авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

«СОЦИАЛЬНАЯ РАБОТА НА УРАЛЕ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ Межвузовский сборник научных трудов Выпуск 5 Екатеринбург ...»

-- [ Страница 4 ] --

свидетельствуют о необходимости профилактики синдрома профессионального выгорания (стресса) для сохранения физического и эмоционального здоровья персонала, психологического сопровождения и оказания своевременной соци ально-психологической помощи работникам медицинского учреждения. Об эффективности проведенной работы свидетельствуют ряд показателей. Улуч шилось психофизиологическое состояние сотрудников центра профилактики, уменьшилось число случаев временной нетрудоспособности работников в связи с различными заболеваниями. В отделах, персонал прошел курс реабилитации, улучшился психоэмоциональный климат. Кроме того, заинтересованность со трудников и их высокая вовлеченность в процесс обучения различным приемам и техникам, позволяющим снять эмоциональное напряжение, восстановить ду шевное равновесие, повысить работоспособность, также свидетельствует об эффективности тренингов. Тренинг в большей степени содержит упражнения, выполняя которые формируются и развиваются определенные навыки и уме ния.

Проведенное исследование позволило выявить, что медицинские работ ники не являются более здоровыми по сравнению с другими группами общест ва, а по ряду параметров здоровья имеют и худшие характеристики, и им требу ется социальная поддержка. Интерес к проблеме здоровья медработников с ка ждым годом становится все более заметным. Анализ литературы, появляющий ся в последние годы показывает, что, не смотря на определение важности здо ровья медработников, для успешной профессиональной деятельности, данная проблема остается малоизученной и требует дальнейшего углубленного изуче ния.

Л.Э. Панкратова РГППУ, Екатеринбург К ВОПРОСУ ОБ ОЦЕНКЕ КАЧЕСТВА, ЭФФЕКТИВНОСТИ И РЕЗУЛЬТАТИВНОСТИ СОЦИАЛЬНЫХ УСЛУГ Проблема оценки качества социальных услуг остро встала на повестке дня, как в науке, так и в практике, после выхода Федерального закона «Об ос новах социального обслуживания населения РФ» в 1995 году. Разработка кри териев и показателей оценки качества и эффективности социального обслужи вания основывается на перечне гарантированных законом социальных услуг. К ним относятся услуги социально-бытовые, социально-медицинские, социально психологические, социально-правовые, социально-педагогические. Согласно стандарту РФ (ГОСТ Р 52497-2005) «Социальное обслуживание населения.

Система качества учреждений социального обслуживания» критериями качест ва социального обслуживания могут быть:

- наличие в учреждениях всех необ ходимых документов и качество их подготовки;

• условия размещения учреждения;

• полноценность штатного расписания, уровень профессионализма со трудников;

• оснащенность всеми видами оборудования;

• характер межведомственного взаимодействия.

Тем не менее, оценка качества социальных услуг, о также их эффектив ность и результативность, представляется определенной проблемой, как в тео ретическом аспекте, так и в практическом. Есть разработанная и устоявшаяся нормативная и методическая база по оценке качества товаров. Качество товара – это его соответствие требованиям нормативной и технической документации [1, с. 7]. Определить качество услуг, в том числе и социальных услуг, методи чески гораздо проблематичнее. Социальные услуги отличаются от товаров не осязаемостью, неотделимостью от источника, несохраняемостью, непостоянст вом качества, так как одну и ту же услугу социальные работники могут оказы вать разным людям по-разному. Сама система оказания социальных услуг за трудняет объективную оценку их качества. Оказание социальных услуг носит заявительный характер;

социальные услуги не могут быть полностью формали зованы;

на процесс оказания социальных услуг оказывает влияние множество внешних факторов;

изменения в жизни людей носят иногда отсроченный ха рактер по отношению ко времени оказания услуги. Все эти факторы затрудня ют оценку качества социальных услуг.

Ярская-Смирнова считает, что само понятие «услуга» нуждается в теоре тическом уточнении. Чаще всего понятие «услуга» приравнивается к понятию «помощь», а это затрудняет определение критериев и показателей качества, эффективности и результативности социальных услуг. Кроме того, необходимо разделить понятия «обслуживание», «услуга», «процесс обслуживания», «про цесс оказания услуги» [2]. Должен быть определен конечный результат услуги и его качественно-количественные показатели.

При оценке качества, эффективности и результативности социальных ус луг в реальной практике преобладают количественные методы оценки. Это то же является одной из существующих проблем в этой сфере. Все методы оценок и их результаты часто используются только как отчетный материал, а не как механизм поиска изменений. Но оценка нужна, прежде всего, для нахождения недостатков в работе и их исправления, закрепления успехов, привлечения спонсоров, для профилактики эмоционального выгорания, так как сотрудники увидят, что работают не впустую.

Социальная политика в сфере социального обслуживания предполагает переход к полноценному рынку социальных услуг. Должны быть государствен ные и частные институты, предоставляющие социальные услуги. Должна быть конкуренция между провайдерами этих услуг, а у клиентов возможность выбо ра. Это предполагает технологизацию и менеджериализацию социальной сфе ры. Во многих социальных учреждениях внедрена система менеджмента каче ства (СМК). Но данная сфера с трудом поддается технологизациии и внедре нию СМК. Исчезают эмоционально-коммуникативные составляющие социаль ной деятельности, которые не поддаются полной формализации и документи рованию, что является основным требованием СМК.

Переход к рыночной модели социального обслуживания предполагает анализ зарубежного опыта в этой сфере. Маркетинговые стратегии в учрежде ниях социальной сферы должны быть сориентированы на конкретные запросы рынка, на улучшение качества услуг, а предложения должны превышать спрос.

В западной теоретической литературе существует несколько моделей марке тинга качества обслуживания. Классическая модель маркетинга услуг пред ставлена Ф. Котлером. Она предполагает три взаимосвязанных звена: 1) орга низация - потребитель;

2) организация – персонал;

3) персонал – потребитель.

К. Грёнрос предлагает функционально-инструментальную модель марке тинга качества обслуживания. Потребителю важнее не столько что он получа ет, сколько как этот процесс происходит. Менеджер социальной сферы может управлять ожиданиями клиентов, влиять на восприятие процесса обслужива ния.

А. Парасурман, В. Зейталь обращают внимание на 5 составляющих услу ги: осязаемость, надежность, оперативность. Внимание, сопереживание. Эти составляющие могут служить критериями качества оказания услуги.

Ч. Бернард разработал модель нейтральных зон. Между желаемой и при емлемой услугой существует зона приемлемого отклонения, в рамках которой клиент может остаться удовлетворенным [2, с. 134].

Анализ существующих моделей маркетинга качества обслуживания по зволит сориентироваться на конкретные потребности клиента, на запросы рын ка и внедрять социальные услуги отвечающие интересам клиентов.

В современных условиях рыночной экономики проблема качества това ров и услуг выходит на первый план. Для успешного функционирования рынка социальных услуг необходимо строго определить содержание понятий «качест во», «эффективность» и «результативность» социальных услуг. В практике дея тельности социальных учреждений происходит смещение или отождествление данных понятий, а это влияет и на определение критериев и показателей.

Для характеристики социальной услуги используются три основных по нятия: качество, эффективность и результативность. Качество – это совокуп ность характеристик объекта, относящихся к его способности удовлетворять потребности человека. Качество социальной услуги – это совокупность свойств социальной услуги, определяющая ее возможность и способность удовлетво рять потребности клиентов. Ключевой характеристикой качества оказывается способность и степень удовлетворения потребностей. Качество услуги включа ет в себя: полноту предоставления в соответствии со стандартом;

доступность, своевременность;

эффективность и результативность. Таким образом, понятие «качество социальной услуги» наиболее широкое, включающее в себя эффек тивность и результативность. Составляющие качества являются показателями качества социальных услуг. И эффективность, и результативность тоже одни из данных показателей.

Тем не менее, возможно отдельно оценить и эффективность, и результа тивность социальной услуги и процесса социального обслуживания. Эффектив ность – это соотношение достигнутых результатов и затрат, связанных с обес печением этих результатов. Эффективность услуги – это степень успешности деятельности по достижению цели с наибольшей экономией затрат. Итак, клю чевыми в этих определениях является соотношение затрат и целей. Показатели эффективности характеризуют затраты для достижения целей. В научной лите ратуре показателями эффективности считают: действенность, результатив ность, экономичность. Проблема неэффективного использования денежных средств в социальной сфере является одной из самых злободневных. Например, в Свердловской области правительство ежегодно выделяет 250 миллионов руб лей на обеспечение жильем детей сирот. Практика показывает, что большая часть жилья утрачивается данной категорией в силу различных причин (соци ального инфантилизма, мошенничества, продажи жилья и т.д.).

Другим понятием, характеризующим качество, а с другой стороны, выде ляемым в отдельную характеристику социальной услуги, является понятие «ре зультативность». Результативность определяется как мера эффективности, ха рактеризующаяся достижением цели деятельности. Результативность услуги – это степень решения материальных и других проблем клиента, степень улуч шения его эмоционального, физического состояния. Показателями результа тивности может быть динамика изменений за определенный период времени.

