авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Южно-Уральский государственный университет» Институт ...»

-- [ Страница 4 ] --

Как уже указывалось, следователь, чтобы успешно выполнять свои обязанности, должен обладать разнообразными и широкими познаниями. От следователя требуется разносторонняя образованность, но, прежде всего ему необходима общая культура. Он должен иметь основательные представления о главных отраслях человеческого знания, глубоко разбираться в общественных науках и особенно в вопросах права. Кроме того, следователю нужны специальные знания, необходимые для профессиональной деятельности.

Наличный запас знаний – ничтожный умственный капитал по сравнению с тем, что может потребоваться следователю в будущем. Этот запас постоянно должен пополняться. Формула «чтобы уметь – надо знать» точно передает соотношение знаний и умений следователя.

Умения – это знания в их практическом применении. Под умением понимается приобретенная человеком способность целеустремленно и творчески пользоваться своими специальными знаниями в процессе практической деятельности. Доведение до известной степени совершенства, умение становиться свойством человека – умелостью. Умелость включает в себя и навыки, то есть автоматизированные способы выполнения тех или иных действий. В ходе овладения профессией у следователя формируются навыки различной психологической структуры.

В психологии следователя наибольший интерес представляет роль памяти в накоплении опыта и сохранении знаний. Характер требований, предъявляемых к следователю, делает главной в его профессии произвольную, смысловую память и такие ее качества, как большой объем, высокая точность и готовность.

Следователь должен очень многое знать, то, что знает, – хорошо помнить. Огромный объем информации, используемой и получаемой в процессе расследования, можно разделить на две части. Первая – это весь комплекс его профессиональных знаний и опыта, которые служат предпосылкой успешной деятельности следователя. Они являются как бы средством решения стоящих перед ним задач и сохраняются в его долгосрочной памяти. Вторая часть информации относится к самому расследуемому событию. Это знание конкретных обстоятельств дела, фактических данных, установление которых является целью проводимого расследования. В полном объеме они сохраняются оперативной памятью.

По длительности сохранения воспринятого, память бывает двух видов – кратковременной и долговременной. Информация в любом явлении вначале поступает в блоки кратковременной памяти, оттуда может перейти в блоки долговременной памяти и сохраняется неопределенный срок. Переход информации из долговременной памяти в кратковременную есть процесс воспроизведения информации. Считают, что кратковременная память связана с циркуляцией импульсов по замкнутым нервным путям, то есть реверберирующим (с лат. отражать) кругам возбуждения.

Продолжение реверберации в течение длительного времени (30–50 мин) вызывали стойкие круги структурных изменений в нервных клетках мозга, которые являются механизмом долговременной памяти. Таким образом, реверберация – это переход информации с кратковременной памяти в долговременную. Процесс перехода информации из кратковременной памяти в долговременную называется процессом консолидации, то есть закрепления.

Сведения о кратковременной и долговременной памяти весьма значительны для следственной работы. Знание закономерности их функционирования облегчает следователю правильный выбор тактических воздействий и правильное воспроизведение забытого.

В зависимости от целей деятельности запоминание может носить непроизвольный или произвольный характер. При произвольном запоминании происходит осмысливание образа, отбор и обобщение главного в нем, а, если нужно, информация заучивается. При непроизвольном же запоминании закрепляются впечатления, это происходит как бы само собой, без усилия со стороны запоминающего.

С результатами последнего вида запоминания следователю нередко приходится иметь дело. Практика показала, что непроизвольное запоминание, как и произвольное, в большинстве случаев обеспечивает правильное воспроизведение нужной информации на допросе.

Существенен особый случай зрительно-образной памяти, называемый эйдетизмом (от греческого слова "эйдос" – образ). Эйдетики чрезвычайно отчетливо сохраняют представление о виденном, как будто продолжают видеть его со всеми деталями, даже после исчезновения объекта из поля зрения.

Преимущественное развитие одного из видов памяти (зрительного, слухового, эмоционального, двигательного и т.п.) связано также с особенностями личности, условиями жизни, деятельности людей. Так, у юристов высоко развита словесно-логическая память.

Следователь должен стремиться к выработке профессиональной памяти, продуктивность которой очень высока. Объясняется это направленностью интересов следователя. Профессиональная память связана с длительной тренировкой. Она зависит также от качества внимания, состояния человека в моменты восприятия и т.д.

В своей профессиональной деятельности следователю часто приходится обращаться к речи как источнику информации. Язык и речь – главные инструменты в следственной работе, которая представляет собой систему сложных взаимоотношений и взаимодействий следователя с участвующими в деле людьми. Как познавательная, так и удостоверительная стороны расследования неразрывно связаны с использованием речи в основных её формах: устной и письменной. Устность уголовного процесса сочетается с фиксацией в письменном виде полученных данных, с обязательным документированием хода и результатов расследования. Отсюда возникает необходимость для следователя безупречного знания языка, на котором ведется судопроизводство и высокое совершенство владения речью.

Ясность языка – ясность мышления. В процессе речевого оформления мысль приобретает наибольшую четкость. Необходимость быть правильно понятым требует от следователя говорить тем языком, который понятен собеседнику. Следователь всегда должен думать над тем, как будет воспринят его вопрос или заявление, проверять это в ходе допроса, беседы, выступления, добиваясь полного взаимопонимания. В противном случае свидетель или обвиняемый может не понять вопроса и дать неправильный ответ.

Необходимость ускоренной реакции в ходе допроса, умения понимать людей с полуслова вырабатывают у следователя «опережающее внимание».

Восприняв минимальный объем языкового материала, следователь начинает действовать, пока ещё мысленно, с вероятностной информацией, зачастую не уяснив доподлинность сказанного. Однако ясность и понятность не исчерпывает требований, предъявляемых к речи следователя.

Очень большое значение в следовательской работе имеет и действенность речи, которая выражается в правильной интерпретации речи и адекватной по смыслу записи показаний. Во-первых, целесообразно сделать речь свидетеля и вообще допрашиваемого менее эмоциональной, создать ему максимально спокойную и комфортную психологическую обстановку. Это важно потому, что чем более эмоциональна речь допрашиваемого, тем больше шансов у следователя ошибиться при переводе её смысла в общепринятый «язык» протокола. Во-вторых, когда в речи допрашиваемого имеются интонационные выделения, правильное понимание которых существенно для смысла, следует переспросить его и добиться, чтобы он выразил ту же мысль словесными средствами. В-третьих, следователь не может полагаться на то, что он адекватно воспринял жест допрашиваемого.

Помимо крайней неопределенности значения жеста, он бывает часто и просто двусмысленным или даже многозначным. Поэтому переспрос особенно необходим.

Уже из сказанного видно, какую огромную роль играет речь в деятельности следователя. В сущности, следователь обязан профессионально владеть навыками речи. К сожалению, в юридическом образовании этой стороне вопроса до сих пор уделяется недостаточно внимания.

Остановимся более подробно на специфике речи в особенно характерном случае: в условиях беседы следователя с подследственным или свидетелем. Безупречное владение языком и развитие навыков речи необходимы следователю по разным причинам:

- во-первых, они обеспечивают объективность и достоверность расследования, а в дальнейшем и судопроизводства. Если следователь что-то недопонял или понял неправильно, или понял, но не успел адекватно отразить в протоколе, это так и останется в деле, и с очень большим трудом может быть исправлено;

- во-вторых, они обеспечивают доступность речи следователя. Этот фактор не менее важен. Ведь если даже следователь правильно понимает слова допрашиваемого, иногда достаточно одного неточного или неумело поставленного вопроса, чтобы допрос пошел по неправильному пути;

- в-третьих, развитие речевых навыков и умений позволяет следователю установить с допрашиваемым живой психологический контакт, возбудить у него доверие. Для этой цели следователь может и должен выбирать для собеседников разного пола, возраста, образования, социальной принадлежности разные слова, разное построение речи, уметь (в идеале) говорить с каждым на его языке.

Следователь, работающий в иноязычной среде, должен овладеть хотя бы в ограниченной степени языком местного населения: уровень доверия к человеку резко повышается, если население видит, что он если не овладел, то хотя бы старался овладеть языком, и, таким образом, человек не «посторонний», не «случайный». Лучше всего начинать допрос на местном языке и, при появлении трудностей, продолжать его через переводчика, чем работать с переводчиком с самого начала и тем самым невольно противопоставлять себя окружающим.

- в-четвертых, развитые речевые навыки существенны и для профессиональной деятельности самого следователя. Они способствуют четкости и ясности мышления, помогают преодолевать сковывающее влияние профессионального языка, нередко отражающиеся в некоторой шаблонности криминалистической мысли.

