авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 8 |

«Оглавление Советский Спиноза: вера в поисках разумения, А. Майданский............................................................ 1 ...»

-- [ Страница 4 ] --

В последние годы, особенно в новом международном контексте и под влиянием региональных проблем в СНГ, ситуация резко изменилась. Так что, возникла насущная необходимость понять, какова текущая ситуация в регионе СНГ? Какое стратегическое значение Содружество имеет для Китая? Как КНР относится к новой ситуации в регионе СНГ? Ответы на эти вопросы мы постараемся дать в настоящей статье.

Современная ситуация в СНГ и ее особенности С момента создания Содружества в 1991 году в процессе развития этой организации проявились различные тенденции. В настоящее время стало очевидным, что центробежные силы оказались явно мощнее, чем центростремительные. Страны СНГ имеют серьезные разногласия по международным политическим вопросам, продолжается спор и в сфере экономического сотрудничества. Члены Содружества поддерживают все меньше связей в области политики, экономики и безопасности. С середины 1990-х годов на пространстве СНГ начали формироваться субрегиональные группировки, ориентированные на более тесное взаимодействие в своих рамках, чем в Содружестве в целом. К их числу относятся Организация за демократию и экономическое развитие (ГУАМ), Союз Беларуси и России, «Центрально-Азиатское сотрудничество», Организация Договора о коллективной безопасности, ЕврАзЭС, Таможенный союз в рамках ЕврАзЭС, Единое экономическое пространство. Эти группировки неодинаковы по своему экономическому потенциалу и реальной степени интеграции.

Очевидно, что в рамках СНГ тенденция к «независимости» становится более очевидной, чем «содружество».

Проявляются следующие общие тенденции.

Ослабление доминирующей позиции России в регионе СНГ Содружество является традиционной сферой влияния и приоритетным направлением внешней политики России, и она не позволяет внешним силам вторгаться в этот чувствительный для себя район. В период, непосредственно последовавший за распадом СССР, эйфория суверенизации привела к разрыву годами формировавшихся торгово экономических и производственно-кооперационных связей;

отсюда — заметное снижение ВВП и ощутимое свертывание экономического сотрудничества. Ставка России на западный вектор сотрудничества и поиск перспективных партнеров вне сферы Содружества в надежде на получение экономических выгод оказалась безуспешной. Хотя Россия и является самым крупным государством среди стран СНГ, но она слишком долго была занята своими делами и закрывала глаза на центробежные тенденции в странах СНГ. Даже сотрудничая с другими странами СНГ, она просто защищала интересы своих граждан в этих странах, а не смотрела на СНГ как на стратегическое место для укрепления своего статуса великой державы. На пространстве СНГ, по крайней мере в начале 1990-х годов, доминировали не центростремительные тенденции, а центробежные.

С 1994 года НАТО официально начала процесс расширения на Восток, в результате чего Россия стала пересматривать свою политику в СНГ, рассматривая ее как «особую сферу собственных интересов». 14 сентября 1995 года тогдашний президент Российской Федерации Борис Ельцин впервые утвердил принципы взаимоотношений Российской Федерации с государствами - участниками Содружества Независимых Государств. Было четко заявлено, что «развитие СНГ отвечает жизненным интересам Российской Федерации, а отношения с государствами СНГ - важный фактор включения России в мировые политические и экономические структуры;

на территории СНГ сосредоточены главные жизненные интересы России в области экономики, обороны, безопасности, защиты прав россиян»(3).

Активно участвуя в делах СНГ, Россия вкладывает много сил в развитие Содружества. Она подписала целый ряд соглашений и организовала множество саммитов с целью достижения политической, экономической и военной интеграции и продвижения общего развития СНГ. Например, жизнеспособными и многообещающими в первые десять лет истории Содружества выглядели планы по развитию совместной деятельности в следующих областях: обеспечение прав и основных свобод человека в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права;

координация внешнеполитической деятельности;

сотрудничество в формировании и развитии общего экономического пространства, общеевропейского и евразийского рынков, в области таможенной политики, в развитии транспорта и связи, охраны здоровья и окружающей среды, в вопросах миграционной политики, борьбы с организованной преступностью. Словом, были очерчены основные векторы многостороннего взаимодействия стран Содружества, способные уже тогда заложить прочную базу внутрирегиональной интеграции, прежде всего в экономической сфере. Однако на практике получилось не совсем так, как мыслилось на бумаге.

Перед лицом вмешательства США и западных стран в дела СНГ Россия приложила усилия для защиты своего традиционного стратегического пространства в рамках Содружества. Тем не менее эти усилия претерпели ряд неудач. Естественным их следствием стадо усиление тенденции к дезинтеграции и дисбалансу интеграционных процессов.

Усиление тенденции к дезинтеграции в регионе СНГ За 20 лет после распада СССР, в силу ослабления доминирующей позиции России и увеличения собственного влияния государств-членов в масштабах всего СНГ, возникла плюрализация сил. Эта тенденция постепенно становится очевидной и проявляется в различных сферах деятельности Содружества (прежде всего в экономике).

С точки зрения экономической интеграции после распада СССР в СНГ не только не наблюдалось активизации интеграционных процессов на новой, рыночной основе, как предполагалось вначале, но и произошло резкое ослабление взаимных экономических связей. Первые годы существования Содружества характеризовались стремительным свертыванием взаимных торгово-экономических отношений. По статистике российских специалистов, объем взаимного товарооборота за десять лет (1992— 2001) упал более чем втрое;

доля взаимной торговли в общем внешнеторговом обороте стран Содружества снизилась с 60 (1991 год) до 28 (2001 год) процентов(4).

В 2000-е годы спад взаимного внешнеторгового оборота сменился ростом, что было обусловлено прежде всего оживлением в национальных экономиках стран Содружества после длительного спада. Объем взаимного товарооборота возрос с 56,7 миллиарда в 2000 году до 157,9 миллиарда долларов в 2009-м(5), то есть в 2,8 раза. Вместе с тем продолжалось снижение доли взаимной торговли в общем внешнеторговом обороте стран Содружества: в 2009 году она составила лишь 22 процента.

Большинство государств Содружества (и прежде всего Россия) переориентировали свои внешнеэкономические связи на третьи страны.

Доля стран СНГ во внешней торговле РФ снизилась с 54,6 процента в году до 14,6 процента в 2009-м(6), а объем торговли России с партнерами по Содружеству сократился за указанный период с 138,1 до 68,5 миллиарда долларов.

С точки зрения внутреннего развития СНГ интеграционные документы, принятые в первые годы существования СНГ, — Договор об Экономическом союзе от 24 сентября 1993 года, Соглашение о создании зоны свободной торговли от 15 апреля 1994 года, Соглашение о создании Платежного союза от 21 октября 1994 года и др., - составители которых ориентировались прежде всего на опыт ЕС без должного учета специфики постсоветского пространства, на практике не были реализованы. Очевидную слабость демонстрирует организационно-правовой инструментарий СНГ. Органы Содружества лишены реальных властных полномочий, без которых невозможно эффективное развитие интеграционных процессов.

Подписанные в рамках СНГ соглашения, как правило, не выполняются.

С точки зрения экономического положения СНГ в мире доля Содружества в мировом ВВП не превышает в последние годы 2—3 процентов;

его доля в мировом экспорте в 2007 году составляла 3,7 процента, тогда как, для сравнения, доля ЕС достигала 39,1, НАФТА — 13,6, АСЕАН — 6,3 процента.

Как отметил известный российский экономист Л. Зевин, товарная и географическая структура торговли стран СНГ «не способствует решению стратегической задачи региона преодолеть отставание от среднемировых экономических показателей и укрепить позиции в мировом хозяйстве»(7).

С точки зрения политики в СНГ отмечается большая роль политических факторов в торможении процессов интеграции. Неудача интеграционного проекта в масштабе Содружества во многом связана с нежеланием правящих элит стран-участниц поступаться недавно обретенным суверенитетом, без чего невозможна реальная интеграция. Особое положение России на пространстве СНГ объективно затрудняет развертывание интеграционных процессов с ее участием. Россия, как отмечалось в научной литературе, «слишком велика для равноправной многосторонней интеграции — если на одну страну приходится больше двух третей экономического потенциала группы из 12 стран, неминуемо возникает очень серьезная и объективная проблема согласования интересов и принятия интеграционных решений... Доминирование России в СНГ неприемлемо для его остальных членов, а "координация на равных" сплошь и рядом противоречит российским интересам»(8).

С точки зрения так называемых внешних сил, которые оказывали значительное воздействие на развитие сотрудничества в рамках СНГ, пространство Содружества стало ареной жесткой международной конкуренции: за влияние на нем активно борются не только Россия, но и США, Евросоюз, Индия, Турция и некоторые другие государства. Страны Запада (и прежде всего США) противодействуют любым объединительным тенденциям в СНГ, стремясь не допустить усиления позиций России, которую они рассматривают прежде всего как своего геополитического конкурента.

Кроме того, важную роль сыграли такие недружественные для России структуры, как ГУАМ (Грузия, Украина, Азербайджан, Молдавия), персонализирующие центробежные тенденции в Содружестве и объединяющие государства, не желающие признавать лидерства РФ на пространстве СНГ.

Развитие ситуации дало основания многим специалистам сделать неутешительный вывод: интеграционные процессы в масштабе СНГ в целом мало перспективны;

с учетом всех проблем и трудностей в развитии Содружества все более распространенным становится мнение о желательности и даже неизбежности роспуска этой организации. Так, эксперт Центра Карнеги А Малашенко считает, что СНГ - это «ленинский мавзолей»;

«тяжеловес» Е. Примаков замечает, что говорить сейчас об СНГ «как об успешной организации» он бы «не стал».

В настоящее время страны СНГ сильно пострадали от международного финансового кризиса, их экономика находится в сложном положении.

