авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |

«Российский государственный педагогический университет им. А. И. Герцена Юридический факультет ДИСКРИМИНАЦИЯ, ТЕРРОРИЗМ И ...»

-- [ Страница 5 ] --

Полагаем, что внимание государства к характеру динамики мировоз зренческих, религиозно-конфессиональных процессов правомерно в целях защиты прав личности, группы, общества. Соответственно духовно мировоззренческая практика в гражданском обществе и светском государ стве должна быть компетентной и опираться на единое, но не единствен ное, понимание сущности религии.

Философское понятие религии, Абсолюта может конкретизироваться в этноконфессиональной культуре, а также в практике взаимодействия веро исповеданий, религиозного и антирелигиозного мировоззрений.

Религия претендует на самоутверждение в вечности, замечает А. Ло сев. Религиозная культура межконфессионального взаимодействия предпо лагает убежденность каждой из сторон в правильности своей религиозной традиции в конфессиональном понимании-толковании. Религиозная тради ция, в свою очередь, является частью общекультурной традиции:

«...религиозное миросозерцание и настроение каждого общества нера зрывно связано с текстами и обрядами, их воспитавшими» [6. С. 272].

Своеобразие способности веровать, присущей личности, группе, куль туре, обеспечивает специфику бытия вероисповедания в русле традиции этнической культуры. «Каждый индивидуум, поскольку он связан с духом своего народа, обретает с момента рождения веру своих отцов без своей вины и без своей заслуги, и вера отцов является для индивидуума святыней и авторитетом. Это и составляет основание веры, данное в историческом развитии» [3. С. 381].

Сущностную специфику религии, на наш взгляд, следует искать на границе предела и запредельности, возможного и невозможного в основа ниях культуры. Множественность перерастания наличного бытия предпо лагает в качестве основы исходное превращение, превращение как таковое, гарантирующее производные превращения. В понятии исходного превра щения интересна идея «минимума определения религии», рассматриваемая эволюционистами, — табу (запрет) и мана (сила). Представляется, что к сущности религии ближе не табу или таинственная сила, а культурный фе номен разрешения-пользования основанием силы. Термин «разрешение» в контексте русского языка говорит о началах владения способом деятельно сти в четырех смысла слова. Сущностная специфика религии как формы и феномена культуры выражается в претензии на владение правильным пу тем к сверхжизни (сверхбытию), основанием которой является уверенность в общении с Творческим Началом [4. С. 910]. Есть версия, что преклоне ние перед высшим является минимумом религиозности. По нашему мне нию, преклонение перед высшим скорее общекультурный феномен расту щего человека, чем специфический смысл религиозного культа. Преклоне ние перед высшим становится фактором религии при условии веры в ре альность непосредственного общения с Творческим Началом, то есть рели гиозно-мистической веры. Религиозная вера является обязательной частью верования и вероисповедания. Итак, сущность религии, или религиозное преобразование, есть уверенная претензия на монопольное владение га рантированным способом реального перехода между пределом мира чело века и запредельностью.

Отсюда вытекает возможность определения феномена святого, свято сти и священства в религии. Сущность святого состоит в предельном для религиозно верящего человека ощущении объективной достоверности не посредственной связи-превращения с запредельной основой бытия пре вращения. Поэтому все моменты и элементы религиозного преобразования, святого, сокровенны и обязательны, подлежат безусловному абсолютному выполнению. Соответственно динамика взаимоотношений между вероис поведаниями, производная от специфики религиозности индивида и груп пы, предполагает взаимные проявления в спектре между веротерпимостью и нетерпимостью. «Легко быть терпимым ко всякой вере тому, кто ни во что не верит, кто равнодушен к истине. Но как соединить горячую веру и преданность единой Истине с терпимым отношением к ложной вере и к отрицанию Истины? …Люди религиозные, верующие в положительную Истину, исключающие всякую ложь, защищали свободу совести лишь в та ком месте и в такое время, где и когда вера их была гонима и утесняема» [1.

С. 107].

Религиозное верование существует в форме религиозной традиции, усваиваемой личностью в процессе коллективной религиозной деятельно сти. Качество веры и верования определяется качеством духовности лич ности, группы, народа. Конкретное верование, в свою очередь, определяет характер веры и публичный стандарт верования у всех членов этнорелиги озного сообщества. Какова вера, такой у нее и бог, считает В. Даль.

Таким образом, вера (способность верить) и верование (религиозная вера) являются формами взаимопревращений культуры. Верящий человек участием в деятельности религиозной общины превращается и преобразу ется в человека верующего конкретной версии этноконфессиональной тра диции.

Конфессиональная составляющая основы этноса и этничность пере живают ренессанс в культурном пространстве постсоветских стран. Исто рически и регионально взаимодействующие конфессии — христианство, представленное православием, и суннизм — совместно возрастают в ду ховной культуре евразийских этносов. Субординационную направленность этих процессов правомерно обозначить как «правосламизация» (приоритет православия) и «исламославие» (приоритет суннизма). Здесь и сейчас за кладываются этноконфессиональные культуры и общности людей в обнов ленных формах религиозно-этнической традиции.

В этой ситуации перспективным этноконфессиональным основанием религиозной веры является динамика становящейся и ставшей религии, понимаемая как диалектика бытия религии в постсоветском сообществе.

Возникающие конфликты роста могут разрешаться конструктивно или де структивно. В первом случае конкретное вероисповедание, полемизируя с инакомыслием, будет успешно развиваться и положительным примером стимулировать развитие других форм культуры. Деструктивная позиция — поиск, нахождение и преследование врагов веры — ведет к стимулирова нию фанатизма, культурной самоизоляции и дезинтеграции сообщества.

Деструкция для нас опасна не столько традицией «горячей веры» и «воин ствующего атеизма», сколько бессмертным слоем «опричников», для кото рых вознаграждаемое преследование инакомыслящих есть призвание, профессия и способ самоутверждения в обществе.

В ставшей религии оформлено вероисповедание, есть элита профес сиональных служителей культа, то есть посредников-коммуникаторов, обеспечивающих освящаемую технологию надежной связи между Творче ским Началом и религиозным, избранным свыше народом. Утверждается конкретная форма этноконфессиональной традиции.

Пафос религиозного протестного творчества в становящейся религии заключается в стремлении группы верующих воссоздать «живую» веру.

Следовательно, они интенсивно ищут знаки связи, то есть творят священ ное и соответствующие ему внекультовые формы повседневности.

Перспективная динамика взаимоотношений становящейся и ставшей религий имеет свое основание: философы и богословы видят корень рус ского сектантства, «его порождающую и движущую силу в стремлении к “правильной”, праведной жизни. В чем содержание этого понятия правед ности — на общих определениях этого сходятся все секты: это жизнь по божьим заповедям, мир, любовь, воздержание и т. д… В чем же разница?

Разница между отдельными сектами, во-первых, в принципе, который кла дется в основу секты (рационализм и мистицизм), а затем в интенсивности нравственных требований» [5. С. 189].

Взаимосвязь ислама с образом жизни общепризнанна. Мирской по тенциал становящегося протестантизма выявил М. Вебер. Православие, полагает С. Булгаков, обладает потенциалом для проникновения в жизнь.

«Отличаясь коренным образом в своем отношении к миру от пуританизма и вообще протестантизма, оно в дисциплине аскетического “послушания” и “хождения перед Богом” (так же, как и догматически не отличающееся от него старообрядчество) имеет могучие средства для воспитания личности и выработки чувства личной ответственности и долга, столь существенных для экономической деятельности, как и для всех остальных видов общест венного служения» [2. С. 122].

Надеемся, что перенаправить перспективные процессы духовности в тупики культуры деструктивному радикализму не удастся.

Список рекомендуемой литературы 1. Бердяев Н. А. Философия свободного духа. — М.: Республика, 1994. 480 с.

2. Булгаков С. Н. Два града. Исследование о природе общественных идеалов:

В 2 т. — СПб.: РХГИ, 1997. Т. 1. 170 с.

3. Гегель Г. В. Ф. Философия религии: В 2 т. Т. 1. — М.: Мысль, 1975. 532 с.

4. Дик П. Ф. Основы религиоведения (этнокультурный аспект): Учебник для слушателей юридических специальностей. — Астана-Костанай, 2000. 202 с.

5. История религии /А. Ельчанинов, В. Эрн, П. Флоренский, С. Булгаков. — М.:

Центр «Руник», 1991. 249 с.

6. Ключевский В. О. Сочинения: В 9 т. Т. 3. Курс русской истории. Ч. 3. — М.:

Мысль, 1988. 414 с.

А. А. Дорская, РГПУ им. А. И. Герцена, Санкт-Петербург, Россия МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ СВОБОДЫ СОВЕСТИ: ЕДИНСТВО И МНОГООБРАЗИЕ ПОНИМАНИЯ НА УНИВЕРСАЛЬНОМ И РЕГИОНАЛЬНЫХ УРОВНЯХ The article is devoted to the analysis of the universal international law standards on freedom of conscience as well as to the detection of features of un derstanding and regulation of freedom of conscience in European, American, African and Islamic human right protection systems.

