авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |

«Содержание РОССИЙСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ В ПОИСКАХ СВОЕЙ ИДЕНТИЧНОСТИ Автор: В. В. РАДАЕВ....................... 2 О СТРАТЕГИИ РАЗВИТИЯ СИСТЕМЫ АТТЕСТАЦИИ КАДРОВ В РОССИИ Автор: В. Ф. ЛЕВИЧЕВА ...»

-- [ Страница 6 ] --

Большинство экспертов (56,8%) утверждают, что активизировать соучастие граждан в самоуправлении возможно "посредством разбюрокрачивания ТОСов, делегирования им полномочий, обеспеченных финансированием". Это позволит преодолеть "синдром неучастия", повысить уровень реальной включенности россиян в сети социального взаимодействия.

стр. Для гармонизации отношений между населением и властью одна треть опрошенных предлагает сделать местную власть более открытой и прозрачной, информировать население о ее акциях и ходе их реализации, установить обратную связь через изучение общественного мнения. Другая треть: создать социально-направленный бюджет поселения;

увеличить объем дотаций органам местного самоуправления для выполнения ими своих полномочий. Еще одна треть рекомендует вернуться к разработке государственной идеологии, объединяющей нацию, определить образ общества, которое мы создаем. Так, например, можно сформировать специальный земельный фонд для создания крестьянских и личных подсобных хозяйств за счет фонда перераспределения (16,7%);

за счет федеральных и региональных ресурсов (16,7%);

за счет оформления в собственность населения бесхозных домовладений и земельных участков (11,1%). Есть и другое мнение:

создавать такой фонд для этих целей нет необходимости.

По мнению экспертов, росту занятости и доходов населения будут способствовать привлечение инвестиций для создания предприятий по переработке сельхозпродукции (27,8%);

создание новых рабочих мест и повышение престижа аграрных профессий (16,7%);

развитие транспортной и социальной инфраструктуры (16,7%);

содействие организации малого и среднего бизнеса (11,4%) и др.

Большинство из них (92,4%) считают оправданным разработать региональные программы социального развития села, предусмотрев совершенствование управления в области здравоохранения, образования и культуры;

повышение технической оснащенности соответствующих учреждений;

рост заработной платы сотрудников и создание преференций по закреплению на селе выпускников вузов;

восстановление единства обучения и воспитания молодежи.

Эксперты считают, что следует создать нормативно-правовые условия для внедрения достижений науки, наработанных ею процедур и технологий в практику муниципального управления, привлечь социальную инженерию, в частности, социально-ориентированное консультирование. Те из них, которые представляют властные структуры, правомерно рассчитывают на ученых, в том числе, социологов. Ведь именно социологический подход наиболее информативен для диагностики состояния местного самоуправления и его совершенствования посредством социальной инженерии.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Зинченко ГЛ. Сельская администрация в структуре властной вертикали. Ростов-на-Дону:

Изд-во СКАГС, 2001.

Зинченко Г. П. Чем управлять: территорией или общиной? / Эффективность самоуправления муниципальных образований городских и сельских поселений (опыт России и Германии). Мат. междунар. науч. - практ. конф. Ростов-на-Дону: Изд-во СКАГС, 2011.

Мнение населения о современном состоянии местного самоуправления в сельских поселениях. Ростов-на-Дону: Изд-во СКАГС, 2011.

стр. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ГРАЖДАН И ПОЛИЦИИ: СОСТОЯНИЕ И Заглавие статьи ПЕРСПЕКТИВЫ Автор(ы) М. В. ЖЕРНОВОЙ, В. В. ГЛУХОВ Источник Социологические исследования, № 7, Июль 2013, C. 110- Социология права. Девиантное поведение Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 24.5 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ГРАЖДАН И ПОЛИЦИИ: СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ Автор: М. В. ЖЕРНОВОЙ, В. В. ГЛУХОВ ЖЕРНОВОЙ Михаил Васильевич - кандидат юридических наук, кандидат медицинских наук, доцент, ведущий научный сотрудник ФГКУ "ВНИИ МВД России" (E-mail:

artemdvgu@yandex.ru);

ГЛУХОВ Владимир Владимирович - кандидат экономических наук, доцент Дальневосточного федерального университета.

Аннотация. В статье содержится анализ состояния и перспектив взаимодействия населения и полиции, основанный на социологических исследованиях, проведенных ФККУ, ВНИИ МВД России, а также ВЦИОМ в 2008 - 2011 годах.

Ключевые слова: безопасность * полиция * сотрудничество Сложность криминальной обстановки в стране, снижение доверия к правоохранительным органам со стороны населения требуют совершенствования механизмов принятия управленческих решений в деятельности органов внутренних дел. Поэтому неслучайно основным критерием оценки их деятельности в соответствии с Федеральным законом "О полиции" выступает мнение населения, а органы внутренних дел должны на постоянной основе осуществлять его мониторинг.

Важнейшей задачей изучения общественного мнения является отслеживание межрегиональных различий уровня криминальной ситуации и ее динамики. Такая информация имеет не только практическое значение: в одних случаях она ориентирует на принятие экстренных мер по борьбе с нарушением правопорядка и по усилению профилактики противоправных действий, а также по развитию диалога с обществом, в других - на изучение позитивного опыта, который может быть использован в регионах страны. Цель мониторинговых исследований в изучении уровня виктимизации населения, что позволяет судить о степени латентности преступных посягательств того или иного вида [Ситковский, 2011].

Реформирование системы органов внутренних дел сводится не только к реорганизации бюрократических организационных структур, но и к качественным изменениям механизмов управления. Важно привести содержание и качество их деятельности в соответствие с подлинным правоохранительным назначением, определяемым современными потребностями российского общества [Касян, 2007].

В 2011 году ВЦИОМ провел социологические исследования, в ходе которых был проведен количественный опрос населения в 83 субъектах РФ: в каждом из них опросили не менее 500 респондентов, общий объем выборки составил 41500 опрошенных. Как показало исследование, главной причиной неудовлетворенности граждан результатами обращения в полицию является невнимательное, а порой грубое отношение к ним ее сотрудников.

Негативное отношение к работе отдельных служб аккумулируется в нелюбовь к полиции в целом как органу правоохранительной системы государства.

стр. Таблица Оценка сотрудниками своей служебной деятельности (в % от числа опрошенных сотрудников милиции) Категория Удовлетворенность службой Характер общения с Сложность сотрудников гражданами работы с полиции потерпевшими Удовлетворены Не Успешный Не Сложно Не удовлетворены успешный сложно Руководители 57 9 97 2 22 ОВД Сотрудники 64 18 97 1 17 ГИБДД Сотрудники 70 15 86 13 21 ППС Участковые 60 12 85 12 13 Следователи 81 9 89 7 14 Сотрудники 72 8 88 12 40 дежурных частей Исследования, проведенные ФГКУ "ВНИИ МВД России" среди различных категорий сотрудников полиции, выявили неадекватное реальному положению дел восприятие последними своих отношений с населением. Рассматривая службу с точки зрения социальных взаимодействий с людьми, в среднем более 60% опрошенных полицейских удовлетворены ею;

только 30% в той или иной мере выразили неудовлетворенность контактами с гражданами в процессе несения службы.

Большинство сотрудников служб и подразделений полиции (таких, как ППС, ГИБДД, дежурные части, службы участковых уполномоченных), полагают, что их общение с населением проходит весьма успешно и эффективно. При этом баланс оценки сложности профессиональной работы с потерпевшими складывается в пользу, скорее, несложной, чем сложной работы.

Признание в большинстве случаев отсутствия проблем взаимодействия с населением у сотрудников полиции отмечено практически по всем типам заявлений, поступающих от граждан и связанных с различными правонарушениями и преступлениями, а также по социально-демографическим показателям заявителей (полу, возрасту, национальности).

Исключение составляет оценка сложности работы по социально-психологическим характеристикам обращающихся граждан, которая рассчитывается как показатель разности положительных и отрицательных оценок сложности работы, соотнесенный с общим числом опрошенных. Индекс принимает значение от (+1) - абсолютно несложная работа, до (-1) очень сложная работа. Термин "сложность" в данном случае следует рассматривать как степень соответствия профессиональных способностей необходимости разрешения сложившейся ситуации.

В этом плане существенную сложность для сотрудников полиции составляет работа с гражданами, у которых завышенная самооценка (-0,39), высокопоставленные покровители (-0,2), криминальное прошлое (-0,14).

Таким образом, психически нормальные, ранее не судимые, без высокопоставленных покровителей граждане, которые просят, а не требуют правовой помощи - вот тот обычный контингент населения, с которым у сотрудников полиции, по их оценкам, устанавливаются более-менее конструктивные контакты.

Если рассматривать ситуацию с точки зрения специфики, характерной для деятельности конкретных служб полиции, то в большей степени элементы негативизма со стороны обращавшихся граждан характерны для оценок сотрудников дежурных частей (возмущение), следователей (чувство неприязни), сотрудников ППС (чувство возмущения, выражение неприязни), сотрудников ГИБДД (возмущение, обещание жаловаться).

Широкую распространенность в контактах представителей всех категорий сотрудников полиции с гражданами имеет состояние "нервозности, настороженности".