Клиенты социальных служб часто бывают недееспособны или тяжелое заболе вание не позволяет им самим объективно оценить качество и результативность социальной услуги. Здесь возможно привлечение независимых наблюдателей и экспертов.

Универсальной формулы оценки в сфере социальных услуг не существу ет. В теоретической литературе есть лишь определенные методические подхо ды к проведению оценки. Для выявления оценки качества социальных услуг необходимо систематическое проведение оценочного исследования. Данное ис следование должно сочетать количественные и качественные методы. Акцент должен быть сделан именно на качественные методы. Обязательно нужно при влекать потребителей к оценке услуг, используя методы интервью и анкетиро вания. Многие социальные учреждения сегодня используют опросные листы получателей конкретного вида услуг.

Оценка качества социальных услуг предполагает дальнейший переход к целостной системе управления качеством в социальной сфере. Эта система должна базироваться на участие всех членов организации на достижение долго срочного успеха путем удовлетворения потребностей клиентов и достижение выгоды для организации и общества в целом.

Библиографический список 1. Замедлина Е.А. Управление качеством: конспект лекций / Е.А. Замед лина. Ростов н/дону, 2008. 186 с.

2. Оценка эффективности деятельности учреждений социальной под держки населения / Под ред. П.В. Романова, Е.Р. Ярской-Смирновой., М.: Мос ковский общественный фонд, 2007. 234 с.

Н.С.Сажина РГППУ, Екатеринбург ИСТОРИЯ ЕКАТЕРИНБУРГСКОЙ ТЮРЬМЫ (XVIII- НАЧАЛО XX ВВ) Любому обществу в любые времена необходима система исполнения на казаний для обеспечения исправной и признанной обществом работы правоох ранительных и судебных органов. Постепенно с развитием государства в обще стве возрастает и крепнет потребность в уголовно-исполнительной структуре.

Лишение свободы – по уголовному праву один из видов наказания, который за ключается в изоляции осужденного от общества в колонии – поселении либо в исправительной колонии общего, строго или особого режима либо в тюрьме.

Тюремное заключение в России получило распространение с 1497 года и было введено в законодательство при Иване Грозном в 1550 г. Первые попытки определить порядок тюремного управления предпринимались при царе Алексее Михайловиче, отце Петра I. Много сил вложила в создание цивилизованной уголовно – исполнительной системы Екатерина II, при ней было построено не сколько десятков тюрем, большая часть которых используется в качестве тю рем и сейчас. При Екатерине II был подготовлен подробный, основательный и весьма прогрессивный для того времени «Проект положения о тюрьмах».

Летопись пенитенциарных учреждений в столице горнозаводского Ура ла — городе Екатеринбурге начинает свой отсчет в первой половине XVIII ве ка. Задолго до административных реформ XVIII века, в Екатеринбурге были со средоточены основные органы управления казенными предприятиями Урала и Западной Сибири.

Вплоть до 1861 года базировавшаяся здесь Горная канцелярия обладала широкими властными полномочиями. Главный горный начальник Хребта Уральского одновременно являлся единоличным местным “законодателем”, командиром дислоцированных в регионе линейных войск, а также фактическим главой большинства промышленных городов Урала и региональной военно судебной власти. Последняя считалась особенно весомой, поскольку по то гдашним правовым нормам любые уголовные дела в отношении работников ка зенных заводов рассматривались исключительно военным судом. Даже архи епископы православных епархий горнозаводского Урала согласовывали назна чения священнослужителей с екатеринбургской Горной канцелярией. Кроме того, в Екатеринбурге, построенном неподалеку от географической границы между Европой и Азией, изначально соединялись важнейшие транспортные ар терии России. Здесь завершался Московский и начинался Сибирский тракт. Эти факторы, действовавшие на протяжении многих десятилетий, придавали тю ремному делу на Среднем Урале особую государственную значимость.

Судя по сохранившимся документам, первая тюрьма функционировала в Екатеринбурге уже в 30-е годы XVIII века. Каких-либо вещественных следов от нее не сохранилось, но известно, что первоначально екатеринбургский “казен ный дом” был обустроен во дворе комплекса зданий Горной канцелярии и го родского полицейского управления на Главном проспекте. При тюрьме были оборудованы и подобающие эпохе “следственные помещения” — допросная изба и пыточный сарай. Целое столетие столь специфические сооружения су ществовали в самом центре горнозаводской столицы Урала, рядом с плотиной железоделательного завода, впоследствии ставшей историческим памятником, общепризнанной “визитной карточкой” Екатеринбурга и популярным местом отдыха горожан, так называемой “Плотинкой”.

Первоначально тюрьма возле “Плотинки” была весьма скромных разме ров, и в среднем через ее стены ежегодно проходило не более двух десятков уз ников. Исключением был лишь 1740 год, когда здесь побывали около пленных башкир — участников национально-сепаратистского восстания [1, с.12]. В иные годы тюрьма пустовала целыми месяцами, ее использовали для взимания неофициальных “платежей за скотину”, собиравшихся военными вла стями с екатеринбургских обывателей — в тюремный двор солдатами загонялся шатавшийся по улицам домашний скот, а беспечно оставившим живность без присмотра хозяевам потом предлагалось ее выкупать...

В 1740 году старейший комплекс тюремных учреждений Екатеринбурга пополнился еще и острогом, где содержали, в основном, не признававших госу дарственную власть и официальную церковь раскольников. Именно здесь, в екатеринбургском остроге, в 1768 году подвергли наказанию знаменитого пре ступника того времени Хлопушу (Афанасия Соколова), впоследствии ставшего одним из ближайших сподвижников лидера “русского бунта” Емельяна Пуга чева.

Заключенных в первой екатеринбургской тюрьме, включая “острог”, бы ло немного. В столицу горнозаводского края отправляли, в основном, лишь наиболее опасных уголовных преступников. Мелких правонарушителей, как правило, наказывали непосредственно на местах, в тюрьмах государственных и многочисленных частных заводов (последние принадлежали, в основном, семье Демидовых). Основными “профилактическими” мерами правового возмездия в казенных и “демидовских” тюрьмах считались избиение “вицами” (прутьями) и приковывание цепью к стене на несколько суток.

“Демидовские” пенитенциарные заведения в XVIII веке имелись во мно гих городах и весях Среднего Урала. В частных тюремных замках, построен ных региональными “олигархами”, порядки были куда более мрачными, чем в государственных тюрьмах. В исторических исследованиях нередко упоминают ся заводские тюремные заведения, имевшиеся в Кыштыме, Сысерти, Невьянске и Нижнем Тагиле.

В начале XIX столетия эстафету у “дедушки тюремного дела”, старейше го острожного замка в Екатеринбурге, приняла тюрьма, построенная на левом берегу протекающей через город реки Исети в районе современной улицы Че люскинцев. Это пенитенциарное учреждение также не сохранилось до наших дней. Уральские краеведы скупо повествуют о его более чем скромных благо устройстве и размерах. Охрана деревянного “Исетского замка” состояла всего лишь из... трех надзирателей, которые с трудом справлялись со своими обязан ностями.

Начало XIX века принесло новые, реформаторские веяния в тюремную политику в России. Их вехами стали образование в 1819 году “Попечительного о тюрьмах общества” и утверждение в 1821 году проекта плана устройства тю рем в Российской империи. Среди пунктов устава созданной под эгидой прави тельства новой благотворительной и контролирующей организации было раз решение членам комитета общества посещать места заключения во всякое вре мя. В качестве главных задач “Попечительного общества” были определены контроль за пропитанием и условиями содержания осужденных, а также меро приятия по укреплению тюремной дисциплины. В частности, представителей “Попечительного общества” обязали следить за соблюдением правил посеще ния заключенных их родственниками, для свиданий с которыми в тюрьмах те перь отводились определенные дни и часы. Кроме того, был усилен контроль за распорядком дня в тюрьмах, где отныне более четко регламентировались часы работы и отдыха.

В свою очередь, новый, утвержденный в 1821 году, “проект плана” пени тенциарных сооружений предусматривал, чтобы тюремные здания обязательно были каменными или деревянными на каменном фундаменте, имели железные крыши и были приспособлены для разделения арестантов по полу и преступле ниям.

Из рапортов екатеринбургской Управы благочиния в городскую Думу следует, что, видя постоянное внимание высшей власти к процессам благоуст ройства тюрем, региональные “распорядители финансов” стали также более серьезно относиться к имеющимся в этой сфере “болевым точкам”. Даже при старом Исетском тюремном замке в Екатеринбурге удалось оборудовать боль ницу, без задержек выделялись деньги на закупку нового инвентаря и посуды, а также на улучшение скудного рациона питания “постояльцев”.