Свобода совести как теоретическая проблема начала разрабатываться в эпоху Просвещения, а со второй половины XVIII в. получила свое юри дическое осмысление в формуле «свобода вероисповеданий и право на атеистические взгляды и образ жизни». Данная проблема имеет огромное значение, так как касается основы мировоззрения человека, его духовной жизни, представлений о должном, справедливом, о возможных формах по ведения и ответственности за них.

Во второй половине XX в. была выработана целая система универ сальных международно-правовых стандартов, гарантирующих свободу со вести индивидам в различных областях и при разных обстоятельствах. Ос новными источниками являются: Всеобщая декларация прав человека 1948 г., Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г., Меж дународный пакт об экономических, социальных и культурных правах г, Декларация о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии и убеждений 1981 г., Декларация о правах лиц, принадле жащих к национальным или этническим, религиозным и языковым мень шинствам 1992 г. и другие. Свобода совести включает в себя: 1) право ис поведовать свою религию и убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком;

в тех странах, где существу ют этнические, религиозные и языковые меньшинства, лицам, принадле жащим к таким меньшинствам, не может быть отказано в праве совместно с другими членами той же группы пользоваться своей культурой, испове довать свою религию и исполнять ее обряды, а также пользоваться родным языком;

2) право менять свою религию или убеждения, 3) право соверше ния богослужения, выполнения религиозных и ритуальных порядков, 4) право искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ, 5) образование должно содействовать взаимопониманию, терпимости и дружбе между всеми народами, расовыми и религиозными группами;

родители имеют право приоритета в выборе вида образования для своих малолетних детей;

каждый ребенок имеет право на доступ к образованию в области религии или убеждений в соответствии с желанием его родителей, 6) всякое высту пление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, пред ставляющее собой подстрекательство к дискриминации, вражде и наси лию, должно быть запрещено законом;

7) свобода исповедовать религию или выражать убеждения подлежит лишь ограничениям, установленным законом и необходимым для охраны общественной безопасности, порядка, здоровья и морали, равно как и основных прав и свобод других лиц.

В современной юридической науке вопрос о соотношении универ сальных и региональных международно-правовых стандартов однозначно не решен. Так, например, М. Н. Марченко полагает, что универсализация — это адекватная восприимчивость к правам человека и их одинаковая при менимость как на глобальном, так и на каждом из региональных уровней [3. С. 4057]. Другой точки зрения придерживается В. А. Карташкин.

Он ссылается на главу VIII «Региональные соглашения» Устава ООН, за крепляющей специфику региональных соглашений, и приходит к выводу, что «универсализация означает признание основных прав и свобод человека как обязательных и их схожее, но не всегда одинаковое, толкование участ никами международных отношений. Универсальные права человека зачас тую не совпадают с региональными» [2. С. 86].

Вторая точка зрения подтверждается современным международно правовым регулированием свободы совести.

Несмотря на выработанные универсальные международно-правовые стандарты по свободе совести, ре гиональные системы защиты прав человека по-разному относятся к данно му вопросу. Большинство специалистов сходятся в том, что во всемирно историческом масштабе человечество движется от социоцентристского к персоноцентристскому типу правовой культуры, когда личность становится высшей ценностью. Как отмечает, например, М. М. Утяшев, «Главнейшей и определяющей ценностью, началом всякой системы ценностей является человек, его жизнь и достоинство, условия и смысл его существования, его счастья. Все остальные ценности предназначены для совершенствования и обогащения жизни человека, способствующие одновременно обществен ному прогрессу, возрастанию степеней свободы» [5. С. 10]. Именно такое направление характерно для европейской, американской и африканской систем защиты прав человека.

В Конвенции Совета Европы о защите прав человека и основных сво бод от 4 ноября 1950 г. свободе совести посвящена статья 9. Она практиче ски ничем не отличается от статьи 28 Всеобщей декларации прав человека 1948 г.

Американская конвенция о правах человека была принята 22 ноября 1969 г. и была открыта для подписания государствами — членами Органи зации американских государств. Статья 12 называется «Свобода совести и религии» и содержит нормы, полностью повторяющие универсальные ме ждународно-правовые стандарты.

Африканская хартия прав человека и народов была принята 26 июня 1981 г. В статье 8 «гарантируется свобода совести, выбора профессии и свободного отправления религиозных обрядов. При условии соблюдении правопорядка никто не может подвергаться мерам, ограничивающим осу ществление этих свобод». Как видно, в отношении свободы совести эта система также ничем не отличается от универсальных международно правовых стандартов, а также европейской и американской систем.

Все перечисленные выше системы страдают одним недостатком в от ношении регулирования свободы совести: верующий человек, как правило, не может один реализовать свое право на свободу религии. Для этого ему нужно религиозное объединение, признанное государством, в котором он живет.

Как отмечает С. В. Поленина, «Между тем значительная часть мира живет по иным канонам, в том числе базирующимся на исламской концеп ции прав человека, среди которых основное значение придается подчине нию власти. При этом, в отличие от западной либеральной концепции, ко торая видит основной смысл закрепления прав человека в их охране от по сягательства со стороны государства, ислам… рассматривает власть как институт, связанный шариатом и играющий главную роль в претворении его предписаний, в том числе и относительно прав и свобод человека» [4.

С. 38]. Таким образом, религиозная идентичность легла в основу целой системы прав человека. 19 сентября 1981 г. по инициативе Исламского Со вета Европы в Париже была принята Всеобщая исламская декларация прав человека. Помимо традиционной формулировки о свободе религии в ст. в Декларации есть и специфика: «Овладение знаниями и поиски истины являются не только правом, но и долгом каждого мусульманина» (статья пункт «б»). Особенностью является и то, что под меньшинствами деклара ция понимает лишь религиозные меньшинства (статья 10) [6. С. 472].

Кроме этого, в 1990 г. государства — члены организации Исламская конфе ренция подписали Каирскую декларацию прав человека в исламе. Ее статья 10 — «Ислам — религия первозданной чистоты. Запрещается прибегать к какой-либо форме принуждения человека или использовать его нищету или невежество для обращения его в другую веру или атеизм» — также не свойственная другим системам защиты прав человека: «мусульманская концепция … не признает права перехода мусульманина в другую веру, оценивая такой шаг как вероотступничество (нарушения договора с Богом) и требуя за это смертной казни» [1. С. 124]. В 1994 г. в рамках Лиги араб ских государств была принята Арабская хартия прав человека, нарушения положений которой могут рассматриваться в арабском суде по правам че ловека.

Таким образом, если универсальные международно-правовые стан дарты и европейская, американская, африканская региональные системы защиты прав человека построены на светской идее равенства всех вероис поведаний, а также прав всех верующих и неверующих, то параллельно существует и развивается исламская концепция прав человека, носящая чисто религиозный характер. Только посредством их взаимодействия со временный мир может найти решения на вызовы XXI в.

Список рекомендуемой литературы 1. Глухарева Л. И. Исламская концепция прав человека // Права человека. Энцик лопедический словарь / Отв. ред. С. С. Алексеев. — М., 2009. С. 123125.

2. Карташкин В. А. Всеобщая декларация прав человека и развитие международ ного права (к 60-й годовщине принятия) // Международное право. 2008. № 1 (33). С.

8187.

3. Марченко М. Н. Проблемы универсализации прав человека в условиях глобали зации // Права человека и современное государство — правовое развитие / Отв. ред.

А. Г. Светланов. — М., 2007. С. 4057.

4. Поленина С. В. Проблема национально-культурной идентичности в свете взаи модействия правовых систем современности // Государство и право. 2008. № 1.

С. 3743.

5.Утяшев М. М. Права и свободы человека и общечеловеческие ценности // Исто рия государства и права. 2010. № 7. С. 912.

6. Ягофаров Д. А. Всеобщая исламская декларация прав человека // Права челове ка. Энциклопедический словарь / Отв. ред. С. С. Алексеев. — М., 2009. С. 471472.

Э. С. Дубенецкий, БГПУ им. М. Танка, Минск, Беларусь.

Н. Ф. Гребень БИП, Минск, Беларусь ПОЗИТИВНЫЕ И НЕГАТИВНЫЕ АСПЕКТЫ ТОЛЕРАНТНОСТИ К ДРУГИМ КУЛЬТУРАМ (на примере взаимоотношений жителей Беларуси) In the article essense and definitive features of interaction and mutual per ception of representatives of different ethnocultural communities of belarus in the past and nowadays are researched. The authors consider positive and nega tive aspects of intercultural tolerance in terms of polyethnic population of repub lic of belarus. The conclusion is made that healthy, moderate tolerance promotes strengthening mutual understanding among members of different ethnocultural communities;

but excessive, sick tolerance, vise versa, can lead to gradual ac culturation and assimilation of a certain people by another one, to impoverish ment of a certain one or several ethnic groups. A special concept “readiness of culture to intercultural interaction” is inroduced;

it is understood as a status of culture allowing it to interact extensively and successfully with other cultures conserving also its unicity and originality.