стр. Таблица Мнение сотрудников полиции о типичных образцах поведения граждан при контактах с полицией (в % от числа опрошенных) Категории Поведенческие реакции сотруднико Спокойные Нервничают, Нейтральн Возмущают Выража Чувству в полиции доброжелатель настораживаю ые ся, обещают ют ют ные тся жаловаться угрозы неприязн ь Руководите 36 25 46 11 ли ОВД Сотрудник 37 23 47 16 8 и ГИБДД Сотрудник 27 24 38 20 12 и ППС Участковы 35 20 52 17 3 е Следовател 41 16 36 14 9 и Сотрудник 20 32 16 44 8 и дежурных частей Далее идет реакция "возмущения, обещания жаловаться" в вышестоящие и надзирающие за соблюдением законности инстанции. На третьем месте - "желание избежать (сократить) контакт с сотрудниками полиции", менее распространена реакция, связанная с "угрозами в адрес сотрудника полиции". Такой же приоритет в эмоциональных реакциях на контакт с полицией отмечается и в опросах населения. Разница позиций населения и полиции состоит в том, что распространенность "ожидания неприятностей" у населения в два раза больше (43% в оценках населения против 24% в оценках сотрудников милиции), а распространенность "возмущений" в три раза меньше (15% и 5% соответственно).

Несмотря на существенную разницу в оценках и учитывая вектор их направленности с обеих сторон, можно утверждать, что главная особенность, мешающая конструктивному взаимодействию полиции с гражданами, заключается в недоверии к ней со стороны населения и в малом интересе к потребностям общества со стороны сотрудников полиции.

По самым строгим оценкам, около 40% законопослушных граждан в процессе взаимодействия с полицией испытывают отрицательные эмоции, главные из которых настороженность, предвосхищение возможных неприятностей, а не ожидание помощи.

Оценивая социально-психологический фон, на котором приходится контактировать с гражданами при исполнении служебных обязанностей, полицейские отмечают, что последние обычно ведут себя спокойно, доброжелательно или нейтрально, без эмоций (табл. 1 и 2).

Несмотря на относительно благоприятные условия для осуществления контактов с населением, в среднем около 20% сотрудников полиции, работающих с заявителями, отмечают элементы их агрессивности, настороженности, неприязни и т.п.

Таким образом, полиция как действующий субъект в поле социальных отношений с населением адекватно оценивает то, как она в эмоциональном плане воспринимается гражданами. Это не просто знание и понимание себя как социального субъекта, но и знание того, как люди реагируют на это рефлектирующее знание и понимание. Другое дело, насколько для полицейских ценно и значимо понимание этой стороны взаимоотношений с гражданами.

Данные проведенного исследования сотрудниками ФГКУ "ВНИИ МВД России" позволили получить информацию об адекватности представлений сотрудников полиции о том, почему граждане не удовлетворены их работой. Налицо несовпадение с мнением населения.

Большинство граждан (более 70%) причины неудовлетворенности действиями полиции связывают с их негативным и грубым поведением.

стр. 1. Невнимательное (грубое) отношение сотрудников полиции 2. Неумение полицейских оперативно раскрыть преступление или правонарушение 3. Нежелание полицейских бескорыстно исполнять свои обязанности 4. Несовершенство российских законов, не позволяющее полицейским решать вопросы 5. Отсутствие у полиции сил и средств решения вопроса 6. Другое Рис. 1. Причины неудовлетворенности результатами обращения в полицию 1. Не верили, что полиция поможет 2. Считали, что обращение в полицию отнимет много времени 3. Считали, что обращение в полицию будет дополнительным стрессом 4. Не хотели огласки преступления или правонарушения 5. Боялись возможной мести криминальной среды или сообщников преступления 6. Пытались принять собственные меры 7. Решили обратиться в другие правоохранительные органы 8. Решили обратиться в частные детективные или охранные структуры 9. Решили обратиться в общественные или некоммерческие организации 10. Решили обратиться к криминальной среде Рис. 2. Причины необращения граждан в полицию по криминальному поводу В ответах сотрудников полиции, причины неудовлетворенности их работой людьми существенно искажены. Для них, в первую очередь, это несовершенство законодательства 34% ответов;

отсутствие сил и средств, что не позволяет в полной мере решать проблемы населения, - 17%. Полиция склонна объяснять недовольство населения внешними обстоятельствами. Для сотрудников важны не причины неудовлетворенности их работой со стороны населения, а проблемы, которые мешают им качественно осуществлять свою профессиональную деятельность (рис. 1).

Негативный опыт общения граждан с сотрудниками полиции является основной причиной их нежелания обращаться за содействием к ним при происшествиях противоправного характера. По данным опросов, треть граждан, которым в прошлом требовалась помощь полиции, к ней не обращались, ибо не верили в эффективную помощь, не желали тратить зря время и др. Сотрудники согласны с такой мотивацией граждан. Вместе с тем, по другим мотивам необращения, обусловленным криминальными стр. случаями, этого сказать нельзя. В частности, сотрудники полиции склонны преувеличивать опасения населения относительно "огласки преступления", "мести со стороны преступников", "решение обратиться к криминальной среде", но явно недооценивают "боязнь людьми дополнительных волнений и стрессов", "попытки принятия собственных мер" (рис. 2).

В результате анализа оценки сотрудниками полиции показателей качества своих взаимоотношений с населением, можно подчеркнуть следующее. Фактор успешности в социальном общении при выполнении служебных обязанностей, который они часто используют, имеет скорее формальное, чем содержательное значение. На вербальном уровне их оценки практически не связаны с эмоционально-коммуникационной сферой взаимодействия и не основаны на субъективной потребности самореализации сотрудников в сфере социальных отношений.

Характеризуя контакты с населением как успешные полиция вступает в противоречие с объективной реальностью и с восприятием ее образа, формируемого в массовом сознании.

Полицейские удовлетворены этой стороной своей работы. На второй план в их оценках отходит осознание необходимости решения проблем "потерпевших", отношение к которым носит зачастую упрощенный, второстепенный характер.

Анализ данных показывает, что повышение авторитета полиции в глазах граждан возможно лишь при реальном укреплении правопорядка, внимательном отношении к гражданам и эффективности защиты их прав и законных интересов;

приоритетности для сотрудников органов внутренних дел во взаимоотношениях с населением идей социального партнерства;

комплексном использовании всех имеющихся сил, средств и возможностей органов внутренних дел и решении возложенных на них задач с привлечением общественных объединений, религиозных организаций, средств массовой информации и населения;

проведении единой информационной политики органов внутренних дел, основанной на объективности, оперативности, регулярности, открытости.

На современном этапе требуется и массированная информационная кампания, направленная на создание положительного образа гражданина, готового к сотрудничеству с полицией, параллельно с разрушением образа "стукача", а также разъяснение населению значимости их роли как граждан в процессе обеспечения общественной безопасности.

По данным изучения общественного мнения, в качестве приоритетных мер в укреплении безопасности граждан и повышения эффективности работы полиции большинством респондентов были названы следующие: повысить качество отбора сотрудников;

бороться с коррупцией;

повысить квалификацию, профессиональную подготовку;

повысить служебную дисциплину, улучшить учет и регистрацию заявлений граждан;

шире привлекать общественность к борьбе с преступностью и охране общественного порядка.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Касян В. Ю. Оценка организации правоохранительной деятельности органов внутренних дел: вопросы методологии: Дис...канд. юрид. наук: 12.00.11. М., 2007.

Российская газета. 2011. 8 февраля.

Ситковский А. Л. Изучение общественного мнения об уровне безопасности личности и деятельности органов внутренних дел Российской Федерации. М.: ФГКУ "ВНИИ МВД России", 2011.

стр. ГЕНЕЗИС: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ Заглавие статьи РАЗВИТИЯ СОЦИОЛОГИИ ПРАВА В СЕРБИИ Автор(ы) И. БУЛАТОВИЧ, М. ПАЛЕВИЧ, Д. МАТИЧ Социологические исследования, № 7, Июль 2013, C.

Источник 115- Социология права. Девиантное поведение Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 21.1 Kbytes Количество слов Постоянный http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ адрес статьи ГЕНЕЗИС: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ СОЦИОЛОГИИ ПРАВА В СЕРБИИ Автор: И. БУЛАТОВИЧ, М.

ПАЛЕВИЧ, Д. МАТИЧ БУЛАТОВИЧ Иван - доцент Белградской Бизнес-школы;

ПАЛЕВИЧ Милан - доцент Юридического факультета Университета г. Крагуевац;

МАТИЧ Деян - ассистент того же университета.

Аннотация. В сербской научной мысли, обращенной к изучению государства и права, можно выделить несколько этапов ее развития.

Эти этапы практически шаг за шагом следуют тем же непростым путем, полным испытаний и многочисленных общественных потрясений, которые обозначили путь развития современного сербского государства и общества.

Ключевые слова: социология * право * доктрина * развитие Научная мысль, посвященная изучению государства и права в Сербии, переживала взлет и бурное развитие в начале XIX века. Это период создания сербского национального государства и зарождения гражданского общества. После открытия Лицея в 1838 г. в г. Крагуевац и особенно его Правоведческого отделения, возникают необходимые условия и соответствующая среда для ускоренного развития как науки вообще, так и для научных дисциплин по проблемам государства и права.

