авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

«Содержание ЧЕЛЯБИНСКИЙ МЕТЕОРИТ: АМЕРИКАНСКАЯ РЕАКЦИЯ Автор: В. С. Васильев....................................... 1 ДОЛЛАР США В СОВРЕМЕННОЙ МИРОВОЙ ВАЛЮТНОЙ СИСТЕМЕ Автор: А. Ю. ...»

-- [ Страница 2 ] --

В долларах США номинируется примерно половина торговых операций между американскими и японскими компаниями. Также американская валюта активно используется в торговле США со странами АСЕАН и в их взаимной торговле.

Заметно ниже доля долларовых операций во внешней торговле стран Евросоюза, где значительная часть торговых потоков обслуживает взаимный товарооборот. Но и здесь доллар обслуживает примерно 20% оборота внешней торговли, поскольку торгово экономические связи стран Евросоюза с США остаются приоритетным направлением сотрудничества.

Доллар США традиционно используется в качестве валюты цены для большинства биржевых товаров, на долю которых приходится заметная часть мирового экспорта и импорта. Это такие товары, как нефть, природный и сжиженный газ, золото, кофе, кукуруза, пшеница, большинство цветных металлов и редкоземельных элементов.

Использование доллара в валютных резервах В настоящее время доллар США продолжает оставаться основной резервной валютой мира, в которой хранятся активы центральных банков большинства индустриальных и развивающихся государств. Использование американской валюты, а также номинированных в этой валюте казначейских обязательств правительства США в качестве универсальных валютных резервов достигло наибольших масштабов в период функционирования Бреттон-Вудской валютной системы (1944 - 1975 гг.). Уход Соединённых Штатов с позиции абсолютного мирового экономического лидера стимулировал постепенное уменьшение доли американской валюты и госбумаг США в валютных резервах многих стран. Уже в 1970-е годы наметилась тенденция диверсификации структур валютных резервов, важное место в них стали занимать валюты Германии, Британии, других индустриальных стран.

Экспансия единой европейской валюты в 2002 - 2008 гг. способствовала дальнейшему ослаблению позиций доллара в мировых валютных резервах. Тем не менее, из 10 трлн.

долл. централизованных валютных резервов примерно 60% хранится в американской валюте [2].

На фоне тенденции уменьшения роли американской валюты в мировых валютных резервах доллар США продолжает представлять страну с самой большой экономикой и самым мощным научно-техническим потенциалом. Несмотря на существование хронических бюджетно-финансовых проблем, администрации США никогда не отказывались платить по своим обязательствам, а потому риски использования американских госбумаг в резервах минимальны.

Япония, Китай, Южная Корея - страны с самыми масштабными золотовалютными резервами - традиционно используют для накопления именно аме стр. риканские казначейские обязательства. Важное место занимают долларовые бумаги и в резервах стран - экспортёров нефти, особенно ближневосточных государств. Доллар продолжает занимать важное место в резервах латиноамериканских государств.

В структуре мировых валютных резервов происходят и другие важные изменения. За последнее десятилетие заметно уменьшилось использование японской иены в качестве инструмента резервирования, зато возросло значение британского фунта, который стал третьей по значению мировой резервной валютой.

Растущая роль в мировой экономике ряда развивающихся рынков, прежде всего стран БРИКС, позволяет говорить о гипотетической возможности использования их национальных валют в качестве резервных. Представляется, что наиболее хорошие перспективы в этом отношении имеет китайский юань. Однако и другие валюты стран БРИКС, например, российский рубль и бразильский реал, могут стать в перспективе интересными инструментами для валютных резервов некоторых стран.

Возвращаясь к роли доллара США в централизованных валютных резервах, отметим, что в обозримом будущем американская валюта сохранит свои позиции в качестве одной из ведущих мировых резервных валют.

Доллар США на мировых финансовых рынках Современный мировой валютный рынок с каждым годом всё больше ориентируется на обслуживание различных операций, связанных с эмиссиями и оборотом международных долговых обязательств. В течение многих десятилетий XX века американские финансовые институты сумели завоевать репутацию самого надёжного мирового инвестора и банкира, предлагая иностранным вкладчикам широкий ассортимент государственных и корпоративных ценных бумаг.

До 60-х годов XX века Соединённые Штаты фактически занимали монопольное положение на мировом финансовом рынке как по объёму операций, так и по качеству предоставляемых услуг. На Нью-Йоркской фондовой бирже (NYSE) осуществлялась большая часть операций с ценными бумагами различных эмитентов, а также операции с иностранной валютой. Уникальное положение США в мировой финансовой системе того времени поддерживалось как экономическим потенциалом супердержавы (50% мирового ВВП и 30% мирового экспорта в первые послевоенные годы), так и лидирующей ролью американского доллара в Бреттон-Вудской валютной системе. Свою позитивную роль сыграл также традиционно либеральный режим валютного регулирования и контроля в США.

В 60-е годы XX века стали активно развиваться мировые финансовые центры во Франкфурте, Люксембурге, Токио, Гонконге, Сингапуре. Используя американскую модель привлечения финансовых ресурсов, европейские и азиатские финансовые посредники стали постепенно теснить американцев на мировом финансовом рынке.

стр. Импульс усилению американоцентризма мирового финансового рынка был дан экономическими преобразованиями Рональда Рейгана. Высокий платёжеспособный спрос американской экономики стимулировал приток в США зарубежных инвестиций, создавая благоприятные внешние условия для экономического роста. В 1984 г. был отменен 30%-й налог на доход по облигациям, выпущенным в США и приобретённым нерезидентами, что усилило привлекательность американских ценных бумаг для иностранных инвесторов.

Важной особенностью современного этапа экономического развития стало возрастание роли финансов в экономическом развитии. Уменьшение вмешательства государства в экономику сопровождалось переходом к рыночным методам регулирования, способным более эффективно стимулировать экономический рост и создавать условия для финансирования инноваций. Крупные корпорации, ориентируясь на создание и завоевание новых рыночных ниш, на проведение слияний и поглощений, стали всё чаще обращаться на финансовые рынки в поисках дополнительных инвестиций.

Длительный экономический подъем конца XX и начала XXI века усилил значение финансовых инструментов в экономическом развитии. Создание в США "новой экономики" потребовало аккумуляции внутренних ресурсов и солидного притока внешних инвестиций. Экономический бум стимулировал динамичное развитие мировой торговли, особенно в сфере информационных и финансовых услуг. Всё это обеспечило ускорение развития внутреннего финансового рынка США и быструю динамику мировых финансовых потоков в конце XX и в первом десятилетии XXI веков.

Появление коллективной европейской валюты и увеличение ее доли в международных расчетах объективно способствовали усилению конкурентных позиций континентальных финансовых центров. Такие факторы, как падение курса американского доллара в 2002 2010 гг., хронический дефицит федерального бюджета, а также повышение мировых цен на нефть несколько ослабили инвестиционную привлекательность американских торговых площадок.

Возрастание экономической роли европейских и азиатских финансовых центров в последнее десятилетие представляется очевидным. Международные фондовые биржи, дислоцированные в Лондоне, Франкфурте, Гонконге и Сингапуре стремительно наращивают масштабы операций с различными валютами и ценными бумагами, предлагают потенциальным клиентам из-за рубежа различные инструменты и новые виды услуг. Новые эмиссии ценных бумаг (IPO) всё чаще проходят процедуру листинга именно на европейских и азиатских торговых площадках. Соответственно, доля крупнейших американских площадок - Нью-Йоркской фондовой биржи и НАСДАК в общем объёме международных эмиссий сокращается.

Торговля валютными и внебиржевыми производными ценными бумагами постепенно перемещается на лондонские и азиатские биржи. Многие крупные российские компании предпочитают проводить листинг именно здесь. Крупные американские инвестиционные компании и банки открывают свои офисы в азиатских финансовых центрах. Гонконг получил заметные преимущества от развития китайского рынка и стал внутренним азиатским центром привлечения капиталов и торговли международными ценными бумагами.

стр. Существует также ожесточённая конкуренция между региональными финансовыми рынками. Здесь выделяются энергичные предложения цен на бумаги из стран экспортёров нефти.

Из сказанного следует, что основным направлением структурных изменений в развитии современного мирового финансового рынка является возрастание роли динамичных европейских и азиатских торговых площадок и обострение их конкуренции с американскими биржами. Происходит ли при этом какое-то фундаментальное ослабление финансового рынка США, уменьшается ли его значение в движении мировых валютных потоков?

Для анализа современной структуры мирового финансового рынка и происходящих на этом рынке изменений наиболее целесообразно использовать сравнительную статистику Банка международных расчётов, который ежеквартально публикует данные о масштабах эмиссий международных долговых ценных бумаг по странам выпуска и отдельным сегментам мирового финансового рынка (денежный рынок, рынок финансовых посредников и т.д.).

Согласно расчётам автора, сделанным на базе статистики Банка международных расчётов, общий объём непогашенных международных долговых обязательств, номинированных в долларах США, составил в декабре 2012 г. 7,3 трлн. долл. Для сравнения, объём непогашенных эмиссий ценных бумаг в евро составил 9,9 трлн. долларов.