В современном мире все чаще происходят серьезные межэтнические конфликты, которые нередко приводят к гибели ни в чем неповинных лю дей. В связи с этим возникает острая необходимость поиска путей разре шения и недопущения подобных конфликтов. Сегодня многие ученые в ка честве одного из наиболее оптимальных вариантов выхода из таких ситуа ций рассматривают формирование толерантности к представителям других этнических общностей. Традиционно под толерантностью понимается тер пимость индивида или сообщества людей к представителям других этни ческих групп, конфессий, политических партий, общественных организа ций. Согласно специальной «Декларации принципов толерантности», при нятой Генеральной конференцией ЮНЕСКО (ноябрь 1995 г.), «толерант ность означает уважение, принятие и правильное понимание богатого мно гообразия культур нашего мира, наших форм самовыражения и способов проявлений человеческой индивидуальности... это гармония в многооб разии».

В эпоху глобализации проблема толерантности приобретает чрезвы чайно большую остроту. Это связано с тем, что глобализационные процес сы объективно способствуют расширению коммуникаций и интеракций, стиранию границ между представителями различных этнокультурных групп, вследствие чего естественным образом происходит формирование мультикультурных идентичностей. Взаимодействуя, представители раз личных этнических общностей, с одной стороны, изменяют свои собствен ные черты и качества, делая их несколько иными, непохожими на прежние, а с другой — превращают некоторые уникальные особенности каждой из них в нечто общее, в совместное достояние [4. С. 121].

В связи с этим сейчас перед многими национальными культурами сто ит насущный вопрос: могут ли они, будучи открытыми для других культур и готовыми к культурному обмену, сохранить свою индивидуальность?

Особенно актуальной данная проблема является для белорусской культуры, что обусловлено особенностями исторического развития и становления не зависимой Республики Беларусь, а также существующим политическим режимом. Сегодня белорусская культура теряет свои национальные и в особенности этнические позиции, происходит ассимиляция белорусов за счет заметного сужения сферы применения белорусского языка. Об этом достаточно ярко свидетельствует слабое знание населением своего родного языка, народных традиций, обрядов, обычаев, праздников, достижений на циональной культуры, деятельности наиболее талантливых творцов и т. д.

Кроме того, большинство современных белорусских студентов затрудня ются назвать героев белорусских народных сказок, а также привести хоть какую-нибудь белорусскую народную пословицу или поговорку.

Современная молодежь, воспитанная преимущественно в постсовет ский период, чаще всего проявляет активный интерес к западному киноис кусству и эстрадной музыке, в то время как проявление интереса к народ ной песне, посещение концертов фольклорных коллективов, классической музыки и спектаклей драматических театров считается чем-то старомод ным, непрестижным. И это при том, что на Западе именно белорусские фолк-группы и артисты балета пользуются наибольшей популярностью среди всех отечественных деятелей культуры.

Согласно проведенным нами исследованиям, у жителей Беларуси час то наблюдается бикультурная идентичность (когда такие люди ощущают себя принадлежащими одновременно к двум национальным общностям — белорусам и русским), а у молодых людей нередко и вовсе негативная эт ническая идентичность, что проявляется порой в пренебрежительном от ношении к белорусскому языку и национальной культуре, а также в незна нии истории своей Родины, своей родословной [2. С. 112114]. В сущно сти, белорусы являются бикультурными индивидами, что в определенной степени может способствовать их постепенной аккультурации и ассимиля ции. Однако здесь необходимо иметь в виду следующий факт. В свое время канадские исследователи Р. Клеман и К. Неуэлс установили, что этническая идентичность бикультурного индивида не статична, и он способен менять ее, отклоняясь от группового членства в зависимости от ситуации и обще ственных норм. А такая особенность дает многим гражданам Беларуси (при благоприятных внутренних и внешних условиях) определенный шанс в будущем укрепить свою этническую идентичность и внести позитивный вклад в развитие национальной культуры.

Ненамного лучше положение и среди представителей старшего и среднего поколения. Они также нередко имеют весьма смутное представ ление о культурном наследии своего народа, о реальном состоянии совре менной белорусской культуры. Одной из наиболее важных причин этого является тот факт, что люди среднего и старшего возраста родились и были воспитаны в советском обществе, практически насквозь пропитанном идеями интернационализма и недооценкой важности национальных тради ций, ценностей и идеалов. Не случайно советский человек (так называ емый «гомо советикус», по терминологии российского философа и истори ка Александра Зиновьева) был по существу антинациональной личностью, приверженной идеям социалистического реализма и коллективизма.

Многие специалисты утверджают, что главной отличительной особен ностью национального характера белорусов является толерантность, то есть ярко выраженная терпимость к представителям других наций и куль тур. Однако, по нашему мнению, здесь речь можно вести не столько о то лерантности как позитивной черте характера белорусов, а, скорее, об их исторически выработанной привычке приспосабливаться к различным по литическим режимам и идеологиям (по принципу «моя хата с краю»). В целом психологическая сущность белорусской толерантности иная по сравнению с ее традиционным толкованием. Говоря конкретнее, белорусам более присуща склонность к пассивному восприятию внешних воздейст вий, чем открытое противодействие. В то же время ряд белорусских иссле дователей полагает, что толерантность является чертой характера, навязан ной извне, которая закрепилась по отношению к белорусам как своеобраз ный ярлык [1. С. 389403].

Сегодня есть необходимость ввести специальное понятие «готовность культуры к межкультурному взаимодействию» как актуальное состояние культуры, поволяющее ей активно взаимодействовать с другими культура ми, сохраняя свою уникальность и самобытность. На наш взгляд, сейчас белорусская национальная культура пребывает в состоянии неготовности к полноценному и взаимовыгодному межкультурному диалогу. Высокая то лерантность сегодняшних белорусов к представителям других наций и культур приводит к тому, что белорусы легко и быстро усваивают, с одной стороны, стандарты и ценности массовой культуры, а с другой — культур других народов (русских, американцев и др.). Чрезмерная, нездоровая то лерантность белорусов может привести к их ассимиляции русским наро дом, а также к обеднению белорусской национальной культуры и утрате этнокультурной идентичности.

Таким образом, толерантность — это понятие весьма сложное и неод нозначное. Умеренная, здоровая толерантность может в конечном итоге способствовать гармонизации межнациональных отношений, преодолению всевозможных конфликтов, развитию национальных культур. Наиболее оп тимальным вариантом дальнейшего развития национальных культур явля ется толерантный межкультурный диалог (при его соответствующей под держке со стороны государства и иных заинтересованных лиц) представи телей различных этнических сообществ. Этот вывод в некотором смысле подтвержадают и слова известного российского философа М. Кагана о том, что «Наше время должно сделать диалог универсальным, всеохватыва ющим способом существования культуры и человека в культуре» [3, 405].

Список рекомендуемой литературы 1. Астапенка А. Игде зродилися и ускормлены суть по Бозе. Дослед беларускага нацыяналізму. — СПб.: Невский Простор, 2010. 734 с.

2. Гребень Н. Ф. Особенности этнической идентичности белорусов в пространстве языковой бикультуры // Культура. Наука. Творчество: Матер. ІІІ Междунар. науч.-практ.

конф., 2324 апреля 2009 г. / Науч. ред. М. А. Можейко. — Минск: Бел. гос. ун-т культуры и искусств, 2009. С. 111115.

3. Каган М. С. Философия культуры. — СПб.: Петрополис, 1996.

4. Крысько В. Г. Этническая психология: — М.: Академия, 2002. 320 с.

Л. С. Евсеева, М. Е. Гусарова, МиВлГУ, Муром, Россия ЗАМЕЩАЮЩАЯ МИГРАЦИЯ В РОССИИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ (региональный аспект) This article considers the influence migration processes on demographic situation in Russia at modern time. Special importance this has on regional level, since, migration helps substitute natural decrease of the population. Our studies will show statistical useful influence to migration Демографические процессы, протекающие в обществе, уже несколько десятилетий являются одной из актуальнейших проблем. Особую значи мость они приобретают в России, где уже довольно длительное время естественная убыль населения превышает норму, а также происходит так называемое старение населения. Все это приводит к динамично развиваю щемуся процессу депопуляции населения. В широком смысле миграция — это любое территориальное перемещение людей. В этом случае мигранта ми будут считаться множество людей совершающих любое перемещение по территории, например, на работу, в отпуск, на учебу и т. д. Под мигра цией в узком смысле понимается передвижение людей через границы тех или иных территорий с переменой места жительства (навсегда или на бо лее или менее длительные сроки) [1. С. 37].