На первом этапе в развитии сербской юридической мысли появляются исследования наших выдающихся юристов. В конце 30-х гг. XIX в., Йован Филипович публикует свою Философию права и представляет первый труд по общей теории права. Йован Стерия Попович, первый профессор естественного права Лицея в Крагуеваце и Белграде, выступает с теорией естественного права, в которой ощущается сильное влияние философии права Канта. Представителями гегелевской философии права в этот же период являются Райко Лешьянин и Димитрие Матич. Лешьянин отходит от теории естественного права и считает, что основание права следует искать в свободной воле человека и его интеллекте, тогда как Матич выводит право из идеи свободы. Труд Глигория Гершича, одного из самых значительных теоретиков права XIX в., [подробнее см.: Йованович, 1991], является одним из переломных моментов в истории сербской теории права и в то же время обозначает завершение первого этапа ее развития. Излагая энциклопедию права в духе позитивистской философии, Гершич своими взглядами, сложившимися под влиянием историко-правовой школы и идей Рудольфа фон Иеринга, прерывает доминирование подхода, ориентированного только на естественное право.

Первая половина XX века представляет собой второй этап в развитии научной мысли, посвященной изучению государства и права в Сербии. В отличие от своих предшественников теоретики права этого периода все меньше интерпретируют актуальные течения европейской юридической мысли, и все в большей степени создают научные труды, являющиеся оригинальным вкладом не только в отечественную, но и в европейскую правовую науку. В этот период осмысливаются основные вопросы общей теории права, на которые даются оригинальные ответы. Так, Живойин Перич связывает право с современными условиями в обществе, вводя, таким образом, социологический метод толкования права [Ситип, 1979:

36]. Один из крупнейших теоретиков права, Слободан Йованович стремится к тому, чтобы нормативистский подход к государству, идеалистический по своей сути, связать и объединить с социологическим подходом, одновременно отвергая актуальные в то время марксистские теории [Jовановиh, 1990: 29 - 68]. Тома Живанович поднимает правовую науку до уровня со стр. временной ему европейской юридической науки, а Джордже Тасич работает практически над всеми важнейшими вопросами общей теории государства и права, а также философии и социологии права. В его подходе успешно сочетаются на первый взгляд противоположные идеи нормативистского и социологического направлений. Развивая их, он создает самобытную оригинальную концепцию государства и права.

Введение в научный оборот социологического подхода в изучение государства и права, а также переводы произведений европейских социологов в период между двумя мировыми войнами внесло существенный вклад в начало развития социологической мысли в Сербии, тем самым хотя и опосредованно, начало развития социологии права как самостоятельной научной дисциплины [Митровип, 1982: 122].

Именно в это время Йован Джорджевич публикует в журнале "Социолошки преглед" одну из первых статей, посвященных социологическо-правовой проблематике [Митровиh, 1938: 141 - 152], а Слободан Йованович читает лекции докторантам, в том числе, и по социологии права [Радомировиhа, 2000: 207].

Радомир Лукич свои первые лекции на юридическом факультете в Белграде в 1940 г. посвящает рассмотрению понятийного аппарата, предмету и методу социологии права, соотношению этой дисциплины с правовой наукой, с одной стороны и с общей социологией с другой [Лукиh, 1941: 175 - 203]. Он публикует еще одну статью, опирающуюся на социологическо-правовой анализ "О злоупотреблении правом".

После окончания Второй мировой войны и победы коммунистического начала в нашей научной мысли, занимающейся изучением права, происходит резкий разрыв с прежним подходом, что означает завершение второго этапа ее развития. Советская доктрина и марксистский подход обладают всепроникающим влиянием на сферы жизни общества. В первые послевоенные годы на юридическом факультете в Белграде используются советские учебники по курсу теории государства и права [Поповиh, 1995: 150 - 151]. После принятия Резолюции Информбюро Югославии советское влияние ослабевает и наша научная мысль вновь начинает более или менее самостоятельно заниматься рассмотрением существенных вопросов теории государства и права, исключительно на марксистских основах. К сожалению, это не коснулось социологии права, которая воспринималась как буржуазная наука, и ей просто не было места в научной и общественной среде постулатов исторического материализма. Такая обстановка сохранялась, к сожалению, почти полвека, что обусловило существенное отставание в формировании социологии права как отдельной, самостоятельной научной дисциплины.

Появление в середине 60-х годов прошлого века книги Рудольфа Леградича под названием "Социология права" [Леграduh, 1965: 23] не вызвало повышенного интереса нашей научной общественности.

Причины этого, как нам кажется, были в самом определении предмета и понятийного аппарата этой дисциплины, представленном автором. То есть Р. Леградич считает социологию права общей теорией права, которая рассматривается с точки зрения марксистской социологии, изучающей посредством диалектического анализа и синтеза мораль, право и государство в соответствии с объективными социалистическими законами общественного развития. Идеологизированный подход, сам по себе имеющий право на существование, но не опирающийся на логически и научно обоснованные аргументы, несет содержательную невозможность такого понятийно-предметного определения любой самостоятельной научной дисциплины. Рассмотрение и изучение любой научной дисциплины и ее проблематики с любой точки зрения, пусть и марксистской, само по себе никоим образом не создает новую научную дисциплину, а является изложением и анализом существующей, то есть той же проблематики, только с несколько иной точки зрения, и не более того. Именно поэтому мы полностью соглашаемся с оценкой, что труд Р.

Леградича хотя и имеет некоторое отношение к социологии права, все таки в значительной мере представляет собой диалектику права [Радомировиh..., 2000: 208]. Поэтому появление этого учебника не привело к возобновлению интереса к разработке социологии права, который до начала Второй мировой войны в Сербии (и Югославии) был весьма живым. Несмотря стр. на публикацию некоторого количества статей в 70-е годы прошлого века [Лукиh, 1979: 17 - 24], литература по этому вопросу оставалась более чем скудной.

Введение многопартийности в начале 90-х гг. XX в., отказ от марксистского подхода к изучению общества, а тем самым государства и права оживляет интерес научной общественности к обновлению и формированию социологии права как самостоятельной научной дисциплины. Создаются кафедры теории и социологии права на юридических факультетах в Сербии;

социология права включается в учебные планы и программы факультетов сначала в постдипломном образовании, а затем и в базовые курсы. Начало XXI в. социология права встречает в качестве вполне сложившейся самостоятельной научной дисциплины, но в известной мере остается новой и недостаточно изученной областью. Это совершенно неизбежно периодически приводит к неточностям и недосказанности при рассмотрении отдельных вопросов.

Именно поэтому нам хотелось бы очень коротко остановиться на понятийно-предметном определении этой научной дисциплины. Мы полагаем, что именно эта проблематика содержит основополагающие вопросы, на которые следует опираться при дальнейшем изучении всего материала социологическо-правовой природы, так как ответы на эти вопросы одновременно определяют и характер данной научной дисциплины.

Мы полностью согласны с принципом неразрывной связи предмета и метода научной дисциплины, на что указывал и Радомир Лукич более семидесяти лет тому назад [Лукиh, 1941: 177]. Необходимо, по нашему мнению, прежде чем приступить к самому анализу, отметить, что абсолютно правомерной является позиция, в соответствии с которой определение характера социологии права не является приоритетным вопросом. Данная научная дисциплина по сути своей междисциплинарна, поэтому она колеблется между правовой наукой (понимаемой как общая наука о праве, или теория права) и общей социологией как между своими, условно говоря, материнскими дисциплинами [Максимовиh, 1998: 233].

Не отрицая очевидный междисциплинарный характер социологии права, мы склонны считать, что этот вопрос имеет содержательное значение.

Так, Зоран С. Николич дает определение социологии права совершенно в духе Ж. Карбонье [Карбонье, 1992:6], отрицая различие между социологией права и правовой социологией, описывая его как различие в терминологическом подходе содержательно одного и того же понятийного явления, научной дисциплины. Для него эта дисциплина только раздел общей социологии, то есть отдельная научная дисциплина в обширном корпусе отдельных социологических наук, объектом изучения которой являются первичные и вторичные проявления права, имеющие реальный, то есть эмпирический общественный характер [Николиh, 2008: 67]. Первичные проявления, как полагает этот автор, включают в себя практический характер общих и отдельных правовых актов, а под вторичными правовыми явлениями он подразумевает все прочие общественные явления, вступающие в любой функциональный контакт с правом, прямой или косвенный. Интересны его соображения о невозможности идентификации понятия права с позитивным правом, поскольку, как утверждает автор, за правом всегда должен стоять некий авторитет общественной силы, а правовые акты не могут считаться правом, если они противоречат основополагающим человеческим и цивилизационным ценностям, таким как свобода, равенство, справедливость и человеческое достоинство.

Милош Марьянович более осмотрителен в определении природы этой научной дисциплины;

он приводит большую часть существующих актуальных представлений по этому вопросу [Мариановиh, 2009: 5 - 8], при этом отказываясь занять какую-либо позицию, считая, что "...

