однако такая интерпретация геологических и стью раскрыты, но стоит указать по крайней мере на один момент.

палеонтологических скачков заходила слишком далеко. Действи- Это не только поможет выявить причину недоразумений в споре тельно, некоторые наблюдения земной коры свидетельствовали об между Куном и Поппером, вызванных взаимным непониманием, изменениях столь резких, как о них говорил Кювье;

но по мере того, а именно — неясность относительно того, где проходят границы как исследования шли дальше, выяснялось, что эти изменения не философии науки, занимающейся вопросом о том, по каким сооб ражениям правильно осуществляется выбор среди новых вариантов, были ни глобальными, ни непостижимыми, и могли быть объяснены вполне рационально. и где расположена сфера психологии или социологии науки, зани мающихся теми соображениями, которые фактически принимаются Как разрешилось противоречие между униформистской теорией и теорией катастроф? Именно в этом заключается существенный для в расчет. Это также может, как я полагаю, помочь решить некоторые нас момент. А произошло следующее. С одной стороны, униформи- старые затруднения, вызванные неясностью разделения на внутрен сты (геологи и палеонтологи, разделяющие взгляды Лайеля) были ние и внешние факторы развития интеллектуальных традиций. Если вынуждены признать, что некоторые изменения, составляющие научное изменение рассматривается как частный случай более обще предмет их исследований, происходили более резко, чем предпо- го явления «концептуальной эволюции», тогда мы можем различить лагалось ранее. Дарвин, например, наблюдал на побережье в Чили по крайней мере три различных аспекта этой эволюции. Наличный результаты действий последних землетрясений, которые изменили объем или масштаб нововведения, имеющего место в данной об взаимное расположение различных геологических пластов при- ласти в любой момент, можно отличить от направления, в котором близительно на 20 футов за один толчок, и это открытие убедило в основном идет это нововведение;

и то, и другое можно, в свою Лайеля, что в прошлом землетрясения могли быть в конечном очередь, отличить от критерия отбора, по которому определяется, счете намного более значительными, чем он допускал ранее. Таким какие варианты сохраняются внутри традиции.

образом, взгляды униформистов становились более «катастрофи- Четко проведя такие различения, затем желательно рас ческими». В то же время в лагере катастрофистов идеи развивались смотреть конкретно, в какой степени каждый аспект научного в противоположном направлении. Агассиз, в частности, нашел, изменения зависит от внутренних или от внешних факторов.

что количество катастроф, объясняющих накопленные геологиче- Было бы наивным полагать, что в любом столкновении понятий ские данные, должно быть увеличено, а их размеры — уменьшены. нужно видеть именно два разных аспекта. Коротко говоря, объ В результате катастрофы, вначале считавшиеся «необходимыми ем нововведения, происходящего в любой науке, по видимому, и радикальными», стали столь многочисленны, а их действие так зависит в значительной мере от возможностей, имеющихся в уменьшилось, что они стали давать некую единообразную кар- данном социальном контексте для проведения оригинальной ра тину, превратившись таким образом в рядовые геологические и боты в данной области науки. Следовательно, ход инновации су одинаково. Однако Кювье, основываясь на собственных и вполне до- Куна суть единицы всего научного нововведения, тогда идея «науч земной истории были одними и теми же, а также действовали всегда волюции». Если я прав, и «микрореволюции» в теперешней позиции ний — как органических, так и неорганических — на каждой стадии к настоящему времени уже преодолели наивное доверие к идее «ре ства), что все факторы геологических и палеонтологических измене значение термина «революция»? Изучающие политическую историю Д.Хуттона, в том числе и Ч.Лайелем в раннем периоде его творче так, то не переросли ли мы фактически совершенно первоначальное допущение (а оно принималось как аксиома для последователей последующих геологов катастрофистов? И если дело обстоит именно важную роль тем, что поставила под сомнение то усыпляющее мысль эти «микрореволюции» как аналоги «микрокатастроф» Агассиза и ровке геологических и палеонтологических данных. Она сыграла И не должны ли мы тогда, если выразиться кратко, рассматривать значение признакам прерывности, обнаруживаемым при расшиф туальных сдвигов, происходящих в ходе развития научной мысли?

разработанной Агассизом в Гарварде. Эта теория придавала особое ли тогда потребовать общего рассмотрения роли всех таких концеп на теории «катастроф», выдвинутой Кювье во Франции и широко ними, следует рассматривать как «революционный», то не следует это время влиятельных палеонтологических систем была основана поколениями ученых, и способный вызвать непонимание между тологии периода между 1825 и 1960 гг. Одна из двух предложенных в смене научных теорий, признанных следующими друг за другом Я позволю себе привести аналогию, взятую из истории палеон (2). Если любой концептуальный сдвиг, происходящий при моей точки зрения) неизбежное следствие.

заменить его другим критерием.) и «революционной» фазами. Это не входит в его расчеты, но это (с чтобы удовлетворить этому исходному критерию, значит, нам нужно совершенно разрушилось его исходное различие между нормальной фактически не было ни одного несоответствия столь обширного, умеренную позицию. Однако в результате этого (как я покажу далее) революцию» в теперешнем понимании Куна? (Я считаю, что никогда ходивших. В его новой работе он вроде бы занял несколько более следующего за ним, чтобы переход между ними составил «научную менее объяснимыми, чем любые из фактически когда либо проис соответствия между идеями одного научного поколения и идеями научных теорий связана со скачками куда более глубокими и гораздо (1). Насколько обширными должны быть концептуальные не слишком далеко заходит в своих оценках, предполагая, что эволюция нынешней позиции Куна.

с точки зрения своего интеллектуального уровня. В результате он вопросами, которые могли бы подчеркнуть переходный характер мальной» и «революционной» фазах научного развития, абсолютны му Куна). А сейчас позвольте мне закончить свое выступление двумя аргументами различия между изменениями, происходящими в «нор жение «эволюционной теории» (как противоположной катастрофиз в своей книге, требует подобных же уточнений. В соответствии с его Я вынужден отложить до другого случая более подробное изло Мне всегда казалось, что позиция Куна, которую он отстаивает данный момент разработанных проблем.

оказывается в конечном счете только делом степени.

подвержены влияниям и аналогиям, привносимым из имеющихся на мальными и революционными изменениями в политической сфере них, так и внешних: источники новых гипотез очень разнообразны и изменение.