Динамику мирового финансового рынка сегодня всё в большей степени обеспечивает торговля корпоративными ценными бумагами. Рыночная капитализация таких компаний в настоящее время превышает 10% капитализации мирового фондового рынка, а во многих странах она существенно выше. Для первичного размещения своих ценных бумаг высокотехнологичные компании, как американские, так и зарубежные, часто используют торговые площадки США. На долю корпоративных бумаг, номинированных в долларах США, приходится 53% всего мирового рынка международных корпоративных бумаг, а это больше 2 трлн. долларов.

Биржи США, такие как НАСДАК и Нью-Йоркская фондовая биржа, становятся всё более популярным местом совершения сделок для технологичных компаний, которые хотят удержаться на плаву. При этом особенно заметны китайские компании, которые предпочитают проводить листинг в США, а не в Сингапуре, где это обходится намного дешевле.

Глобальная битва за проведение новых листингов становится всё агрессивнее, при этом биржи США и Европы всё чаще устремляют свои взоры на восток, стремясь привлечь китайские и индийские компании, заинтересованные в выходе на фондовые рынки за пределами национальных границ. Активная работа по привлечению на американский финансовый рынок зарубежных высокотехнологичных компаний является серьёзным козырем американских финансовых центров в конкурентной борьбе с европейскими и азиатскими биржами. Нью-Йоркская фондовая биржа и НАСДАК открыли свои представительства в Китайской Народной Республике, и это, несомненно, приносит свои плоды.

В современной мировой экономике США являются основным импортёром финансовых ресурсов, сбережённых для них всеми другими странами. Тради стр. ционно соотношение сбережений и потребления в национальном доходе представляет собой очень непростую проблему для американской экономики. Во второй половине XX века доля сбережений в ВВП, изменяясь в зависимости от фаз долгосрочного и среднесрочного циклов, в целом испытывала понижательную тенденцию. В годы экономического подъёма доля сбережений в ВВП обычно повышается: за период 1993 2000 гг. в США она выросла с 15,6 до 18,4%. Однако в последующие годы наметилась тенденция снижения этого показателя. Значительная часть этого снижения была вызвана падением сбережений федерального правительства, поскольку замедление темпов экономического роста в 2008 - 2012 гг. вызвало снижение доходов и рост расходов.

Если бы Соединённые Штаты были замкнутой экономической системой, снижение нормы сбережений могло бы привести к долговременному снижению экономической активности.

Однако в глобальной экономике временно свободные "горячие деньги" всегда будут искать наиболее безопасное и предсказуемое приложение. Таким местом в обозримом перспективе, скорее всего, окажутся Соединённые Штаты. Именно США стали мировым центром финансовых инноваций, активно привлекающим инвестиции всей глобальной экономики. Для США зарубежный капитал становится способом восполнения отрицательной разницы, существующей между доступными в стране сбережениями и планируемым уровнем инвестиций, необходимых для достижения намеченных показателей экономического роста. В настоящее время США являются основным импортёром финансовых ресурсов всего мира и, по-видимому, сохранят эту позицию в обозримом будущем.

Среди основных доноров современной мировой экономики на первое место выдвинулся Китай (более 20% всего мирового экспорта капиталов), за ним следуют Япония и Германия (по 10%), четвёртое место делят Россия и Саудовская Аравия (по 6%).

На фоне рассмотренной архитектуры мирового валютного рынка вырисовывается, быть может, чрезмерно радужная картина места США в системе современных мировых финансовых потоков. На самом деле проблемы, конечно же, существуют. На первое место среди этих проблем следовало бы поставить относительное снижение доли США на мировом рынке выпущенных, но не погашенных долговых ценных бумаг. В конце 2000 г.

доля американских бумаг на рынке достигала 28%, а к марту 2012 г. она снизилась до 20%. Причина этого явления, как уже отмечалось, состоит в том, что растёт конкурентоспособность и, как следствие, рыночная доля европейских и азиатских стран.

Вторая проблема состоит в том, что, несмотря на декларируемую Соединёнными Штатами политику либерализации национальных валютных и финансовых рынков, зарубежным компаниям сложно пробиться на американские биржи. Сложившаяся в США система государственного регулирования рынка ценных бумаг и достаточно жёсткие правила процедуры листинга на ключевых американских биржах затрудняют для нерезидентов проведение первичное размещение ценных бумаг в США. Так, закон 1933 г.

"О ценных бумагах" (Securities Act of 1933) ввёл жёсткую систему регулирования выпуска ценных бумаг в обращение и запретил фальсификацию торговли ими. По закону установлены требования, в соответствии с которыми эмитент обязан обеспечить стр. полное раскрытие информации для потенциальных инвесторов. Выпуск ценных бумаг становится возможным только после того, как эмитент зарегистрирует в федеральном органе заявление, содержащее оговоренную законом информацию. Федеральным органом, ответственным за выполнение закона 1933 г. стала Комиссия по ценным бумагам и биржам (Securities and Exchange Commission, SEC).

Американские торговые площадки, осуществляющие процедуру листинга для национальных и зарубежных эмитентов, строго следуют положениям законов. В справочнике Нью-Йоркской фондовой биржи отмечается: "Стандарты Нью-Йоркской фондовой биржи являются наиболее высокими среди мировых рынков. Соответствие этим требованиям означает, что компания достигла лидерства в своей отрасли в отношении бизнеса и интереса со стороны инвесторов" [7]. Потенциальных зарубежных эмитентов особенно смущает требование американских бирж о необходимости раскрытия полной финансовой информации за длительный период, а также тот факт, что эта информация должна быть заверена международными аудиторами с признанной репутацией.

Немаловажным фактором, сдерживающим приход зарубежных компаний на американские биржи, является высокая плата за листинг. Так, Нью-йоркская фондовая биржа требует заплатить за процедуру IPO от 150 до 250 тыс. долл. Для сравнения, Сингапурская фондовая биржа может провести аналогичную процедуру за 10 - 20 тыс. долл. Требования к раскрытию информации о потенциальном эмитенте в Сингапуре намного мягче, чем в США.

Безусловно, отмеченные проблемы сдерживают процесс сближения американского финансового рынка с развивающимися рынками. Вместе с тем, именно жёсткость американского законодательства и высокая планка торговых площадок обеспечивают финансовой системе Соединённых Штатов ту завидную надёжность, которая и привлекает на американский рынок деньги всей глобальной экономики.

*** В 2013 г. перед администрацией США стоит непростая задача преодоления существующих экономических трудностей и создания стимулов для привлечения внутренних и внешних инвестиций. Официальный прогноз, подготовленный группой экономических советников президента предполагает: в 2013 г. реальный ВВП США вырастет всего на 2,4%, а количество занятых в экономике возрастёт. Реальные цифры могут быть меньше прогнозных, однако до прямого снижения производства дело, похоже не дойдёт.

Справедливости ради необходимо отметить, что эти цифры не так оптимистичны, как прошлогодние прогнозы американской администрации. Можно предположить, что экономические советники президента реально оценивают положение дел в американской экономике, основываясь на том, что Соединённым Штатам предстоит пережить период медленного и устойчивого экономического роста, когда ежегодный прирост ВВП составляет менее 3%. При достигнутом США уровне экономического развития и накопленном потенциале такие приросты ВВП достаточны для обеспечения хорошего "качества жизни" населения.

стр. Основным направлением преодоления существующих проблем станет эффективная макроэкономическая политика, осуществляемая через отработанные многолетней практикой механизмы косвенного регулирования экономики: кредитно-денежную, налоговую и бюджетную политику.

Стимулировать экономический рост в американской экономике помогло бы снижение мировых цен на энергоносители. Политическое урегулирование сирийской и иранской проблем и развитие альтернативных источников энергии могли бы создать благоприятные условия для удешевления энергоресурсов, благоприятного для хозяйственного комплекса США.

Можно предположить, что после преодоления существующих негативных тенденций развитие мирового валютного и финансового рынка ускорится. Это ускорение будет результатом развития валютно-финансовых систем индустриальных стран под влиянием информационных технологий и новых коммуникаций, а также обострения конкуренции между финансовыми институтами за право пользования временно свободными денежными ресурсами. Динамичное развитие мирового финансового рынка даст дополнительные инвестиции американской экономике и может способствовать усилению позиций американского доллара.

Список литературы 1. BIS Quartely Review. November 2000;

December 2012.

2. BIS 82nd Annual Report.

3. IMF Global Financial Stability Report. November 2012. Statistical Appendix.

4. NYSE-Listung (http:/www.NYSE-Lesting/1022221392369.htm).

5. Triennial Central Bank Survey. Report on Global Foreign Exchange Market Activity in 2010.

December 2010. P. 46.

стр. РЕФОРМЫ В СФЕРАХ ДИПЛОМАТИИ И ЗАРУБЕЖНОЙ ПОМОЩИ Заглавие статьи ПРИ ГОССЕКРЕТАРЕ Х. КЛИНТОН Автор(ы) С. М. Самуйлов США - Канада. Экономика, политика, культура, № 8, Август 2013, C.