определение, ограничение и разграничение социологии права как основополагающая проблема научной дисциплины еще не произведены удовлетворительным и общепринятым образом". Он отказывается от четкого изложения собственного взгляда на предмет этой научной дисциплины и одновременно приводит высказывание Югослава Станковича [Станкович, 2000: 14] о шести главных областях ее проблематики, включающих определение социологического понятия права и правового явления как общественного явления, изучение влияния общества на процесс формирования и применения права;

изучение влияния права на общество и закономерности его развития. Марьянович в этот перечень добавляет также исследование стр. развития социологии права, одновременно указывая, что в рамках рассмотрения проблематики закономерностей развития права особенно детально следует рассматривать влияние на право процессов глобализации и трансформации. Автор считает целостным социологическим определением явления права только то, которое в своем структурном единстве включало бы его ценностный, нормативный и общественный элемент. Иными словами, он право рассматривает "как специфическую общественную реальность, регулируемую порядком норм, определяемых государством, в соответствии с доминирующими ценностями" [Мариановиh, Нав. дело: 10].

Не следует обходить вниманием и сторонников междисциплинарной природы этой научной дисциплины, чьи взгляды отражены в нашей новейшей литературе по социологии права. Сторонники такого подхода к определению предмета и понятийного аппарата социологии права подчеркивают, что спор о предмете этой научной дисциплины, по сути дела, это спор о том, является ли она в первую очередь правовой или же все-таки социологической дисциплиной. Подчеркивая, что речь идет о самостоятельной научной дисциплине, занимающей положение между правовой и социологической наукой, Радомирович, Подгорац и Максимович определяют предмет этой науки как регистрацию, формулирование и проверку взаимозависимостей, содержащих хотя бы по одному правовому и одному фактору любой иной природы. Эти авторы подчеркивают, что необходимо отличать теоретическую социологию права от прикладной;

при этом теоретическая социология права занималась бы исключительно научным анализом права как общественного института, а на практике представляла бы собой, своего рода вид правовой политики [Радомировиh: 175 - 180].

С учетом вышеизложенного можно сделать совершенно обоснованный вывод, что в сербской социологическо-правовой мысли в основном, за редкими исключениями, преобладает представление о социологии права как о социологической дисциплине. Мы считаем такой подход вполне имеющим право на существование, но не можем с ним полностью согласиться. Причин этому много. Нет сомнения в том, что социология права может рассматриваться и как одна из многих отдельных социологии, которые изучают общественные нормы: как социология морали, социология религии и подобные дисциплины. Однако мы полагаем, что не следует пренебрегать сложностью и спецификой права как объекта изучения. Необходимость обладать общими теоретико правовыми знаниями является условием, без которого невозможно приступить к серьезному изучению права как с его формальной, так и с точки зрения его реальной стороны в смысле общественных проявлений.

Пренебрежение этим фактом приводит к недостаточно точному определению самого понятия права, сводя его до уровня всех остальных явлений в жизни общества без учета его специфики. Именно по этой причине мы считаем абсолютно неприемлемыми все те позиции, которые, помимо позитивного права, как предмета этой научной дисциплины, рассматривают и некое иное, отличное от него право, а также мнение о том, что позитивные правовые акты теряют правовой характер, если противоречат основополагающим цивилизационным ценностям.

Сторонники существования иного права, кроме позитивного, как будто бы не отличают иные формы общественных норм, как и сами ценности, от права как такового. Мы ни в коей мере не отстаиваем нелегитимность представлений, основанных на дуалистическом понимании права и различении позитивного и иного, естественного, общественного и любого другого права. Эти представления абсолютно легитимны, но недостаточно научно обоснованы, поскольку не дают четкого различения права и, например, морали и обычаев или же ценностей общества, таких как справедливость, мир, свобода и т.п. Нет сомнения в том, что различные ценности общества, как общественные нормы, несомненно, влияют на право как таковое, на его формирование и изменение, но они не становятся одновременно и правом как таковым. Не следует ни на мгновение забывать, что обратное влияние не только возможно, но и часто имеет место. Означает ли это, что право перестает быть тем, чем оно является, и становится неким иным явлением? С этим мы не можем согласиться. Право остается правом до тех пор, пока оно позитивно. В тот момент, когда оно перестает быть таковым, оно становится бывшим правом, точно так же, как будущее право становится правом стр. только тогда, когда становится позитивным. До этого момента оно только нечто, что только должно стать правом. Поэтому мы не можем согласиться и с позицией относительно того, что позитивное право теряет правовой характер, если противоречит основополагающим ценностям цивилизации. Тогда спрашивается, не являются ли эти ценности правом сами по себе, и как становится возможным, что они отличаются от позитивного права, имея в виду позицию сторонников такой интерпретации, если это явления того же порядка, что и право?

Относительный характер этих ценностей - это вопрос, который мы в данный момент не рассматриваем, но, если коротко, то совершенно оправданной является постановка вопроса об их универсальности, опирающейся на условия и специфику цивилизаций. Мы считаем, что наиболее взвешенным является подход, при котором предметом социологии права является детальное изучение всех существующих взаимозависимостей, имеющих в своем составе хотя бы по одному правовому элементу и по одному элементу иного характера. Тогда социологическое понятие права приобретает интегральный и синтетический характер, включая в себя одновременно нормативный, ценностный и социальный элемент права. Мы уверены, что таким образом социология права представляет собой научную дисциплину, которая интерпретирует как случаи влияния общества на право, с одной стороны, так и права на общество, с другой. Научная дисциплина с такой концепцией может быть способна более чем успешно отражать сложную проблематику общественного контекста создания, применения и соблюдения права, предлагая адекватные решения для позитивного права в будущем.

Перевод с сербского языка Елены Сагалович СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Ђорёовиё J. Социолоиjа и право, Социолошки преглед. Београд, 1938.

Ивановиё С. Из историjе кньижевности, Сабрана дела. Кньига 1. Београд:

БИГЗ, 1991.

Jовановиh С. О држави. Основи jедне правне теориjе. Сабрана дела. Том 8. БИГЗ. Београд, 1990.

Карбонjе Ж. Правна Социологиjа. ЦИД. Сремски Карловци. Нови Сад.

Титоград, 1992.

Леградиё Р. Социологиjа права, Савремена администрациjа. Београд, 1965.

Лукиё П. О поjму социологов права. Архив за правне и друштвене науке.

Кнь. 42 (59), бр. 3/1941. Правни факултет у Београду. Београд, 1941.

Лукиё Р. О поjму социологиjе права. Архив за правне и друштвене науке.

Кнь. 42 (59), бр. 3/1941, Правни факултет у Београду, Београд, 1941.

Лукиё Р. О злоупотреби права: (ньен друштвени основ и функциjа). 1942.

Лукиё Р. Социолошки поjам права. Зборник радова посвежей двадесетогодишньици Правног фа-култета. Правни факултет у Новом Саду. Нови Сад, 1979.

Максимовиё Е. Два правца у социологии права - социоцентрички и правно центрички (на примеру Жана Карбониjеа и Зигмунта Зjембиньског), у теориjа, филозофиjа и социологов права у свету - станье, проблеми, изазови, Зборник поводом другог скупа Jугословенског удруженьа за теориjу, филозофиjу и социологиjу права. Београд, 1998.

Марjановиё М. Нав. дело.

Марjановиё М. Социологиjа права. Правни факултет у Новом Саду. Нови Сад, 2009.

Митровиё М. Jугословенска предратна социологиjа. Истраживачко издавачки савет ССО Србиjе - Београд, 1982.

Николиё Ц. З. Социологиjа са елементима социологов права. Правни факултет на Палама. неточно Сараеjво, 2008.

Поповиё М. Општа мисао о праву Радомира д. Лукиёа, предговор у кньизи Лукиё, Р., Обзавезуjуhа снага правне норме и проблем обjективног права. Сабрана дела. Том 1. БИГЗ, Београд, 1995.

Радомировиё В., Подгорай, Т., Максимовиё Е. Нав. дело.

Радомировиё В., Подгорац Т., Максимовиё Е. Социологиjа са социологизм права. Правни факултет у Крагуjевцу. Крагуjевац, 2000.

Симиё М. Теориjа тумаченьа Живоjина М. Перила, у Зборник Правног факултета у Нишу. Правни факултет у Нишу. Ниш, 1979.

Станковиё J. Основи опште социологиjе права. Кнь. 3. Правни факултет у Београду. Београд, 2000.

стр. Заглавие статьи ДИНАМИКА НОРМ И ЦЕННОСТЕЙ РОССИЯН Автор(ы) С. В. МАРЕЕВА Социологические исследования, № 7, Июль Источник 2013, C. 120- Социология культуры Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 44.7 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи ДИНАМИКА НОРМ И ЦЕННОСТЕЙ РОССИЯН Автор: С. В.

МАРЕЕВА МАРЕЕВА Светлана Владимировна - к.с.н., старший научный сотрудник Института социологии РАН (E-mail: s.mareeva@gmail.com).

Аннотация. Представлены результаты эмпирического анализа норм и ценностей россиян по данным общероссийских исследований ИС РАН и Всемирного исследования ценностей. Сделан вывод о том, что их специфика демонстрирует качественные особенности, связанные с невозможностью их реализации в силу сложившихся в стране институциональных изменений. Показано, что взросление молодых поколений не сможет быть единственным фактором распространения новых ценностно-нормативных моделей1.

Ключевые слова: ценности * культурная динамика * нормы * поколение * Страны БРИК Результаты предыдущих исследований нашей группы (рук. - Н.