На Средний Урал, являвшийся центром огромного, интенсивно разви вавшегося края, самостоятельно или под конвоем прибывали десятки тысяч ра ботников. Известно, что многие управляющие казенными предприятиями и ча стные промышленники, экономя на содержании рабочей силы, охотно прини мали большое количество “беспашпортных” и “гулящих людей” из централь ной части России. Наряду с бывшими крепостными крестьянами, не желавши ми нести тяготы барщины, встречались среди них и беглые маргиналы, разы скивавшиеся полицией за совершение тех или иных преступлений. Постоянный приток на тагильские, невьянские и екатеринбургские заводы “ранее судимого и нигде не работавшего” пополнения существенно ухудшал криминогенную ситуацию в регионе, для которого деревянная Исетская тюрьма была уже слишком мала...

Затруднялось положение Исетского замка и новыми тенденциями в рос сийской жизни, наметившимися после 1825 года. После восстания декабристов, власть на долгие годы отложила намечавшиеся уже было преобразования пени тенциарной системы. Новый император Николай I с первых дней своего прав ления взял курс на “закручивание гаек”.

Для Екатеринбурга, изначально служившего важнейшим “мостом” между европейской и азиатской частями Российской империи, укрепление властной вертикали означало возложение хлопотных функций “перевалочной базы” для направляемых в Сибирь ссыльных преступников. В частности, в 1826—1827 гг.

через Екатеринбург были этапированы на восток многие декабристы. Посколь ку старый Исетский тюремный замок, из-за его низкой вместительности, было невозможно приспособить под пересыльную тюрьму, то двигавшихся по этапу ссыльных приходилось размещать непосредственно на почтовых станциях Мо сковского и Сибирского трактов, в черте города. Таким образом, и начальство Горной канцелярии, и власти Пермской губернии все больше приходили к вы воду о необходимости в кратчайшие сроки воздвигнуть в Екатеринбурге новый тюремный замок, параметры которого соответствовали бы новому статусу главной региональной и пересыльной тюрьмы.

12 июля 1828 года состоялся торжественный молебен, на котором был за ложен и освящен первый камень в основании новой екатеринбургской тюрьмы.

Строили екатеринбургскую тюрьму быстро и качественно, основание каменных корпусов замка было выложено особыми “клеймеными” кирпичами, закупав шимися на екатеринбургской фабрике купца Густомесова, где на тот момент изготавливали наиболее надежный и самый дорогостоящий в Уральском регио не кладочный кирпич.

В целом на строительство “екатеринбургского централа” требовалось без малого сто тысяч рублей — колоссальная для того времени сумма, которую выделяли из казны небольшими частями. Централизованно направляемых скудных “траншей” не хватало, и региональное начальство было вынуждено в очередной раз прибегнуть к испытанной практике поборов с населения. Для то го чтобы пожертвования были более охотными и внушительными, объявили, что деньги собирают на созидание тюремной церкви. Несмотря на финансовые трудности, строительство тюрьмы в Екатеринбурге набирало обороты и было успешно завершено в июле 1830 года — ровно через 2 года после закладки пер вого камня.

Екатеринбургский тюремный замок был опоясан монументальной камен ной оградой и состоял из двух каменных двухэтажных корпусов, в которых имелись больница и церковь. Кроме того, на территории замка имелись трех этажный смотрительский дом, кухня, баня и кузница. Первый корпус предна значался для “подсудимых лиц”, к которым тогда относили и осужденных уго ловных преступников. Согласно сохранившимся сведениям о расчетной вме стимости, корпус № 1 был рассчитан на 109 человек. Достоверно известно, что на первом этаже этого корпуса екатеринбургской тюрьмы имелись 2 комнаты для наиболее опасных и требовавших особого присмотра уголовных преступ ников на 12 “постояльцев” в совокупности. Кроме того, здесь были оборудова ны 3 большие комнаты, общей вместимостью на 56 человек, для мужчин, при влеченных к ответственности или осужденных “по разным преступлениям”, одна спальная комната для женщин на 7 человек, а также 2 рабочие комнаты для мужчин и женщин. На втором этаже этого здания были обустроены право славная часовня, больничные камеры и камера для малолетних преступников на 6 человек. Тюремная больница состояла из 6 мужских и 1 женского отделения.

Соответственной была и вместимость этих отделений, рассчитанных, в общей сложности, на 25 кроватей для мужчин и на 3 кровати для женщин.

Как уже говорилось, в проекте екатеринбургской тюрьмы значился и пра вославный храм. Но, судя по событиям последующего периода, настоящая цер ковь здесь была создана лишь спустя четверть века после официального откры тия нового тюремного замка. Сохранившееся в архивных документах упомина ние, что 9 декабря 1856 года здесь был освящен храм во имя Архистратига Ми хаила, свидетельствует о том, что до этого в распоряжении сотрудников и уз ников тюрьмы имелась лишь часовня без постоянного священника.

Сегодня бывший корпус № 1 является одной из немногих частей совре менного екатеринбургского “ИЗ-66/1”, хорошо сохранившихся без серьезных реконструкций. В частности, внимание посетителей неизменно привлекает кра сивая архитектура фасада в его главной, “церковной”, части. Возвышающиеся над ней конструкции третьего этажа были надстроены уже в ХХ веке...

В корпусе № 2 была размещена пересыльная тюрьма, рассчитанная на с лишним человек. На первом этаже здесь были обустроены 6 камер для муж чин общей вместимостью на 150 пересыльных арестантов. На втором этаже имелись еще 4 камеры для мужчин на 110 человек и 2 камеры для женщин на 46 человек.

Справа от главных корпусов возвышался трехэтажный смотрительский дом с воротами в тюремный двор на первом этаже. На втором этаже были обо рудованы многочисленные служебные помещения — комнаты для конвойной команды, для караульного офицера и для караульных солдат. На третьем этаже смотрительского дома находились четырехкомнатная квартира смотрителя зам ка и камеры для секретных арестантов...

Через год после открытия, в ночь на 24 августа 1831 года, из новой екате ринбургской тюрьмы был совершен побег. Бежавшие воспользовались не чем иным, как крышей кузницы, — тем самым объектом, где, надеясь “сэкономить” на охранно-режимных мерах, власти решили не создавать отдельный пост!

Спустя неделю беглецы, не успевшие как следует “погулять” на свободе, были задержан нарядом полиции на южной окраине Екатеринбургского уезда, в рай оне поселка Сысерть.

Судебное расследование по этому случаю было серьезным и долгим. В апреле 1832 года Пермская палата уголовного суда наконец вынесла свой вер дикт, приговорив участников побега к наказанию “плетьми и батожьем, по три дцать ударов на каждого”. А в официальных инстанциях тем временем пыта лись как-то разобраться в скандале со злополучной кузницей или хотя бы “най ти крайних”.

За это происшествие был снят с должности и оштрафован первый началь ник екатеринбургского тюремного замка унтершихтмейстер Колосов. Кстати, такие меры предлагалось принять еще в апреле 1831 года, когда один из много численных проверяющих оценил отношение тюремного смотрителя к своим обязанностям как нерадивое...

Сохранившиеся материалы инспекторских проверок нового тюремного замка, относящиеся к 30-м годам XIX столетия, наглядно иллюстрируют непро стой процесс становления системы строгого режима изоляции и содержания.

Посещение арестантов дозволялось лишь их близким родственникам, а уголов ным преступникам, без особой санкции смотрителя, и вовсе запрещались сви дания. При подобных посещениях арестантам не разрешалось передавать ниче го, кроме пищи, которая должна была обязательно досматриваться дежурным офицером. Помещение для свиданий в замке отсутствовало, и встречи заклю ченных с домочадцами проводились “при воротах” тюрьмы. В стенах самого тюремного замка допускалось лишь посещение больных арестантов по воскре сеньям после обедни...

С формальной точки зрения екатеринбургская тюрьма, будучи силовым подразделением, подчинялась и находилась под надзором Главного горного на чальника Хребта Уральского. Надзорные функции горное начальство осущест вляло исправно, но когда заходила речь о деньгах, перекладывало ответствен ность на местную Думу, которая являлась структурой гражданской, губернской “вертикали власти”. Со временем “перетягивание каната” в сфере властных полномочий между военизированными и гражданскими властями на Урале на растало.

В конце 30-х — начале 40-х годов XIX века доходило до того, что екате ринбургское градоначальство не только прохладнее, чем раньше, реагировало на различные просьбы администрации тюрьмы и региональной управы благо чиния, но зачастую открыто игнорировало направляемые в этой связи в Екате ринбург письменные предписания губернского руководства. Дореволюционные градоправители Екатеринбурга, невзирая на межведомственную неразбериху и чиновничьи распри, все же выделяли минимум средств на обеспечение тюрем ного замка. Видимо, иногда здравый смысл подсказывал властям, что не стоит доводить обитателей “казенного дома” до крайностей. Поэтому с 1832 года на хозяйственные нужды екатеринбургской тюрьмы ежегодно отпускались рублей 94 копейки из городского бюджета [1, с. 12].

Естественно, в подобной обстановке в екатеринбургской тюрьме не были редкостью чрезвычайные происшествия, в том числе — бунты и побеги. В ка честве основных предпосылок этого назывались плохая кандальная заковка, на личие в камерах ножей и “слесарного инструмента”, при помощи которых уго ловники легко “управлялись” с кандалами, решетками и другими средствами обеспечения охраны, изоляции и содержания. Отмечалось, что обыски в каме рах и досмотр преступников производятся недостаточно регулярно, а также не уделяется должного внимания укреплению оконных решеток, косяков и т.п.