Источник 35- Место издания Москва, Россия Объем 51.2 Kbytes Количество слов Постоянный http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ адрес статьи РЕФОРМЫ В СФЕРАХ ДИПЛОМАТИИ И ЗАРУБЕЖНОЙ ПОМОЩИ ПРИ ГОССЕКРЕТАРЕ Х. КЛИНТОН Автор: С. М. Самуйлов УДК 321.7;

С. М. Самуйлов* Институт США и Канады РАН, Москва В статье на основе выявления отличий и сходства во внешнеполитических подходах республиканцев и демократов анализируются реформы Госдепартамента и сферы выделения зарубежной помощи (развития), инициированные и начавшиеся под руководством государственного секретаря Хиллари Клинтон.

Ключевые слова: республиканцы, демократы, различное мировидение, "цветные революции", операции по "стабилизации и восстановлению", реформирование Госдепартамента, преобразование сферы развития.

Любое реформирование Государственного департамента и подчинённого ему Агентства международного развития (АМР) направлено, прежде всего, на повышение эффективности американской внешней политики, в первую очередь, с точки зрения достижения целей находящейся у власти администрации.

При этом, коль скоро у каждой администрации (тем более принадлежащей к другой партии) и каждого государственного секретаря имеются свои, в известной мере, отличные от предшественников внешнеполитические представления, приоритеты и цели, столь скоро содержание преобразований дипломатического ведомства и АМР меняется с приходом к власти новых внешнеполитических команд и руководителей американской дипломатии.

Соответственно, суть реформаторских намерений в отношении дипломатического ведомства США и АМР в четырёхгодичный период, когда американскую дипломатию возглавляла Хиллари Клинтон (2009 - 2012 гг.), логически вытекала из главных внешнеполитических приоритетов демократической администрации Обамы и личных предпочтений государственного секретаря.

При этом по одним внешнеполитическим направлениям представления и интересы демократов и республиканцев не совпадали, а реформы Государственного департамента, которые начала проводить Кондолиза Райс в духе "дипломатии преобразований" в бытность нахождения у власти республиканской администрации Дж. Буша-мл., демократами были приостановлены.

По другим направлениям внешнеполитические установки и оценки тех и других в значительной мере совпадали и совпадают. В сферах совпадения ре * САМУЙЛОВ Сергей Михайлович - доктор исторических наук, руководитель Центра исследований внешнеполитического механизма США ИСКРАН. E-mail: fpeenter@rambler.ru стр. формы, начатые республиканцами, были не только продолжены, но также расширены и углублены демократами.

Ниже рассматриваются наиболее важные реформы дипломатического ведомства США и АМР, разработанные и начатые по инициативе Хиллари Клинтон, на фоне того, что делали предшественники - республиканцы.

Республиканцы и демократы: различия и общее во внешнеполитических подходах и оценках роли дипломатии и развития Прежде всего, следует напомнить, что республиканская администрация Дж. Буша-мл., отражая охватившие всю американскую политическую элиту США настроения эйфории и "головокружения от успехов" после крушения Советского Союза, в начале 2000-х годов взяла курс на формирование моноцентричного имперского мирового порядка во главе с США. Но официально она об этом не заявляла. При этом республиканцы рассматривали "глобальное продвижение демократии" как наиболее надёжный способ укрепления безопасности США.

С другой стороны, имперских заявлений и комментариев в американских СМИ и среди внешнеполитических экспертов в конце 1990-х - начале 2000-х годов было более чем достаточно.

Исходя из такой логики и своих имперских амбиций, "неоконсерваторы" и правые республиканцы, составлявшие костяк внешнеполитической команды Дж. Буша-мл., первоначально сделали ставку на силовой "экспорт демократии" и втянули США в две войны - в Ираке и Афганистане, где вместо ожидавшегося быстрого силового установления "стабильных демократий" начались многолетние, изнурительные войны.

Война в Ираке бесславно закончилась уже при Б. Обаме, когда американцы в декабре г. завершили вывод своих войск из этой страны. Война в Афганистане в разы расширилась по масштабам и находится в тупиковом состоянии.

Американское общество отказалось поддерживать имперские претензии "неоконов", что послужило главной причиной поражения республиканцев на президентских выборах года.

Также, исходя из указанной логики, Кондолиза Райс в должности государственного секретаря с начала 2006 г. приступила к реформированию Государственного департамента для перенацеливания деятельности американской дипломатии на провоцирование "цветных революций" в "недемократических" с точки зрения Вашингтона государствах.

Такое реформирование получило название - "дипломатия преобразований" (transformational diplomacy). Предполагалось, что бескровные, основанные на массовых протестах, подталкиваемые американскими посольствами перевороты с приведением к власти молодых прозападных политических лидеров почти автоматически обеспечат создание устойчивых демократий в данных государствах, а это, в свою очередь, будет укреплять как национальную безопасность США, так и общемировую.

стр. Основные направления реализации "дипломатии преобразований" сводились к следующему:

- перестройка деятельности американских посольств в "недемократических" государствах и переход от наблюдения за состоянием внутренней обстановки к подталкиванию и стимулированию "цветных революций" в них с целью смены политического режима на "демократический";

- "глобальное перераспределение" дипломатических кадров, точнее, их перемещение из Вашингтона, развитых европейских государств в развивающиеся, нестабильные государства Африки, Латинской Америки и Ближнего Востока, где проходили "передовые рубежи американской дипломатии";

- создание с 2004 г. в рамках дипломатического ведомства нового подразделения Службы координатора по восстановлению и стабилизации (СКВС), которая была призвана возглавить вместо Пентагона американские операции по стабилизации и возрождению в "слабых, неудавшихся, постконфликтных" государствах;

- реформирование процесса выделения зарубежной помощи, по американской терминологии - "развития"development), через Агентство международного развития, поднятие значения этого направления в общем арсенале внешнеполитических средств США и выведение его на третье место по значимости после военных методов и дипломатии;

- активизация публичной дипломатии, т.е. усиление политико-пропагандистского воздействия на исламские страны с целью улучшения их представлений о США и с тем, чтобы "выиграть битву за сердца и умы исламского мира" [4, с. 23 - 30].

Также одним из направлений реализации "дипломатии преобразований" стало значительное ужесточение, по американским меркам, модели карьерного роста представителей многотысячного корпуса профессиональных дипломатов, составляющих Заграничную службу. В частности, К. Райс одним из обязательных этапов достижения высших дипломатических уровней (должности послов и т.п.) сделала работу с риском для жизни минимум в течение года в одной из опасных стран, вроде Ирака, Афганистана, Пакистана и т.п. Ранее этого не было, поэтому можно согласиться с некоторыми американскими экспертами, которые охарактеризовали "дипломатию преобразований" как "объявление войны" (бюрократической) Заграничной службе [3, с. 210 - 214].

Практика показывает, что, в основном, существуют две модели руководства дипломатическим ведомством. Первая и наиболее часто повторяемая состоит в том, что госсекретарь является лояльным и преданным членом находящейся у власти администрации, т.е. навязывает Заграничной службе внешнеполитические установки администрации. В этом случае всегда происходит подспудное, неформальное противодействие дипломатического корпуса политике администрации. Стороны воспринимают друг друга довольно отчуждённо и живут как бы сами по себе.

стр. Из сказанного понятно, что К. Райс избрала именно эту модель руководства дипломатическим ведомством, причём, по американским представлениям, в небывало жёсткой, конфронтационной форме.

Вторая модель, которая практикуется реже, это, когда госсекретарь превращается в "патриота" своего ведомства, как бы сливается с Заграничной службой и становится выразителем её внешнеполитических представлений и интересов перед президентом и его надведомственным аппаратом. В таком случае он может начать восприниматься администрацией как "чужак", "не свой", и со временем его могут принудить к отставке.

Но только при реализации такой модели возможно серьёзное реформирование дипломатического корпуса.

Хиллари Клинтон изначально избрала вторую модель руководства дипломатическим ведомством и как политический тяжеловес, и как политик, умеющий извлекать уроки из неудач предшественников. Другими словами, она прекратила бюрократическую войну с Заграничной службой.

Принципиальное, стратегического характера отличие мировидения демократов от республиканцев заключалось и заключается в том, что они, извлекая уроки из неудач предшественников, осознали ограниченность возможностей США в современном мире. Б.

Обама ещё накануне президентской избирательной кампании 2008 г. писал: ""Америка не может справиться с угрозами этого (XXI. - С. С.) века в одиночку, но и мир не может справиться с ними без Америки" [13]. Данный принцип стал краеугольным камнем во внешней политике демократов. Кроме того, такое заявление означало, что нарождающееся посткоммунистическое мироустройство становится полицентричным. А уже отсюда вытекала необходимость налаживания сотрудничества с возникающими или возрождающимися мировыми центрами силы, включая Россию, и международными организациями.

Другим важным уроком и одновременно принципом внешнеполитической деятельности демократов стало выдвижение на передний план традиционной, "переговорной" дипломатии в качестве главного способа осуществления внешней политики.

Ещё одним важным уроком для демократов стал фактический отказ от провоцирования "цветных революций" в неугодных странах. К моменту прихода демократов к власти в начале 2009 г. итоги таких "революций" в ряде стран уже были известны. Вопреки ожиданиям "неоконсерваторов" в них, в частности в Грузии, на Украине и в Киргизии, не возникли устойчивые прозападные демократии, не появился экономический рост, не исчезла коррупция, не было решено множество других болезненных проблем.