В связи со значимостью в современном мире миграционные процессы являются объектом обсуждения на международном уровне. В докладе От дела народонаселения Департамента по экономическим и социальным во просам ООН в 2000 г. впервые была озвучена концепция «замещающей миграции», у которой появились свои сторонники и противники. Под «за мещающей миграцией» понимается миграционный прирост, который ком пенсирует недостаток рождаемости, необходимый для поддержания в неко торый период времени в данной стране постоянства либо численности, ли бо каких-либо других количественных характеристик населения.

В рамках демографии миграция выступает следующим образом.

1. Миграция как социальный процесс, который изменяет состав и чис ленность населения. Так, иммиграция частично компенсировала естест венную убыль российского населения. По данным Государственного коми тета статистики, в последние годы Россия имеет положительное сальдо ми грации (миграционный прирост) в целом и в обмене с республиками быв шего Союза. Так, за 2008 г. 281 614 человек официально считаются при бывшими в РФ. Причем эмигранты переезжают не только в родные места, но и в экономически и социально удобные места Центральной России. На уровне статистического анализа влияние миграции на демографические процессы в России просматривается более четко. Нами был выявлен пока затель замещения естественной убыли населения механическим прирос том, который за определенный период времени (1) и на конкретный год (2):

МП i МП i 1) 100 ;

2) 100, ЕУ i ЕУ i где МПi — абсолютный показатель миграционного прироста за один год;

ЕУi — абсолютный показатель естественной убыли населения за один год.

За период с 1999 по 2008 г. миграционный прирост сгладил естест венную убыль населения на 16,2%. Можно просмотреть динамическое раз витие данной тенденции: если в 2001 г. миграция возмещала всего 5% ес тественной убыли, то в 2008 г. — практически на 66%. Также прослежива ется тенденция увеличения миграционного прироста и сокращения естест венной убыли, что является несомненным положительным моментом для воспроизводства населения. Сложившуюся ситуацию в России характери зуют данные, представленные в табл. 1. [3].

Таблица * Естественный и миграционный прирост населения в России 1999—2008 гг.

Год 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 Ми граци он.

129230 213610 49840 77927 35126 39362 107432 132319 239943 при рост, чел.

Есте ствен ная 929627 958532 943252 935305 888525 792925 846559 687066 470323 убыль, чел.

Статистические данные таблицы отражают сведения, содержащиеся на элек тронном ресурсе www.gks.ru. Они могут расходиться с печатной информацией, содер жащихся в статистических ежегодниках, издававшимся этим комитетом. В процессе обработки данные много раз уточняются, поэтому между ними иногда наблюдается расхождение.

Подобная тенденция сохраняется и во Владимирской области, где за последние десятилетия сохраняется тенденция естественной убыли насе ления. Как и по России вообще, депопуляция населения во Владимирской области перестает прогрессировать и отчасти замещается механическим приростом. Так, за 20002009 гг. миграционный прирост сгладил естест венную убыль населения на 13,6%, причем если в 2004 г. всего на 4,8%, то за 2009 г. уже на 32,8% Сложившуюся ситуацию во Владимирской области характеризуют данные, представленные в табл. 2.

Таблица Естественный и миграционный прирост населения во Владимирской области в 20002009 гг.

Год 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 Мигра цион.

2805 1631 1965 956 793 2398 1595 2472 2941 прирост, чел.

Естест венная 18 056 17 872 18 733 17 393 16 240 16 434 14 430 12 422 11 550 убыль, чел.

2. Миграция как фактор, который влияет на смертность, рождаемость, заключение браков и на количество разводов на той или иной территории.

Если миграция носит постоянный характер и место жительства меняется на долгое время или навсегда, то это, в свою очередь, вполне может при вести к вступлению бывшим мигрантом в брак и рождению детей или по высить уровень смертности в случае гибели. Основная доля мигрантов лю ди репродуктивного возраста, так что вероятность браков и рождения детей остается высокой. Так, для примера во Владимирской области в 2007 г. было зарегистрированы 12 330 браков, из них 674, в которых хотя бы один из супругов является гражданином другого государства. Наибольшее количе ство молодоженов оказалось из Украины — 198. Затем следуют граждане Молдовы (88 браков), Армении (87), Узбекистана (85), Азербайджана (66).

Нами также были собраны данные ( благодаря органам ЗАГС) по Ме ленковскому району, на основании полученных данных была составлена таблица (табл. 3), в которой рассматриваются статистика рождаемости, за ключения браков и разводов в целом, а также по отношению к мигрантам.

Таблица Статистика рождаемости, заключения браков и разводов 2008 2008 2009 (в целом) (по мигрантам) ( в целом) ( по мигрантам) Рождение 371 4 308 3аключение 228 11 178 браков Разводы 149 3 146 Таким образом, за 2008 г. доля участия мигрантов в общем количестве рожденных детей — 1%, в общем количестве заключенных браков — 6% и в общем количестве расторгнутых браков — 2 %. Данные на 2009 г. будут приблизительно такие же. Основная масса мигрантов — из Украины, Мол довы, Таджикистана, Узбекистана, Беларуси, Азербайджана, Кыргызстана.

Отношение населения к таким межнациональным бракам различны, но по данным аналитического центра Юрия Левады, на вопрос: как бы вы отнеслись к тому, чтобы ваши сын или дочь вступили в брак с азербай джанцем, армянином, грузином, 71% опрошенных ответили — отрица тельно. Положительно — только 4%. То есть на одного приветствующего межнациональный брак приходится 16 негативно настроенных [2].

Таким образом, наблюдается в основном статистически позитивное воздействие миграции на демографическую ситуацию в России — замеще ние естественной убыли миграционным приростом, а также регулирование половозрастного состава населения. Причем данная тенденция распро страняется и на местном уровне, что несомненно важно для развития ре гионов.

Что касается использования миграции для восстановления демогра фического дисбаланса в России, то это спорный и неоднозначный вопрос.

С одной стороны, потеря культурной идентичности и так называемая угроза «этнической бомбы», с другой — ежегодная убыль населения, которая мо жет привести к полному исчезновению. Но так как именно на современном этапе требуется сделать выбор, то рациональнее, скорее всего, будет со вмещение двух подходов к этой проблеме. Политика по привлечению ми грантов в Россию совершенно не противоречит политике поощрения рож даемости и предотвращения преждевременной смертности.

Список рекомендуемой литературы 1. Методология и методы изучения миграционных процессов: Междисциплинар ное учебное пособие / Под ред. Ж. Зайончковской, И. Молодиковой, В. Мукомеля. — Центр миграционных исследований — М., 2007.

2. Миграция в России: этнокультурная интеграция или изоляция? // Материалы Междунар. конф. «Пражский диалог о Европе в XXI веке» (Прага 1315 мая 2009 г.).

3. www.gks.ru (Федеральная служба государственной статистики России).

В. Е. Зарайченко, канд. пед. наук, доцент СКАГС, Ростов-на-Дону, Россия УПРАВЛЕНИЕ РЕГИОНАЛЬНЫМ РАЗВИТИЕМ В ЭТНОКУЛЬТУРНОМ КОНТЕКСТЕ The regional government is carried out in the conditions of influence on it of political, economic, legal and other factors. In it to a number special value has the ethnocultural factor so it concerns sphere of interpersonal relations in polyethnic society. In article the purpose, problems, principles, the basic direc tions of work of bodies of regional and municipal management on maintenance of harmony of interethnic relations reveal.

Государственное и муниципальное управление в системе государст венной службы осуществляется в условиях влияния на его характер раз личных факторов — политических, исторических, экономических, право вых, психологических, географических, демографических и т. д. В этом ряду особое место занимает этнокультурный фактор. В самом деле, госуправле ние направлено на многокомпонентный социум, в котором этнокультурная составляющая имеет немаловажное значение, так как управленческие дей ствия наталкиваются на сложившиеся традиции, обычаи, менталитетные особенности населения, этноконфессиональные правила, составляющие в целом важный пласт социальной жизни. Действительно, объектом управ ления является полиэтнический социум, и эта многоцветная компонента представляет собой едва ли не самый трудный и сложный фактор. Отноше ние к нему (внимательное или безразличное) способно оказать серьезное влияние на эффективность управленческих действий — повышать или снижать, а возможно, и сводить на нет принимаемые решения. Вот почему среди насущных проблем государственного и муниципального управления важное место занимает регулирование этнокультурных процессов, проис ходящих в территориях с многонациональным составом населения (а та кими являются практически все административно-территориальные обра зования как Украины, так и России).

Ввиду этого этнокультурный фактор приобретает все большее методо логическое значение для определения цели, задач, принципов, основных направлений, форм и методов госуправления на многоэтническом поле деятельности.

Прежде всего, требуют глубокого анализа и обобщения разнообразные социокультурные обстоятельства, в которых осуществляется региональное и муниципальное управление. Назовем некоторые из них.

1. Этническая составляющая социума на подведомственной терри тории.

2. Определение уровня интеграции различных этнических групп в социокультурное пространство данной административной единицы.