Если речь идет об объяснении, то разница между нор в конкретной науке зависит от сложной смеси факторов как внутрен вопросы о политических механизмах, включенных в революционное бы только неосуществимый идеал. Наконец, направление инновации сказывания о том, что произошли «революции», только предваряют исключительно профессиональным делом, хотя практически это был условия в разных странах.) Таким образом в политической сфере вы ствительно, считали бы такие проблемы совершенно внутренним, раздо более схожими, чем дореволюционные и послереволюционные ным и, следовательно, внутренним вопросом. Многие ученые, дей ющие состояния дел в каждой стране до и после революции были го новшеств в науке будет в преобладающей степени профессиональ каждая из этих областей изменились несущественно, и соответству С другой стороны, критерий отбора для оценки концептуальных цузское право наследования: в результате политических революций нодательства, русскую практику экспортирования туристов и фран- щественно зависит от внешних по отношению к науке факторов.

249 Ст.Тулмин Выдерживает ли критику различение нормальной и революционной науки? 252 Выдерживает ли критику различение нормальной и революционной науки? Ст.Тулмин Однако такая формулировка содержала в себе преувеличение, Пусть кто то вслед за Куном признает, что «концептуальные подобное тому, какое было связано ранее с термином «догма», упо- несоответствия» между идеями сменяющих друг друга поколений требленным Т.Куном. В конце концов, профессиональная карьера ученых действительно вносят реальные разрывы в развитие научной большого числа физиков продолжалась с 1890 по 1930 годы, и эти мысли. Если в этом суть, то мы должны проследить вторую ветвь его люди пережили замену ньютоновской системы мышления эйнштей- аргументации, соответствующую «модифицированному катастро новской. Если бы полный разрыв научных коммуникаций, который физму» Агассиза. Если, согласно исходному мнению Куна, научные Кун считает неизбежным признаком научных революций, действи- революции в какой то области науки могли происходить только раз тельно имел место, то о нем свидетельствовали бы документы, свя- в двести лет или около этого, то «концептуальные несоответствия», занные с научно исследовательской практикой этого периода. Что о которых он говорит теперь, повторяются гораздо чаще. В самом же мы видим на самом деле? Даже если концептуальные изменения деле, если достаточно уменьшить масштаб рассмотрения, можно за были действительно так глубоки, как об этом заявляет Кун, то во метить, что они действительно повторяются довольно часто;

наверное, всяком случае физики, как это ни странно, об этом не догадались.

каждое новое поколение ученых, имеющее какие либо собственные Напротив, многие из них post factum смогли объяснить, почему они идеи или собственный «уклон», в каких то моментах или в каких то переменили свои взгляды и приняли релятивистскую концепцию.

аспектах действуют наперекор своим предшественникам. Вообще «Почему» здесь означает «на каком основании». Однако, если верить сомнительно, развивалась ли хоть когда либо естественная наука с Куну, такая перемена позиции могла произойти только путем «об достаточно развитым теоретическим аппаратом только за счет одной ращения», то есть когда человек внезапно заявляет: «Я не должен «кумуляции» своих данных.

более видеть природу так, как видел раньше...», или, не приводя Но в таком случае «научная революция» уже не может быть изо оснований, описывает некоторые «причины» изменений своих бражена как некий драматический разрыв в течении «нормальной»

убеждений: «Эйнштейн смог меня убедить», или «я обнаружил, что и консолидированной науки;

вместо этого она становится просто во мне что то изменилось, не знаю почему...», или «так было нужно «единицей изменения» внутри этого процесса. Как и в палеонто по ходу дела...».

логии, исчезает непостижимость этого скачка, и, следовательно, Итак, можно признать, что развитие научной мысли действительно рушится само различение между «нормальным» и «революционным»

вызывает существенные концептуальные скачки, и теоретические систе мы, сменяющие одна другую в рамках некоторой научной традиции, ча- изменением в науке, различение, которое составило суть и ядро те сто могут основываться на различных и даже несовместимых принципах и ории Куна. Ибо исходным критерием, позволяющим судить о том, аксиомах. Но не следует идти слишком далеко, руководствуясь исходной что действительно произошла научная революция, была как раз «революционной» гипотезой Куна. Замещение одной системы понятий «абсолютность» этого различения. И если мы однажды признали, что другой системой происходит на достаточно устойчивых основаниях, хотя никакое концептуальное изменение в науке не бывает абсолютным, эти конкретные «основания» сами по себе не могут быть формализованы то эволюция науки предстает перед нами как последовательность или выражены в более общих понятиях, или сводиться к некоторым ак- различных по масштабу и значению концептуальных модификаций.

сиомам. То, что объединяет участников спора — как тех, что выдвигают Таким образом специфический момент теории Куна оказывается новые взгляды, так и сторонников старых, — это не общие принципы несущественным, и мы должны искать новую теорию научного или аксиомы, а скорее общие «процедуры и правила отбора», то есть не изменения. Такая теория должна иметь преимущество как по срав сами «принципы науки», а то, благодаря чему эти принципы конститу- нению с куновским понятием «революции», так и по сравнению с ируются. (Они также могут меняться на протяжении истории, как это наивным кумулятивизмом, от которого он отказался, точно так же, показал Лакатос на примере критерия математического доказательства, как дарвиновская эволюционная интерпретация палеонтологии по но это происходит медленнее, по сравнению с изменением теорий, для шла дальше и катастрофизма Кювье, и униформизма Лайеля.

оценки которых они предназначены.) неуместным высокомерием. Я с этим вполне согласен.

ром, вся научная работа должна начинаться как бы заново, было бы правила игры, сформулированные Бэконом, Карнапом или Поппе ньютонианская или эйнштейнианская наука нарушает априорные ние, которое состояло бы в том, чтобы в тех случаях, когда, скажем, еще тащится в хвосте обычной научной мудрости. Поэтому требова дологии, по крайней мере, что касается наиболее развитых наук, все универсальных законов философов. Но если так, то прогресс в мето которые создавали основной — хотя не исключительный — эталон менявшимся «инстинктивно» научной элитой в конкретных случаях, времени это было стандартной ситуацией в науке, стандартом, при данных, полученных наилучшими учеными. Вплоть до настоящего исповедующими априоризм, оказывались ошибочными в свете «До сих пор все «законы», предлагавшиеся философами науки, ему «имеющей довольно много общего с истиной».

только «закон для данного исследования» (case law)», теперь кажется может быть вообще никакого закона как такового (statute law): есть Напротив, альтернативная позиция Полани, что «не должно и не хорошей и плохой науки» как непозволительно априористический.