Западные страны заняты восстановлением собственной экономики, у них пока нет времени на регион СНГ;

ряд государств предпочитает сохранять хорошие отношения с Россией. На Украине был избран новый президент;

Грузия без поддержки США не в силах бороться с влиянием РФ;

Кыргызстан образовал новое пророссийское правительство. Россия, кажется, опять занимает доминирующую позицию в Содружестве. Тем не менее эти изменения носят временный характер, плюрализация в рамках СНГ является неизбежной тенденцией.

Стратегическое значение СНГ для Китая СНГ обладает весьма значительным природным и экономическим потенциалом. По оценкам экспертов, страны СНГ располагают 16, процента мировой территории, почти 5 процентами численности населения, 25 процентами разведанных запасов природных ресурсов (в том числе процентами мировых запасов нефти и 40 процентами природного газа), процентами мирового промышленного потенциала(9). Для Китая как соседа этой организации и важного партнера сотрудничества оно, без всякого сомнения, имеет весьма важное стратегическое значение и ценность. Это касается таких сфер, как национальная безопасность и жизненно важные интересы КНР.

Конкретно речь идет о следующих областях:

Исходя из интересов безопасности КНР, СНГ играет ключевую роль в поддержании безопасности китайской границы и стратегической стабильности, баланса сил прилегающих районов и всего мира.

Во-первых, развитие добрососедских, дружественных отношений, сотрудничества со странами СНГ играет важную роль для поддержания пограничной безопасности на северо-востоке и северо-западе Китая, решения пограничных вопросов. Распад Советского Союза превратил бывшие общие границы в границы Китая с Россией, Казахстаном, Кыргызстаном и Таджикистаном. Развитие отношений дружбы и сотрудничества этих стран и поддержание безопасности сухопутных границ КНР остаются первостепенно значимыми задачами. Решение пограничной проблемы между Китаем и названными выше странами СНГ значительно снизило возможность военного конфликта на границе КНР и эффективно поддерживает пограничную безопасность нашей страны.

Во-вторых, развитие добрососедских, дружественных отношений и сотрудничества со странами СНГ играет важную роль для поддержания стабильности Северо-Восточной и Центральной Азии. После окончания «холодной войны» ядерные проблемы на Корейском полуострове, пересмотр американо-японского договора о безопасности, нестабильность китайско-японских отношений свидетельствуют об осложнении ситуации в сфере безопасности в Северо-Восточной Азии. В Центральной Азии сохраняют свою опасность три силы: международный терроризм, этнический сепаратизм и религиозный экстремизм. Сторонники провозглашения «Восточного Туркестана», стремящиеся к расколу Китая, время от времени совершают террористические акты в западной части КНР.

Западный регион Китая и страны Центральной Азии имеют общую границу и общие религии, стабильность в этом регионе напрямую касается Китая.

Наконец, развитие добрососедских, дружественных отношений и сотрудничества со странами СНГ играет важную роль в деле поддержания глобального стратегического баланса сил и увеличения внешнеполитического влияния Китая. После окончания «холодной войны»

США как единственная сверхдержава в мире стремится предотвратить любой вызов своему господству. Америка рассматривает крупнейшую социалистическую страну мира — Китай — в качестве условного противника и постоянно создает и укрепляет так называемые «кольца окружения»

Китая, что напрямую отражается на безопасности КНР. Администрация Б.

Обамы объявила о возвращении США в Юго-Восточную Азию, а также о вмешательстве в проблемы Южно-Китайского моря. С перемещением центра тяжести американской стратегии в Азии, Китай все больше ощущает давление США Россия и КНР выступают против однополярного мира и гегемонии Америки и по многим международным вопросам имеют прочное единство мнений и общие интересы. Таким образом, развитие китайско российских добрососедских и дружественных отношений, сотрудничества в Северо-Восточной Азии и Центральной Азии и поддержание стабильности в регионе отвечают общим интересам обеих сторон.

С точки зрения экономических интересов СНГ будет и далее играть незаменимую роль для устойчивого экономического развития Китая. КНР может использовать эту базу для возобновления «Шелкового пути» и содействия осуществлению стратегии освоения и экономического развития в западной части страны.

Во-первых, СНГ обладает огромным потенциалом для развивающегося рынка Китая. В советские времена территория нынешнего СНГ являлась очень закрытым рынком, иностранные компании и их товары трудно пробивались на него. В настоящее же время страны — участницы СНГ это независимые суверенные государства, открывшие свои внутренние рынки для привлечения иностранных инвестиций и содействия развитию экономики. Регион превратился в огромный рынок, где конкурируют разные страны мира. Благодаря географическим преимуществам СНГ предоставляет широчайшие возможности для Китая: Содружество представляет собой огромный экспортный рынок для экономики КНР.

Во-вторых, большинство стран СНГ (в частности страны Центральной Азии и Каспийского моря) богаты природными ресурсами, особенно нефтью и природным газом, и являются одним из наиболее важных районов мира, дающим возможность достижения диверсификации импорта энергоносителей со стороны Китая. В последние годы, с ускорением экономического развития КНР, увеличивается спрос на энергию, а собственные резервы Китая далеки от удовлетворения этих потребностей.

При этом проблемы безопасности поставок и цен на отмеченные ресурсы остаются достаточно острыми и угрожают стабильному развитию китайской экономики. Потому достижение диверсификации источников поставок является актуальной задачей КНР.

В-третьих, СНГ остается одним из важных мировых транспортных путей и потенциально является самым удобным транспортным коридором для экспорта китайских товаров на европейские рынки. Страны СНГ обладают достаточно развитыми транспортными системами, включающими железнодорожные, автомобильные, речные, морские, трубопроводные, воздушные средства, среди которых железнодорожный транспорт является основным. Благодаря особенностям своего географического положения СНГ является мостом для развития геополитических связей между Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионом. Доступность транспорта имеет важное значение для активного участия Китая в мировой экономике.

Наконец, развитие экономического сотрудничества с Россией и странами Центральной Азии придаст новый импульс развитию ШОС, которая была создана Китаем и странами СНГ. Шанхайская организация сотрудничества является первой региональной международной организацией с момента образования Нового Китая, которая носит имя китайского города, и ее секретариат находится в Китае. Таким образом, развитие экономического сотрудничества придаст новый импульс реализации стратегии развития КНР, поможет Китаю и далее расширять доступ на рынки СНГ, будет содействовать устойчивому экономическому развитию и создаст условия для формирования зоны свободной торговли в границах стран — членов ШОС.

С точки зрения политических интересов развитие всестороннего сотрудничества со странами СНГ будет способствовать расширению международного влияния, повышать международный авторитет и внешнеполитический статус Китая, а также сыграет важную роль для мирного подъема Китая как ведущей мировой державы.

Для достижения этой цели КНР необходимо иметь собственных стратегических партнеров и свои сферы влияния. Для этого Китай должен проводить активную политику дальнейшего развития и укрепления отношений добрососедства и дружбы со странами СНГ, что будет способствовать реализации экономических интересов и интересов безопасности Китая в рамках СНГ. А это в свою очередь позитивно отразится и на международном влиянии Китая. По окончании финансового кризиса США резко усилили внимание к региону Восточной Азии. В связи с этим КНР обязана поддерживать стабильное политическое сотрудничество со странами СНГ на двусторонней или многосторонней (ШОС) основе в решении ряда международных вопросов, чтобы избежать попадания в международную изоляцию.

С точки зрения безопасности укрепление отношений сотрудничества со странами СНГ способно повысить военную мощь КНР и устранить потенциальные угрозы с целью укрепления национальных сил обороны и обеспечения национальной безопасности Китая.

Во-первых, страны СНГ, особенно Россия, обладают новейшими военными технологиями и оборудованием. Развитие торговли оружием и технического сотрудничества не только способствует обновлению вооружения Китая и улучшению технологического уровня военной промышленности страны, но и помогает преодолеть эмбарго на поставки оружия, наложенное европейскими странами и США. В краткосрочной перспективе, пока Китай не сможет изменить политику эмбарго, сотрудничество в военно-технической области со странами СНГ является наиболее эффективным способом защиты национальных интересов КНР.

Поэтому по-прежнему уделяется большое внимание как закупкам вооружения в странах СНГ, так и военно-техническому сотрудничеству.

Во-вторых, Китай и страны СНГ проводят многосторонние или двусторонние военные учения, в перспективе направленные на повышение боеспособности соответствующих армий, на содействие укреплению доверия между странами и противостояние общим потенциальным угрозам.

Китай установил со своими центрально-азиатскими соседями и Россией взаимное доверие по всей линии границ, особенно после создания Шанхайской организации сотрудничества. Был проведен ряд многосторонних и двусторонних военных обменов и военных учений.

Государства - члены ШОС ежегодно проводят военные учения «миротворческих миссий». Эти военные учения имеют огромное значение для военного взаимного доверия между Китаем и странами СНГ, повышения способности совместного реагирования на угрозы и сдерживания «трех сил зла», а также в целях содействия миру в регионе.

Политика Китая в странах СНГ Учитывая нынешнюю ситуацию в СНГ, а также его стратегическую ценность, Китай должен воспользоваться возможностью укреплять и усиливать сотрудничество со странами Содружества. КНР пристально следит за сложной и переменчивой ситуацией;

в то же время его правительству необходимо разработать ответные меры на проблемы его северных и западных соседей.

Во-первых, следует придерживаться дипломатического курса по двум направлениям. Прежде всего, «держать крупное - отпускать мелкое», то есть поддерживать прочные отношения с крупными странами — членами Содружества. Кроме того, продвигаться «от ближнего к дальнему», то есть сначала установить дружественные отношения с сопредельными странами— участницами СНГ для поддержания мира и стабильности, а затем развивать связи с другими государствами, которые имеют особенно важное стратегическое значение для Китая.