3. Исторический анализ содержания и характера межнациональных взаимоотношений на данной территории;

наличие положительного опыта и «слабых» мест, имевших место в прошлом.

Анализ социокультурной обстановки по указанным параметрам создает предпосылки для выбора верной стратегии и избрания оптимальной тактики учитывания этнокультурного фактора в региональном и муниципальном управлении, а также дает основание для определения цели указанной сто роны управленческой деятельности. Исходя из этого, цель государственно го управления в аспекте этнокультурной составляющей может быть пред ставлена как повышение качества жизни населения данного регионального или муниципального образования, достигнутое на основе такого уровня регионального и муниципального управления, при котором принимаемые управленческие решения находятся в гармоническом сочетании с этно культурной составляющей проживающих на данной территории народов и вызывают их готовность выполнять данные решения, а значит, повышают доверие населения к власти и другим институтам социального управления.

Из данной цели вытекают основные задачи обеспечения этнокультур ного фактора в госуправлении. Среди них обозначим следующие.

1. Оценить реальное состояние межнациональных отношений в дан ном социуме и значение этнокультурной составляющей в параметрах этой оценки.

2. Выявить причины, условия, мотивы, определяющие положитель ный или негативный характер указанной оценки, а также факторы, способ ные оказать влияние на нее.

3. Провести анализ проекта подготовленного управленческого реше ния с точки зрения прогнозирования реакции на него со стороны различ ных этнокультурных объектов управления.

4. Осуществить коррекцию планируемых процессуальных действий в сфере регионального и муниципального управления с точки зрения их со ответствия этнокультурным представлениям полиэтнического социума.

5. Провести мониторинг результативности осуществленной коррек ции и возможности использования полученных данных для оптимизации госуправления в дальнейшем.

Успешное применение этнокультурного фактора в процессе государст венного и муниципального управления базируется на следовании опреде ленным принципам этой деятельности. Теория вопроса и анализ практиче ского опыта различных управленческих структур позволяет обозначить специфические принципы реализации этнокультурного фактора в государ ственном и муниципальном управлении:

принцип гуманистической направленности госуправления, нацелен ной на соблюдение интересов, прав и свобод каждого индивидуума в со ставе полиэтнического социума;

принцип паритетности этнических групп в данном социуме незави симо от их численного состава и иных характеристик;

принцип равноценности национальных культур, проявляющихся в традициях, обычаях, обрядах, менталитете, эстетических предпочтениях, нравственных приоритетах каждого этноса;

принцип сочетания уважения к одним и терпимости к другим сло жившимся у данного этноса традициям, обычаям, обрядам, образу жизни, характеру межличностных отношений;

принцип опоры на глубокий и всесторонний анализ межэтнических отношений в контексте сложившихся в данном социуме межличностных связей и взаимозависимостей;

принцип согласованности действий различных субъектов социаль ного управления в осуществлении этнокультурных интересов, прав и сво бод граждан;

принцип непримиримости ко всем проявлениям шовинизма, нацио нализма, расизма и экстремизма.

Исходя из обозначенных выше цели, задач, принципов реализации этнокультурного фактора в госуправлении, представим основные направ ления, формы и методы работы органов региональной и муниципальной власти в данном вопросе. Подчеркнем, что нижеизложенные положения раскрываются на основе конкретного опыта, накопленного в различных территориях Южного Федерального округа России. Обозначим ряд тен денций, проявляющихся в последние годы в отношении этнокультурного фактора в системе регионального управления. Они могут быть сведены к следующим положениям.

1. Создание в структуре органов власти подразделений, занимающихся проблемами межнациональных отношений и этнокультурного развития.

2. Мониторинг межэтнических процессов, научная оценка проблемы и методов ее решения.

3. Установление долгосрочных политических, экономических и куль турных связей между субъектами федерации, входящими в федеральный округ, а также между муниципальными образованиями 4. Осуществление продуманной кадровой политики, учитывающей национальный состав населения территории.

5. Меры экономической поддержки этнокультурных групп населения.

6. Сотрудничество с национально-культурными общественными ор ганизациями.

7. Уважительное отношение к этноконфессиональным традициям и обычаям.

8. Создание условий для сохранения художественных ценностей на циональных культур.

9. Поддержка и развитие позитивных семейно-бытовых националь ных традиций.

10. Информационное обеспечение деятельности по формированию культуры межнационального общения.

11. Работа с временными мигрантами инонационального состава по их социокультурной адаптации и социальной интеграции.

12. Воспитание культуры межэтнических отношений в детской и мо лодежной среде.

Учет этнокультурного фактора является залогом социально-поли тической стабильности, динамичного развития морально-психологической атмосферы, а значит, и важнейшим средством обеспечения эффективности государственного и муниципального управления.

Я. А. Злотник БГУ им. акад. И. Г. Петровского, г. Брянск, Россия ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ АВТОРСКИХ ПРАВ В МОБИЛЬНОМ КОНТЕНТЕ The urgence of this article is determined by the introduction of high tech in the majority of spheres of social relations and as the consequence — by the necessity of legal control of the last ones. In the given research paper the protec tion of copyrights in the mobile content is considered.

Проблема защиты авторских прав в информационных технологиях была актуальна на протяжении всего времени существования таковых, од нако в России данному вопросу стали уделять внимание сравнительно не давно. При этом если до недавнего времени защита авторских прав в дан ной сфере обеспечивалась преимущественно техническими средствами, то с принятием части 4 Гражданского кодекса РФ (а вернее, с момента разра ботки проекта новой части ГК) приоритет отдается правовым способам защиты. Однако, к сожалению, до настоящего времени таких правовых средств недостаточно, а имеющиеся правовые способы несовершенны и во многом неэффективны.

В вопросе нарушения авторских прав на объекты интеллектуальной собственности в мобильном контенте законодательство не содержит суще ственных нововведений: принятие части 4 Гражданского кодекса РФ никак не сказалось на деятельности мобильного контента, так как часть 4 Граж данского кодекса РФ в этой сфере ничем не отличается от ранее действо вавшего Закона «Об авторском праве и смежных правах».

Контент (англ. content — содержание) — любое информационно зна чимое (содержательное) наполнение информационного ресурса (например, веб-сайта) — тексты, графика, мультимедиа — вся информация, которую пользователь может загрузить на диск компьютера с соблюдением соответ ствующих норм законодательства, как правило, только для личного пользо вания.

Мобильный контент — цифровой контент, адресованный владельцам мобильных устройств. Как правило, речь идет о разнообразном цифровом контенте, специальным образом адаптированном или даже изготовленном, с учетом технических возможностей мобильных устройств и канала бес проводного доступа.

В качестве мобильного контента в настоящее время чаще всего вы ступают: текстовые файлы;

цифровые картинки (например, в формате.gif или.jpg и другие);

звуковые файлы (.midi, mp3 и другие);

видеофайлы (.avi,.mp4,.mpeg и другие) и другие цифровые файлы, предназначенные для за грузки в мобильные устройства посредством беспроводной связи.

Адаптированный мобильный контент обычно размещается на специ альных WAP-сайтах (Wireless Application Protocol).

По мере технического прогресса мобильные устройства получают все больше возможностей, кроме того, растут скорости и надежность пере дачи данных в каналах беспроводного доступа. В результате пользователи мобильных устройств получают возможность доступа и к обычным интер нет-сайтам, и грань между мобильным контентом и цифровым контентом до некоторой степени стирается.

Законодательное регулирование мобильного контента косвенно (так как нет самого понятия контента) включается в отдельные нормы Граждан ского кодекса Российской Федерации (в большинстве своем нормы части ГК РФ).

Актуальной является проблема разработки действенных правовых механизмов, поскольку решить проблему необходимо на данном этапе, по ка показатели числа нарушений авторских прав в мобильном контенте на ходятся на начальной стадии роста.

Бурно развивающийся рынок мобильного контента в последнее вре мя приходит все в большую упорядоченность, компании правообладатели и контент-провайдеры научились решать правовые вопросы совместно и в интересах исполнителей. В завершающей стадии находится процесс выра ботки системы тарификации на использование авторских и смежных прав в так называемом «легком контенте».

Так, музыкальные произведения обычно используются в форме ринг тона, или реалтона. Отличие между ними заключается в следующем. Ринг гон представляет собой фрагмент музыкального произведения без текста, воспроизведенный в специальном цифровом формате и используемый в ка честве звонка мобильного телефона в виде монофонической (однотональ ной) или полифонической (многотональной) мелодии. Реалтон же — это фрагмент фонограммы, воспроизведенный в специальном цифровом фор мате сжатия, также используемый в качестве звонка мобильного телефона.

