авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 31 |

«ГеоморфолоГия картоГрафия и ГеоморфолоГия и картоГрафия Министерство образования и науки РФ Российский фонд ...»

-- [ Страница 9 ] --

В северо-западной части оползни встречаются крайне редко, лишь по долинам рек бассейна Сейма. Наиболее распространены оползни без ясных границ, представляющие собой результат мед ленного пластического течения склонов, которые в данном районе не отличаются крутизной (5 — 10°).

Формирование техногенных оползней связано с переувлажнением грунтов и подрезкой основа ния оползнеоопасных склонов при строительстве и эксплуатации транспортных магистралей, а так же перегрузкой грунтов от движущегося транспорта.

Карст развит в турон-маастрихтском инженеро-геологическом комплексе, включающий в своем составе мел и отдельные терригенные отложения, преимущественно карбонатного проис хождения. Существенную роль в активизацию карстовых процессов вносит антропогенный фактор, способствующий усилению агрессивности природных вод.

Карстовые формы в Белгородской области представлены в основном двумя морфогенетиче скими типами: поверхностным и погребенным.

К поверхностным карстовым формам относятся карры, поноры, воронки, блюдца, котловины, провальные колодцы и карстовые трещины. Особенно широкое развитие в области получили лунко вые и ячеистые карры. Приурочены они обычно к крутым меловым склонам речных долин, балок, оврагов, чинков и платообразных останцов. Максимальная плотность мелового карста в области достигает 50 шт./км2. Особенно интенсивно закарстованы междуречья Убля — Котел, Псел — Псе лец. Несколько меньшими величинами карстовых форм (10 — 25 шт./км2) характеризуются верховья рек Короча и Корень, Тихая Сосна, Черная Калитва, Айдар.

Суффозия. Суффозионные формы приурочены в основном к поймам и первым двум надпоймен ным террасам рек Северский Донец, Оскол, Сейм, а также к бассейнам рек северо-восточной части области — к площади распространения ледниковых отложений. Выражается суффозия на поверхности в виде деформаций и образований блюдцеобразных западин диаметром 50 — 200 м и глубиной 1 — 2,5 м.

Они препятствуют сельскохозяйственному освоению территории в местах их распространения.

Эоловыепроцессы. На территории области эоловые формы рельефа представлены бугристо грядовыми песками и дюнами. Источником образования эоловых форм рельефа служат разнозерни стые пески. Дюны наиболее развиты по долинам рек Оскол, Северский Донец и его притока Неже голи, а также реки Тихая Сосна. Представлены они навеванием гряд песков фронтом 1,0 — 1,5 км и мощностью 2 — 5 м. Одной из разновидностей эоловых процессов является дефляция, которая на территории области приурочена к почвам легкого механического состава — песчаным и супесча ным. Доля дефлированных почв среди общей площади почв области невелика — только 26,6 тыс. га, или менее 1 %.

Абразия на территории области имеет локальное распространение. Она характерна для бере гов Старооскольского и Белгородского водохранилищ и ряда других искусственных водоемов. Абра зионные меловые уступы в правобережной части Белгородского водохранилища стали неотъемле мой частью береговых ландшафтов.

Заболачивание. Из-за высокой дренированности территории области речной и овражно балочной сетью болота не имеют широкого распространения. Заболоченные земли в основном сосредоточены в поймах рек и в зонах техногенного подтопления Белгородского водохранилища.

Техногенныйморфогенезиантропогеннаяморфоскульптура. Анализ техногенного морфоге неза позволил нам выделить на территории Белгородской области следующие типы антропогенного рельефа (морфоскульптур):

- горнопромышленный (карьеры, шахты, отвалы, хвостохранилища и т. д.);

- урбанизированный (города, крупные населенные пункты);

- водохозяйственный (пруды, водохранилища, каналы);

- агрогенный (пашня, сады, поля орошения, пастбища, террасы на склонах и т. д.);

- линейно-транспортный (автомобильные и железные дороги, трубопроводы, ЛЭП);

«Геоморфология и картография» : материалы XXXIII Пленума Геоморфологической комиссии РАН - техногенно-накопительный (свалки промышленных и бытовых отходов, пруды-испарители, отстойники);

- беллигеративный (окопы, оборонительные противотанковые рвы, воронки от авиабомб и снарядов и т. д.);

- антропогенно-реликтовый (курганы, земляные валы, оборонительные сооружения).

Принципы и методы картографирования ЭГП В настоящее время изучение современных процессов экзоморфогенеза основывается на раз витии новой парадигмы в геоморфологии — системно-динамического анализа, которая получила развитие в трудах А. П. Дедкова, В. М. Мозжерина [4], В. Б. Выркина [2] и др. Согласно их пред ставлениям, системно-динамическая парадигма ориентирует исследователей на познание систем процессов в их взаимосвязях и взаимодействиях, формирующих современный облик рельефа кон кретных территорий. При этом основой для использования системного подхода может служить кон цепция «ведущего процесса». Именно ведущие процессы, по мнению Л. Н. Ивановского, З. А. Тито вой, В. Б. Выркина [3, 5], являются основными элементами системы. Их сочетание и взаимосвязи в пространстве и во времени характеризуют структуру системы в целом и определяют ее наибо лее устойчивые свойства. Только ведущие процессы удовлетворяют оптимальному выбору между абстрагированием и конкретным объективным отражением реальной геоморфологической действи тельности и позволяют определить важнейшие закономерности формирования и развития рельефа.

Одной из насущных задач геоморфологических исследований является картографирование современных экзогенных процессов рельефообразования. Создание таких карт имеет научное и прикладное значение. Однако создание таких карт имеет свои трудности, связанные с многооб разием проявления в природе ЭГП. Выход из этой ситуации многие исследователи видят в исполь зовании принципа абстрагирования, реализуемого на высоком уровне, который позволяет выявить главные факторы и тенденции развития рельефа.

Как известно, ведущие процессы могут рассматриваться в генетическом и пространственном аспекте [3]. В первом случае ведущий процесс определяет форму рельефа и условия протекания сопутствующих ему процессов. Выделение ведущего процесса обычно не вызывает больших затруд нений. Сложнее обстоит дело с выделением ведущего процесса в пространственном аспекте, из-за отсутствия гомогенных ареалов ЭГП, т. е. одного действующего процесса. Поэтому стержневой про блемой составления подобных карт является их генерализация, осуществляемая методом отбора наиболее существенного и типичного в процессах рельефообразования.

При картографировании ведущих процессов рельефообразования широко используется прин цип системности, позволяющий сопряжено изучать процессы, группирующие парагенетические единства [6].

При выделении ведущих процессов рельефообразования в Белгородской области нами учиты вались три основных параметра ЭГП: площадь распространения, продолжительность и прерывность их протекания и интенсивность развития. Эти параметры ЭГП выявлялись визуально в полевых усло виях и при использовании материалов дистанционного зондирования поверхности Земли (аэрофото и космоснимки различных масштабов).

Сама методика картографирования современных экзогенных процессов рельефообразования довольно подробно изложена в трудах В. Б. Выркина [3] и других исследователей. Здесь мы лишь отметим, что специфика рассматриваемого картографирования ЭГП заключается во взаимосвязан ной характеристике ведущих процессов, форм или комплексов форм рельефа. Такие карты пред ставляют собой синтез геоморфологических карт и карт процессов.

На основании изложенных выше принципов и методов нами были составлены карты основных ведущих процессов ЭГП и форм рельефа для территории Белгородской области в масштабе 1 : 200 (развития эрозионных процессов, оползнеобразования, распространения карстово-суффозионных процессов, дефляции и др.). При этом особое внимание уделялось техногенному морфогенезу, который на территории Белгородской области имеет широкое распространение из-за высокой сте пени техногенной трансформации рельефа [8, 9].

Районирование современных экзогенных процессов рельефообразования Районирование современных рельефообразующих процессов представляет важный завершаю щий этап геоморфологических исследований. Районирование ЭГП позволяет с помощью анализа структуры конкретной территории (основных ведущих процессов, особенностей их пространствен ных сочетаний и учета индивидуальных характеристик) находить черты сходства и различия в совре менном развитии рельефа и выделять по этому признаку территориальные единицы, совокупность которых отражает дифференциацию рассматриваемого региона по характеру и степени проявления экзогенного морфогенеза.

По условиям и степени проявления современных экзогенных процессов с учетом современной неотектоники авторами исследования проведено геоморфологическое районирование территории Белгородской области.

СЕКЦИЯ 2. ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, РИСКА, ОПАСНОСТЕЙ И УЩЕРБА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СРЕДЕ Рис.1.СхемагеоморфологическогорайонированиятерриторииБелгородскойобласти Рис.2.КартагеоморфологическихрисковтерриторииБелгородскойобласти Основной единицей схемы геоморфологического районирования является область, отвечаю щая неотектонической структуре I порядка — Среднерусской возвышенности — т. е. область воз вышенной эрозионно-денудационной равнины. В границах Белгородской области эта область объ единяет 6 геоморфологических районов и 9 подрайонов, которые приведены ниже на карто-схеме (рис. 1). Подробная характеристика геоморфологических районов приведена в докладе.

Основными характеристиками, отражающими степень опасности и риска ЭГП, являются: интен сивность и активность их проявления, мощность (параметры) и скорость протекания, обусловлен «Геоморфология и картография» : материалы XXXIII Пленума Геоморфологической комиссии РАН ные в значительной мере генезисом процессов. Интенсивность определяется коэффициентом пораженности, выражающим отношение площади (длины, числа) всех форм проявления данного процесса (независимо от возраста) ко всей площади участка. Активность выражается через отноше ние действующих форм конкретного процесса на данном участке к общему числу этих форм. Мощ ность определяется размерами форм проявления процесса, чаще всего — это площадь и объемы.

Важнейшим параметром опасности является скорость.