Среди стран СНГ Россия несомненно является наиболее важной страной для Китая. После распада Советского Союза отношения между РФ и КНР развиваются на принципах дружбы, конструктивного стратегического партнерства, взаимодействия и движутся к всестороннему стратегическому партнерству и взаимодействию. Обе страны на двустороннем региональном и глобальном уровнях развивают деловое сотрудничество и достигли серьезных результатов. Главы России и Китая высоко оценили отношения между своими странами, которые служат примером сотрудничества между крупными государствами, поэтому развитие китайско-российских отношений имеет значительное влияние как для региона, так и для всего мира. Этим объясняется тот факт, что в политике Китая по отношению к СНГ Россия занимает самое важное место, и развитие отношений с РФ будет крайне полезным для КНР. Практика показывает, что именно потому, что Китай рационально установил отношения стратегического партнерства и взаимодействия с Россией, последняя сыграла весьма конструктивную роль в определении государственной границы на северо-западе Китая, в создании Шанхайской организации сотрудничества и в других вопросах.

Начиная с 2003 года ситуация в СНГ претерпела большие изменения.

Центробежные силы ощущаются все больше, обгоняя центростремительные;

тенденция к плюрализации постепенно становится все более очевидной, постепенно ослабевает доминирующее положения России, которая не может в одиночку сопротивляться масштабному проникновению в СНГ сил Запада во главе с США. Россия нуждается в поддержке других стран. Китай должен разработать активную политику в отношении стран СНГ с учетом содержания китайско-российских отношений стратегического взаимодействия и партнерства, стратегических интересов, а также в соответствии с текущей ситуацией в странах Содружества.

При нынешних обстоятельствах Китай обязан проводить активную всестороннюю политику сочетания двусторонних и многосторонних инициатив. Иными словами, следует целенаправленно и поэтапно осуществлять сотрудничество в области безопасности, экономики и политики;

необходимо принимать активное участие в делах СНГ, чтобы поддерживать существующее направление регионального развития и определить его цели, рассматривая СНГ как единое целое. Нерационально сосредоточиваться исключительно на двусторонних отношениях, надо уделять больше внимания отношениям многосторонним. На фоне развития тенденции к плюрализации СНГ придется искать средства сопротивления ей, используя существующие связи между отдельными странами. И здесь Россия является приоритетом внешней политики Китая в рамках СНГ.

В дополнение к развитию отношений с Россией КНР также следует обратить внимание на развитие двусторонних отношений с другими странами членами СНГ, которые имеют стратегическое значение для Китая.

Последний должен целенаправленно устанавливать прочные отношения с этими странами в различных областях, для того чтобы максимально использовать их потенциал. Прежде всего, в сфере безопасности КНР следует обратить особое внимание на развитие двусторонних отношений с Казахстаном, Кыргызстаном и Таджикистаном. Безопасность и стабильность этих трех стран в обозримой перспективе будет оказывать непосредственное влияние на Китай.

Нужно продолжать совершенствовать механизм взаимного доверия в обеспечении безопасности на границе и региональной безопасности, а также усиливать сотрудничество в борьбе с «тремя силами зла». В экономической сфере Китаю необходимо уделять особое внимание развитию двусторонних отношений с Казахстаном, Узбекистаном, Туркменистаном, Азербайджаном, Беларусью, Украиной. Эти страны имеют либо богатые энергетические ресурсы, либо значительный военный потенциал, которые играют важную роль в экономическом развитии Китая и модернизации национальной обороны страны. У них в основном нет общей границы с Китаем — а поэтому и конфликта интересов, что облегчает взаимное сотрудничество.

Во-вторых, необходимы использование базы ШОС для развития многостороннего сотрудничества в регионе СНГ, устранение настроений настороженности и психологического сопротивления со стороны России.

СНГ является традиционной сферой влияния РФ, к любым внешним силам здесь она очень чувствительна, и КНР не является исключением. Это значительно увеличивает сложность продвижения политики Китая в СНГ. С целью устранения этой проблемы следует шире использовать площадку ШОС, действуя на основе взаимной выгоды, развивать многостороннее сотрудничество со странами СНГ. В результате все стороны смогут получить выгоды от этого сотрудничества, формировать общность интересов и ослаблять психологическую настороженность России.

В этом году отмечается десятая годовщина создания ШОС, которая стала мощной региональной организацией и имеет важное международное влияние. Китай должен воспользоваться этой возможностью, чтобы максимально использовать многосторонние механизмы консультаций и продолжить их совершенствование, разработать разумные «правила игры», включать обе крупные державы, Китай и Россию, в рамки многосторонних механизмов в целях снижения озабоченности и настороженности РФ по поводу участия Китая в делах СНГ и укрепления взаимного доверия.

Таким образом, на данном этапе темпы укрепления влияния Китая в рамках СНГ не должны быть слишком быстрыми — в противном случае его политика будут обречена на провал. Для начала мы должны взяться за экономику, постепенно расширяя доступ в СНГ, более широко использовать многосторонние механизмы, укреплять роль Шанхайской организации сотрудничества, устранять настроение враждебности России к китайской политике и добиваться максимального успеха при минимальных издержках.

Отношения КНР со странами Евразии имеют особое значение, и Китай должен использовать все возможности для дальнейшего расширения сотрудничества в различных областях и углубления дружбы со странами Содружества, для достижения нового этапа взаимного сотрудничества и развития региона в целом.

*** Среди стран СНГ Россия несомненно является наиболее важной страной для Китая.

*** 1 См. «Соглашение о создании Содружества Независимых Государств.

Исполнительный комитет СНГ». — www.cis.minsk.by 2 Алма-атинский Исполнительный комитет СНГ. — www.cis.minsk.by 3 «Стратегический курс России с государствами — участниками Содружества Независимых Государств».— www.mid.ru/bdomp/ns osndoc.nsf/e2f289bea62097f9c325787a0034c255/4e3d23b880479224c325707а 0310fad!OpenDocument 4 См. А. Шурубович. Постсоветские региональные объединения:

достижения, проблемы, перспективы. — www.analyticsmz.ru/?cat= 5 См. «Содружество Независимых Государств в 2009 году. Статистический ежегодник». М., 2010. С. 101.

6 См;

«10 лет Содружеству Независимых Государств: иллюзии, разочарования, надежды». М., 2001. С. 6;

«БИКИ». 25.02.2010. С. 2.

7 Л. Зевин. Векторы внешнеэкономической политики России. — «Вопросы экономики». 2009. N10. С. 138.

8 См.: «10 лет Содружества Независимых Государств: иллюзии, разочарования, надежды». С. 6;

«БИКИ». 25.02.2010. С. 2.

9 См.: Доклад Национального экономического совета «Экономическое сотрудничество — фактор интеграции стран СНГ». Екатеринбург, 2004. С. 9;

«Независимая газета». 22.01.2007.

Саудовская Аравия и «арабская весна», Г. Косач 30.06. ГРИГОРИЙ КОСАЧ Свободная мысль Москва 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, "5-6" КОСАЧ Григорий Григорьевич — профессор кафедры современного Востока факультета истории, политологии и права РГГУ, доктор исторических наук.

Внутренняя ситуация и региональная политика Оценивая летом 2011 года ситуацию в арабском мире, российский исследователь В. Наумкин обоснованно резюмировал: «Арабские монархии устояли перед натиском протестного активизма, жертвами которого стали республиканские государства». Причина этой устойчивости, по его мнению, связана не столько с «финансово-экономическими возможностями монархий», сколько с «фактором легитимности», более высокой при «монархическом режиме… чем в республике»(1). К Саудовской Аравии этот вывод относится едва ли не в первую очередь.

Проведенный располагающимся в Дохе Арабским центром политических исследований (Arab Center for Research & Policy Studies) весной — летом 2011 года опрос общественного мнения в странах арабского мира доказывал, что саудовские респонденты в большей мере, чем участники опроса из других государств региона, доверяли своему правительству ( процента «полностью доверяющих» и 31 процент «доверяющих»(2)). Это доверие распространялось и на назначаемый королем протопарламент Консультативный совет: 36 и 37 процентов соответственно(3). 52 процента саудовцев считали, что внутренняя политика правительства «полностью»

или «в значительной мере»(4) отвечает интересам граждан, что относилось и к проводимому государством внешнеполитическому курсу — процентов(5).

И все же Саудовская Аравия испытала воздействие развивавшихся в границах арабского региона протестных движений. Активизируя существующие в стране политические силы («либералы», конфессионально-региональные группы), «арабская весна» заставляла саудовскую власть искать ответ на вызов, бросавшийся ей этими силами.

Меняя же систему региональных международных отношений, события года побуждали саудовское руководство действовать в направлении «консервативной» реорганизации арабского геополитического пространства.

В Эр-Рияде 23 февраля 2011 года, в день возвращения в столицу лечившегося за пределами страны короля Абдаллы бен Абдель Азиза, было распространено обращенное монарху «Заявление 23 февраля», подготовленное группой «либеральных интеллектуалов» - «Молодежью Фейсбук». В нем говорилось: «Мы обращаемся к вам, Служитель Двух Благородных Святынь(6)! Революции, инициированные молодежью Туниса, Египта и Ливии, доказывают, что арабские правители не прислушивались к голосу нового поколения, оставаясь далеки от его устремлений и чаяний.

Они игнорировали требования народов, стремящихся к реформам, развитию, свободе, справедливости. Но разворачивающиеся события несут анархию, кровопролитие, попрание основ правопорядка»(7). Недопустимо, продолжали авторы документа, распространение «негативных последствий революций на королевство». «Молодежь призывает Служителя Двух Благородных Святынь провести назревшие реформы», чтобы «родина избежала потрясений»(8).

Авторы «Заявления 23 февраля» требовали превратить Консультативный совет в избираемый парламент, настаивая на трансформации монархии в «конституционное» и основанное на «разделении властей» королевство.