Фонограмма может представлять собой запись исполнения музыкального произведения с текстом или без текста, просто чтения текста либо иных звуков. Таким образом, оба продукта имеют общую цель использования, однако существенно различаются с позиций авторского права. Использова нием реалтона дополнительно затрагивается область смежных нрав, в связи с чем наряду с необходимостью соблюдения авторских прав требуется полу чение разрешений обладателей смежных прав. При этом в реалтонах, в отличие от рингтонов, обычно используются музыкальные произведения с текстом. Соответственно при оформлении лицензионного договора необ ходимо обращать внимание, передаются ли права на музыку и стихотвор ный текст одновременно или только на одно из этих самостоятельных про изведений. На российском рынке дополнительных услуг для абонентов со товой связи запущены также рингбэки — музыка или иные звуки вместо обычных гудков при вызове на телефон абонента во время ожидания со единения.


Что касается произведений изобразительного искусства, то послед ние используются в виде так называемых заставок, логотипов, открыток и прочих фрагментов изображений в цифровой форме, предназначенных для просмотра на экране мобильного телефона.

Интересным объектом являются так называемые темы. Последние представляют собой базу данных, включающую в свой состав общую цве товую гамму, в которой показываются стандартные изображения интер фейса мобильного телефона, набор изображений, используемых в качестве заставки на экране мобильного телефона и графического отображения па пок, а также мелодий звонков и сигналов вызова. Такая база данных явля ется составным произведением, поэтому его составитель пользуется автор ским правом при условии соблюдения им прав авторов каждого из произ ведений, включенных в базу данных.

В процессе оказания контент-услуг выступают следующие категории участников:

1) абоненты услуг связи;

2) операторы мобильной связи;

3) операторы связи, предоставляющие доступ к сети передачи дан ных (интернет-провайдеры);

4) лица, непосредственно распространяющие произведения (назы ваемые также контент-провайдерами).

Говоря о защите авторских прав в мобильном контенте, необходимо затронуть тему передачи различных данных по средством Bluetooth.

Bluetooth— производственная спецификация беспроводных персо нальных сетей (Wireless personal area network, WPAN).

Bluetooth обеспечивает обмен информацией между такими устройст вами, как карманные и обычные персональные компьютеры, мобильные телефоны, ноутбуки, принтеры, цифровые фотоаппараты, мышки, кла виатуры, джойстики, наушники, гарнитуры на надежной, недорогой, по всеместно доступной радиочастоте для ближней связи.

Bluetooth позволяет этим устройствам сообщаться, когда они нахо дятся в радиусе до 10100 метров друг от друга (дальность очень сильно зависит от преград и помех), даже в разных помещениях.

Передача данных, а именно авторских звуковых файлов, цифровых изображений, текстовых файлов, может повлечь за собой нарушение автор ских прав в плане нелегального распространения данных. Что касается технических средств защиты авторских прав при передаче данных посред ством Bluetooth, принципиально новое решение предложила компания «Apple», которая выпустила IPhone. К данным средствам защиты от непра вомерного распространения авторских материалов относятся малые воз можности Bluetooth, ограниченные лишь поддержкой беспроводной гарни туры: возможность передачи только фото файлов по Bluetooth и только на другой IPhone.

Положения части 4 Гражданского кодекса РФ требуют уточнения в части расширения понятия «распространение» для снятия правовой неоп ределенности в случаях предоставления доступа к произведениям сетевы ми и иными способами без передачи материального носителя.

В киберпространстве произошло гегелевское преодоление формы произведения через ее фрагментацию, мультипликацию и микширование.

Форма как внешнее представление и система взаимосвязей объекта утра тила свою единичность, целостность и статичность и приобрела множест венность, делимость и динамизм. Эта перемена привела к тому, что охрана объектов авторского права и смежных прав на основе формы стала практи чески нереализуемой.

В заключение хотелось бы отметить, что правовое регулирование виртуальной среды, по нашему мнению, на данном этапе развития челове чества невозможно. Мы не предлагаем отказаться от идеи контролирования отношений по распространению объектов в мобильном контенте, но регу лировать их с учетом технических специфик и характеристик. Но все же развитие человеческой мысли и как воплощение ее — развитие права еще не совсем создало предпосылки для возникновения права киберпростран ства, виртуального права.

Е. В. Зеленова, МИ ВлГУ, г. Муром, Россия ГЕНЕЗИС СОЦИАЛЬНОГО СОСТАВА ПАЛОМНИЧЕСТВА The analysis of social structure of pilgrimage is given in this article. Pur poses and motives of pilgrimage of different group population are determined.

Паломничество известно с древности и в той или иной форме при сутствует практически во всех мировых и национальных религиях. О ши роком распространении традиции паломничества у народов и племен, исповедующих языческие религии, говорить сложно, так как число пись менных упоминаний о дохристианских верованиях народов, которые в на стоящее время принадлежат к христианскому миру, ничтожны. Сейчас можно только предполагать, на каком этапе историко-культурного развития человеческого общества возникла необходимость совершать путешествия с паломническими целями. Как считают специалисты по истории туризма, это произошло не ранее эпохи неолита (VIIIIII тыс. до н. э.). До этого все перемещения и путешествия происходили с целью освоения территорий.

По мнению М. В. Соколовой, «В доисторические времена наши предки, путешествуя, в основном руководствовались внешней мотивацией, то есть объективной причиной, главной из которой было выживание» [3. С. 13].

Ряд российских ученых считает, что одним из первых русских право славных паломничеств была поездка святой княгини Ольги в Константи нополь для принятия крещения. А при князе Владимире, крестившем Русь, был в паломничестве на Афоне и в Константинополе преп. Антоний, буду щий основатель Киево-Печерской лавры [4. С. 68].

Исследования А. В. Назаренко свидетельствуют, что социальный со став паломников на Руси в основном был представлен в большей степени монашеством и знатью, по крайней мере, в исторических документах редко встречаются описания паломничества простолюдинов. К первым относят ся, например, известное историкам паломничество игумена Данила (начало XII в.), до него — Печерского игумена преподобного Варлаама (1060-е гг.), святителя Антония, архиепископа Новгородского и др. Ко вторым — па ломничество полоцкой княжны, преподобной Евфросинии, жены князя Владимира Всеволодовича Мономаха (приблизительно 1097 г.) [2. С. 16].

Говоря о социальном различии паломников на Руси, следует также сказать о поле и возрасте паломников. Как следует из исследования Е. Гор батова, «женское паломничество, в сравнении с мужским, меньше по чис ленности, но не уступает по “качеству”». Самостоятельные женские па ломничества, без мужского сопровождения были не частным явлением.

Возраст также не препятствовал совершению паломничества. Уже во вто рой половине XI в. отмечены случаи паломничества к святыням с грудны ми детьми. Совершению паломничества не препятствовала и старость. Не редко были случаи, когда отправлялись в паломничество накануне смерти.

Так, описаны поездки в «святые русские места» перед смертью князем Владимиром Мономахом и Всеволодом Олеговичем.

В Советском Союзе религиозное паломничество в связи с отменой ре лигии, было полностью заменено светским и, как следствие, возникнове нием новой социальной группы путешественников — «светские паломни ки», которые были представлены различными группами населения, но в большинстве школьниками, рабочим классом и интеллигенцией. Возник новение и развитие светского паломничества в XX в. обусловлено рядом причин: уничтожение прежних религиозных идеалов и возведение в ранг священной науки, философии, поэзии. В первой трети ХХ в. в словаре Д. Н. Ушакова в статье «паломник» упоминаются места, связанные с име нами таких личностей, как Л. Н. Толстой («Ясная Поляна»), М. Ю. Лер монтов («Кавказ»).

В конце 20-х гг. ХХ в. в СССР начало складываться политическое па ломничество к мавзолею Ленина, которое предварялось агитационными митингами и разъяснительными лекциями, в культовые места официально го политического значения, посвященные канонизированным персоналиям советского времени. Это ленинские места, связанные с жизнью, деятельно стью и смертью вождей, места боевой и революционной славы.

В 90-е гг. ХХ в. в России началось возрождение православного палом ничества. Епископ Егорьевский Марк считает, что социальный состав современных паломников в большей мере представлен бедным и средним социальным слоем населения, в меньшей мере представителями богатого социального слоя. Возрастные группы в основным представлены людьми среднего и пожилого возраста, а в меньшей степени молодежью.

В связи с тем что религиозные каноны долгое время не были востре бованы обществом, сущностное содержание паломника было утеряно. По данным нашего исследования, всего лишь 5% регулярно совершающих по ездки по святым местам идентифицировали себя как паломники, 12% — лишь иногда и 23% никогда не считают себя паломниками. Некоторые священнослужители считают, что сегодня действия паломников зависят от их духовного уровня и не требуют соблюдения всех канонических норм.

Мотивация совершения паломнического путешествия может быть со вершенно различной. Как показало исследование, среди паломников наи более часто встречающаяся мотивация — это желание исцелиться (33%), участие в церковном празднике (15%), желание помолиться в богодатном месте (10%).

Идея паломничества подразумевает действия в условиях определен ных трудностей, добровольно взятые на себя обязательства быть в этих ус ловиях. Это символизирует готовность человека пожертвовать временным и приходящим материальным во имя духовного.