характера (заключенный в его критерии демаркации) для различения жен существовать неизменяемый статус закона конституционального иерусалимского доклада он явно отрицает вывод Поппера, что «дол его ранними заявлениями. Например, в 1973 году в новой редакции таким философам, как Полани, которые не так легко совместить с результатом его работы. Но в последних работах он делает уступки «рациональные» стандарты рассуждения, что и является конечным тическом способе, которым ученый должен образовывать некоторые опыта естественных наук;

они должны настаивать на подлинно кри «хорошей науки» от «плохой науки», находясь как бы вне актуального Перевод с англ. В.Н.Поруса дать решающий критерий для различения науки от «не науки» или 1970. P. 39 47. он флиртовал с попперовской идеей о том, что философы обязаны revolutionary Science hold Water? // Criticism and growth of knowledge. Cambridge, научного суждения. Во второй период своего развития (Лакатос2) Впервые опубликовано: S.Toulmin. Does the Distinction between normal and са к попперовской проблеме «критерия демаркации» и к стандартам Особенно интересно проследить изменение отношения Лакато к методологии и философии науки.

просто описательных ярлыков.

гии математики и философии математики, теперь применяются революции» из категории объяснительных понятий в категорию ных революций» должна будет последовать за идеей «политической идеи, развитые вначале для математических дискуссий по методоло 257 Ст.Тулмин История, практика и «третий мир» (трудности методологии Лакатоса) 260 История, практика и «третий мир» (трудности методологии Лакатоса) Ст.Тулмин 2. ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ И ИЗМЕНЕНИЕ в близости взглядам из «Der Stьrmer» (U.C.L.A. Copernicus symposium, В РАЗВИТИИ ВЗГЛЯДОВ ЛАКАТОСА 1973), или называл ее тем, что опирается на «витгенштейнианскую полицию мыслей» (см. его неопубликованную рецензию на мою книгу «Человеческое понимание»). Главное, на чем я остановлюсь, это отношение между «Доказа Все это время я, хоть убей, никак не мог понять, что толкало тельствами и опровержениями», первой монографией Лакатоса по Имре к таким крайностям;

и я был несколько ошеломлен, ког- философии математики, и теми взглядами по философии естествоз да обнаружил, что мои взгляды на концептуальное изменение в нания и методологии науки, которые были им высказаны в середине естествознании нашли поддержку в описании концептуального и конце 60 х годов. Мы увидим, что существуют действительные изменения в математике, которое Имре дал в «Доказательствах и параллели между его взглядами на эти два предмета — и хотя его опровержениях». Тогда я пришел к выводу, что его неприятие всего, поздние воззрения на естествознание выглядят просто как пере что связано с Л.Витгенштейном, было болезненным результатом его вод его ранних взглядов на математику, все же существует заметное исключительно тесной связи с К.Поппером, и представляло собой не расхождение между ними, в особенности по вопросу об основных более чем исторический курьез — поздний и искаженный отголосок стандартах суждения.

Старой Вены, Для удобства я разделю рассуждения Лакатоса о методологии... забытых, ушедших как сон, науки и математики на три исторические фазы, стремясь показать, давно отшумевших сражений. в чем он был последователен, а в чем нет, на протяжении своего пути Что касается меня, то, получив столь важные философские от «Доказательств и опровержений» до своих последних статей, на уроки от Витгенштейна, как и от Поппера, как, впрочем, и от пример до доклада о Копернике (U.C.L.A., ноябрь 1973 г.). Первая Р.Коллингвуда, я не считаю, что эти два венских философа находятся фаза включает:

в непримиримом конфликте. (1). «Доказательства и опровержения» (1963 64)1, которые в ос В то же время этот вывод не полон. Конечно — и это понимал новном базируются на тех же основаниях, что и диссертация Имре Имре — имеются такие вопросы и принципы, в которых я, Полани и на степень доктора философии (Кембридж, 1961), и его статьи, пред Кун, совершаем серьезные «отступничества». Мы все трое более или ставленные сессии Аристотелевского общества и «Mind Association»

менее явно связаны с тем, что он называет «элитаризмом», «истори- в 1962 г., о «регрессе в бесконечность и основаниях математики».

цизмом», «социологизмом» и «авторитаризмом», и все мы затрудня- В этих ранних статьях Лакатос сосредоточивает внимание на емся, когда надо различать между реальными фактами физических методологии концептуального изменения в математике. «Евкли действий (1 й мир) и идеальными суждениями (2 й мир) работающих довская», «эмпирицистская» и «индуктивистская» исследователь ученых, с одной стороны, и пропозициональными отношениями «3 го ские программы, которыми он здесь занимается, на этой стадии мира», в которых эти действия и суждения в конце концов оценива рассматриваются им как программы интеллектуального прогресса ются, с другой.

в математике, а представителями этих программ являлись Кантор, Меня здесь интересует именно то, как понимал Имре эту Кутюра, Гильберт и Броуэр. Галилей и Ньютон, если и упоминаются, противоположность — между деятельностью и мнениями ученых то лишь как математические физики;

больше всего его интересуют и пропозициональными отношениями в науке. Каков источник это современные дискуссии между Геделем и Тарским, Генценом, Штег го мнения в развитии его собственных воззрений? И как все это мюллером и нео гильбертианцами.

согласовать с тем, что сказано в его классической работе «Дока С 1965 года мы видим Имре уже в другой роли. Начиная с лета зательства и опровержения», в которой отчетливо проявляются этого года (конференция в Бедфорд колледже, Лондон), он вступает наиболее «историцистские» и «элитаристские» позиции по отно во вторую фазу, открывающуюся шению к математике? Если бы мне удалось убедительно ответить (2) серией статей по философии естествознания, представлен на эти вопросы, я смог бы избавиться от изумления, вызываемого ных с 1965 по 1970 годы, в которых он смещает центр тяжести на неприятием Имре «Человеческого понимания» и других моих работ.

физику и астрономию.

переносятся на исследовательские процедуры естественных наук, которым завершается его книга «Доказательства и опровержения»?

менению и коллективному суждению математиков — заключение, терминологией, употребляемой в методологии науки, просто решающую роль, которую мы оба приписываем историческому из тос ставил перед собой в 1965 г. в философии науки, вместе с моему анализу «интеллектуальных стратегий» в науке, во вторых, Короче, все те интеллектуальные задачи, которые Лака исследовательских программ», по мнению многих, примыкает к erat demonsrandum».

ным, если учесть, во первых, насколько близко его «методология ческих описаниях. Эта статья, думаю, позволит мне добавить: Quod логическую тенденцию»? В самом деле, как все это стало возмож как и реальная история выглядят карикатурами в некоторых истори нас в глазах Лакатоса в «еретиков», если не во «враждебную идео истории науки (математики);

и что рациональная реконструкция на разногласия между нами по многим вопросам), что превращало рациональная реконструкция часто бывает карикатурой реальной философов науки, таких как Майкл Полани, Томас Кун и я (несмотря часто является карикатурой ее рациональной реконструкции;

что Что же коренится в рассуждениях исторически ориентированных довольно избитую — фразу о том, что история науки (математики) по параллельным путям.