Какие же именно особенности речи следователю полезно развивать?

Во-первых, это богатство словаря, умение в каждый момент, в любой ситуации выбрать как раз то слово, которое уместно и необходимо.

Во-вторых, это дифференцированность употребляемых средств языка, не просто умение выбрать нужную форму выражения, а богатство стилистических и иных языковых пластов, из которых эти выражения можно черпать. Так, следователь может правильно и уместно употреблять слова, но эффект от его беседы будет совсем иной, если он в разговоре с крестьянином будет свободно пользоваться его словарём, в разговоре с бухгалтером – его профессиональной лексикой, а разговоре с профессиональным уголовником покажет знание «блата». Следователь обязан понимать «блат», но не должен, за исключением особых случаев, сам его употреблять.

В-третьих, это умение адекватно понять речь свидетеля или подследственного, то есть умение поставить себя на его место и «услышать»

в этой речи то, что хотел вложить в неё говорящий, а не следователь сам имел бы в виду, говоря те же слова и употребляя те же выражения. Чем выше квалификация следователя, тем объективнее его понимание речи свидетеля или подследственного, тем меньше он вкладывает в это понимание от своего личного речевого опыта, от своих собственных речевых особенностей.

Общее требование к речи следователя можно сформулировать так: она должна быть максимально краткой, ясной и простой по выбору слов и синтаксическому строю.

Иной характер носит письменная речь, используемая в деловых бумагах и профессиональных актов следователя. Она ограничивается фактической информацией, обращена к рассудку и не рассчитана на пробуждение эмоций.

Язык документов отличается сжатостью и лаконичностью, он более экономичен, чем многословная устная речь. Вместе с тем, структурно он более развернут, ибо всё, что в устной речи заменяется и возмещается общей ситуацией и взаимным восприятием собеседников, должно быть выражено и зафиксировано в документе.

При составлении протоколов допросов, в которых фиксируются показания, то есть живая речь свидетелей, потерпевших, подозреваемых и обвиняемого, перед следователем возникает нелегкая задача – запечатлеть полученные сообщения по возможности дословно. На практике же постоянно приходится встречать «стилизированные» протоколы, в которых все говорят одинаково. Это происходит оттого, что следователь неправильно вкладывает в их уста свою собственную, несвойственную им речь. В результате на суде порой это дискредитирует материалы расследования, стирает их доказательную ценность. Помня о такой опасности, надлежит по возможности придерживаться формулировок, оборотов речи и стиля допрашиваемых.

Что касается процессуальных актов, не связанных с фиксацией чьих либо показаний (протоколы осмотра, обыска и пр.), то их язык должен быть строго документальным, как и язык иных деловых бумаг следователя.

Следователю необходимо постоянно упражняться в точности передачи чужой речи, в полном, ясном, правильном и последовательном описании событий и предметов с использованием минимального количества слов, регулярно критически разбирать составленные документы.

Сколько бы ни говорилось о необходимости критической оценки материалов следствия и дознания, мы не можем избежать такого психического явления, как «гипнотическое действие» документа. Написанное или напечатанное слово зачастую воспринимается как наиболее авторитетное, заслуживающее полного доверия.

Воображение следователя. Воображение, то есть создание новых образов, представлений или идей, ранее не воспринимавшихся человеком, имеет огромное значение в следственной работе. Бесконечное разнообразие жизненных явлений, с которыми приходится иметь дело следователю, придает его фантазии универсальный характер, формирует у него создание любых образов, отражающих и повседневные житейские ситуации, и различные формы человеческого поведения, и явления, относящиеся ко многим специальным областям человеческой практики. Основным условием развития воображения следователя является накопление и обобщение его опыта и знаний.

Расследование как познавательный процесс, в первую очередь, опирается на воссоздающее воображение, то есть представления чего-либо (ранее не воспринимавшегося человеком, на основе словесного описания и условного изображения – чертежи, схемы, карты). Воссоздающее воображение связано с перекодировкой информации со слов, условных знаков или графических изображений в наглядные представления, живые образы действительности.

Большую часть информации следователь черпает из устных и письменных заявлений, сообщений и описаний, из актов, протоколов и других документов. Этот материал отражается в сознании следователя не только в форме понятий и суждений, но и в форме образов, более или менее адекватных описанию. Отсутствие же наглядно-образных представлений крайне отрицательно сказывается на расследовании.

Значительно облегчает работу следственного воображения введение наглядной демонстрации, использование разного рода наглядных опор:

рисунков, фотоснимков, чертежей, графических схем и иных изображений, а также слепков, макетов, моделей. Поэтому очень важно иметь в следственных органах все необходимое для макетирования, проекционную аппаратуру, различные муляжи, наглядные пособия.

Точность отражения еще больше возрастает, когда мы имеем возможность воспринять хотя бы часть подлинной ситуации путем ознакомления с обстановкой места происшедшего и отдельными вещественными доказательствами. В таких случаях, полученные представления включаются в общую систему образов, и обогащает воображение.

До сих пор речь, в основном, шла о воссоздании воображения следователя, которое является предпосылкой более сложного творческого воображения. Это последнее воссоздает новые образы и представления без опоры на их описание или условное обозначение, путем творческой переработки имеющихся знаний и материала прежних восприятий.

Обращаясь в прошлое, воображение следователя на основе отрывочных сведений, почерпнутых из различных источников, создает цельное представление о расследуемом событии во всех его существенных чертах.

Отражая явление настоящего времени, воображение следователя рождает предположения об имеющихся следах, остатках, отпечатках и иных отображениях расследуемого события, при помощи которых оно может быть установлено и доказано. Наконец, регулируя и направляя свои действия, планируя расследование, следователь смотрит в будущее, предвидит результаты своего труда. Предвидеть – значит вообразить.

Качества ума следователя. Психологическая сторона умственной деятельности следователя – одна из наиболее интересных и наименее исследованных проблем.

Следственное мышление имеет свою специфику. В нем своеобразно реализуются общие закономерности. Мышление – не только логический, но и психический процесс. Анализ содержания самих умственных процессов относится к компетенции психологической науки, и, в частности, того ее раздела, который именуется психологией мышления.

Практическое мышление в процессе трудовой деятельности именуют оперативным. Слово «оперативный» допускает различные толкования:

оперативной можно назвать деятельность, состоящую из ряда операций либо протекающую особенно быстро, а если иметь в виду, что по латыни «opera»

означает труд, то оперативным можно назвать мышление, непосредственно вплетенное в трудовой процесс. Все эти оттенки применимы к мышлению следователя.

Различая наглядно-действенное, образное и абстрактное мышление, в психологии иногда неправомерно связывали практический интеллект с наглядно-действенным мышлением как с генетически более ранней и более элементарной формой умственной работы. При этом предполагалось, что наиболее высокие требования к уму предъявляет теоретическая деятельность, которая связывалась только с абстрактным мышлением, практический же ум, даже на самых высоких его ступенях, расценивался как менее квалифицированный. Ныне уже бесспорно доказано, что высшие проявления человеческого разума в одинаковой мере присущи и теоретической и практической деятельности.

Вряд ли можно говорить о преобладании в деятельности следователя наглядно-действенного, образного или абстрактного мышления. Все эти виды здесь взаимосвязаны и непрерывно переходят друг в друга. В самом наглядно-действенном мышлении существуют разные уровни от простейших манипуляций до сложнейших умственных действий с конкретными образами и обобщенными представлениями, которые свойственны интеллектуальной работе следователя. Да и абстрактное мышление обозначает две разновидности умственной работы:

- во-первых, оперирование готовыми абстрактными категориями;

- во-вторых, самостоятельное абстрагирование, необходимое для перехода к действию с отвлеченными понятиями.

Вторая разновидность, тесно связанная с наглядно-действенным и образным мышлением, значительно сложней. Следователю, который имеет дело с конкретными предметами и явлениями, оторваться от чувственных данных бывает труднее, чем оперировать готовыми идеями. Различая ум конкретный и ум абстрактный, обычно считают, что конкретный видит детали, проявляя внимание к мелочам, в то время как абстрактный ум характеризуется отвлечением от несущественного.

Искусство расследования – это в значительной степени умение видеть и понимать мелочи. Полная очевидность события – дело довольно редкое, чаще следователю достаются скрытые и незаметные следы, при помощи которых достигается опосредованное познание расследуемого события.

Однако видение этих отдельных деталей ничего не дает без обобщения и скачкообразного перехода к событию в целом, а это требует и абстрактного мышления, которое должно и охватить картину в целом, и видеть штрихи её образующие.