С учетом указанных выше параметров проявления ЭГП и их влияния на экологическую обста новку, условия проживания и хозяйственную деятельность населения была составлена карта геомор фологических опасностей и рисков Белгородской области (рис. 2). На этой карте выделены четыре группы ареалов с различным уровнем геоморфологической опасности и риска: с низким геоморфо логическим риском (водораздельные пространства и слабо покатые склоны с углом наклона зем ной поверхности до 2—3°);

со средним геоморфологическим риском (приводораздельные склоны с углом наклона до 5°);

с высоким геоморфологическим риском (склоны речных долин и крупных овражно-балочных систем с уклонами от 5—10° и более), а также береговые уступы водохранилищ;

с очень высоким геоморфологическим риском (селитебные и горнопромышленные территории).

Таким образом, возникновение неблагоприятных экологических ситуаций может быть вызвано экстремальными проявлениями как отдельных экологически опасных экзогенных процессов, так и совместными их сочетаниями.

Литература 1. Белоусова Л. И. Региональные особенности развития и распространения экзогенных геоморфологических процессов на территории Белгородской области [Текст] / Л. И. Белоусова // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Сер.: Естественные науки.

2011. № 3(98), вып. 14. С. 162 — 169.

2. Выркин В. Б. Классификация экзогенных процессов рельефообразования // География и природные ресурсы. 1986. № 4. С. 20 — 24.

3. Выркин В. Б. Современные экзогенные процессы рельефообразования: картографирование, анализ структур, районирование // География и природные ресурсы. 2008. № 4. С. 123 — 129.

4. Дедков А. П., Мозжерин В. И. Современные тенденции развития геоморфологии // М.: Наука, 1988. С. 205 — 212.

5. Ивановский Л. Н., Титова З. А., Выркин В. Б. Проблемы прогноза современных процессов рельефообразования // География и природные ресурсы. 1983. № 4. С. 20 — 25.

6. Кашменская О. В., Хворостова Концепция картографирования геоморфологических систем.

Новосибирск: Изд-во Ин-та геологии и геофизики СО А Н СССР. 1989. 13 с.

7. Милашенко Н. З., Акулов П. Г. Научные основы расширенного воспроизводства плодородия почв в ЦЧО. В кн.: Повышение эффективности земледелия и агропромышленного производства Белгородской области. М.: Росагропромиздат, 1990. С. 4.

8. Петина В. И. Антропогенный морфогенез на территории Белгородской области и его экологические последствия / В. И. Петина, Н. И. Гайворонская, Л. И. Белоусова // Изменения состояния окружающей среды в странах содружества в условиях текущего изменения климата. М.:

Медиа-Пресс, 2008. С. 224 — 229.

9. Петин А. Н. Антропогенный морфогенез и техногенная трансформация рельефа на территории Белгородской области / А. Н. Петин, В. И. Петина, Н. И. Гайворонская, Л. И. Белоусова // Антропогенная геоморфология: наука и практика: Материалы XXXII Пленума Геоморфологической Комиссии РАН, Москва-Белгород: Изд. Дом «Белгород», 2012. С. 93 — 98.

_ СОВРЕМЕННЫЕ ГЕОМОРФОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ И ОПАСНОСТИ НА ТЕРРИТОРИИ СОЧИНСКОЙ АГЛОМЕРАЦИИ (ПО РЕЗУЛЬТАТАМ ПОЛУСТАЦИОНАРНЫХ НАБЛЮДЕНИЙ) В.Р.Беляев,Ю.Р.Беляев,С.И.Болысов,В.Н.Голосов,Ю.С.Кузнецова, Н.Н.Луговой,Е.Д.Шеремецкая Географический факультет МГУ имени М.В.Ломоносова, Москва, sheremetskaya@gmail.com MODERN GEOMORPHIC PROCESSES AND HAZARDS WITHIN THE SOCHI AGGLOMERATION (REPEATED OBSERVATION RESULTS) V.R.Belyaev,Yu.R.Belyaev,S.I.Bolysov,V.N.Golosov,Y.S.Kuznetsova, N.N.Lugovoy,E.D.Sheremetskaya Lomonosov Moscow State University, Geographical Department, Moscow, sheremetskaya@gmail.com Сочи — крупнейший курортный центр России. Количество отдыхающих в пик летнего сезона в отдельные годы здесь превышает постоянное население (более 440 тыс. чел.). Активный приток капиталов, населения и масштабное строительство, связанные с проведением зимних Олимпийских игр в 2014 году, дают возможность городу реализоваться в качестве полноценной, крупной агло СЕКЦИЯ 2. ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, РИСКА, ОПАСНОСТЕЙ И УЩЕРБА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СРЕДЕ мерации. Основные населенные пункты, входящие в состав муниципального образования «Город курорт Сочи», тяготеют к долинам рек и узкой прибрежной полосе, ограниченной низкогорьями, что обуславливает ограниченность земельных ресурсов, пригодных для размещения жилых и туристических комплексов, объектов хозяйственной инфраструктуры. В процессе развития города используются как «точечные», не освоенные до настоящего момента площади среди сложившейся застройки, так и крутые (до 30°) склоны, днища речных долин, свободные участки береговой зоны.

Территория Сочи характеризуется набором природных и антропогенных особенностей, благо приятствующих активному развитию современных экзогенных процессов (в т. ч. опасных). В геоло гическом отношении район расположен в области развития покровно-складчатой флишевой зоны, с чередованием легко разрушающихся алевролитов, аргиллитов, мергелей и песчаников. Регион вхо дит в зону 8 — 9 балльных землетрясений. Горный рельеф обладает высоким энергетическим потен циалом, характеризуется значительными перепадами высот в сочетании с широким распростране нием крутых (15 — 35°) склонов. Мощным фактором рельефообразования выступает субтропический климат, характеризующийся огромным количеством осадков, часто выпадающих в виде ливней, и высокими среднегодовыми температурами. За последние 10 лет количество осадков составило около 1 700 мм/год, из них порядка 1 400 мм/год приходилось на стокоформирующие. Среднегодо вые температуры колебались в пределах 13—17°С с годовой амплитудой до 22°С. Сочетание особых геологических, геоморфологических и климатических условий с высокой антропогенной нагрузкой обуславливает необходимость мониторинга темпов и проявлений рельефообразующих процессов, оценку геоморфологических опасностей для строительства и эксплуатации объектов городской инфраструктуры.

Полустационарные исследования экзогенных процессов сосредоточены на выявлении скоро стей выветривания типичных горных пород, изучении динамики процессов массового смещения рыхлого чехла (крипе), линейной эрозии временных водотоков и русловой эрозии малых рек, суф фозии, береговых процессов. Большая часть стационаров расположена на водосборах левых при токов долины р. Бзугу — долине руч. Селецкая щель и Коренном овраге. Наблюдения за береговыми процессами проводятся на участке побережья между устьями рек Лоо и Псоу.

Для изучения скоростей выветривания горных пород (комплексный стационар в Коренном овраге) был выбран метод, опробованный Г. С. Ананьевым в Карпатах в 1970 — 80-е гг. [1]. Отобран ные образцы местных горных пород валунной размерности взвешиваются, описываются, фотогра фируются и помещаются на дневную поверхность и в грунт в упаковке, проницаемой для воздуха, воды, температурных колебаний, но препятствующей удалению выветрелого материала. В фев рале 2006 г. было отобрано два комплекта образцов алевролита, аргиллита и песчаника (по одному образцу каждой породы в комплекте). Один комплект помещён в грунт на глубину 0,30 м, другой — на дневную поверхность. Повторные вскрытия стационара проводились зимой 2007 и 2013 гг. (табл. 1).

Установлено, что более всего выветриванию подвержен аргиллит, обладающий наибольшей, среди изучаемых пород, теплопроводностью. Уже за 1-ый год образец на дневной поверхности из монолитной породы превратился в совокупность оскольчатых обломков щебнистой размерности.

Образец в грунте подвергся подобным изменениям за 7 лет. Остальные обломки в целом сохранили первоначальную форму. Результаты измерений показали, что максимальные скорости выветрива Таблица Результаты изучения динамики выветривания обломков горных пород на стационаре в овраге Коренной Основной обломок Неперемещённый мелкозём Суммарные потери Скорость Масса образца, вещества, %/год выветривания Масса в Скорость граммы (2006 — 2013 гг.) 2013 г.,формирования, 2006- 2007- 2006 граммы %/год 2006 г. 2013 г. %/год* мм/год** 2007 2013 Образцы на дневной поверхности Алевролит 2383 2260 0,7 36,5 28 0,2 2,6 0,3 0, Песчаник 1978 1652 2,4 47,1 22 0,2 13,8 0,4 2, основной обломок Аргиллит 1117 44,5 581 7,4 6,6 0,1 1, не сохранился Образцы на глубине 0,30 м Алевролит 946 915 0,5 23,1 6 0,09 1,7 0,1 0, Песчаник 1382 1118 2,7 42,5 78 0,8 15,7 — 1, основной обломок Аргиллит 269 27,1 27 1,4 10,4 0,1 1, не сохранился * - здесь и далее процент высчитан относительно первоначальной массы образца в 2006 г.

** - скорость выветривания высчитывалась на основании аппроксимации формы образца простыми геометри ческими фигурами — усеченной призмой и параллелепипедом. При расчете скоростей выветривания аргил лита использовался максимально крупный из сохранившихся к 2013 г. обломков.

«Геоморфология и картография» : материалы XXXIII Пленума Геоморфологической комиссии РАН ния отдельно взятого образца горной породы (в мм/год) фиксируются для песчаника, обладающего высокой пористостью и относительно слабой силой сцепления между составляющими его отдель ными зернами, минимальные — для алевролита. При этом у песчаника скорость сопоставима для образцов в разных условиях залегания, а у образцов аргиллита и алевролита — повышена на днев ной поверхности.

Скорость формирования неперемещённого мелкозёма — элювия — максимальна для аргиллита, вне зависимости от его положения и воздействия внешних факторов среды. Однако на поверхности, этот процесс протекает активнее. Скорости формирования песчанистого и алевритисто-глинистого элювия песчаников и алевролитов на поверхности практически равны, в то время как, попадая в толщу рыхлых отложений, затронутых процессами почвообразования, песчанистый мелкозём высвобождается быстрее.