регрессе»: «Я позволю себе напомнить мою любимую — а теперь уже поразмыслить над тем, почему я и Имре шли в философии науки из его работы по философии математики 1962 года о «Бесконечном в ноябре 1973 г. В этом одна из причин, заставивших меня много 1973 года по философии науки, которые являются явной цитатой нескольких публичных встречах, в частности во время конференции Аналогично звучат завершающие фразы статьи Лакатоса нами возникли, на мой взгляд, неожиданно серьезные разногласия на событиям истории математики, сделалась пустой»6.

важно для меня лично, так как именно из за этих трудностей между фия математики, повернувшись спиной к наиболее интригующим некоторые подходы к преодолению этих трудностей. Это особенно шись руководства философии, сделалась слепой, тогда как филосо- методологии и философии науки, а также попытаться наметить в искушение перефразировать Канта: история математики, лишив- нимания, которые возникают при чтении работ И.Лакатоса по «При современном господстве формализма невольно впадаешь В этой статье я хотел бы обратить внимание на трудности по находим ту же идею применительно к философии математики:

Возвращаясь к введению в «Доказательства и опровержения», мы 1. НЕМНОГО ЛИЧНОГО ография науки могла бы учиться у философии науки и наоборот»5.

изречения, мы в данной статье попытаемся объяснить, как истори науки слепа». Руководствуясь этой перефразировкой кантовского софия науки без истории науки пуста;

история науки без философии (трудности методологии Лакатоса) подготовленного к печати в 1973 г. Она открывается словами: «Фило реконструкции», сделанного в Иерусалиме (январь 1971 г.) и заново История, практика и «третий мир»

его последнюю редакцию доклада «История науки и ее рациональные тельств и опровержений» и его поздних работ. Возьмем для примера Имре осталось неизменным. Сравним шаг за шагом тексты «Доказа Ст.Тулмин Несмотря на этот важный сдвиг акцентов, многое во взглядах программами» и моими «интеллектуальными стратегиями».) ваю реальный шанс на сближение между его «исследовательскими ничающими «исследовательскими программами. (В этом я усматри более основательное понятие существенного различия между сопер мы видим Имре подобревшим и принимающим более широкое и дних работах, в особенности написанных совместно с Эли Захаром4, 263 Ст.Тулмин 262 История, практика и «третий мир» (трудности методологии Лакатоса) Ст.Тулмин В чем причина этого сдвига? По моему, она в том (я постараюсь Было бы неудивительно, если бы — вдали от стен Лондонской показать это ниже), что Имре включился в публичную дискуссию, школы экономики — идеи Имре об «исследовательских программах»

вызванную куновской теорией «научных революций»;

она ярко вы- были бы легко приравнены к моим идеям об «интеллектуальных разилась в конфронтации между Куном и Поппером на Бедфордской стратегиях». Ведь оба подхода стремились ответить на один и тот конференции. С этого времени быстро развивается лакатосовская же вопрос: каким образом мы могли бы определить, какие направ методология «научно исследовательских программ», специально ления теоретических инноваций в науке являются более или менее применявшаяся к теоретическому развитию физических наук. рациональными, или продуктивными, или плодотворными etc., в той Кульминацией этой фазы явилась работа Лакатоса, представленная или иной естественной науке на той или иной стадии ее развития?

в докладе на Бедфордском симпозиуме и опубликованная в книге Более того, оба подхода требовали, чтобы философ науки ис «Критицизм и рост знания» под заглавием «Фальсификация и ходил из точного описания «программы» или «стратегии» в каждой методология научно исследовательских программ» (1970)2. В этот отдельной фазе теоретического развития: например, исследование промежуточный период Имре пытался при классификации научных Ньютоном центробежных сил, волновая теория света XIX века, дар исследовательских программ использовать ту же квазилогическую виновская теория происхождения видов. Вдобавок оба подхода не терминологию, что и при анализе математического открытия: «ин признавали за какой бы то ни было успешно действующей програм дуктивисты», «эмпирицисты», «фальсификационисты» и т.д. Поми мой (стратегией), парадигмой никакого исключительного авторитета, мо этого сдвига от математики к физике другим важным новшеством исходя только из ее наличия. Напротив, оба подхода показывали, в этих статьях было проявление явной враждебности к «историцизму»

как ныне принятые направления теоретической работы могут быть во всех его вариациях и подчеркивание вневременных критических подвергнуты критической проверке, которая призвана обнаружить, функций разума и «3 го мира» как в науке, так и в математике. (Обе действительно ли они обладают указанными преимуществами — пло эти черты, возможно, отражали поддержку Поппера против кунов дотворностью, успешностью или «прогрессивностью»?


ской теории «парадигм» и исторического релятивизма, к которому Главный момент различия между нами (как мне кажется) — это ранние взгляды Куна легко склонялись.) вопрос об источнике и характере этих окончательных, «критических»

Наконец, мы имеем следующую фазу:

стандартов суждения. На одном из этапов развития своих взглядов (3) статьи Имре за последние два года, в особенности иеруса лимский доклад и доклад о Копернике (U.C.L.A.). на философию науки Имре был увлечен идеей, что эти стандарты В них мы видим начало нового сдвига акцентов3. Его мотивами могут быть вневременными и внеисторическими;

иначе говоря, явились более тщательные исследования действительных интел- что мы могли бы установить универсальные каноны для отличе лектуальных стратегий, проявлявшихся в изменении теоретических ния «прогрессивных» от «реакционных» направлений в научном исследовательских программ в физике и астрономии за последние изменении, как некоторый аналог «критерия демаркации» Карла три столетия. Мы не можем правильно отличить различные интел- Поппера. Но с 1973 г. (как я покажу в дальнейшем) он в основном лектуальные цели, которыми руководствовались такие физики, как оставил эту идею. Тем не менее, мое убеждение в том, что, напро Галилей и Ньютон, Максвелл и Эйнштейн, выбирая свою линию тив, мы обязаны всякий раз, даже на окончательной стадии, воз мысли, если будем применять только квазилогическую терминологию. вращаться к проделанному пути, чтобы понять, что обеспечивает Различия в интеллектуальной стратегии между ними не были чисто «плодотворность», скажем, в квантовой механике, или физической формальными — дескать, один был «индуктивистом», другой «фаль- космологии, или в физиологии клетки, или в океанографии, на той сификационистом», третий — «евклидианцем» и т.п. — они были или иной стадии развития этих наук — эта мысль явно выводила из субстантивными. Различия между их стратегиями и идеями вытекали себя Имре. Он пытался дискредитировать эту идею обвинением в из различных эмпирических идеалов «адекватности объяснений»

нестерпимой элитарности с вытекающими из этого последствиями, и «теоретической исчерпанности». Таким образом, в этих после аналогичными последствиям сталинизма (P.S.A., Lansing, 1972), переносятся на исследовательские процедуры естественных наук, которым завершается его книга «Доказательства и опровержения»?