Тихонова) свидетельствуют о том, что в России процессы культурной динамики идут в направлении усиления дифференциации и плюрализации нормативно-ценностных систем2. При этом, судя по всему, уход от ценностей, характерных для обществ доиндустриальных (в России они уже практически не встречаются), не приводит к их замене ценностями развитых обществ поздне- и постиндустриальной стадии развития. Так, показано, что, хотя в России присутствуют группы с ценностями, характерными для современных обществ стран Запада, эти группы представляют относительное меньшинство. Доминируют же с большим перевесом разного рода альтернативные мировоззренческие группы с ярко выраженной национальной спецификой [Тихонова, 2012].

В данной статье мы обратимся, прежде всего, к проблеме специфики этого процесса в разных поколениях. Ведь нормы и ценности пореформенных поколений россиян формировались в период постоянных трансформаций в стране на фоне масштабных изменений в мире (глобализация, возникновение новых типов неравенств и т.д.). Это позволяет предполагать, что нормативно-ценностные системы, характерные для россиян разных возрастов, значимо отличаются от того, чем обладают среднее, а тем более - старшее поколения. При этом нормы и ценности сегодняшней молодежи России во многом, по нашему мнению, определят будущее страны, задавая возможные векторы ее развития.

Ключевыми для понимания специфики развития этих процессов выступают два обстоятельства - общие тенденции, направление, по которому они развиваются;

и структурные особенности, позволяющие понять, за счет чего происходят эти измене Статья подготовлена в рамках проекта РГНФ N 11 - 03 - 00561 а "Культурная динамика российского общества и перспективы модернизации России".

Нормативно-ценностные системы мы рассматриваем как ядро любой культуры, во многом определяющее (тем более - в случае межстрановых сравнений) е самобытность.

стр. ния, а также спрогнозировать их дальнейшее развитие. Основной вопрос в связи со структурными особенностями культурной динамики затрагивают ли они в равной степени все поколения или же обеспечиваются в основном за счет изменения ценностей молоджи. Как доказали на примере десятков стран Р. Инглхарт и К. Вельцель, для них характерны разные по их структуре типы развития норм и ценностей, предопределяющие и иную готовность населения к принятию тех или иных институтов, и разные темпы процессов модернизационных изменений в них [Инглхарт, Вельцель, 2011]. Вот почему целью данной работы является выявление специфики молодежи по сравнению с другими поколениями.

Для такого рода анализа применяются различные методики. Мы решили использовать показатели, которые, судя по результатам наших предыдущих исследований, имеют наибольшую значимость для дифференциации нормативно-ценностных систем россиян3. Все они описывают те или иные аспекты, характерные для обществ современного типа, где свойственные развитой рыночной экономике институты и механизмы принимаются и поддерживаются населением (конкуренция воспринимается как желаемый элемент экономического устройства, право частной собственности - как одно из базовых прав человека и т.д.), в центре общественных отношений находится индивид и его интересы, а политическая жизнь строится по демократическим принципам.

Как происходит распространение этих ценностей в России? Какую роль играет при этом фактор возраста, какие выводы относительно общей динамики нормативно-ценностных систем россиян можно из этого сделать4? В попытке ответить на эти вопросы начнем с ценностей индивидуализма, играющих ключевую роль для перехода от коллективистских культур к культурам индивидуалистического типа. Эти ценности были измерены с помощью ряда индикаторов. Один из них, показавший высокую значимость, - выбор общества (который, как показывают данные, остается достаточно стабильным все последние годы), в котором им хотелось бы жить, в дилемме "общество индивидуальной свободы/общество социального равенства" (см. рис. 1).

Конечно, сам по себе выбор социального равенства как более предпочтительного еще ни о чем не говорит, поскольку интерпретация этого равенства может быть различна - и как равенства прав, и как равенства возможностей, и как равенства положения и условий жизни.

Как видно из рис. 1, доля сторонников общества социального равенства в последние 15 лет стабильно составляет более 60%, в то время как на общество индивидуальной свободы ориентировано около трети. Это, впрочем, отнюдь не означает, что свобода не является базовой ценностью для россиян, и данные исследований свиде В их число входят такие индикаторы как выбор в дилемме "общество индивидуальной свободы - общество социального равенства", стремление жить как все или выделяться среди других, позитивное или негативное отношение к индивидуализму, восприятие индивидуализма, либерализма и западной демократии как подходящих ценностей для России, отношение к конкуренции, допустимость частной собственности на природные богатства страны, понимание плюрализма интересов и взглядов людей, оценка необходимости наличия оппозиции для демократического устройства общества, понимание роли оппозиции, отношение к праву индивида отстаивать свое мнение даже вопреки большинству.

Эмпирической базой анализа послужили данные мониторинговых исследований РНИСиНП 1993 - 2000 гг., а также исследований ИКСИ РАН и Института социологии РАН 2001 - гг., в т.ч.: "Новая Россия: десять лет реформ глазами россиян" (2001 год, n = 1743), "Богатые и бедные в современной России" (2003, n = 1750), "Граждане новой России: Кем они себя ощущают и в каком обществе хотели бы жить?" (2004 год, n = 2500), "Российская повседневность в условиях кризиса: взгляд социологов" (2009, n = 1750), "Готово ли российское общество к модернизации" (2010 г., n = 1734), "Двадцать лет реформ глазами россиян" (2011 г., n = 1750), "О чем мечтают жители России" (2012 г., n = 1738). Все они проводились одной и той же исследовательской группой по однотипной выборке, которая репрезентировала население страны в целом по региону проживания, а внутри каждого региона - по типу поселения, полу и возрасту (за исключением исследования 2012 г., которое охватывало россиян не старше 55 лет). Для межстрановых сравнений использовались данные Всемирного исследования ценностей (World Values Survey: World Values Survey 1981 - official aggregate v.20090901, 2009. World Values Survey Association (www.

worldvaluessurvey.org). Aggregate File Producer: ASEP/JDS, Madrid.) стр. Рис. 1. Динамика доли выбирающих индивидуальную свободу или общество социального равенства, 1998 - 2012* гг. (в % к числу опрошенных) * Для сопоставимости с массивом 2012 г., данные по предыдущим годам приводятся для россиян не старше 55 лет.

тельствуют об обратном (две трети россиян из года в год согласны с утверждением, что без свободы жизнь теряет смысл). Скорее всего это отражает остроту проблемы равенства в современном российском обществе, в контексте которой 37%, ориентированных на общество индивидуальной свободы как идеал, - очень высокий показатель, свидетельствующий о разложении культуры коллективистского типа. И все же выбор части общества индивидуальной свободы - характеристика американской нормативно-ценностной модели - не является, как видим, преобладающей в российском обществе. При этом динамика данного индикатора свидетельствует, что ожидать быстрого распространения представлений о доминировании индивидуальной свободы в ближайшее время не приходится.

Возраст оказывается важнейшим фактором выбора того или иного варианта ответа в данном вопросе5: среди россиян от 16 до 25 лет почти половина (45%) выбирали весной 2012 г. общество индивидуальной свободы;

среди россиян в возрасте 26 - 35 лет эта доля снизилась до 43%;

36 - 45 лет - до 36%;

46 - 55 лет - 23%. Таким образом, в поколении тех, кто родился в период "хрущевской оттепели" (1957 - 1966 гг.), и чь взросление пришлось на период брежневского времени (середина 1970 1980-х гг.), доля ориентированных на общество социального равенства вдвое выше, чем в поколении тех, кто родился после принятия в 1987 г.

серии законов ("О кооперации" и др.), открывших дорогу частной собственности и подготовивших масштабные экономические и политические реформы 1990-х гг.

Однако идеальная, в представлении россиян, модель устройства общества - не единственный индикатор, связанный с принятием ценностей индивидуализма. В числе других - выбор в дилемме "жить, как все/выделяться среди других". Его динамика за последние годы показывает, что сторонники и той, и другой позиции составляют два схожих по численности "лагеря". Так, в 2011 г. считали, что "жить, как все лучше, чем выделяться" 51% россиян;

49% - придерживались противоположного мнения (см. рис. 2). При этом за последние годы доли поддерживающих тот или иной выбор колебались, уступая друг другу первенство в разные годы, но оставались примерно равными (+/- 5%);

ценностный раскол россиян по этому индикатору достаточно устойчив.

Первоочередным фактором выбора того или иного суждения в этой дилемме вновь выступает возраст респондентов (см. рис. 2), и перелом в отношении к конформизму как норме жизни отчетливо приходится на 40 летний рубеж.

Более того, как видно из рис. 2, различия в ориентациях на конформизм и нонконформизм между молодежью и старшими группами населения проявляются очень ярко и имеют качественный характер. Для оценки вектора культурной динамики важно понимать, является ли это особенностью поколения молодежи, которое прошло Здесь и далее для проверки наличия статистической взаимосвязи использовался критерий Х-квадрат при уровне значимости 0,05.

стр. Рис. 2. Выбор в дилемме "выделяться среди других - жить как все" среди разных возрастных групп россиян, 2011 г. (в % к числу опрошенных) социализацию уже в новых исторических условиях, или же это специфика молодости как таковой. Данные говорят скорее в пользу второго предположения: если сравнивать динамику некоторых ценностных ориентации молодежи "образца" 2001 и 2011 гг., то видно, что распространенность нонконформизма остатся достаточно стабильной в разных возрастных подгруппах, и молодежь за последние лет стала даже чуть более конформистски ориентированной. Это значит, что, несмотря на заметные отличия молодежи, взросление ее не сможет, по всей видимости, выступить основным фактором распространения нонконформизма в целом, поскольку по мере взросления и накопления жизненного опыта взгляды значительной части россиян претерпевают в этом отношении заметные изменения.