С этим связана и такая черта следственного мышления, как равнодействие анализа и синтеза. Почти в каждой работе по тактике и методике говорится об аналитической деятельности следователя: анализе исходных данных, анализе доказательств и тому подобное, но в редких случаях о синтетической работе ума. Это создает впечатление, что ведущей умственной операцией для следователя является анализ.

Однако понимание материала, подготавливаемого анализом, достигается в результате синтеза. Версии, план расследования, оценка доказательств – всё это синтетические образования. Без синтеза остаются лишь частности, механический набор знаний, не организованных в единую систему.

Следственное мышление требует гармоничного сочетания анализа и синтеза. Мышление, вскрывающее причины каких-либо явлений, иногда называется причинно-следственным. Именно такой характер носит мышление следователя. Можно сказать, что основным содержанием его умственной работы является выведение следствий. Эта операция применяется в двух планах.

- во-первых, установление причин каких-либо явлений по наличным данным, которые рассматриваются как последствия или результаты действия этих причин;

- во-вторых, установление последствий по наличным данным, которые рассматриваются как причины, приводящие к определенному результату.

В первом случае мы имеем дело с объяснением, во втором – с предвидением.

Отличительной чертой умственной работы следователя является то, что ему зачастую приходится действовать при крайней неполноте исходных данных, как бы в потемках, при самом приблизительном знании того, что нужно установить и конкретно какими средствами это может быть достигнуто. Его ум постоянно работает с ненадежной, недостаточной, вероятностной информацией. Следователь должен учитывать степень её вероятности и меру надежности, опираясь на опыт и знания, отражающие «несчитанную статистику» реальной жизни.

В каждом случае следователю необходимо продумывать свои действия и действия своих партнеров на много ходов вперед, а поскольку имеющиеся данные допускают различные варианты и каждом из них возможны различные отклонения, то приходится учитывать огромное количество возможностей, рассчитывая промежуточные операции и действия. Умение видеть перспективу дела вплоть до судебного разбирательства – одна из существенных особенностей следственного мышления.

Отмеченные особенности следственного мышления предполагают наличие у следователя следующих качеств ума:

1) глубины – способности проникнуть за поверхность видимого в сущность фактов, понять смысл происходящего, предвидеть ближайшие и отдаленные, прямые и побочные результаты явлений и поступков;

2) широты – умения охватить мыслью большой круг вопросов и фактов, привлекая знания из различных областей науки и практики;

3) мобильности – способности продуктивного мышления, мобилизации и использования знаний в сложных условиях, в критической обстановке;

4) быстроты – умения решать задачи в минимальное время, производя ускоренную оценку обстановки и принимая неотложные меры;

5) целеустремленности – волевой направленности мышления на решение определенной задачи, способности длительно время удерживать её в сознании и организованно, последовательно, планомерно думать над её разрешением;

6) самостоятельности – способности постановки целей и задач, умения находить их решения и пути к их достижению без посторонней помощи;

7) критичности – умения взвешивать сообщения, факты, предположения, отыскивая ошибки и искажения, раскрывая причины их возникновения;

8) гибкости – умения подойти к явлению с различных точек зрения, устанавливать зависимости и связи в порядке, обратном тому, который был уже усвоен, варьировать способы действия, перестраивать свою деятельность и изменять принятые решения в соответствии с новой обстановкой.

Для развития этих качеств ума при подготовке следователей целесообразно практиковать решение специальных задач – упражнений, основанных на психологических принципах.

Мышление следователя. Любой предмет обладает бесконечным множеством свойств, признаков, сторон и отношений, исчерпывающее познание которых за короткий срок невозможно. Отражение их органами чувств и человеческой мыслью всегда избирательно, оно беднее действительности, но, тем не менее, несет в себе достоверное знание, необходимое для достижение той или иной цели.

В зависимости от цели исследования, мы абстрагируемся от многих несущественных в данной ситуации сторон и взаимосвязей, что позволяет глубже, вернее и полнее установить все то, что имеет значение для дела.

Говоря о полном, объективном и всестороннем исследовании в уголовном процессе, имеют в виду именно такие существенные и юридически значимые обстоятельства.

Но как достигается знание этих обстоятельств, как осуществляется движение человеческой мысли от незнания к неполному знанию, а от него – к знанию достоверному? Этот общий методологический вопрос имеет огромное значение в деятельности следователя.

При ответе на поставленный выше вопрос в юридической литературе обычно ограничиваются рассматриванием логической стороны мыслительных процессов, не касаясь их конкретного содержания. В таком освещении расследование выглядит как процесс выдвижения и проверки различных версий.

Но ведь версия – это только логическая форма мысли, сама же мысль намного богаче и содержательнее. Между логическими операциями и отражаемой действительностью в сознании следователя находятся важные посредствующие звенья, протекают сложные познавательные процессы.

Поэтому было бы слишком упрощенным представлять себе мыслительную деятельность следователя только как систему логически развернутых рассуждений, именуемых в психологической науке дискурсивным мышлением.

Мышление возникает тогда, когда окружающая действительность и в первую очередь окружающие люди требуют от человека решить какую-либо задачу, ответить на какой-либо вопрос и т.д.

Мышление, как и воображение, нужно на всем протяжении расследования. Мышление человека, в отличие от чувственного познания, начинается в связи с возникновением у него у него задачи, вопроса и даже удивления. Следователю постоянно приходится разрешать те или иные задачи, которые ставит перед ним расследование уголовного дела. Однако мышление – это не просто процесс решения задачи, хотя мышление возникает обычно из проблемной ситуации и направлено на ее разрешение.

Эти задачи стоят перед следователем с того момента, когда он получил первую информацию о совершении преступления, и до окончания расследования уголовного дела, которое тождественно решению проблемных ситуаций. Чем острее проблемность ситуации, тем активнее бывает процесс мышления. Таким образом, приходится мысленно восстановить картину действительности в ее конкретности.

А это по существу – задача анализа и синтеза, которые являются составными частями процесса мышления. Анализ и синтез – это две стороны, или два аспекта, единого мыслительного процесса. Они взаимосвязаны и взаимообусловлены. Анализ по большей части совершается через синтез.

Правильный анализ любого дела всегда является анализом не только частей, элементов, свойств, но и их связей или отношений. Он поэтому ведет не к распаду целого, а к его преобразованию. Это же преобразование целого, новое соотношение выделенных анализом компонентов целого и есть синтез.

Синтез непрерывно переходит в анализ, и наоборот. Анализ помогает следователю выделить из показаний самое существенное, самое необходимое.

Через сравнение – конкретную форму взаимосвязи синтеза и анализа – следователь приходит к обобщению, что фактически является решением данной конкретной задачи. Сравнение – это анализ, который осуществляется посредством синтеза и, в свою очередь, ведет к обобщению, к новому синтезу. Сравнение – это способ проявления взаимодействия анализа и синтеза. Именно через сравнение следователь приходит к обобщению – становлению определенных версий.

Мыслительные действия связывают прошлый опыт и знания с вновь полученной информацией, помогая анализировать ее. Анализируя новую информацию, отбирая из нее самое необходимое, следователь тем самым дополняет свои знания, которые сыграют свою роль при решении очередной задачи.

Профессиограмма следователя. Профессиограмма следователя представляет собой сложную и иерархическую структуру, в которой все стороны профессиональной деятельности, а также личностные качества, навыки и умения представлены во взаимной связи или зависимости.

Каждая из сторон профессиограммы отражает, во-первых, определенный цикл профессиональной деятельности, а во-вторых, в ней реализуются личностные качества, навыки, умения, а также знания, которые обеспечивают профессиональный успех на этом уровне деятельности.

Психологическая характеристика деятельности следователя предполагает раскрытие ее психологической структуры, т. е. выявление профессионально значимых компонентов. В.Л. Васильев выделяет в профессиональной деятельности следователя шесть сторон: социальную, поисковую (познавательную), реконструктивную, коммуникативную, организаторскую и удостоверительную деятельность.

Социальная деятельность охватывает политический аспект деятельности следователя как одного из организаторов борьбы за искоренение преступности. Она же включает в себя и профилактические мероприятия, правовую пропаганду, участие следователя в перевоспитании преступника.

Поисковая (познавательная) деятельность – это в первую очередь собирание следователем информации о событии преступления.

Реконструктивная деятельность представляет собой текущий и завершающий анализ всей собранной информации и выдвижение на базе этого анализа и синтеза специальных знаний версий, объясняющих случившееся событие. С их помощью следователь до суда проверяет подлинность созданной конструкции. Планирование – также результат реконструктивной деятельности.