Неизменными были и трудности с медико-санитарным обслуживанием осужденных и арестантов. Поскольку через стены больницы, рассчитанной лишь на 25 человек, каждый месяц проходило до ста пациентов, многим из них приходилось неделями ожидать свободного “койко-места”, лежа на голом полу.

Неудивительно, что при таких условиях лечения здесь ежемесячно умирали в среднем два заключенных.

Аналогичной была и ситуация с питанием заключенных. В 30-е годы XIX века казенные ассигнования по этой статье расходов составляли 7 копеек на одного арестанта и осужденного, которых хватало только на хлеб, а улучшать рацион администрациям и “сидельцам” тюрем дозволялось самостоятельно, за счет благотворительных пожертвований и подаяния. И потому оставалось лишь взывать к милосердию состоятельных людей, которые согласились бы время от времени жертвовать малой толикой своего благополучия на нужды страждущих “постояльцев” екатеринбургского тюремного замка.

Во второй половине XIX столетия обстановка в екатеринбургском тю ремном замке стала гораздо более спокойной и рутинной. В архивах не сохра нилось упоминаний о каких-либо связанных с екатеринбургской тюрьмой зна чимых событиях того периода. Заметно сократилось количество различных чрезвычайных происшествий. Стали лучше финансироваться охранно режимные мероприятия, больше средств выделялось на содержание арестантов и осужденных, и, что, пожалуй, самое главное, существенно повысилось де нежное довольствие сотрудникам. Иными словами, на несколько десятилетий здесь, как и во многих отечественных пенитенциарных учреждениях, были, в значительной степени, сведены к минимуму основные материальные предпо сылки для тюремных ЧП и криминала в целом. Как и по всей стране, происхо дило это не случайно, а стало результатом всесторонних реформ законодатель ства и права, осуществлявшихся в России в 60—70 гг. XIX века, непосредст венно после отмены крепостного права. На место приоритетной ранее системы публичных наказаний, таких, как клеймение, порка плетьми, шпицрутенами и кошками, пришло лишение свободы, ранее считавшееся своего рода “дополне нием” к “телесным” способам карательного воздействия. Соответственно, но вым приоритетам стало уделяться и большее внимание...

Хотелось бы отметить несколько существенных моментов истории тю рем в России к началу XX века. Во-первых, огромную роль в тюремных делах, в области исполнения уголовного наказания играли государственно общественные структуры. Во-вторых, не было закрытых от общества сфер, лю бая проблема, даже связанная с охраной заключенных, с режимными вопроса ми, была открыта для общественности. Третья особенность - активнейшее уча стие религиозных деятелей. В состав Попечительских о тюрьмах обществ обя зательно входили представители церкви, священники и миряне, которые зани мались религиозным просвещением заключенных. Четвертая особенность за ключалась в том, что, несмотря на свой государственно-общественный харак тер, попечители не стеснялись критиковать государство. Тюремная система учитывала национальную специфику. Например, у казачьего населения была своя пенитенциарная система, контролируемая государством, но относительно независимая. Кроме того, посещение тюрем разрешалось не только представи телям господствующей национальности, господствующей религии, но и ино верцам, инородцам и т.п., то есть демократизм в отношении прав меньшинств был достаточно высоким.

Библиографический список 1. Сухоруков С. История екатеринбургской тюрьмы / С. Сухоруков // Урал. 2007. №12. С. 12.

Н. С. Сажина РГППУ, Екатеринбург НАСИЛИЕ В СЕМЬЕ КАК СОЦИАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ И ПРОБЛЕМА Насилие является фактором социального риска, провоцирующим уг лубление социально – психологической и нравственной разобщенности, вза имного недоверия и враждебности по отношению к другим членам семьи, грубости и жестокости в общении с другими людьми.

В современной России насилие приобрело значительные масштабы. 30— 40% всех тяжких насильственных преступлений совершается в семье. Лица, по гибшие и получившие телесные повреждения на почве семейно-бытовых кон фликтов занимают первое место среди различных категорий потерпевших от насильственных преступлений. Женщины и дети составляют 70% всех жертв тяжких насильственных посягательств, совершенных в семье. Дети, престаре лые, инвалиды, женщины, не способные защищать себя вследствие зависимого положения в семье, составляют ежегодно более трети (38%) всех убитых на почве нездоровых семейно-бытовых отношений. Выросли до масштабов соци ально значимого явления убийства с целью избавления от больных и немощных членов семей, а также с целью овладения их правами на имущество [3]. Таким образом, происходит процесс криминализации российской семьи, и тенденции к его сокращению не отмечается.

Проблема насилия в семье не является характерной исключительно для российского общества. В лондонской полиции в начале XX века считались с таким правилом: «Муж сварливой жены имеет право побить ее дома при усло вии, что палка, которую он использует, не будет толще большого пальца его руки». В США в 1924 г. в некоторых штатах закон официально освободил му жей от ответственности при умеренном физическом наказании жены в случаях «крайней необходимости». Таким образом, государство снимало с себя груз от ветственности за происходящее, отказываясь в любых ситуациях вмешиваться в семейные дела.

Сегодня законы изменились. Однако пережитки домостроя живы, а от ношение общества к насилию в семье либо не изменилось, либо только сейчас начинает претерпевать изменения.

В Америке и Европе насилие в семье становится социальной проблемой в 70-годы XX в., когда в обществе нарастает тенденция к реальному равнопра вию полов в браке и на работе. Именно в этом контексте высвечивается про блема супружеского насилия, которая постепенно «открывалась» для общества благодаря усилиям неправительственных женских организаций, специалистов в области гендерных исследований, криминологов, исследователей, занимаю щихся проблемами виктимологии, и социальных работников.

В Советском Союзе насилие в семье было «закрытым» вопросом. Им за нимались только криминологи и другие специалисты при изучении преступле ний, совершенных в семейно-бытовой сфере. Обсуждение этой проблемы на государственном уровне было невозможно по ряду причин. Насилие в семье не могло стать социальной проблемой в стране, где в уголовно-правовой доктрине приоритетными объектами защиты являлись государственные интересы и госу дарственная собственность. Кроме того, причины насилия в семье связывались (и до сих пор, как правило, связываются) лишь с алкоголизмом, наркоманией, плохими жилищными условиями и т.п.

Публично о насилии в семье заговорили совсем недавно. В 1993 г. по инициативе женских общественных организаций появились первые публика ции, посвященные этой проблеме. Во многом благодаря общественному дви жению в России, так же как и в других странах, создаются первые телефоны доверия, кризисные центры, убежища и приюты для пострадавших от насилия.

Современный подход к проблеме насилия в семье учитывает, с одной стороны, укорененность этой проблемы в общественном сознании как межлич ностной, а с другой — исходит из обязанностей государства гарантировать пра ва человека во всех сферах жизни, в том числе и в семье. Представление о на силии лишь как о проявлении семейных скандалов вследствие алкоголизма и плохих жилищных условий в корне неверно. Факты свидетельствуют о том, что насилие в семье наблюдается во всех слоях общества независимо от социально го положения и уровня жизни.

Современная теория рассматривает насилие как комплексную проблему, в которой есть и политические, и культурные, и психологические, и экономиче ские аспекты. Считается, что ее решение требует изменений и в законодатель стве, и в структурах, реализующих законодательство, и в общественном созна нии. «Социальная работа с жертвами семейного насилия должна основываться на том постулате, что насилие в семье — это социальное явление, характери зующееся взаимосвязанностью и взаимопроникновением различных его форм (таких как физическое, сексуальное, экономическое насилие, жестокое обраще ние с детьми, психическое насилие, принуждение к потреблению алкоголя, наркотических средств в немедицинских целях, к занятию проституцией и дру гие преступные деяния)», — подчеркивает О. В. Самарина [5].

Выделение насилия в семье в самостоятельную и значимую социальную проблему — только первый шаг, направленный на ее разрешение. На этом пути возникает ряд препятствий: отсутствие четких определений и теоретической базы;

недостаток информации о степени распространения и причинах примене ния силы в семье;

позиция правоохранительных органов, которые в силу раз ных причин практически устранились от работы в семье и не принимают меры, направленные на разрешение кризисных ситуаций в семье.

И мировой, и отечественный опыт подсказывают, что ориентация на ка рательную функцию закона не обеспечивает безопасности в семье, необходим комплекс мероприятий — программы экстренной и долговременной помощи жертвам насилия и их семьям, специальные программы просвещения, консуль тирования и психологической коррекции для виновника насилия, жертвы и других членов семьи, включая детей. Соответственно требуется объединение усилий правоохранительных органов, судов, социальных служб, кризисных центров, психоневрологических диспансеров, общественных правозащитных организаций, образовательных учреждений. Речь идет не просто о некой сумме мероприятий, а об очень сложной технологии, объединяющей деятельность представителей разных структур, далеких друг от друга организаций, зачастую включенных в разные ведомства.