Соответственно, Обама в своём выступлении на открытии очередной сессии Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре 2009 г. официально заявил: "Я обещаю, что Америка всегда будет с теми, кто борется за своё достоинство и свои права... Демократия не может быть навязана извне ни одной нации. Каждое общество должно искать свой собственный путь к ней, и ни один из них не является идеальным. Каждая страна должна следовать путём, который коренится в культуре её народа и традициях её прошлого. И я признаю, что Аме стр. рика слишком часто действовала избирательно в продвижении демократии (выделено мною. - С. С.)" [15].

Б. Обама таким заявлением де-факто не только провозгласил отказ своей администрации от "экспорта демократии" с помощью "цветных революций", но и признал культурное разнообразие внешнего мира, что противоречило традиционной вере американцев в универсализм своей модели демократии и экономики.

В силу данного отказа, ставки на традиционную дипломатию и предпочтение Х. Клинтон второй модели руководства дипломатическим ведомством нетрудно понять, что демократы отказались от наиболее одиозных направлений "дипломатии преобразований" республиканцев. Точнее, они прекратили перестройку деятельности американских посольств, для провоцирования "цветных революций" (помимо прочего - переговоры и одновременное сеяние смуты несовместимы), "глобальное перемещение" дипломатических кадров и ужесточение модели карьерного роста профессиональных дипломатов.

Более или менее чёткую картину восприятия внешнего мира новым руководством Госдепартамента Х. Клинтон впервые представила в середине 2009 г., выступая перед нью-йоркским Советом по международным отношениям.

Государственный секретарь не поставила под сомнение - должны ли США лидировать в современном мире. Главный вопрос, по её мнению, заключался в том, как Вашингтон должен осуществлять лидерство в XXI веке? Для ответа на него следовало разработать новый вид мышления (mindset).

Это мышление, инициированное Б. Обамой, заключалось "в новой эре вовлечения" других государств. Вовлечение основывалось на общих интересах, ценностях и взаимном уважении. По мнению Х. Клинтон, необходимо было "продвигать эти интересы" с помощью партнёрств и содействовать распространению "универсальных ценностей силой нашего примера и на основе доверия к нам народов" [7].

Госсекретарь выделила два основополагающих признака современного мира, которые отличают его от ситуаций XIX и XX столетий. Во-первых, ни одно государство не может справиться с глобальными вызовами в одиночку. Проблемы стали слишком сложными.

Слишком много игроков конкурировали на международной арене. Во-вторых, большинство наций сталкивались с одинаковыми глобальными угрозами - "от нераспространения до борьбы с болезнями, до борьбы с терроризмом". При этом они начинали осознавать необходимость превращения общности интересов в общность действий. В результате, как считала Х. Клинтон, у государств возникали ясные сильные стимулы для совместных коллективных действий и принятия на себя определённой доли ответственности [7].

Новый подход США, согласно госсекретарю, заключался в отстаивании своих интересов путём объединения различных партнёров во внешнем мире на основе общих забот. "Мы будем лидировать с помощью гораздо более масштабного сотрудничества, с гораздо большим количеством игроков, - говорила Х. Клинтон, - путём снижения конкуренции, и двигаясь от многополярного к многопартнёрскому миру (multi-partner world)" [7].

стр. Не вдаваясь в обсуждение того, насколько идеалистичным было данное восприятие внешнего мира и была преувеличена заинтересованность государств в создании партнёрств во главе с США, можно утверждать, что, в целом, представленная Х. Клинтон картина мира была намного реалистичнее аналогичных воззрений республиканцев.

Становится также понятно, что "перезагрузка" отношений с Россией стала одним из частных проявлений общей стратегии Вашингтона на создание партнёрств с различными государствами для совместного решения глобальных и региональных проблем.

Что касается общего во внешнеполитических подходах демократов и республиканцев, то это прежде всего одинаковое восприятие основных угроз национальной безопасности США. Так, главную, "смертоносную" угрозу демократы также видели и видят в "международном терроризме" и в возможности того, что террористические группировки могут завладеть ядерным оружием.

Кроме того, к категории опасных государств демократы, как и их предшественники, относят "слабые и несостоявшиеся государства", которые могут служить убежищем и питательной средой для международных террористов.

Коль скоро, такие направления реформаторства республиканцев как становление СКВС и совершенствование процесса выделения зарубежной помощи, имели прямое отношение к нормализации положения в "хрупких, неудавшихся и постконфликтных" государствах, столь скоро под руководством Х. Клинтон данные реформы Госдепартамента и Агентства международного развития были продолжены и углублены.

Своё реформаторство демократы развернули на основе двух фундаментальных аналитических документов, на разработку которых ушло немало времени.

Директива по глобальному развитию и Четырёхгодичный обзор дипломатии и развития Х. Клинтон объявила о начале подготовки первого в истории Госдепартамента Четырёхгодичного обзора дипломатии и развития (ЧОДР) в июле 2009 г. В частности, она заявила, что будет стремиться к тому, чтобы добиться равного значения дипломатии и развития в качестве главных опор (pillars) американской внешней политики.

Стремление демократов значительно поднять роль экономической помощи развивающимся государствам "в качестве одной из ключевых опор американской мощи" нашло отражение, прежде всего, в специальной Президентской политической директиве по глобальному развитию (Presidential Policy Directive on Global Development).

Если республиканцы попытались увязать оказание экономической помощи в рамках "дипломатии преобразований", прежде всего, с "продвижением демократии" в развивающихся государствах [подробнее см. 2, с. 51 - 64], то у демократов приоритетность была иная. На первом месте традиционно, со вре стр. мён президентства Дж. Кеннеди и создания АМР в 1961 г., у них было стимулирование "масштабного экономического роста".

В директиве указывалось на то, что необходимо было "поднять значение развития как одной из главных опор обеспечения нашей национальной безопасности, равной по важности дипломатии и обороне". Она также была нацелена на то, чтобы "наметить курс осуществления мер развития, дипломатии и обороны для их взаимного усиления и дополнения в рамках интегрированного подхода к обеспечению национальной безопасности" [9].

Показательно, что в директиве особо подчёркивалась ограниченность возможностей США даже в сфере оказания помощи развивающимся государствам. В частности, демократы были намерены "сделать трудный выбор по распределению усилий и ресурсов между конкретными странами, регионами и секторами". Руководитель АМР теперь получал возможность принимать участие в заседаниях Совета национальной безопасности и напрямую выходить на государственного секретаря для его информирования, минуя соответствующего заместителя. Кроме того, было намечено в рамках системы СНБ создать специальный межведомственный комитет по глобальному развитию на уровне помощников, который подчинялся бы Комитету заместителей и Комитету руководителей, облегчал бы принятие решений, когда позиции ведомств расходятся, и координировал бы осуществление политики по развитию правительственными ведомствами. Американские послы в странах - получателях американской помощи должны были "гарантировать последовательность и координирование сотрудничества всех ведомств США", занимающихся выделением этой помощи [9].

Что касается ЧОДР то, по замыслу демократов четырёхгодичный обзор был, помимо прочего, необходим для того, чтобы внедрить в дипломатическую деятельность начала долгосрочного планирования и прогнозирования. Сама идея подготовки дипломатическим ведомством четырёхгодичного аналитического обзора возникла у Х. Клинтон на основе её опыта работы сенатором в Комитете по делам вооружённых сил. Тогда на неё произвели большое впечатление Четырёхгодичные обзоры по обороне, регулярно подготавливаемые Пентагоном, в которых объединялись "ресурсы, политика и стратегия как на текущий период, так и на будущее". Аналогичный обзор Госдепартамента, как полагала Клинтон, должен был выявить - как добиться того, чтобы "дипломатия и развитие стали скоординированными, взаимно дополняющими и взаимно усиливающими друг друга" [6].

В процессе подготовки данного обзора (доклада) в общей сложности было вовлечено до 500 сотрудников Государственного департамента и Агентства международного развития.

Они были организованы в пять рабочих групп и двенадцать исследовательских тематических команд (task forces). Данные группы и команды в общей сложности провели 120 встреч и обсуждений, в которых также принимали участие сотрудники аппарата Конгресса, эксперты политико-академического сообщества, представители неправительственных организаций и частного бизнеса.

стр. Через полтора года, в декабре 2010 г. впервые в истории дипломатического ведомства США был обнародован данный четырёхгодичный обзор. Документ был назван "Лидерство посредством гражданской силы" (Leading Through Civilian Power).

Необходимо напомнить, что десятилетиями американский профессиональный дипломатический корпус всячески противился внедрению в рамках Госдепартамента долговременного планирования (на три года вперёд и более). В дипломатическом ведомстве имеется свой аналитический центр - Группа планирования политики. Однако она традиционно занималась планированием внешнеполитического бюджета и оценками перспектив международного развития лишь на год вперёд.

Следует также остановиться на новом понятии - "гражданская сила". Согласно тексту доклада, "гражданская сила - это совместная сила женщин и мужчин всего правительства США, которые занимаются дипломатией, реализуют проекты по развитию, укрепляют союзы и партнёрства, предотвращают либо реагируют на кризисы и конфликты и отстаивают ключевые американские интересы: обеспечение безопасности, процветания, распространение универсальных ценностей - особенно демократии и защиты прав человека - и справедливый мировой порядок.... Это гражданская часть правительства, работающая как целое, подобно тому, как наши военные службы действуют совместно, как единая сила" [10, р. 2].