Суммарные потери вещества отражают скорости денудации. При их оценке необходимо учиты вать механический вынос не растворённого материала в результате просеивания глинистых частиц через сетку упаковки непосредственно на стационаре, при промачивании и прорастании корнями растений, вынос растворенного вещества фильтрующейся через упаковку водой, субъективные потери при извлечении, транспортировке и измерении образов. Допуская, что субъективные потери минимальны, можно выстроить следующий ряд горных пород по степени увеличения скоростей денудации: алевролит — аргиллит — песчаник. Для алевролитов и песчаников скорость денудации выше в условиях их расположения на дневной поверхности, для аргиллитов — тенденция обратная.

Изучение процессов медленного массового смещения рыхлого чехла (крипа) проводится на двух стационарах. Стационар в долине руч. Селецкая щель был организован в 1977 г. группой иссле дователей под руководством А. А. Ажигирова при участии В. Н. Голосова. Повторные наблюдения проводились в 1980 и 1986 гг. Затем ряд наблюдений был прерван и возобновлен авторами в 2005 и 2013 гг. Удалось восстановить два шурфа на правом борту долины. В исследованиях использовался метод Янга, основанный на применении постоянных и смещающихся реперов. На основании прове дённых измерений можно говорить об изменении скоростей крипа в толще покровного чехла и в раз ных частях склона, провести сопоставление последних данных с результатами прошлых лет [2, 3].

Для смещающегося покрова характерно общее убывание скоростей движения сверху вниз, что связано с уменьшением воздействия колебаний температуры и влажности с глубиной. В верхней части склона скорости смещения покровного чехла изменяются от 59,06 мм на глубине 0,15 м за период с 2005 по 2013 гг. до 34,64 мм на глубине 0,45 м и 28,57 мм на глубине 0,75 м. В средней части склона шпилька в приповерхностной части чехла была нарушена;

на глубине 0,45 м смещение соста вило 9,61 мм, на глубине 0,75 м — 11,21 мм. Обращает на себя внимание тот факт, что общие скоро сти смещения в верхней части склона (шурф 1) во всей толще грунта и для всех периодов оценки больше, чем ниже по склону (шурф 2). Это может быть связано с максимальным воздействием коле баний влажности и температуры грунта на приводораздельную и примыкающие к ней поверхности.

Значительный рост скоростей смещения (табл. 2) за последнее десятилетие (почти в два раза относительно измерений 2005 г.) связан, скорее всего, с резким увеличением антропогенной нагрузки на территорию (по водоразделу проложена дорога и ведутся строительные работы).

Второй стационар по изучению крипа был заложен в Коренном овраге в 2006 г. Здесь исполь зовался метод лунок, пробуренных на всю глубину рыхлого чехла в средней части склона и напол ненных толченым кирпичом. Повторное вскрытие лунок позволяет получить скорости крипа относи тельно неподвижных реперов и наблюдать непрерывную эпюру смещения.

Полученные скорости оказались на порядок выше, чем значения, полученные для Селецкой щели. В приповерхностном слое скорость смещения составила 75 мм, на глубине 40 см — 45 мм, Таблица Скорости массового смещения материала по склону (по материалам собственных наблюдений и данных А. А. Ажигирова, В. Н. Голосова, 1990) период 1980 — 2005 2005 — 2013 1980 — оценки, 1980 — гг.

результирующее результирующее результирующее результирующее по вертикали по вертикали по вертикали по вертикали смещение, по склону по склону по склону по склону мм/год 2,34 4,70 2, 2,41 4,20 -0,46 2,72 0, шурф 1 2,19 3,60 2,25 0, 2,23 1,97 4,17 2, шурф 2 2,42 2,54 1,72 0,00 3,50 -1,76 2,15 -0, СЕКЦИЯ 2. ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, РИСКА, ОПАСНОСТЕЙ И УЩЕРБА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СРЕДЕ на глубине 80 см — 25 мм за 7 лет. Большая часть факторов, влияющих на темпы процессов сме щения чехла, сильно не отличается на двух рассмотренных водосборах. Наиболее вероятная при чина высокой вариабельности темпов крипа может быть связана с характером залегания коренных пород. В случае выхода флишевых пластов под углом к поверхности склона, характер контакта будет неровным в связи с разными скоростями выветривания местных пород. Такая «щетка» будет удерживать рыхлый чехол на склоне. В случае залегания коренных пород с падением параллельно склону, поверхность напластования выступает в качестве дополнительного «ускорителя» процессов массового смещения рыхлого чехла.

Динамика антропогенно спровоцированной линейной эрозии изучается на примере системы форм, включающей в себя крупный эрозионный врез и приуроченные к нему многочисленные эро зионные борозды. Система располагается на правом борту долины руч. Селецкая Щель. Первона чально склон был задернован и, по-видимому, не был подвержен активным эрозионным процессам, кроме существовавшего оврага. Позже, при строительстве плотины, со склона по левому борту оврага была произведена выемка грунта. Образовавшийся карьер имеет правильную, почти прямоу гольную (110 40 м) в плане форму;

дно характеризуется уклоном 5 — 10° в сторону правой стенки, что совпадает с падением пластов коренных пород на юго-запад. Несмотря на то, что дно карьера в рамках рекультивации было засеяно многолетними травами, произошла активизация эрозион ных процессов, поскольку морфология выемки предопределила наличие искусственного линей ного понижения в тыловом шве под правым склоном. В этом понижении происходила концентра ция стока, а впоследствии сформировался новый врез, унаследовавший местоположение старого оврага. Можно предположить, что ливневые дожди высокой интенсивности выпали вскоре после засева карьера, когда противоэрозионная устойчивость всходов многолетних трав была еще крайне низкой. В результате, весь засев был полностью смыт и до сих пор на этом участке склона расти тельность практически отсутствует.

Днище бывшего карьера осложнено сложной системой эрозионных борозд и промоин, впадаю щих в основной овраг под углом, близким к 30°. В 2013 г. насчитывается около 14 основных развет вленных борозд, в то время как по подсчетам 2005 г. их количество составляло 17 штук. Первона чальное формирование системы борозд связано, по всей видимости, с экстремальным стоком при крайне малой площади их водосбора. На межбороздовом пространстве протекает плоскостной смыв при влиянии подповерхностного стока, формирующегося по кровле аргиллитов. В результате про исходит вымывание мелкозёма из трещин залегающих выше слоёв мергелей и алевролитов, облик отдельных участков дневной поверхности начинает напоминать «булыжную мостовую».

При организации стационара в 2005 г. были проведены измерения системы малых эрозионных форм методом «замеров водороин». В 2013 г. проведена подробная тахеометрическая съемка, с фиксацией тальвегов, тыловых швов днища и бровок всех эрозионных форм — борозд, промоин и главного оврага. По результатам съемки рассчитаны объемы МЭФ.

В настоящее время объем главного оврага составляет примерно 674 м3. В 2005 г. этот параметр был близок к 250 м3. Налицо существенное увеличение размеров оврага, в первую очередь за счет боковой эрозии и некоторого углубления в среднем течении. Линейный рост формы был очень ограничен. Это обусловлено тем, что уже по состоянию на 2005 г. овраг практически полностью выработал максимально возможную длину для данной площади и формы водосбора, отсутствия почвенно-растительного покрова, литологии коренных пород и режима стока.Суммарный объем выноса материала из борозд и промоин в 2013 г. составил около 109 м3 против 70 м3 в 2005 г. Общий объем эрозионной сети в настоящее время равен приблизительно 787 м3. В 2005 г. он былв 2,5 раза меньше и составлял около 320 м3. Таким образом, можно говорить о крайне высоких скоростях эрозионных процессов во временных водотоках в районе г. Сочи при способствующем им антропо генном воздействии (уничтожение почвенно-растительного покрова). В то же время, необходимо учесть различную точность использованных методов измерения, так как в 2005 г. замеры объемов МЭФ основывались на измерениях характерных площадей поперечных профилей рулеткой с после дующим измерением длин и интегрированием. Очевидно, что подробная тахеометрическая съемка с использованием высокоточного геодезического оборудования позволяет выполнить более деталь ную оценку объемов МЭФ и прямое сравнение результатов должно учитывать этот факт.

На территории Сочи активно протекает суффозия. Ключевой участок по её изучению находится в привершинной части северо-западного склона горы Луковой. Это система воронок, каналов и тоннелей, приуроченная к крупной ложбине с пологим днищем. Её образование, видимо, связано с общим проседанием поверхности в результате активного вымывания материала рыхлого чехла.

Стационар был организован зимой 2005 г. В настоящий момент имеется ряд из четырех систем заме ров параметров форм (ширины по бровкам и по днищу, глубины, расстояния между формами) — февраль и сентябрь 2005 г., февраль 2006 и 2013 гг. В первые два года измерения проводились с использованием рулетки и GPS-приёмника относительно системы из трёх жестких реперов. В 2013 г.

«Геоморфология и картография» : материалы XXXIII Пленума Геоморфологической комиссии РАН Таблица Результаты расчета объемов суффозионных форм на СЗ склоне г. Луковая Сентябрь Зима 2005 г. Зима 2006 г. Зима 2013 г.

2005 г.

Общее количество измеренных воронок, шт 60 65 7 Общий объем воронок, м3 60,6 36,6 43,2 77, Общее количество крупных воронок, шт. 3 4 4 Общий объем крупных воронок, м 60,3 36,1 42,5 76, Общее количество измеренных каналов, шт. 3 3 — Общий объем измеренных каналов, м 14,4 19,4 — 9, проведена тахеометрическая съемка. Расчеты объемов открытых форм (табл. 3) производились с помощью «приближения» их к простым геометрическим фигурам (цилиндр, куб и т. д.).

С февраля по сентябрь 2005 г. произошло практически повсеместное уменьшение максималь ной глубины суффозионных воронок.