Проанализируем виды насилия и их уголовно правовое содержание в рос сийском и международном законодательстве. В словаре русского языка С. Оже гова насилие истолковано как: 1) принуждение, понуждение, притеснение, дав ление, нажим, применение физической силы;

2) против воли силой заставлять, вынуждать, ставить перед необходимостью исполнения чужой воли;

3) неесте ственно, напряженно и т.п [4]. Таким образом, основными видами насилия яв ляются физическое и психическое насилие.

Физическое насилие — это реальное или потенциальное причинение фи зического вреда, под которым понимается нарушение анатомо физиологической целостности человека. По характеру оно может выражаться в нанесении ударов, побоев, ранений и в ином воздействии на наружные покровы тела человека посредством применения физической силы, холодного и огне стрельного оружия либо иных предметов, жидкостей, сыпучих веществ и т. д., а также в воздействии на внутренние органы человека без повреждений наруж ных тканей путем отравления или спаивания одурманивающими средствами [1].

Психическое насилие аналогично словосочетанию «угроза применения насилия», т. е. под угрозой применения насилия понимается устрашение, запу гивание жертвы применением физического насилия [2]. Кроме того, психиче ское насилие может включать причинение душевной, или психической травмы и ограничение свободы волеизъявления (независимо от реальности наступления физического вреда). Физическое и психическое насилие тесно взаимосвязаны.

Совершая физическое насилие над человеком, ему причиняют и душевную травму. Использование же психического насилия, даже при отсутствии явно выраженного физического нарушения, всегда вызывает какие-то, пусть и не значительные, изменения в организме человека.

Не всякое насильственное поведение одного человека в отношении дру гого составляет объект уголовно-правового реагирования и является преступ лением в соответствии с уголовным законодательством Российской Федерации.

Между тем международно-правовые акты кроме типичных видов насилия в се мье выделяют такие виды насилия, как: генитальные увечья, принуждение к аборту, принуждение к отказу от пищи, принуждение к отказу от медицинской помощи, принуждение (контроль) в репродуктивной сфере (физическое наси лие);

ограничение в поведении, вынужденный брак (психическое насилие);

ин цест, изнасилование в браке (сексуальное насилие).

В теории уголовного права под насильственными преступлениями пони маются любые общественно опасные и уголовно-противоправные деяния, со вершаемые путем причинения физического вреда, душевной травмы или огра ничения свободы волеизъявления человека. В отечественном уголовном зако нодательстве к насильственным преступлениям в семье относятся следующие общественно опасные деяния: убийство (ст. 105 УК РФ), убийство матерью но ворожденного ребенка (ст. 106), убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107), доведение до самоубийства (ст. 110), умышленное причинение тяжко го вреда здоровью (ст.111), умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью (ст. 112), причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта (ст.113), умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст.115), побои (ст.116), истязание (ст.117), причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью по неосторожности (ст. 118), угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст.119), оскорбление (ст.130), изнасило вание (ст.131), насильственные действия сексуального характера (ст. 132), по нуждение к действиям сексуального характера (ст. 133), половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцати летнего возраста (ст. 134), хулиганство (ст.213), склонение к потреблению нар котических или психотропных веществ (ст.230). Применительно к насильст венным преступлениям, совершаемым в семье, можно добавить, что перечис ленные общественно опасные и уголовно-противоправные деяния совершаются членами семьи в отношении друг друга [6].

Объектом домашнего насилия могут быть любые члены семьи. Выделяют три типа семейной жестокости:

• со стороны родителей по отношению к детям;

• со стороны одного супруга по отношению к другому;

• со стороны детей и внуков по отношению к престарелым родственни кам.

По сути каждый конкретный вариант насилия—самостоятельная пробле ма, обладающая специфическими чертами. Причины, условия, формы проявле ния насилия, последствия насильственных действий в зависимости от объекта будут иметь свои особенности, которые необходимо учитывать при разработке профилактических мер и при вмешательстве в семью с целью предотвращения насилия.

В российском законодательстве проблематика насилия в семье находит свое отражение в гл. 2 Конституции РФ «Права и свободы человека и гражда нина», в Семейном кодексе РФ, где имеется специальная глава «Права несо вершеннолетних детей». В ст. 31 этого кодекса провозглашается принцип ра венства супругов в семье при решении различных вопросов. Уголовный кодекс РФ содержит исчерпывающий перечень составов преступлений, посягающих на жизнь, здоровье и половую неприкосновенность любого члена общества неза висимо от его пола, национальности, социальной принадлежности и т.п., пре следуя разнообразные формы физического и психического насилия.

Уголовное законодательство выполняет карательную функцию, оно ори ентировано в большей степени на наказание, чем на воспитание. Но чтобы пре одолеть насилие в семье, одних карательных мер не достаточно, нужна серьез ная работа в сфере профилактики и воспитания, которую и призваны выполнять институты оказания социальной помощи семье.

Помощь пострадавшим от насилия в семье призваны оказывать не только правоохранительные органы, но и социальные службы. Их деятельность регла ментируется Федеральным законом «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации», который был принят Государственной Думой 15 ноября 1995 г. Одно из направлений деятельности социальных служб заключается в оказании определенной помощи (предоставление приюта, убе жища, консультативная помощь, реабилитационные услуги и т.д.) гражданам, пострадавшим от физического или психического насилия, от жестокого обра щения в семье. Наиболее распространенной формой оказания помощи жертвам домашнего насилия стали кризисные центры, которые благодаря деятельности благотворительных фондов существуют в нашей стране уже несколько лет.

Министерство труда и социального развития РФ утвердило Примерное положение о Кризисном центре помощи женщинам. Целью создания таких центров является оказание психологической, юридической, социальной и дру гой помощи женщинам, находящимся в кризисном и опасном для физического и душевного здоровья состоянии или подвергшимся психофизическому наси лию.

На протяжении ряда лет в Государственной Думе идет разработка Феде рального закона «Об основах социально-правовой защиты от насилия в семье».

По замыслу разработчиков данный законопроект является логичным продол жением Федерального закона «Об основах социального обслуживания населе ния в Российской Федерации». Законопроект должен содержать комплекс мер, расширяющих права и обязанности социальных служб в области обеспечения безопасности в семье, т. е. заполнить действительно имеющиеся пробелы дей ствующего законодательства, особенно в сфере деятельности социальных служб и их взаимодействия с органами правопорядка. Однако существующий вариант законопроекта не решает этой проблемы, поскольку практически всю ответственность перекладывает на социальных работников.

Проблема семейного насилия отличается высокой степенью латентности.

Это объясняется, с одной стороны, нежеланием пострадавших обращаться в правоохранительные органы (кто-то не доверяет правоохранительным органам, кто-то боится лишиться материальной поддержки и т.п.), а также неспособностью некоторых зависимых членов семьи обратиться в правоохранительные органы (это относится, в первую очередь, к детям и престарелым членам семьи).

С другой стороны, латентность насилия объясняется нежеланием и отчас ти неспособностью правоохранительных органов обеспечить реальную защиту пострадавших. Нередки случаи сокрытия самими правоохранительными орга нами обращений о фактах насилия в семье (например, милиция часто отказыва ется рассматривать заявления женщин о домашнем насилии на том основании, что многие из них уже на следующий день по разным причинам забирают свое заявление и просят не наказывать мужа).

В заключении хотелось бы отметить, что насилие в семье разрушает нравственность, приводит к ослаблению семейного воспитания, препятствует обучению подрастающего поколения, порождает безнадзорность и т. д. Скла дывается определенный образ жизни, для которого насилие, алкоголизм, нар комания становятся нормой поведения, передающейся от поколения к поколе нию. Насилие в семье не только подрывает основы жизнедеятельности самой семьи, но разрушает фундамент социального здоровья общества.

Библиографический список 1. Гаухман Л.Д. Насилие как средство совершения преступлений / Л.Д. Гаухман., М., 1994. с. 75 – 2. Кригер Г.Л. Ответственность за разбой / Г.Л. Кригер. М., 1968. с.20 – 22.

3. Насилие в семье: Информационный выпуск / Аналитический центр Государственной Думы. 1997.

4. Ожегов С. И. Словарь русского языка / С.И. Ожегов - 14 изд. М., 1983.

5. Самарина О.В. Организация социального обслуживания пострадав ших от семейного насилия / Под ред. Либоракиной М.И. // Социальные работники за безопасность в семье. Учебное пособие. М.:ЗАО Редакционно издательский комплекс Русанова, 1999. с.106.

6. Энциклопедия социальной работы / Под ред. Л.Э. Кунельского и М.С. Мацельского. Т. 2. М., 1994. С. 105.

Н.С. Сажина, Д.В. Цыганкова РГППУ, Екатеринбург ПРОБЛЕМЫ ПРОФИЛАКТИКИ ПРОСТИТУЦИИ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ Из множества социальных проблем современной России особенно выде ляется проблема проституции. Рост проституции, начавшийся в стране, - это глобальная угроза здоровью населения страны и национальной безопасности.

Масштабы и темпы роста уровня проституции сегодня таковы, что ставят под вопрос физическое и моральное здоровье и само будущее значительной части российского населения.