В данном определении нетрудно было разглядеть намерение Х. Клинтон и демократической администрации Обамы поднять значение и статус гражданской части внешнеполитического персонала федерального правительства, включая Госдепартамент и АМР, до уровня военных и Пентагона в рамках американского внешнеполитического механизма.

В силу стремления государственного секретаря объединить в единое целое гражданский внешнеполитический сегмент федерального правительства во главе с Госдепартаментом, внедрить в его деятельность долгосрочное планирование, уже можно говорить о том, что Четырёхгодичный обзор дипломатии и развития носил новаторский характер.

Каковы его наиболее интересные и значимые положения и рекомендации?

Одной из главных реформ считалось преобразование должности заместителя госсекретаря по демократии и глобальным делам в должность заместителя по гражданской безопасности, демократии и правам человека со значительным расширением полномочий.

Следует напомнить, что республиканцы попытались переориентировать деятельность данного заместителя, прежде всего, на глобальное "продвижение демократии" в соответствии с логикой "дипломатии преобразований". В частности, главное подчинённое ему управление (всего ему было подчинено три управления и одна служба), которое ранее, в основном, следило за состоянием прав человека повсюду в мире, в период правления Дж. Буша-мл. было расширено и переориентировано на провоцирование "цветных революций" американскими посольствами в "недемократических" государствах.

Оно стало называться - Управление по демократии, правам человека и трудовым отношениям.

стр. Для демократов же наиболее важным было сохранение или восстановление стабильности в "проблемных" странах, что они определили как обеспечение "гражданской безопасности" (civilian security). По этой причине в Четырёхгодичном обзоре было предложено значительно расширить функции данного заместителя, переименовать, как было указано, название его должности и ввести в его подчинение помимо упоминавшихся структур ещё одну - Управление по конфликтам и стабилизационным операциям (УКСО) [11, р. 42 - 43]. Оно должно было создаваться на основе СКВС путём расширения его функций и преобразования в полноценное управление.

В обзоре в отношении таких "поднимающихся" стран, как Бразилия, Китай, Индия, Индонезия, Мексика, Нигерия, Россия, Южная Африка и Турция, выражалась надежда, что они возьмут на себя гораздо большую ответственность за решение проблем своих регионов, а также всей международной системы [11, р. 48].

В четвёртой главе доклада были предложены рекомендации по новому реформированию Госдепартамента и АМР. В частности, указывалось, что возглавлять УКСО должен, как это и положено, помощник госсекретаря, который "будет координировать осуществление первичных мер по предотвращению конфликтов и быстрому развёртыванию гражданского персонала в уже возникших кризисных ситуациях" [11, р. 135 - 136].

Этот помощник, помимо прочего, должен был заниматься формированием и поддержанием в состоянии готовности Гражданского корпуса реагирования (ГКР) контингента гражданских специалистов широкого и разнообразного профиля (дипломаты, инженеры, строители, банковские работники, юристы и т.п.), готового к быстрой переброске в "хрупкую, неудавшуюся или постконфликтную" страну с целью её стабилизации и налаживания мирной жизни. ГКР был создан ещё при администрации Дж.

Буша-мл. в качестве, так сказать, мобильного компонента Службы координатора по восстановлению и стабилизации (СКВС).

Демократы в докладе особо подчёркивали, что американский посол в стране, где проводятся операции по "стабилизации и восстановлению" должен обладать "полномасштабными полномочиями по руководству, координации и контролю за деятельностью представителей всех правительственных ведомств США в данной стране", за исключением военных [11, р. 134].

Другими словами, при Х. Клинтон политическое руководство Госдепартамента стремилось ликвидировать традиционную ведомственную разобщённость сотрудников американских посольств, которая зачастую приводила к раздроблению внешней политики США в отношении конкретной страны на ряд нескоординированных линий.

В обзоре была поставлена задача удвоить количество представителей Заграничной службы, т.е. профессиональных дипломатов в Агентстве международного развития. При Х. Клинтон их число в АМР было увеличено на 550 человек, планировалось довести это увеличение до 1200 сотрудников [11, р. 108].

стр. Руководство Агентства международного развития инициировало ещё при республиканцах разработку всеобъемлющих пятилетних координационных стратегий развития в приложении к конкретным странам. Разрабатывались данные стратегии совместными усилиями представителей Госдепартамента, АМР и страны-получателя помощи. В 2008 г.

такие пилотные проекты были начаты в отношении десяти государств.

Демократы пошли дальше в этом направлении. В октябре 2010 г. АМР инициировало разработку и реализацию таких стратегий уже в отношении 25 государств с тем, чтобы со временем охватить ими все государства, в которых имелись миссии агентства. Задача заключалась в том, чтобы на основе таких пятилетних стратегий, обозначенных в них американских приоритетов в отношении конкретной страны, формировать ежегодные проекты бюджетов развития в приложении к данной стране.

Положительно отнеслись демократы и к тому, что администрация Дж. Буша-мл.

одновременно ввела руководителя АМР в состав Государственного департамента в качестве директора по оказанию зарубежной помощи и придала ему специальный аппарат.

Однако в силу ограниченности ресурсов администрация Обамы предложила преобразовать Службу директора по зарубежной помощи в Службу по ресурсам зарубежной помощи (Office of U.S. Foreign Assistance Resources). Данную службу по прежнему должен был возглавлять директор в ранге помощника государственного секретаря, которому следовало руководить разработкой и исполнением совместного (АМР и Госдепартамента) бюджета по развитию, выполнять другие функции, но при этом делать упор на ограниченность финансовых и других ресурсов [11, р. 119 - 120].

Из содержания глав доклада вполне однозначно вытекало, что в конце первого десятилетия XXI века наиболее приоритетными странами для США стали Афганистан, Пакистан и Ирак. В них общее число американских дипломатических сотрудников ("гражданской силы") с 2006 по 2010 годы возросло с 2600 до 5 тыс. человек и планировалось довести в 2012 г. эту численность приблизительно до 6 400 сотрудников [11, р. 160 - 161].

Такая высокая концентрация дипломатических работников и сотрудников АМР в этих государствах осуществлялась за счёт оголения других направлений и участков дипломатической деятельности. В итоге в среднем до 17% дипломатических постов Заграничной службы по всему миру оставались вакантными.

Конгрессу, как и в период работы государственным секретарём К. Пауэлла, пришлось принимать срочные меры. В частности, в 2009 - 2010 фин. гг. были выделены дополнительные ассигнования, позволявшие принять на работу до 3 тыс. новых сотрудников, принадлежащих как к Заграничной, так и Гражданской службам [11, р. 161 162].

В обзоре было указано, что осуществление рассмотренных в нём реформ и рекомендаций начнётся в процессе подготовки проекта бюджета на 2012 фин. г., т.е. с 2011 года.

стр. Осуществление новых реформ Госдепартамента и АМР Управление по конфликтам и стабилизационным операциям Госдепартамента (УКСО) официально было учреждено в ноябре 2011 г., т.е. почти год спустя после обнародования Четырёхгодичного обзора.

Согласно официальной информации, УКСО, насчитывавшее в 2012 г. приблизительно сотрудников, состоит из нескольких отделов. Руководство каждым из них осуществляется соответствующим заместителем главы всего управления. Ведущим был Отдел политики и программ, функции которого охватывали приведение деятельности УКСО в соответствии с его стратегическими целями, отслеживание и раннее предупреждение о назревающих конфликтах в развивающихся государствах, координирование деятельности управления с другими подразделениями Госдепартамента и американскими посольствами и некоторые другие.

Отдел по зарубежным операциям занимался анализом конфликтов совместно с "партнёрами" из местного населения, разрабатывал планы по возможной реакции США на них и развёртыванию американского гражданского персонала, руководил реализацией этих планов.

Отдел по Гражданскому корпусу реагирования и поддержке развёртывания формировал данный корпус, готовил его представителей к переброске за рубеж, проводил исследования по приспособлению ГКР к возникающим новым потребностям [19]. В структуре УКСО имелись и некоторые другие отделы.

Возглавил новое управление в апреле 2012 г. профессиональный дипломат, выходец из дипломатической семьи, посол Фредерик Бартон после проведения соответствующих слушаний в сенатском Комитете по международным отношениям и одобрения его кандидатуры всем Сенатом. До этого назначения Бартон в 2009 - 2011 гг. был представителем США в Совете по экономическим и социальным проблемам ООН, специализируясь на решении вопросов развития, миротворчества, изменения климата, защиты прав человека.

До работы в указанном совете, занимая различные руководящие посты среднего уровня в "мозговых центрах", американской дипломатии, структурах ООН, Бартон разрабатывал стратегии реагирования США и международного сообщества на более чем 30 ситуаций в "нестабильных местах". В частности, в его ведении были "гражданские стратегии" в отношении Ирака, Судана, Шри-Ланки, а также новые критерии оценки прогресса в Ираке и Афганистане [5].