Посмотрим теперь на еще один индикатор - отношение к самому понятию "индивидуализм". В 2010 г. положительно относились к нему 61% россиян, а 38% - испытывали скорее негативные ощущения при его упоминании. Этот индикатор отчетливо показывает высокую степень толерантности россиян к индивидуализму, свидетельствующую о том, что "Рубикон" в переходе от коллективистского к индивидуалистическому типу культур пройден. Несмотря на обеспокоенность россиян изменениями, которые происходили в последние годы (по оценкам изменений, произошедших с людьми и их отношениями за последние 15 - 20 лет, 3/4 россиян в 2012 г. отметили рост агрессивности и падение уважения к старшим, около 70% - усиление недоброжелательности, неискренности в отношениях, снижение альтруистической мотивации, душевности), индивидуализм как таковой до сих пор воспринимается позитивно. Общая картина преобладания позитивного отношения к индивидуализму сохранялась в течение последнего десятилетия, хотя (возможно, из-за обеспокоенности изменениями в отношениях в последние годы) показатели несколько снизились (в 2000 г. положительное отношение к индивидуализму высказывали 68%, т.е. на 7% больше, чем 10 лет спустя). Фактор возраста играл важную роль: среди россиян старше 50 лет доля отрицательно оценивших это понятие превышала долю оценивших его положительно;

в то время как среди молодежи до 30 лет у 70% это понятие вызывало положительные ассоциации;

а среди россиян в возрасте 31 - 50 лет доля положительно оценивающих индивидуализм превышала 60%.

Наконец, обратимся к суждениям о том, представляют ли для россиян ценность индивидуализм, либерализм и западная демократия или для них важнее чувство общности, коллективизм и жестко управляемое государство. В 2012 г. среди россиян не старше 55 лет согласие с суждением высказали 54%. Несмотря на положительное в целом отношение к индивидуализму, его конкретная реализация на практике кажется населению маловероятной, а для многих - и нежеланной. Сложно точно оценить, какую роль здесь играют особенности сознания (нежелание следовать западным образцам и уверенность в особом пути России), а какую - внешние институциональные условия, определяющие выбор населения (понимание, что в текущих условиях, при сложившейся "институциональной матрице", либерализм и демократия "по западной стр. модели" просто не будут работать, а ценности индивидуализма трансформируются во вседозволенность (как отчасти уже происходило в 1990 гг.)), но с полной уверенностью можно утверждать, что влияние оказывают оба фактора.

Как и в предыдущих случаях, наибольшую поддержку ценностям индивидуализма, либерализма и западной демократии высказала именно молодежь (20-летние, считающие, что западные ценности в принципе подходят и для России, составили большинство, в то время как среди тех, кому от 50 до 55 лет, таковых было уже больше трети). Однако в отличие от ситуации с "сознательным конформизмом", в этом вопросе перелом наступает в возрасте 25 лет, т.е. при появлении минимального жизненного опыта.

С этим индикатором тесно связан еще один - оценка приемлемости западного пути развития для современной России. По результатам наших исследований, этот путь входит в число ключевых индикаторов, определяющих приверженность тем или иным нормативно-ценностным системам (и не может туда входить, т.к. отражает мнение населения относительно конкретных моделей общества и их приемлемости для российской практики, возможности реализации в сложившихся условиях). Тем не менее, этот индикатор позволяет лучше интерпретировать полученные результаты. Данные показывают: большая часть россиян считает, что западный путь развития не подходит для России, и только около трети хотели бы видеть страну, живущей по правилам западных стран. Среди последних выделяется, прежде всего, самая младшая подгруппа молодежи - в возрасте от 18 до 21 года сторонники западного пути (см. табл. 1). В старших возрастных группах оценка возможности реализации западного пути развития в России снижается. Попробуем понять, насколько это является следствием взросления россиян и связанной с этим трансформации их ценностей или же следствием ценностных различий поколений, проходивших социализацию в совершенно разных условиях. Данные свидетельствуют скорее в пользу первого варианта (см. рис. 3).

Как видим, для населения в целом позиция по этому вопросу не претерпела существенных изменений за последние 10 лет: в 2001 г. о приоритетности западного пути развития России говорили 30%, в 2011 32%. Доля поддерживающих развитие России в ключе западных стран практически не изменилась и для отдельных возрастных групп, за исключением самой младшей (от 18 до 21 года) и россиян в возрасте 51 60 лет. По всей видимости, с возрастом молодежь все больше меняет ценностные приоритеты и отходит от восприятия западного общества как идеала развития, понимает невозможность реализации этой модели в России. Поэтому ожидать распространения в обществе представления о том, что западный образ жизни подходит для России, лишь за счет естественной смены поколений не приходится. Мнения по этому вопросу будут, по всей видимости, продолжать дифференцировать как население в целом, так и молодежь.

Таблица Мнения представителей различных возрастных групп россиян о возможном пути развития России, 2011 г. (в % к числу опрошенных) Альтернативные До 21 - 26 - 31 - 41 - 51- Старше суждения, в которых 60 60 лет 20 25 30 40 респонденты должны лет лет лет лет лет лет были выбрать один вариант Россия должна жить по 60 39 36 34 28 29 тем же правилам, что и современные западные страны Россия - особая 40 61 64 66 72 71 цивилизация, в ней никогда не привьется западный образ жизни стр. Рис. 3. Поддержка западного пути для России россиянами из разных возрастных когорт в 2001 и 2011 гг. (в % к числу опрошенных) Ситуация с индикаторами культурной динамики, относящимися к принятию ценностей индивидуализма и нонконформизма, достаточно устойчива. Общая картина распространения этих ценностей уже сложилась, сформировались группы сторонников тех или иных взглядов, и с этой точки зрения применительно к сегодняшнему дню можно говорить скорее не о культурной динамике, а о достаточно устойчивом положении. Возраст является важным фактором принятия или отторжения рассмотренных ценностей, однако смена поколений вряд ли внесет сильные коррективы в общую картину распространенности нормативно-ценностных систем, так как молодежь, взрослея и сталкиваясь с реальностью, корректирует свои представления.

Рассмотрим теперь блок индикаторов, связанных с нормативными представлениями россиян об устройстве экономической сферы жизни общества, которые также в ходе наших предыдущих исследований показали высокую значимость. В этот блок попали отношение к конкуренции и отношение к частной собственности на природные ресурсы. Отношение к конкуренции показывает готовность принимать конкурентную среду как таковую и эффективно действовать в условиях рыночной экономики, а отношение к собственности на природные ресурсы отражает степень принятия концепции частной собственности и границы этого института, поскольку именно с природными ресурсами большинство населения связывает будущее России (наиболее вероятный, по мнению россиян, сценарий развития России - превращение ее в энергетическую и сырьевую "сверхдержаву";

63% населения в 2010 г.

отметили, что Россия уже является таковой). Кому же, по их мнению, должна принадлежать в этих условиях собственность на ключевые для будущего России природные ресурсы? Распределение ответов на этот вопрос не сильно изменилось с 2000 г. По мнению большинства собственность на природные богатства должна находиться в руках государства (или народа - что на практике также означает государственную собственность). Частная собственность на природные ресурсы для россиян неприемлема - за последние 12 лет число сторонников государственной собственности возросло с 80% в 2000 г. до 87% в 2012 г. При этом качественных отличий в позиции россиян, принадлежащих к разным возрастным группам, не наблюдается, хотя среди самых молодых поддержка частной собственности на природные богатства страны выше, чем в других группах (см. рис. 4).

Посмотрим, как вообще позиционирует Россию на фоне других стран отношение ее жителей к государству и его роли в экономике. Нужно сказать, что специфика норм, касающихся взаимоотношений общества, государства и личности, и факторы, определяющие ее, давно является предметом интереса исследователей в разных странах [Svallfors, 2003;

Blekesaune, Quadagno, 2003;

AndreB, Heien, 2002]. Особенности стр. Рис. 4. Мнения о том, кому должны принадлежать природные богатства страны в разных возрастных группах россиян, 2012 г. (в % к числу опрошенных) этой модели в представлениях российского населения, заключающиеся в высокой важности роли государства, в том числе - и в экономической сфере, подтверждаются как нашими предыдущими исследованиями [Тихонова, 2005, 2011;

Мареева, 2010], так и данными Всемирного исследования ценностей. В ответах на вопрос, должна ли быть увеличена роль частного бизнеса или же в экономике должна быть увеличена роль государства, в опросах периода 1997 - 2001 г. по стремлению видеть большую роль государства в экономике выделялись Россия и Китай6. В них среднее значение ответов при ранжировании их по шкале от 1 до 10, где оценка "1" означала увеличение роли частного сектора, а "10" желаемое увеличение роли государственного сектора, превышало баллов, демонстрируя отчетливое тяготение к большей роли государства в экономике (6,8 для Китая и 6,1 для России). Кроме того, доля выбиравших самую крайнюю оценку по этой шкале, свидетельствующую об уверенном стремлении к абсолютному доминированию государства в экономике, в этих странах значительно превышала доля тех, кто выбирал крайнюю оценку, соответствовавшую выбору доминирования частного сектора (так, для России это соотношение составило 16% и 9% соответственно, а в Китае разрыв оказался еще больше - 24% и 7%).