Во многих государствах сегодня существует система правового, медицинского, социального и иного обеспечения реабилитации проституток, мощная пропагандистская кампания против проституции. В России подобная система находится в зачаточном состоянии. Отчасти это связано с тем, что на протяжении более чем половины XX века в России (ранее – в СССР) борьба с проституцией велась в основном запретительными мерами. В результате, к началу 1990-х годов российское общество оказалось в условиях быстрого роста уровня проституции без надлежащих средств и условий противодействия этому явлению. Не существовало развитой адекватных реабилитационных программ, не формировалось толерантное отношение общественного мнения к представителям данной «профессии».

Предупреждение проституции состоит из иерархически связанных между собой задач. Первая из них - профилактическое воздействие на динамику, структуру, причины проституции в целом (социальная профилактика). Вторая предупреждение видов проституции, предупреждение проституции в опреде ленных сферах общественной жизни;


предупреждение проституции отдельны ми социальными группами лиц. Третья задача состоит в предупреждении со вершения проституции отдельными лицами (индивидуальная профилактика).

Решение первой задачи является составной частью общественной практи ки вообще и предметом всех наук об обществе и человеке и контроля за про ституцией. Предупреждение проституции является главным направлением и практической задачей всех многообразных усилий государства и общества в сфере борьбы с антиобщественными преступными проявлениями.

Предупреждение представляет собой рациональное и гуманное средство борьбы с проституцией, средство, предусматривающие не наказание, а прежде всего совершенствование условий жизнедеятельности людей и их воспитание.

Принципиальной основой предупредительного воздействия на проституцию является понимание того, что проституция имеет социальную природу. При знание социальной обусловленности проституции означает сознание объектив ных и реальных возможностей ее предупреждения за счет изменения условий общественного бытия, социального развития и нравственного формирования личности, в том числе улучшение воспитательного воздействия на нее в непо средственном социальном окружении.

В настоящее время в нашей стране складывается определенная система профилактики проституции, принципы построения и функционирования кото рой имеют конкретную направленность. Эту систему образуют соответствую щие субъекты и объекты профилактики, содержание профилактики, материаль ное и правовое ее обеспечение. Вместе с тем необходимость дальнейшего раз вития и совершенствования всей системы профилактики не вызывает сомнения.

Итак, целью предупреждения проституции является достижение или сохране ние тенденции снижения проституции и позитивного изменения ее характера и структуры.

Содержание предупреждения проституции составляет деятельность госу дарственных и общественных органов и организаций субъектов как по устране нию или нейтрализации объективных предпосылок антиобщественного поведе ния, так и изменению сознания лиц, склонных к проституции. Эта деятельность состоит в разработке и внедрении системы различных мероприятий. Если кос нуться конкретно проблемы предупреждения проституции женщин, то она должна решаться в русле борьбы с проституции в целом. Обязательной предпо сылкой успешности специальных мер (программ) по предупреждению прости туции женщин является достижение качественно иного состояния нашего об щества. В новом обществе женщина должна занять принципиально иной жиз ненный статус, она должна быть защищена законом, обычаями и традициями, ее следует избавить от роли основной или даже равной с мужчинами "добытчи цы" материальных благ, больше сосредоточив внимание и силы на детях, семье.

Необходимо выработать общий основополагающий принцип профилактиче ской работы с женщинами. В качестве такого принципа могут выступать гу манность и милосердие к этим женщинам, понимание причин, толкнувших их на безнравственные поступки, стремление помочь им выйти из порочного кру га, разобраться в собственной жизни. Гуманность и милосердие к женщинам должны проявляться не только в действиях конкретных должностных лиц или представителей общественности. Работа по предупреждению проституции женщин должна охватывать, прежде всего, те сферы жизнедеятельности, в ко торых формируются негативные черты их личности.

Нынешние времена все больше заставляют женщин самих бороться за то, чтобы обеспечивать себя. Поэтому чрезвычайное значение имеет воспитание женственности, женского, а не мужского типа поведения. Такое воспитание требует особой подготовленности, особого мастерства воспитателей. Оно должно начинаться в семье, а закрепляться в школе. Однако подобная переори ентация определяется и характером общения, в которое включена девочка и де вушка, положением женщины в обществе, уровнем его нравственности.

Особое значение для профилактики проституции женщин имеет помощь семье, как бы малы не были наши возможности сейчас для такой помощи, в том числе в рамках специальных программ. Помимо финансовой и материальной, семьи должны получать более существенную помощь по уходу за детьми, срочную помощь в кризисной ситуации, например в связи с болезнью одного из ее членов, различного рода рекомендации, особенно для одиноких матерей. Со циальная поддержка, например матери-одиночки, должна включать в себя не только выплату ей денежного пособия, не менее важно предоставить ей воз можность больше зарабатывать, поднять социальный престиж своего труда, по лучить более высокую квалификацию и т.д.

Акцент на профилактику, при которой объектом выступает семья ребен ка, отнюдь не означает игнорирование предупредительных усилий в отношении самих девушек. По мнению Ю.М. Антоняна, она должна включать: оказание государственной и общественной помощи подросткам, оказавшимся в силу от чуждения в неблагоприятных условиях и допускающим антиобщественные по ступки. Сюда нужно отнести весь комплекс индивидуальных воспитательных мероприятий, установление опеки и попечительства, направление в детские дома, спецшколы, спецучилища, школы интернаты, устройства на работу или учебу и т.д., а также оказание медицинской помощи. Такая помощь необходима очень многим девушкам, ведущим антиобщественное существование, посколь ку среди них велик удельный вес лиц с венерическими, соматическими и пси хическими заболеваниями. Без лечения их приобщение к нормальной жизни невозможно [1, с. 121].

Существенный вклад в профилактику проституции женщин способна вносить церковь, поскольку в силу особенностей их психологии они весьма чувствительны к религии и религиозным обрядам. Помощь церкви должна вы ражаться не только в материальной поддержке конкретным женщинам или формальном участии в планируемых обще социальных или специальных про филактических мероприятиях. Назначение церкви в воспитании высокой ду ховности женщин, их нравственном совершенствовании, надлежащего отноше ния к высшим человеческим ценностям, долгу перед семьёй, детьми, общест вом. Церковь с ее проповедью ненасилия, любви и взаимопомощи, скромности и послушания, с ее умением умиротворить людей имеет все возможности спо собствовать снижению социальной напряженности в целом и тревожности женщин в частности.

Большую роль в предупреждении проституции женщин призваны сыг рать инспекции по делам несовершеннолетних, поскольку воспитательное воз действие на девушек подростков, не только весьма гуманный, но и очень эф фективный способ борьбы с проституцией. Сотрудники службы должны быть вооружены знаниями психологии и педагогики, умением выявлять таких под ростков и оказывать им необходимую помощь, в том числе и медицинскую.

В ранней профилактики сексуальной деморализации девочек более за метную роль могут сыграть медицинские работники, оказывающие им гинеко логическую и венерологическую помощь. Они способны не только своевремен но выявлять и лечить гинекологические расстройства и венерические болезни, но и устанавливать тех из них, которые уже начали совершать аморальные дей ствия, а также источник развращающего влияния на несовершеннолетних.

Как следует из анализа, современная профилактическая работа в боль шинстве стран сводится также к репрессивным мерам административного и уголовного характера. Законодательные акты США, Великобритании и др., стран содержат нормы наказания проституток и других лиц, причастных к рас пространению проституции. В некоторых странах (Голландии, Греции и др.) как свидетельствует современная статистика, несмотря на репрессивные меры, проституция не уничтожена и легализация проституции не устранила ее нега тивного явления на общество.

Таким образом, необходима комплексная программа профилактики жен ской проституции. При разработке этой программы следует помнить о специ фике женской проституции и необходимо учитывать ее причины. Важно также активизировать участие правоохранительных органов, общественных организа ций, церкви, медицинских учреждений в работе по предупреждению женской проституции. Активную роль могли бы сыграть различные женские организа ции и движения, благотворительные фонды В рамках социальной работы профилактика проституции не имеет четко обозначенной направленности. Изучение опыта социальной работы показало, что проводится работа с неблагополучными семьями, с женщинами, с несовер шеннолетними, склонными к девиантному поведению. Патронаж неполных се мей, семей алкоголиков способствует укреплению семьи. Приюты, центры для женщин, подвергшихся насилию или находятся в трудной жизненной ситуации, помогают сгладить семейные конфликты, защитить женщин. Организация до суга несовершеннолетних и их трудоустройство решают проблемы занятости.

Таким образом, социальная работа по указанным направлениям помогает уст ранить факторы, которые помогут способствовать возникновению проститу ции.

Проведенное анкетирование 10 девушек, занимающихся проституцией, позволило выявить основные профилактики этого явления с точки зрения их самих. Базой проведения исследования стал ОБПН УВД по МО «город Екате ринбург».

Причины распространения проституции состоят не столько в наличии «общественной потребности» в такого рода услугах, сколько в нестабильности современной жизни, экономических трудностях, испытываемых женщинами безработицей, невысокой заработной платой и т.п. 70% женщин решили за няться подобного рода деятельностью в связи с экономическими трудностями и нехваткой денежных средств. Около 30% опрошенных девушек были завлече ны обманным путем криминальных структур.