В течение первой половины года осадки выпадают неравно мерно, характерны экстремальные ливни, приводящие к активизации, прежде всего, оползневых и эрозионных процессов. Для открытых суффозионных форм это период уменьшения объемов в результате заплывания, заваливания отсевшими или подмытыми блоками породы. При этом экстре мальные события сменяются периодами с настолько небольшим количеством осадков, что энергии потока не хватает для активного выноса материала. C сентября 2005 г. по февраль 2006 г. общий объем открытых форм увеличивается, преимущественно, за счет всех крупных воронок. Вторая часть года (конец лета — осень) характеризуется не такими экстремальными, но практически посто янными во времени осадками. Видимо, именно этот сток осуществляет постепенное «освобожде ние» воронок и вынос большей части накопившегося материала по подземным тоннелям за пределы основной суффозионной системы.

Замеры воронок, проведенные зимой 2013 года, позволяют говорить о многолетних темпах роста открытых суффозионных форм. За семилетний период их общий объем увеличился почти в два раза, а ежегодные потери материала составили около 5 м3/год, что сравнимо с объемом наи более крупных воронок в данной системе.

Прирост объемов каналов, сосредоточенных в гипсометрически нижней части системы, осу ществляется значительно медленнее. Видимо, это связано с тем, что основная сила потоков в ниж ней части склона тратится не столько на развитие «местных» суффозионных форм, сколько осу ществляет вынос поступающего «сверху» материала.Замеры каналов в 2013 г. показывают заметное уменьшение их объемов. Это связано с активными строительными работами (в непосредственной близости от системы каналов проложена бетонная дорога), в ходе которых естественная система была нарушена.

Полевое обследование берегов Чёрного моря на участке между устьями рек Лоо и Псоу позволило выделить 5 типов берегов: абразионный, абразионно-денудационный, абразионно-аккумулятивный, аккумулятивный и техногенный. Наиболее часто встречаются абразионно-аккумулятивные берега.

Практически на всем протяжении исследованного участка берега возведены берегозащитные сооружения, имеющие различную степень сохранности и эффективности. Как правило, использу ются пассивные продольные конструкции (волноотбойные стенки, волноломы, волногасящие набро ски фигурных массивов, габионы) и поперечные активные конструкции (морские буны). Основным средством защиты выступают буны и волноотбойные стенки. В связи с активным освоением бере говой зоны и строительством новых объектов, в том числе портов и объектов олимпийской инфра структуры, возникает необходимость дополнительной защиты берегов. Это проявляется в наличии экспериментальных участков берегозащиты и возведении новых набережных. Так на участке от мыса Константиновский до нового Имеретинского порта сооружена экспериментальнаяполупрони цаемая конструкция, состоящая из бетонных блоков размерностью 1 1 1 м.Однозначной оценки эффективности берегозащитных сооружений на исследуемом участке побережья дать нельзя. Одни участки защищены удовлетворительно, на других — защитные мероприятия проведены с наруше нием строительных норм и правил. Важной проблемой является снижение функциональной работо способности берегозащитных сооруженийв связи с окончанием срока их эксплуатации.

Таким образом, полустационарные и стационарные наблюдения на ключевых участках в пре делах активно развивающейся и трансформирующейся территории города-курорта Сочи призваны уточнить представления о механизме и оценке интенсивности современных рельефообразующих процессов. Подобные исследования могут стать надежной основой для выработки рекомендаций по районным планировкам и проектированию, разработки систем защиты существующих и строящихся объектов от опасных геоморфологических процессов.

СЕКЦИЯ 2. ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, РИСКА, ОПАСНОСТЕЙ И УЩЕРБА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СРЕДЕ Литература 1. Ананьев Г. С. Стационарные исследования геоморфологических процессов на территории бывшего СССР. Геоморфология. 1992. № 4. С. 33 — 41.

2. Ажигиров А. А., Голосов В. Н. Оценка медленных смещений почвенно-грунтовых масс при инженерно-географических исследованиях. Геоморфология. 1990. № 1. с. 33 — 39.

3. Болысов С. И., Голосов В. Н., Григорьева Т. М., Деркач А. А., Кузнецова Ю. С., Маркелов М. В.

Современные геоморфологические процессы как условие развития города-курорта Сочи. Сб.:

Рекреационное природопользование, туризм и устойчивое развитие регионов. Материалы международной научно-практической конференции. Барнаул, 2007. С. 66 — _ АДАПТАЦИЯ ПРИНЦИПОВ ЭКОЛОГО-ЛИТОДИНАМИЧЕСКОГО ПОДХОДА К ОЦЕНКЕ СОСТОЯНИЯ ЗЕМЕЛЬ ДЛЯ ЭКОЛОГО-ГЕОМОРФОЛОГИЧЕСКОГО КАРТОГРАФИРОВАНИЯ Н.А.Богданов Институт Географии РАН, Москва, nabog@inbox.ru ECOLOGO-LITODINAMIC APPROACH PRINCIPLES ADAPTATION FOR ECOLOGO-GEOMORPHOLOGIC TERRITORIAL STATUS CVALUATIONS CARTOGRAPHY N.A.Bogdanov Institute of Geography, Russian Academy of Sciences, Moscow, nabog@inbox.ru Освоение территорий изменяет исходное состояние окружающей среды. Трансформации пре жде всего затрагивают геоморфологические условия, во многом определяющие качество экологи ческой ситуации. Расширение сферы антропогенеза сопровождается ростом повторяемости при родных явлений, активно генерирующих региональные и глобальные литодинамические процессы, которые преобразуют внешний облик Земли. Более 75 % от общей повторяемости такого рода явле ний приходится в настоящее время на гидрометеорологические события (ураганы, смерчи, наво днения, цунами и др.) [1]. Общеизвестна и масштабность антропогенного воздействия на окружаю щую среду.

Составляющие геоморфологических условий в определенном сочетании влияют на многогран ный комплекс признаков качества жизни — опасность/безопасность, комфортность существования;

санитария и гигиена;

условия для творчества, лечения, отдыха, туризма и т. п. Принятие управлен ческих решений также во многом руководствуется экологически значимыми, в том числе и геомор фологическими, характеристиками среды. Их совокупность включает такие традиционные параме тры, как: геологическое строение, наличие линеаментов;

динамика денудационно-аккумулятивных процессов;

морфометрия, генезис, история развития рельефа;

литологические характеристики, физико-механические свойства морфолитосистемы. Однако комплексные оценки ее устойчивости, равно как и отклика на природное и антропогенное воздействие, должны учитывать не только тра диционные параметры среды.

Эколого-геоморфологическое состояние земель диагностируется и по геохимическим, токси кологическим, биологическим и другим характеристикам рыхлых отложений. Учитывать необхо димо и возможные вторичные неблагоприятные механические, химические, патогенные и мутаген ные последствия от воздействия измененной морфолитосистемы на здоровье человека, качество сопредельных сред, техническое состояние, сохранность и функционирование техногенных объ ектов (фундаментов зданий и сооружений, технических и транспортных средств, промышленно хозяйственных коммуникаций, мест хранения продукции, полигонов утилизации отходов и др.).

Пристальное внимание должно уделяться и загрязнению среды, которое трактуется как нако пление или избыточная аккумуляция ингредиентов, не свойственных ранее данной территории или не характерных для содержания в таких количествах веществ (химических, обломочного материала и др.) [2]. Процесс относится к разряду литодинамических, активно участвующих в рельефообра зовании. К нему можно отнести многочисленные явления: заносимость судоходных фарватеров, аванпортов или автодорог;

селевые потоки, скопления на дневной поверхности и в разрезе рыхлых отложений отходов и токсикантов (тяжелых металлов и радионуклидов, диоксинов, пестицидов, онкопатогенных углеводородов и др.).

Диагностика и мониторинг совокупности таких параметров обеспечат оценку текущего состоя ния и прогноз тенденций развития рельефообразования, результаты которых представляются не только в цифровом, текстовом, табличном виде, но и нуждаются в наглядности.

Состояние окружающей среды с помощью данных о рельефе отражает геоморфологическая карта. Экологические ее разновидности относятся к разряду тематических специальных карт, пред «Геоморфология и картография» : материалы XXXIII Пленума Геоморфологической комиссии РАН назначенных для решения практических задач, включая прогноз развития ситуации при тех или иных состояниях и свойствах морфолитосистемы [3, 4]. На отображение территориальной неодно родности ее экологического состояния и ориентировано эколого-геоморфологическое картографи рование.

Основные функции образно-графических произведений и требования к их изобразительности должны обеспечивать — наглядность, лаконизм и доходчивостьвосприятия продукции для разноо бразных нужд потребителя. Однако именно эти моменты технологии эколого-геоморфологического картографирования, как показывает опыт, разработаны недостаточно (принципы, способы и приемы наглядной передачи информации). Понятие «технология» употребляется здесь как совокупность способов и средств производства данного вида продукции.

Для диагностики вещественно-энергетических (литодинамических) потоков применяется интегральный эколого-литодинамическийподход (ЭЛП) [5]. Он представляет собой совокупность способов и приемов для решения теоретических и практических задач при оценке состояния тер риторий и выделении проблемных зон по морфолитодинамическим и геохимическим характери стикам. Оценки производятся операционной системой — комплексом мер и средств получения представлений о тестируемом объекте. Комплекс состоит из блоков-инструментариев: принципы, индикаторы, трассеры, экспертныепоказатели состояния земель и динамики среды. Принципы представляет последовательность основных правил диагностики: «целесообразностьдоминанта оптимизациянормированиеранжирование». Алгоритм применим как на суше, так и в при брежной зоне моря, где оценивается, а на карте фиксируется пространственная неоднородность экологической ситуации. Отобразить подобную неоднородность, также порождаемую литодинами кой (процессами деструкцииаккумуляции), призвана и эколого-геоморфологическая карта.

Цель работы — адаптировать принципы ЭЛП к оценке состояния земель для эколого геоморфологического картографирования.

Основное предназначение ЭЛП и эколого-геоморфологических карт во многом сходно. В пра вилах отбора информации для специальных геоморфологических карт во главу угла издавна также поставлен аналогичный подходу принцип «целесообразности» [3].