Удостоверительная деятельность – это приведение всей добытой информации в специальную, предусмотренную законом форму – протокол, постановление и т. д.

Коммуникативная деятельность заключается в получении необходимой информации посредством общения. Особенно большой удельный вес этот вид деятельности имеет при допросах.

Организаторская деятельность состоит в волевых действиях, направленных на реализацию и проверку гипотез (версий) и планов. Она проявляется в двух формах: самоорганизации и организации людей для коллективного решения профессиональной задачи.

Необходимо заметить, что расчленение следственной деятельности на компоненты, перечисленные выше, носит в определенной мере условный характер. В действительности же эти компоненты не предстают в деятельности следователя отдельно, изолированно. Наоборот, они взаимосвязаны друг с другом.

Таким образом, почти все перечисленные компоненты психологической структуры следственной деятельности: познавательный, реконструктивный, организаторский, коммуникативный и удостоверительный – тесно связаны и переплетаются между собой в единой целенаправленной деятельности следователя.

Каковы же общие психологические особенности деятельности следователя в целом, присущие каждому из его компонентов и составляющие неповторимый комплекс, отличающий ее от других профессий?

Выделяют такие психологические особенности профессии следователя, как:

- государственный и политический характер следственной деятельности;

- ее правовая регламентация;

противодействие заинтересованных лиц;

- наличие властных полномочий;

- сохранение служебной тайны;

- своеобразие общественно-психологической атмосферы расследования;

- разнообразие и творческий характер;

- своеобразное сочетание коллегиальных и индивидуальных начал;

- дефицит времени, своеобразие внешних условий и наличие перегрузок в деятельности следователя, а также ее воспитательное воздействие, повышенная ответственность за принимаемые решения, процессуальная самостоятельность следователя.

Указанные психологические особенности присущи деятельности следователя в целом. Однако наряду с детальной правовой регламентацией отдельно следовало бы указать и на наличие тактического простора в следственной деятельности, а также достаточно высокий престиж профессии следователя.

Большой тактический простор дается следователю в рамках норм закона и профессиональной морали. Наличие его как раз и отличает работу следователя от многих юридических профессий, например, от профессий нотариуса, работника органов социального обеспечения и т. д. Это отличие является настолько важным, что заслуживает выделения в специальную особенность следственной деятельности. Не случайно ведь криминалистическая тактика – это, прежде всего, следственная тактика как по своему происхождению и развитию, так и по своему значению.

Высокий престиж играет большую роль как в выборе профессии следователя, так и в осуществлении профессиональной деятельности. Это позволяет рассматривать его в качестве психологической особенности следственной деятельности. К сожалению, проблема общественного престижа профессии и его влияния на судьбы людей разработана явно недостаточно. Но уже сейчас можно отметить, что высокий профессиональный престиж, с одной стороны, может играть положительную роль, стимулируя людей выбирать профессии, в которых нуждается общество, а с другой – отрицательную, если человек при данном выборе руководствуется лишь соображениями престижа, не соотнося свои данные с требованиями, предъявляемыми выбранной специальностью.

Для адекватного определения и понимания профессионально важных качеств следователя, диагностики и анализа его психических состояний большое теоретическое и практическое значение имеет правильное разрешение вопросов о наличии или отсутствии экстремальных (необычных) условий в деятельности следователя, отнесении или неотнесении этой деятельности к так называемым «критическим» профессиям, в которых могут успешно работать не все люди, получившие соответствующую квалификацию, так как успешность работы в критической ситуации не определяется стажем и знаниями работника. Под экстремальными условиями в психологии, как правило, понимают наличие в профессии стресс-факторов.

Экстремальными факторами могут выступать как физические факторы среды (шум, наличие вредных примесей в среде, высокая или низкая температура, недостаток кислорода или его избыток и т. п.), так и эмоциональные факторы (дефицит времени, опасность, повышенная ответственность и т. д.).

Сразу же необходимо отметить, что та экстремальность, которая постоянно присуща, например, деятельности летчика, оператора и некоторым другим профессиям, в следственной работе проявляется эпизодически.

Однако, как представляется, экстремальность следственной работы специфична. Ее специфика, в отличие, например, от экстремальности деятельности оператора в условиях наблюдения, обусловлена тем, что она в подавляющем большинстве случаев создается не физическими факторами среды, не сугубо внешними условиями работы, а постоянно действующими эмоциональными факторами. К последним должны быть отнесены не только частый дефицит времени, противодействие заинтересованных лиц, интеллектуальные перегрузки, связанные с избытком или дефицитом информации, но и постоянная повышенная служебная и моральная ответственность за принимаемые решения, а также то обстоятельство, что при расследовании преступлений следователь сталкивается с человеческими пороками, антиобщественными, аморальными поступками, которые не оставляют его безучастным. Все это обусловливает постоянную эмоциональную напряженность, ибо нет преступлений, безразличных с точки зрения общественной морали.

К проблеме экстремальности примыкает вопрос о конфликтном или бесконфликтном характере следственной деятельности. Многие исследователи считают, что в процессе взаимодействия, общения следователя с участвующими в деле лицами могут возникать как бесконфликтные, так и конфликтные ситуации.

Если рассматривать конфликт, например, как реальное соперничество, как процессуальную и тактическую борьбу (но не войну!) с обвиняемым или другими лицами, то это явление налицо в уголовном процессе не только в стадии предварительного расследования, но и в других стадиях, так как принцип состязательности и построен на таком понимании конфликта.

Для полноты психологической характеристики профессиональной деятельности и личности следователя необходимо учитывать, что в процессе этой деятельности у следователя могут возникать как внешние (открытые), так и внутренние (закрытые) конфликты, то есть противоречия, достигающие такой степени остроты, когда предельно обнажаются и сталкиваются (проявляются) противоположные позиции, точки зрения, мотивы или убеждения. К внутренним конфликтам личности, приводящим к разладу с самим собой, у следователя можно отнести борьбу мотивов;

личностные конфликты между моральными чувствами (например, чувством ненависти к преступлениям) и рассудком, между нравственным профессиональным долгом и непрофессиональными личными желаниями, стремлениями, возможностями и т. д.

Все указанные внутренние конфликты относятся к так называемым внутриролевым, ибо они связаны с исполнением человеком только одной социальной роли – роли следователя. Однако ввиду специфики следственной деятельности (перегрузки, большая занятость и т. п.) у следователя могут возникать и межролевые конфликты, например, между социальной ролью профессионала и социальными ролями мужа (жены), отца (матери) и т. д.

Внутренний (закрытый) конфликт может быть порожден не только своеобразием исполнения социальных ролей, но и несовпадением отдельных представлений, знаний, понятий (когниций), что приводит к так называемому когнитивному диссонансу (Л. Фестигнер). Когнитивный диссонанс может возникать у следователя в силу часто имеющегося в следственной деятельности недостатка или избытка информации, что само по себе психологи уже относят к экстремальным условиям.

Внешние (открытые) конфликты чаще всего встречаются при взаимоотношениях следователя с недобросовестными свидетелями, потерпевшими, подозреваемыми или обвиняемыми, как виновными, так и невиновными.

Внешний конфликт может возникать и в связи с тем, что обвиняемый, сразу определив свое мнение, уже не может отказаться от него, упорствуя и настаивая на своем даже в том случае, когда это мнение находится в явном противоречии с какими-то обстоятельствами дела. В теории конфликта это явление называется различием в позициях. Во многих случаях подобные конфликты являются просто мнимыми.

Источником внешнего конфликта может явиться не только непонимание друг друга, но и своеобразная невозможность понимания. Во-первых, это случаи, когда один из участников конфликта объясняет что-либо другому в выражениях, непонятных или неясных, а во-вторых, когда, например, обвиняемый специально не понимает или не хочет понять, то есть когда смысл высказывания одного участника конфликта не находит точек соприкосновения со смыслом высказывания другого. В теории конфликта это называется несходством языков, а в психологии – смысловым барьером.

Наконец, в качестве условия и основания внешнего конфликта может выступать явление, называемое в теории конфликта ролевой противоположностью, когда конфликт предполагается уже только в силу того, что одна сторона встречается с другой. При этом названные стороны должны быть заведомо противоположными, что возможно лишь при противоположности исполняемых социальных ролей. В данном случае какая нибудь социальная роль выполняется одной из сторон с типичным для этой роли набором признаков, другая же сторона всегда ожидает реализации именно этих ролевых признаков. Конфликт здесь развивается, прежде всего, в связи с тем, что стороны не видят общей платформы для взаимодействия, а представление об отсутствии возможных точек соприкосновения и в то же время одновременная фиксация внимания на противоречиях создают ситуацию постоянного развития этого конфликта.