Практически все девушки мечтают о какой либо профессии связанной с индустрией красоты или творческой деятельностью. 20% опрошенных девушек указали на то, что хотели бы связать свою профессиональную деятельность с медициной или педагогикой – в частности это девушки имеющие детей.


Рассматривая вопрос национальности можно отметить, что большинство девушек русские (около 80%). Остальные выходцы из государств бывшего союза и эмигрантки из азиатских стран. Вопрос места жительства опрашивае мых показал, что 80% девушек не коренные жители г. Екатеринбурга. Причи нами переезда в большой город явилось получение образования, интерес к жизни мегаполиса. Остальные 20% родились и воспитывались в Екатеринбурге.

Отношения в семье у многих складываются весьма не дружелюбно, при мерно у 70%. Причины тому весьма разнообразны, кто-то не живет с родными, у кого их нет, а у кого-то и во все испорчены отношения из-за данного рода за нятия. Остальные 30% поддерживают нейтральные отношения с близкими. Оп рос показал, что 90% девушек, когда-либо, употребляли или употребляют нар котики, остальные 10% не употребляют наркотические вещества не потому, что не хотят добровольно попробовать, а бояться еще большей привязанности к данного рода занятию. Так же из анкет опрошенных можно сделать вывод, что ни одна из девушек не состоит в браке, но у 30% уже имеются дети. Постоян ные партнеры имеются только у 40% девушек.

Вопросы, касающиеся, медицинского и социального обслуживания пока зали, что девушки обращаются в медицинские учреждения только в крайних случаях. Поэтому многие затрудняются ответить о качестве предоставляемых услуг. В медицинские учреждения 60% девушек обращались лишь в случаях прерывания беременности. Приблизительно половина опрошенных состояли на учете в кожно-венерологическом диспансере.

Рассматривая вопросы профилактики проституции, около 70% девушек считают, что ни меры административного и уголовного наказания, ни медицин ские меры не способны искоренить проституцию, но могут оказать профилак тическое влияние. 30% опрошенных девушек категорически не согласны с тем, что медицинские работники, либо правоохранительные органы могут хоть как то помочь в профилактике проституции. Вопрос о женских общественных ор ганизациях и реабилитационных центрах заинтересовал приблизительно 60% опрашиваемых, которые хотели бы поподробнее узнать об основных направле ниях их деятельности. Подводя итог данного исследования, очевидно, что 80% не удовлетворены своей жизнью и главной проблемой у многих является «вы ход» из данного рода занятия.

Нет сомнения в том, что проституция приобрела ярко выраженный транснациональный характер, что усиливает общественную опасность этого явления. Она тесно взаимосвязана с организованными формами преступности, последние, в свою очередь, эксплуатируя проституцию, приобретают значи тельные источники доходов, которые так или иначе генерируют развитие раз личных направлений организованной преступности. Проституция часто сопро вождается распространением опасных венерических и иных заболеваний, в том числе ВИЧ-инфекций.

Библиографический список 1. Антонян, Ю.М. Проституция глазами психолога / Ю.М. Антонян // Общественные науки и современность. 1999. № 2. С. Д.П. Степанченко, Н.П. Сулимова РГППУ, Екатеринбург ЦЕЛЕВЫЕ АСПЕКТЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СПЕЦИАЛИСТА СОЦИАЛЬНОЙ СФЕРЫ И ЭТАПЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ЦИКЛА Социальная работа как вид профессиональной деятельности носит инте гративный, междисциплинарный характер. При этом педагогическая наука при знается одной из основ социальной работы как учеными, так и практиками. Од нако рассмотрение вопроса о педагогических основах профессиональной дея тельности в социуме неизбежно сталкивается с проблемой взаимоотношений социальной работы и социальной педагогики.

Так, И. Нойфельд (представитель немецкой науки) полагает, что социаль ная работа и социальная педагогика – это не синонимы в полном смысле слова.

Социальная работа, на взгляд ученого, как преемница первоначальных форм благотворительности и опеки – более широкое понятие, но включающее также педагогическое воздействие и деятельность по защите человека, по оказанию ему помощи. Социальная же педагогика обозначает лишь сферы деятельности с педагогическими целями, включая и работу со взрослыми, так как воспитание и образование – процессы, сопровождающие человека всю жизнь. Таким обра зом, социальная работа направлена на практическое решение социальных про блем, на помощь незащищенным или малозащищенным группам население, а социальная педагогика подразумевает скорее профилактику и внешкольное об разование [2, 135-146].

Шведские и английские ученые считают социальных педагогов одной из трех основных групп социальных работников (две другие группы: со циальные работники, занятыми уходом за больными людьми и инвалидами;

со циальные работники, осуществляющие патронаж и организацию помощи насе лению).

В российской науке учеными также активно дискутируется вопрос об отношениях социальной работы и социальной педагогики. Так, Г.Д. Кузнецова, делая попытку развести понятия «социальный работник» и «социальный педа гог», считает, что у каждого из названных специалистов свои функции, задачи и сферы деятельности. Социальный работник, с точки зрения ученого, это тот, кто работает в социуме, а потому сферой его деятельности может быть и школа, и семья, и медицинское учреждение, и микрорайон. Основной его функцией яв ляется создание и развитие отношений, способствующих успешной профессио нальной деятельности, отношений между людьми и их окружением, активиза ция усилий подопечных – групп и общин по решению собственных проблем, посредничество между конфликтующими. Что касается социального педагога, то он в определенном смысле также является социальным работником, но за нимается преимущественно проблемами воспитания. Именно воспитательная функция социального педагога (не обучающая, и не образовательная), распро страняющаяся не только на детей и подростков, но и на взрослых, является главной. Отсюда, делается вывод о том, что «социальный педагог» лишь одна из специализаций социального работника (наряду с так называемыми, «соци альным юристом», «социальным психологом» и «социальным врачом»), а, сле довательно, социальный работник – понятие более широкое.

Г.Н. Филонов рассматривает социальную педагогику как отрасль педаго гической науки, прикладной составляющей которой выступает социальная ра бота. Основанием для такого утверждения является общность их объекта: взаи модействие человека с самим собой, с другими людьми, с социумом. Таким об разом, социальная педагогика, составляя теоретико-методическую основу соци альной работы, становится методологической базой социальной деятельности, обеспечивающей на функционально - прикладном уровне необходимый педаго гический компонент, поэтому в содержательном прикладном аспекте социаль ная педагогика может быть интерпретирована как «педагогика социальной ра боты». Отсюда социальную педагогику можно рассматривать как науку, при званную исследовать проблемы межличностных отношений, жизнедеятельно сти человека, соотношения самого индивида со средой с учетом ценностных ориентаций, которые формирует семья, школа, производственная среда на ос нове изучения позиции личности как субъекта самосовершенствования и изме нения социума. Социальная работа же, по мнению автора, реализует теоретиче ские положения социальной педагогики на практике [3].

Профессиональное развитие и становление нельзя искусственно отделить от жизненного пути человека в целом. Впервые это было убедительно показано в работе Ш. Бюлер, отметившей, что большинство людей проходят через опре деленные стадии развития в сходные возрастные периоды, причем им соответ ствуют и стадии профессионального развития. Дальнейшие же исследования в этой области позволяют сделать следующие два основных вывода:

• профессиональное созревание необходимо рассматривать как процесс, длящийся всю жизнь;

• профессиональный путь человека и его основные этапы неразрывно связаны с возрастным развитием и общим становлением личности.

На сегодняшний день существует несколько периодизаций профессио нального пути (профессионального цикла) человека. При этом профессиональ ный цикл рассматривается как последовательность периодов или этапов жизни человека, включающий в себя знакомство с миром профессий и профессио нальный выбор, получение образования и профессиональной подготовки, нача ло самостоятельной работы и накопление опыта, продвижение по служебной лестнице и периоды последующей периодизации.

Этапы профессионального пути по Д. Сьюперу Весь профессиональный путь Д. Сьюпер разделяет на пять этапов. В пер вую очередь, автора интересовало выяснение индивидом своих склонностей и способностей, поиск подходящей профессии, актуализирующей профессио нальную Я-концепцию.

1-й этап – этап роста (от рождения до 14 лет). В детстве начинает разви ваться Я-концепция. В своих играх дети проигрывают различные роли, а затем пробуют себя в разных занятиях, выясняя, что им нравится, и что у них хорошо получается. У них проявляются какие-то интересы, которые могут повлиять на будущую профессиональную карьеру.

2-й этап – этап исследования (от 15 до 24 лет). Юноши и девушки пыта ются разобраться и определиться в своих потребностях и интересах, способно стях, ценностях и возможностях. Основываясь на результатах такого самоана лиза, они прикидывают возможные варианты профессиональной карьеры. К концу этого этапа молодые люди обычно подбирают подходящую профессию и начинают ее осваивать.