Ситуация в Германии и Великобритании была качественно иной - для их населения характерным было стремление к увеличению роли частного сектора в экономике (крайние оценки, свидетельствующие о выборе усиления роли государства, составили в этих странах 3% и 7%, соответственно, а о выборе усиления роли частного сектора - 9% и 13%;

средние значения составили при этом 4,6 для Германии и 4,9 для Великобритании). К сожалению, данные Всемирного исследования ценностей не позволяют получить результаты более позднего периода, однако данные исследований ИС РАН свидетельствуют о том, что и в последние годы для большинства россиян было характерно неприятие рыночной экономики в ее чистом виде.

В то же время, молодые россияне чаще, чем старшие поколения, готовы поддержать именно экономическую модель свободных конкурентных рыночных отношений. Среди тех, кому до 30 лет, около половины склоняются к свободной рыночной экономике, возможно - с элементами планирования.

Другой индикатор, также связанный с ролью государства в нормативно ценностной системе россиян - мнение относительно распределения ответственности между государством и населением. При выборе оценки на шкале (где 1 означает согласие с утверждением, что большую ответственность за свое обеспечение должны взять на себя сами люди, а 10 - согласие с утверждением, что большую ответственность за Для сравнения здесь и далее были выбраны страны БРИК, Германия (как пример корпоративистской модели социальной политики и рейнской модели капитализма), Великобритания (пример либеральной модели социальной политики и англосаксонской модели капитализма), а также Польша (как славянская постсоветская страна, выбравшая последовательно европейский вектор развития).

стр. обеспечение населения должно принять на себя государство) медианное значение по данным Всемирного исследования ценностей составило для российских респондентов 8 баллов - при 5 в Великобритании, 7 в Германии и Бразилии, 6% в Польше, Китае и Индии. Россия выделялась не только медианным значением полученных оценок, но и долей тех, кто выбирал самое "сильное" утверждение о том, что на государстве должно лежать больше ответственности за благополучие населения - 42% - при в разы меньшем значении этого показателя в других рассматриваемых странах (для сравнения - в Великобритании эта доля составила 9%, в Германии - 16%, в Польше - 17%, в Бразилии - 27%).

Интересна и динамика показателей по этому вопросу. Судя по данным Всемирного исследования ценностей, в России в последние два десятилетия наблюдается рост запроса на ответственность государства за положение населения. В последние годы требование большей ответственности со стороны государства приобретало в России все больше сторонников - при снижении доли тех, кто занимал промежуточные позиции, и сторонников снятия с него этой ответственности. Основным дифференцирующим фактором и здесь выступил возраст респондентов - среди россиян "за 50" более половины выбирали самое "сильное" утверждение относительно необходимости увеличения ответственности государства за положение населения, в то время как среди тех, кто не достиг 30 лет, аналогичная доля составляла чуть больше трети населения (35%). Нужно отметить, что в странах БРИК тенденции, связанные с возрастом, в целом совпадают с российскими (чем старше население, тем большего оно ждет от государства). Это же характерно и для Польши, но возрастная дифференциация выражена во всех этих странах гораздо менее явно, чем в России.

Завышенные, по сравнению с другими странами, ожидания от государства - не норма национальной культуры, а реакция на сложившиеся институциональные условия. Отношение к тому, должны ли сами люди принимать на себя ответственность, отражается в поддержке населением России ценностей индивидуализма и нонконформизма, в то время как вопрос о том, могут ли они сделать это в сложившихся условиях, могут ли они выжить без поддержки государства - это не вопрос их к этому готовности, а вопрос наличия у них такой возможности;

и данные показывают, что население в целом считает, что такой возможности на настоящий момент в стране нет.

Что касается второго индикатора - отношения к конкуренции - то в г. 65% россиян согласились с утверждением о том, что конкуренция - это хорошо, она заставляет людей напряженно трудиться, побуждает выдвигать новые идеи;

35% высказали мнение, что конкуренция вредна, т.к. усиливает в человеке дурные стороны. И вновь важным фактором, дифференцирующим взгляды россиян, выступил возраст - в старших когортах позитивная оценка конкуренции заметно сокращалась, а негативная - росла, хотя даже среди тех, кто старше 60 лет, доминирует все же позитивное отношение к ней. Данные Всемирного исследования ценностей подтверждают положительное отношение россиян к конкуренции, однако свидетельствуют и о том, что в пореформенные годы оно ухудшалось. Это выразилось в сокращении числа уверенных сторонников конкуренции с 63% (1990 г.) до 49% (2006 г.) и в росте ее столь же уверенных противников с 8% (1990 г.) до 15% (2006 г.). Таким образом, данные вновь говорят о том, что при изначальной поддержке индивидуализма, настрое на конкуренцию, готовности к социальному неравенству, возникающему вследствие конкуренции на легитимных основаниях (более высокий уровень образования, большая эффективность работы), реализация этих ценностных ориентации на практике для россиян затруднительна из-за сложившихся в стране условий.

Если же обратиться к вопросу о том, как такое отношение к конкуренции характеризует россиян относительно жителей других стран, то стоит, прежде всего, отметить, что россияне вообще склонны давать более радикальные оценки - как позитивные, так и негативные. Выбор наиболее позитивной оценки конкуренции (один балл из десяти возможных) был характерен для 10% населения Германии, 16% населения Великобритании, 12% населения Польши. В рамках большинства стран БРИК в этом стр. вопросе Россия с ее 28% выделяется меньше - позитивные оценки конкуренции составляют 27% в Бразилии и 25% в Китае, что близко к российским данным.

Если говорить о сторонниках точки зрения, по которой конкуренция абсолютно вредна для общества, то здесь Россия опять выделяется в сравнении со странами Западной Европы: в нашей стране только 8% разделяют эту позицию, но это больше, чем в Германии (2%) или Великобритании (4%) и сопоставимо с Польшей (9%). В контексте стран БРИК эти различия меньше - Россия, Индия и Бразилия демонстрируют примерно равные доли яростных противников конкуренции, в то время как Китай характеризуется только 2% сторонников этой позиции.

Таким образом, по отношению к конкуренции российское общество в целом оказывается более поляризовано, чем западные страны. Данные показывают, что в России остро стоит проблема конфликта сторонников разных представлений об идеальной модели общества, и эти представления вряд ли могут быть приведены к единому знаменателю по крайней мере, тенденции последних лет скорее свидетельствуют об углублении различий между ними и нарастании уверенности сторонников каждой из групп в своем выборе (ниже мы покажем, что и само население осознает эту ситуацию: две трети россиян считают, что плюрализм взглядов и мнений в современной России не дает возможности действовать так, чтобы это устроило всех).

Если же говорить о молодежи, то она относительно близка по своему положительному отношению к конкуренции, особенно в странах БРИК.

Средние значения для молодежи этих стран составили 3,8 в России, 3,7 в Китае, 2,3 в Индии и 4,6 в Бразилии (при этом для Бразилии оценки характеризовались наибольшим разбросом - стандартное отклонение составляло 3,05 при аналогичных показателях в 2,3 - 2,7 для других стран). Тем не менее, как видим, молодежь всех этих стран в целом положительно относится к конкуренции, признавая ее как необходимый элемент экономических отношений. Ухудшение отношения к конкуренции по мере взросления населения характеризовало только Россию и Индию.

Таким образом, и в блоке индикаторов, относящихся к экономическому устройству общества, общая картина достаточно устойчива, и культурная динамика свидетельствует лишь о ситуативной реакции россиян на проблемы сложившейся сегодня в России "институциональной матрицы".

В заключение обратимся к блоку индикаторов, так или иначе связанных с политической сферой жизни общества (см. табл. 2). Картина, которая складывается по этим данным, не вполне однозначна. С одной стороны, для большинства россиян уже характерно понимание и принятие плюрализма интересов и взглядов, для трех четвертей характерно понимание свободы индивида отстаивать свою точку зрения даже в противовес большинству, для 61% очевидна необходимость оппозиции при демократическом устройстве общества. С другой стороны, большинство населения (61%) Таблица Согласие россиян с некоторыми нормативными суждениями, 2011 г.

(в %к числу опрошенных) Суждения Согласны Не Трудно согласны сказать Невозможно преодолеть сегодняшний 67 12 кризис в обществе так, чтобы это устроило всех или почти всех - ведь интересы и взгляды у людей очень разные Каждый человек должен иметь право 77 8 отстаивать свое мнение даже в том случае, если большинство придерживается иного мнения Настоящая демократия невозможна без 61 12 политической оппозиции Задача оппозиции состоит не в том, чтобы 61 18 критиковать правительство, а в том, чтобы оказывать помощь в его работе стр. считает, что задача оппозиции - помощь в работе правительства, а не выступление в противовес ему, что идет вразрез с традиционным пониманием роли оппозиции в странах с развитой демократией. Таким образом, в российском обществе широко распространены нормы, характерные для демократического устройства общества, однако они пока сосуществуют со специфическими именно для россиян нормами, в частности - особой ролью в них государства.