Подобный внешний конфликт возникает, например, при отсутствии психологического контакта между обвиняемым и следователем, когда обвиняемый относит себя к социальной категории «мы» (мы – преступники), явно играет роль закоренелого преступника, а в следователе видит представителя категории «они» (они – противостоящие работники правоохранительных органов), следователь же, в свою очередь, не умеет, не может или в силу своих субъективных качеств просто не желает установить с обвиняемым психологическую общность «мы».

Как видно из краткого анализа оснований и условий внешних конфликтов, возникающих в ходе предварительного следствия, все они, как и рассмотренные внутренние конфликты, повышают экстремальность, «критичность» профессиональной деятельности следователя.

Таким образом, наличие экстремальных условий в следственной деятельности, а также признаваемый подавляющим большинством исследователей явно выраженный творческий характер позволяют отнести ее к так называемым "критическим" профессиям.

2. Психологические характеристика деятельности, профессиональных задач и мышления оперативного сотрудника Предметом деятельности оперативного уполномоченного, которая в юридической литераторе именуется оперативно-розыскной, является «основанная на законодательных и подзаконных нормативных актах система разведывательных (поисковых) мероприятий, осуществляемых преимущественно специальными средствами и методами в целях предотвращения и раскрытия преступлений и розыска скрывающихся преступников».

Оперативно-розыскная деятельность представляет собой вид юридической деятельности. Однако, с точки зрения правовой регламентации, в отличие от предварительного расследования она рассматривается как деятельность правомерная, но не процессуальная.

Природа любого вида деятельности приводит к существованию определенных психологических особенностей, которые обусловливают ее психологическое своеобразие. К этим особенностям деятельности работника уголовного розыска по раскрытию преступлений можно отнести активное противодействие преступного элемента и его окружения, а также конфликтный характер деятельности.

Преступное деяние – это конфликт правонарушителя с законом, зачастую результат конфликта с окружающими. Конфликтны по существу и обстоятельства, обусловливающие совершение противоправных поступков.

Умение выявлять подобные ситуации, прогнозировать возможность их возникновения, управлять поведением противоборствующей стороны является существенным и необходимым профессиональным качеством работника уголовного розыска.

Принять правильное решение, учитывая широкий диапазон возможных поступков правонарушителя (от подчинения до агрессивного поведения), отсутствие достаточно полной и достоверной информации о личности правонарушителя, подчас усугубляющееся его сообщением дезинформирующих сведении, дефицит времени при решении конфликтов, – задача сложная. Поведение работника уголовного розыска в конфликтной обстановке в значительной степени ограничено требованиями, вытекающими из принципов профессиональной деятельности и предписаний нормативных актов. Это означает, что работник уголовного розыска должен действовать в рамках своеобразных алгоритмов поведения, содержание которых в немалой мере зависит от обстоятельств конкретной жизненной ситуации и от субъективного восприятия конфликта его участниками. Действия работников уголовного розыска в подобных ситуациях заслуживают внимательного изучения. Они связаны с возможностью наступления ряда неблагоприятных последствий как психофизиологического (психология стресса), так и социального порядка.

Деятельность работников уголовного розыска по раскрытию преступлений представляется возможным определить как сложный и динамический процесс, включающий в себя целую систему различных поисковых мероприятий, осуществляемых преимущественно специальными средствами и методами протекающий в условиях экстремальности и стрессогенности.

В результате этой деятельности оперативный уполномоченный получает сведения о фактических данных, представляющих собой информацию либо материального (следы рук, ног, транспортных средств, орудий совершения преступления и т.д.), либо идеального (сведения о событии преступления, личности преступника, показания свидетелей, потерпевших и т.д.) свойства.

Процесс получения информации имеет поэтапный характер. Работники уголовного розыска на каждом этапе вынуждены принимать различные решения, в то время как собранная ими информация не всегда бывает полной и достоверной.

Познавательное назначение оперативно-розыскной информации заключается в том, что она содержит сведения о связях между событиями и фактами, знание которых позволяет устанавливать круг лиц, в той или иной мере осведомленных о преступлениях, степень их осведомленности, социальную и нравственно-психологическую характеристику, настроения, вероятность противодействия и лжесвидетельства на допросах и т.д.

Активное отражение различных черт объективной действительности связано, с одной стороны, с выдвижением познавательных моделей, а с другой – с выработкой своеобразных «схем действия» для достижения сознательно поставленных целей.

Познавательный процесс при раскрытии преступлений носит творческую направленность. Она проявляется в том, что на каждом этапе решаются задачи проблемного характера, включающие в себя формулирование проблемы, ее анализ, поиск информации, построение гипотезы, ее проверку.

Получение знаний о действительности складывается из непосредственных представлений о событии преступления, оценки средств и методов получения соответствующей информации, оценки поведения лиц, различным образом причастных к исследуемым событиям.

Процесс познания в оперативно-розыскной деятельности для достижения более высокого логического уровня знании предполагает обязательное применение рациональных приемов познания.

С возникновением проблемной ситуации, когда у человека появляется необходимость что-то понять, ответить на вопрос, разрешить противоречие, начинается мышление. Оно осуществляется в виде операций, направленных на решение возникающих задач Постановка задачи является результатом того, что проблемная ситуация, содержащая какие-то нераскрытые звенья, подвергается анализу со стороны человека, субъекта.

Раскрытие психологических закономерностей мышления работников уголовного розыска является одной из наименее исследованных проблем юридической психологии. Освещение этой проблемы представляется возможным в результате изучения мышления в процессе решения профессиональных задач по раскрытию преступлений. В психологии считается бесспорным тот факт, что различные виды научной и практической деятельности характеризуются специфическими мыслительными задачами.

Экспериментальное исследование позволило выявить наличие различных форм мышления работника уголовного розыска в деятельности по раскрытию преступлений. К ним относятся:

• дискурсивное (рассудочное) мышление, которое характеризуется построением рассуждений по готовым логическим формулам (алгоритмам);

• интуитивное мышление, в основе которого лежит профессиональный опыт, хорошая память и развитое воображение, • творческое мышление, проявляющееся в ситуациях, разрешить которые с помощью алгоритмов, логическим путем невозможно, требуется создание новой схемы действия, нахождение новых способов решения задачи.

Таким образом, познавательная деятельность при решении задачи, направленной на раскрытие преступления характеризуется взаимосвязью дискурсивного, интуитивного и творческого мышления. Анализируя процесс решения испытуемыми экспериментальной задачи, нетрудно заметить значительное развитие дискурсивного и интуитивного мышления у опытных работников. Однако решение проблемных заданий, предполагающих включение творческого мышления, оказывается одинаково сложным для оперативных уполномоченных с различным стажем работы в уголовном розыске.

Поэтому прежде чем перейти к вопросу об особенностях мышления в ходе решения задач по раскрытию преступлений, необходимо дать характеристику их отличительных свойств по сравнению с задачами, решаемыми в других видах юридической деятельности, представить их типологию и структуру.

Применительно к деятельности оперативного уполномоченного уголовного розыска по раскрытию преступлений задача — это осознанная объективная ситуация, в которой необходимо отыскать способ достижения намеченной цели, в пределах его должностной компетенции.

Чтобы уяснить психологическую структуру задачи по раскрытию преступления, следует дать описание ее цели или требования, условия или исходных данных.

Цель задачи с психологической точки зрения – это реальный объект или идеальное представление конечного результата действий человека, решающего задачу. Целью раскрытия любого преступления является установление лица, его совершившего, и сбор изобличающих его доказательств. Конечная цель достигается путем установления промежуточных, ее составляющих, т. е. по ходу решения происходит многократное преобразование цели и условий задачи. Например, в случае обнаружения трупа с признаками насильственной смерти процесс раскрытия преступления будет преследовать следующие цели: установление личности погибшего, выявление свидетелей, розыск преступника и т. д.;

в случае кражи — поиск похищенного, установление воров, изобличение их и пр.

Этот процесс, представляет не что иное, как постановку новых частных задач, возникающих при решении основной задачи в результате объективирования предшествующего хода мысли. Уже по этой причине в процессе своего преобразования на каждом последующем этапе решения задача, направленная на раскрытие преступления, может так сильно видоизменяться, что ее нередко можно принять за принципиально новую задачу. Тем не менее, остается ее структурная характеристика, состоящая из цели и условий, которые связаны между собой именно так, что от решающего требуется их преобразование.