Целесообразность, в данном случае, касается технологии картографирования геоморфологи ческих условий для определенного рода деятельности. Из совокупности характеристик выбираются оптимальные показатели (необходимые и достаточные), которые обеспечивают решение домини рующей (ключевой) задачи. Доминантой является выделение на местности и отражение на карте участков, дифференцированных по благополучию (или проблемности) эколого-геоморфологического состояния обследуемой территории. При дифференциации неоднородности используется комплекс экологически значимых и оптимальных для диагностики характеристик. В зависимости от ситуа ции ими могут быть морфометрические, морфологические, литологические, динамические, грану лометрические, геохимические, микробиологические, гигиенические и другие параметры среды.

Оптимизация при картографировании обеспечивает рациональный выбор таких методов и техни ческих средств отображения, как: а) масштабкарты и акцентирование передачи информации в соответствии с целевым назначением продукта;

б) позиционирование, с учетом физиологических возможностей восприятия пользователем картографируемых объектов (точечных, площадных и линейных, включая границы геоморфологических систем);

в) дифференциацию совокупности гео морфологических условий. Форма построения легенды должна наглядно, лаконично и доходчиво — оптимально фокусировать внимание потребителя образно-графической продукции на особен ностях экологической ситуации с помощью главных диагностических признаков. Информативность карт увеличивается с использованием экологического нормирования. Оно обеспечивает ранжи рование (разграничение, дифференциацию) качественного состояния территорий (опасного или безопасного) в зависимости от количественных показателей. Наиболее перспективны из них инте гральные, опирающиеся на пороговые характеристики (гигиенические нормативы, лимитирующие параметры среды, фоновые концентрации веществ и аналогичные состояния ландшафта и т. п.).

Снижение риска негативных последствий той или иной человеческой деятельности предусма тривает включение в легенду карты ряда ограничений. Например, в отношении устойчивости рельефа к механической трансформации — морфометрические, литологические, динамические, инженерно геологические и др. Ограничения могут быть экогеохимические и эколого-гигиенические — как пороговые уровни загрязнения или разрушения цементирующего материала морфолитоситемы.

Знание пороговых концентраций химических веществ и критических физических нагрузок позволит отделить области предсказуемости событий от районов спонтанного и техноплагенного их развития.

Особая ценность карт заключается в прогнозе — оценке возможности прямого или вторичного опасного воздействия измененной морфолитосистемы на сопредельные среды и здоровье человека (динамического, токсикологического, радиологического, бактериологического и др.). Очаги, тая щие угрозу такого рода воздействий, позиционируются как геоморфологическипроблемныезоны, наличие которых повышает неоднородность состояния освоенных земель (экогеохимического, эколого-гигиенического, геоэкологического и др.).

СЕКЦИЯ 2. ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, РИСКА, ОПАСНОСТЕЙ И УЩЕРБА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СРЕДЕ Принципы ЭЛП использованы нами в методических приемах эколого-геоморфологического кар тографирования для нужд берегозащиты. Критерии «фон» и «аномалия» употреблялись при диа гностике состояния прибрежной зоны Балтийского моря в районе техноплагенной морфо- и литоди намической аномалии у порта Лиепая (Латвийская ССР) [6].

Примером диагностики неоднородности земель, характерных избыточным накоплением в рыхлых отложениях токсичных солей и тяжелых металлов в условиях ильменно-бугрового ланд шафта низовий Волги, служит «Эколого-геоморфологическаякартадлянуждземлепользованияи строительства» (поселки Икрянинского района Астраханской области) [7].

«Целесообразность» картографирования обоснована здесь необходимостью выбора гигие нически и технологически безопасных мест для строительства жилья, возведения коммунально бытовых и промышленных объектов, а также в целях сельскохозяйственного использования земель (овощеводство, пастбищное животноводство и т.п.). «Доминирующим», наиболее важным факто ром для гигиенически и технологически безопасного осуществления данных видов деятельности является направленность миграционных процессов «накопления-рассеяния» патогенных, химиче ски агрессивных солей и токсичных микроэлементов. Очаги устойчивой их концентрации в рых лых отложениях, выполняющих определенные формы рельефа, идентифицируются на карте как геоморфологически проблемные зоны. Они приурочены к понижениям (межбугровым, ильменн ным, пойменным, соровым и т. п.), выполненным суглинистыми гумусированными засоленными нейтрально-слабощелочными (рН 7,5) отложениями. Доминирующий миграционный процесс в зонах — устойчиво интенсивная концентрация тяжелых металлов (Mn, Cr, V, Ni, Co, Cu, Ag, Zn, Pb, Sn, Hg), As и водорастворимых солей (сульфатов, хлоридов и др.). «Оптимальными» параметрами оценок состояния среды являются рельеф, контролирующий миграцию загрязняющих веществ (ЗВ), и концентрации их в образцах грунта (исходного и повторно отобранного, спустя определенный про межуток времени). «Ранжированием» выявлена эколого-гигиеническая неоднородность террито рии по участкам с разной направленностью миграционного процесса, а также гигиенических харак теристик состояния территории («хорошее», «удовлетворительное», «неудовлетворительное»).

Выводы:

1. Эколого-геоморфологические карты отображают качество условий существования чело века. Тематическую разновидность образно-графической продукции представляют ситуационные (фиксация обстановки текущего момента) и прогнозные, в том числе и количественно обоснован ные вероятностные карты, отражающие тенденции развития рельефообразующих процессов.

2. Разнообразие экологической информации дифференцируется на картах по комплексу харак теристик. К ним относятся: а) параметры зон риска абразии песчаных пляжей, авандюн, дна при брежного мелководья и др. (учет важен для строительства жилья, прокладки трубопроводов, иной хозяйственно-бытовой деятельности);

б) распределение вдоль прибрежно-морских рекреаций дина мически активных зон возникновения и локализации участков развития мощных разрывных течений (представляют опасность для жизни отдыхающих);

в) удаленность источника от очагов накопления ЗВ в рыхлых отложениях, слагающих определенные формы рельефа (понижения, местные базисы эрозии и проч.);

г) дислокация очагов концентрации ЗВ (растворенных, взвешенных и влекомых наносов, сорбционных форм химических элементов и др.) по отношению к интересующему объекту (с наветренной/подветренной стороны от здания, подводного препятствия;

портовых, берегозащит ных сооружений и др.) под воздействием динамических факторов среды (ветра, волнения моря, течений береговой зоны, эрозии и др.) и т. п.

3. При составлении карт необходимо исходить из их целевого назначения, отраженного в названии: «Эколого-геоморфологическая карта для нужд …» (берегозащиты, туризма, отдыха, добычи прибрежно-морских россыпей тяжелых минералов и сыпучих строительных материалов, строительства и эксплуатации зданий или трубопроводов, для иной человеческой деятельности);

4. Основу легенды и выбор изобразительных средств составляет оценка состояния земель (комфортность, благополучие/проблемность, опасность/безопасность для жизни и хозяйствова ния). Качество среды определяется количественными характеристиками: данные об устойчивости или неустойчивости морфологических комплексов к антропогенным воздействиям, вероятность вторичного отклика морфолитосистемы и др. Зачастую, отклик имеет негативный характер для качества окружающей среды и здоровья человека.

5. Легенда карты должна содержать экологические ограничения: комплекс пороговых гео морфологических характеристик (динамических, морфометрических, литологических, литолого токсикологических и др.), определяющих как безопасное существование человека, так сохранность и безаварийное функционирование антропогенных объектов.

Знание тенденций развития морфолитосистемы и пороговых нагрузок обеспечивает возмож ность прогноза структуры эколого-геоморфологической неоднородности территорий.

«Геоморфология и картография» : материалы XXXIII Пленума Геоморфологической комиссии РАН Литература 1. Современные глобальные изменения природной среды. В 2-х томах. Т.1. М.: Научный Мир, 2006. 696 с.

2. Щукин И. С. Четырехъязычный энциклопедический словарь терминов по физической географии.

М.: Сов. Энциклопедия, 1980. 703 с.

3. Геоморфологическое картографирование в мелких масштабах. М.: Изд-во МГУ, 1976. 206 с.

4. Геоэкология Москвы: методология и методы оценки состояния городской среды / отв. ред.

Г. Л. Кофф, Э. А. Лихачева, Д. А. Тимофеев. М.: Медиа-ПРЕСС, 2006. 200 с.

5. Богданов Н. А. Эколого-литодинамический подход: научные основы и методы оценки состояния территорий. Автореф. дис. … д-ра геогр. наук. М.: НПП ЭАЦ, ИГ РАН, 2008. 50 с.

6. Богданов Н. А. Морфолитодинамический аспект экологии побережья Балтийского моря // Геоморфология. № 3. 1993. С. 56 — 63.

7. Геоэкология дельты Волги: Икрянинский район. Богданов Н. А., Чуйков Ю. С., Чуйкова Л. Ю., Шендо Г. Л., Рябикин В. Р. М.: Медиа-ПРЕСС, 2013. 384 с.

_ ОЦЕНКА ОПАСНОСТИ И РИСКА ЗАТОПЛЕНИЙ АНТРОПОГЕННЫХ ОБЪЕКТОВ ПРИ СМЕЩЕНИИ РЯДА ОПОЛЗНЕЙ В АРМЕНИИ В.


Р.Бойнагрян,А.В.Бойнагрян Ереванский госуниверситет, Ереван, vboynagryan@ysu.am, boynagar@gmail.com ESTIMATION OF DANGER AND RISK OF FLOODING OF ANTHROPOGENIC OBJECTS IN THE TIME OF DISPLACEMENT OF SOME LANDSLIDES IN ARMENIA V.R.Boynagryan,A.V.Boynagryan *Yerevan State University, Yerevan, vboynagryan@ysu.am, boynagar@ysu.am По данным МЧС Армении [1] и нашим исследованиям, активные оползни в Армении занимают площадь в 34 679 га, из них наибольшая пораженность ими характерна для Вайоц Дзора (11 816 га), Арарата (8 334 га) и Тавуша (5 459 га). Это связано с геологическим строением вышеназванных обла стей республики, наличием глинистых или оглиненных пород, лессовидных суглинков, многочис ленных зон дробления и гидротермального изменения пород, различных разрывных нарушений, крутых и нередко выпуклых склонов и активным воздействием человека на склоны в процессе его хозяйственной деятельности.