Они выступали за «независимость суда», отмену государственного контроля над деятельностью общественных организаций, «легализацию политических партий, исключение цензуры в отношении средств массовой информации, освобождение политических заключенных(9), предоставление политических и гражданских прав женщинам». Заявление включало и социальные требования — «справедливое распределение общественного богатства, ликвидацию безработицы среди молодежи, улучшение ее жилищных условий».

Прибыв в Эр-Рияд, король Абдалла провозгласил начало «нового этапа широкого национального диалога» для «блага отечества». Из государственного бюджета и личных средств монарха было выделено более 121 миллиарда саудовских риалов (более 35 миллиардов долларов США) на нужды социального обеспечения, развитие системы профессиональной подготовки женщин, повышение стипендий студентам(10). Не менее значительные суммы направлялись Фонду жилищного развития на возведение жилья для молодежи. Королевские указы предполагали, что на поощрение общественных организаций будет ежегодно выделяться от до 450 миллионов риалов. Игнорируя политические требования «Заявления 23 февраля», король подтверждал условный характер союза власти и «либералов», начало которому было положено в 2003 году(11). Этот союз диктовался прагматическими интересами саудовского «политического класса», который периодически обрушивал репрессии на испытывавших чувство «революционного нетерпения» интеллигентов.

«Либералы» настаивали на смягчении условий этого союза. 27 февраля 2011 года было предано гласности «Заявление 123-х», подписанное университетскими преподавателями, юристами, экономистами, правозащитниками и предпринимателями, утверждавшими «недостаточность осуществленных правителем мер, направленных на развитие страны»(12). Они вновь говорили о желательности превращения государства в конституционную монархию и преобразования Основного закона правления(13) в «полноценную конституцию», отмечая свою «солидарность с королем-реформатором». Считая недопустимым движение по пути «мятежей и анархии», авторы «Заявления 123-х» требовали разработать «поэтапный план политического реформирования», включая введение прямых и всеобщих выборов муниципальных советов (избираемых частично), создание Консультативного совета, обеспечение равноправия женщин.

Продолжая действовать на «благо отечества» (но вновь лишь частично удовлетворяя требования «либералов»), король, выступая 25 сентября года с тронной речью в Консультативном совете, объявил о принятии им новых указов, предоставляющих женщинам, начиная с 2013 года, право назначаться в протопарламент, а также участвовать в выборах и баллотироваться в депутаты муниципальных советов. Говоря об этом, он подчеркивал: «Взвешенное обновление, основанное на исламских ценностях в их качестве гарантии прав человека, — веление времени»(14).

Союз власти и «либералов» оставался фактом реальности, но вновь на условиях «правящего класса».

11 марта 2011 года, почти через три недели после возвращения короля в Эр-Рияд, сформированное суннитскими активистами «Объединение свободной молодежи» призвало «сторонников справедливости» выйти на улицы саудовских городов и «совершить джихад на пути Господа, сказав слово правды правителю», — в Саудовской Аравии должна была начаться желанная революция. Обращение подчеркивало, что «язык демонстраций и массовых собраний — единственный способ заставить государство осуществить требования людей»(15).

«Желанная революция» не произошла — слишком много сил было брошено для того, чтобы с помощью «превентивных мер» не допустить демонстраций. Государственная безопасность уже прекратила активность антисистемного террористического подполья, и ей не составило труда не допустить выступлений тех, кто действовал открыто. Против Объединения свободной молодежи была мобилизована машина государственной пропаганды - от муфтиев мечетей до «мыслителей и писателей нации», авторов ведущих саудовских изданий, говоривших о «недопустимости нападок на поэтапный реформаторский курс» короля(16). Саудовские «либералы» поддержали действия власти — в обнародованном 15 марта 2011 года заявлении Саудовского национального общества прав человека говорилось о «непоколебимости единства правительства и граждан»(17).

В начале октября 2011 года саудовский «политический класс» столкнулся с новым вызовом - грозившими распространением по всей территории Восточной провинции(18) волнениями шиитской молодежи города Эль Авамийя. Вне зависимости от политических предпочтений того или иного печатного издания, саудовская пресса квалифицировала эти волнения, предлагая широкий спектр их «причин» — «хулиганские выходки»(19), «провокация "Аль-Каиды"»(20), «вмешательство Тегерана, потерявшего Бахрейн и теряющего Сирию»(21). Раскрыв в Восточной провинции «террористическую ячейку, связанную с ливанской "Хизбаллой"», саудовские специальные службы «покончили с ее преступлениями»(22).

События в Эль-Авамийе стали самыми серьезными после 1979 года выступлениями шиитов Восточной провинции, вновь доказывая «политико конфессиональную маргинальность шиитов в саудовском государстве»(23).

Усилия саудовского государства, пытавшегося после прихода к власти в 2005 году нынешнего монарха снизить уровень отчуждения шиитского меньшинства, проводя курс «осторожной открытости», не увенчались успехом(24). Тому были весомые причины: сопротивление официального корпуса законоучителей, исключившее возможность назначения шиитского правоведа в Совет высших улемов, а также саудовское видение Ирана как «стратегического противника». Но и оппозиция осудила выступление в Эль Авамийе, настаивая на том, что условием включения шиитского меньшинства в общенациональную поли тику выступает «отказ шиитов арабов от принципа лояльности [иранскому] центру регионального влияния»(25).

Внутренние вызовы, бросавшиеся саудовской власти в течение 2011 года, не оказались для нее непреодолимыми - оппозиция раздроблена и не способна на создание единого блока давления на власть. Ее основные группы устремлены к сохранению союза с властью. Власть же, воплощаемая ее высшим сановником — королем, продолжала играть бедуинско-исламскую роль «справедливого» и «щедрого» правителя. Но эта игра имела четкие пределы: выступая 23 февраля 2011 года, саудовский монарх обращал особые слова благодарности государственной безопасности - «щиту, защищающему родину от тех, кто продал себя и стремится покуситься на благо родины». Им король обещал «отрубить их грязные руки»(26).

Саудовское государство «консервативно»(27). Это клише саудовского дискурса означает в том числе, что проводимый государством внешнеполитический курс направлен на сохранение статус-кво, понимаемого как обеспечение стабильности в важных для его «правящего класса» регионах — зоне Залива и на Ближнем Востоке. Но эта «консервативность» селективна. Если в случае Туниса саудовская позиция едва ли артикулировалась (хотя предоставление убежища бывшему президенту Зину аль-Абидину бен Али и отказ выдать его показательны), то развитие ситуации в Египте, соседе Саудовской Аравии и ее стратегическом союзнике, вызывало осуждение и неприятие, что подчеркивалось словами короля Абдаллы, считавшего, что события в этой стране являют собой «разгул анархии, грабежей и насилий», а не «защиту демократических свобод»(28).

Прагматические соображения заставили саудовский «правящий класс»

признать отставку Хосни Мубарака. Этот «класс» ориентировался на армию, выражая в феврале 2011 года надежду, что «предпринимаемые вооруженными силами усилия, направленные на восстановление мира, стабильности и спокойствия, увенчаются успехом», а контролируемое ими правительство воссоздаст «историческую роль Египта на арабской, исламской и международной арене»(29). Саудовский политический истеблишмент дистанцировался не только от площади Тахрир, но и от движения «Братьев-мусульман». Его победа на парламентских выборах оценивалась как предпосылка создания «умеренной исламистской власти»

в качестве «альтернативы саудовской салафитской социальной системе»(30). Отталкиваясь от этой посылки, в Саудовской Аравии считали «опасным для Египта и всего региона» возможный приход на пост главы государства исламистского кандидата, что стало бы основой реализации «религиозной модели "Братьев"»(31).

Расширение пространства протестных движений создавало ситуацию, при которой реакция саудовского «правящего класса» могла опираться и на иные оттенки «консервативности». Если в случае Йемена состоявшееся апреля 2011 года в Эр-Рияде чрезвычайное совещание министров иностранных дел государств - членов Совета сотрудничества арабских государств Залива (ССАГЗ) приняло «инициативу стран Залива»(32), положенную в дальнейшем в основу резолюции Совета Лиги арабских государств (ЛАГ) по Йемену(33), то в ситуации Бахрейна речь шла о введении в эту страну армейских подразделений ССАГЗ, основу которых составили саудовские войска.

Сложность внутрийеменской политико-конфессиональной ситуации заставляла Саудовскую Аравию видеть в сторонниках президента Али Абдаллы Салеха (включая и армию) гарантию сохранения территориального единства страны-соседа, но, учитывая уровень протестных движений, настаивать на диалоге власти и оппозиции. В то же время положение в Бахрейне (государстве — члене Совета сотрудничества) оценивалось саудовским «правящим классом» как итог «действий Ирана», вызвавших к жизни «межконфессиональные трения и религиозный экстремизм». Эта точка зрения была подтверждена всеми членами ССАГЗ(34) и поддержана ЛАГ35. Из нее вытекало утверждение о том, что «участие формирований "Щит полуострова"(36) в событиях в Бахрейне положило предел росту экстремизма и исключило его воздействие на социально-политические процессы», «обуздав иранские посягательства»(37).

Сложный характер саудовско-ливийских отношений последних лет (в Саудовской Аравии говорили о «раскрытии заговора ливийского режима с целью убийства короля Абдаллы бен Абдель Азиза»(38)) определил основные элементы ее курса в отношении Ливии. Этот курс отталкивался от негласной поддержки противников Муаммара Каддафи, деятельности в рамках ССАГЗ(39) и ЛАГ(40), направленной на то, чтобы утвердить «нелегитимность ливийского режима», поддержку плана создания «зоны, запретной для полетов» и перенос «ливийского досье» на рассмотрение Совета Безопасности ООН.