Задачи по раскрытию преступления имеют многоцелевой характер. В каждом конкретном случае целями могут быть определенные материальные объекты (люди, вещи, следы на них и т. п.), заранее заданные действия (передать определенную информацию, составить рапорт и т. д.), некоторое новое знание (обнаружение и приобретение нужных сведений, доказательство важных для дела положений и пр.). Задачи, целью которых является достижение новых, пока не известных знаний, составляют большой класс интеллектуальных задач, занимающих чрезвычайно важное место в оперативно-розыскной работе.


Таким образом, в задачах по раскрытию преступлений цель играет роль общего требования, общего ориентира, задающего направление поиска, достижение которого возможно лишь посредством системы взаимосвязанной совокупности шагов.

Условия задачи по раскрытию преступлений во многом зависят от очевидности или неочевидности совершенного преступления. При раскрытии очевидных преступлений (бытовых убийств, хулиганства в присутствии знающих преступника людей и других деяний, обнаружение которых происходит одновременно с установлением лиц, их совершивших) оперативно-розыскные меры используются крайне редко. Совсем иная ситуация складывается, когда преступление совершено в условиях неочевидности (при неизвестных обстоятельствах, неизвестным лицом).

Раскрытие неочевидных преступлений представляет наибольшую трудность как для следователя, так и для оперативного уполномоченного. В процессе раскрытия подобных преступлений особая роль принадлежит аппаратам уголовного розыска, так как у следователя по таким делам наблюдается острый дефицит информации, необходимой для проведения следственных действий.

Именно задачи по раскрытию неочевидных преступлений находятся в центре нашего внимания, как более сложные и в то же время наиболее типичные для деятельности работника уголовного розыска. На долю неочевидных приходятся все преступления, остающиеся нераскрытыми, из них наибольшее распространение имеют кражи государственного и личного имущества, умышленные тяжкие и менее тяжкие телесные повреждения, грабежи, разбои и изнасилования, т. е. преступления, представляющие повышенную общественную опасность.

В преступлениях этого вида связи между событием преступления и лицами, к нему причастными, между преступником и потерпевшим, между последствиями и местом преступления и т. д. неизвестны, их предстоит выявить. Информация, содержащаяся в исходных условиях задач, не дает непосредственного ответа, что именно является существенным для раскрытия преступлений. Кроме того, не исключена возможность умышленного изменения преступником обстановки места происшествия (т. е.

искажения исходных условий задачи) с целью затруднения процесса ее решения. С психологической точки зрения, в условиях задач по раскрытию неочевидных преступлений содержатся в разных соотношениях признаки, основанные на прежнем опыте оперативного уполномоченного уголовного розыска. «Внешний облик» задачи далеко не всегда совпадает с ее действительным содержанием, и, приступая к ее решению, никогда нельзя быть уверенным, что в ней представлены все и только нужные для решения условия. Информационная неопределенность – наиболее существенный признак задач по раскрытию неочевидных преступлений.

«Классическим» вариантом задачи по раскрытию неочевидного преступления является задача, принадлежащая к четвертому типу: помимо исходной информационной неопределенности (неизвестно, какие условия окажутся существенными для решения, а какие – ненужными, лишними) условия задачи объективно не содержат всех данных, необходимых и достаточных для ее решения. Новые данные, приобретаемые по ходу работы над задачей, которые решающий считает нужным включить в исходные, получили в психологии название «привнесенных». Именно привнесенными данными объясняется постоянное переосмысливание условий и требований задач по раскрытию преступлений при их решении, что делает структурную характеристику этих задач динамичной. Естественно, прежде чем стать привнесенными, эти данные должны быть найдены, для чего требуются соответствующие умственные усилия со стороны решающего. От оперативного уполномоченного уголовного розыска в этом случае требуется мобилизация всех способностей и знаний.

Как мы уже отмечали, раскрытие преступления представляет собой сложную, комплексную задачу, которая является единой для оперативно розыскных и следственных аппаратов.

Единство целей в профессиональной деятельности следователя и работника уголовного розыска обусловливает обоюдную заинтересованность в решении задачи по раскрытию преступлений Вместе с тем необходимо отметить, что условия этой задачи, представляющие собой материальную и идеальную информацию по факту совершения преступления, будут едиными для них только на первоначальном этапе (например, при осмотре места происшествия).

Различия в условиях решаемых задач в дальнейшем объясняются спецификой форм деятельности (только процессуальной – у следователя и возможностью использования не процессуальных форм – у работника уголовного розыска), а также спецификой способов (методов) осуществления следственной и оперативно-розыскной деятельности.

Специальными приемами в процессе расследования являются, например, приемы обнаружения невидимых и слабовидимых следов установления личности по чертам внешности, отождествление целого по частям.

При проведении поисковых мероприятий от работников аппаратов уголовного розыска органов внутренних дел, кроме общих, требуется применение специальных тактических приемов и средств, позволяющих успешно выявлять преступников. Поэтому такие мероприятия выполняются только лицами, непосредственно участвующими в этой деятельности.

Кроме того, следователь прибегает к помощи оперативного уполномоченного уголовного розыска для предотвращения преступлений, раскрытия уже совершенных, для установления и задержания преступников и решения вопросов, ответы на которые не удается получить следственным путем.

Вышеизложенное позволяет выделить некоторые специфические черты, присущие задачам, направленным на раскрытие преступлений:

1. Многоцелевой характер (например, в случае кражи процесс раскрытия преследует, по крайней мере, три цели: установление воров, их изобличение, розыск похищенного).

2. Необходимость осуществления мыслительных действий в условиях дефицита времени, недостаточности необходимой и избыточности ненужной информации, трудности установления их объема.

3. Наличие двух основных групп условий задачи:

- относительно статичных (обстановка происшествия, материальные объекты, пространственные характеристики местности, сохранившие или отразившие следы и состояния, существенные для раскрытия преступления);

- динамических (свидетели, потерпевшие и пр.).

4. Качественная неограниченность динамических элементов задачи, наличие у них большого количества свойств, влияющих на процесс раскрытия, которые необходимо учитывать при решении (например, способность свидетелей или потерпевших забывать факты, искажать их, внушаемость, умышленное нежелание помочь раскрытию и т. д.).

5. Значительная неопределенность условий задачи в силу изменчивости, динамичности ситуации в целом, в зависимости от различного сочетания динамических и статических ее элементов.

6. Особенности решения:

- нахождение ряда пространственно-временных комбинаций или перекомбинаций наличных, предполагаемых и получаемых в ходе решения элементов;

- осуществление решения задачи путем системы последовательных, взаимосвязанных и в то же время относительно независимых действий, предполагающих периодический возврат к исходным, а также получаемым в процессе решения элементам ситуации.

Необходимым этапом в изучении задач по раскрытию преступлений является их классификация.

В юридической психологии были предприняты попытки классификации следственных задач по таким основаниям, как характер, направленность и способ их решения.

Так, учитывая, что в каждом конкретном деле условия задач часто переплетаются, а решения подчинены одной цели – отысканию истины, И.К. Шахриманьян наметил основные типы следственных задач.

К первому типу он относит задачи на построение различных версий.

Ко второму типу – задачи на поиски различных источников информации, в ходе которых следователь устанавливает возможность свидетелей, обвиняемых и другие источники сведений о доказательствах.

Третий тип охватывает задачи по оценке полученной информации, т. е.

по оценке доказательств. При разрешении этих задач следователю приходится производить анализ собственной психической деятельности.

Четвертый тип, по мнению автора, характеризуется выбором методов и средств получения информации.

При изучении задач, решаемых работником уголовного розыска, предпринималась попытка условной их классификации по этапам раскрытия преступлений.

Характеризуя деятельность по раскрытию преступлений, И.Ф. Герасимов первым этапом раскрытия считает обнаружение и выявление преступления и его признаков. Этот этап характеризуется получением исходной информации во время проведения первоначальных следственных и оперативно-розыскных действий.

Вторым этапом (также по любому делу) является собирание сведений о лице, совершившем преступление. Решение задач второго этапа во многом будет зависеть от того, к какой категории – очевидных или неочевидных – относится это преступление.

Третий этап раскрытия преступления – установление всех обстоятельств преступного события и лица, совершившего это деяние.

Для первого и второго этапов характерны все виды деятельности, направленной или способствующей раскрытию преступлений (следственные и розыскные действия, оперативно-розыскные и некоторые другие меры).

Третий этап отличается от первых двух тем, что основной формой деятельности здесь всегда являются следственные процессуальные действия.