Должность заместителя государственного секретаря по демократии и глобальным проблемам в соответствии с рекомендациями Четырёхгодичного обзора была преобразована в должность заместителя по гражданской безопасности, демократии и правам человека. В этой должности осталась Мария Отеро, первая гражданка США латиноамериканского происхождения, достигшая столь высокого дипломатического поста в августе 2009 г. Она считается одним из ведущих в США экспертов по проблемам экономического роста и защите прав женщин, работала в 25 странах мира [14].


стр. Следует напомнить, что СКВС при республиканцах была призвана стать главным органом федерального правительства США при разработке и осуществлении межведомственных планов по реализации масштабных стабилизационных и восстановительных операций в "проблемных" странах.

Предполагалось, что СКВС должна была осуществлять переброску своих гражданских контингентов одновременно и совместно с вооружённым вмешательством Пентагона.

После принудительного прекращения гражданского противоборства в какой-либо "несостоявшейся" стране по мере стабилизации обстановки американские воинские части подлежали выводу, в то время как гражданские контингенты должны были взять на себя ответственность за восстановление и остаться на длительный период для налаживания мирной жизни и "строительства государства". Для реализации таких замыслов требовался довольно многочисленный ГКР.

Конгресс лишь в октябре 2008 г., то есть в период завершения президентства Дж. Буша мл., официально утвердил создание СКВС. Помимо этого было санкционировано формирование ГКР, который должен был состоять из трёх компонентов - Корпуса активного реагирования (готового к переброске в течение двух суток), Корпуса промежуточной готовности (готового к переброске в течение месяца) и Гражданского резервного корпуса (готового к переброске через полтора-два месяца). В то время республиканцы пытались добиться довольно большой численности данных корпусов, соответственно в 250, 2000 и 2000 специалистов [17, р. 15]. Показательно, что президенту теперь разрешалось с согласия комитетов Конгресса в экстренных случаях средства, выделенные на оказание зарубежной экономической помощи, использовать на нужды проведения операций по стабилизации и восстановлению [17, р. 10].

Однако администрации Дж. Буша-мл. в силу ряда причин, главной из которых было постоянное недофинансирование деятельности СКВС со стороны Конгресса, не удалось превратить службу ни в главный руководящий и координирующий межведомственный орган по стабилизационным операциям, ни создать запланированный многочисленный Гражданский корпус реагирования.

Помимо скептического отношения со стороны законодателей СКВС пришлось столкнуться из-за пересечения функций с бюрократическим сопротивлением со стороны главных в Госдепартаменте региональных управлений, некоторых также занимающихся вопросами стабилизации подразделений АМР, ряда послов в конкретных странах. Службе также, по мнению ряда американских политиков, не удалось сформировать убедительной концепции своей роли во внешнеполитическом механизме. В итоге "сложилось широко распространённое мнение, что служба была неспособна играть эффективную роль в выработке и координировании межведомственной политики и реализации планов по предотвращению конфликтов, управлению ими, переходным процессам и стабилизационным миссиям" [16, р. 2].

Скептицизм со стороны Конгресса сохранился и при Б. Обаме. Законодатели выделяли в разы меньше средств по сравнению с запросами Госдепартамента. На начало 2012 г.

Корпус активного реагирования насчитывал 127 специалистов вместо намеченных 250. Из них: из Госдепартамента было стр. 47 дипломатов, из АМР - 35 специалистов, из Министерства юстиции -30 человек, Министерства сельского хозяйства - семь, Министерства торговли - четыре, из других министерств - четыре человека [17, р. 16].

На начало 2011 г. Корпус промежуточной готовности насчитывал 1062 специалиста. Но из-за недофинансирования Х. Клинтон пришлось вдвое сократить численность корпуса.

На начало 2012 г. в его состав входило лишь 590 специалистов [17, р. 17].

Осознавая данные проблемы и сложности становления СКВС, Бартон, выступая на слушаниях по случаю его утверждения, вразрез с рекомендациями ЧОДР недвусмысленно дал понять, что намерен сузить сферу компетенции нового управления даже в сравнении со Службой координатора по восстановлению и стабилизации. Он, в частности, подчеркнул, что действия США должны быть соизмеримы с наличными ресурсами и американцы не должны брать на себя всю ответственность по разрешению кризисной ситуации, они должны действовать по принципу "что наиболее необходимо" для кризисного реагирования [12].

При нём УКСО перестало претендовать на ведущую роль в реагировании на конфликтные ситуации, принимая на себя ответственность по межведомственному планированию и руководству стабилизационными операциями. Отказалось управление и от намерений по проведению масштабных межведомственных миссий по "строительству государства" в "постконфликтных" странах [16, р. 4].

Вместо этого управление стремится стимулировать и облегчать межведомственные усилия по установлению мира с помощью оказания дозированной, целенаправленной, кратковременной помощи некоторым нестабильным "доконфликтным и постконфликтным" государствам и разработать концепцию предотвращения конфликтов в качестве составной части американской дипломатии [16, р. 5].

Если республиканцы замахивались на "глобальное продвижение демократии" и соответственно масштабную роль СКВС по проведению стабилизационных операций во многих странах, то УКСО при Бартоне резко сузило свою сферу активности. Управление с точки зрения американских интересов и возможностей развернуло свою деятельность, в основном, лишь в Бирме, Кении, Сирии и ряде центральноамериканских стран - Белизе, Сальвадоре, Гватемале и Гондурасе [16, р. 6].

Кроме того, управление в 2012 г. взяло курс на постепенное сокращение численности Корпуса активного реагирование приблизительно до 50 специалистов из различных внешнеполитических ведомств [16, р. 7].

Главная задача при этом заключается в том, чтобы добиться заметных успехов в деле прекращения насилия и нормализации обстановки хотя бы в некоторых из этих стран и тем самым доказать полезность и необходимость стабилизационной деятельности УКСО По замыслу Бартона и сотрудников управления это, в свою очередь, должно наконец-то обеспечить необходимое доверие и финансирование со стороны Конгресса.

стр. Что касается реформирования системы выделения помощи, то можно сделать несколько предварительных оценок. Следует напомнить, что тенденция постепенного уменьшения роли АМР в главных направлениях осуществления внешней политики США наметилась задолго до прихода к власти администраций Буша-мл. и Обамы. Так, если в 1970 г. в системе АМР по найму работало почти 7 тыс. сотрудников, то в 2005 г. этот показатель составлял лишь 2398 человек [18, р. 123].

Х. Клинтон, поставив задачу уравнять развитие с дипломатией и обороной (уравнять 3D development, diplomacy, defense) в качестве равнозначной "опоры" американской внешней политики, стремилась переломить эту тенденцию. Как было показано, при ней число сотрудников АМР было увеличено более чем на 500 дипломатов.

Однако реализовать такие намерения не позволял Конгресс из-за необходимости сокращения гигантского бюджетного дефицита, завоевания республиканцами большинства в Палате представителей по результатам промежуточных выборов 2010 г. и сохранения его по результатам выборов 2012 г., общего идейно-политического раскола между демократами и республиканцами.

В итоге, если Х. Клинтон намеревалась в начале своей дипломатической деятельности поднять уровень ежегодного внешнеполитического бюджета (преимущественно бюджеты Госдепартамента и АМР) приблизительно до 60 млрд. долл., то на деле картина получилась другая. В 2011 фин. г. реально выделенные ассигнования по данному бюджету составили лишь 48,2 млрд. долл., что было на 15% ниже первоначального запроса администрации [18, р. 6].

Один из ведущих "мозговых центров" США по проблемам оказания зарубежной помощи "Центр за глобальное развитие", расположенный в Вашингтоне, подготовил предварительный доклад по анализу того, насколько демократы преуспели в реализации намерений и рекомендаций ЧОДР и указанной директивы. Доклад преимущественно был основан на исследовании бюджетного запроса Белого дома на 2012 фин. г. Ниже приводится ряд его данных и рассуждений.

В первую очередь, уравнивание трёх Д подразумевает разработку единого бюджета по обеспечению национальной безопасности, в рамках которого оборона, дипломатия и развитие были бы увязаны в единое целое. Однако администрации Обамы при разработке бюджета на 2012 фин. г. не удалось этого добиться [18, р. 9].

Другим стратегическим принципом президентской директивы и Четырёхгодичного обзора было внедрение принципа избирательности (региональной, страновой, секторальной) в процесс выделения зарубежной помощи. В запросе на 2012 фин. г. демократы для его реализации запланировали для 16-ти слаборазвитых стран приостановить выделение помощи на развитие, восьми государствам - сократить объём этой помощи на четверть и более. В то же время, 21-му государству было запланировано некоторое увеличение объёмов [18, р. 15].

Однако американским законодателям удобнее и понятнее выделять помощь не конкретным странам, а "по секторам", к которым относятся основные на стр. правления расходования средств: обеспечение безопасности, здравоохранение, экономическое развитие, гуманитарная помощь, демократия и права человека, образование и социальные услуги, защита окружающей среды [18, р. 17].

Другими словами, бюджетный процесс в Конгрессе так организован, что законодателям удобно традиционно осуществлять выделение помощи по принципу "сверху вниз", а не отталкиваясь от реалий и потребностей конкретного государства, т.е. по принципу "снизу вверх". Получается, что Конгресс выступает своеобразным тормозом на пути современного реформирования системы выделения зарубежной помощи. Так, на фин. г. 66,5% всех фондов на развитие были выделены "по секторам" [18, р. 26].