3-й этап – упрочнения карьеры (от 25 до 44 лет). Теперь работники стара ются занять прочное положение в выбранной ими деятельности. В первые годы своей трудовой жизни они еще могут менять место работы или специальность, но во второй половине этого этапа наблюдается тенденция к сохранению вы бранного рода занятий. В трудовой биографии человека эти годы часто оказы ваются наиболее творческими.

4-й этап – сохранение достигнутого (от 45 до 64 лет). Работники стара ются сохранить за собой то положение на производстве и службе, которого они добивались на предыдущем этапе.

5-й этап – этап спада (после 65 лет). Физические и умственные силы те перь уже пожилых работников начинает убывать. Характер работы меняется с тем, чтобы он мог соответствовать снизившимся возможностям человека. В конце концов, трудовая деятельность прекращается [1, 324].

Подводя итоги, следует отметить, что профессиональное развитие лично сти представляет собой системное явление, определяемое общими закономер ностями психического развития и происходящее в определенных социокуль турных условиях. При этом следует говорить об индивидуальном цикле про фессионального развития, имеющем свое психологическое содержание.

Библиографический список 1. Буланова-Торопкова М.В. Педагогика и психология высшей школы:

учебное пособие / М.В. Буланова-Торопкова. Ростов-на-Дону., Феникс, 2002. С.

324 – 325.

2. Нойфельд И. Методы социальной работы / Отв. ред.: Т.Ф. Яркина, В.Г. Бочарова.// Теория и практика социальной работы: отечественный и зару бежный опыт. М., Тула: АСОПиР, 1993. C. 135 – 146.

3. Филонов Г.Н. Социальная педагогика: научный статус и прикладные функции / Г.Н. Филонов // Педагогика, 1994. №6. С.37 – 42.

Н.Ф. Уфимцева РГППУ, Екатеринбург К ВОПРОСУ ОБ ОРГАНИЗАЦИИ СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ С ОСУЖДЕННЫМИ В условиях реформирования УИС в числе важнейших комплексных про блем, требующих нового осмысления, выступает проблема организации и про ведения с осужденными, отбывающими наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях ФСИН России, социальной и воспитательной ра боты. Это непосредственно связано с происходящим в исправительных учреж дениях процессом гуманизации условий отбывания наказания и приведения их к международным стандартам.

Известно, что осужденный, временно изолированный от общества, отры вается от привычной жизненной среды, что существенно снижает его адапта ционные способности. При этом, освобождаясь из мест лишения свободы, че ловек возвращается уже в изменившиеся социально-экономические условия.

Незнание новых правил общественной жизни воспринимается им как их отсут ствие, или возможность создать свои. Поиски выхода из такой сложной в соци ально-психологическом плане ситуации часто приводят к совершению новых преступлений. Организация и содержание социальной и воспитательной работы с осужденными во время отбывания наказания должно облегчить им решение подобных проблем и способствовать более успешной ресоциализации и адап тации в обществе после освобождения.

Как показывает практика, в тех исправительных учреждениях, где воспи тательная работа с осужденными осуществляется на низком уровне или фор мально, неизбежно накапливаются факты противоправного поведения осуж денных. Отсутствие позитивного воспитательного воздействия на осужденных со стороны администрации при этом замещается психологическим воздействи ем со стороны криминально настроенной части осужденных. Соответственно при недостаточном внимании к решению социальных проблем снижается и восприятие осужденными воспитательного воздействия.

Оказание помощи в решении социальных проблем осужденных, обеспе чение их социальной защиты способствует подготовке их к освобождению, восстановлению и укреплению социально полезных связей, содействию в тру довом и бытовом устройстве после освобождения, а проведение воспитатель ной работы помогает осужденным принять нормы и правила общежития от крытого общества и сформировать потребность в их соблюдении.

В настоящее время уровень проводимой в большинстве исправительных учреждений социальной и воспитательной работы еще не в полной мере отве чает требованиям времени. Актуальной проблемой является необходимость разработки теоретических и организационно-правовых основ деятельности со циальных служб в исправительных учреждениях.

В современных условиях необходимо совершенствование правового ре гулирования социальной и воспитательной работы, а также поиск новых форм и методов организации и проведения такой работы в исправительных учрежде ниях. При этом следует акцентировать внимание на обеспечении комплексного подхода, охватывающего социальную, воспитательную, психологическую ра боту с осужденными, а также координацию деятельности различных служб ис правительного учреждения по реабилитации осужденных.

Социальная работа с осужденными представляет собой комплексную дея тельность, осуществляемую социальными работниками, направленную на ока зание социальной помощи осужденным, с использованием психолого педагогических, организационных, экономических, правовых и информацион ных средств, содействующую укреплению их способности к самостоятельному существованию в соответствии с требованиями общества как в период отбыва ния наказания, так и после освобождения в целях последующего исправления.

В научной литературе последних десятилетий существуют различные оп ределения понятия «социальная работа». Традиционно социальная работа рас сматривается как особая область науки, практической социальной и профес сиональной деятельности, как своеобразный социокультурный институт.

Содержательная специфика и основная целевая ориентация пенитенциар ной социальной работы не определена четко: востребована деятельность спе циалиста по социальной работе не только с осужденными и их семьями, но и с персоналом;

существует потребность в узко профильной адресной организации социальной помощи различным категориям осужденных с учетом их личных потенциала и запросов. На сегодняшний день не обобщены (и в связи с этим не имеют широкого распространения) попытки создания реабилитационного про странства на базе исправительных учреждений, включающего все сферы и уровни организации жизнедеятельности осужденных и сотрудников (информа ционный, биолого-физиологический, трудовой, культурно-досуговый, спортив ный, коммуникативный и др.). При этом отсутствует ясная маршрутная схема для осужденных различных категорий. Не активен в современных условиях по иск самостоятельных, специфичных по содержанию, потенциалу и организации деятельности специалиста методов социальной пенитенциарной работы.

Таким образом, можно констатировать, что единого понимания социаль ной работы с осужденными до сих пор не выработано. В настоящее время уче ные-пенитенциаристы, осмысливая теоретические основы данного вида дея тельности, ведут поиск оптимальной модели ее организации и проведения на практике.

Однако, несмотря на дискуссии, существующие вокруг проблем социаль ной работы с осужденными, практическая деятельность персонала уголовно исполнительной системы подтверждает ее значимость. Отсутствие адекватного воспитательного воздействия на осужденных, низкий уровень организации со циальной работы приводит к кризисным явлениям в пенитенциарных учрежде ниях: осложнению оперативной обстановки, массовым беспорядкам, неповино вению администрации, захватам заложников, групповым отказам от труда и го лодовкам [3, с. 248].

Согласно требованиям Минимальных стандартных правил обращения с заключенными целью социальной работы является обеспечение ухода, защиты прав, образования и профессиональной подготовки осужденных с целью сни жения уровня постпенитенциарного рецидива [4, с.14].

Основные направления профессиональной деятельности социального ра ботника пенитенциарного учреждения, способствующие ресоциализации и со циальной адаптации осужденных, таковы:

• организация и обеспечение социальной защиты всех категорий осуж денных, особенно нуждающихся в ней (пенсионеров, инвалидов, утративших родственные связи, переведенных из воспитательных колоний, престарелых, страдающих от алкогольной или наркотической зависимости, не имеющих оп ределенного места жительства, больных неизлечимыми или трудноизлечимы ми заболеваниями);

• содействие в обеспечении приемлемых социально-бытовых условий отбытия наказания;

• помощь в социальном развитии осужденного, включая повышение их социальной культуры, развитие социальных потребностей, изменение норма тивно-ценностных ориентаций, повышение уровня социального самоконтроля;

• помощь осужденным в поиске социально приемлемой для них среды, точки социального интереса (работа, семья, религия, искусство и т.д.).

• развитие и укрепление социально полезных связей между осужденным и внешним миром;

• содействие осужденному в получении помощи специалистов.

Профессиональная задача пенитенциарного социального работника - соз дание благоприятной среды, предусматривающей защиту интересов и прав осужденного всеми установленными законом способами, содействующей ис правлению и возвращению его в нормальное общество.

Подготовка осужденных к освобождению занимает особое место в прак тике пенитенциарной социальной работы. Это связано с тем, что она ориенти рована на исправление осужденных, стимулирование их дальнейшего законо послушного поведения в условиях свободы.

Однако в современных условиях практика подготовки осужденных к ос вобождению в исправительных учреждениях еще недостаточно распростране на, создание и апробация ее разнообразных моделей – одно из перспективных направлений развития пенитенциарной социальной работы.

Неотъемлемым элементом пенитенциарной социальной работы является также формирование положительного имиджа социального работника.

Понятие имиджа многогранно и создается из разных компонентов. В структуру имиджа входит все, на основе чего окружающие составляют свое мнение о человеке. Сюда могут быть включены стиль (высокие нравственные стандарты поведения), профессионализм и компетентность, гуманитарная обра зованность, а также внешний вид и манера поведения. При этом очень важно подчеркнуть, что внешнее проявление имиджа должно соответствовать внут реннему состоянию человека. То есть, авторитет социального работника может быть основан только на действительных его достоинствах и заслугах как про фессионального, так и личного порядка [1, с. 42].



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.