Что касается динамики этих показателей в последние годы, можно констатировать медленный, но заметный рост поддержки права индивида отстаивать свое мнение, а также понимание оппозиции как необходимого элемента демократии. Одновременно растет и понимание неизбежности плюрализма мнений. Несмотря на эти сдвиги, имеет место нелинейный характер эволюции взглядов россиян.

Если обратиться к возрастной дифференциации, то различия между россиянами в вопросах, так или иначе относящихся к "политическому" блоку, оказываются гораздо меньше, чем это характерно для других групп индикаторов. Причем все встречающиеся в этой области различия носят количественный, а не качественный характер и не демонстрируют линейного нарастания или линейного снижения. Таким образом, на данный момент ситуация с политической составляющей нормативно ценностных систем россиян обстоит следующим образом: с точки зрения оценки отношения к демократическим ценностям их позиции оказываются близки независимо от того, к какому поколению они принадлежат;

при этом нормы и ценности населения внутренне неоднородны и частично противоречивы. Это свидетельствует о незавершенности социокультурной модернизации в части формирования политической составляющей норм и ценностей.

Культурная динамика России в последние годы характеризуется "устойчивой гетерогенностью", в обществе присутствуют носители совершенно разных нормативно-ценностных моделей, но общее распределение мнений по ряду индикаторов остается стабильным.

Однако эта устойчивость не означает отсутствия культурной динамики как таковой. Более того, можно говорить о том, что переход от коллективистского типа культуры к культуре индивидуалистического типа в России уже состоялся, и произошло это еще в 1990-е гг. При этом быстрого распространения - как идеальной - модели общества индивидуализма, характерной для США и англосаксонских стран, ожидать не приходится. Несмотря на то, что более трети россиян выбирают общество индивидуальной свободы, эта цифра стабильна, не демонстрирует тенденций к росту (возможно, в связи с высокой остротой для современного российского общества проблемы глубоких и нелегитимных неравенств).

Индивидуализм и нонконформизм достаточно широко распространены в российском обществе. Эти нормы в гораздо большей степени характерны для молодежи, но вхождение в жизнь новых поколений не сможет быть основным фактором большего распространения данных ценностей:

взрослея и набирая социальный опыт, россияне сталкиваются с тем, что их реализации на практике мешает сложившаяся институциональная среда. Это приводит к разочарованию части из них в самих ценностях индивидуализма и нонконформизма. Таким образом, и в этом вопросе доли россиян, придерживающихся тех или иных норм, в целом остаются достаточно стабильными, что не позволяет делать прогнозы о каких-либо быстрых изменениях в этой сфере в ближайшие годы.

В том, что касается норм и ценностей, относящихся к политическому устройству общества, возраст не играет значимой роли. В последние годы среди россиян растет понимание плюрализма мнений и роли оппозиции, но политические нормы остаются внутренне противоречивыми, по крайней мере, по меркам классической "западной" демократии, о чем, в частности, свидетельствует е роль как помощника, а не критика правительства. Неоднозначна ситуация и с нормами и ценностями, которые относятся к экономической сфере жизни общества. С одной стороны, россияне готовы эффективно действовать в условиях конкуренции, с другой - классическая рыночная экономика без активной роли государства кажется большинству населения неприемлемой. И хотя более молодой возраст способствует меньшей склонности к гипертрофированной роли государства в экономике, различия между россиянами разных возрастных когорт не стр. носят в этом вопросе качественный характер - для всех россиян характерно стремление к экономике смешанного типа с явным присутствием в ней государства. При этом ключевые ресурсы, которые, по мнению населения, будут обеспечивать будущее страны на международной арене, должны, в их представлении, находиться исключительно под государственным контролем, частная собственность на природные ресурсы представляется населению (в том числе и молодежи) неприемлемой.

Четко прослеживается усиление запроса к государству на рост его ответственности за положение населения и на более активную его роль в экономике. И это невзирая на то, что, как мы подчеркивали выше, население достаточно последовательно ориентировано на самостоятельность и активность в решении своих проблем. Видимо, это отражает тот факт, что, несмотря на наличие у россиян готовности принимать на себя ответственность за решение своих проблем, объективные возможности самостоятельно (без дополнительных усилий государства по изменению сложившейся институциональной среды) справиться со своими проблемами в сложившихся условиях у большинства жителей страны в настоящий момент отсутствуют.

Запрос на большую роль государства в экономике характерен для российской молодежи меньше, чем для старших поколений, но нарастание в молодежной среде разочарования в конкуренции (как в целом по стране, так и по мере взросления каждой возрастной когорты в отдельности) наглядно демонстрирует последствия столкновения норм и ценностей с реальностью. И хотя российская молодежь по ценностным ориентациям во многом похожа на молодежь других стран (особенно стран БРИК), по мере взросления различия между ними проявляются все ярче. Это приводит к тому, что, как понимают и сами россияне, западный путь развития и западные ценности даже при желательности их для значительной части населения (прежде всего - молодежи), просто невозможно реализовывать в сложившихся российских условиях. Сама молодежь в большей степени, чем среднее и старшее поколение, поддерживая западный путь развития и нормы индивидуализма, либерализма, западной демократии, по мере взросления приходит к постепенному отказу от части из них, понимая те институциональные ограничения, которые накладывают на их реализацию внешние условия.

И именно это осознание сказывается сегодня на политическом поведении населения, предопределяя особый путь России и задавая возможные векторы ее модернизации и набор необходимых для ее дальнейшего успешного развития институциональных преобразований.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Инглхарт Р., Вельцель К. Модернизация, культурные изменения и демократия: Последовательность человеческого развития. М.: Новое издательство, 2011.

Лапин Н. И. Функционально-ориентирующие кластеры базовых ценностей населения России и ее регионов // Социол. исслед. 2010. N 1.

Магун В. С., Руднев М. Г. Базовые ценности россиян в европейском контексте // Общественные науки и современность. 2010. N 3 - 4.

Мареева С. В. Запрос россиян на определнный тип развития страны и социально-экономическую политику // Вестник Института социологии.

2010. N 1.

Тихонова Н. Е. Динамика нормативно-ценностной системы российского общества: 1995 - 2010 годы // Общественные науки и современность, 2011, N 4.

Тихонова Н. Е. Особенности "российских модернистов" и перспективы культурной динамики России. Статьи 1,2// Общественные науки и современность. 2012. N 2.

Тихонова Н. Е. Россияне: нормативная модель взаимоотношений общества, личности и государства //Общественные науки и современность. 2005. N 6.

AndreR H., Helen T. Four Worlds of Welfare State Attitudes? A Comparison of Germany, Norway, and the United States // European Sociological Review.

2001. N 17.

Blekesaune M., Quadagno J. Public Attitudes toward Welfare State Policies: A Comparative Analysis of 24 Nations // European Sociological Review. 2003. N 19.

Lebedeva N., Tatarko A. Values of Russians: the Dynamics and Relations towards Economic Attitudes // SOC "Sociology", Высшая школа экономики, 2012 (препринт).

Svallfors S. Welfare Regimes and Welfare Opinions: A Comparison of Eight Western Countries // Social Indicators Research. 2003. N 64.

стр. АКТУАЛИЗАЦИЯ КУЛЬТУРНЫХ ЦЕННОСТЕЙ Заглавие СОЦИАЛЬНОЙ ГРУППЫ В СИМВОЛИЧЕСКОМ статьи ПРОСТРАНСТВЕ ФОТОГРАФИИ Автор(ы) О. В. ШУСТЕР Социологические исследования, № 7, Июль 2013, C.

Источник 131- Социология культуры Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 21.7 Kbytes Количество слов Постоянный http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ адрес статьи АКТУАЛИЗАЦИЯ КУЛЬТУРНЫХ ЦЕННОСТЕЙ СОЦИАЛЬНОЙ ГРУППЫ В СИМВОЛИЧЕСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ ФОТОГРАФИИ Автор: О. В. ШУСТЕР ШУСТЕР Ольга Викторовна - аспирант социологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова (E-mail: Shuster_olga@mail.ru).

Аннотация. Рассмотрены предпосылки становления фотографии как одного из главных каналов коммуникации;

приведена точка зрения на процесс восприятия визуальной информации;

изложен авторский метод изучения культурных ценностей социальной группы при помощи фотографии.

Ключевые слова: ассоциация * культурный архетип * социальное действие * саморепрезентация * фотография * система ценностей В эпоху информационного общества социальное действие индивида основывается на передаче информации и вписывается в систему массовых коммуникаций. Как следствие, появляются новые каналы ее передачи. Одним из таких каналов является фотография. В условиях современного общества социологию интересует, как создается, транслируется и воспринимается информация, содержащаяся в фото.

Визуальная природа коммуникации в современном обществе. В конце 1960-х - начале 1970-х гг. дается старт новому этапу социального и экономического развития - информационному и постиндустриальному обществу. Главным аспектом его становления является "визуальный поворот". Приоритет отдается наиболее простым и понятным каналам коммуникации. Ж. Бодрийяр пишет, что новое общество, формирующееся в 60-х годах XX в., перестает быть только обществом производства, оно становится обществом отношения к произведенному товару, и не просто отношения, а отношения социально ориентированного. Появляется новая форма ценности - игра, в которую включаются индивиды;



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.