Саудовская позиция в отношении Сирии также несла на себе отпечаток напряженности в отношениях обеих стран, вытекавшей, как отмечали в саудовской столице, из «ориентации президента Башара Асада на тесные связи» с Ираном и, как следствие этих связей, поддержки сирийским руководством «антиправительственных действий ливанской "Хизбаллы"», а также ХАМАС(41). Кристаллизация саудовской позиции (включая и ее финансовый компонент) в отношении сирийской оппозиции развивалась по мере оформления ее организационных структур и ее взглядов на будущее Сирии, во многом совпадавших с саудовским пониманием «консервативности» региональной системы международных отношений.

В начале декабря 2011 года тогдашний глава Сирийского национального совета Бурхан Гальон заявил о том, что будущее сирийское правительство, сформированное оппозицией, «разорвет особые отношения с Ираном и прекратит поставки вооружения "Хизбалле" и ХАМАС». По его словам, Сирия будет добиваться освобождения Голанских высот «путем переговоров, не прибегая к вооруженным действиям» (что соответствовало духу выдвинутой нынешним саудовским монархом в 2002 году и принятой ЛАГ «арабской мирной инициативы»), а сирийская внешняя политика будет ориентирована «на взаимодействие с основными государствами арабского региона»(42).

6 августа 2011 года король Абдалла выступил со специальным обращением к «братьям в Сирии», обвинив сирийский режим в «противоречащем нормам религии и морали кровопролитии». Саудовский монарх был откровенен: «Королевство заявляет о своей исторической ответственности перед сирийскими братьями, требуя остановить кровопролитие, обратиться к разуму и провести реформы»(43). Саудовский «правящий класс» делал выбор в пользу оппозиции — обращение короля завершалось сообщением об отзыве саудовского посла из Дамаска.

В конце августа 2011 года Министерский совет ЛАГ провел первое заседание, посвященное развитию событий в Сирии. Это был итог усилий Саудовской Аравии, координировавшей свои действия с государствами ССАГЗ. Принятое на заседании заявление было выдержано в терминах обращения саудовского монарха — «прекращение кровопролития», «обращение к разуму», «проведение неотложных реформ»(44). Дальнейшие действия Лиги определялись все возраставшим давлением Саудовской Аравии и ее союзников -в ноябре 2011 года был принят Протокол об обязательствах сирийского правительства и условиях деятельности в Сирии миссии наблюдателей ЛАГ(45), а также резолюция Министерского совета об экономических санкциях против Сирии(46). Приветствуя решения ЛАГ, саудовская пресса призывала «интернационализировать» внутрисирийский кризис, резко критикуя российскую позицию в Совете Безопасности ООН(47) (значительность китайского экономического присутствия в королевстве исключала критику в адрес этой страны).

Саудовская позиция в отношении внутрисирийского кризиса не была статична, на нее воздействовали факторы регионального и международного характера, важнейшим из которых становился «паралич Совета Безопасности», преодоление которого могло достигаться за счет создания (и финансирования) «группы друзей сирийского народа»(48), поставок вооружения оппозиции(49) и все более четко звучавшего призыва к «внешнему вмешательству» после «провала миссии Кофи Аннана»(50). июня 2012 года, выступая на пресс-конференции по итогам состоявшейся в Джидде очередной сессии Министерского совета ССАГЗ, глава саудовского внешнеполитического ведомства открыто высказал эту идею(51).

«Арабская весна» вновь поставила вопрос и о ССАГЗ в качестве его приоритетной для саудовской внешней политики международной структуры. Речь не шла лишь о привлечении к деятельности этой организации двух арабских монархий (Иордании и Марокко(52)) и о создании в связи с этим «расширенного [региона] Залива»(53), что позволило бы саудовскому «правящему классу» говорить о становлении «коалиции арабских монархий» ради стабильного развития «арабского отечества». Вопрос касался в первую очередь укрепления сотрудничества между странами—членами Совета. 19 декабря 2011 года, выступая в Эр Рияде на очередной сессии Высшего совета ССАГЗ, король Абдалла, обращаясь к главам государств Залива, говорил о необходимости «перехода от этапа сотрудничества к этапу конфедерации»(54).

По мнению высших представителей саудовского «правящего класса», для этого были веские причины. Выступая в конце декабре 2011 года на эрриядской конференции «Залив и мир», саудовский министр иностранных дел определял необходимость движения государств ССАГЗ к большему взаимодействию «иранским вмешательством во внутренние дела стран Залива», как и вероятностью создания Ираном ядерного оружия, способного стать «серьезной угрозой региону»(55). Этот аспект проблемы затрагивался и главой саудовской Службы общей разведки принцем Мукраном бен Абдель Азизом: «Иран как военная сила, обладающая ядерными амбициями, — отмечал он, — бросает вызов странам Залива. Это обстоятельство усиливает их стремление к большему сплочению, в том числе и для обуздания Ирана»(56).

В 2003 году в Саудовской Аравии начался «этап реформ», Это реформы инициировались властью (вводившей их в русло соответствия «принципам шариата» и «умеренности»(57)) и имели своей целью расширение числа участников принятия политических решений. На рубеже истекшего и нынешнего столетий движение в этом направлении ускорялось: в течение 2003—2005 годов последовательно расширялся состав членов Консультативного совета, был создан Центр национального диалога, возник Антикоррупционный комитет, проведены первые частичные выборы советов муниципалитетов, повышена общественно-политическая роль национального предпринимательства, представленного Советом торгово промышленных палат, появились профессиональные организации и «общественный» Саудовский национальный комитет прав человека(58).

В октябре 2006 года власть саудовского «правящего класса» получила законодательную основу - Закон о комитете по принесению клятвы(59), содействовавший институционализации вопросов, связанных с престолонаследием (в октябре 2011 года этот закон был применен, когда наследником саудовского престола стал принц Наеф бен Абдель Азиз).

Созданный в 2008 году в качестве начинания короля Абдаллы бен Абдель Азиза, Центр диалога религий(60) вносил серьезные изменения в саудовский политический дискурс, начинавший опираться на более широкие цивилизационные взгляды. По словам саудовского монарха, «Саудовская Аравия — страна, открытая миру, черпающая идеи в Торе, Евангелиях и Коране — Книгах, ниспосланных Господом, ведь весь мир верит в справедливость, благополучие, мир»(61).

«Арабская весна» стала вызовом, требовавшим продолжения реформ.

Однако, в отличие от прошлого, движение по этому пути обрело более широкую социальную основу - ею стал выпестованный властью новый «образованный класс». По оценкам Саудовского департамента статистики (конец февраля 2010 года), более 96 процентов работающих саудовцев (почти 4 миллиона человек в возрасте от 25 до 44 лет, или 89,5 процента от общей численности рабочей силы) получили образование: 26,8 процента обладают дипломами об окончании средней школы, а 34,4 процента дипломами бакалавров. Образованы как работающие мужчины (96, процента), так и работающие женщины (98,5 процента). 18,4 процента работающих саудовских мужчин и 55,8 процента работающих саудовских женщин заняты в сфере науки, техники и гуманитарных дисциплин(62).

Ежегодно не менее 90 тысяч молодых саудовцев и саудовок отправляются на учебу в зарубежные университеты. В самой Саудовской Аравии действуют 25 университетов (включая и созданные в эпоху правления нынешнего короля крупнейшие учебные комплексы - Университет нефти и природных ресурсов имени короля Фахда в Дахране и Университет науки и технологии имени короля Абдаллы вблизи Джидды)(63). Расширяясь и обретая новые возможности и институты влияния (Консультативный совет, торгово-промышленные палаты, профессиональные и правозащитные структуры), этот «класс» начинал видеть себя частью системы государственной власти, считая необходимым сузить сферу полномочий официального корпуса улемов.


Его действия вновь опирались на начинания «правящего класса»: в середине февраля 2009 года монарх реформировал Совет высших улемов, введя в состав этой религиозной инстанции представителей неханбалитских мазхабов(64). В начале 2010 года министерство религиозных дел инициировало «программу идейной безопасности», ограничив полномочия Лиги общественной морали(65). 12 августа того же года король Абдалла издал указ, позволяющий распространение только тех религиозно-юридических суждений, авторами которых являются правоведы, «избранные и введенные» королем в состав Совета высших улемов и Постоянной комиссии религиозных исследований и фетв(66).

Комментируя действия власти по отношению к корпусу правоведов, саудовская пресса писала, что «развитие королевства вызвало противостояние в сфере культуры и общественной жизни», вытекающее из «разрыва между поколениями», — «новое образованное поколение»

стремится «с помощью Интернета и спутникового телевидения войти в мир»(67). Полем противостояния религиозной власти и «образованного класса» стала сфера женского равноправия, когда символом борьбы явилось требование отмены запрета на вождение женщиной автомобиля.

Но и здесь молодые саудовцы шли в фарватере начинаний «правящего класса»: один из указов февраля 2009 года ввел женщину (получившую пост заместителя министра образования) в государственную табель о рангах(68). Женщины получили удостоверения личности, становились служащими управлений гражданской обороны и министерства торговли и промышленности, ректорами «университетов для женщин», избирались в руководящие органы торгово-промышленных палат. Шаги, связанные с женской эмансипацией, на которые шло саудовское политическое руководство, не приветствовались (или осуждались) улемами, что создавало ситуацию «отчуждения между политиком и правоведом»(69). Это «отчуждение» позволяло выдвигать требования, не противоречившие устремлениям «правящего класса».

Концентрируясь вокруг идеи «ограничения влияния улемов»(70) на общественно-политическую жизнь, требования «молодежи» лишь выборочно принимались «правящим классом». Его точка зрения всегда отталкивалась от необходимости «опоры реформ на выверенную всеобъемлющую и долгосрочную стратегию» при сохранении «столпа»

саудовской политической системы — союза правящей династии и руководящего элемента страты улемов, то есть семьи потомков Мухаммеда ибн Абдель Ваххаба — Аль Аш-Шейх. Это означало, что саудовская оппозиция могла играть роль зависимого «младшего партнера» власти.