Часть из этих активных оползней расположена на склонах долин крупных рек Армении и их «языковые» части доходят до основных автодорог, проложенных вдоль русел рек. Эти оползни постоянно угрожают безопасности автодорог, периодически перекрывают их и русло реки, форми руя временные озера.

При оценке степени опасности и риска затоплений антропогенных объектов от смещения ополз ней в Армении мы исходим из того, насколько активен тот или иной оползень, как близко он рас положен к руслу реки и может ли он перекрыть это русло, а также каковы будут потери (величина ущерба) от затопления хозяйственных объектов.

При изучении рыхлообломочных отложений в долинах рек республики в их разрезах нами неоднократно фиксировались слои озерных отло жений, свидетельствующие о суще ствовании временных озерных бас сейнов разного размера. Они могли образоваться не только в результате неотектонических подвижек отдель ных частей долин, но и в результате перекрытия русел палеорек древними оползнями. Следовательно, опас ность перекрытия русел рек ополз нями в республике вполне возможна и в наши дни, что уже не раз про исходило в долинах рек Лернаджур (1968 г.), Агстев (Овкский, Агарцин Рис.1.Лернаджурскийоползень ский и др. оползни), Гетик и др.

СЕКЦИЯ 2. ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, РИСКА, ОПАСНОСТЕЙ И УЩЕРБА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СРЕДЕ Рис.2.Разрушеннаяоползнемжелезнаядорога(а),перекрытыесползшимимассамиполотно железнойдороги(б)иобходнаяавтомобильнаядорога(в)[3] Самым трагичным в наши дни было смещение оползня в долине р. Лернаджур (правый приток р. Памбак) 27 апреля 1968г. у с. Нижняя Килиса. Этот оползень — обвал объемом 500 тыс. м3 сорвался с левого склона речной долины и вышел на правый склон, перекрыв правобережную надпойменную террасу вместе с селом и захоронив под собой 30 домов и 34 жителя. За оползнем в течение очень короткого времени образовалось запрудное озеро глубиной около 10 м, длиной 600 — 650 м и шири ной у створа запруды 150 — 200 м (рис. 1) и [2, 3].

Неоднократные затопления сельских домов, расположенных близко к руслу р. Агстев, отмеча лись при смещениях Агарцинского оползня у одноименного села. Этот оползень значительно акти визировался еще в 1985 г. на склоне между железнодорожным полотном и автомобильной дорогой, а также выше железнодорожного полотна. В результате в 90-х годах железная дорога здесь была полностью разрушена, а в 1996 г. оползневые массы полностью перекрыли автодорогу (рис. 2).

После прекращения противооползневх мероприятий на этом участке произошла активизация оползневого тела и уже 3 апреля 2001 г. оползень перекрыл на 75 % русло реки Агстев. Только срочные меры, предпринятые сотрудниками МЧС Армении, позволили ликвидировать создавшуюся критическую ситуацию. Однако уже с мая 2005 г. новые подвижки оползня фактически каждую весну приводят к полному перекрытию русла реки Агстев и затоплению более 20 сельских домов с их приусадебными участками. В апреле 2006 г. уровень воды в одном из корпусов сельской школы составлял 1,2 м. На сегодняшний день почти полностью разрушены и затоплены ряд строений, рас положенных близко к руслу реки (рис. 3).

Большую опасность с точки зрения перекрытия речной долины и образования запрудного озера представляют собой упомянутый выше Агарцинский оползень, а также Овкский, Одзунский (на левом склоне долины р. Дебед у одноименного села), оползни долины р. Гетик (Мартунинский, Айгутский, Дпрабакский, Ттуджурский), которые весьма активны и их «языковые» части периоди чески перекрывают автодорогу, проходящую вдоль русла реки, или выходят прямо в русло, оста вив для водного потока лишь небольшое пространство. Любой из вышеуказанных оползней может перекрыть русло р. Гетик, создав временную запруду и временное озеро. При прорыве запруды скопившаяся за ней вода хлынет вниз по долине, сметая все на своем пути, и далее по реке Агстев в сторону гор. Иджеван.

а— перекрытаяоползнемавтодорога, б— обрушившиесявруслорекиАгстевоползневые массы, в— разрушенныесельскиестроения, г— общийвидоползневогоучастка Рис.3.СовременнаяситуациянаучасткеАгарцинскогооползня «Геоморфология и картография» : материалы XXXIII Пленума Геоморфологической комиссии РАН А. Т. Асланян [4] отмечает, что Овкский оползень еще на ранних ста диях своего развития не раз запру живал долину реки Агстев. Образую щееся при этом озеро простиралось вверх по долине реки Агстев до устья реки Гетик. В 2004 г. активная часть этого древнего оползня деформиро вала автомагистраль М-4 на 117 км и перекрыла часть русла реки Агстев (рис. 4).

Наибольшую опасность представ ляют оползни у сел Мартуни и Айгут.

«Язык» Мартунинского оползня фак тически перекрыл русло реки Гетик и для прохождения водного потока здесь осталось пространство шириной Рис.4.Современнаяситуациянаучасткесмещения всего в 2—3м (рис. 5).

Овкскогооползняв2004г Здесь еще древний оползень отклонил русло реки Гетик на север примерно на 1 км, что свидетельствует о возможном повторении данного сценария с перекрытием русла реки и затоплениями.

Весьма активен Айгутский оползень мощностью смещающейся массы в 25 — 51 м, расположен ный на правом склоне долины реки Гетик и неоднократно деформирующий единственную здесь автомобильную дорогу и обрушивающийся в русло реки (рис. 6).

Аналогичная ситуация может возникнуть у с. Личкадзор (станция Айрум) в долине р. Дебед, где в октябре 2011 г. оползень — обвал перекрыл автодорогу и обрушился в русло реки, «потянув»

за собой 35 машин и лишив жизни 5 человек. Если бы горизонтальная составляющая оползня была чуть больше, то он перекрыл бы русло, натворив больше бед. В настоящее время сползшие массы убраны, дорога восстановлена, но опасность образования нового оползня здесь сохраняется (рис. 7).

Таким образом, на ряде участков в Армении возможно образование запруд в руслах рек в результате смещения некоторых крупных активных оползней с последующим затоплением вначале участков долины выше запруд, а после прорыва запруд — ниже запруд с образованием паводочной Рис.5.Современнаяситуацияв«языковой»частиМартунинскогооползня Рис.6.Айгутскийоползневойучасток СЕКЦИЯ 2. ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, РИСКА, ОПАСНОСТЕЙ И УЩЕРБА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СРЕДЕ Рис.7.Ситуациявоктябре2011г.научасткеАйрумскогооползня(а) исовременнаяобстановка(б) волны высотой в несколько метров и значительными разрушениями и затоплениями многих антро погенных объектов по пути движения водных масс из запрудных озер.

ИсследованиевыполненоприфинансовойподдержкеГКНМОНРАврамкахнаучногопро екта№SCS11-1e075.

Литература 1. Снижение уязвимости линий и объектов жизнеобеспечения территории РА, подвергшихся катастрофам. Ереван: Фонды УЧС РА, 2003. 124 с.

2. Бойнагрян В. Р. Склоны и склоновые процессы Армянского нагорья. Ереван: Изд-во ЕГУ, 2007.

280 с.

3. Бойнагрян В. Р., Степанян В. Э., Хачатрян Д. А., Ядоян Р. Б., Аракелян Д. Г., Гюрджян Ю. Г.

Оползни Армении. Ереван, 2009. 308 с.

4. Асланян А. Т. Крупные олистостромы плио—плейстоценового возраста в долине р. Агстев (АрмССР) // Изв. АН АрмССР, Науки о Земле.1979, № 1, С. 24 — 32.

_ ОЦЕНКА ГЕОДИНАМИЧЕСКОГО РИСКА КРАСНОПОЛЯНСКОЙ ЗОНЫ БОЛЬШОГО КАВКАЗА Н.А.Бондаренко,О.И.Ефременкова,Т.В.Любимова Геологический факультет КубГУ, Краснодар, nik_bond@mail.ru, efremenkova.krr@gmail.com, tv-luy@yandex.ru ASSESSMENT OF GEODYNAMIC RISK OF AREA OF KRASNAYA POLYANA OF GREATER CAUCASUS N.A.Bondarenko,O.I.Efremenkova,T.V.Lyubimova Kuban State University, Geological Faculty, Krasnodar, nik_bond@mail.ru, efremenk-ova.krr@gmail.com, tv-luy@yandex.ru В последние десятилетия работами по геодинамическому районированию было показано, что повсеместно существующие геодинамически активные зоны земной коры (границы блоков разных рангов) оказывают влияние на различные аспекты человеческой деятельности (разработка место рождений, строительство и эксплуатация инженерных сооружений, дорог, трубопроводов, ведение сельского и лесного хозяйства, авиация и др.).

Границы блоков, называемые также геодинамически активными зонами (разломами), рассма триваются в настоящее время как зоны повышенного риска для инженерных сооружений и ведения хозяйственной деятельности [1].

В данной работе дается оценка макротрещиноватости и расчлененности рельефа участка гор ного массива Краснополянской зоны Мегасвода Большого Кавказа, как одних из ведущих факторов при формировании степени геодинамического риска.

Материалы. Краснополянская зона входит в состав центрального сегмента мегасвода Боль шого Кавказа. В последние годы данный участок горного массива испытывает колоссальную тех ногенную нагрузку, в связи со строительством Олимпийских объектов и активным рекреационным освоением территории.

Фактическим материалом служила схема неотектонического районирования бассейна р. Мзымта [2]. А также использовались фондовые материалы и средства Microsoft Office.

«Геоморфология и картография» : материалы XXXIII Пленума Геоморфологической комиссии РАН Описание метода. Качественная оценка макротрещиноватости сводилась к измерению про странственной ориентации разломов 2-го порядка, выделяемых внутри блоков наивысшего ранга [2].


Для облегчения вычислений измерения проводились с точностью до 10°. По результатам замеров были построены лучевые диаграммы макротрещиноватости.