терминологией, употребляемой в методологии науки, просто менению и коллективному суждению математиков — заключение, решающую роль, которую мы оба приписываем историческому из тос ставил перед собой в 1965 г. в философии науки, вместе с моему анализу «интеллектуальных стратегий» в науке, во вторых, Короче, все те интеллектуальные задачи, которые Лака исследовательских программ», по мнению многих, примыкает к erat demonsrandum».

ным, если учесть, во первых, насколько близко его «методология ческих описаниях. Эта статья, думаю, позволит мне добавить: Quod логическую тенденцию»? В самом деле, как все это стало возмож как и реальная история выглядят карикатурами в некоторых истори нас в глазах Лакатоса в «еретиков», если не во «враждебную идео истории науки (математики);

и что рациональная реконструкция на разногласия между нами по многим вопросам), что превращало рациональная реконструкция часто бывает карикатурой реальной философов науки, таких как Майкл Полани, Томас Кун и я (несмотря часто является карикатурой ее рациональной реконструкции;

что Что же коренится в рассуждениях исторически ориентированных довольно избитую — фразу о том, что история науки (математики) по параллельным путям.

регрессе»: «Я позволю себе напомнить мою любимую — а теперь уже поразмыслить над тем, почему я и Имре шли в философии науки из его работы по философии математики 1962 года о «Бесконечном в ноябре 1973 г. В этом одна из причин, заставивших меня много 1973 года по философии науки, которые являются явной цитатой нескольких публичных встречах, в частности во время конференции Аналогично звучат завершающие фразы статьи Лакатоса нами возникли, на мой взгляд, неожиданно серьезные разногласия на событиям истории математики, сделалась пустой»6.

важно для меня лично, так как именно из за этих трудностей между фия математики, повернувшись спиной к наиболее интригующим некоторые подходы к преодолению этих трудностей. Это особенно шись руководства философии, сделалась слепой, тогда как филосо- методологии и философии науки, а также попытаться наметить в искушение перефразировать Канта: история математики, лишив- нимания, которые возникают при чтении работ И.Лакатоса по «При современном господстве формализма невольно впадаешь В этой статье я хотел бы обратить внимание на трудности по находим ту же идею применительно к философии математики:

Возвращаясь к введению в «Доказательства и опровержения», мы 1. НЕМНОГО ЛИЧНОГО ография науки могла бы учиться у философии науки и наоборот»5.

изречения, мы в данной статье попытаемся объяснить, как истори науки слепа». Руководствуясь этой перефразировкой кантовского софия науки без истории науки пуста;

история науки без философии (трудности методологии Лакатоса) подготовленного к печати в 1973 г. Она открывается словами: «Фило История, практика и «третий мир»

реконструкции», сделанного в Иерусалиме (январь 1971 г.) и заново его последнюю редакцию доклада «История науки и ее рациональные тельств и опровержений» и его поздних работ. Возьмем для примера Имре осталось неизменным. Сравним шаг за шагом тексты «Доказа Ст.Тулмин Несмотря на этот важный сдвиг акцентов, многое во взглядах программами» и моими «интеллектуальными стратегиями».) ваю реальный шанс на сближение между его «исследовательскими ничающими «исследовательскими программами. (В этом я усматри более основательное понятие существенного различия между сопер мы видим Имре подобревшим и принимающим более широкое и дних работах, в особенности написанных совместно с Эли Захаром4, 263 Ст.Тулмин 262 История, практика и «третий мир» (трудности методологии Лакатоса) Ст.Тулмин В чем причина этого сдвига? По моему, она в том (я постараюсь Было бы неудивительно, если бы — вдали от стен Лондонской показать это ниже), что Имре включился в публичную дискуссию, школы экономики — идеи Имре об «исследовательских программах»

вызванную куновской теорией «научных революций»;

она ярко вы- были бы легко приравнены к моим идеям об «интеллектуальных разилась в конфронтации между Куном и Поппером на Бедфордской стратегиях». Ведь оба подхода стремились ответить на один и тот конференции. С этого времени быстро развивается лакатосовская же вопрос: каким образом мы могли бы определить, какие направ методология «научно исследовательских программ», специально ления теоретических инноваций в науке являются более или менее применявшаяся к теоретическому развитию физических наук. рациональными, или продуктивными, или плодотворными etc., в той Кульминацией этой фазы явилась работа Лакатоса, представленная или иной естественной науке на той или иной стадии ее развития?

в докладе на Бедфордском симпозиуме и опубликованная в книге Более того, оба подхода требовали, чтобы философ науки ис «Критицизм и рост знания» под заглавием «Фальсификация и ходил из точного описания «программы» или «стратегии» в каждой методология научно исследовательских программ» (1970)2. В этот отдельной фазе теоретического развития: например, исследование промежуточный период Имре пытался при классификации научных Ньютоном центробежных сил, волновая теория света XIX века, дар исследовательских программ использовать ту же квазилогическую виновская теория происхождения видов. Вдобавок оба подхода не терминологию, что и при анализе математического открытия: «ин признавали за какой бы то ни было успешно действующей програм дуктивисты», «эмпирицисты», «фальсификационисты» и т.д. Поми мой (стратегией), парадигмой никакого исключительного авторитета, мо этого сдвига от математики к физике другим важным новшеством исходя только из ее наличия. Напротив, оба подхода показывали, в этих статьях было проявление явной враждебности к «историцизму»

как ныне принятые направления теоретической работы могут быть во всех его вариациях и подчеркивание вневременных критических подвергнуты критической проверке, которая призвана обнаружить, функций разума и «3 го мира» как в науке, так и в математике. (Обе действительно ли они обладают указанными преимуществами — пло эти черты, возможно, отражали поддержку Поппера против кунов дотворностью, успешностью или «прогрессивностью»?