Заканчивается он вынесением постановления о привлечении в качестве обвиняемого.


Распределение задач, решаемых работником уголовного розыска на различных этапах раскрытия преступлений, позволяет нам перейти к их классификации в зависимости от особенностей получения информации о событии преступления и личности преступника.

Первая группа задач включает в себя раскрытие очевидных преступлений. В этом случае информация в предметной или идеальной формах поступает либо от виновного (явка с повинной), либо от очевидцев преступного события.

Вторая группа состоит из задач по раскрытию неочевидных преступлений. Необходимую информацию здесь получить сложнее в связи с тем, что потерпевшие и очевидцы зачастую по разным причинам не сообщают своевременно о совершенном преступлении. При освещении преступного события очевидцы и потерпевшие могут дать достаточно полные сведения только о факте преступления или описать похищенные предметы. Что касается сведений о личности преступника, то очевидцы, как право, запоминают лишь броские приметы. В большинстве случаев свидетели в своих показаниях дают лишь общее описание отдельных признаков разыскиваемого.

Третья группа — задачи по раскрытию преступлений, инсценированных преступником под несчастный случай, самоубийство, пожар и т. п. В этих случаях сложность заключается в том, что следы совершенного преступления либо видоизменяются преступником, либо полностью уничтожаются.

Раскрытие этих преступлений становится возможным при определении истинной сущности происшедшего события, выявлении инсценировки и установлении истинного виновника.

Четвертая группа задач – латентные (скрытые от органов внутренних дел) преступления.

Информация о латентных преступлениях может быть получена как оперативным, так и следственным путем. Для этого в первую очередь необходимо проверять подозреваемых, проходящих по возбужденным уголовным делам, на причастность к совершению иных преступлений, а также постоянно ориентировать оперативный аппарат уголовного розыска на раскрытие совершенных преступлений.

Решение перечисленных задач регламентируется различными приказами, директивами, инструкциями. Однако эти задачи не могут быть решены только с помощью заложенных в подобных документах аналогии и алгоритмов. Их решение предполагает наличие эвристических, интуитивных способов, которые характеризуются своеобразием познавательной, творческой, мыслительной деятельности оперативного уполномоченного уголовного розыска.

Теперь проанализируем этапы мышления работника уголовного розыска в ходе решения задач по раскрытию преступлений.

Процесс мышления начинается с ориентировки в условиях задачи. Это первый этап ее решения. Необходимо отметить, что сами по себе элементы ситуации – как относительно статичные, так и динамические – не составляют условия задачи. Условия задачи по раскрытию преступления заложены в информации, которую эти элементы несут «в себе» и которую необходимо найти.

В процессе ознакомления с содержанием предложенной экспериментальной задачи работники уголовного розыска определяют, что им дано и что остается неизвестным. Выделение неизвестного, точнее, ряда неизвестных, преобразует исходную задач в систему промежуточных задач, целью каждой из которых является нахождение этих неизвестных.

Работники перечисляют искомое (поставленные вопросы), т. е.

формулируют задачи. Первый этап завершается формированием системы дополнительных задач. Уже на этом этапе могут возникнуть проблемные ситуации, требующие активной мыслительной деятельности по формированию системы специальных подзадач со своими подцелями.

Основной особенностью задач по раскрытию неочевидных преступлений является то, что окончательное их решение осуществляется преимущественно путем разрешения целого ряда взаимосвязанных подзадач.

Осознание проблемной ситуации и профессиональное формулирование задач во многом зависит от способностей и профессионального опыта работника уголовного розыска. Проблемная ситуация не может быть осознана, когда у оперативного уполномоченного в силу отсутствия профессионального опыта просто не возникает мысль о том, что в данной ситуации имеется нечто неизвестное, которое необходимо найти. Разрешение проблемной ситуации всегда совпадает с процессом становления и развития новых профессиональных качеств мышления специалиста.

Вторым этапом мышления работника уголовного розыска в ходе решения задачи является этап формирования замысла решения. Поскольку условия задач по раскрытию преступлений имеют многоплановую характеристику и отличаются значительной неопределенностью, процесс их решения состоит в уменьшении исходной неопределенности условий, в активном выборе необходимой информации. Существенной особенностью мышления при раскрытии преступления является то, что обычно происходит формирование нескольких замыслов по нахождению одного искомого. Так, например, при ознакомлении с содержанием экспериментальной задачи выдвигались следующие замыслы:

1) по установлению личности потерпевшей:

- ориентировать личный состав работников ОВД;

- направить запрос на лиц, без вести пропавших;

- дактилоскопировать труп и проверить по дактилоскопическим учетам;

- назначить судебно-медицинскую экспертизу по идентификации частей трупа, установлению времени, причины смерти, возраста потерпевшей и т.п.

2) по установлению лица (лиц), доставившего вещи к местам их обнаружения:

- исследовать вещи на предмет обнаружения отпечатков пальцев с последующей их проверкой по дактилоскопическим картотекам;

- установить способ совершения убийства с последующей проверкой по картотекам НТО;

- проработать запаховый след;

- выявить возможных очевидцев, видевших лицо (лиц) доставившее вещи на места их обнаружения.

Интересно отметить одну особенность в соотношении замыслов и условий задачи: они характеризуются тесными и взаимопроникающими связями. Зачастую замыслы решения существуют в сознании работника уголовного розыска как бы априори, еще до анализа условий задачи – их источником является прошлый опыт, знания. Например, замысел «установить лицо по отпечаткам пальцев рук» побуждает работника уголовного розыска по прибытии на место происшествия сознательно искать следы отпечатков. Таким образом, замыслы решения (из имеющегося прошлого опыта или порожденные вновь) способствуют более глубокому анализу условий задачи, а этот анализ, в свою очередь, способствует порождению новых замыслов.

Следующим (третьим) этапом решения задачи является этап реализации замыслов и их проверки, их адекватности по отношению к исходной задаче.

Разумеется, как уже указывалось ранее, решение задач по раскрытию преступлений возможно различными способами. Так или иначе, участники эксперемента приходили к конечному решению исходной задачи (в ряде случаев с помощью экспериментатора). Здесь речь идет лишь о том, насколько оптимальны избираемые ими способы, какие затраты сил, средств и времени необходимы для их реализации.

Можно предположить, что при решении задач по раскрытию преступлений в основном действует следующий психологический механизм.

Решающий задачу стремится перевести ее из плохо определенной в хорошо определенную, т. е. при анализе условий задачи выявить такие признаки, элементы ситуации, которые позволили бы при сопоставлении их выдвинуть замысел решения задачи. Сопоставление этих элементов ситуации с другими элементами в различных соотношениях позволяет выдвинуть еще ряд замыслов. На данном этапе решения задачи главное, что преследует работник уголовного розыска, – обнаружить как можно больше связей и отношений, существующих между признаками, элементами, составляющими условия задачи с тем, чтобы выдвинуть как можно больше замыслов. Однако последующая реализация этих замыслов становится специальной, самостоятельной задачей (рядом задач), в которой каждый замысел превращается в цель соответствующей задачи. Если способ решения этих подзадач (задач второго порядка) по отношению к основной задаче (по раскрытию преступления) для испытуемого неизвестен, последний может разбить их еще на ряд подзадач, и так до тех пор, пока он не переведет проблему в совокупность задач, которые способен решить.

В этой связи следует отметить еще одну примечательную особенность процесса мышления работника уголовного розыска при формировании замыслов решения. Довольно часто выделенный замысел приобретает настолько сильное, доминирующее влияние, что начинает мешать порождению новых замыслов, выявлению иных систем отношений среди элементов задачи. Срабатывает механизм, получивший название «психологического барьера», когда первоначально выделенная система отношений способна оказаться исключительно прочной и создать другую комбинацию отношений из тех же исходных элементов ситуации работнику уголовного розыска бывает очень трудно или вовсе невозможно. Этим объясняется тот факт, что часто при подключении к решению задачи другого исполнителя последний может предложить ряд новых замыслов, которых прежний решающий задачу не смог обнаружить. Вот почему к мышлению работника уголовного розыска должно предъявляться специфическое требование мышление его должно быть гибким, т е способным уйти от шаблонных решений, абстрагироваться от упроченных систем связей и отношений.

Одним из практических путей преодоления указанного «психологического барьера», помимо специальных тренировок мышления, может быть использование коллективного обсуждения возникающих проблем и всего хода раскрытия преступления. В настоящее время такой формой коллективного обсуждения и принятия решений являются ежедневные оперативные совещания работников уголовного розыска в каждом органе внутренних дел. При коллективном решении задачи в большинстве случаев находится человек, которому «приходит в голову»

правильное решение.