Для выявления количественной оценки расчлененности произведен расчет энтропии высотных отметок рельефа. Была рассчитана энтропия для каждого выделяемого блока по следующим фор мулам [3]:

, где Hr — относительная энтропия;

Hm — максимальная энтропия;

N — число возможных абсолютных отметок вершин;

Pi — вероятность встречи вершины с х-абсолютной отметкой.

Результаты. На первом этапе работы были проведены замеры пространственной ориентации разломов и, на основе полученных результатов, построены круговые диаграммы макротрещинова тости.

Анализируя полученные диаграммы, можно сделать следующие выводы:

1) в 15-ти изученных блоках четко прослеживается неоднородность в пространственной ориен тации макротрещин;

2) в целом прослеживается сочетание общекавказской и антикавказской ориентации макро трещин;

3) отмечены блоки с минимальным и максимальным количеством трещин-разломов;

4) отмечены блоки с выдержанной и крайне неоднородной ориентацией трещин-разломов.

Блоки Ахцунский, Яшкский, Обер-Хуторский, Суликовский и Причерноморский имеют мини мальное количество макротрещин (1 — 2 шт.). В пределах Яшкского и Причерноморского блоков прослеживается общекавказское направление трещин-разломов. В пределах Суликовского и Обре Хуторского блоков — антикавказское направление. В пределах Ахцунского блока отмечены макро трещины как обще-, так и антикавказского простирания.

Среди блоков с относительно небольшим количеством трещин-разломов отмечены следующие блоки: Алитиповский, Краснополянский, Агепстинский и Верхнегалионский. Ориентация макротре щиноватости Краснополянского и Верхнегалионского блоков тяготеет к общекавказскому направле нию, однако имеет некую степень неоднородности. Для макротрещин Алитиповского и Агепстин ского блоков характерна ориентация с севера на юг, что указывает на отклонение от общепринятой для района пространственной ориентации.

Блоки Адлерский, Медовеевский, Бзерпский, Пслушеновский, Кешанский и Ахштырьский отли чаются крайней неоднородностью пространственной ориентации макротрещин. Здесь отмечена как общепринятая пространственная ориентация, так и отклоняющаяся от нее.

Важно отметить, что блоков с неоднородными качественными показателями макротрещинова тости выделено наибольшее количество (6 из 15-ти шт.). Это указывает, в первую очередь, на высо кую степень геодинамической активности территории. Также следует подчеркнуть такую особен ность, как соседство блоков с различной степенью макротрещиноватости. Зоны сочленения блоков со значительно отличающимися качественными показателями макротрещиноватости (например, Пслушеновский-Яшкский) являются зонами повышенного геодинамического риска.

На втором этапе работы нами разработана условная классификация блоков по степени геоди намической опасности. Таким образом:

А) практически не опасные — блоки Ахцунский, Яшкский, Обер-Хуторский, Суликовский и При черноморский;

Б) весьма опасные — блоки Алитиповский, Краснополянский, Агепстинский и Верхнегалион ский;

В) очень опасные — блоки Адлерский, Медовеевский, Бзерпский, Пслушеновский, Кешанский и Ахтырьский.

Также наиболее опасные участки — зоны сочленения блоков с сильно отличающимися показа телями макротрещиноватости. Это зоны:

1) блок Адлерский — блок Ахцунский;

2) блок Пслушеновский — блок Яшкский;

3) блок Ахштырьский — блок Причерноморский;

4) блок Адлерский — блок Причерноморский;

5) блок Ахцунский — блок Ахштырьский;

6) блок Ахцунский — блок Кешанский;

СЕКЦИЯ 2. ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, РИСКА, ОПАСНОСТЕЙ И УЩЕРБА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СРЕДЕ 7) блок Бзерпский — блок Суликовский;

8) блок Пслушеновский — блок Обер-Хуторский.

Результаты расчета энтропии высотных отметок рельефа следующее (табл. 1).

Таблица Результаты расчета энтропии высотных отметок рельефа № I II III IV V VI VII VIII IX X XI XII XIII XIV XV блока Hr 0.97 0.91 0,96 0,97 0,86 0,99 0,86 0,86 0,94 — — 0,79 0,92 0,86 0, Выводы. Из результатов проведенных исследований можно заключить следующее:

- исследуемая территория, помимо сложного неотектонического строения, отличается весьма разнообразными показателями макротрещиноватости;

- пространственная ориентация макротрещин соответствует как общекавказскому направле нию, так и антикавказскому, а также направлению, отличающемуся от общепринятой региональной ориентации;

- участков с максимальной степенью развития трещин-разломов выделено наибольшее коли чество;

- соседство блоков с различность степенью развития макротрещин обуславливает наличие максимально опасных геодинамических зон.

С точки зрения геодинамического риска Краснополянская зона Большого Кавказа носит крайне сложный характер.

Литература:

1. Батугин А. С. К оценке геодинамического риска // Рукописи, депонированные в издательстве Московского государственного горного университета. М., 2006. С. 44 — 52.

2. Ефременкова О. И. Уточнение неотектонического строения бассейна р. Мзымта по результатам трассирования границ разноранговых линеаментов // VIII Всероссийское совещание по изучению четвертичного периода: «Фундаментальные проблемы квартера, итоги изучения и основные направления дальнейших исследований». Ростов-на-Дону, 2013. в печати.

3. Пендин В. В. Качественный и количественный анализ в инженерной геологии. М., 2006.

С. 108 — 109.

_ ХАРАКТЕРИСТИКА КАРСТОВОГО ПОВЕРХНОСТНОГО РЕЛЬЕФА В ОКРЕСТНОСТЯХ ОЗЕРА ИНДЕР И.В.Головачёв Геолого-географический факультет АГУ, Астрахань, bask_speleo@mail.ru FEATURES OF KARST SURFACE RELIEF IN THE VICINITY OF LAKE INDER I.V.Golovachev Astrakhan State University, Geological-geographical Faculty, Astrakhan, bask_speleo@mail.ru Впервые автору довелось побывать в окрестностях озера Индер весной 2011 года, в ходе спе леологической экспедиции, организованной Астраханским отделением Русского географического общества. При характеристике данного карстового района используются как результаты личных исследований, так и опубликованные ранее материалы различных исследователей [1, 4 — 12].

Озеро Индер находится на территории Индерборского района Атырауской области Респу блики Казахстан. На северном и северо-восточном берегах озера развит сульфатный карст, обу словленный выходом на дневную поверхность древних осадочных пород позднепалеозойского возраста. Карстующиеся породы подняты на дневную поверхность вследствие соляного тектоге неза и составляют верхнюю часть кепрока соляно-купольного массива. Карст района озера Индер, согласно классификации Н. А. Гвоздецкого [2], относится к Индерско-Эмбенскому карстовому округу Западно-Прикаспийской карстовой провинции Нижневолжско-Уральской карстовой области Восточно-Европейской карстовой страны.

Так же, как и район окрестностей озера Баскунчак, Индерское поднятие издавна привлекало к себе внимание многих отечественных исследователей, таких как: П. С. Паллас, П. А. Православлев и др. Однако наиболее полные и систематические исследования данного района и, соответственно, карста района начались только в середине 30-х годов в связи с открытием и разведкой месторож дения боратов [4]. В 1935 — 1936 годах здесь работала Индерская Боратовая экспедиция ЦНИГРИ.

Карстовые процессы и явления изучались З. В. Яцкевичем [12], Г. Р. Алещенко [1], С. С. Коробовым и И. К. Поленовым [7], Э. И. Нурмамбетовым [9, 10], А. В. Сотниковым и Ю. В. Архидьяконских [11].

«Геоморфология и картография» : материалы XXXIII Пленума Геоморфологической комиссии РАН Рис.1.ГипсовыехолмыИндерскогоподнятия(фотоИ.В.Головачёва) Рис.2.Карстовыеворонки:

слева-гравитационная справа-коррозионная Район окрестностей озера Индер располагается на левобережье реки Урал и представляет собой солянокупольное поднятие в виде платообразной возвышенности, приподнятой над окружаю щей степью на 20 — 25 м и осложнённой гипсовыми холмами и карстовыми воронками (рис.1, 2). Сво довая часть Индерского соляного купола сложена нижнепермскими отложениями кунгурского яруса (каменная соль с ангидритом, калийно-магнезиальные соли) и имеет площадь около 250 км2. Поверх древних пермских отложений залегают отложения кепрока мощностью около 60 м, представленные толщей элювиального гипса (elP2-Q) [7].

Впадина озера Индер представляет собой типичный компенсационный прогиб. Площадь озера Индер равна 110 — 115 км2. Плато Индерского поднятия, сложенное гипсовыми породами, круто обрывается с южной стороны к прилегающей тектонической впадине, которая является местным базисом эрозии и областью дренажа карстовых вод данного поднятия. Остальные стороны возвы шенности представлены куэстообразными грядами.

Поверхность плато активно закарстована. Плотность поверхностных карстовых форм дости гает 200 — 300 шт./км2. Основным составляющим элементом карстового ландшафта на плато явля ются карстовые воронки. Активность гипсового карста на Индерском поднятии составляет величину 1,87 мм/ год [1].

Анализируя собранные материалы по геологии Индерского района, З. В. Яцкевич [12] пришёл к выводу, что формирование рельефа данного солянокупольного поднятия проходило под действием как эндогенных (эпейрогенические колебания и тектоника), так и экзогенных причин (физического и химического выветривания пород, а также агрессивности по отношению к ним природных вод).

Причём в развитии рельефа Индерского района солянокупольному тектогенезу отводится только косвенная роль, так как сами тектонические структуры стали местом активного развития экзоген ных процессов. При взаимодействии этих факторов сформировался рельеф поднятия — приподня тая, всхолмленная платообразная равнина. Таким образом, развитие карста на Индерском поднятии произошло (и происходит в настоящее время) под действием экзогенных факторов и процессов. А тектоника только обусловила развитие карста, создав общую предрасположенность к его развитию.