ской теории «парадигм» и исторического релятивизма, к которому Главный момент различия между нами (как мне кажется) — это ранние взгляды Куна легко склонялись.) вопрос об источнике и характере этих окончательных, «критических»

Наконец, мы имеем следующую фазу:

стандартов суждения. На одном из этапов развития своих взглядов (3) статьи Имре за последние два года, в особенности иеруса лимский доклад и доклад о Копернике (U.C.L.A.). на философию науки Имре был увлечен идеей, что эти стандарты В них мы видим начало нового сдвига акцентов3. Его мотивами могут быть вневременными и внеисторическими;

иначе говоря, явились более тщательные исследования действительных интел- что мы могли бы установить универсальные каноны для отличе лектуальных стратегий, проявлявшихся в изменении теоретических ния «прогрессивных» от «реакционных» направлений в научном исследовательских программ в физике и астрономии за последние изменении, как некоторый аналог «критерия демаркации» Карла три столетия. Мы не можем правильно отличить различные интел- Поппера. Но с 1973 г. (как я покажу в дальнейшем) он в основном лектуальные цели, которыми руководствовались такие физики, как оставил эту идею. Тем не менее, мое убеждение в том, что, напро Галилей и Ньютон, Максвелл и Эйнштейн, выбирая свою линию тив, мы обязаны всякий раз, даже на окончательной стадии, воз мысли, если будем применять только квазилогическую терминологию. вращаться к проделанному пути, чтобы понять, что обеспечивает Различия в интеллектуальной стратегии между ними не были чисто «плодотворность», скажем, в квантовой механике, или физической формальными — дескать, один был «индуктивистом», другой «фаль- космологии, или в физиологии клетки, или в океанографии, на той сификационистом», третий — «евклидианцем» и т.п. — они были или иной стадии развития этих наук — эта мысль явно выводила из субстантивными. Различия между их стратегиями и идеями вытекали себя Имре. Он пытался дискредитировать эту идею обвинением в из различных эмпирических идеалов «адекватности объяснений»


нестерпимой элитарности с вытекающими из этого последствиями, и «теоретической исчерпанности». Таким образом, в этих после аналогичными последствиям сталинизма (P.S.A., Lansing, 1972), неуместным высокомерием. Я с этим вполне согласен.

ром, вся научная работа должна начинаться как бы заново, было бы правила игры, сформулированные Бэконом, Карнапом или Поппе ньютонианская или эйнштейнианская наука нарушает априорные ние, которое состояло бы в том, чтобы в тех случаях, когда, скажем, еще тащится в хвосте обычной научной мудрости. Поэтому требова дологии, по крайней мере, что касается наиболее развитых наук, все универсальных законов философов. Но если так, то прогресс в мето которые создавали основной — хотя не исключительный — эталон менявшимся «инстинктивно» научной элитой в конкретных случаях, времени это было стандартной ситуацией в науке, стандартом, при данных, полученных наилучшими учеными. Вплоть до настоящего исповедующими априоризм, оказывались ошибочными в свете «До сих пор все «законы», предлагавшиеся философами науки, ему «имеющей довольно много общего с истиной».

только «закон для данного исследования» (case law)», теперь кажется может быть вообще никакого закона как такового (statute law): есть Напротив, альтернативная позиция Полани, что «не должно и не хорошей и плохой науки» как непозволительно априористический.

характера (заключенный в его критерии демаркации) для различения жен существовать неизменяемый статус закона конституционального иерусалимского доклада он явно отрицает вывод Поппера, что «дол его ранними заявлениями. Например, в 1973 году в новой редакции таким философам, как Полани, которые не так легко совместить с результатом его работы. Но в последних работах он делает уступки «рациональные» стандарты рассуждения, что и является конечным тическом способе, которым ученый должен образовывать некоторые опыта естественных наук;

они должны настаивать на подлинно кри «хорошей науки» от «плохой науки», находясь как бы вне актуального Перевод с англ. В.Н.Поруса дать решающий критерий для различения науки от «не науки» или 1970. P. 39 47. он флиртовал с попперовской идеей о том, что философы обязаны revolutionary Science hold Water? // Criticism and growth of knowledge. Cambridge, научного суждения. Во второй период своего развития (Лакатос2) Впервые опубликовано: S.Toulmin. Does the Distinction between normal and са к попперовской проблеме «критерия демаркации» и к стандартам Особенно интересно проследить изменение отношения Лакато к методологии и философии науки.

просто описательных ярлыков.

гии математики и философии математики, теперь применяются революции» из категории объяснительных понятий в категорию ных революций» должна будет последовать за идеей «политической идеи, развитые вначале для математических дискуссий по методоло 257 Ст.Тулмин История, практика и «третий мир» (трудности методологии Лакатоса) 260 История, практика и «третий мир» (трудности методологии Лакатоса) Ст.Тулмин 2. ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ И ИЗМЕНЕНИЕ в близости взглядам из «Der Stьrmer» (U.C.L.A. Copernicus symposium, В РАЗВИТИИ ВЗГЛЯДОВ ЛАКАТОСА 1973), или называл ее тем, что опирается на «витгенштейнианскую полицию мыслей» (см. его неопубликованную рецензию на мою книгу «Человеческое понимание»). Главное, на чем я остановлюсь, это отношение между «Доказа Все это время я, хоть убей, никак не мог понять, что толкало тельствами и опровержениями», первой монографией Лакатоса по Имре к таким крайностям;

и я был несколько ошеломлен, ког- философии математики, и теми взглядами по философии естествоз да обнаружил, что мои взгляды на концептуальное изменение в нания и методологии науки, которые были им высказаны в середине естествознании нашли поддержку в описании концептуального и конце 60 х годов. Мы увидим, что существуют действительные изменения в математике, которое Имре дал в «Доказательствах и параллели между его взглядами на эти два предмета — и хотя его опровержениях». Тогда я пришел к выводу, что его неприятие всего, поздние воззрения на естествознание выглядят просто как пере что связано с Л.Витгенштейном, было болезненным результатом его вод его ранних взглядов на математику, все же существует заметное исключительно тесной связи с К.Поппером, и представляло собой не расхождение между ними, в особенности по вопросу об основных более чем исторический курьез — поздний и искаженный отголосок стандартах суждения.

Старой Вены, Для удобства я разделю рассуждения Лакатоса о методологии... забытых, ушедших как сон, науки и математики на три исторические фазы, стремясь показать, давно отшумевших сражений. в чем он был последователен, а в чем нет, на протяжении своего пути Что касается меня, то, получив столь важные философские от «Доказательств и опровержений» до своих последних статей, на уроки от Витгенштейна, как и от Поппера, как, впрочем, и от пример до доклада о Копернике (U.C.L.A., ноябрь 1973 г.). Первая Р.Коллингвуда, я не считаю, что эти два венских философа находятся фаза включает:

в непримиримом конфликте. (1). «Доказательства и опровержения» (1963 64)1, которые в ос В то же время этот вывод не полон. Конечно — и это понимал новном базируются на тех же основаниях, что и диссертация Имре Имре — имеются такие вопросы и принципы, в которых я, Полани и на степень доктора философии (Кембридж, 1961), и его статьи, пред Кун, совершаем серьезные «отступничества». Мы все трое более или ставленные сессии Аристотелевского общества и «Mind Association»

менее явно связаны с тем, что он называет «элитаризмом», «истори- в 1962 г., о «регрессе в бесконечность и основаниях математики».