Тем не менее, администрация Обамы, насколько ей позволяли полномочия, последовательно держала курс на повышение роли развития. Так, в феврале 2012 г.

исполнительным указом, который не требует одобрения Конгресса, был учреждён Президентский совет по глобальному развитию. В тексте, в частности, говорилось, что "политика федерального правительства заключается в содействии и поднятии значения развития в качестве одной из ключевых опор американской мощи и в выработке такого курса для развития, дипломатии и обороны, в рамках которого они взаимно дополняли бы друг друга" [8].

Членами совета из приблизительно 20-ти структур и ведомств федерального правительства по оказанию зарубежной помощи, становились: государственный секретарь, министр финансов, министр обороны, руководитель АМР, глава Корпорации по вызовам тысячелетия (Millennium Challenge Corporation). Кроме того, в совет могли входить до 12 членов со стороны из таких сфер, как высшее образование, филантропические организации, "мозговые центры", частный бизнес и других.

В своей деятельности совет должен опираться на аппарат Совета национальной безопасности и аппарат Национального экономического совета. Основная функция совета сводится к информированию и консультированию президента и высокопоставленных внешнеполитических деятелей администрации по американской политике глобального развития и тому, как она осуществлялась, а также выработке рекомендаций по её совершенствованию. Финансирование и "административная поддержка" деятельности совета должны были осуществляться АМР в рамках закона.

Некоторые выводы Рассмотренные в данной статье основные направления современного реформирования Госдепартамента и сферы развития позволяют сделать ряд обобщений.

Во-первых, главным направлением преобразования дипломатического ведомства при Х.

Клинтон стало создание Управления по конфликтам и стабилизационным операциям с целью прекращения насилия и нормализации обстановки в некоторых "проблемных" развивающихся государствах.

Демократы, подобно республиканцам, полагают, что Государственный департамент должен играть активную роль в операциях по "стабилизации и восстановлению" в "хрупких, несостоявшихся, постконфликтных" странах. Таким стр. образом, добавление к традиционной, переговорной, так сказать, "стабилизационной дипломатии" становится отличительной чертой деятельности Госдепартамента в XXI веке.

При этом демократы отказались от попыток навязать демократию извне и, соответственно, Х. Клинтон прекратила перенастройку деятельности американских посольств на провоцирование "цветных революций" в "недемократических" государствах.

Также она прекратила бюрократическую войну с корпусом профессиональных дипломатов, которую развернула её предшественница К. Райс.

Демократы в отличие от республиканцев осознают ограниченность своих ресурсов и поэтому заметно сузили сферу компетенции УКСО в сравнении с его предшественницей Службой Координатора по восстановлению и стабилизации, созданной администрацией Буша-мл. Управление развернуло свою деятельность лишь в узком круге государств.

В то же время, проблема обоснования УКСО своей полезности и завоевания доверия со стороны Конгресса остаётся открытой. Управлению по конфликтам и стабилизационным операциям ещё предстоит доказать свою эффективность в деле успешной нормализации внутренней ситуации хотя бы в двух, трёх "слабых" государствах для получения надлежащего финансирования со стороны законодателей.

Во-вторых, демократы пошли дальше республиканцев и решили поднять значение развития, т.е. оказания экономической и финансовой помощи развивающимся государствам, до уровня дипломатии и военных методов в общем арсенале средств американской внешней политики.

При Х. Клинтон была принята специальная президентская директива и создан Президентский совет по глобальному развитию, значительно расширен круг стран, в отношении которых разрабатываются пятилетние стратегии развития, начато внедрение принципа избирательности при выделении зарубежной помощи в силу ограниченности ресурсов, продолжена перестройка процесса выделения этой помощи по принципу "снизу вверх", т.е. исходя из потребностей конкретного государства.

Указанные реформы Госдепартамента и сферы развития, помимо прочего, означают, что реальная международная жизнь XXI века вынуждает американских дипломатов и работников АМР двигаться к признанию большого разнообразия внешнего мира вопреки характерной для традиционного американского сознания вере в универсализм собственной модели демократии и экономики.

Пожалуй, главным препятствием на пути современного реформирования всего механизма выделения зарубежной помощи, а также полноценного финансирования операций по восстановлению и стабилизации, т.е. бюджетно-правовой легализации разнообразия, по меньшей мере, мира развивающихся государств, выступает Конгресс.

Данное реформирование требует определённой перестройки бюджетного процесса парламента США в этой сфере, привязки его к потребностям конкретных государств. Но американским законодателям привычнее и комфорт стр. нее выделять ассигнования по принципу "сверху вниз", как было сказано, "по секторам".

В-третьих, новый государственный секретарь США, бывший сенатор-демократ от шт.

Массачусетс Джон Керри является ветераном вашингтонского правящего истеблишмента.

Он много лет проработал в сенатском Комитете по международным отношениям, возглавляя его в последние годы, активно поддерживал внешнюю политику администрации Обамы.

Будучи сыном кадрового дипломата и по роду своей законодательной деятельности хорошо знакомым с проблемами корпуса профессиональных дипломатов и сотрудников Агентства международного развития, он, вероятнее всего, будет придерживаться второй модели руководства Государственным департаментом, т.е. модели солидарности с Заграничной службой. Это, в свою очередь, означает, что реформы американской дипломатии и сферы развития, начатые Х. Клинтон, будут продолжены и, возможно, расширены.

Список литературы 1. Американа. Смоленск: Полиграмма, 1996. С. 12.

2. Самуйлов С.М. Агентство по международному развитию: перенацеливание на "продвижение демократии" // США * Канада: экономика, политика, культура. 2008. N 6.

С. 51 - 64.

3. Самуйлов С. М. Внешнеполитический механизм США: эволюция, реформирование, проблемы. М.: Прометей, 2009. С.

4. Самуйлов С. М. "Дипломатия преобразований" Кондолизы Райс и реформирование Государственного департамента // США * Канада: экономика, политика, культура. 2008. N 1. С. 17 - 33.

5. Barton Rick, Assistant Secretary. Biography. (http://www.state.gov/r/pa/ei/biog/187400.htm).

6. Clinton Gives Preview of QDDR. October 27, (http://www.modernizeaid.net/2010/10/27/clinton-gives-preview-of-qddr/).

7. Clinton H. Foreign Policy Address at the Council on Foreign Relations. 15.07. (http://www.state.gov/secretary/rm/2009a/july/126071.htm).

8. Executive Order - Establishing the President's Global Development Council. 9.02. (http://www.whitehouse.gov/).

9. Fact Sheet: U.S. Global Development Policy. 22.09.2010 (http://www.whitehouse.gov/the press-office/2010/09/22/fact-sheet-us-global-development-p olicy).

10. Leading Through Civilian Power // The First Quadrennial Diplomacy and Development Review. 2010. Executive Summary (http://www.state.gov/documents/organization/153139.pdf).

11. Leading through Civilian Power // The First Quadrennial Diplomacy and Development Review. 2010. Full Text. Washington: Department of State, Agency for International Development. December 2010.

12. Nomination Hearing before the U.S. Senate Committee on Foreign Relations. Remarks by Rick Barton, Assistant Secretary, Bureau of Conflict and Stabilization Operations. 13.03. (http://www.state.gov/j/cso/releases/remarks/2012/190262.htm).

стр. 13. Obama B. Renewing American Leadership // Foreign Affairs. July/August (http://www.foreignaffairs.org/).

14. Otero Maria, Under Secretary. Civilian Security, Democracy, and Human Rights. Biography (http://www.state.gov/r/pa/ei/biog/127184.htm).

15. Remarks by the President to the United Nations General Assembly. 23.09. (http://www.whitehouse.gov/the-press-office/Remarks-by-the-President-to-the-United-Genera l Assembly).

16. Serafino N. In Brief: State Department Bureau of Conflict and Stabilization Operations (CSO). 10.10.2012 // CRS Report for Congress. R42775. Washington: Congressional Research Service, 2012.

17. Serafino N. Peecekeeping/Stabilization and Conflict Transition: Background and Congressional Action on the Civilian Response/Reserve Corps and Other Civilian Stabilization and Reconstruction Capabilities. 12.01.2012 // CRS Report for Congress. RL32862. Washington:

Congressional Research Service, 2012.

18. Veilette C. The Future of U.S. Aid: Rhetoric, Reality, and Recommendations. A Report of the Rethinking U.S. Foreign Assistance Program. Washington: Center for Global Development, 2011 (http://pdf.usaid.gov/.pdf_docs/PCAA295.pdf).