Власть же в условиях «арабской весны» делала выбор в пользу консервативной «умеренности».

Выступая 27 декабря 2011 года на патронировавшейся им и организованной эрриядским Исламским университетом имама Мухаммеда бен Сауда конференции «Салафизм как шариатский метод и национальное требование», в недавнем прошлом наследник престола принц Наеф бен Абдель Азиз вносил в эту постановку вопроса необходимые нюансы:

«Королевство будет следовать салафизму — источнику его прогресса и развития, поскольку салафизм соединяет в себе идентичность и современность. Это — шариат и мирская жизнь. Он призывает учиться прогрессу и мирно сосуществовать с другими, уважая их права», ради того, чтобы «сохранить стабильность в бурлящем региональном море»(71).

Слова недавно скончавшегося принца обманчивы — они не несут в себе идею победы саудовской внешне- или внутриполитической «консервативности». Она не безусловна в случае Бахрейна, Йемена, Ливии и Египта, далеких (что определяется внутренним соотношением сил) от того, чтобы считать их вернувшимися к статус-кво дореволюционного времени. Это же относится и к Сирии, стоящей на пороге гражданской войны. Наконец, Саудовская Аравия столкнулась с внутренним вызовом — оппозицией, требующей социальной справедливости и настаивающей на ликвидации наиболее архаичных форм политической жизни. Страна должна вступить в тот этап своей эволюции, который создаст предпосылки неизбежности ее будущего обновления.

*** «Арабская весна» стала вызовом, требовавшим продолжения реформ.

*** ПРИМЕЧАНИЯ 1 В. Наумкин. Снизу вверх и обратно. — «Россия в глобальной политике».

2011. N 4. — www.globalaffairs.ru/number/Snizu-werkh-i-obratno- 2 Машруа кияс ар-рай аль-амм аль-арабий. Аль-Муашшир аль-арабий (Проект опроса арабского общественного мнения. Арабский показатель 2011 года). — «Доха, Аль-Марказ аль-арабий ли аль-абхасва ди-раса ас сиясат». 03.2012. С. 50 (www.dohainstitute.org/file/pdfViewer/45f971e2 d266-4f77-96f5-a2e7c45883a6.pdf). Эти цифры контрастировали с мнением участников опроса из других государств региона, варьировавшимся от процентов египтян до 5 процентов алжирцев и ливанцев и 3 процентов марокканцев и иракцев (см. там же).

3 См. там же. С. 51. Только в Мавритании уровень доверия респондентов к парламенту составил 28 процентов, значительно снижаясь в других странах — 15 процентов в Судане, 11 процентов в Иордании, 9 процентов в Ливане и по 2 процента в Алжире и Ираке, (см. там же).

4 См. там же. С. 53.

5 См. там же. С. 52.

6 Официальный титул короля Саудовской Аравии. «Две Благородные Святыни» — Мекка и Медина.

7 Тасаъуд маталиб аль-ислях фи Ас-Саудийя. — «Аль-Джазира». 24.02.2011.

— www.aljazeera.net/NR/exeres/7429F239-FAD6-45CF-969C 3547A3C9C78C.htm 8 Саудийюн юталибун аль-малик би исляхат. — «Аль-Джазира». 24.02.2011.

— www.aljazeera.net:80/NR/exeres/8492EE30-D3FF-4820-937B E67286517286.htm?GoogleStatID= 9 Число политических заключенных в Саудовской Аравии составило в году более 3 тысяч человек. (см. Такрир кадая хукук аль-инсан фи Аль Мамляка Аль-Арабийя Ас-Саудийя. — www./arabic.jeddah.uscon sulate.gov/human-rights-report-2010.html).

10 См. Аль-Малик Абдалла яъалян карарат ли кабх аль-баталя. — «Аль Хайят». 24.02.2011. — www.international.daralhayat.com:80/internationalarticle/ 11 См. об этом: Г. Г. Косач. Саудовская Аравия: внутриполитические процессы «этапа реформ» (конец 1990-2006 г.). М, 2007. С. 26-55.

12 Маталиб би малякийя дустурийя би Ас-Саудийя. — «Аль-Джазира».

27.02.2011. — www.aljazeera.net/NR/exeres/8FD04625-05E9-47C3-885 5 04412FDDOOE6.htm 13 Принятый в 1991 году (наряду с Законом о Консультативном совете и Законом об управлении провинциями) важнейший конституционный акт Саудовской Аравии.

14 Би карарейн тарихийейн аль-малик яхджуз макъад аль-маръа би Аш Шура. — «Аш-Шарк Аль-Аусат».26.09.2011. — www.aawsat.com//details.asp?section=4&article=642138&issueno= 15 Листовка «Саура ханин 11 марс, 6 рабиа аль-ахар». — Личный архив автора.

16 Главный редактор «Аш-Шарк Аль-Аусат» Тарик Аль-Хамид писал 12 марта 2011 года: «Саудовцы сказали в прошлую пятницу (11 марта 2011 года. — Г.

К) подстрекателям, что они принесли монарху молчаливую клятву верности» (Т. Аль-Хамид. Ас-Саудийя: яум аль-бейъа ас-самита. — «Аш Шарк Аль-Аусат». 12.03.2011. — www.aawsat.com/leader.asp?section=3&article=612174&issueno=11792).

17 См. Баиян садыр ан Аль-Джамъийя аль-ватанийя ли хукук аль-инсан фи Аль-Мамляка Аль-Арабийя Ас-Саудийя. 15.03.2011. — Личный архив автора.

18 Шииты сосредоточены в расположенной на побережье Персидского залива Восточной провинции.

19 См. Аль-Афъаль аль-мушина фи Аль-Авамийя. — «Ар-Рияд». Об. 10.2011.

— www.alriyadh.com/2011/10/06/ article673015.html 20 См. Аль-Каида саъат ли хальк фитна таифийя фи Ас-Саудийя. — «Аш Шарк Аль-Аусат». 04.10 2011. — www.aawsat.com//details.asp?section=4&article=643368&issueno= 21 См., в частности: Масъулю ва ахали Аль-Катыф: ахдас Аль-Авамийя амаль мушин. — «Аль-Мадина». 05.10.2011. - www.al madina.com/node/ 22 Муфти Ас-Саудийя юхаджим ас-саъин ли нашр аль-фауда. — «Аш-Шарк Аль-Аусат». 08.10.2011. — www.aawsat.com/details.asp?section=4&article=644025&issueno= 23 Ф. Ибрахим. Аш-Шиъа фи Ас-Саудийя. Бейрут, 2007. С. 32.

24 См. М. Н. Шаххата. Сияса ан-нузум аль-хакима фи Аль-Бахрейн ва Аль Кувейт ва Ас-Саудийя фи ат-таъамуль маа маталиб аш-шиъа. Бейрут, 2011.

С. 352—353.

25 М. Аль-Хубейль. Аш-Шиъа аль-араб ма баад аль-вали аль-факих. — «Аль Хайят». 30.05.2012. — www.alhayat.com/Details/ 26 См. Хадим Аль-Харамейн юваджих калима иля шааб Аль-Мамляка.

23.02.2011. — www.mofa.gov.sa/ServicesAndlnformation/news/statements/Pages/NewsArticl elD 121276.aspx 27 См. X.И. Аль-Али. Мабадиа ва ахдаф ас-сияса аль-хариджийя ас-саудийя.

— «Ас-Сияса аль-хариджийя ли Аль-Мамляка Аль-Арабийя Ас-Саудийя фи миат амм». Эр-Рияд, 2002. С. 56.

28 Аль-Малик ли Обама: ля мусавама аля истикрар Мыср ва саляма ва амн шаабиха. — «Ар-Рияд». 31.01.2011. www.alriyadh.com/2011/01/31/article599942.html 29 Масдар масъуль: Аль-Мамляка тураххиб би аль-интикаль ас-сильмий ли ас-султа фи Маср. — «Аль-Ватан». 12.02.2011. — www.alwatan.com.sa/Local/News_Detail.aspx?ArticleID=41539&CategoryID= 30 Ф. Аль-Аклюк Ас-Сияса ас-саудийя тиджах саурат ар-рабиа аль-арабий. — Марказ «Аль-Джазира» ли ад-дирасат (Аналитический центр «Аль Джазиры»). 13.11.2011. —www.aljazeera.net/NR/exeres/40B2E380-52-F9 4A8A-B23C-9C2B636016FD.htm 31 Т. Аль-Хамид. Халь бадаа тахджим «Аль-Ихван» би Маср. — «Аш-Шарк Аль-Аусат». 26.05.2012. — www.aawsat.com/leader.asp?section=3&article=679004&issueno= 32 См. Мубадара халиджийя ли халль аль-азма аль-йеменийя. — «Аш-Шарк Аль-Аусат». 11.04.2011. — www.aawsat.com/details.asp?section=4&artide=616687&issueno= 33 См. Байян садыр ан Маджлис Джамиъа ад-дувваль аль-арабийя фи дауратихи гейр аль-адийя би шаан та-таввурат аль-вадъ фи Аль-Йемен.


22.03.2011. —www.arableagueonline.org/wps/wcm/connect/dafe0300463817 a0b07bb7ab2b463fb2/Yemen.pdf 34 См. Аль-Байян ас-сухуфий ас-садыр ан ад-даура аль-истиснаийя ас салиса ва ас-салисун ли Аль-Мадж-лис алывизарий. — «Ар-Рияд».

17.04.2011. — www.gcc-sg.org/index3499.html?action=Sec-Show&ID= 35 См. Аль-Джамиъа туайид Дираа аль-ддазира би Аль-Бахрейн. — «Аль Джазира». 23.03.2011. — www.aljazeera.net/NR/exeres/305851BC-5566 49AO-8E32-4DD55FA7BE8172.htm 36 Название объединенных вооруженных сил ССАГЗ.