цизмом», «социологизмом» и «авторитаризмом», и все мы затрудня- В этих ранних статьях Лакатос сосредоточивает внимание на емся, когда надо различать между реальными фактами физических методологии концептуального изменения в математике. «Евкли действий (1 й мир) и идеальными суждениями (2 й мир) работающих довская», «эмпирицистская» и «индуктивистская» исследователь ученых, с одной стороны, и пропозициональными отношениями «3 го ские программы, которыми он здесь занимается, на этой стадии мира», в которых эти действия и суждения в конце концов оценива рассматриваются им как программы интеллектуального прогресса ются, с другой.

в математике, а представителями этих программ являлись Кантор, Меня здесь интересует именно то, как понимал Имре эту Кутюра, Гильберт и Броуэр. Галилей и Ньютон, если и упоминаются, противоположность — между деятельностью и мнениями ученых то лишь как математические физики;

больше всего его интересуют и пропозициональными отношениями в науке. Каков источник это современные дискуссии между Геделем и Тарским, Генценом, Штег го мнения в развитии его собственных воззрений? И как все это мюллером и нео гильбертианцами.

согласовать с тем, что сказано в его классической работе «Дока С 1965 года мы видим Имре уже в другой роли. Начиная с лета зательства и опровержения», в которой отчетливо проявляются этого года (конференция в Бедфорд колледже, Лондон), он вступает наиболее «историцистские» и «элитаристские» позиции по отно во вторую фазу, открывающуюся шению к математике? Если бы мне удалось убедительно ответить (2) серией статей по философии естествознания, представлен на эти вопросы, я смог бы избавиться от изумления, вызываемого ных с 1965 по 1970 годы, в которых он смещает центр тяжести на неприятием Имре «Человеческого понимания» и других моих работ.

физику и астрономию.

неуместным высокомерием. Я с этим вполне согласен.

ром, вся научная работа должна начинаться как бы заново, было бы правила игры, сформулированные Бэконом, Карнапом или Поппе ньютонианская или эйнштейнианская наука нарушает априорные ние, которое состояло бы в том, чтобы в тех случаях, когда, скажем, еще тащится в хвосте обычной научной мудрости. Поэтому требова дологии, по крайней мере, что касается наиболее развитых наук, все универсальных законов философов. Но если так, то прогресс в мето которые создавали основной — хотя не исключительный — эталон менявшимся «инстинктивно» научной элитой в конкретных случаях, времени это было стандартной ситуацией в науке, стандартом, при данных, полученных наилучшими учеными. Вплоть до настоящего исповедующими априоризм, оказывались ошибочными в свете «До сих пор все «законы», предлагавшиеся философами науки, ему «имеющей довольно много общего с истиной».

только «закон для данного исследования» (case law)», теперь кажется может быть вообще никакого закона как такового (statute law): есть Напротив, альтернативная позиция Полани, что «не должно и не хорошей и плохой науки» как непозволительно априористический.

характера (заключенный в его критерии демаркации) для различения жен существовать неизменяемый статус закона конституционального иерусалимского доклада он явно отрицает вывод Поппера, что «дол его ранними заявлениями. Например, в 1973 году в новой редакции таким философам, как Полани, которые не так легко совместить с результатом его работы. Но в последних работах он делает уступки «рациональные» стандарты рассуждения, что и является конечным тическом способе, которым ученый должен образовывать некоторые опыта естественных наук;

они должны настаивать на подлинно кри «хорошей науки» от «плохой науки», находясь как бы вне актуального Перевод с англ. В.Н.Поруса дать решающий критерий для различения науки от «не науки» или 1970. P. 39 47. он флиртовал с попперовской идеей о том, что философы обязаны revolutionary Science hold Water? // Criticism and growth of knowledge. Cambridge, научного суждения. Во второй период своего развития (Лакатос2) Впервые опубликовано: S.Toulmin. Does the Distinction between normal and са к попперовской проблеме «критерия демаркации» и к стандартам Особенно интересно проследить изменение отношения Лакато к методологии и философии науки.

просто описательных ярлыков.

гии математики и философии математики, теперь применяются революции» из категории объяснительных понятий в категорию ных революций» должна будет последовать за идеей «политической идеи, развитые вначале для математических дискуссий по методоло 257 Ст.Тулмин История, практика и «третий мир» (трудности методологии Лакатоса) 260 История, практика и «третий мир» (трудности методологии Лакатоса) Ст.Тулмин 2. ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ И ИЗМЕНЕНИЕ в близости взглядам из «Der Stьrmer» (U.C.L.A. Copernicus symposium, В РАЗВИТИИ ВЗГЛЯДОВ ЛАКАТОСА 1973), или называл ее тем, что опирается на «витгенштейнианскую полицию мыслей» (см. его неопубликованную рецензию на мою книгу «Человеческое понимание»). Главное, на чем я остановлюсь, это отношение между «Доказа Все это время я, хоть убей, никак не мог понять, что толкало тельствами и опровержениями», первой монографией Лакатоса по Имре к таким крайностям;

и я был несколько ошеломлен, ког- философии математики, и теми взглядами по философии естествоз да обнаружил, что мои взгляды на концептуальное изменение в нания и методологии науки, которые были им высказаны в середине естествознании нашли поддержку в описании концептуального и конце 60 х годов. Мы увидим, что существуют действительные изменения в математике, которое Имре дал в «Доказательствах и параллели между его взглядами на эти два предмета — и хотя его опровержениях». Тогда я пришел к выводу, что его неприятие всего, поздние воззрения на естествознание выглядят просто как пере что связано с Л.Витгенштейном, было болезненным результатом его вод его ранних взглядов на математику, все же существует заметное исключительно тесной связи с К.Поппером, и представляло собой не расхождение между ними, в особенности по вопросу об основных более чем исторический курьез — поздний и искаженный отголосок стандартах суждения.