При анализе ответов испытуемых в ходе решения экспериментальной задачи трудно было судить о том, в какой мере они – результат «догадки», «озарения», т.е. собственно творчества, а в какой – воспроизведение уже имеющихся знаний. Поэтому в задаче был предусмотрен ряд специально созданных проблемных ситуаций, решение которых предполагало актуализацию собственно творческой активности испытуемых.

Когда испытуемые понимали, что избранный ими способ решения задачи не эффективен, они подвергали имеющиеся данные более глубокому анализу, выявляли и сопоставляли новые свойства, связи, отношения, заключенные в условиях задачи, расширяли зону поиска адекватного замысла решения.

В этой связи необходимо указать на роль случая в раскрытии преступлений. До тех пор, пока работник уголовного розыска не выделит и не проанализирует определенную систему связей, отношений, и информацию, которая, казалось бы, ведет к решению задачи, не замечается им, а если и замечается, то внутренне как носитель существенного для решения значения не принимается. Лишь по мере углубления в проблему, расширения зоны поиска значимых свойств, отношений, т.е. по мере того, насколько подготовлена вся система внутренних условий для восприятия «случайной» информации, последняя может быть включена в анализ и эффективно использована. Использование случая есть результат всей предшествующей напряженной мыслительной деятельности инспектора уголовного розыска. Поскольку условия задач по раскрытию преступлений носят вероятностный характер, роль «случайной» информации, способной перевернуть весь планируемый ход решения задачи, резко возрастает.

Поэтому, на наш взгляд, у работников уголовного розыска необходимо воспитывать такое важное профессиональное качество, как восприимчивость мышления или, как мы его называем, «чуткость на случай».

Экспериментальные исследования мышления оперативного уполномоченного уголовного розыска показывают, что этапы решения задач по раскрытию преступлений, по существу, совпадают с этапами решения любой задачи. Различия, однако, заключаются в специфике «материала», которым оперирует решающий задачу. Они-то и предъявляют особые требования к мышлению работника уголовного розыска.

Вышеизложенное позволяет выделить следующие особенности профессионального мышления работника уголовного розыска:

1) созидательность – способность к самостоятельной постановке задач и нахождению способов их решения;

2) гибкость – умение изменять свою деятельность и изменять принятые решения в соответствии с новой информацией, способность уйти от шаблонных решений;

3) восприимчивость – так называемая «чуткость на случай»;

4) полинаправленность – умение оценивать широкий круг вопросов и фактов с использованием предельно большого количества знаний из прошлого опыта. Способность к одновременному выдвижению нескольких замыслов решения;

5) критичность – соотношение замыслов решений с объективными условиями задачи, обоснованность, аргументированность замыслов, выделяемых как предпочтительные;

6) избирательность – умение найти в условиях задачи наиболее существенное, отличить главные связи и закономерности от несущественных, второстепенных;

7) оперативность – умение решать задачи в кратчайшее время, быстро ориентироваться в условиях задачи;

8) проницательность – умение разобраться в движущих мотивах поведения людей, способность понимать и предвосхищать их поступки.

Следует отметить, что названные качества мышления работника уголовного розыска не являются врожденными, данными от природы (об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что у профессионалов с большим опытом работы указанные качества сформированы значительно лучше, чем у новичков), их можно успешно развивать как в процессе самой профессиональной деятельности, так и в ходе специально разработанной системы профессиональной подготовки.

Мышление оперативного уполномоченного уголовного розыска – это творческое мышление, имеющее сугубо практическую направленность на решение конкретных задач борьбы с преступностью.

Учитывая сложность, многоплановость, разнообразие задач, решаемых работником уголовного розыска, можно с полным основанием отнести его познавательную деятельность к разряду творческих, а основной формой обеспечения познания в ней назвать практическое творческое мышление.

Изученные особенности мышления работника уголовного розыска могут служить основой для разработки дидактических приемов и методов обучения в системе профессиональной (служебной) подготовки, направленных на формирование у оперативных уполномоченных уголовного розыска профессионального мышления и производных от него качеств ума.

Вопросы для самоконтроля 1. Профессиограмма следователя.

2. Каковы особенности поисковой деятельности следователя?

3. Морально-психологические особенности личности юриста.

4. Структура, психологические основы деятельности следователя в предварительном следствии.

5. Профессиональное мастерство следователя и его психологические составляющие.

6. Каковы особенности познавательной деятельности следователя?

7. Психологические особенности психо-эмоциональных нагрузок в ходе профессиональной деятельности следователя?

8. Какие элементы составляют профессиональную деятельность следователя?

9. Пути повышения профессионального уровня следственных работников.

10. Роль и значение коммуникативных навыков в работе следователя.

11. В чем особенности следственного мышления?

12. Психологические аспекты следственной тактики.

13. Конфликты в профессиональной деятельности следователя.

14. Профессиограмма оперативного сотрудника.

15. Профессионально-психологические особенности деятельности оперативного работника.

16. Особенности познавательно-поисковой деятьельности оперативного сотрудника.

17. Психологические особенности отрицательных психо-эмоциональных нагрузок в профессиональной деятельности оперативного сотрудника.

18. Психолого-правовые основа опроса оперативного сотрудника.

19. Психологические и тактические приемы опроса.

20. Конфликты в профессиональной деятельности оперативного сотрудника и пути их предупреждения и разрешения.

Тема 5. Криминальная психология 1. Понятие личности преступника.

2. Основные подходы к изучению личности преступника, её структура.

3. Типология личности преступника.

Личность преступника – это многогранное понятие, с ярко выраженным междисциплинарным характером, поскольку изучается не только психологами, но и юристами. Однако в юридической психологии данная проблема одна из центральных. Понятие личности преступника, т. е.

личности человека, виновно совершившего общественно опасное деяние, запрещенное законом под угрозой привлечения к уголовной ответственности, выражает его социальную сущность, сложный комплекс характеризующих его свойств, связей, отношений, его нравственный и духовный мир, взятые в развитии, во взаимодействии с социальными условиями, психологическими особенностями, в той или иной мере повлиявшими на совершение им преступления.

Проблема личности преступника в последнее время привлекает к себе усиленное внимание отечественных юристов. В этой связи мы так же считаем необходимым рассмотреть психологический анализ личности преступника.

Как и любой вид деятельности, в том числе преступная, во многом обусловлена психологическими особенностями личности самого преступника. Уголовно-процессуальный закон, определяя предмет доказывания, требует выяснения обстоятельств, влияющих на степень и характер ответственности обвиняемого, а также иных обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого. Однако до настоящего времени на практике обстоятельства, которые характеризуют личность обвиняемого, с достаточной полнотой не устанавливаются. Лишь в отношении несовершеннолетних закон указывает несколько более подробный круг обстоятельств, которые необходимо выяснить. Поэтому разработка признаков личности преступника, подлежащих установлению, является важной задачей юридической психологии.

1. Понятие личности преступника С точки зрения русского языка слово «личность» определяется как человек, носитель каких-нибудь свойств, присущих данному человеку, составляющих его индивидуальность.

Слово «преступник» означает человека, «который совершил уголовное преступление» или «человек, который совершает или совершил преступление». Синонимами этого слова являются слова «уголовник» (разг.), правонарушитель (юрид.), злоумышленник, вор, тать (устар.), варнак (устар.

прост.), злодей, лиходей (устар.).

Итак, личность преступника можно представить, как «совокупность свойств, присущих, совершающему или совершившему преступление человеку, составляющих его индивидуальность».

Личность – система социально значимых качеств индивида, мера овладения им социальными ценностями и его способность к реализации этих ценностей.

Человек по своим психологическим качествам не может быть фатально обречен на социальную роль преступника. Но в каждом преступлении в качестве субъективной его стороны всегда проявляются психические качества личности преступника.

Личность преступника – понятие многократное, с ярко выраженным междисциплинарным характером, поскольку изучается не только психологами, но и юристами, занятыми разработкой вопросов, относящихся к уголовному праву и процессу, криминологии и криминалистике. В юридической психологии данная проблема одна из центральных.

Понятие личности преступника, т.е. личности человека, виновно совершившего общественно опасное деяние, запрещенное законом, под угрозой привлечения к уголовной ответственности, выражает его социальную сущность, сложный комплекс характеризующих его свойств, связей, отношений, его нравственный и духовный мир, взятые в развитии, взаимодействии с социальными условиями, психологическими особенностями, в той или иной мере повлиявшими на совершение им преступления.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.