37 Динамийя аль-амн аль-иклимий. Калима аль-амир Мукран бен Абдель Азиз. 04.12.2011. — www.gulfand-globe.org/home/ar/media-center/speeches and-papers/34-2011-12-05-06-26-19.html.

38 «Ад-Дипломасийя ас-саудийя тиджах Либия». — «Аль-Хайят». 05.01.2012.

— www.ksa.daralhayat.com/ksaarticle/ 39 См. «GCC: Libya Regime Lost Legitimacy». — «Al-Jazeera». 11.03.2011. — www.aljazeera.com/news/middleeast/2011/03/2011310211730606181.html 40 См. Карар Маджлис Джамиъа ад-дувваль аль-арабийя фи дауратиха гейр аль-адийя би шаан аль-аудаъ фи Либия. 27.08.2011 — www.arableagueonline.org/wps/wcm/connect/lb53548048e9ef94bl6bfd7abaae 88c3.pdf 41 См. Т. Аль-Хамид. Сурия ва мухаджама ас-сафара аль-америкийя. — «Аш-Шарк Аль-Аусат». 12.07.2011. — www.aawsat.com/leader.asp?section=3&issueno=11914&article= 42 Syria Opposition Leader Interview Transcript. — «The Wall Street Journal».

02.12.2011. — www.online.wsj.com/article/SB 8.html 43 Калима Хадим Аль-Харамейн иля ашиккаихи фи Сурия. См. сайт министерства иностранных дел (www.mofa.gov.sa/ServicesAndInformation/news/TwoHolyMosquesSpeeches/P ages/891042.aspx) 44 См. Аль-Байян ас-садыр ан иджтимаа Маджлис Джамиъа ад-дувваль аль арабийя аля аль-мустава аль-визарий фи дауратихи гейр аль-адийя би шаан аль-аудаъа фи Сурия. — Каир. 27.08.2011. — www.ara bleagueonline.org/wps/wcm/connect/52046e8048e9eeblbl3ffd7abaae88c 45 См. Ан-Натаидж ас-садира ан иджтимаа Маджлис Джамиъа ад-дувваль аль-арабийя аля аль-мустава аль-визарий. — Рабат, 16.11.2011. — www.arableagueonline.org/wps/wcm/connect/a45f5a00491801d98cObed7abaa e88c 46 Мутабаа татаввурат аль-вадъ фи Сурия. — Каир, 27.11.2011. — www.arableagueonline.org/wps/wcm/con nect/fdae6480493824db9b86ff7abaae88c 47 См. А, Р. Ар-Рашид. Хауля юридун ат-тадаххуль ад-дуввалий. — «Аш Шарк Аль-Аусат». 06.09.2011. www.aawsat.com/leader.asp?section=3&article=639097&issueno=11970;

Он же. Ат-Тадаххуль ад-дуввалий ля аль-аджнабий. — «Аш-Шарк Аль-Аусат».

07.09.2011. — www.aawsat.com/leader.asp?section=3&artide= &issueno= 48 См. Калима Суму вазир аль-хариджийя фи аль-муатамар ад-дувалий ли асдыка аш-шааб ас-сурий. 24.02.2012.

www.mofa.gov.sa/SeгvicesAndInformationДmportantIssues/Pages/ArticleID 222595010503.aspx 49 См. Сауд Аль-Фейсал: низам Аль-Асад асбах ашбах би султа ихтиляль ва таслих аль-муарада фикра мумтаза. — «Аш-Шарк Аль-Аусат». 25.02.2012. — www.aawsat.com/details.asp?section=4&article=665253&issuеnо= 50 См. Т. Аль-Хамид. Хана вакт ат-тадаххуль аль-хариджий би Сурия». — «Аш-Шарк Аль-Аусат». 27.05.2012. — www.aawsat.com/leader.asp?section=3&article=679030&issueno= 51 См. Сауд Аль-Фейсал: ихтиджадж Тахран аля аль-иттихад аль-халиджий якшуф ахдафуха фи аль-мин-така. — «Аш-Шарк Аль-Аусат». 06.06.2012. — www.aawsat.com/details.asp?section=4&artide=680593&issueno= 52 См. Ат-Таавун аль-халиджий явассуъ удвийятаху би дамм Аль-Урдунн ва даъва Аль-Магриб». — «Аш-Шарк Аль-Аусат. 11.05.2011. — www.aawsat.com/details.asp?section=l&issueno=11852&article= 53 Выражение Башира Абдель Фаттаха (см. Б. Абдель Фаттах. Ас-Саурат ва мустакбаль ан-низам аль-арабий).

54 Калима Хадим Аль-Харамейн фи ифтитах Аль-Маджлис аль-ааля ли Маджлис ат-таавун. — www.mofa.gov.sa/ServicesAndInformation/news/IwoHolyMosquesSpeeches/Pag es/ArticleID20111220125017587.aspx 55 Калима Суму вазир аль-хариджийя аль-амир Сауд Аль-Фейсал. — www.gulfandglobe.org/home/ar/media-center/speeches-and-papers/28-2011 12-04-06-35-02.html 56 См. Динамийя аль-амн аль-иклимий. Калима аль-амир Мукран бен Абдель Азиз.

57 Термин саудовского политического дискурса, означающий дозированность реформ, прерогативу власти быть их источником и осуществлять их реализацию.

58 См. об этом: Г. Г. Косач. Саудовская Аравия: внутриполитические процессы «этапа реформ». С. 86— 236.

59 См. Иъалян Низам Хейъа аль-бейъа. — «Аш-Шарк Аль-Аусат». 20.10.2006.

— www.aawsat.eom//details.asp?section=4&article=388223&issueno= 60 См. Ад-Даъва ли инша Марказ ва джаиза аль-малик Абдалла ли ат тавасуль байн аль-хадарат». — «Аш-Шарк Аль-Аусат. 07.06.2008. — www.aawsat.com//details.asp?section=4&article=473853&issueno= 61 Хадим Аль-Харамейн: наахуз мин Ат-Таура ва Аль-Инджиль ва Аль Куръан. — «Ар-Рияд». 25.10.2011. — www.alriyadh.com/2010/10/ 5/article570998.html 62 См. Аль-Мамляка: 8,6 мильон насама джумля аль-кувва аль-амиля. — «Аль-Хайят». 01.03.2010. — www.ksa.daralhayat.com/ksaarticle/ 63 См. Хадим Аль-Харамейн: аль-хукума ас-саудийя таъмаль аля нашр сакафа хукук аль-инсан». — «Аш-Шарк Аль-Аусат. 29.05.2010. - www.aawsat.com/details.asp?section=4section=4&article=57l6l9&issueno= 64 См. Аль-Малик Абдалла: карарат саудийя тарихийя. — «Аш-Шарк Аль Аусат». 15.02.2009. — www.aawsat.com//details.asp?section=I&issueno=11037&article= 65 См. Аль-Мадина: истимрар таукыф анасыр Аль-Хейъа. — «Аль-Хайят».

01.04.2010. — www.daralhayat.com/portalarticlendah/ 66 См. Хадим Аль-Харамейн юсдар амран малякийян би каср аль-фатва аля Хейъа кибар аль-уляма.100 — «Аш-Шарк Аль-Аусат». 13.08.2010.

www.aawsat.com//details.asp?section= I &issueno= 11581 &article= 67 Ю. Аль-Куэйлейт. Мин аль-махаллийя иля алям муавалям. — «Ар-Рияд».

07.06 2010. — www.alriyadh.com/2010/06/07/article532670.html 68 См. Нура Аль-Фаиз: нудрик мутаталлабат аль-мархаля. — «Аш-Шарк Аль Аусат». 15.02.2009- — www.aawsat.com//details.asp?section=4&article=507109&issueno= 69 А, Аль-Хейс. Мушарака аль-маръа фи аль-хайя ас-сиясийя ас-саудийя. — «Аль-Джазира». 17.10.2011. — www.aljazeera.net/NR/EXERES/26C86176 EB3A-45AA-874D-369D9D87DA21.htm 70 См. Даъва ли тахджим уляма ад-дин би Ас-Саудийя. — «Аль-Джазира».

12.10.2010. — www.aljazeera.net/NR/exeres/OA24F9FF-C8FE-43A4-9237 031962D4FO18.htm 71 Вали аль-ахд: Аль-Мамляка камат аля аль-манхадж ас-саляфий ва лян татаназаль анху. — «Аль-Хайят». 28.12.2011. — www.ksa.daralhayat.com/ksaarticle/ Эволюционное моделирование геополитической обстановки, В.

Карякин 30.06. Владимир Карякин Свободная мысль Москва 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, "5-6" КАРЯКИН Владимир Васильевич — ведущий научный сотрудник отдела оборонной политики Российского института стратегических исследований, кандидат военных наук Эволюция — это необратимое историческое развитие естественных (ЕС) и искусственных систем (ИС)(1). Среди прочего к последним относятся и социально-политические системы, в которых важную роль играют экономические, информационные, культурно-конфессиональные и психологические факторы, которые приобрели особое значение в эпоху постмодерна. В классической науке эволюция всегда противопоставляется революции - быстрым, значительным по масштабам и порой катастрофическим по последствиям изменениям в системах. Однако в постнеклассической науке используется более гибкий подход к эволюции ЕС и ИС, допускающий сочетание как постепенных, длящихся продолжительное время, так и резких, скачкообразных изменений в системах(2).

Согласно второму закону термодинамики все совершающиеся в при роде процессы в обоих видах систем направлены в сторону разрушения организованности и упорядоченности структур, снижению их уровня сложности и увеличению доли беспорядка (энтропии). В процессе жизнедеятельности естественных систем борьба с возрастанием энтропии ограничена определенными, критически важными областями путем упорядочения структуры системы и усложнения (или упрощения) ее организации за счет поглощения энергии из внешней среды. В искусственных же системах развиваются качественно иные процессы той же направленности, использующие не только доступные ресурсы и энергию, но и внутренний интеллектуальный потенциал системы, который и обеспечивает, в большинстве случаев, их жизнеспособность и развитие.