Старой Вены, Для удобства я разделю рассуждения Лакатоса о методологии... забытых, ушедших как сон, науки и математики на три исторические фазы, стремясь показать, давно отшумевших сражений. в чем он был последователен, а в чем нет, на протяжении своего пути Что касается меня, то, получив столь важные философские от «Доказательств и опровержений» до своих последних статей, на уроки от Витгенштейна, как и от Поппера, как, впрочем, и от пример до доклада о Копернике (U.C.L.A., ноябрь 1973 г.). Первая Р.Коллингвуда, я не считаю, что эти два венских философа находятся фаза включает:

в непримиримом конфликте. (1). «Доказательства и опровержения» (1963 64)1, которые в ос В то же время этот вывод не полон. Конечно — и это понимал новном базируются на тех же основаниях, что и диссертация Имре Имре — имеются такие вопросы и принципы, в которых я, Полани и на степень доктора философии (Кембридж, 1961), и его статьи, пред Кун, совершаем серьезные «отступничества». Мы все трое более или ставленные сессии Аристотелевского общества и «Mind Association»

менее явно связаны с тем, что он называет «элитаризмом», «истори- в 1962 г., о «регрессе в бесконечность и основаниях математики».

цизмом», «социологизмом» и «авторитаризмом», и все мы затрудня- В этих ранних статьях Лакатос сосредоточивает внимание на емся, когда надо различать между реальными фактами физических методологии концептуального изменения в математике. «Евкли действий (1 й мир) и идеальными суждениями (2 й мир) работающих довская», «эмпирицистская» и «индуктивистская» исследователь ученых, с одной стороны, и пропозициональными отношениями «3 го ские программы, которыми он здесь занимается, на этой стадии мира», в которых эти действия и суждения в конце концов оценива рассматриваются им как программы интеллектуального прогресса ются, с другой.

в математике, а представителями этих программ являлись Кантор, Меня здесь интересует именно то, как понимал Имре эту Кутюра, Гильберт и Броуэр. Галилей и Ньютон, если и упоминаются, противоположность — между деятельностью и мнениями ученых то лишь как математические физики;

больше всего его интересуют и пропозициональными отношениями в науке. Каков источник это современные дискуссии между Геделем и Тарским, Генценом, Штег го мнения в развитии его собственных воззрений? И как все это мюллером и нео гильбертианцами.

согласовать с тем, что сказано в его классической работе «Дока С 1965 года мы видим Имре уже в другой роли. Начиная с лета зательства и опровержения», в которой отчетливо проявляются этого года (конференция в Бедфорд колледже, Лондон), он вступает наиболее «историцистские» и «элитаристские» позиции по отно во вторую фазу, открывающуюся шению к математике? Если бы мне удалось убедительно ответить (2) серией статей по философии естествознания, представлен на эти вопросы, я смог бы избавиться от изумления, вызываемого ных с 1965 по 1970 годы, в которых он смещает центр тяжести на неприятием Имре «Человеческого понимания» и других моих работ.

физику и астрономию.

переносятся на исследовательские процедуры естественных наук, которым завершается его книга «Доказательства и опровержения»?

терминологией, употребляемой в методологии науки, просто менению и коллективному суждению математиков — заключение, решающую роль, которую мы оба приписываем историческому из тос ставил перед собой в 1965 г. в философии науки, вместе с моему анализу «интеллектуальных стратегий» в науке, во вторых, Короче, все те интеллектуальные задачи, которые Лака исследовательских программ», по мнению многих, примыкает к erat demonsrandum».

ным, если учесть, во первых, насколько близко его «методология ческих описаниях. Эта статья, думаю, позволит мне добавить: Quod логическую тенденцию»? В самом деле, как все это стало возмож как и реальная история выглядят карикатурами в некоторых истори нас в глазах Лакатоса в «еретиков», если не во «враждебную идео истории науки (математики);

и что рациональная реконструкция на разногласия между нами по многим вопросам), что превращало рациональная реконструкция часто бывает карикатурой реальной философов науки, таких как Майкл Полани, Томас Кун и я (несмотря часто является карикатурой ее рациональной реконструкции;

что Что же коренится в рассуждениях исторически ориентированных довольно избитую — фразу о том, что история науки (математики) по параллельным путям.

регрессе»: «Я позволю себе напомнить мою любимую — а теперь уже поразмыслить над тем, почему я и Имре шли в философии науки из его работы по философии математики 1962 года о «Бесконечном в ноябре 1973 г. В этом одна из причин, заставивших меня много 1973 года по философии науки, которые являются явной цитатой нескольких публичных встречах, в частности во время конференции Аналогично звучат завершающие фразы статьи Лакатоса нами возникли, на мой взгляд, неожиданно серьезные разногласия на событиям истории математики, сделалась пустой»6.

важно для меня лично, так как именно из за этих трудностей между фия математики, повернувшись спиной к наиболее интригующим некоторые подходы к преодолению этих трудностей. Это особенно шись руководства философии, сделалась слепой, тогда как филосо- методологии и философии науки, а также попытаться наметить в искушение перефразировать Канта: история математики, лишив- нимания, которые возникают при чтении работ И.Лакатоса по «При современном господстве формализма невольно впадаешь В этой статье я хотел бы обратить внимание на трудности по находим ту же идею применительно к философии математики:

Возвращаясь к введению в «Доказательства и опровержения», мы 1. НЕМНОГО ЛИЧНОГО ография науки могла бы учиться у философии науки и наоборот»5.

изречения, мы в данной статье попытаемся объяснить, как истори науки слепа». Руководствуясь этой перефразировкой кантовского софия науки без истории науки пуста;

история науки без философии (трудности методологии Лакатоса) подготовленного к печати в 1973 г. Она открывается словами: «Фило История, практика и «третий мир»

реконструкции», сделанного в Иерусалиме (январь 1971 г.) и заново его последнюю редакцию доклада «История науки и ее рациональные тельств и опровержений» и его поздних работ. Возьмем для примера Имре осталось неизменным. Сравним шаг за шагом тексты «Доказа Ст.Тулмин Несмотря на этот важный сдвиг акцентов, многое во взглядах программами» и моими «интеллектуальными стратегиями».) ваю реальный шанс на сближение между его «исследовательскими ничающими «исследовательскими программами. (В этом я усматри более основательное понятие существенного различия между сопер мы видим Имре подобревшим и принимающим более широкое и дних работах, в особенности написанных совместно с Эли Захаром4, 263 Ст.Тулмин 262 История, практика и «третий мир» (трудности методологии Лакатоса) Ст.Тулмин В чем причина этого сдвига? По моему, она в том (я постараюсь Было бы неудивительно, если бы — вдали от стен Лондонской показать это ниже), что Имре включился в публичную дискуссию, школы экономики — идеи Имре об «исследовательских программах»

вызванную куновской теорией «научных революций»;



Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 26 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.