В связи с этим епископ Егорьевский Марк, выступивший на Третьей общецерковной конференции «Православное паломничество: традиции и современность» (Москва, 28.11.07 г.), выделил несколько типов современ ных паломников [1].


Первый тип — это люди воцерквленные, в основном женщины зрело го возраста. В этой группе год от года все больше представлена молодежь.

Представители данного типа паломников, как правило, воспринимают эти поездки как неотъемлемую часть церковно-общественной жизни, четко представляют себе цели и задачи паломничества.

Второй тип — люди, недавно пришедшие в церковь, находящиеся на пути воцерквления, в церковной среде их называют неофитами. Направля ясь в подобные поездки, они руководствуются самыми разными источни ками информации, в том числе рассказами других паломников, далеко не всегда компетентных. На их мотивацию влияет характер подачи информа ции о поездках.

Третий тип — светские люди, достаточно далекие от церковно общественной жизни, но не отрицающие религии. Они воспринимают па ломничество как лечебные процедуры и делают акцент на посещение свя тых источников. Как правило, основная цель их паломничества — это количество, «чем больше, тем лучше». Другим мотивом данного типа па ломников могут служить эстетические чувства — стремление побывать в красивых живописных местах, где есть древняя храмовая архитектура, насладиться церковным песнопением. Еще одним мотивом является любо пытство. Такие паломники чаще всего обращают особое внимание на бытовую сторону жизни посещаемых ими храмов, а особенно монасты рей. Они более требовательны к инфраструктуре и требуют к себе много внимания священнослужителей.

Поиск статистических данных о численности православных паломни ков в России является достаточно затруднительным, так как обычно епар хии не ведут учет паломников и отчетные данные в вышестоящие органы подаются приблизительные и нерегулярно. По имеющейся информации, в год внутреннее паломничество осуществляют около 300 тыс. человек. Как показало наше исследование, во Владимирской и Нижегородской областях из 62% опрошенных, регулярно совершающих путешествия в свободное от работы время, святые места посещают 19%, из них лишь 5% идентифици руют себя как паломники. В этих поездках все более заметно участие мо лодежи — 30%. Если в древности женское паломничество встречалось крайне редко, то сегодня среди опрошенных 87% женщин и 13% мужчин.

Примечателен тот факт, что среди паломников повышается доля людей с высшим или среднеспециальным образованием, что составляет 95% опро шенных, притом, что 76% из них в возрасте до 50 лет. Это опровергает мнение о том, что церковь в основном представлена бабушками, или, как их иногда называют с некоторой долей иронии, «белые платочки». Основ ную долю паломников представляют жители больших и малых городов, что, возможно, связано с большими материальными и организационными возможностями совершать путешествия.

Среди опрошенных, которые отправляются в путешествия с различ ными, но нерелигиозными целями — 35%, в основном это женщины со среднеспециальным и высшим образованием, живущие в городской мест ности, тем не менее посещающие религиозные объекты. Как правило, это источники и водоемы (77%), храмы, монастыри (75%), пещеры (13%), горы (12%). Из этого можно сделать вывод: интерес к религии и паломничеству увеличивается, что свидетельствует о возрастании потребности в духовном совершенствовании и возрождении религиозных ценностей в обществе.

Список рекомендуемой литературы 1. Епископ Егорьевский Марк. [сайт]. URL: http://www.palomnic.org 2. Назаренко А. В. К истории православного паломничества // Православный па ломник. № 4. 2006.

3. Соколова М. В. История туризма. — М.: Академия, 2007. 350 с.

4. Христов Т. Т. Религиозный туризм. — М.: Академия, 2005. 286 с.

Н. Р. Исхакова, проф. РАЕ «Академия управления “ТИСБИ”, Н. З. Сафиуллина, РАЕ НГПИ, г. Набережные Челны, Россия К ВОПРОСУ ВОЗРОЖДЕНИЯ ЭТНИЧЕСКИХ ТРАДИЦИЙ НАРОДОВ (на материалах Республики Татарстан) Modern epoch, characterized by intensive global processes, causes a steady social interest to the problems of preservation and development of na tional-cultural originality, unique historical traditions of all peoples. Actuality of investigations and assessment of cultural treasure of the past under spirit of innovations is constantly growing.

The usage of the cultural potential is one if the most important strategies in the national policy of the Republic of Tatarstan. Knowledge and respect to the national peculiarities, habits, traditions are urgent in the period of the state con solidation. They can play a prominent role in developing and reservation of friendship and cooperation between the peoples in the Russian Federation.

Современная эпоха, характеризующаяся интенсивными процессами глобализации, глубокой политико-экономической, идеологической и ду ховной интеграцией различных государственных образований?

обуслjвливает живой и пристальный интерес общественности к проблемам сохранения и развития национально-культурного своеобразия, уникальных исторических традиций всех народов, живущих на нашей планете. Миро вое сообщество, ставящее своей целью создание новой системы междуна родных отношений, основанной на принципах взаимного уважения, толе рантности и гуманизма, обращает серьезное внимание на вопросы соблю дения этнокультурных прав, изучения и пропаганды лучших образцов ду ховного наследия любого, даже самого малочисленного народа.

В условиях духовного обновления общества возрастает актуальность исследований и оценка культурного наследия прошлого. После падения то талитарного режима национальная культура в России приобрела некоторые возможности для возрождения утерянных духовно-этнических традиций.

Однако она еще и сегодня полностью не определила концептуальные осно вы своего обновления, поскольку объективные условия ее функционирова ния были уничтожены, и носители этой культуры воспринимали ее как элемент обыденной жизни, она перестала быть составляющей высокой ду ховности и тем более, что в советское время национальная культура в ре гионах России фактически прекратила свое существование. Перестройка вернула народу интерес к своей культуре. Благодаря этому интерес к на циональной культуре стал приобретать осмысленные формы и организо ванные структурные элементы.

Процессы этнического обновления и возрождения в Российской Феде рации сегодня тесно переплетаются с процессами суверенизации народов, возрождается разрушенная татаро-мусульманская культура. В условиях со временных перемен тема взаимодействия и возрождения национальных культур приобретает доминантное значение. На протяжении столетий на территории России контактировали различные этносферы, в том числе сла вяно-православная и тюрко-мусульманская. В результате Россия всегда бы ла системой смешанных цивилизаций и культур.

Культура татарского народа сформировалась в смешанном этническом окружении. Одной из особенностей исторического развития татарского на рода было то, что он был присоединен к Московскому государству намного раньше других народов Востока. Татары адаптировались к новым услови ям. Национальная культура татар, которая развивалась на основе мусуль манских традиций, являлась по своему генезису восточной. Она демонст рирует восприимчивость европейского влияния.

Важным направлением в государственной культурной политике Рес публики Татарстан является обращение к народному творчеству. Обычаи и обряды, народные праздники, неся в себе печать этнической специфики, одновременно отражают типологическую общность социальной среды, общечеловеческой культуры в целом. Передаваемые от поколения к поко лению, они становятся действенной и саморазвивающейся силой.

Одним из факторов этнокультурного возрождения народов является музыка. Если сейчас еще в обществе наблюдается разгул преступности, то источник этих явлений надо искать в уровне культуры, и в частности в му зыке.

Задача нашего исследования по данной проблеме заключалась в изу чение музыкальных вкусов школьной молодежи (717 лет). Исследование проводилось в летних оздоровительных лагерях городов Казани, Набереж ных Челнов, Лениногорска Республики Татарстан. В этих оздоровительных лагерях отдыхали представители многих школ города. Изучение мнения подростков позволила понять, каким музыкальным вкусом обладают школьники разных городов, что общего и в чем различия.

Структура респондентов была представлена следующим образом:

наибольшее количество респондентов было в возрасте 1114 лет (68%), одна пятая часть участников опроса в возрасте 710 лет, 9,6% — старше классники в возрасте 1517 лет.

Как показывают результаты исследования, почти половина всех опро шенных школьников городов Казани (44,3%), Набережных Челнов (43,6%), Лениногорска (48,6%) предпочитают эстрадную музыку отечественного производства, так как она «понятна» и «интересна»;

зарубежную эстраду предпочитают 28% школьников трех городов;

классическую музыку слу шают в г. Казани (12,7% учащихся), в г. Набережные Челны (11,1%), в г. Лениногорск (21,1%). Анализ данных показал, что чем дальше находится город от столицы (г. Лениногорск), тем большую роль в предпочтении школьники отводят классической музыке, так как в малых городах отсутст вуют большие концертные залы для привлечения популярных артистов.

5,8% респондентов из г. Казани предпочитают народную музыку и 7,5% воздержались от ответа;

в г. Набережные Челны 1,7% выбирает народную музыку, 10,5% воздержались;

в г. Лениногорск 2% отдают предпочтение народной, 0,3 % воздержались от ответа. Анализ соотношения предпочте ний всех возрастов респондентов показал, что развлекательная музыка за нимает ведущее место у сегодняшнего школьника. Дети в младшем школь ном возрасте предпочитают классическую музыку. С возрастом музыкаль ные приоритеты подростков меняются в сторону увлечения музыкой раз влекательного характера, поэтому необходимо преодолевать односторон ность выбора молодежи, то есть «коэффициент однообразия» музыкальной культуры.