Современная теория эволюции, как наука о закономерностях развития сложных систем различной природы, объединяет большое количество различных концепций, спектр которых простирается от приспособительной изменчивости, определяемой случайными факторами, до целенаправленной деятельности разумных элементов естественных систем.

Эволюция, как процесс космического масштаба, имеет универсальный характер. В ее основе лежит неосознанный или осознанный выбор стратегий поведения на основе принципа «выживает сильнейший» - для биологических систем, или «выживает умнейший, а потому сильнейший» — для социальных систем. Другой общей особенностью ЕС и ИС является их функционирование в условиях природного или социального хаоса как естественного состояния среды их существования.

Эволюция естественных систем в среде хаоса происходит на основе случайных вариаций характеристик ряда поколений и их поэтапного отбора в результате проверки на жизнеспособность. Но в искусственных системах взаимодействие структурных элементов возникает с целью совершенствования организационной целостности и самоорганизации, в результате чего у системы могут появиться принципиально новые свойства на уровне как отдельных ее элементов, так и структуры в целом, проявляющиеся в эффекте эмерджентности. При этом зачастую наблюдается скачкообразный переход системы в новое, нередко трудно прогнозируемое качество - своего рода квантование состояний системы, при котором происходит сжатие во времени ее эволюционного развития.

О применимости теорий эволюции к моделированию геополитической обстановки Обращение к эволюционной теории представляет интерес с точки зрения оценки возможности ее применения в политических науках, в частности для анализа и прогнозирования геополитической обстановки. Как известно, уже Ж. Ламарк объяснял эволюцию наличием врожденного свойства живых существ к адаптации. Это свойство было использовано при создании интеллектуальных искусственных систем (ИИС), решении оптимизационных задач(3) и построении автором системы эволюционного моделирования геополитической обстановки.

Развитие теории эволюции после Ч. Дарвина шло по пути построения концепций, в которых признавалось единство факторов изменчивости и естественного отбора с учетом возможности внезапных изменений внешней среды, при которых эволюция возможна без предварительного накопления генетического материала с целью селекции лучших особей. Этот механизм эволюции иногда называют «эволюцией катастроф», который может быть применен при исследовании революционного развития социально политических систем, где проявления эмерджентности ведут к кардинальным изменениям основ системы. Такая концепция эволюции была названа по имени ее создателя — эволюцией де Фриза(4).

Классический дарвинизм говорит о вариабельной, в основном случайной, изменчивости наследственных признаков поставляющей исходный материал для естественного отбора, осуществляемой под влиянием внешней среды и не испытывающей влияния внутренних факторов системы.

В этом состоит принципиальное отличие теории Ч. Дарвина от последующих эволюционных теорий.

Развитие теории эволюции естественных систем раскрыло потенциальную возможность моделирования процессов в социально-политических системах путем эволюционного подхода в виде многошагового процесса на основе формирования поколений стратегий поведения участвующих в процессе субъектов международной и государственной политики и последующего их отбора (на языке эволюционной теории — «селекции») на основе ресурсных и геополитических потенциалов сторон.

В современном мире внешняя среда оказывает решающее влияние на ход эволюции социально-политических государственных и региональных систем. Однако действие этой закономерности осуществляется не в форме классического ньютонов-сколапласовского линейного детерминизма (в соответствии с теориями Ч. Дарвина и Ж. Ламарка), а в условиях эмерджентности, динамики социальной энтропии и нелинейности функционирования сложных систем, занимающих центральное положение в рамках эволюционной концепции де Фриза.

При этом следует отметить, что эволюционные процессы в естественных системах связаны с двумя видами адаптации, которые прослеживаются и в общественных системах. Один из них — простейший вид адаптации основан на выработке свойств приспособляемости к текущим условиям внешней среды. Другой, более сложный, связан с выработкой определенных свойств самой системой, которые призваны обеспечить ее жизнеспособность и устойчивое развитие, что соответствует сути синтетической теории эволюции Н. Дубинина(5), основанной на выявлении и разрешении противоречий в постоянно меняющемся мире. Кардинальным положением этой теории является выявление мутаций на границе порядка и хаоса в виде четырех основных форм единого эволюционного процесса(6). К их числу относятся:

- внутривидовая эволюция;

- фаза нарастающего эволюционного совершенствования, которую можно назвать фазой самоорганизации;

- переломные моменты эволюционного процесса;

- переход на новые уровни организации системы.

Кроме вышеперечисленных концепций эволюционной теории, значительный интерес для политологии представляет концепция К. Поппера(7), в рамках которой эволюционное развитие основывается на триаде «дедукция селекция - критическое устранение ошибок». Суть этой концепции применительно к эволюции политических систем может быть сформулирована следующим образом:

1. Все социально-политические системы имеют функции целеполагания.

2. Наряду с целенаправленным развитием движение политической системы к цели осуществляется методом проб и ошибок на основе случайного поиска.

3. Устранение ошибок может осуществляться путем как полного отказа от ошибочных решений, так и в виде совершенствования механизмов управления системой.

4. Система, как правило, использует тот механизм управления, который выработался в процессе ее эволюции.

5. Принятая стратегия поведения системы сама является пробным решением, анализируемым на степень пригодности в процессе ее реализации.

6. Эволюционное развитие системы происходит в несколько этапов:

«исходная проблема» — «пробные решения» — «оценка правильности решений и устранение ошибок» — «постановка новой проблемы».

В отличие от эволюционной теории Ч. Дарвина, которая рассматривает только одну проблему — выживание сильнейших, в концепции К. Поппера главное место занимает когнитивный компонент, определяющий развитие системы на основе совместной интеллектуальной работы элементов социума. В данном случае под «социумом» подразумевается широкий спектр естественных систем, простирающийся от колоний вирусов и сообществ насекомых (муравьев, пчел) до человеческих сообществ.

Характерной особенностью всех этих типов социума является то, что в их рамках не только воспринимается информация из внешней среды, но и осуществляется контроль за внутренним состоянием самой системы.

Полученные таким образом знания используются как для адаптации системы к изменяющимся условиям, так и для ее самоорганизации и самосовершенствования. В концепции К. Поппера эволюция систем рассматривается как процесс совершенствования иерархическо-сетевой структуры механизмов управления системы, в которых мутации имеют форму проб и ошибок, а селекция — как одна из форм устранения ошибок в процессе эволюционного развития.

Применение генетических алгоритмов для моделирования геополитической обстановки Как видно из сказанного выше, развитие эволюционных теорий шло по пути постепенного понимания того факта, что искусственные системы имеют много общего в своем развитии с естественными системами. Причем эволюция социальных систем обусловлена творческой деятельностью участников политических процессов, которые формируют свои стратегии поведения на основе анализа международной и внутриполитической обстановки, исходя из политических целей и степени их реализуемости в рамках имеющихся ресурсов.

Применительно к геополитической прогностике основным недостатком является детерминизм и линейное представление развития социально политических процессов(8) при отсутствии синергетического видения развития общественных процессов. Для разрешения этой проблемы можно использовать моделирование мышления человека в соответствии с формулой «рациональность интуитивность эволюционность». Оно позволяет осуществить переход на новый уровень анализа и прогнозирования международных процессов. Вместо диады детерминизма и линейной экстраполяции событий (рассмотрение причины и вытекающего из него следствия) возникает триада, в рамках которой допускается появление множества причин и вытекающих из них следствий для развития обстановки. В свою очередь это позволяет моделировать процессы эволюции социально-политических систем на основе генерации поколений сценариев развития геополитической обстановки, в которых существенно облегчается процесс принятия решений в условиях быстрого развития обстановки.

Разрешение проблемы обеспечивается с использованием системы эволюционного моделирования (ЭМ), в рамках которой процесс оценки обстановки и принятия решения разбивается на ряд последовательных этапов:

- формулирование системы целей и приоритетов субъектов и объектов международной политики;

- уменьшение неопределенности путем сбора и анализа репрезентативной информации о текущей геополитической обстановке;

- разработка совокупности вероятных стратегий сторон в игровой постановке, исходя из целей и ресурсных возможностей сторон для заданного горизонта прогнозирования.

При этом главные цели акторов международной политики подразделяется на частные цели, которые оцениваются с точки зрения их приоритетности и реализуемости для последующего формирования стратегий поведения сторон(9) с использованием генетических алгоритмов(10). Под генетическим алгоритмом в данном случае понимается адаптивный поисковый метод, основанный на селекции лучших элементов из совокупности формируемых экспертами стратегий поведения сторон, исходя из их приоритетности и ресурсной реализации на заданном отрезке времени, в соответствии с одной их эволюционных теорий: Ч. Дарвина, Ж.

Ламарка, де Фриза, Н. Дубинина и К. Поппера(11).

Центральным вопросом ЭМ является поиск баланса между эффективным достижением целей сторонами и их реальными ресурсными возможностями для заданного горизонта прогнозирования, что выражается в стремлении получить решение, близкое к оптимальному, в условиях неопределенности развития социально-политической обстановки. При этом ядром предлагаемой концепции ЭМ выступает генетический алгоритм, работающий в пошаговом итеративном режиме в игровой постановке взаимодействия сторон до получения решения, позволяющего решить поставленную задачу или в достаточной степени приблизиться к ее решению в рамках заданного временного интервала прогнозирования.

На первоначальном этапе развития метода ЭМ возможно создание исходного множества стратегий сторон группой экспертов или с использованием компьютерного моделирования(12). Затем на основе первоначальной, то есть «родительской», совокупности стратегий с использованием игровых методов формируется следующее поколение стратегий путем селекции наиболее «жизнеспособных», исходя из соотношения сторон «цели — ресурсные ограничения» для текущей геополитической обстановки(13).



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.