19. Who We Are. 2012 (http://www.state.gov/j/cso/who/index.htm.#).

стр. ГЕОГРАФИЯ ВПК США СПУСТЯ 20 ЛЕТ ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ Заглавие статьи "ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ" Автор(ы) А. И. Рей США - Канада. Экономика, политика, культура, № 8, Источник Август 2013, C. 53- Экономические обзоры Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 46.3 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи ГЕОГРАФИЯ ВПК США СПУСТЯ 20 ЛЕТ ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ "ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ" Автор: А. И. Рей УДК 332. А. И. Рей* Институт США и Канады РАН, Москва В работе даётся обзор факторов географического размещения военно-промышленного комплекса США в периоды его истории в XX и XXI веков. Проведённый количественный анализ на основе данных Бюро переписи населения США на уровне отдельных предприятий показал снижение уровня географической концентрации одной из крупных отраслей американского ВПК - военного и авиакосмического приборостроения - с 1994 по 2010 г. Причины этого явления - закрытие ряда крупных предприятий в самых больших географических кластерах в течение всего изучаемого периода и перенос производственной активности двойного назначения в страны Восточной Азии.

Ключевые слова: военно-промышленный комплекс, территориальное размещение, промышленные кластеры.

Работа призвана заполнить пробелы, образовавшиеся с момента выхода в 1991 г. ставшей классической книги А. Маркизена, П. Холла и др. [8], и показать перспективность подхода к динамическому анализу при размещении центров экономической активности на имеющихся данных официальной статистики. В статье рассматриваются следующие темы: обзор источников и методов;

значение ВПК США для макроэкономических процессов;

факторы размещения в различные периоды истории американского ВПК, а также история и состояние радиоэлектронной промышленности США, анализ региональной динамики военного и аэрокосмического приборостроения.

Экономическая география выглядит пасынком экономической науки. Обладая по большей части агрегированными данными на уровне макроэкономики и являясь свидетелями глобализации потоков информации, научных исследований и разработок, производства товаров и их сбыта, мы предполагаем, что размещение предприятий и иных экономически важных объектов происходит на уровне государств. Это предположение неявно способствует снижению интереса к получению и обработке данных на микроуровне, в результате чего положение экономической географии на сравнительных задворках науки только укрепляется. Эта тенденция имеет два исключения: практически ори * РЕЙ Алексей Игоревич - кандидат экономических наук, руководитель Центра отраслевых исследований ИСКРАН. E-mail: alexey.rey@useconomy.ru ** С 1969 г. Мемориальную премию Риксбанка за работы по экономической географии получил лишь один исследователь - Пол Кругман (2008 г.).

стр. ентированные исследования по экономике городов и расчету региональных матриц затраты-выпуск. На уровне межотраслевых комплексов работы с сильной географической составляющей слишком редки. При этом в экономической географии нет недостатка в теоретических построениях [5].

Жертвой недостатка внимания за последние два десятилетия стало изучение отраслей экономики, ориентированных на военный спрос. Конец "холодной войны" сделал их менее привлекательными по сравнению, скажем, с изучением финансов или новых информационных технологий. После работ, посвященных проблемам консолидации военной экономики, например, Корнеевой [1], Терехова [2], Толкачёва [3], наступило затишье. Вместе с тем, вползание США в череду войн и конфликтов после 11 сентября 2001 г. изменило структуру и размещение военного производства.

Военно-промышленный комплекс в данной работе трактуется очень узко: множество организаций, осуществляющих научные исследования в военных целях, разработку, испытания, контроль качества, производство, авторское сопровождение, обучение эксплуатации, обслуживание, утилизацию систем вооружения, боевой и специальной техники и предметов снабжения. Из рассмотрения специально исключаются органы, ответственные за планирование военных и специальных разработок и военного производства, управление ими и распределение ресурсов. Нас интересуют факторы географического размещения ВПК в контексте меняющейся структуры экономики США, военного заказа и продолжающегося процесса глобализации.

Источники и методы Наиболее детальный и всеобъемлющий источник это ежегодное исследование деловой активности по почтовым индексам (ZIP code Business Patterns) Рис. 1. Размещение предприятий военного приборостроения по данным Бюро переписи, 2010 г.

Примечание: на карте отображено местоположение всех предприятий отрасли.

стр. Бюро переписи населения США. Его публикация отстаёт в среднем на два-три года (в начале 2013 г. доступна статистика за 2010 г.). Для всех отраслей частного сектора, вплоть до шестизначной Североамериканской отраслевой классификации (NAICS - North American Industry Classification System) в разбивке по пятизначным почтовым индексам приводятся данные по количеству предприятий, а также их распределению по числу занятых. Геокодирование позволяет перевести почтовые индексы в географические координаты (рис. 1). Несколько меньшую ценность представляет проводимая Бюро переписи раз в пять лет Экономическая перепись. Вместо численности занятых она даёт информацию об ориентировочном объёме продаж предприятий на территории зон почтовых индексов.

Для исторического анализа объектов ВПК времён "холодной войны" использовалась база данных американского эксперта Дж. Пайка, устаревшая на 10 - 16 лет, но снабжённая хорошим ссылочно-библиографическим аппаратом.

Значение ВПК для современной экономики США В 2012 г. в аэрокосмической промышленности США работало чуть более полумиллиона человек (к концу "холодной войны", в 1990 г., этот показатель равнялся 853 тыс. человек).

Ещё 132 тыс. человек заняты в военном и аэрокосмическом приборостроении (в 1990 г. 286 тыс.), а 101 тыс. работников обслуживают судостроительную и судоремонтную промышленность (гражданский спрос на суда в основном удовлетворяется судоверфями в Восточной Азии, вместе с тем, по сравнению с 1990 г. - 126 тыс. человек - численность занятых сократилась в гораздо меньшей степени, чем в других отраслях ВПК, занимающихся производством товаров) (рис. 2, рис. 3, рис. 4).

Влияние ВПК сократилось, но не исчезло. Предприятия ВПК остаются непосредственным приводом роста экономики при увеличении государственных расходов. На рис. 5 показано воздействие военного приборостроения на другие отрасли экономики через механизм промежуточного потребления (приведены только отрасли, где эффект превышает 1 долл.

прироста на 100 долл. увеличения выпуска).

Непропорционально большое влияние на общеэкономическую ситуацию в США оказывают решения по найму и увольнению рабочей силы на крупнейших предприятиях для настоящей работы мы считаем крупнейшими предприятия с более чем 5 тыс. занятых.

Из 350 крупнейших предприятий 122 относятся к объектам системы здравоохранения (госпитали и медицинские центры), 45 - к системе высшего образования. На третьем месте - предприятия материального сектора ВПК, в том числе авиационные заводы, заводы по производству ракетной техники, космических аппаратов (рис. 6), авиационных и ракетных двигателей и комплектующих, приборостроительные предприятия (22 объекта).

стр. Рис. 2. Доля занятых в военном и аэрокосмическом приборостроении и аэрокосмической промышленности, % всех занятых в экономике США Рис. 3. Доля занятых в судостроительной и судоремонтной промышленности, % всех занятых в экономике США стр. Рис. 4. Доля занятых в производстве стрелкового вооружения, % всех занятых в экономике США Рассчитано по: Current Employment Survey, U.S. Bureau of Labor Statistics, 2013.

Рис. 5. Прирост объёма выпуска отраслей экономики США, долл., при увеличении выпуска военного приборостроения на 100 долларов 2002 - 2008 Total Requirements Matrix, IO tables. Bureau of Economic Analysis, U.S.

Department of Commerce, Wash., DC, 2008.

стр. Рис. 6. Размещение авиационных и ракетных заводов в США в 2010 г.

Примечание: размер символа пропорционален численности занятых. Треугольники обозначают средние предприятия ракетной промышленности, кружки - средние предприятия авиационной промышленности.

стр. Размещение объектов ВПК Традиционно выделяются четыре крупных периода развития ВПК США:

* индустриальный этап (Гражданская война - 1930-е годы) * период научно-технической революции (1940 - 1980 гг.) * адаптация после "холодной войны" (1992 - 1998 гг.) * современный этап (с 1999 г.) На протяжении XX и начала XXI веков детерминанты размещения заводов и объектов ВПК неоднократно менялись:

* до 1939 - 1940 гг. основные решения о размещении принимались автономно частными компаниями и предпринимателями;

* со Второй мировой войны до конца "холодной войны" инициатива в выборе принадлежала государству;

* сейчас частные компании доминируют в этом процессе, хотя государство ещё в состоянии на него повлиять.

Для частных компаний в первом периоде имели значение факторы, в большинстве способствовавшие концентрации производства:

* исторический (место жительства предпринимателя/месторасположение фирмы, которая выходила на рынок оборонного заказа, или расположение фирмы, от которой отпочковывалась новая группа предпринимателей и инженеров);

* близость к источникам сырья (сталелитейные предприятия для судостроения);

* наличие квалифицированной рабочей силы (авиационная и танковая промышленности);

* наличие погодных условий для испытаний продукции (авиация);

* близость к потребителям для минимизации рисков при транспортировке (взрывчатые вещества) - этот фактор в сочетании с высокими рисками при работе заводов способствовал их рассредоточению.

Во втором периоде государство руководствовалось следующими соображениями (в дополнение к перечисленным выше и сохранявшим свою актуальность факторам):

* передислокация заводов в глубь страны, подальше от уязвимых побережий;

* рассредоточение производства по различным регионам страны, при условии соблюдения ограничения на минимально эффективный масштаб предприятия, для снижения нагрузки на инфраструктуру и/или для устранения возможности поражения нескольких предприятий и поддерживающих их городских поселений одним термоядерным боеприпасом (включая радиоактивное заражение местности);



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.