Параллельно была сделана попытка выявить качественную сторону музыкальных потребностей и родителей респондентов. Конечно, нельзя сказать, что ребенок не испытывает влияния со стороны других факторов (среда ближайшего окружения, родственники, школа, другие учебные заве дения, средства массовой информации) помимо семьи, на него оказывают влияние и сверстники. Однако влияние семьи наиболее велико. Родители оказывают воздействие на своих детей несколькими путями: в качестве ро левых моделей, чье поведение подростки имитируют;

на эмоциональное развитие;

передают свои вкусы, ценности и моральные нормы. Отвечая на вопрос «Что предпочитают слушать ваши родители?», молодые люди отве тили, что родители предпочитают эстрадную музыку. Дома звучит музыка развлекательного характера, которая исполняется по телевидению, радио и другими средствами массовой информации. Народную и классическую му зыку родители отводят на второй план во всех возрастных категориях. Это говорит о том, что необходимо найти новые пути и приемы в пропаганде лучших образцов народного и классического музыкального наследия. При оритеты музыкальных вкусов исходят в первую очередь от СМИ и руково дителей культуры. Именно они решают, какой будет региональная музы кальная политика, но если в советскую эпоху доминировала практика за прета и гонения на развлекательную музыку, то в постперестроечное время пришла вседозволенность, поощрение невзыскательных вкусов «самой широкой аудитории». Мы потребляем все то, что нам подают средства мас совой информации, ориентированные на развлекательные виды музыки.

В настоящее время с внедрением национального компонента в систему музыкального образования Республики Татарстан повысился интерес к му зыкальным произведениям композиторов Татарстана: Ф. Ахметова, Р. Еникеева, Н. Жиганова, А. Ключарева, М. Музаффарова, М. Яруллина, Р. Яхина и др. Их музыкальное творчество позволяет утверждать, что оно эффективно способствует возрождению духовно-этнических традиций та тарского народа, формированию общечеловеческих ценностей личности ребенка, а также ведет к активному приобщению к татарской национальной культуре. Общечеловеческое и национальное в искусстве неотделимы друг от друга, как нерасчленимы эти начала в реальной жизни и в сознании людей.

Яркие художественные образы, четкая композиция, изобразительные средства языка народных песен способствуют глубокому восприятию нрав ственно-эстетических идей, отразивших представления народа о духовной красоте и культуре. Музыка ориентирует ценностные идеалы и поведение человека, внося гармонию в его душу, воспитывает и развивает личность.

Знание и уважение национальных особенностей народов, их культуры, обычаев и обрядов очень актуальны сегодня — в период укрепления госу дарственности. Они могут сыграть заметную роль сохранения и развития дружбы и сотрудничества между народами Российской Федерации.

Список рекомендуемой литературы 1. Исхакова Н. Р. Музыкальная культура как фактор формирования духовного по тенциала у школьной молодежи: Монография. — Набережные Челны: НФ КГПУ, 2005.

160 с.

2. Нугаев М. А., Исхакова Н. Р., Сафиуллина Н. З. Взаимосвязь политической и ду ховной сфер в современном трансформационном обществе (на материалах РТ): Моно графия. — Набережные Челны, 2009. 120 с.

3. Культура народов Татарстана / Авт.-сост. Л. А. Харисова. — Казань: МАГАРИФ, 2005. 367 с.

А. В. Кардашевский, Юридический институт ИГУ, Иркутск, Россия ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ПРОБЛЕМЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ГОСУДАРСТВА И КОНФЕССИИ In a modern science there are many approaches differently defining the ways of the interaction of state and faith. All of them definitely and from diffe rent positions reflect an essence of state-confessional relationships.

В современной науке теории государства и права сложилось довольно много подходов, по-разному определяющих способы взаимодействия госу дарства и конфессии. Чтобы определить характер их отношений, одни ав торы предпочитают выделять типы государств, другие — модели государ ственно-церковных отношений, третьи — статус церкви в государстве и т. д. Учитывая наличие огромного количества исследований по данному вопросу и не стремясь объять необъятное, мы остановимся на ряде работ, представляющих наибольший интерес.

М. И. Одинцов [3. C. 36] полагает, что история отношений государства и мировых религий на протяжении последних двух с половиной тысячеле тий может быть осмыслена через призму возникновения и эволюции двух типов государств: клерикального (конфессионального) и светского. Кле рикальное государство жестко привязано к конкретной религии, и в связи с этим имеет смысл рассматривать «христианское», «мусульманское», «буд дийское» и иные государства. В то же время в рамках клерикального типа государства, по мнению ученого, складывались такие формы государствен но-конфессиональных отношений, как папоцезаризм, цезарепапизм, тео кратия, симфония, государственная церковь, веротерпимость, свобода ре лигий и т. д. Исторически более поздний тип государства — светский — оформляется в правовом отношении на рубеже XVIIIXIX вв. в большин стве случаев как результат революционного преобразования клерикального государства. Данный тип исторически был представлен двумя формами:

«внеконфессиональное» и «атеистическое» государство. В рамках светско го государства государственно-конфессиональные отношения выстраива ются на принципах свободы совести, отделения де-юре или де-факто рели гиозных организаций от государства, равенства правового положения рели гиозных объединений.

Исходя из связи государства с конфессией, Н. А. Пьянов [4. С. 52] вы деляет 4 типа государства. В светских государствах взаимодействие государства с религией характеризуется тем, что все виды религиозных ор ганизаций отделены от государства. В клерикальных государствах наблю дается режим государственной религии и церкви, при котором определен ная конфессия имеет официальный статус государственной и занимает привилегированное положение по сравнению с иными. В теократических государствах связь государства и религии является наиболее тесной, про являющейся зачастую в полном слиянии государства с конфессией и наде лением последней государственной властью. Наконец, в атеистических государствах религиозные организации не просто отделены от государст ва, а вообще запрещаются либо преследуются государством.

В своей работе М. Н. Фомина [6. С. 15], говоря о государственно церковных отношениях, выделяет пять потенциальных моделей. Первая модель характеризуется слиянием церковной и государственной власти и представляет собой теократическое государство, где церковная власть включает в себя светскую. Вторая модель — наличие государственной церкви, при которой определенная религия официально является государ ственной. Третья модель — отделение церкви от государства, особенно стью которой является равенство всех конфессий перед законом и ни одна конфессия не имеет предпочтения перед другой. Четвертая модель — час тичное отделение церкви от государства, где официально все конфессии признаются государством равными перед законом, однако одна имеет пре имущественное положение. Пятая — наличие церкви в квазисветском госу дарстве, когда церковь лишается статуса юридического лица и фактически находится под запретом.

Другой исследователь, Л. А. Морозова [2. С. 92], в своей работе обра щается к понятию статуса церкви в государстве и выделяет: государст венную церковь, где какая-либо конфессия официально признана домини рующей над остальными;

и режим отделения церкви от государства и школы от церкви, согласно которому признается юридическое и фактиче ское равенство всех существующих конфессий.

О. Н. Четверикова [7. С. 20] выделяет два типа регулирования цер ковно-государственных отношений. Первый тип — дифференцирован ный, наиболее распространенный, который включает в себя следующие ви ды партнерства. Первым из них выступает статус государственной церкви, характеризуюшийся привилегированным положением государственной ре лигии, однако деятельность которой полностью подконтрольна государст ву. Второй вид партнерства — статус официальной или традиционной церкви, где теоретически законодательство признает равенство между все ми религиями, но ввиду социальной значимости какая-либо конфессия об ладает приоритетом над всеми остальными. И последний вид — соглаше ние и конкордат, особенностью которых является наличие договорных от ношений между государством и конфессиями, которые строятся на основе двусторонних соглашений. Второй тип регулирования церковно государственных отношений — универсальный, соответствующий сепара ционной модели церковно-государственных отношений, основывающийся на отделении церкви от государства с наделением всех церквей равными правами.

В работе И. А. Куницына [1. С. 6] классификация осуществлена по критерию правового регулирования статуса религиозных объединений.

Первый тип такого регулирования — моноконфессиональный, как правило, характерен для теократического государства, на территории которого до пускается официальное существование религиозных объединений только одной конфессии. Универсальный (второй тип) предполагает наделение религиозных объединений равными правами и обязанностями независимо от их конфессиональной принадлежности. Существование третьего, диф ференцированного типа правового регулирования статуса религиозных объединений объясняется обладанием различными религиозными объеди нениями разным объемом прав и обязанностей, установленных государст вом. Внутри дифференцированного типа И. А. Куницын выделяет три вида правового статуса религиозных объединений: государственное религиозное объединение, консенсуальный статус (основанный на соглашении, конкор дате с государством) и статус официально признанных (традиционных) религиозных объединений.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.