СЕКЦИЯ 2. ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, РИСКА, ОПАСНОСТЕЙ И УЩЕРБА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СРЕДЕ С. С. Коробов и И. К. Поленов [7] выделяют ряд факторов, способствующих развитию карста на Индерском поднятии: состав пород кепрока (серый среднекристаллический гипс), трещиноватость пород кепрока (глубокие открытые трещины до 10 — 16 м глубиной и даже более), приподнятость карстующегося массива над базисом эрозии (до 35 — 40 м над озером Индер), климатические осо бенности (континентальность и аридность климата, ливневой характер осадков), карст интенсивен в период таяния снега и ливневых дождей, малая мощность покровных (хвалынских) образований и их песчанистый (супесь и лёгкий суглинок) состав. По характеру обнажённости карст этого района данные авторы относят к голому или средиземноморскому типу. Однако правильнее было бы отне сти его к задернованному или полузадернованному типу, так как карстующиеся породы перекрыты тонким чехлом хвалынских отложений (Q3hv), среди которого встречаются отдельные участки обна жённых карстующихся гипсов, различные по площади.

З. В. Яцкевич [12] по морфологическим признакам делит все карстовые формы рельефа на две основные группы: микроформы и макроформы. К первой группе он относит вертикальные тонкие (диаметр до 2 мм) и длинные (5 — 10 см) канальцы, развитые на поверхности гипсов. Кроме того, к микроформам он относит небольшие бороздчатые карры (ширина 1 — 3 см, длина 5 — 15 см). На кру тых склонах (50 — 75°) они развиваются в борозды значительных размеров (ширина 10 — 20 см, длина 2 — 5 м, глубина 10 — 15 см).

Макроформы представлены воронками разных типов, понорами, оврагами, котловинами, долиноподобнымипонижениями и пещерами.

Воронки — наиболее распространённая на плато форма карстового рельефа. С. С. Коробов и И. К. Поленов [7] выделяют здесь четыре морфологических типа воронок: блюдцеобразные (запа дины с диаметром в верхней части 15 — 20 м и глубиной до 3 — 4 м);

колодцеобразные (глубиной до 15 — 20 м, с крутыми или вертикальными стенками);

конусообразные (глубиной от 2 — 3 м до 10 — 15 м, с выпуклыми склонами);

асимметричные (длиной до 50 м, шириной 20 — 25 м, глубиной 5 — 10 м, с различной крутизной склонов). Однако нами были встречены и воронки чашеобразные (глубиной от 2 — 3 м до 10 — 15 м, с вогнутыми склонами). Наиболее распространённой формой являются хаотично расположенные конусообразные и чашеобразные воронки. Асимметричные воронки образуются на склонах, литологических контактах или вдоль нарушений сбросового типа. Крутые склоны асимме тричных воронок тяготеют к сбросам, склонам гряд, к породам с меньшей трещиноватостью и рас творимостью. Колодцеобразные воронки приурочены к сбросам, которые прослеживаются с крыльев купола в кепрок. Воронки этого типа на равнинных участках возвышенности развиваются цепочкой на протяжении 1 — 2 км вдоль систем трещин, которые обязаны своим образованием неравномер ной скорости накопления элювиального гипса над литологически разными горизонтами, составляю щими свод соляного массива. В ходе экспедиционных работ нами также было встречено несколько карстовых колодцев. Стенки колодцев изъедены вертикальными бороздами, которые придают им ребристый характер. В верхней части гипсы, как правило, сглаженные и сильновыветрелые. Стенки вертикальные, реже крутонаклонные. Поперечное сечение колодцев в верхней и средней части округлое или слабо овальное, в нижней части овальное или прямоугольное, за счёт разгрузки в трещину. Дно колодцев обычно завалено обломочным материалом с маломощным чехлом делюви альных отложений. В нижней части колодцев породы свежие, плотные, покрытые мхом. На стенках двух колодцев нами обнаружено произрастание папоротника (Cystopterisfragilis). На дне некоторых колодцев имеются вертикальные щелевидные и трубообразные поноры различных размеров.

Наиболее интересным из обследованных нами колодцев является колодец Одноглазый (рис. 3).

Сечение колодца овальное. Горловина колодца имеет размеры 10 м 4 м, в средней и нижней части — 6 — 5 м 1 м. Максимальная глубина его до 29 м. У самого дна колодец переходит в большой грот, имеющий высоту до 6 м, ширину около 11 м и длину около 13 м (рис. 4). Потолок и стенки грота во многих местах выложены красивым оптическим гипсом. Посреди грота под колодцем располага ется конус обвальных отложений высотой до 4 — 5 м, занимающий всю площадь дна грота. На дне колодца в течение всего лета лежит фирновый снег и лед, поэтому местные жители используют такие колодцы как холодильники.

Для карста этого района характерно наличие трёх основных генетических типов воронок:

поверхностного выщелачивания (или коррозионных), провальных (или гравитационных), просасы вания (или коррозионно-суфозионных, или коррозионно-суффозионно-эрозионных) (рис. 2).

Нами был встречен всего один относительно свежий карстовый провал, образовавшийся в недавнем прошлом и развивающийся в настоящее время (рис. 6). Его образование, по-видимому, было спровоцировано вибрацией грунтов, так как он находится в непосредственной близи от круп ной автодороги, по которой происходит движение карьерной техники.

Провал имеет следующие размеры: длина 4,5 м, ширина 1,5 м, глубина 3,5 м. В стенках провала обнажаются гипсы (чёрные, битуминозные, мелко и среднезернистые) со следами карстовой обра ботки. Под одну из стен уходит карстовый субгоризонтальный трубообразный понор — канал длиной 1,5 м и диаметром 0,5 — 0,6 м. Дно провала перекрыто делювиальными отложениями вперемешку «Геоморфология и картография» : материалы XXXIII Пленума Геоморфологической комиссии РАН Рис.3.КолодецОдноглазый Рис.4.РазрезыколодцаОдноглазый (фотоС.А.Поспеева) (Съёмка:И.В.Головачёв,Е.А.Лисица,2011г.) с рыхлым материалом заполнителем — светло-жёлто-коричневой супесью однородной по цвету и составу, морского генезиса. Судя по внешнему виду провала и характеру отложений, здесь проис ходит процесс вскрытия (реставрации) древнего погребённого карста.

Карстовые котловины (диаметр от 50 до 250 м, глубина до 20 м) образуются вследствие слияния карстовых воронок. Имеют правильную циркообразную форму и, обычно, плоское дно. В одной из котловин располагается вход в карстовую пещеру Утелис-Кстау (рис. 7).

Поноры приурочены к трещинам и зонам нарушений. Для данного района отмечено два вида поноров: щелевидные и колодцеобразные (или трубообразные).

Карстовые овраги — «слепые ложбины разнообразной формы и величины с понорами на дне…» [12] — встречаются двух типов. Первый тип: короткие, но имеющие значительную глубину (до 10 — 12 м). Они образуются путём слияния ряда линейно ориентированных карстовых воронок, Рис.5.Котловинанагребнебугра Рис.6.Карстовыйпровал (фотоИ.В.Головачёва) (фотоИ.В.Головачёва) СЕКЦИЯ 2. ОЦЕНКА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, РИСКА, ОПАСНОСТЕЙ И УЩЕРБА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СРЕДЕ Рис.7.КарстоваякотловинасвходомвпещеруУтелис-Кстау(фотоИ.В.Головачёва) в условиях малой мощности покровных четвертичных отложений. Второй тип: длинные (протяжён ность 700 — 800 м) и глубокие (до 20 м). Овраги этого типа имеют карстово-эрозионный генезис. Они характерны для участков с большой мощностью покровных отложений (7 — 15 м). Через овраги этого типа вглубь карстующегося кепрока поступают хвалынские супеси и суглинки.

Долиноподобные понижения характеризуются сглаженными формами, наличием воронок и поноров на дне, тяготеющих к центральной, осевой, наиболее трещиноватой зоне проседания.

Такие понижения формируются над крупными карстовыми каналами, вследствие проседания их кровли. По ним можно судить о направлении стока карстовых вод.

К положительным формам карстового рельефа в данном районе З. В. Яцкевич [12] относит гип совые холмы. Они имеют различную морфологию и морфометрию в зависимости от места располо жения на плато (рис. 1). Холмы центральной части поднятия высокие (до 20 — 25 м), резкой формы и имеют более крутые склоны (до 40 — 45°), а ближе к окраинам плато они становятся более поло гими. Холмы, возникшие на месте небольших купольных антиклинальных складок, имеют характер ную подковообразную форму (холмы «Курган-тау»).

Гребни холмов осложнены котловинами, образованными за счёт обрушения кровли подземных полостей, образованных благодаря растворению соли.

На одном из гипсовых бугров нами в ходе экспедиционных работ была замерена подобная кот ловина. Её ширина составляет в среднем около 26 м, а длина более 150 м, при глубине максимально до 6 — 8 м. Она имеет крутые гипсовые склоны, неровное дно, заваленное крупноглыбовым обломоч ным материалом, перекрытым чехлом делювиальных отложений (рис. 5).

Таким котловинам, как правило, сопутствуют разрывные трещины, обычно ориентированные вдоль длинной оси бугра и выклинивающиеся к поверхности. К подобным трещинам приурочены небольшие пещеры разрывного генезиса без явной карстовой проработки.

Район окрестностей озера Индер требует дальнейшего детального карстолого-спелеологического обследования. Полученные данные позволят глубже понять историю формирования рельефа Север ного Прикаспия.

Литература 1. Алещенко Г. Р. Гипсовый карст на примере соляного купола Северного Прикаспия. // Труды Казахстанского НИИ минерального сырья. Выпуск 6. Алма-Ата, 1961. С. 134 — 146.

2. Гвоздецкий Н. А. Карст. М.: Мысль, 1981. 214 с. (Природа мира).

3. Головачёв И. В. Карст и пещеры Северного Прикаспия [Текст]: монография / И. В. Головачёв.

Астрахань: Издательский дом «Астраханский университет», 2010. 215 с.

4. Голубов Б. Н. Бессточен ли Каспий? // Бюллетень МОИП, отдел геологический. Т. 59. Выпуск 3.

М., 1984. С. 110 — 124.



Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 31 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.